# Танкист. Рассказ

Арсений Андреевич Галяев

1941-й год. Юный Савелий Саврасов встречает начало войны в селе под Орлом. Эвакуация, призыв, учёба в танковой школе. Савелий попадает на фронт летом 1943-го под Курск и принимает участие в величайшем танковом сражении в истории войн. Война глазами простого советского парня, история его взросления, путь к Победе.

© Арсений Андреевич Галяев, 2024

ISBN 978-5-0062-7323-8

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero


## Глава 1. Лейтенант

22 июня 1941 года, село Фёдоровка, Орловская область. Савелий не сразу узнал о войне. Рано утром, часа в три, он с друзьями пошёл купаться на Малую Раковку. А когда Савва вернулся домой, то заметил разительные перемены: у матери на лице были сухие подтёки от слёз, отец нервно курил, в воздухе висела напряжённость. Савва спросил: «Что случилось то?». Отец, выдохнув клуб сизого дыма, глухо сказал: «Война… Германия напала на СССР.»

В магазинах очень быстро исчезли и спички, и соль, и хлеб. А сводки с фронтов приходили всё тревожнее и тревожнее.

Савелию было 17, и в последний год перед войной он мечтал попасть в танковое училище в Орле. Но его мечтам о здешней танковой школе сбыться было не суждено, потому как её эвакуировали на Кавказ, а отца Саввы с заводом на Урал.

Савелий вместе с отцом работал на заводе. Год работы за станком пролетел, и 28 ноября Савве исполнилось 18, а через 2 недели его вызвали в военкомат. Усталый седой военком с папиросой в зубах сказал: «Пришла разнарядка, танковая школа в Саратове. Собирайся, даю тебе день – уладить все дела.»

Савелий был счастлив. Собрал сидр с самым необходимым: полотенце, мыло, бритва.

Савву и других новобранцев эшелоном отправили в Саратовское училище. Прямо на одной территории находилось три танковых школы. В одной готовили экипажи для танков Т-34, во второй для «Валентайнов», «Матильд» и «Шерманов», а в третьей для самоходно артиллерийских установок – САУ. Савелий услышал своё имя в списке курсантов второго танкового училища. Затем баня, стрижка, обмундирование, из непривычно жёсткой ткани. Всех курсантов стригли коротко – по уставу.

Танк вблизи Савва, как и другие курсанты, увидел только через месяц. М4 Шерман, танк, поставляемый союзниками в СССР по ленд-лизу, был оснащён 50 или 75 мм пушкой, курсовым и спаренным пулемётами М2НВ, а также на верхних броневых листах башни был установлен зенитный крупнокалиберный пулемёт Браунинг М2, а зенитных пулемётов советские танки не имели.

По окончанию школы Савелию присвоили звание лейтенанта. Из молодых выпускников и убывших в тыл «безлошадных» экипажей формировали новые, стараясь, чтобы в одном экипаже оказались как выпускники, так и опытные танкисты. А затем экипажи и танки отправили на фронт.

## Глава 2. Прохоровка

12 апреля советское командование получило от разведки план директивы №6 «Об операции Цитадель». В ходе зимнего наступления Красной армии и контрудара немцев на Востоке Украины образовался выступ глубиной 150 километров и шириной 200, обращённый на запад. Немцы планировали нанести два удара: с севера, из Орловской области, и с юга, со стороны Белгорода. Группы войск должны были сойтись в районе Курска, и окружить войска Центрального и Воронежского фронтов.

Наши войска выстроили три линии обороны. Строились дзоты, рылись противотанковые рвы, устанавливались минные поля на танкоопасных направлениях. По ночам скрытно подтягивались резервы – артиллерийские, танковые, пехотные части. Днём, над позициями войск РККА, чтобы не допустить немецкие самолёты-разведчики, постоянно находились наши истребители.

Двинулся маршем и танковый корпус, в которой служил Савва. Передвигались по ночам, опасаясь быть замеченными немецкими самолётами-разведчиками и понести потери от бомбардировок.

