Миссия 777 выполнима
Марина Спроуз

© Марина Спроуз, 2024

ISBN 978-5-0062-7253-8

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Марина Спроуз

Миссия 777 выполнима

Роман

Предисловие от автора

Люди любят верить в сказки, сказки успокаивают и обязательно хорошо закончатся. Мой роман похож на сказку, мистику в реальности. Герои и история вымышленные, но возможны исключения и совпадения с реальностью. Я – не выдающийся писатель, не философ, я обычный врач, но мы из истории знали, что многие врачи писали, например – Михаил Булгаков, Антон Чехов, Сомерсет Моэм, Франсуа Рабле. В нашем бешеном темпе жизни, новой эпохе, сложно чем – то удивить читателя; но на минуту представьте, что история в моём романе – произошла на самом деле. В романе мы соприкасаемся с миром тонким, духовным. Есть мир духовный, хотим мы этого или нет, но этот мир – невидимый, мир борьбы, другой жизни. Все наверное читали роман «Мастер и Маргарита» Булгакова. Вы не задавали себе вопрос: почему сцены о Мастере и Маргарите переплетаются параллельно со сценами об Иисусе Христе? Вспомните произведение «Код Да Винчи» Дэна Брауна, также – экранизированное, и блуждания Алисы в Зазеркалье и Стране чудес – произведение Льюис Кэрролл. Что искала Алиса? Мой роман – это новый миф, миф или сказка.

Всё, что написано за всю историю человечества и экранизировано, всё имеет свой смысл для развития человека. Как говорят: « Сказка ложь, да в ней намёк…» Я погружу вас в мир особенной сказки, сказка – прогулка по духовному миру. Сцены будут переплетаться о прошлом, будущем и настоящем – маленькими главами, всегда помните, что: времени нет. Книга написана с элементами сторителлинга и литературного сценария, а лиричные отступления в виде поэзии будут маленькими изюминками романа или алмазами. В книге много ярких красочных иллюстраций. Поначалу, когда будете читать о детстве героини, всё кажется просто и примитивно, но вы читайте дальше… Роман начинается с легенды в стихотворной форме, дальше будет проза. В романе: то слышен голос героини – от первого лица, то подключается автор – и слышен голос автора, автор как – бы смотрит со стороны на события. Все события в романе вымышлены и не являются реальностью.

Читайте, дорогие мои! И хочется, чтоб читатель был рядом со мной, автором, во время чтения романа.

Автор – Марина Спроуз

Любовь должна весь мир спасти

Дорогой – к жизни привести

Пролог

Легенда о Марианне

То было ль, не было, не знаю.
Но, вам сегодня я – признаюсь,
Что написать хочу об этом,
И странна миссия поэта…
Язык чтоб не был скуп и горд,
И незатейлив, как народ.
И вот, затеяла свой сказ,
Повествованье и рассказ.
В средневековье том жила,
На свете – девочка одна,
Марианною – звалась она.
Носила чёрный капюшон
На голове, и балахон.
– Марианна! – звала её мать,
На рынок надо собирать:
Посуду всяк, и барахло,
Чтобы прожить – судьбе назло.
В ту пору – тяжки времена,
В Италии – жила она,
Везде свирепствует – чума,
И забирала жизнь – война.
Черно пространство, тяжело…
И воздух сжат, и терпнет зло.
Марианна с матерью – одна,
Отца – не помнила она.
На свете – голод и позор,
Везде преследовал их взор.
Святым молились в времена,
Марианна выросла сполна;
Красавицей и умной стала,
Сама того – не замечала.
Чтобы не встретиться с чумой,
Ходила к рынку за водой.
Воды в кувшин свой набрала,
Потом по городу брела.
У входа в рынок – у ворот,
Расположился – чёрный кот:
Огромный, жирный, чёрный кот,
И улыбался во весь рот.
– Чур! Показалось! Я – больна!
Видать прогулка мне нужна!
И повернувшись к рынку вспять,
Пошла по городу гулять.
Возле фонтанчика в саду,
Я розу красную сорву;
Нельзя печалиться – никак,
Мне жизнь понравилась, пустяк.
Сорву я розу, хоть шипы и колки:
Проколют палец, как иголки.

На пальце кровь – и голова кружится,
От вида крови, в обморок ложится.
Глаза открыла и очнулась там:
Мне кто – то шлёпал по щекам.
Глазами встретилась я с незнакомцем:
Как – будто, разожглось вдруг Солнце;
С любовью встретилась я – наяву,
Любовь искала – и теперь живу.
– Я ждал тебя, родная Марианна!
Жизнь без тебя – одна сплошная рана.
– Я, Марианна, да. – Но, кто ты? Почему?
И как зовут тебя, я не пойму.
– Я имени тебе не назову,
Имён имею много наяву.
– Одно я знаю – вечною любовью,
Тебя любить я буду всею кровью.
– Запомни это – никогда,
Не разлучит нас навсегда беда.
– Он муж мой – навсегда, а я – жена,
Пойду за ним в любые города,
И пусть – война.
Но, счастье недолго продлилось у нас;
Злодеи – убийцы украли алмаз,
Сокровище – счастье разрушили вдруг,
Любимого мною – на смерть поведут…
Глаза мне – обманут, и виды не те,
Я вижу: любимый распят на кресте…
Закрылось вдруг небо со звоном, и стон…
С дождём без предела разносится он.
Оскалом звериным был проклят тот час,
Убийцей любимый распят был сейчас.
Со смертью смешалось…
Всё в крови с дождём.
– А что мне – осталось?
Не быть нам вдвоём…
Убит – за монету,
Всё небо в пыли,
А жизни мне – нету,
Раз нет в ней любви!
У пропасти молча стояла она,
А пропасть открылась до самого дна.
А дождь безутешный, на голову льёт,
От страсти сердечной её не спасёт.
Марианна узнала любови беду,
Марианна бросалась в ту пропасть в бреду.
И лишь оторвалась ступнями она,
След крови остался на груде камня.
Она полетела, над пропастью той,
И больше не зрела, узнала покой…
Лишь эхо разносит над пропастью глас:
Марианна вернётся в назначенный час!

Женщина в белом

Две девочки играли в саду на заднем дворе. Одна была совсем рыженькая, ложит на игрушечные весы фигурки. Другая девочка – с выразительными большими глазами, играет с маленькой посудкой.

– Скажи, а ты кем будешь, когда вырастешь большой? – сказала Рыженькая.

– Не знаю ещё…

– А я продавцом, – сказала Рыженькая, ставя детскую пасочку из песка на чаши весов, сделанных из доски забора.

– А я кем – нибудь, даже не знаю..

– А что это у тебя в кувшинах набрано? – Рыженькая.

– Это вода. А ты знаешь, что в будущем у людей будет мало воды, надо запасаться… – сказала девочка с большими глазами.

– Не может быть! – удивлённо сказала Рыженькая.

– А как – же будет в будущем?

– Я знаю, что людей поведёт – женщина в белом.

– В белом?

– Как интересно…

Девочки говорили, их голоса всё становились тише, как в тумане…

Девочка или мальчик

Должен был наверное родиться мальчик, а родилась девочка.. Марианна.

Частный дом, двор. Дед чинит забор, в руке молоток. На крыльце появляется баба Клавдия.

– Антон, звонила в роддом, девочка родилась!

Дед опустил молоток, нахмурился, пауза.

– Иди ещё звони, это какая – то ошибка.

Через минуту появляется баба Клавдия опять:

– Девочка! Сказали девочка!

– Пху ты… позже ещё позвони..

Страх Божий

Комната в доме деда. Белые стены, невысокие потолки. Маленькая девочка пяти лет, поджав ноги сидит на кровати, смотрит в угол – это Марианна. Полутьма. Девочка смотрит в угол вверх на большую икону. С иконы смотрит строго Иисус Христос. Марианне кажется страшно, она вглядывается, долго смотрит на изображение, Иисус как – будто грозит пальцем.

Девочка

Сельская дорога. Дед везёт Марианну на раме велосипеда. Девочке лет пять.

– Вот в старости будешь деда кормить? – находу спрашивает дед.

Маленькая Марианна отвечает: – Я заберу тебя в Москву.

Дед: – В Москву?

Марианна: – Да! И буду кормить кашей!

Дед смеётся.

Седой старик

– У неё температура.. – сказала мама Марианны, прикоснувшись ко лбу ребёнка, – Завтра надо вызвать врача.

Девочку знобило, лицо было красным.

– Ложись, ложись – укладывает бабушка Марианну.

Девочка выпила сладкую микстуру и погрузилась в сон.

В соседней комнате всё ещё горел свет, и Марианна видела его в полудрёме.

Кажется она уже уснула…

Всё в тумане… Марианне очень плохо, она не знает почему, только чувствует. Девочка открыла глаза. Старик с длинной седой бородой стоит у её постели и смотрит на неё. Марианна видит старика, но очень туманно. Закрыв глаза, уносится в сон.

Наступило утро, и девочка проснулась совершенно здоровой.

Потом бабушка сказала, что это приходил Николай Угодник. Кто знает… возможно это был другой старец.

Глухая

Марианне восемь лет. Больница. У лор – врача. Дедушка привёл Марианну во врачебный кабинет.

Врач: – Девочка совсем не слышит, неврит слухового нерва, это осложнение после коревой краснухи. Везите её в интернат для глухонемых. Это не лечится, понимаете..

Дед: – Какой интернат… Вы сдурели? Её лечить надо.

– Ничего не можем поделать, так бывает, такие все дети находятся в школе для глухонемых.

Дед ещё долго стоит в растерянности, потом берёт Марианну за руку и идёт к выходу. Усадил Марианну на заднее сидение старенького запорожца и склонился в раздумья. Его руки со злостью и отчаянием сжали руль.

– Нет! Так не будет! – проговорил дед и придавил на газ.

Марианна уже две недели в отделении «ухо – горло – нос». Ей искололи все руки, на кистях синяки, в вены попадали с трудом, но продолжали колоть антибиотики. Марианна не слышала, смотрела, видела, ходила, но ничего не слышала.

Может действительно – интернат для глухонемых и всё..

Но чудо произошло, оно всегда приходит, когда его ждёшь.

Днём Марианна стоит в больничной палате, смотрит в окно, и думает о том, что сейчас хорошо, не больно, руки не колят врачи иголками. Стало тепло. Вокруг её головы, всего тела, окутало неизвестной силой, кажется голова стала расширяться в сиянии невидимых ионов, а глаза как большой экран, и через них чувствуешь и видишь. Марианна стала слышать. Звуки доносились из коридора, громкие. Сначала звуки она улавливала носом, другими частями тела, чувствовала всем телом то, что говорил другой человек, главное, смотреть на губы человека, когда он произносит, говорит. Чудо произошло, Марианну излечила неведомая сила.

Часть той силы

Пляж. Маленькая Марианна на берегу моря. Шлёпает ножками по воле у берега. Видит купающихся людей. На улице солнечная погода, только немного ветер беспокоит волны. Марианна заходит в море. Плавать она не умеет и заходит в воду по пояс, плескаясь, потом дальше и дальше…

Волна захлёстывает Марианну закручивая её в круговорот, она полностью оказывается в воде. Начинает тонуть и задыхаться. Её тело неведомая волна поднимает вибрируя и выталкивает наверх, подталкивая. Это часть той силы, что вылечила от глухоты. Марианна судорожно гребёт руками. Она плывёт… Сама плывёт. Она научилась плавать.

Маленькая Марианна

«Іди собі на очерета, на болота, де люди не ходять, де боже слово не заходить; там тебе будет виденье, питенье, во веки веков аминь» – хриплый голос старухи доносился над головой Марианны. Потом старуха читает молитвы и Марианна чувствует запах воска, слышимый рядом: старуха выливает воск над миской с водой.

Потом говорит, держа воск в руке: «– Ось, дивись, дивись, шо тут..»

Марианна ходила к старухе уже десятый раз.

«– Прийдеш на молодику», – проговорила беззубым ртом старуха. Маленькая Марианна не знала, что молодик – это молодой месяц.

А прийти надо было, бабушка сказала ходить, чтобы больше не мочить постели, чтобы в огороде не висели и не сушились простыни; надо ходить на вычитку двадцать раз.

Говорят испуг, но чего испуг – не понятно: может просто собаку испугалась, может бабки – соседки. Бабка – соседка выходила в своих страшных лохмотьях, становилась у ворот, стояла и смотрела. Марианна проходила своими маленькими ножками по дороге и в испуге говорила: – баба Ага.

Она услышала, и видела испуганный взгляд Марианны. А теперь вот эти мокрые простыни…

Ведьмушка – соседка, подойдя близко к Марианне, прошипела ей в лицо: – Мало тебе? Мало?

Что мало, Марианна тогда не поняла. А однажды выйдя из дома у ворот обнаружила убитую ворону, на которой виднелась кровь, какой ужас…

Даже не подумала, что это рук – дело ведьмушки – соседки, просто ворона. А ночью бабка – соседка выходила держа в руках книгу, и обходила вокруг забора в огороде, шепча странные слова. Бабушка Клавдия то и дело находила находки: то, закопанный кусок хлеба у себя в огороде, то горшок с фекалиями, кем – то кинутый через забор.

Один сон постоянно мучил Марианну: она бежит, а её догоняет ведьма в лохмотьях. Марианна во сне в страхе пытается быстро добежать от ворот дома, до крыльца; ведь за ней гонится чудовище. Вот – вот ведьма схватит её за одежду.

Сон повторялся вновь и вновь…

Всё пройдёт… время лечит, и Марианна вылечилась от мокрых простыней.

Поле колокольчиков

Маленькая девочка стоит. Впереди перед ней простирается необъятное поле, оно состоит из множества фиолетовых колокольчиков. Для маленькой девочки – оно огромно, волна радости и свободы обдаёт девочку – Марианну. Она бежит по необъятному полю, она счастлива и весела. Поле невероятно пахнет, наверное это запах колокольчиков, сливающихся в огромное фиолетовое море.

Марианна просыпается, кто-то хлопает её по щекам, слышны звуки. Это бабушка, нашла Марианну без сознания, храпящую, с пеной у рта

Маленькая Марианна лежала в углу возле сарайчика двора, возле деревянного забора. Так и неясна причина такого состояния, возможно это последствия прививки, которую сегодня сделали в больнице. Марианна очнулась, и так жаль… так хотелось ещё попасть на это поле, пахнущее свежестью и ароматом колокольчиков.

Амина

– Родилась… – промолвила девочка Марианна, смотря с расстроенным видом на маленькую сестрёнку Амину, которую принесли из роддома и уложили на подушку. Амина как раз умещалась на подушке. Марианна и представить не могла, что Амина быстро вырастет, и даже наделает столько дел. Из всех детских фотографий Марианны, Амина выколола Марианне глаза, выцарапала их ножницами. А игрушки и красивые вещи Марианны забрала себе и припрятала. Когда Марианна спросила её за игрушки, Амина схватила Марианну за волосы и больно потянула.

Один раз, схватка между сёстрами зашла слишком далеко. Уже подросшая Амина оказалась сильнее Марианны: она больно ударила Марианну о край ванной, схватила за волосы и начала топить в тазике. Марианна настолько разозлилась, что когда это всё закончилось, не чувствуя себя в гневе, и только видя лицо радостной злорадствующей Амины, выкрикнула: – Будь ты проклята!

Несправедливость

Дед сидел за баранкой своего старенького запорожца. Марианна сидит рядом. Она уже подросток. Им пришлось остановиться из-за траурной процессии. Хоронили молодую женщину, у которой остался ребёнок.

Дед смотрел на траурную процессию и не мог успокоиться: – А где же справедливость… Мать забрали… ребёнок сирота… Разве это правильно…

Марианна смотрит на задумчивого деда. Она не понимает: что такое несправедливость, она ничего не понимает.

После школы

Марианна не знала куда поступать после школы.

Но, кажется сама судьба распорядилась и всё за неё решила.

Зинуля – любимая подружка Марианны, мечтала в медицинский, но для того чтоб поступить, нужен был стаж работы санитаркой в больнице; и она сразу начала действовать. Как раз оказалось местечко в клинике и мы вдвоём пошли работать ещё во время школы. И вот я наконец в первый раз одела белый халат, правда ещё был смешной белый колпак. Так начался мой путь в медицине, как будто кто-то незримый вёл меня за руку. Отработав год, Зинка почему-то передумала поступать, а точнее никуда не поступила, а вышла замуж и обзавелась хозяйством.

С моей мамой мы переписывались, письма шли долго, ведь они с папой жили на Крайнем Севере, поехав на заработки. Я спросила в письме у мамы: куда мне поступать, что делать.. И в письме мама ответила: «Тебе жить, выбирай…».

Честно говоря я сама не знала и пыталась определить свой путь. Однажды после школы я задумчиво сидела за своим столом, уроки сделала как всегда, книги лежали передо мной, и я просто смотрела в пустоту. Слегка в полудрёме – передо мной предстала картина: я в белом халате сижу в кабинете, а на заднем плане полочки с пилюлями и таблетками. Итак, для начала пути в медицину, мне нужно было поступить в медицинский институт.

Несчастье

Это произошло одним майским вечером, я ушла с подругой гулять и как послушная девочка звонила из телефона – автомата периодически дедушке и бабушке.

– Марианна… Марианна… быстро иди домой! – услышала я в трубке какой-то странный хриплый голос дедушки, кажется он плакал.

Дома я увидела двоих наших родственников из соседнего села, все сидели вокруг стола. Бабушка мне сообщила о смерти матери, дедушка говорить ничего не мог, только хрипел и рыдал, напившись корвалола. Я до конца это не осознала конечно, и боли сначала не почувствовала; была мама и нет мамы, так не может быть. И я долго плакала в ванной комнате. мои глаза превратились в два отёкших мешка. Мамочку вспоминаю… она была, как ангел, с необыкновенными глазами. Потом сказали, что её убили. У меня в памяти остался один момент, когда я сидела возле мамочки, когда она была ещё жива, и мне на душе было неимоверно тепло, наверное это чувство испытывает младенец в утробе матери. Особенно запомнились её глаза, большие необычные верхние веки, её лицо напоминало мне ангела и картину Леонардо Да Винчи «Голова ангела», а руки очень нежные. Как некую тайну девы скрывает картина Леонардо, а на картине – моя мама, моя мамочка:

Ты нежна, как что – то хрупкое и тонкое,

На что похожа ты… как будто что – то томное.

Незащищённая, как девственный цветок,

Возросший и весенний стебелёк.

Похожа ты – на девушку с картины:

Полупрозрачный лик и балдахины;

Рот чувственно открыт немного,

Как будто собралась в дорогу;

И устремлённый взгляд уставший,

Оливок глаз – без фальши.

Ранимая, незримая, босая,

Сошла с картины – ты, небесная – такая…

Я посмотрю на губы и глаза,

Они как будто могут рассказать,

О тайне вечной нежной девы;

И слушать первые напевы,

Когда с утра звенит роса…

Похороны мамы были страшные. Дед уже не плакал а хрипел, а медсестра вкалывала ему уколы просто через одежду. На бабушке не было лица от слёз, а глаза Марианны распухли и отекли от плача. Проговорили последние слова прощания. Незнакомая женщина, стоящая возле могилы, сыпанула горсть земли за шиворот Марианны со словами: – Чтоб не боялась покойников.

Сирота

Итак, Марианна стала сиротой.

Почему часто главный герой – обязательно сирота, или становится сиротой. Вспоминаем: Гарри Поттер, бедная Золушка без матери, героиня сказки 12 месяцев. Но, он карабкается, преодолевая препятствия, приобретая силу.

И… как все герои, Марианна стала сиротой.

Способности Амины

Электричка. Украина

Марианна с сестрой Аминой сидят на деревянных лавках электрички, поезд тихонько колесит. Амина вертит в руке спичечный коробок. Ложит его на лавку, подводит руку, и коробок отъезжает.

– Ух, ты – Марианна, – ану ещё покажи, и ложит на лавку железную банку.

Амина сверкнула глазами и пристально стала смотреть на банку. Банка поехала вперёд, переместилась.

– Ану я попробую.

Марианна пытается сдвинуть банку – ни в какую.

Интеллигент

Я знала, что буду поступать в медицинский, но на кокой факультет – это решила одна встреча. Встреча в метро. Мы с бабушкой Клавдией ехали сдавать документы в Харьковский мединститут, города не знали совсем. Электричка метро гудела, а мой взор пал на колоритного мужчину, он стоял напротив, слегка боком, облокотившись на дверцу поезда. Вернее наверное из-за его шляпы я обратила на него внимание: на нем была чёрная шляпа и строгое чёрное пальто, а узенькие глазки выдавали проникновенный ум и сосредоточенность.

Интеллигент… – подумала я, – наверное профессор. Когда мы выходили из электрички, он был рядом и тоже выходил, и когда бабушку качнуло от головокружения у эскалатора метро, интеллигент любезно подхватил её за локоть.

– Ой, спасибо вам огромное! – проговорила бабушка.

– Извините, вы не скажете, как проехать к мединституту? – решилась спросить у незнакомца бабушка.

Он подробно рассказал, что нужно выйти, пройти через сквер, площадь, в общем куда идти.

– А с какой целью едете туда, я кстати там работаю, – незнакомец.

– Да, внучку везу поступать; у девочки нет родителей, и расплакалась…

– А факультет какой?

– Я не знаю, – отозвалась я, – может на санитарно – гигиенический.

– Поступайте на педиатрический, хороший факультет.

Мы поблагодарили и распрощались с незнакомцем.

Решено! Только на педиатрический!

Экзамены

Это был знаменательный день, день моего экзамена для поступления в институт. Я уже успела полюбить этот огромный для меня город, просто гигант – Харьков. Сегодня я встала рано, и быстро доехала до института, и уже возле двери обнаружилось, что я забыла документы.

– Куда ты прёшь? – закричал водитель серой «Волги».

Я буквально бросилась под колёса машины,

– Всё пропало – думала я, ведь я забыла паспорт, а экзамен уже через пол часа, а мне ещё до Алексеевки доехать надо.

Водителя послал сам бог, он конечно, что-то говорил, что опаздывает на работу, но согласился за оплату отвезти до квартиры, забрать паспорт. Машина летела по проспектам, обгоняя всех,

и всё – таки успела. Экзамен – биология. В это день всё было символично, карточка для сдачи экзаменов была под с номером 33. Я смотрела на карточку и проговаривала: тридцать три, тридцать три… Ещё подумала, что 3 – моё счастливое число, билет номер 7, тоже моё любимое. Передо мной сидели два преподавателя: мужчина и женщина, женщине я сразу не понравилась, это я поняла по недоверчивому взгляду, а мужчина наоборот смотрел с интересом и как будто хотел подсказать, когда я задумывалась перед очередным ответом. В какой – то момент, когда я думала, что всё, и я не знаю ответ, мне как – будто в голову начинала приходить информация, как – будто я обратилась к какой-то всевысшей библиотеке. И наконец всё! Оценка – 4. Ура!

В это день я действительно устала, я или мой мозг, и мы с моей

бабушкой – Клавдией Александровной решили прогуляться по скверу или парку. Мы стояли на площади, где мне мир казался огромным мегаполисом, ведь я с маленького городка. Самое время было сделать несколько фоточек, и мы запечатлели себя – после этого тяжёлого дня.

Экзамены прошли. В деканате секретарь – женщина, лет пятидесяти, сказала: – О… – посмотрев мою карточку – вы ещё хорошо сдали экзамены, у вас же льгота для поступления, как сироте, возможно и пройдёте. Я не знаю почему, но это унизительное слово – сирота, которое появилось в моей жизни, я ненавидела; мне было стыдно что -ли, это звучало унизительно и неприятно. Почему жалость ко мне вызывала неприятие у меня, мне тогда было неизвестно.

Всё – прошла!…

Этот день я потом буду долго вспоминать. На заднем дворике мединститута все собрались, чтобы узнать результаты поступления. Я уже не волновалась, какая – то смелость была в моей душе, и спокойствие. Клавдия Александровна – моя бабушка, была в цветастом платье с красными розами, разбросанными на нём. Все стояли кучками, я прохаживалась возле ступенек. Бабушка стояла завернув руки назад, в ожидании. Списки вынесли. Да!! Среди поступивших красовалась моя фамилия. Бабушка стояла подальше, я подняла глаза, мы встретились с ней взглядом, они блестели и мокрели от слёз, и от счастья. Есть! Бабушка протянула руки ко мне, всхлипнула – слеза давила от счастья, и мы обнялись, как кульминация. У меня начиналась новая жизнь!

Студенческие годы

Ох уж эти студенческие годы.. Моя школьная учительница была права, когда говорила:

«студенческие годы самые лучшие, интересные». Я ещё тогда не понимала, чем они лучше. Бессонные ночи до утра, идёшь не знаешь куда, учёба, мальчишки, и ты как слепой котёнок с вытаращенными глазами, но слепой. Волосы у меня были пышные и ниже плеч, и я бы сказала – стояли, и немного вились. На груди висели финтифлюшки, из дерева резные, накрашена была ярко, чёрные стрелки, всё такое, и яркая одежда; со стороны глянуть: «красивая и смелая», как в песне. Все сокурсники думали, что я такая… из большого города, и не догадывались, что я из маленького городочка Семиветринска. Харьков принял меня в свои объятья. Я не знала чем живёт молодежь, только была занята институтом, а после института в семь вечера, только и хватало сил, чтобы поесть и учить уроки. Организм был настроен на одну программу: учёба. Конечно, я рассматривала людей, смотрела и засматривались на наших евреев в группе. Удивительно… они умнее многих людей, как у них работает голова… на всё у них есть ответ. У нас училось в группе несколько мальчиков и девочек евреев. Один даже приударил за мной, смотрел тайком на уроках. Когда я поняла, что могу провалить экзамен по биохимии, обратилась к нему, и он сказал: сдашь, у меня связи, четвёрка будет.

Когда прожив годы, вспоминаешь студенчество, то думаешь: а если бы прожить иначе.. Если бы я согласилась связать свою жизнь с Гришей, Петей, Вовой, или Серёгой, то иначе было бы потом, жила бы не в чём не нуждалась, не было б перипетий и всего этого… Но, что-то не давало, толи не судьба, толи зловещая сила отводила и вела туда, куда надо.

Что за труба такая?

Харьков. Парк Шевченко. Лето. Здесь много таких мест, где можно остановиться и сфотографироваться. Возле аллейки на газоне стоит зелёный куст. Мы с Аминой и бабушкой стали в ряд, попросив фотографа, работающего в парке сфотографировать нас.

– Станьте ближе к друг другу, так..– прицеливается фотограф.

Как же хорошо в парке… – подумала Марианна, светит солнышко прям в лицо и на душе хорошо.

– Фото заберёте через пол часа

Марианна дома любуется фотографией.

– А это что.. На плече справа на фото у Марианны видно нечто: оно имеет вид трубы, или змеи, открывшей широко пасть, но без зубов, только две вертикальных перемычки по бокам.

Марианна показала фото знакомой в студенческом общежитии, и та посмотрев сказала: – Это из другого измерения! Просто проявилось. Если хочешь, Я могу отправить фото эксперту.

– Нет, не надо, может просто дефект плёнки.

Хотя внутри Марианне кто-то неслышно подсказывал, что эта труба – объект наблюдения, то есть за ней следят из другого измерения. Труба кстати, похожа, как в мультике, высовывается с подводной лодки, когда та в воде.

Настенька

В первый раз я увидела её в колхозе. Да, в колхозе, когда мы были на практике, как уже студенты первого курса, и работали на помидорных полях, помогали собирать урожай, так сказать.

Настя была молчаливой, сразу мой взгляд упал на её большие глаза – чистейшее созданье. Помню как мы вместе уплетали свежий перец, причём до колхоза. я его ела исключительно в отварном виде, но – здесь, уж больно есть хотелось, даже помидор с грядки шёл хорошо.

Познакомившись с Настей, мы решили в общаге жить вместе, в одной комнате. Родители её были люди не простые, я это сразу поняла, у Насти были фирменные, дорогие вещи и обувь. Всё решилось, её мама договорилась за комнату, и вот у нас – отдельные апартаменты: комната 7!

***

С Настей мы проводили свои короткие студенческие вечера. Короткие, потому что всё время были заняты учёбой в институте. А вечером мы наливали чай, и просто разговаривали по душам. Было тепло и уютно. Настя была хорошая, добрая и сердечная.

После окончания института мы не оборвали связь с Настей, и она звонила мне, ровно в день рождения. Каждый день рождения я ждала её звонка. Теперь она звонила из Англии, где хорошо устроилась, и работала врачом. А я уехала работать в свой маленький городок.

Звонки Насти

Прозвенел звонок телефона.

– Настя!

Марианна ринулась к трубке. Схватила серую трубку стационарного телефона:

– Настя! Настя! Я слышу, привет!

– Здравствуй Марианночка!

– Как ты? – Настя

– Всё хорошо, спасибо что позвонила!

– С днём рождения тебя! Пусть каждый день приносит радость, и главное здоровья тебе и твоим близким, – Настя.

– Спасибо Настенька, я думала ты не позвонишь.

– У вас в Лондоне вечер, а у нас почти ночь, – Марианна.

– Так и есть, – Настя.

Потом Настя выспрашивала обо мне, но кроме как о моей больнице нечего было сказать. О себе Настя всегда говорила мало, почти ничего.

На этом разговор закончился.

Марианна с бабушкой на кухне.

Бабушка Марианне:

– Видишь, Настя звонит, не гордиться, ты цени это.

– Чего б это ей гордиться, – Марианна, наливая чай. Но, получается, если Настя вырвалась заграницу, то она лучше меня, и должна загордиться.

Бабушка наверное думает, раз попал заграницу – стал барином, великим человеком. Мыслит так, потому что всю жизнь прожили в Советском Союзе, никуда не выезжали заграницу.

Так и есть, только вот я сижу, и никто не поможет поехать

куда – нибудь, начнём с того, что нет денег. И Настя тут не поможет.

Под потолком

Ангелинка была просто ангелом. Девушка лет девятнадцати, добрая, притягивающая своим чистым взглядом и неподдельной улыбкой. Мы с Ангелинкой просто подружились, и она пригласила к себе в гости.

Мы сидим в большой комнате, в зале. Она вытащила свои деликатесы, накрыла на стол. Появилась консерва, колбаска, овощи из банки и конечно чай. Умиротворённо было с ней, она хорошая. Это случилось не вдруг, я даже не удивилась: слева вверху в моём поле зрения появился образ. Над полом залы, как в воздухе, под потолком, в золотом ореоле был – Иисус Христос. Он смотрел. Смотрел на меня сверху. На нём длинная одежда, покрывающая его тело, он словно в золотых лучах, или золотом коконе. Потом я думала, наверное смотрит на меня грешницу, что я вытворяю… Ангелинке я ничего не сказала, а то, что видела постепенно стало забываться.

Вот такие мы люди!

Иногда люди гордятся своим положением в обществе, должностью; тем, что имеют то, чего не имеют другие. Они выделяются от всех и им хочется прям воскликнуть: Вот посмотрите! Мы такие! Особенные!

Марианна на поминках у своей матери. Собрались родственники. Сестра дедушки уже была в почтенных годах и держась за палочку сидела на стуле. Вокруг неё ещё сидели родственники, слушали монолог бабульки. Марианна стоит в дверном проёме и слышит их разговор.

– Я вот сейчас расскажу вам, что мы за люди! – гордо повествовала сестра дедушки.

– Мой сын работает главным врачом клиники и района! А я всю жизнь проработала главным врачом посёлка! – продолжала бабулька. И восклицательно со всей значимостью подняв величаво голову отметила: – Вот такие мы люди!

Марианна отметила мысленно: это она чтобы знали, гордость распирает; и хохотнула про себя, так, чтоб никто не заметил. Дальше по жизни в любых ситуациях Марианна вспоминала эту фразу: «Вот такие мы люди!»

Бабушка Клавдия

Дедушка Антон ушёл в мир иной. Прошло пол года… Марианна навещала бабушку Клавдию.

– Почему же не разрешают свидания.. опечаленно опустила лицо над столом бабушка Клавдия. Марианна смотрит у стола на бабушку.

А действительно… Я и не думала над этим. Очень жестоко, не разрешать свидания с ушедшими близкими, и никогда! Заметьте – никогда с ними не увидеться.

Лишь память оживает…

Потери, с болью жить…

Кто виноват? Не знаешь.

Где место? Пережить..

Там вороны летают…

Они ещё кружат,

И правду нам вещают,

С душою говорят.

Что миг – не возвратиться,

Минуту – не вернуть!

Свобода есть – как птица,

Но труден этот путь.

Перед роковой встречей

2000 год.

Марианна живёт в своём маленьком городишке под названием Семиветринск.

Как же здесь всё медленно… Медленно едет трамвай, медленно люди заходят в автобус, медленно спешат, даже мысли движутся медленно.

У меня шла интернатура, это – практика после института.

В Харьков съездить наметила на день, два.

Комната гостиницы. Облезлые стены, обои кой – где отвалились, на шкафу пыль, возле шкафа стоит Марианна.

Что происходит.. В её сознание, голову, прорезаются образы, как со скрипом, тяжело, она пытается рассмотреть, закрыла глаза. Вижу девушку, лицо, на берегу моря, на груди что-то блестит, большое, как круглый медальон, отсвечивает, и отсвечивает её лицо в светящих лучах Солнца, она щурится. Образы перестали прорезаться и исчезли.