Упреждая удар, советские войска нанесли артиллерийский налёт в 2:20 ночи. Немцы не ожидали артналёта и их войска понесли первые потери. Но группировка была велика, потери небольшими, и в 6 часов утра немцы провели сначала артиллерийский налёт, а затем – бомбовый удар по нашей передовой.

Утром 12 июля батальон Савелия окопался на переднем крае, не далеко от окопов наших пехотинцев.

Уплетая кашу из котелков экипаж Саввы наблюдал за воздушным боем – Несколько наших Ла-5 вели бой с немецкими «мессершмиттами».

Когда с завтраком было покончено, Савелий забрался на тёплое моторное отделение, собираясь вздремнуть, Евгений Алексеевич механик-водитель залез внутрь боевой машины, послушать сводку Совинформбюро, а заряжающий с радистом и наводчиком, о чём-то тихо разговаривая, расположились на броне танка.

Вдруг раздалась команда к бою, экипаж занял свои места в танке, все натянули шлемофоны.

«Вперёд!» -раздалась команда уже в наушниках.

Бронированные машины перевалили через траншею наших войск и цепью двинулись к вражеским позициям.

Савва посмотрел в смотровые приборы и ужаснулся – на них медленно ползли грозные силуэты сотен вражеских танков. Впереди «тигры», за ними «Пантеры» и Т4. Дистанция всё ещё была слишком велика и огонь рано было открывать, но первыми начали стрелять немцы. Дистанция медленно, но, верно, сокращалась и среди наших танков появились первые подбитые машины. Слева к Шерманам пристроились американские танки М3, а с правой стороны советские Т-34 и КВ-1.

(М3-легкий американский танк, поставляемый в СССР по Ленд-Лизу)

Прямо на танк Саввы полз тигр.

– Алексей, тигр прямо по курсу

– Вижу командир.

– Целься в гусеницы!

– Остановка!

– Выстрел!

В смотровые приборы Савелий видел, что гусеницу у тигра сорвало, направляющий каток просто оторвало, он крутанулся на месте подставляя борт и корму.

– Бронебойный!

– Алексей, он твой!

Грянул выстрел. Тигр загорелся, из люков стали выбираться танкисты и тут башню танка сорвало, а ствол её уткнулся в землю.

– Готов, – сказал механик водитель

По башне их танка с левой стороны раздался удар, да такой сильный, что члены экипажа попадали со своих сидений на пол. Мотор заглох. Савелий поднялся на своё сиденье и посмотрел в смотровую щель. Слева недалеко от них стоял немецкий «Панцер».

(PzKpfw IV – (Панцер 4) немецкий танк, имел в РККА названия «Панцирь» и «Т4»)

Слева от танка Саввы проехала САУ-22, остановилась, ахнул мощный выстрел. С немца просто сорвало башню, пушку вырвало из крепления, а корпус разворотило, прямо как консервную банку.

– Все живы? – спросил Савелий.

Поочерёдно откликнулись все члены экипажа.

– Заводи, потихоньку!

Со второй попытки двигатель завёлся.

– Вперёд, не стой!

– Бронебойный!

– Лёша, пантера справа на 1 час, уничтожь!

– Есть!

Выстрел. Пантера загорелась.

– Слева пушка, осколочный!

М4А3Е8 Шерман №563 (танк Савелия). Рисунок автора.

– Готово.

– Огонь!!!Но не успел Алексей выстрелить, как по лобовой броне раздался сильный удар, ноги Савелия обожгло болью. Он, силясь подняться, огляделся: заряжающий и наводчик лежали на полу, механик и радист тоже были мертвы.

«Не терять сознание!!!» подумал Савва.

Он открыл люк и стал неловко выбираться.

Моторный отсек был объят пламенем, огонь появился и внутри боевого отделения танка, на Савве вспыхнул как факел промасленный комбинезон. Он спрыгнул на землю и стал сбивать пламя, катаясь по земле. В глазах уже начало темнеть, когда к нему подбежали двое наших солдат. Последнее, что он запомнил – им удалось его потушить.