Марианна читает Харьковские газеты, объявления. Смотрит на одно объявление: так.. «чёрный колдун гадает, снимает венец безбрачия.»

Марьяна как во сне, набирает номер и звонит. Голос по телефону сказал Марианне: – Встречаемся на Холодной горе.

Встреча с Булгаковым

Марианна любила Харьков, ведь там прошли студенческие годы. Как говорила её учительница: – Это лучшие годы. Сейчас интернатура, все разъехались кто куда. Марианна заглянула в булочную, прошлась по центру Харькова, купила рыбу – таранку на связке: авось потом съем. На Марианне была одета салатовая блузка, с рюшечками на плечах, воздушная, внизу завязывалась как галстук развивающимися кончиками.

Лето. Всё пело, летало, а Марианна сворачивала с одной главной улицы на другую. С Булгаковым столкнулась внезапно. Он появился на перекрёстке, когда Марианна сворачивала на улицу Сумскую. Она буквально столкнулась с ним.

Да, это он – одногруппник Саша Булгаков, коренной харьковчанин. Жил здесь рядом, в центре. Разговорившись, я быстро оказалась дома у Булгакова, пригласившего меня к себе в гости.

Квартира Булгакова, комната. Я положила связку рыбы на тумбочку, и сели пить чай.

Булгаков сел в кресло. Он такой же, как и был студентом, только возмужал и волосы аккуратнее уложены.

– Я работаю хирургом, сейчас интернатуру прохожу. Жена – продавщица. – рассказал мне Булгаков.

– Ты всегда мечтал быть хирургом, ведь и отец у тебя хирург, если не ошибаюсь.

– Жена сегодня на даче, может останешься, уже поздно.

Марианна задумалась: – Да у меня ещё дела. Тут я вспомнила про встречу с чёрным колдуном.

– Надо бежать, – и я поторопившись стала обуваться.

– Может сделаю свои дела, тогда приду. Ты не обижайся, я действительно спешу, – сказала Марианна.

– Не иди ты никуда, – пытается остановить Марианну Булгаков, – я буду ждать, возвращайся, когда справишься.

Какое – то непременное надо, неведомая сила торопила Марианну. И Марианна выскочила с квартиры Булгакова, даже забыв свою рыбу – таранку на связке.

Если Марианна встретилась с Булгаковым – значит сказка начинается…

У чёрного колдуна

Он ждал на Холодной горе. Его я увидела издалека. Длинный, худой, волосы, как зализанные гелем. Он был похож на воздух, на быстрый дух, который может сорваться и взвиться в любую секунду; а голос прорезающий пространство с металлическим оттенком, и казалось, он может меняться; то он хитрый, то насмехающийся, то играющий, то плут. Это был – Чёрный колдун.

Что у него отсутствовало вовсе – я потом поняла: это доброта, душевность и правдивость.

Комната в квартире. Марианна сидит на диване. На экране черно – белого телевизора появляются кадры, диктор говорит о затоплении подлодки «Курск».

– Что это? – Марианна.

– Потоплена подводна лодка – говорит Длинный.

Марианна ещё долго вдумчиво смотрит на экран телевизора.

Эту дату августа Марианна запомнит навсегда.

Зала квартиры. На столе в вазе стоит красная роза, одна. Она мимолётом и постоянно переносит взгляд Марианны.

– Ты умеешь медитировать? – Длинный.

– Надо смотреть в одну точку, вот потренируйся, смотри на розу. Марианна посмотрела на розу. Ничего, бред какой-то.

Когда появился в комнате Круглолицый, Марианна даже не заметила. Вероятно это произошло на кухне, когда состоялся разговор с ним. Он сидел за одним столом с Марианной.

Марианна рассматривала Круглолицего: большие карие глаза, одежда, как ряса у попа, на груди на цепи висел крупный медальон или эмблема, круглый, но не совсем, по краю было что – то. Тему разговора задавал Круглолицый. Длинный сидел рядом на стуле, и живо вставлял свои реплики. Марианна то молчала, то изредка отвечала.

Разговор зашёл о возрасте.

– А вам сколько лет? – Марианна Круглолицему.

Он несерьёзно вскинул голову, как шутя :

– Да может триста… или…

– Пятьсот … – вставил Длинный. Переглянулись с Круглолицым и послышались смешки.

У меня сложилось впечатление что он врёт, что они всё время врут и насмехаются надо мной. (Мысли Марианны).

– Смотри как она сидит. – Круглолицый Длинному, – Она правильно держит руки.

Кисти Марианны была повёрнуты ладошкой вверх, когда она сидела за столом. Марианна взглянула на свои руки и ничего не поняла. Потом Круглолицый читал стихи. Странные стихи, длинные. Марианна смотрела и с трудом улавливала смыслы этого красноречия. Там было о какой – то массе, которая рождается, живёт, потом умирает, потом эта биомасса идёт в землю, гниёт, её жрут черви, а потом заново всё рождается; и потом снова этот круговорот. Даже думаешь, что такие стихи не мог сочинить обычный человек.

На столе появились какие-то картинки, Длинный показал рисунок мне, на нем лицо мужчины.

– Это кто? – он мне.

– А это кто? – ещё показал.

Вгляделась, – Не знаю..– ответила.

Разговор с Круглолицым видать был не окончен, не знаю зачем, но он заговорил о Христе.

– Иисус предатель, он предал людей, он ведь мог спасти их. – сказал, обращаясь ко мне Круглолицый, лицо его было серьёзным.

Марианна молчала, она просто не знала правильный ответ, никогда не думала об этом и не думала думать. Ответов на самом деле было множество: может люди были не готовы к изменениям, может время ещё не пришло.

Вся встреча происходила как в лёгком тумане, и почему сейчас говорят о Христе, Марианне даже в голову не приходило.

Почему – то я оказалась в дальней маленькой комнате с Круглолицым. Он крутил мне плёнку, как на магнитофоне, периодически останавливал, смотрел на меня и спрашивал:

– Слышишь? Слышишь?

Я с трудом понимала что там… звуки доносились, обрывки голосов, и даже музыка, но тихо.

Остановил немного.. песня: – Белые розы, белые розы… – я расслышала голос Шатунова.

– Узнаёшь? – Круглолицый.

Я всегда любила» Ласковый май», это песня моего детства. Внезапно плёнка оборвалась, закончилась.

– И всё, – сказал Круглолицый.

– Надо провести ритуал – заявил Длинный, и Марианна оказалась уже в другой комнате с Длинным, а Круглолицый испарился куда – то.

Длинный приготовил какую – то чепуху по видимому для ритуала: зеркальце, пиалу с водой, свечечку. Окурил комнату дымом.

Моё лицо изрисовал, измазал чёрными штрихами, сажей или маркером. Оно стало похоже на лицо индейца или воина, который готовится, маскируется перед тем, как вступить в бой.

– Вот, смотри.– и Длинный подвёл меня к зеркалу в ванной.

Я рассмотрела своё голое тело до пояса и лицо: на лбу, щеках – чёрные линии.

Длинный всегда всё делал быстро, передвигался быстро, как тень. В комнате полутьма. Он колдует перед своими штуками.

– Дай кольцо, мне выкуп нужен – Длинный.

Я стянула с пальца кольцо, простое, купленное за копейки, но похоже на золотое. Длинный куда-то его дел, может кинул в пиалу.

– Стой здесь, смотри в зеркало, говори свои желания – сказал Длинный.

Я стояла, смотрела в зеркало, молчала, как в гипнозе.

– Господи, сохрани мою душу, и душу моих близких. Только сохрани душу, – бормотала мысленно я.

– Смотри в пиалу с водой! – командовал Длинный.

Марианна долго смотрит в воду и ничего не видит.

– Видишь там в пиале? – Длинный.

Марианна пожала плечами.

Потом Длинный вскочил, распластался на полу, руки и ноги расставил, как звезда; и некоторое время так пролежал.

– Как ты себя чувствуешь? – Длинный мне.

Потом он вгляделся мне в глаза: – А ненависть… Это ка.

Длинный сделал движение над моей головой:

– Я ставлю тебе вот сюда, слева, – сделал движение над моей головой, или справа, – покрутил рукой справа от головы, – Нет слева.

Может какой приёмник, подумала я.

Ещё Длинный мне гадал на картах или карточках. Возможно он гадал до ритуала, всё было как в тумане.

Уткнувшись в свои карточки, он выкрикивал своим металлическим насмехающимся голосом:

– Да тебя толком никто и не любил.

– Да.. есть один, любил немного.

– А кто.. это, а кто такой Мыкола, а кто такой Игорь? – дальше разглагольствует Длинный, – Знаешь?

Я покачала головой.

– Так всё – таки, кто такой Мыкола? – заглядывая в карточки, настаивает Длинный.

Марианна судорожно перебирает в голове людей с именем «Мыкола», и никого не вспоминает, только жмёт плечами.

Марианна очутилась на диване рядом с Длинным, Длинный смотрел ей в глаза своими пустыми холодными глазами.

Марианна рассмотрела рыжие волоски на обнажённой груди Длинного.

– Ты знаешь, что ты в прошлой жизни была сильным магом и колдуном, – Длинный.

Марианна не догадывалась, но один образ приходил в голову часто: это человек из средневековья в капюшоне на голове, такие накидки носили в те времена. А язык, похожий на латынь, ей всегда казался родным, где – то она его слышала.

При общении с Длинным меня не покидало чувство, что меня хотят на чём – то уловить, искусить, это не был страх, я хотела защитится.

Длинный всматривался мне в глаза:

– Это ты… ты убила свою мать..?

Я в онемении пошевелила головой.

Мне стало ясно, что он хочет уловить и обвинить меня.

– За душу свою переживаешь… – Длинный.

Я искала выход. Кажется во мне, в моем внутреннем теле мать с ребёнком.

– А, ты так, ну ладно…

Длинный и Марианна во дворе дома. Марианна уходит.

Длинный игриво вслед: – Погоди, давай я вызову твою покойную мать, пообщаешься. Чего, давай, это для меня ерунда.

– Нет… не надо, не надо. – Марианна представила себе этот ужас, это страшно, это нельзя..

Марианна уходит.. Одна мысль в голове: только не оборачиваться, и поскорее идти.

***

Городок Семиветринск. Марианна залетает в свой дом и судорожно роется в книжках.

– Марианна, что с тобой? – подлетела любопытная сестра Амина.

– Вот, нашла! – держит в руке потёртую книгу Булгакова «Мастер и Маргарита.»

– Там в Харькове такое… – Марианна.

– Чего ты такая перепуганная? – продолжала приставать Амина.

– Что? Летающие гробы? – Амина.

– Марианна закрыла лицо руками и вздохнула: – Ничего..

Потом улеглась с книгой Булгакова на кровать и судорожно стала

поглощать страницы. Оказывается я не читала раньше эту книгу.

Марианна в пустыне

Египет. Пустыня. Жара.

По пескам идёт Марианна. Ветер обдувает её одежды, они шёлковые, синего цвета. Она еле ступает, изнывая от жары, кажется силы оставляют её. Марианна падает на песок.

Марианна… Марианна…
Марианна молилась неистово рьяно,
Тряпьё прохудилось, сочилися раны,
И шла бы ещё, но уж не было мочи,
Осудите может теперь правомочно.
По дикой пустыне пройдя сотни метров,
В молитве душа – одни километры;
За всех за людей и за милого снова,
Молилась она своим чувственным словом.
Марианна упала, лежала недвижно;
Зыбучи пески ветерком только движет;
Горячий песок – раскалённая лава,
И нет остановки, и нет здесь привала.
Один скорпион промышляет упорно,
Ползёт на тряпьё – оно пахнет зловонно.

Укусит Марианну, спаси милый Боже:
Ей надо идти! Ей на свете дороже!
И вот опускаются ангелы с неба,
И видим их след, в облаках против ветра.
Марианну объяло невиданной силой,
Она поднялась и попить попросила;
И ангелы чашей Марианну поили,
Святыми лучами всё восстановили.

В белом облаке ангелы поят Марианну из кувшина. Опускают обратно на песок.

Марианна лежит с закрытыми глазами.

Кажется лучи солнца светят мне в глаза, я просыпаюсь…

Трамвай

Семиветринск. Марианна на трамвайной остановке. Скоро подъедет красненький старенький трамвайчик. Слышит разговор двух женщин рядом.

– О боже, вы видели… видели? Перерезало женщину утром!

– Да это был мужчина, —

– Да вроде женщина, мне сказали – женщина.

– Да как же женщина, если дедок старый, слепой, переходил дорогу…

– Под трамваем, ужас… о божечки…

– Что случилось, – Марианна подошла ближе к женщинам.

– Трамвай задавил мужчину утром, трамваем управляла женщина, толи не увидела… и перерезало человека – ответила одна из женщин.

Наконец-то трамвай подъехал и Марианна вошла.

В трамвай ловко забежал Гришка, это мужичок, болен с детства головой или психически. На голове шапка ушанка набекрень, грязная сумчонка висит сзади; как трамвай – так и он здесь тут как тут. Заходит в каждый рейс, и стоит возле водителя трамвая, или прохаживается своей корявой походкой, ноги как колесо, он переваливается с одной на другую и идёт.

Эдакий – хранитель трамвая, а лучше сказать хозяин – дух трамвая. Надо же было ему отвернуться, когда трамвай наехал на человека, не усмотрел Гришка…

Забить козла

Аля жила бедно. Одна с дочкой. Марианна дружила с ней. Хорошая девка Аля, сама с Кубани, почему-то оказалась на Украине. Марианна ещё помнила её мать, ныне покойную, как мать кричала:

– Аля, иди рви траву!

И девочка, придя из школы, едва успев снять школьную форму, принималась дёргать на присядках траву во дворе. Собака лаяла из маленькой грязной будки, и Аля всегда говорила Марианне:

– Заходи, не бойся, я подержу собаку.

Домик был маленький у Али, мазанка, снаружи закрашенная голубой краской, с трещинами.

Прошло несколько лет..

У Али появилась дочь, но замуж так и не вышла. Может карма такая же: её мать воспитывала одна, и Аля теперь одна с дочкой перебивается.

Марианна теперь заходила реже, но очень любила Альку. Добрая она, улыбчивая, весёлая, сама крепкая, большое круглое лицо; глаза, как две миндалины и большие. А когда зайдётся смеяться, смешно вскидывает голову и хохот такой, с шипением. Алька немного шепелявила, но это её не портило. Сегодня Марианна в гостях у Альки.

– Марианна! – я что хотела сказать… на следующее воскресенье, я буду забивать козу;

– Козу? – Марианна.

– Да, козу, ты смотри приходи обязательно, где – то к вечеру, часиков на восемь.

– А зачем, что делать будем? – Марианна.

– Пожарим мясо, посидим, приходи обязательно! Вино у меня классное.

– Я, честно говоря, никогда не ела козу, как и нутрию.

– Вот и попробуешь! Побухаем, посидим…

– Ты пей чай, пей, – Алька кивнула на стоящую на столе замасляную чашку.

Марианна смотрит как уголь потрескивает в печке и берёт чашку, подносит ко рту.

Воскресенье.

Марианна вспомнила, что у Альки сегодня знаменательное событие: режет козу. Видно там Алька подготовилась, ждёт её. Ох, надо идти. И Марианна начала одеваться.

Пройдя по разбитой Алькиной улице, где ухабы, и рассыпана жужалка со сгоревшего угля, Марианна видит дом Альки.

Заходит в дверь. В доме тепло и пахнет вином. Да здесь гости… Возле печки сидит Леший, там ещё Алькина подружка, и сама Алька.

– Заходи, присаживайся! – Алька.

На столе следы банкета: куски жареного мяса черноватого цвета, огурчики и стаканы.

Я видать опоздала, здесь в полном разгаре.. (мысли Марианны).

Марианна молча села на стул, оценила обстановку: посмотрела на Лешего, у него горели глаза зелёным возбуждённым светом. Алька тоже была в раже, толи от выпивки, толи от свершившегося – зарезания козы.

Они тут видно все перетрахались… Интересно, Алька трахалась с Лешим..? (мысли Марианны) – и Марианна посмотрела пристально на весёлого Лешего. Они все были в состоянии, как это сказать.. Марианна увидела это: в экстазе, в возбуждённом кайфе.

Алька налила вина Марианне в чашку, и как бы не замечая Марианну, продолжала дальше кайфовать.

– Всё, зарезали козу, чернушку мою… – Алька.

Марианна представила перед собой чёрную козу, хотя в жизни её не видела. Праздник видать продолжится до утра.. (мысли Марианны).

Но, как то мне здесь неудобно, и зачем я пришла… опоздала… как лишняя…

Посидев с пол часа, Марианна нашла предлог чтобы уйти. Алька не обидится, ведь я же пришла.

Прабабушка

Прабабушка – Вера родилась в 2011 году, но революцию не помнила, а вот бандитов, что приставили пистолет к виску, вспоминала часто. Такое не забудешь… Может в послевоенные годы, кто знает… или банды, которые орудовали в двадцатые годы. Но, рассказывали, что пришли в село, зашли в дом, и было очень страшно.

Дом прабабушки до сих помню: это круглый стол посреди комнаты, застеклённые окна коридора при выходе из дома, и широкий двор, как будто приглашающий зайти или заехать. На стене висели удивительные старинные часы с боем, кажется французские дореволюционных лет, в деревянном резном обрамлении. Когда прадедушка умер они остановились сами, и больше не шли; как живые – хозяин умер и они вместе с ним. Наверное душа живёт везде, в часах, в местах где жил, в родном доме. Эти часы прабабушка забрала, когда продала дом в селе. Их повесили на стену. Они хоть и не шли, но очень красиво вписывались в интерьер и радовали глаз.

Читайте Евангелие!

– Клава, ты помнишь, как Степан очнулся, когда помер? – прабабушка Вера сидела за кухонным столом и о чём – то увлечённо говорила бабушке.

– Степана с Гуртовки помнишь?

– Тот, что помер, Степан, был в летаргическом сне, потом очнулся.

Как очнулся говорит: – Читайте Евангелие! Так книжку с рук и не выпускал. Там ему, на том свете – видение было страшное, а до этого пил, помнишь?

– Да, изменился сильно… – вспомнив об этом случае бабушка Клавдия.

– А помнишь Клава, про тот колодец? – опять мечтательно продолжила разговор прабабушка, – у меня до сих пор не выходит из головы.

– И чего сосед полез в наш колодец и утоп? Колодцев что – ли мало, а такая вода была хорошая до этого, как счас помню: наберёшь её, а она холодненькая и пьёшь с ладошки. Прабабушка потом долго вспоминала свой дом в селе, который продала; потом всех соседей с которыми жила по соседству. Бабушка Клавдия сидела рядом, и тоже вспоминала дом в селе, и всех тех, кого помнила.

Где та смерть?

Старушка лежала на кровати. Она то поднималась, то опускала своё дряблое тело. Ей было 96. Смерть никак не приходила. Она опять поднималась, и со злостью, скрежеща беззубым ртом говорила:

«Та где уже та смерть… Мука одна…» Потом причёсывала свои оставшиеся волосины и просто сидела, смотря в пространство. Раньше, когда она могла вставать, Марианна видела её каждый день молящейся у икон, висевших на кухне. Прабабушка Вера была неграмотной, и молитвы знала просто наизусть, выученные на слух. Она шептала, глядя на иконку Иисуса Христа и Богородицы. Иконка Иисуса Христа была бумажной картинкой, наклеенной на картон и повешенной на гвоздик у холодильника на стене. Перед молитвами Прабабушка умывалась, и только потом подходила к иконам. В церковь не ходила, молилась и всё.. Жизнь у неё выдалась не сладкой. Мужа ещё при Сталине забрал «чёрный воронок», и возвратился он аж через десять лет, совсем больной и вскоре помер. А всю жизнь прабабушка Вера болела горемычная, но выжила и прожила долго.

Сталкер

Ксения Блаженная – так « про себя» называла свою подружку Марианна. Ксения то и дело раз в пол года попадала в психушку на лечения. В остальное время, она выглядела как и остальные люди, вполне вменяемо.

Марианна с Ксенией Блаженной в интернетбиблиотеке. Марианна набирает на компьютере всякую всячину; игры, гуглит информацию. На экране появляется надпись:

«Ты Сталкер!».

– Кличка что -ли?

– Ксения, что такое Сталкер?

– А фильм смотрела? Про мужика Сталкера.

– Может это моя подпольная кличка?

Марианна представила себя бредущей в полутьме по неизвестным землям.

«Для Сталкера есть зона неизвестность,

Чужое царство, непройдённое не раз;

Одна нога его ступает в вечность,

Другой задержится, таков его типаж.

Для Сталкера есть зона отчужденья,

Где ложь и правда борются в тиши;

Где рук чужих, грехов столпотворенье,

Вечерней мглы полночной миражи.

Для Сталкера, не пройдены дороги,

И поросло кругом, как трын – трава,

Густой туман, но путь укажут Боги,

Седых небес восторгнуться права.»

Полёт во сне

Неизвестное существо потянуло Марианну за руку, и понесло. Это был сон, да, невероятно, что это могло произойти наяву. Полетели. Существо похожее на дух, чёрта, или чёрт знает кого. Марианна смотрит, видит, куда же он её притащил… Проходит мимо кабинок, везде темно и смрадно. Вот в одной кабинке похоже мучится один человек на цепи, он без ноги, капает кровь, в некоторых кабинках части тела людей. Темновато, плохо разглядеть. Попутчик похож на нечто воздушное, быстро двигается, и тащит за собой Марианну. Вот они уже возле стола. За столом сидит чёртик, игривый, полупрозрачный, как дух. Перед ним на столе большая книга или тетрадь, он перелистывает страницы, ищет пальцем, пишет. С виду как веселится, воздушным движением с особым удовольствием и радостью записывает в расчерченную графу дату. Если бы это можно было выразить музыкой, то играла бы весёлая полька типа тра та та та, тра та та… Марианна склонилась посмотреть что он написал: шестьдесят четыре или шестьдесят семь, цифры расплываются, ведь она видит не глазами, просто видит в полутьме. Всё, существо потянуло Марианну обратно.

Часы

Марианна входит в дом, возвратясь с работы. Всё вроде бы, как обычно. Бабушка Клавдия шьёт на своей швейной машинке, подшивая штору. Дедушка Антон лежит смотрит телевизор. Прабабушка сидит на кровати и смотрит растерянным взглядом вниз в пустоту. Но, что-то не так. Пусто так, как будто незнакомый вор, пробрался в дом и украл, унёс самое ценное. Взгляд Марианны падает на стену. Часы… На месте старинных часов с боем, висят дешёвые пластмассовые современные часы. Она залетает в комнату к прабабушке Вере:

– Где часы?

Прабабушка устало, еле шевеля губами:

– Приезжала Амина..

– Зачем же ты их отдала… Зачем..

У Марианны возникло такое чувство, что вместе с часами из дома ушла некая благодать, добро. Через несколько дней прабабушка умерла. Умерла легко, как будто ушла вслед, как ушли часы.

Потом бабушка Клавдия призналась, что вместе с часами Амина, забрала и всё фамильное золото, которое бабушка прятала в кровати, и хотела в будущем разделить между мной и Аминой.

Где я?

Чёрное лицо появилось в окошке Фейсбука¹.

О… оно ещё написало мне в Мессенджер. Давай отвечу.

– Heloy.

Переписка началась. Посыпались вопросы: откуда ты, кто ты. Может Бот, не человек? На фотке – улыбчивый, похож на молодого араба. Разговор через Мессенджер затянулся, я уже не хочу отвечать, его зелёная точка опять загорается в Фейсбуке. Если на связи, может живой человек, реальный…

Я очутилась в ловушке. Я почувствовала это сразу, как только ответила этому… в Фейсбуке. Я щупаю руками пространство, невидимо; я заперта, моё сознание заперто, где я?

«Где я? Я потерялась там,

Где я – была;

Сначала, всё я – волнами плыла,

Теперь ищу себя – по временам.

Ходила неизведанным местам,

Опасным, сложным, по – путям.

Где я? Скажите:-Где я?

Мне ветер веет где – то там…

А ночью – тьма,

Я потерялась, где – я?

Найти себя я не сумею,

Без помощи, и брадобрея.

Искания себя – всё сложно,

Но, где – же я?, найдусь возможно..

И не заманит своей ложью,

Вокруг меня – никто нарочно.»

Вечер. Я у стола компьютера. Фейсбук. Страница чёрного лица, заманившего меня в ловушку. Тьма. Из темноты выходят люди, одетые в чёрное. Их не один, они идут и идут, один за одним, толпой. Это мужчины в чёрном идут, и я вижу, как они выходят и удаляются, показывая мне свои спины. Идут как на сражение.

Иконка

Марианна знала, что её сотрудница – Афросинья была верующей, даже на работу ходила в косынке. Ещё она знала, что Афросинья часто бывала в монастырях.

– Привези мне маленькую иконку с монастыря, – сказала Марианна, подойдя к Афросинье.

– Хорошо, какую тебе?

– Любую, небольшую.

Прошло две недели…

Афросинья подошла к Марианне:

– Привезла, вот.

– Спасибо… – Афросинья протягивает маленький квадратик в целлофане.

– Спасибо… такая маленькая.

– Это Казанская – уточнила Афросинья.

Марианна прижала иконку Богородицы с младенцем к себе и пошла по коридору.

Вечер. Иконку Марианна повесила над своей кроватью. Так и висела иконка над кроватью, до одного момента: когда с иконки показалось необычное.

Марианна его увидела – это был свет: прозрачный свет нежной струйкой лился с иконы.

Это мне свет? Для меня? Значит всё будет хорошо.

Обьект во сне

Огромная фиолетовая махина была передо мной. Я смотрела на неё со стороны. Это была летающая тарелка, я таких видела на картинках прежде. Страшно не было, ведь это сон. От фиолетовой махины струился свет и дуло, как из вентилятора. Я и моё сознание были рядом с ней.

777

17 июля 2014 года на востоке Украины потерпел крушение Боинг 777 – Марианна читает в сводках новостей. Это же рядом совсем… Донецкая область.. люди погибли…

Цифры 777 попадутся Марианне и дальше в жизни, но она ещё не знала об этом…

Всадник на белом коне

Марианна идёт по тропинке, похожей на лесную дорогу. Вокруг густой лес, большие деревья выше Марианны. Лес кажется мрачным. Она легко ступает ножками по земле. В глубине тропинки никого. Она как будто ждёт кого-то и идёт к нему. Он появляется величаво, величественно: это всадник на белом коне, её принц. Марианна поднимает глаза – они встречаются взглядами. Этот полусон Марианна видит не в первый раз. Что же дальше? Она обязательно должна была его встретить в тёмном лесу.

Надо помучиться

Марианна привезла бабушку Клавдию в больницу своего маленького городка. Везде по областным больницам отказали в лечении, рак в такой стадии не лечится.

Бабушка выходит из машины, с трудом передвигаясь. И говорит, как мантру, повторяя: – Перед смертью надо помучиться, перед тем как умереть, надо помучиться..

Марианна только с болью посмотрела на старушку. Конечно, она не понимала до конца этих слов. Старушка терпела несносную боль, у неё был рак почки, и никакие обычные обезболивающие не помогали. На просьбу выписать что-то покрепче, Марианне доктор отказал, ссылаясь непонятно на какие причины. Бабушка умирала в муках… Для самоуспокоения ей конечно делали какие – то капельницы, уколы. От боли бабушка поднималась и кричала:

– Дайте руку! Потом опускалась на подушку, и потом опять поднималась. Когда бабушка умерла в палате, Марианна растерянно стояла возле неё:

– Что же мне теперь делать?..

– Хорони Марианна! Хорони! – услышала уверенный голос рядом, это бабулька – из больных, сидящая на кровати в платочке, видно уже пожившая, мудрёная, и знающая что делать.

Прошло несколько лет…

Одна мысль всё не уходила, и опять возвращалась к Марианне: – Ну, зачем же мучиться.. Обязательно надо чтобы боль была, чтоб человек от боли проклинал жизнь, и что родился на этом свете. Кому от этого лучше? Как будто кто-то незримый наблюдает за болью людей и ухмыляется, и наслаждается, упиваясь истязаниями жертвы. И потом спокойно хоронят, закопали и всё – нет человека…

Духовный путь

Марианна надела чёрную до пяток юбку, чёрную блузку и села в кресло.

Кажется всё… готова. А, да, надо ещё Роме позвонить. Рома жил в соседнем селе, и ещё в институте предлагал Марианне замуж. Марианна вспомнила смешную историю, как Рома сначала предлагал ей руку и сердце, а потом когда она отказала, предложил её подруге Насте. Он даже привёз их обеих в своё село, показать родителям, так сказать. Батько его тогда сказал: – Аж двоих девок привёз!

А на днях Марианна встретила этого самого Рому, и он предложил встретиться.

Марианна идёт к телефону – автомату позвонить по межгороду.

– Рома! Привет! – Марианна пытается громче говорить, в трубке трещит и плохо слышно, – Я не приду на встречу, не могу, уезжаю далеко заграницу. Всё Рома, пока!

Дело сделано, и Марианна опять села в кресло, в ожидании чего-то. Всё…

На следующий день девчонка соседка поволокла Марианну в церковь исповедаться.

Только ничего не есть и не пить утром, Марианна помнила об этом. В церкви соседка за руку притянула Марианну к батюшке в нужное место исповеди. Соседка чувствовала себя в храм, как дома; они часто ходили в церковь, и тётка её и мама. В конце службы Марианна увидела, как люди выстроились в очередь причащаться, и тётя соседки и мама стали первые в очередь. Делая это не в первый раз, это было для них обычно, и всё здесь знали.

Дома, поздним вечером, Марианне никак не спалось, дикий огонь в груди мешал, кажется ещё немного, и с Марианны останется кучка пепла. Не хотелось ни спать, ни есть. Может с квартирой что-то не то, или ведьмы атакуют?

Надо почитать Евангелие.. Звёзды светят за окном. Марианна открыла в интернете странички Библии и начала вслух читать на русском языке. Это отгонит нечистую силу, если она атакует. Но, чудо не произошло, и огонь в теле ещё больше разгорелся и бессонница не отпускала. Пролистав интернет, Марианна прочла: нельзя читать Евангелие ночью, тёмные силы могут даже убить.

Духовный путь начался..

В зеркале

Сегодня был молодой священник у меня в квартире, ходил брызгал святой водой и рисовал знаки на обоях. Ничего не помогло, а даже хуже. Я не могла спать по ночам, даже не читала Евангелие. Электрический ток долбал всю ночь, закрывая глаза, я видела только могилы.

Я просто умерла… Ела только потому что надо, мой организм отказывался усваивать еду, а тело истощено бесконечными агониями, и бессонницами, я похудела.

«Мне кажется я умерла…

Меня похоронили, там… холм за садиком,

Где вечная мерзлота, где душу расплавили,

Сожгли, отравили снадобьем.

Я еле дышала, сирень цвела,

Я вдыхала её ароматы и запахи;

А вечерами куда-то шла,

Шла и утром, по часам и задумам.

Я с душой говорила, она мертва?..

Слышишь, где ты? В какую сторону?

Она замерла будто внутри меня,

Реанимации душ срочно дайте номер мне.

Я опять говорила… метель мела,

Завывала, следы разносила,

По которым я снова тихо шла,

В реанимацию душ, если хватит силы…»

Вечер. Моё лицо перед зеркалом, нет… не моё. Я смотрю на лик чудовища в огне, на голове две шишки, или рога; глаза – два лупатых шара горят безжалостным огнём, кто это… Изображение сменяется другим лицом – это Иисус, длинные волосы, я чувствую Иисуса во мне, в моём теле. И снова – Дьявол – Иисус, как слайды мелькают в зеркале.

Азнавур – звучит чьё – то имя у меня в голове, может я не так звуки расслышала. Кто же это Азнавур…

Марианна будущего

Марианна над кастрюлей пытается приготовить суп. Рука с крышкой дёрнулась, как при болезни Паркинсона, совершила подёргивания, а морковка разлетелась по плите. Я видать совсем плоха… со стороны взглянула на себя Марианна. И здесь возле плиты сверху пришло озарение: Марианна теперешняя почувствовала в мыслях и образе где-то вверху Марианну, которой она станет в будущем, с железною силой, твёрдостью и в лучезарном свете. Мысленно обратилась к ней: Марианна будущего! Помоги! Ты сильнее! У меня не хватает сил! Я не могу! Я слишком слаба… Я не готова… Марианна стоя у плиты почувствовала силу Марианны будущего, как Бога, как источник спасения.

Ты!

Семиветринск. Вечер. Марианна в доме у телевизора. Сил никаких не осталось. Если я хоть немного не посплю начнутся глюки. Так… надо себя контролировать, я выпила чай, поспала один час, уже хорошо. Сейчас посмотрю телевизор.

Телевизор был старый, хотя и цветной, задней крышки не было и лампы просто торчали сзади панели. Недавно мастер ремонтировал и кой – какие лампы заменил, теперь он должен работать. Но, как видно барахлит, опять полосы на экране. Марианна хлопнула кулаком по телевизору и он внезапно заработал.

Марианна никак не могла уснуть, огонь внутри и тревога не давали уснуть. Интересно, долго ли я так продержусь, может и умру. Марианна рассматривала своё исхудавшее лицо и блёклые глаза. Спасение пришло внезапно. На экране телевизора заискрили голоса, в разнопев убаюкивая. Звучит небесная музыка на цветном разноцветном фоне и голоса: – Марианна! Это ты! Ты! Ты родишь сына! Ты родишь сына! – нараспев доносились голоса до Марианны.