Очнулся он, лёжа прямо на полу в госпитале. Ноги, прямо поверх окровавленного комбинезона, были забинтованы. Хотя и комбинезоном назвать это было уже нельзя – от обмундирования остались только обгоревшие лохмотья. Как ни странно, но боли он почти не чувствовал. Видимо ему совсем недавно вкололи морфий.

Часа через 3 пришли двое санитаров, подняли носилки с Саввой и понесли в операционную. Военврач в халате поверх военной формы и с марлевой повязкой на лице что-то сказал санитарам – Савелий не разобрал, а затем спросил откуда доставили танкиста.

– Из-под Курска, – ответил один санитар.

– Ожоги, ранение осколками, лёгкая контузия, – сказал второй.

– Оперировать надо.

Савву положили на операционный стол, военврач ножницами разрезал набухшие кровью бинты вместе со штанинами комбинезона. Санитары помогли ему раздеться. Когда отдирали от ран и ожогов прилипшую одежду Савелий стискивал зубы, чтобы не закричать.

Извлекая из ран осколки, военврач бросал их в таз. Врач так больно орудовал пинцетом в теле Саввы, что тот потерял сознание.

В себя Савелий пришёл уже в кровати. Всё тело было перебинтовано. В госпитале Савва отъедался и отсыпался. Еда была сытная, да и кормили регулярно. Постельное бельё было мягким и чистым, на таком Савелий не лежал больше года.

Савве стали делать уколы, накладывать повязки с мазями, постепенно исчезли как сукровица, так и гной. Раны стали затягиваться.

Однажды его позвали в кабинет главврача. В кабинете был незнакомый Савве офицер в белом халате. Офицер встал, подошёл к Савелию. Тот попытался встать, но офицер сказал: «Сиди, герой, ты заслужил!»

– Лейтенант Саврасов, за проявленное мужество в борьбе с врагом Вы награждаетесь медалью за отвагу.

– Служу трудовому народу, – ответил Савва.

Офицер вручил ему красную квадратную коробочку с медалью

– Разрешите идти? – спросил Савва.

– Иди, – ответил офицер.

Он провалялся в госпитале ещё полмесяца. И наконец настал день выписки. В один из дней вызвали к начмеду, осмотрели.

– Танкист?

– Так точно.

– Лечение твоё закончено, сейчас мы оформим тебе документы. У старшины в каптёрке получите форму, и с группой выписывающихся – в запасной полк.

– Слушаюсь, товарищ военврач.

Старшина одел его в пехотное обмундирование, чем сильно возмутил Савву:

– Товарищ старшина, я танкист, лейтенант, а форма рядового пехотинца.

– Небось в запасном полку переоденут, – отмахнулся старшина.

На «полуторке» его и других выписывающихся отправили в запасной полк. А там уже формировали танковые экипажи, маршевые колонны пехотинцев и других родов войск и отправляли на фронт.


## Глава 3. Командир роты

По прибытии в батальон Савелий доложил комбату. Капитан Климов (командир 2 батальона) неожиданно сказал:

– Лейтенант Саврасов, Вам присваивается звание старшего лейтенанта, приказ о назначении на должность комроты уже подписан.

– Служу трудовому народу!!

– Поздравляю!

– Разрешите идти?

– Иди, старлей.

Теперь под командование Савелия поступала целая рота, а это 12 танков. Савва даже не представлял себе, что так быстро станет командовать таким большим, по его мнению, подразделением.

На следующий день, его роту бросили поддерживать пехоту.

Окопы наших войск в этом месте были расположены на небольшом возвышении, а сзади метров через 100 наступал лес.

Времени маскироваться не было – немцы шли в атаку. Однако Савва заметил, что неподалёку от них замаскированы две самоходки СУ-76.

– К бою, – приказал Савелий своей роте.