Из экрана телевизора всё доносятся певучие голоса: – Не лежи, вставай, ты молодец! Мы славим тебя! Ты родишь сына!

Марианна поднялась и прошла на кухню.

– Какого ещё сына я рожу…

Встреча с Борькой

Борька появился, как гром среди ясного неба. Я почувствовала, будто Бог своими огромными руками кинул мне его в жизнь, всё загрохотало, и перевернулось всё моё нутро. Это всё икона, и её свет – и вот появился Борька.

Звучит песня «Ласкового мая» Белые розы – это Борька на сцене кафе поёт, и поёт очень хорошо, таким же тонким голоском, как у Шатунова:

«Белые розы

Белые розы…»

А потом мы нелепо танцевали: Борька взял меня за талию и колыхался, как медвежонок, и мне приходилось тоже поворачиваться в такт музыке, это же медленный танец.

Когда мы шли по тропинке городка, Борька взял меня за руку и мы оказались вдвоём в потоке сияющего божественного света, и он сказал: – Будем жить вместе!

Это звучало как приговор. И уже через неделю мы перевезли свои вещи в одну квартиру.

За вас кто-то молится

Донецк. Церковь возле родильного отделения. Марианна в теплом осеннем пальто, видно большой живот. Входит в небольшую церквушку. Незнакомка появилась неожиданно и взяла Марианну за руку, когда та ставила свечу:

– Кое – кто не хочет чтобы он рождался. Но, за вас кто-то молится. Женщина. Она молится за твоего сына.

Марианна расширила глаза, переваривая информацию. Женщина опустив голову отошла от Марианны. Всё будет хорошо, – убеждала себя Марианна; с предыдущими беременностями плохо, а в этот раз всё будет хорошо. Я же сейчас в родильном отделении, приехала и легла заранее. Сегодня всё скажут врачи, а пока немного ещё пройдусь по морозному воздуху. Начало октября… А как холодно…

Донецкая земля

Донецк. Октябрь. Областной родильный дом.

– Здесь беременность 33 недели, биение почти не слышно, немедленно надо родоразрешать.– проговорила молодая врач старенькому профессору, – акушерский анамнез отягощён, невынашивание, кровотечения.

Марианна лежит на кушетке после УЗИ.

– Вы ели что-нибудь? – спрашивает врач.

– Я суп успела поесть, когда зашла в палату.

– Везите её! В операционную!

Марианна очнулась в реанимации после операции кесарево сечение.

– Как он, как мой сын? – спросила у проходящей рядом медсестры.

Всё в порядке, он в реанимации для новорожденных, подключили к аппарату искусственной вентиляции лёгких, к сожалению он не дышит сам, но богатырь, три шестьсот веса.

Молодая врач воркует возле Марианны: -Сейчас попробуем выдавить хоть каплю молозива.

– Молока совсем нет, – проговорила Марианна, вытягивая маленькую грудь.

– Ничего, хоть миллилитр в шприц, этого ему будет достаточно. Марианна скривилась от боли. Закончив доить Марианну, молодая врач:

– Вы понимаете, шанс у него есть, маленький но шанс. Он родился в тридцать три недели, лёгкие ещё незрелые, на снимке вообще белые лёгкие, и когда он будет дышать сам неизвестно, пока на ИВЛ. Доктор удалилась со шприцем молозива в руках.

Марианна отправилась в отделение новорожденных.

Подходит к заведующему отделения:

– Скажите, он сможет сам дышать?

– Оксигенация падает, мы не можем отключить его от ИВЛ. Благодаря тому, что получили в прошлом году новое оборудование для искусственной вентиляции лёгких, есть возможность выхаживать таких детей, иначе его бы не спасли.

Хорошо, что в этом году есть такое оборудование (мысли Марианны).

Первая встреча с сыном

Сейчас я его увижу. Волнение охватывает меня. Я делаю шаги в комнату реанимации новорожденных. Звук работающего аппарата для искусственной вентиляции лёгких, повизгивает всё громче. Я смотрю на маленькую крошку. Он смотрит на меня. Совсем смуглый, на голове чёрные волосы, густые; во рту трубка для искусственной вентиляции лёгких. Ребёнок мучается, трубка явно ему мешает.

Марианна и сын встречаются взглядом.

– Мама, я твой сын. – передаётся его голос телепатической волной в голову Марианны, волной, похожей на азбуку морзе; слова выходят с района лба ребёнка и доходят до лба Марианны.

– Сынок! Ты мой сынок! – отвечает по воздуху Марианна таким – же способом волной нежной волнующей любви.

Это мой сын, и назовём мы его – Альберт.

Бабушка из Азербайджана

Бабушка Альберта приехала из Азербайджана к сыну, то есть – отцу Борьки, а к нам заскочила ненадолго, узнав от отца Борьки, что родился Альберт

Зачем нужна была эта встреча… Марианна думала потом, зачем-то нужно. Бабушка Альберта была черноволосой, волосы собраны сзади; глаза большие карие. Она не была такой смуглой, как Альберт. Марианна всё пыталась понять: она похожа на цыганку или нет, интересно: какие бывают женщины азербайджанки? Встреча была короткой. Бабушка взяла Альберта на руки, рассматривала, но видно её не проняло на родственные чувства, там более, что Альберт был ещё младенец не обрезанный и как – бы не мусульманин. Потом бабушка в знак приличия выпила вина из хрустального бокала, поесть отказалась и удалилась. Одно сказала: – Он будет такой – же, и кивнула в сторону Борьки. Действительно, он смуглый, как Борька, но чтоб такой – же… это слишком, Борька же толстый.

А мальчик растёт

Альберту 4 месяца – он всё лежит, смотрит и не улыбается.

Медсестра сидит возле маленького Альберта и трёт ему ножки, делая массаж. Медсестра придёт и завтра, и завтра…

Альберт сильно давит головой в руку Марианны, у Марианны на руках, и заливается в крике. Кричит постоянно, до хипоты, и ничего не помогает.

У Альберта ларингит: появилась температура и лающий кашель. Успеваем доехать до ближайшей больницы Семиветринска.

Вызывают санавиацию из Донецка, Альберт задыхается, слышно его свистящее дыхание. Двое парней из санитарной авиации подносят мне Альберта и говорят: – Прощайтесь с сыном!

Я только успеваю сказать: – Альберт! Сынок… и руки парней из санавиации уносят сына в машину и везут в реанимацию Донецка.

Сынок выжил и его выписали.

Альберту 9 месяцев – он уже может немного сидеть, но как неволяшка падает набок.

Альберту 1,5 года.

На приёме у профессора педиатрии.

– Вы совершили подвиг! – похвалила меня профессор, – Учитывая, каким он родился, вы совершили невероятное. Мальчик уже ходит, и потихоньку догоняет по своему развитию.

***

Волчонок выскочил из двери и побежал по снегу босиком. Это маленький Альберт. Марианна выскчила за ним вслед на крыльцо:

– Альберт, ты куда? Вернись!

Альберт топает по снегу и бежит до ворот. Его ноги окунулись в снег, на теле тоненькие штаны и нет шапки.

– Вернись, простудишься же… – умоляюще Марианна. Побегав чуток, Альберт возвратился за экран компьютера.

– Что ты смотришь? – в любопытстве Марианна.

– Фильм «Волчонок», что не видишь? – отвечает Альберт.

– Так это же про вампиров, немедленно выключи этот ужас, – скривившись Марианна.

Николаш

Николаш родился как раз в день Святого Николая – 19 декабря. Я хотела, чтобы это произошло быстрее, и ходила за доктором, чтобы быстрее родоразрешиться. Но, молодая красивая врач всё не уговаривалась. И в день 19 декабря сказала:

– Это сегодня!

Уже на каталке, когда везли в операционную, я почувствовала как пришёл Николаш: этот маленький воин показался мне жаром в животе, огнём, ангелом, пришедшим в мою жизнь.

Василиса Премудрая

На стуле восседала Василиса Премудрая в длинной клетчатой юбке, положив ногу на ногу; весёленькие белокурые кудри свисали на голове до плеч, виднелись кругленькие очки, выпрямленная спина. Она сосредоточенно смотрела в книгу с умным лицом. Это училка Альберта. Меня вызвали для разговора по успеваемости Альберта.

Василиса Премудрая подняла голову и оторвалась от книги, начав говорить об Альберте. Её голос звучал плавно и мелодично, словно Василиса Премудрая исполняла партию игры на арфе. После длинных умных монологов, мы решили, что Альберту нужен репетитор по некоторым предметам.

Обрезанный

Сказали, что у Альберта фимоз. Это требует операции. Операцию должен проводить самый лучший врач, обучавшийся в Англии и Европе. В этот день Марианна привела Альберта в отделение. Должен быть ещё наркоз. Марианна переживала и ждала в коридоре пока шла операция. Наконец всё прошло, и Альберта привезли в палату. Альберт поднял голову, и ещё получумной проснулся от наркоза. Быстро в себя пришёл. Теперь он обрезанный. Врач дал рекомендации и отправил нас домой.

После, Марианна, попав в это хирургическое отделение, увидела фото этого врача с чёрной ленточкой. Врач умер, вероятно выполнив свою великую миссию.

Женщины выносливее

Я не знаю с чего это всё началось… Толи с сообщения в Фейсбуке, толи со слов незнакомца в автобусе. Начнём с сообщения с Фейсбука.

Мне пришло сообщение из Фейсбука. Я точно догадалась, что оно предназначено мне, я это почувствовала. Там было написано:

– Мир не такой, как вы его представляете.

Я тогда подумала: оно могло значить многое, или ничего.

А слова незнакомца предназначались тоже мне. Я зашла в автобус.

В руках у меня было два огромных пакета. Я с трудом их занесла в автобус и стала возле водителя. Когда автобус отправился, я увидела стоящего рядом незнакомца. Незнакомый молодой человек только смотрел, как я справляюсь с такой тяжестью, и сказал: – Женщины выносливее.

Женщины выносливее… – эхом отразилось у меня в голове.

Боулинг клуб

Боулинг клуб. Зал возле кафе. Альберт с Николашем играют в настольный аэрохоккей, Марианна пристроилась на стуле у столика.

– Я дам тебе всё, – слышится голос сквозным потоком мелкого дождика на голову Марианны.

Всё?… – Марианна прислушалась к ощущениям.

– Я дам тебе всё…

Марианна замерла. Голос Бога?…

Выйду на крылечко возле Боулинг Клуба, пока дети играют. Оказывается уже стемнело, рядом вокзал, жутковатое место. Из тьмы в сторону Марианны ринулась фигура мужчины со сверкающими глазами, Марианну охватил страх, она стала пятиться к двери Боулинга. Надо уходить.

Фигура заскрежетала зубами, и что-то грубоватым голосом хотела от Марианны. Марианна юркнула в дверь Боулинга. Обошлось, что он хотел вообще…

***

Хочешь… листья мигом станут карими,

Хочешь… никогда не будем старыми;

Хочешь… мёда сладкого медового,

И тепла добрячего здорового.

Хочешь.. ночи сразу станут белыми,

И не будут будни сизо – серыми,

Хочешь то, что видимо – невидимо,

Станет в дымке перистой невидимым.

Дурак

Марианна открыла Фейсбук² в телефоне. Новые друзья, точнее друг. На картинке мужчина на фоне водопада, круглое лицо, большие искрящиеся глаза, чернявый, наверное не русской национальности. Хорошо, добавлю. Незнакомец начал переписку, как обычно начиная с «привет». Марианна отвечала неохотно, ответила уже придя домой. Переписка продолжалась.

Марианна читает в телефоне:

– Я один с сыном.

Один с сыном … (мысли Марианны).

– А ты замужем? – прилетело опять.

– Нет, – пишет Марианна.

Незнакомец продолжает:

– А как ты думаешь, я знаю? Замужем ты или нет?

Странно, а может знает.. (мысли Марианны).

– Ты из Южной Африки? – пишет Марианна, делая вывод из его странички.

Вероятно он из Нигерии, здесь же в профиле – африканская страна.

Марианна представила, как он сидит в бедной лачуге, а сын бегает босой и нищий.

Незнакомец с сыном присылает видео на мессенджер Марианны:

– Посмотри видео, что ты поймёшь?

Марианна вечером, лёжа на кровати просматривает видео. На экране появился шарик, это – Земля, вот показаны материки, вот леса, горы, разные страны: что же я должна понять? Опять смотрю, может он хочет сказать, что Земля прекрасна?

На следующий день. Марианна в задумчивости: не пишет сегодня… что ж такое? Кто же он такой? Смотрит фото на аватарке Незнакомца с сыном: там Водопад как Ци – энергия, и на фоне водопада круглолицее изображение человека.

Марианна решилась первая спросить и написала в мессенджере:

– Извини, что я спрашиваю, скажи: как твоё имя?

Прилетел ответ в мессенджер. Марианна читает строчку:

– Дурак.

Марианна ещё раз вгляделась в слово, не веря глазами: да, написано: «Дурак».

Меченая

И зачем она подошла к моему сыну… Твердит Марианна, помешивая уху, – Теперь придётся идти в суд. Марианна прокручивает всю историю, произошедшую с Николашем. Николаш играл с мальчиком на улице, мальчишки повздорили, и Николаш дал пинка обидчику. Откуда-то взялась мамаша мальчугана и подошедши к Николашу, шлёпнула его по щеке, оставив красный след. И надо ж было вызвать мне полицию, теперь вызывают в суд. Хоть бы уху доварить, – Марианна продолжает помешивать ложкой торчащую головешку рыбы с большой кастрюли. Всё, готово. Берёт горячую кастрюлю по быстрому, и несёт с кухни в столовую. Ой, горячо… Марианна не удерживает в руке кастрюлю и горящий кипяток льётся на ноги, обжигая платье. О боже, быстрей под воду. На левой ноге образовался массивный ожог. Неужто останется шрам? И надо ж было связаться с этим судом…

Из войны

Марианна засиделась у компьютера, уже пол первого ночи, глаза сами закрываются в полудрёме. Перед ней – деревянный сарай, кто-то в нём сидит: это солдат, озираясь в проём двери, он сидит опираясь на деревянную стену сарая. Слышны выстрелы. Он напуган, подсматривает в проём и опять прячется, на ногах лежит оружие, автомат или нет, не разобрать. Человек в серой одежде, похожей на фуфайку. Чувство, что это эпизод из прошлой войны. Что же дальше… Спасётся он или нет… выстрелы слышны всё ближе. Образы исчезли.

Авария

Её тело распласталась на кушетке. Каталку, в окружении медсестёр везут в операционную. Лица нет, это кровавое месиво, на платье проступают следы крови.

– Внутреннее кровотечение, селезёнка всё.. кости раздроблены, – шепчет рядом доктор.

– У неё страховка есть? – доктор медсестре

– При ней ничего нет, так привезли. Нашли её люди на обочине дороги.

Каталку завозят в операционную.

– Пульс?

– Давление?

– Начинаем. Медсестра ищет вену, вводит препараты. Пациентка на каталке – Амина. Она просто переходила дорогу, когда по трассе вылетела машина, за рулём которой были толи пьяные, толи обкуренные молодые люди. Амина скатилась на обочину, а машина тотчас удалилась. Теперь надежда на врачей, надежда, что выживет.

***

Марианна сидит на стуле напротив прабабушкиной иконы Иисуса Христа. Правой рукой крестится и смотрит на икону. Плохо на душе и не спокойно.

***

Кости Амине сложили, провели многочисленные операции, но она так и осталась калекой.

Вначале примирись с сестрой

Дорога на Ростов. Маленькие Николаш и Альберт немного устали в автобусе. Дорога дальняя. Скрашивали дорогу частые перекусы, которые устраивали дети, оставляя после себя кучу объедков. Марианна укладывала продукты в пакеты, потом опять вытягивала для перекусов. Ноги отекли, сказывалась болезнь ног Марианны – варикоз. От длительной дороги ноги Марианны отекли, налитые жидкостью, и закинуть в автобусе их было некуда, везде люди.

Под утро показался Ростов – батюшка.

Ранний рассвет. Нас должны встречать. Муж Амины подошёл к нам. Сергей казался худым и уставшим с синяками под глазами, всё время пил кофе, Марианна знала, что он язвенник. Усевшись в местный автобус, мы уставшие и чаморошные, кинули сумки в салоне между людьми и поехали.

– Это здесь, счас за поворотом, – показывает Сергей.

Дом многоэтажный, серенький, это – коммуналка. Поднявшись на второй этаж мы вошли в маленькую комнатушку, которую они снимали. В проходе показалась фигура. Это была Амина.

– Марианна! – воскликнула Амина.

Лицо Амины было другим, Амина сидела в старом кресле и пыталась одной кривой ногой отталкиваться, вторая нога не работала. Марианна продолжала стоять и смотреть на Амину: от прежнего лица остались только глаза, после автомобильной аварии остались шрамы на лице, нос превратился в переполненную картошку, руки скрючены, одна нога телепается. Ком подскочил к горлу Амины. Просто начали литься слёзы, их невозможно было остановить, они лились и лились, пока глаза не опухли и невозможно было смотреть. Это была она, Амина… Душа Марианны разрывалась, глядя на Амину; всё, что не выплакано, выходило из души. Амину можно было узнать только по глазам, даже голос изменился. А ведь раньше была красивая, стройная как цветок, а теперь её лицо стало похоже на сплюснутую мордашку пикинесса, потому – что сломаны кости на лице. Но, самое страшное, что она не может ходить…

Я не могу говорить… (мысли Марианны), только слёзы льются из глаз. Они продолжают литься ручьём и не заканчиваются.

«Вначале примирись со своей сестрой…» – Звучат слова в моей голове. Это не мои слова, об этом слышала что-то, кажется в Библии писалось, перед тем как нести дары – примерись с братом или сестрой.

– Какие дети у тебя.. – обращает внимание Амина на детей, особенно меньший… шустрый такой.

– Давай кушать, я здесь приготовила, – и Амина потянулась одной скрюченной рукой за тарелкой, которые почему – то стояли внизу, почти на полу.

– Мне так удобно, всё внизу, и кастрюли, а то я сидя не дотянусь, -объяснила Амина. Опять поток слёз беззвучно покатился по лицу Марианны. Тут Марианна обратила внимание, что Амина в кресле, у неё нет инвалидной коляски: – А как ты без коляски?

– Я ты знаешь, редко выхожу на улицу, – там эти придурашные соседи. – Когда Сергей нёс меня на руках с подъезда, они смеялись сволочи; с меня смеялись; ну я им сказала.. не выдержала.

Марианна смотрит, как Амина греет чай и еду.

– Садись, бери чай, ешьте с дороги!

Марианна присела на стул возле чая.

– Эта нога совсем не двигается, – Амина ткнула рукой – кулдюжкой в скрюченную ногу, – боли сильные, ору… А вторая нога… неправильно сложили кости, но, я наловчилась и ползком, если

что-то надо в ванной, – и Амина улыбнулась, обнажив свой беззубый рот.

У Марианны было только одно желание, поскорее закинуть ноги, про которые она и забыла в слезах; пару часов – и отёки возможно сойдут.

А вечером Марианна прилегла рядом с Аминой, дети расположились на раскладушке, и болтали; пока Амина не притихла. Марианна увидела, как Амина внезапно отключилась и уснула.

Один день… мы пробыли в Ростове – один день.

Началось прощание… Амина сидела на диване, да… она не могла подойти к двери. Как в дымке Марианна посмотрела на сидящую Амину: одна мысль мелькнула в голове – возможно, мы никогда больше не увидимся…

Я уеду на Красное море

Я уеду на Красное море…
Может быть на секунду, на миг,
Пусть проносятся мимо просторы,
А во мне лишь душа говорит.
Необъятное Красное море…
Обнимает меня и лелит,
Глубиною своею и в горе,
Все печали мои исцелит.

Пронесётся, как сказочный ветер,
Как горячей лавины поток,
Ни о чем не мечтаю на свете,
Только море – как жизни глоток.
А морские глубины бездонны,
Там темно и чужая среда,
Там души, как приют непритомный,
Там творятся свои чудеса.
Я уеду на Красное море…
И пускай мне судьба не велит,
Там найду я величия горы,
Море Красное нас одарит.
Погружусь я в тяжёлые воды,
Голубой с синевой водограй;
Только красным сверкает свобода,
Что в душе зародилась, и рай.
Море тёплое кажется классным,
Я забуду земные дела;
Не забуду лишь, что в море Красном
Я когда – то счастливой была.
А морские кораллы и рифы,
Это – чудные замки для нас,
Мимо взора проносятся лихо,
Чтобы по морю радовать глаз.
Нереальное Красное море..
Оно редко волною шумит,
В тишине благодатное вторит,
Прикасанием чудо творит…

Прогулка по Хургаде

Египет. Хургада.

В Хургаду Марианна прилетела с Альбертом и Николашем. Она в первый раз в Египте, просто так получилось, и не планировали; а тут – тур подвернулся, и всего 300 долларов на троих. Марианна с детьми сразу окунулись в египетскую жизнь, точно очутились в другом мире. Только сегодня были в Семиветринске, и картинка сменилась: Марианна лежит в шезлонге у бассейна и чувствует, как Солнце прогревает её изнутри. А здесь Солнце другое…

Скучать долго не пришлось. Марианна в отеле познакомилась с Яной и её матерью, Яна – молоденькая девушка, тоже с Украины. Все втроём ходят по рядам рынка в Хургаде, обдуваемые египетским ветром и наслаждаясь Солнцем. Вот парфюмерные лавки. Сейчас местные продавцы будут духи втюхивать. Марианна знала, что арабы буквально ловят за руки, лишь бы зашли в магазин. Яна с мамой вошли в один магазинчик, где продавались крема и духи. Марианне пришлось их ждать у входа. Мать Яны уселась в кресло, и араб стал наносить ей омолаживающие маски.

Как долго.. боже, когда он уже закончит.

– Я беру это, это, и это, – мать Яны. Араб всё уложил в пакет и довольный выпроводил покупателей.

Мы шли дальше.

– О, отель «Мираж». – А вы знаете, что здесь есть аквапарк и бассейн, – сказала Яна

– Ух ты, искупаться бы в бассейне, а то море холодное, – Марианна.

– Так… просто проходим и всё, там правда охрана на входе, но может и пройдём – Яна.

Мы с каменными лицами прошли мимо охраны отеля и дошли до бассейна. Вот он – голубой бассейн, с горками, красота..

Кто-то подошёл сзади: – Мадам, вы не с нашего отеля, прошу удалиться.

– А почему нельзя, мы же из соседнего отеля, – Яна.

– У вас нет карточек отеля «Мираж», платите пятьдесят евро и купайтесь, – сказал охранник.

– Ну, нет.. – проговорили мы хором, и удалились на выход.

Хургада. Марианна возле бассейна своего отеля с Яной и её матерью, сухенькой старушкой, но ещё вполне бодренькой. Яна тоненьким голоском обращается к Марианне: – Марианна, можешь для нас сделать одно дело.. есть просьба.

– Я вся во внимании.

– Сходи пожалуйста на рынок, помнишь магазин, где мы брали косметику у араба, надо ему вернуть. Мы набрали много всего, а деньги сказали, что принесём, но хотим отдать всё, дорого нам.

– Так отдайте, в чём проблема, – Марианна.

– Да, как-то неудобно, а если ты принесёшь, он не будет злиться. Они когда злятся эти арабы, и проклянуть могут.

– Нет проблем, отнесу конечно, схожу.

Марианна на рынке. Подходит к магазинчику. Протягивает свёрток арабу. Араб, стоя возле дверного косяка двери магазина, сверкает глазами, пожимает плечами и берёт свёрток обратно. Марианна удаляется, араб сверлит глазами в спину Марианны.

Дух пустыни

Египет. Сегодня последний день в Хургаде. Всего шесть дней. На последний день мы разгулялись. У Марианны светились глаза. На ужин подали крабы, маленькие правда, но мы с детьми с удовольствием разделывали их, как заморский деликатес. К столику подошли Яна с мамой, присели с нами.

– Попробуй это вино, – предложила Яна.

Марианна пожала плечами.

– Очень вкусное, – уговаривает Яна.

Марианна пригубила с прозрачного стакана, светло – коричневое вино. Жар пронёсся от рта до живота.

– Крепкое..

Ещё выпила из стакана.

– Ану постой, – Яна взяла в руку бокал, – Да это ром, точно ром, но, вкусный.

Тепло разнеслось по телу Марианны, стало хорошо и уютно.

Ужин закончился. Марианна с Николашем и Альбертом идут по холлу длинного коридора, где много маленьких магазинчиков. Через стекло Марианна рассматривает товар. Здесь чай, специи, и непонятно что. Зашли в магазинчик, где папирусы. Молодой египтянин суетится и продаёт папирусы.

– Мне этот, пожалуйста, – Марианна указала на золотистый папирус, где изображены лица мужчины и женщины, они смотрят в глаза друг другу.

– А смотрите, – египтянин выключает свет, и на папирусе вырисовывается изображение глаза. Чудеса.. (мысли Марианны).

Я бы здесь скупила все папирусы, если бы могла, они необыкновенные..

Продавец папирусов поглядывает на Альберта:

– А он не похож на ваших, он похож на наших детей.

– Да… он смуглый. – заметила Марианна.

Возвратившись в номер, Марианна уложила детей спать, а сама решила немного пройтись, напоследок погулять, ведь завтра уже всё, уезжать.

Прошлась по отелю, послушала выступление в холле египетских певцов в национальных одеждах, и направилась к лифту. Зайдя в лифт, Марианна увидела, как в лифт проворно юркнул араб. Марианна рассмотрела его: да это же носильщик вещей, точно, он нам нёс вещи, когда мы приехали. На вид невысокого роста, невзрачные маленькие глазки, худой и суетливый. Наверное он из глубокого бедного египетского переулка, и работает здесь за копейки, чтобы прокормиться Лифт кажется ехал целую вечность. Глаза Марианны в упор встретились с египтянином.

– А ты красивая, – заглядывая внутрь Марианны проговорил египтянин.

Наверное я красивая… в этой своей чёрной кофточке и брюках (мысли Марианны).

Лифт остановился. Араб похоже не собирался уходить и последовал к двери за Марианной хвостиком.

– А можно к тебе? – мнётся перед дверью араб, переминаясь с ноги на ногу.

– Нет, зачем, дети..– Марианна пятится к двери, заходит и быстро закрывает за собой дверь.

– Хух…

Через минуту зазвонил телефон на тумбочке.

Кто это, может администратор с ресепшена?

Марианна взяла трубку:

– Алло, это я, открой мне дверь, я только на минутку, – послышался голос араба.

Марианна положила трубку, и спокойно пошла в душ.

Стук в дверь, совсем тихий скребущий.

Не буду открывать, наверное он… Через пять минут опять звонок по телефону, ещё звонок.

Достал.. Марианна чувствует тревогу.

Потом стук в дверь. Стук в дверь не унимается. Марианна проходит с угла в угол комнаты.

Стук опять. Ладно, открою и всё объясню ему.

Марианна приоткрыла дверь, и не заметила как ловко араб просунулся в комнату, в коридор. Зашёл в комнату, прошёлся и остановившись начал бубнить:

– Это будет наш маленький секретик, никто не узнает.

– Я же замужем, – Марианна.

И зачем я пустила его (мысли Марианны), но он уже здесь, надо выпроводить как-то.

– Тише, дети спят, лучше сюда. Марианна сопровождает араба ближе к двери, заходят в открытую дверь большой ванной комнаты.

Араб стоит напротив Марианны. Марианна с полотенцем на голове, и с полотенцем на бёдрах.

– Нет, извини, ты должен уйти. – настаивает Марианна.

– Я видно, не понравился тебе, – расстроено произносит араб.

– Ну напоследок, – проговорил в коридоре незваный гость, Марианна не успела опомнится, как язык араба проник ей в рот, и совершил некоторые движения, как змея. Марианна отпрянула.

Выходя, араб повернулся, и с каменным лицом пронзил своими узкими глазами, с ненавистью убийцы.

А девчонки говорили о проклятии египтян, ну неужели это на мне отразится.. он так зло смотрел, до сих пор мороз по коже, заглянул мне злым взглядом в глаза, с такой ненавистью (мысли Марианны).

Марианна улеглась на раскладном диванчике. Совсем теперь не спится. Марианна вспоминает, как она с полотенцем на бёдрах стоит в ванной и араб смотрит на неё. А если бы он в ванной… его язык, когда он выходил… Дух пустыни пришёл искусить Марианну. Со стороны пирамид по горячим пескам пустыни дух извивался своим хвостом, он сильный и мощный, Марианна даже представить себе не могла, что в этом хрупком, юноше – арабе зловещий дух пустыни.

Алекс

Недалеко от городка Семиветринск.

Марианна в лесу, сидит на скамье. Вдалеке на полянке Николаш с детьми и тренером занимается Джиу – Джитсу. Это такой летний спортивный лагерь. Марианна сидит и наслаждается лесным запахом хвои. Тренировка закончилась, ребята разбежались. Марианна смотрит как на неё идёт фигура тренера – это Алекс. Алекс – был тренером по японскому Джиу – Джитсу, тренером детской секции, куда ходил Николаш. Алекс остановился возле сосны, опёрся об дерево, и слегка скрестив ноги стоит и смотрит на Марианну. Марианна тоже не могла оторвать взгляд от Алекса. Что-то было магнетическое в его серых с прищуром глазах. Кажется, почувствовала, что слишком долго они смотрят друг на друга и отвернула взгляд в сторону, например на ближайшую сосну.

– И чего он так меня рассматривал? – думает Марианна рассматривая своё летнее вьющееся платьице.

Марианна пробыла в летнем лагере недолго, и оставив Николаша в лагере собралась идти на автобус.

– Постой! – услышала она голос Алекса, который кричал вдогонку.

– Ребята отвезут тебя домой на машине! – показывая на «Джип» тренеров по Джиу – Джитсу. Марианна поняла, что Алекс договорился за неё, это согревало душу. Марианна села в машину и уже через час она была дома в своём маленьком городке.

После этого случая Марианна часто вспоминала встречу с Алексом и тот его взгляд.

Я меняюсь

Я мечтала меняться. Не могла пройти мимо меховых шуб в магазине, купила себе лисью шубу, в рассрочку, заплатив часть денег.

Шубка была хорошей, на кожаной основе, рукав две трети. Но, это было не всё: меня потащило в чудесный салон» Эталон», самый лучший, где работала моя знакомая. Теперь я буду красивой, это я делаю для него с большим желанием и радостью.

Я смотрю на себя в зеркало, сидя в кресле салона, и парикмахер делает из меня красавицу.

– Давай ещё покрасим волосы?, – парикмахер.

– Покрасим, и бальзам подбери.

А вечером, Марианна не спала, её можно было увидеть лежащей на софе, смотрящей в Ютубе тренинги и занятия: как понравиться мужчине. Там одна жена миллионера рассказывала какой надо быть, и как себя вести. А то, я – простушка, надо быть лучшей. Я такой никогда не была, и в вещах не разбиралась. А один раз в шестнадцать лет напялила солнцезащитные очки, чтоб быть модной, и пошагала по улице. Молодой язвительный сосед, идя напротив, откровенно выразился: – Ой, сними! Марианна, сними ради бога!

Да, видать очки не по размеру оказались…

Сейчас – то я научусь быть красивой, и продолжала слушать видео в Ютубе. Сколько всего надо знать.. а марки часов дорогих, а машин… Марианна слушала в Ютубе диалог двух тренеров по отношениям мужчины и женщины. Женщина, всё та – же жена миллионера, а мужчина – видный деятель, психолог, и знаток женщин и мужчин. Они задавали вопросы друг другу, сидели и смотрели друг на друга. Марианна вся во внимании, и анализируя, и применяя на себя.

С экранчика телефона, где транслировалось видео, послышались голоса :

– Девушка в розовом! Это вас касается! – обое смотрели на Марианну.

Марианна посмотрела на рюшечки своей розовой кофточки, в которой лежала в кровати. Это мне они.. что ли?

– Да я слушаю, ничего не пропустила.

Потом появился в Ютубе молодой человек и начал рассказывать, как вести себя девушке с парнем, и как здорово закадрить. Да это же – Лёва Вожеватов, блогер, интересно его слушать, а просто прикольно. Вот как бывает… Теперь до часу ночи буду слушать Лёву.

***

Это он… Это точно он… Алекс. Которого ждала всю жизнь. Его глаза, его движения, это смысл всей жизни. И какая теперь разница, что есть жена, это всё настолько не имеет значения… Да и Борька… какая разница… Главное – мы, я и Алекс. Как всё внутри перевернулось… И тут я вспомнила момент о женском, диалог с одной молодой красивой особой. Она тогда сказала: – Ох, как хочется влюбиться, чтобы внутри нутро всё перевернулось, чтобы нарушился покой, чтоб кишки наружу. И вот со мной это самое и произошло…

Животворящая сила

Что за чувство поселилось в Марианне? Это радость и счастье. Так наверное были счастливы Адам и Ева в райском саду. Безудержное счастье души, и кажется больше ничего не надо. Хочется смеяться, танцевать, петь; это чувство наполняет тебя горячей плазмой, брызгающей из глаз, развивающейся по телу. Марианна упивались этой негой, как опиумом, больше ведь в жизни ничего не надо, радость наполняла каждую клетку тела. Такой радости и счастья я ещё не знала. Всё больше направляя себя на любовь к нему, в потоке любви исходящий, я пришла в мыслях :

Да, это любовь к Христу. Одно и тоже. Я заглядывала в зеркале в свои глаза. Что там.. Пылающие божественным огнём, глубоким, зеленоватым, горячим, всеобъемлющим. Чувство радостного кайфа, как под наркотиками. И больше ничего не надо, это смысл жизни, я смеюсь, радуюсь от этой любви, хочется хохотать как безумная. Любовь к человеку, это любовь к Богу, я к этому пришла. Да нет здесь места никакой зависти, грусти, тоски, только драйв, фонтан, потоки сладострастного балдежа.

Это музыка… Хочется танцевать, плавно двигать телом, соединяясь с музыкой. Марианна надевает наушники и ещё раз, в сотый, слушает песню из фильма «Верни мою любовь» про Веру: вот появляется лицо красавчика Станислава Бондаренко, и сама Вера, они соединяются глазами; песня уносит, подогревает, как пылающий костёр, волны пробегают от музыки сверху вниз и к сердцу, усиливают любовь своим наркотиком.

Марианна стоит в коридорчике между кухней и столовой, видит в телефоне отражение своего лица: глаза, наполненные животворной силой.

Интересно, Алекс тоже это испытывает… Да, кажется он на фотографиях в Фейсбуке был странный, хохотал во весь рот, и мне показалось безумие в его глазах, и такой же божественный огонь в глазах. Наверное это обоих нас поразило, эта сила. И это чувство никуда не скроешь, и кажется весь Семиветринск уже знает, что я влюбилась, что хожу худая и бледная; возможно даже смеются люди надо мной…

Слышишь?

Мне нужно совсем немного твоей любви,
Слышишь?
И позволь мне, быть там – где мысли твои,
Дышишь!
Я вечно буду в мыслях твоих —
Разных.
И в днях обычных, на двоих,
Праздных.
И сколько мне дано судьбой —
Этой,
Хочу я думать о тебе —
Летом.
И в мыслях буду я с тобой
Вечно!
А ты не знаешь даже я —
Где – то…

Как дура

Марианна заходит в кабинет к Алексу.

– А, добрый день! – распластался в улыбке Алекс.

Вытащив из шкафа новую спортивную форму для Николаша, протянул Марианне. Марианна готовясь к встрече, одела сегодня свою новую белую блузку, с разноцветными рюшечками на плечах и спереди. Он сейчас смотрит на меня, – замечает Марианна, интересно, как я выгляжу…

Алекс скривившись и сузив глаза смотрел на меня, на мой рот, когда я говорила.

– Хорошо, спасибо вам, надеюсь ему подойдёт – ответила Марианна.

– Николаш будет участвовать в соревнованиях? – спросил Алекс, прищурив глаза.

– Да, я надеюсь… захочет. Но, мысли то были не о том, а Марианна просто смотрела, как заворожённая на Алекса, угадывая понять: что он чувствует. Алекс улыбнулся и слегка коснулся руки Марианны.

Марианну коснулся золотой огонь, пробежавший по телу и блаженство. Так мог касаться только Бог, своим прикосновением. По крайней мере Марианне так казалось. Она волновалась, и хотела быстрей уйти, сбежать, ну и ещё сладостней было находиться просто рядом с Алексом.

Распрощавшись, Марианна вышла из кабинета Алекса и направилась к автобусной остановке.

– Боже, как я нелепа в этих рюшечках на блузке… Он смотрел на меня как – то странно.. Я выглядела смешной.. Марианна раскраснелась, вспоминая встречу.

«Я сжала смятую купюру,

В руке стремительно сейчас,

С тобой вела себя – как дура,

При разговоре – в этот раз.

Тебя увидев – всё забыла,

Слова старалась подбирать;

Не связно как – то говорила,

Не понимая – что сказать..

А ты – мой принц золотокудрый,

Мечта поэта и стихов,

А я вела себя – как дура,

О встрече этой – всё, без слов..»

Белый свет

Алекс открыл дверь тренерской и показался перед Марианной в полной красе. Марианна встала со скамеечки и смотрела на Алекса, он был немного сбоку. Лицо освещалось плохо из-за света в помещении. Марианна кажется еле дышала, она была тонкая хрупкая и беззащитная в этой тесной синей кофточке, которая едва прикрывала её душу и похудевшее тело. Душа была открыта, и обнажена, кажется каждый может наступить и она сломается, а чувство тонкое, и постыдное, и все видят и оно на виду. Внезапно со стороны Алекса Марианна увидела белый луч, это нежный белый свет, он соединяюще её с Алексом, полился от Алекса в её сторону. Марианна осознавала, что это божественный свет, осознавала подсознанием своим.

– Как твои дела? – Алекс делал шаги в сторону Марианны, смотрел на неё и улыбался.

Марианна ринулась будто навстречу Алексу и ближе к источнику света, но внезапно увидела, как из комнаты слева вышел Старший тренер, и застал врасплох так сказать. Лицо его сурово смотрело с осуждением. Это Апостол Пётр. Марианна присела на лавочку, и больше не стремилась к Алексу. О том белом свете, который она видела сегодня, она думала вечером, пересмотрев энциклопедию о спектре света. В научных источниках шла речь о разных цветах, но почему-то она увидела белый свет, как луч из прожектора.

Орлиный нос

– Я тоже хочу заниматься Джиу – Джитсу! – однажды сказал Альберт, – Мам, Николаш ходит, и уже сколько медалей принёс.

– Сынок, тебе уже поздно начинать этим заниматься, туда дети ходят с пяти лет.

Хорошо, может сходить.. – задумалась Марианна. Я договорюсь с тренером и по выходным будешь ходить, всё равно эта штука платная.

Марианна привела Альберта в клуб Джиу – Джитсу. Из тренерского кабинета вышел Алекс, и подошёл к Альберту:

– О! Привет!, – пожимая ему руку.

Алекс показал где раздевалка, и провёл Альберта в зал. Марианна сидит в коридоре в ожидании окончания тренировки.

Наконец, надоело сидеть в одном положении, и она спустилась в подвал, где располагался спортивный зал. Что-то я переживаю за Альберта… Там все опытные, а он в первый раз.

Марианна стала у двери спортивного зала, и ей было видно как Альберт делает упражнения. И форма белая пригодилась – рассматривает Марианна сына. Начались спарринги. Марианна видит, как тренер ставит Альберта с маленькими, но опытными бойцами. Напротив Альберта маленькая девчонка, бойко наносит удары, Альберт уворачивается. Девчонка атакует сильнее и наносит удар в лицо Альберту. Альберт закрывает нос рукой, и Марианна видит, как по белой форме Альберта течёт красная кровь. Тренер выводит Альберта из зала, оправдываясь: – Это ж терминатор – убийца, а не девчонка! Приложите лёд в медпункте. Как всё получилось… – досадовала Марианна. И зачем я сюда привела Альберта, он же неумелый, нерасторопный…

Марианна замечает как искривился нос Альберта, он стал с горбинкой, и похож на клюв. Она начинает понимать, что нос сломан. Но, ничего уже не исправить…

***

Вскоре история с Джиу – Джитсу забылась, только напоминал об этом искривленный горбатый нос Альберта. Альберт всерьёз увлёкся хоккеем и почти каждый день спешил на ледовую арену. Марианна замечала, как красив Альберт в этой хоккейной форме на льду…

Баба Яга

С Валей Марианна познакомилась на Ледовой арене. Валя тоже водила на хоккей, только не сына, а внука. Хоть Валя и старше Марианны, но особая энергетика была у Вали, она и пошутит и подбодрит. Только завидев Марианну, издалека машет рукой. Марианна её тоже любила. В больницу к Марианне Валя тоже приходила, то справку внучку сделать, то советом помочь, коль поясницу прихватит.

Марианна первый день на работе по приезду с Египта. Состояние не ахти, но надо сидеть в белом халате и принимать больных. Двери кабинета медленно открываются. Марианна видит как в двери просовывается огромный нос с волосатой бородавкой и рожица старухи.

– Баба Яга! – мысленно прошептала Марианна.

Дальше проснулось всё тело Вали в дверь:

– Привет! Рада тебя видеть дорогая!

Баба Яга прошла к Марианне к столу и поцеловала в макушку головы.

Потом проговорила о своих проблемах, и Марианна помогла ей.

– Ладно, пойду я, дед ждёт!

– Это Иван, дед?

– Да ну ты, Степан! У меня ж новый муж!

Баба Яга скрипнула дверью и вышла горбатясь носом вперёд.

Марианна задумалась: – Интересно, сколько раз Баба Яга была замужем? Валя три раза поди.

***

Вечер. Публикация на ленте в ФБ от Бабы Яги с картинкой и надпись.

Марианна читает: – Читайте Евангелие!

Заболела

Косы заплела листва,
Что же горевать?
Октябрит сейчас,
А как долго ждать…
Как я жду тебя,
Как тоскую – я,
Ты – мечта моя,
Долгожданная.
Я простужена – тобой,
Я – простужена.
Ты – моя болезнь любовь,
Ты – мой суженый.
Шелестит октябрь листвой,
Что печалиться?
Заболела я – тобой,
И мне нравиться.
Разболелась голова,
Что – же мне сказать?
Позвоню сейчас,
Лучше не писать.
Наберу тебя,
Как болею я.
Ты – любовь моя,
Сероокая.

Моя смерть

Писать или не писать Алексу?

Зачем… не буду. Телефон лежит рядом на столе. Марианна чувствует, как её руку заставляет подняться некая сила, преодолевая сопротивление, рука дрожит; поднимается и берёт телефон дрожащей рукой. Судорожно открывает Вайбер и отправляет смайл Алексу. Как будто некий сверху управляет рукой Марианны, как куклу дёргает за ниточки, и кукла выполняет то, что не хочет Марианна. В ответ приходит смайлик от Алекса – большой движущийся палец.

Потом приходит видео от Алекса. Марианна заходит в Ютуб. Что за хрень.. Марианна продолжает смотреть на видео, где движутся бутылки на конвейере, и текстовые пояснения: эта бутылка – для того, эта- для того, а эта для чего? Это не нужно. Что он хотел этим сказать? Что я не нужна, потому что он женат? Он наверное хотел сказать, что имеет всё: жена у него есть для секса, работа для денег, а я… зачем ему я…

Я же не хотела ему писать…

Пролистывая ленту Фейсбук, Марианна увидела ответ: вы инструменты.

То есть, наши тела используют для чего-то, меня и его, мы – инструменты.

Потом некая сила захотела, чтобы я позвонила Алексу, и я была абсолютно уверена, что этого хочу я.

Я предложила Алексу встретиться, может он не решился бы, но неведомая сила заставила меня осторожно предложить первой. У меня маленький частный кабинет в центре городка, там и встретимся. Договорились по времени, и Алекс обещал быть. Наступило время встречи. Я уже жду… встреча на четырнадцать часов, может он в перерыв вырвется между тренировками и придёт. А как иначе, он обещал. Там в кабинете есть мои иконы, которые я привезла со Святогорского монастыря, они уберегут нас. Он придёт.

Уже 14.10… Подожду ещё, задерживается. Если бы не получилось, он бы позвонил. На часах 14.35… Его нет. Он не придёт… Марианна погрузилась в пустоту, даже не отчаяние, это – смерть.

Я умерла.. Странное состояние, когда умираешь. Я ещё шла по улице, что-то делала, но я умерла. Меня больше нет. Он не пришёл, и не важно почему: «чи коня не мав, чи стежки не знав, мати не пускала…» – как в украинской песне. Мне нет теперь смысла, я ему не нужна. Я приехала домой, села на стул, засунула руки в волосы и начала сжимать свою голову. Звонок с телефона. Это он. Марианна схватила телефон.

В трубке суетливое молчание, звуки, – Марианна, извини, не получилось… – мямлил Алекс – пауза, – Собрание было… – оправдывается Алекс.

– Я понимаю… ничего, бывает, – потухшим голосом Марианна.

Разговор закончился.

Я понимаю, что он лгал, просто не захотел прийти, а позвонил, почувствовал, что я волосы на себе «рву». Всё не важно… уже… я умерла.

«Небо цвета бирюзы – небо синее,

Заморозилась любовь белым инеем.

И когда любовь ушла – цвета красного,

Наша роза отцвела – вся увядшая…»

Как дым

Прости его – за нелюбовь,
За все терзания и муки,
Его глаза и белы руки —
Ты вспомнишь зимнею порой.
Прости его – за простоту,
Души людской, совсем незрелой;
И то, что нет порыва смелой —
Мужской напористой рекой.
Прости его – за нелюбовь,
За неотдачу, равнодушье,
И за своих ночей – удушье,
От слёз своих, «разбитых» в кровь.
Прости его – ты отпускаешь…
Пусть будет счастлив и здоров,
А нелюбовь его – узнаешь;
К тебе вернётся – как любовь.

***

Он не дарит тебе цветы,
И не пьёт, как на брудершафт;
Без него извелася ты,
Он не шлёт, и не снится в снах..
Волчьим рыком я зареву,
Затоскую и утону
Я в слезах, и мой сон взорву,
Как натянутую струну.
Позабуду и  прокляну,
Все  недаренные цветы,
Ту чужую, как сон Луну
И свою, как собачью жизнь…
Заре – заре горит заря,
Необъятна – объятий нет,
Без него  проживаешь зря,
Чем ты дышишь, и что ты ешь?
Не подарит тебе цветы,
Не возьмёт и не будет здесь,
В небе зарева – замереть
И исчезнуть, как дым исчез..

Туристическое агентство

Это было лучшее туристическое агентство нашего городка Семиветринска. Здесь всё было лучшее для неё. Марианна в своей шубейке из лисы, уже сидела в кожаном кресле напротив директора агентства. Директор кстати, была и единственным сотрудником агентства.

Бэлла Александровна была в очках, и как некая фея, сейчас выберет тур для Марианны и произойдёт волшебство.

– Куда летим? – Бэлла Александровна.

– Давай пятёрку, Египет, самое лучшее, из горящих посмотри.

С азартом и вдохновением Бэлла Александровна искала.

– Есть! Отель «Роял Гранд Шарм», семь дней. Вылет седьмого января, на рождество.

– Отлично, чем раньше, тем лучше.

– Пакет документов готовлю.

Я выбираю безнадёжность

Я выбираю безнадёжность…
Как плыть без якоря во мгле;
Есть место на Земле для смерти,
А есть – для жизни на Земле.

Мой выбор пал неосторожный
На тот удел, что тяжелей;
С слезой болезненной тревожной,
С безумным следом, что важней.

Я выбираю путь разлуки…
Тревоги, теребящей прядь;
Холодных дней, озябши руки,
И веры, чтоб вернуть назад.

Я выбираю без излишеств…
И где-то купол золотой;
И за окном венок из вишен,
И стол, что в комнате простой.

Я выбираю тихий вечер…
Взамен помпезной суеты,
И ночь свободу, где есть свечи,
И днём зияние толпы…

В аэропорту

Первых, кого увидела Марианна по прилёту в Шарм – это были две девчонки с Украины. Одна полная со странными большими губами, наверное губы себе пришила. Вторая худенькая брюнетка, живчик. Девчонки приехали явно повеселиться, уже в аэропорту они флиртовали и улыбались арабам. Сейчас доберутся до ближайшего бара и начнут веселиться. Оказалось, что им в тот – же отель, что и Марианне.

Первый день в Шарме

Шарм Эль Шейх. Вечер. Первые, с кем я познакомилась, это чудная пара: молодая девушка с парнем. Странно, что они сошлись со мной, ведь по возрасту, я их старше.

– Пойдём, погуляем по улочкам Шарма, – предложила мне девушка.

Уже смеркалось, но горели фонари, и совсем не страшно. Вечер был классным, обдувало ветерком и вдыхался запах Египта со своими арабскими специями, духами, колоритом Востока.

Мы остановились в уличном кафе, присели на мягкие диваны за столиком. Парень заказал себе кальян, я взяла кофе. Костюм лилового цвета на Марианне отливал особенным оттенком под освещением и придавал настроение. Я сегодня хорошо выгляжу.

Раздавалась восточная музыка, смуглокожий официант подходил к столикам и разносил еду. Между девушкой и парнем была особая нежность, Я это заметила, было приятно смотреть на эту пару. Через некоторое время они пошли танцевать медленный танец, и сплелись, как две лилия, освещённые мерцающим тусклым светом от фонарей кафе. Марианна любовалась ими. Потом принесли кальян. Парень затянулся и пустил дымок.

– Попробуйте и вы, – обратился ко мне.

– Я никогда не курила такое, – Марианна.

– Это яблоко, вкусно.

– Марианна сделала глоток кальяна и закашлялась.

Молодые засмеялись. Вечер провели прекрасно. Ещё мыслями была дома, только сегодня прилетела и уже оказалась в уютном кафе.

Гид

Гида было два, она точно помнила.

Один гид встретился сразу и провёл собрание за экскурсии. Все собрались в большом холле. Марианна помнила, что часто гиды пытаются втюхать экскурсии, и не нужно соглашаться на ненужное.

Гид активно махал руками в разговоре и хорошо говорил по русски. Он сказал, что сегодня можно поехать в Иерусалим. Дорога всего два дня, и можно увидеть Мёртвое море, Храм Гроба Господня, и святые места. Дорога очень тяжёлая, предупредил сразу.

Здесь прозвонил звонок телефона, звонит Николаш.

Марианна отошла в сторону поговорить по телефону, она уже не слушает, что говорит гид.

– Мама, как ты там? – голос Николаша.

– Сынок! Я в отеле, всё нормально.

– Вы ели? Я там оставила в холодильнике.

Связь прерывалась и плохо слышно.

– Сынок, я перезвоню, я сейчас на встрече с гидом.

Марианна присела на стул. Может поехать в Иерусалим? Но, это сто долларов…

Нет, не поеду, может позже, я очень устала с дороги и от перелёта. Возможно, я просто не вынесу тяжёлой дороги в Иерусалим.

Люсия

Пляж. Шарм Эль Шейх. Как классно… ещё вчера я была дома, а сегодня очутилась на пляже Египта – думала Марианна, сидя на лежаке и теребя ногами песок, на ногах были плавательные тапочки, приобретённые за три доллара, и Марианна их рассматривала.

Эта встреча была не случайна. Я сразу не заметила за моей спиной сбоку некую женщину, светловолосая, волосы собраны сзади, узкие глазки, круглое лицо. Я обернулась и увидела её… Она лукаво улыбалась немного, как Мона Лиза, и заглядывала в свой телефон, лёжа на лежаке. Потом она со мной заговорила, и я как под неким гипнозом, не могла оторваться от этой женщины. Мы выяснили, что она из Киева и она психолог, консультирующий своих клиентов. Мне было интересно всё, о чём она говорила. Психология, так сказать, из первых уст.. Она могла рассказать о любовниках, о богатых людях, боже… чего мы только не знаем. Её голос кажется меня убаюкивал, мы шли с пляжа по аллее, и я в запой слушала её.

– Я состою в ассоциации психологов. А сейчас консультирую онлайн, я уехала, а моим клиентам нужна поддержка. Марианна с интересом посмотрела на незнакомку: поэтому она торчала в телефоне, видно писала своим клиентам. Женщина с Марианной двигались по аллейке цветов, проходя мимо столика, где араб разбирает пляжные полотенца с проката; я поняла, что уж вечер близится, и люди расходятся с пляжа.

Марианна с незнакомкой прошли мимо бассейна.

Марианна пыталась спросить о своём, наболевшем:

– Я не понимаю, почему у меня так с мужем… может он просто больной, или у него в детстве была травма… и в сексе не совсем всё гладко.

– Многие находят здесь любовников, и прекрасно живут, – продолжила незнакомка.

– Это как…, – Марианна.

– Среди моих пациентов одна подруга, так вот: у неё постоянный любовник в Египте, а муж очень обеспеченный человек; она ездит сюда, и вполне счастлива; то, чего не хватает в браке, она компенсирует. Муж конечно ничего не знает.

Неужели так бывает… (мысль Марианны).

Незнакомка наконец – то назвала своё имя: «Люсия» и зачем – то фамилию – «Ляшинская», при этом засмеялась и сказала: – Если не забудешь, лучше запиши. Необычное имя, заметила Марианна – Люсия.

– Я занимаюсь транзактным анализом, – в разговоре сообщила Люсия.

– Это как..?

– Ну, это вся жизнь человека, от начала, самого рождения и до конца, события взаимосвязаны.

Ух, ты… Я бы тоже так хотела… с самого зародыша, и Марианна представила как человек ещё в утробе матери, и потом взрослеет, взрослеет… Я также хотела бы, понимать.. (мысли Марианны).

Это была не последняя встреча с Люсией.

Вечером её Марианна увидела опять и они оказались за одним столиком.

Вечер. Столик в ресторане Шарм Эль Шейх. Напротив Марианны сидит Люсия. На столе чашки с кофе. Праздничный вечер начался, разносили напитки, столики заполнялись и впереди на сцене начиналось шоу с танцами и музыкой.

– И как тебя одну муж отпустил – Люсия

– Да и что… – пожимает плечами Марианна.

– Люсия, вот скажи… ты же психолог, если человек шлёт мне смайлики, наверное он что-то испытывает ко мне.

– А покажи…

Марианна показывает в Вайбер смайлики от Алекса:

– А может ему вообще всё равно, я уехала и всё..

Люсия усмехается:

– Да он просто прикалывается, смеётся над тобой; вышли ему как ты время проводишь;

– Вот, – разворачивается и кивает в сторону проходящего араба с коктейлем в руке, – сфоткай этого и вышли..

Марианна осмотрела совсем чёрного араба и улыбнулась.

Люсия почему – то начала смеяться, смотреть в свой телефон, потом неприлично хохотать без остановки:

– Ой, не могу..– продолжает хохотать и смотреть в свой телефон.

С кого она смеётся? – мысли Марианны, – может она всё видит, видит переписку с Алексом и читает мои мысли, и я действительно смешна?

– Да.. а этот твой возлюбленный… можно же просто прийти к нему и овладеть, надо брать то, что хочешь.

– Да как так? Что он подумает…

– У меня знакомая, – продолжает Люсия: – у неё пять квартир только в Киеве, денег на счету прилично, и для неё нет предела. Если ей кто – то понравился, она заходит и берёт.

Марианна представила эту картину в голове: девушка распахивает дверь, в комнате сидит на стуле красивый парень; а девушка расстёгивает ширинку и садится на него; парень только изумлённо и покорно смотрит. Я так не смогу, у меня комплексы и нет квартир в Киеве. Да, наверное если богат, то остальное кажется мелочь, даже не так: ты имеешь смелость подчинить себе других, не бояться.

– Вы тоже здесь одна… как и я, – Марианна.

– Муж захотел поехать кататься на лыжах, а мне захотелось поплавать, позагорать. Поэтому он – на север, я – на юг, дома встретимся потом.

– А вы не ревнуете… в смысле, он не может там найти

кого – нибудь…

Люсия улыбается: – Если он захочет, он может и купить женщину, он обеспеченный человек.

Марианна понимающе закивала головой. Логично… это свободные отношения, никто ни к кому не привязан. Есть же люди, которые живут совершенно другой жизнью, они – «другие»; они иначе проводят время и может на других они смотрят свысока, ведь у них другая жизнь, они живут иначе…

– А здесь мне нравиться: встаю в пять утра и иду плавать, – проговорила Люсия, – Вот сегодня видела такую огромную рыбу, она проплыла прям рядом, представляешь… Утром, когда никого нет там диковинные рыбы, их никто не пугает.

– Утром море холодное, – Марианна.

– Ты сама узнаешь…, когда пойдёшь, – улыбается Люсия: – Море тёплое.

Чего бы я в пять утра пошла на пляж… да ни в жизнь…

Потом Люсия принесла напитки, и кажется Марианна начала хмелеть. Стало безумно весело, Марианна теперь видела только танцующих людей и слышала весёлую музыку. Марианна помнила, как пошла танцевать на площадку с этими людьми.

Я кажется накачалась… Проблески сознания ещё были.. Я же совсем немного выпила.

– Пойдём! – Люсия. Мы дошли до выхода с площадки, где шли лестницы к номерам. Люсие надо было вниз, а мне налево. Мы остановились возле лестницы.

– Пойдём ко мне в номер, продолжим весёлый вечер! – Люсия.

Марианна почувствовала, если сейчас не остановиться, то совсем потеряет контроль.

– О… не знаю, это наверно уже конец.

– Что ж за конец… какой ты хочешь конец? – может такой? – Люсия показывает на выпуклый холмик земли рядом, покрытый травой.

– Нет… – Марианна отшатнулась.

– Идём ко мне! – ласково Люсия.

– Я пойду наверное в номер – как в тумане Марианна.

– А сама дойдёшь? – Люсия.

Марианна кивнула, развернулась и стараясь идти прямо и не упасть от количества выпитого, направилась к номеру. Марианна не помнила, как попала в номер, как легла в постель. Голова опустела…

На следующий день Марианна увидела Люсию в холле, возле ресепшена. Люсия откинув руку на диван и закинув ногу, сидела, и видно, что заметила Марианну, сидящую на другом диване.

Марианна подошла к Люсие:

– Привет.

– О… привет, – заглянув внутрь через глаза Марианны, улыбнулась Люсия.

– Я думала ты не выживешь… – Люсия. Марианна заметила, что от взгляда голубых глаз Люсии переворачивается всё внутри, это похоже на страх, и будто тебя видят со всеми твоими мыслями и ничтожной слабостью.

– Ну ты вчера творила…

– А что я делала?

– Такое вытворяла…

Марианна представила себя, участвующей в невероятном шабаше. О боже… что же я делала, стыдно сказать, что я ничего не помню.

– Да, ладно… хороша была, как вспомню… – и Люсия начала смеяться.

Наверное я была как сумасшедшая вчера, дальше и спрашивать не буду (мысль Марианны).

Люсия проворачивает ленту своего телефона.

Марианна достала свой мобильник и вошла в папку фото:

– Как ты думаешь, эту фотку выложить или эту, в инсту. Кажется здесь я не очень в купальнике.

– А дай посмотреть! – Люсия, пролистывая фотки и хихикая: – А, прикинь, если все твои фотки попадут в интернет. У меня такое было, всё что писала, все фото улетели в соцсети, просто глюк в телефоне, вся информация выложилась и всё. Мои друзья обхохотались.

– Да ну его, я так не хочу. Там такое в телефоне.. – Марианна.

С Люсиёй было интересно общаться. Марианна сама не осознавала, но к этой женщине тянуло, и вечерами и просто заходя в ресторан, Марианна натыкалась взглядом на Люсию и подходила к ней.

***

Марианна, уже придя в номер, расположившись на кровати, нашла в Гугле ассоциацию психологов. Пролистав фамилии членов ассоциации не нашла фамилии Люсии. Это наверное какая – то секретная организация, подпольная, конечно я не найду этой Люсии Ляшинской, а фамилию запишу на листике, действительно завтра и не вспомню с моей памятью.

Среди ночи Марианна несколько раз просыпалась в липком поту, и прислушивалась к колотящемуся сердцу. Она при этом открывала глаза, то смотрела на маленькую свою икону, то на экран телефона и шептала: – Алекс, ты со мной, я знаю, и мне будет легче…

Доктор Бадья

Марианна задержалась на пляже. Шарм Эль Шейх. Как обычно ни одного облачка, прёт египетская жара. На голову закрутила чурбан или тюрбан из парэо. Кажется всё тело её прогрелось на солнышке. Пора идти в отель, и Марианна с ветерком шарма, идёт по асфальтированной дорожке, длинные воланы платья обдувает ветерок. Марианна поглядывает сверху на море и Солнце. Остановившись, она смотрит на Солнце вверх. Марианне стало горячо внутри, как огненная лава Солнца была внутри, в груди. Что со мной? Всё хорошо… даже иконка Казанской рядом, лава не отпускала, это кусок огненной плазмы – был внутри. Марианна вытягивает зеркальце, смотрит в свои глаза: в глазах два раскалённых жарких Солнца, та же лава, что и внутри, огонь, безумный всесжирающий огонь. Марианну отрезвил голос:

– Вы не хотите фото… фото…

– Вы классно выглядите.

Это фотограф араб, Марианна узнала его.

– Нет, спасибо, – отнекавшись, и быстро стараясь пройти мимо него, Марианна двинулась дальше по дорожке.

Доходит до холла отеля.

Меня трусит… руки дрожат, дрожит всё изнутри, мне плохо…

Марианна проходит мимо столика, где сидят гиды. Гид араб, который агитировал ехать в Израиль стоит около столика лицом к Марианне. Другой гид сидит за столом, уткнулся вниз. Что делать… одна мысль. Марианна подходит быстро ближе к гиду:

– Мне плохо…

– Вы бледновата, идите к врачу, – и махнул рукой, куда идти.

Марианна быстро пошагала по паркету холла отеля. Внизу разглядела кабинет врача.

Заходит садится на стул, её продолжает колбасить. В кабинете араб – доктор Бадья, говорили он из Сирии.

Врач щупает пульс, обеспокоен. Рядом медсестра.

Марианна с трудом говоря:

– Это телефон, – показывает на бумажку, – если со мной что-либо случится.. на бумажке надпись: Настя, и цифры её номера телефона.

– Тахиаритмия, – разобрала Марианна среди английской речи, что доктор говорил медсестре, набирая из ампулы лекарство.

Доктор вводит Марианне укол в руку, дальше шарит по полкам, ищет, ещё ампулу, и видать не находит нужного лекарства, растерян.

– Do you speak English?

– No, – Марианна покачала головой.

Эх… читалось по выражению лица доктора Бадьи.

Марианна сидит на кушетке. Страх смерти не отпускает, ноги свесила с кушетки

Я как глухонемая, ничего не пойму что он говорит… (мысли Марианны). Доктор продолжал суетится и мерять пульс через пять минут.

Кажется попустило…

В переводчике Марианна поняла, что доктор сказал ей приходить сюда каждый день. Что это со мной… это всё Солнце…

Чтобы жить

В ресторане было обилие еды, разносили креветки, на вертеле жарилось мясо, возможно это баран. Я совсем не хочу есть, надо себя заставить. Чтобы жить, я должна хоть что-то съесть. Утром я впихнула в себя яичницу. Сидела и жевала, засовывала по кусочку её в рот, и говорила себе: это надо, чтобы жить. Смешно… заплатить за семь дней тура в Египет, и ничего не попробовать. Хорошо хоть жива.

Нет тебя

Мне тебя услышать,
Там, где нет  тебя..
Заревом потише —
Вспыхнула заря.

Скажешь :– Где ты бродишь?
Я скажу – в ответ..
Вот ты рядом – вроде,
Но, тебя там – нет…

Это – безрассудство,
Это – миражи.
Нет тебя – как будто,
Сердце – вырежи..

Леди в профиль

Египет. Отель «Гранд Роял». На стуле за столиком в кафе сидело существо. Это была Марианна. Она смотрела кукольным взглядом вдаль, туда за горизонт, где море, где начинается ветер. С её фигуры можно писать картину. На её теле облегающе сидело платье, это её самое красивое платье с розами. Марианна сделала несколько фоток, точнее попросила девушку сфотографировать её, и можно выкладывать себя на Фейсбук, задумчивую леди в профиль. Если бы знали, те читатели её Фейсбука, как она себя чувствует…

и что скрывается за её масковидным призрачным лицом; если б они знали, что я не могу есть, не могу спать, и хожу к доктору Бадье, потому что чуть не умерла. Выложив фото на Фейсбук, Марианна подумала: я не уверена что хорошо выгляжу, наверное видят все в городе меня страдающую и очень грустное лицо, устремлённое вдаль. Хотя нет, прилетел комментарий мамочки моего пациента: «Уважаемая Марианна Ивановна! Вы очень красивая! Хорошего отдыха!»

Не любовь

Запорошены следы в этот зимний вечер…
Ты сказал мне – не любовь, эти наши встречи.
Закружилась голова, что ж это такое?
Не хочу искать слова, верю я в другое.
Где – нибудь,
Когда – нибудь,
Заново родиться!
Закружиться голова,
Взмою вольной птицей!
Я свободна от оков!
Вкус любви не нужен!
Птицею парить средь снов,
От любви всё хуже!
Кто придумал, ту любовь?
Хочется напиться!
Я свободна от оков,
Взмою вольной птицей!

День звонков

Марианна сидит на веранде отеля Шарм Эль Шейха. Ещё бешено колотится сердце и трясутся руки. Опять плохо спала и совсем не хочется есть. Как не вовремя…

Сообщение от турагента из Семиветринска в Вайбере: «Как ты там? Как доехала, устроилась».

Прийдётся ответить. Марианна дрожащими руками пишет: «Всё хорошо, отель хороший».

– Хорошего отдыха, – в ответ. Вот звонок: это Евгении. Марианна берёт трубку.

– Привет, как ты там?

– Хорошо, – тихим голосом Марианна. Если б они знали, как мне здесь нехорошо… сама не своя.

– Была где – нибудь? – доносится голос Евгении: – Сходи там в православный храм.

– Да не знаю, это в город надо ехать, возможно брать такси, – подумавши Марианна.

– Привези мне что – нибудь, если будешь в храме, привези крестик мне или иконку.

– Хорошо, если попаду.

– Ну пока, хорошего отдыха.

Потом пришло сообщение в Вайбер от Главного администратора с работы:

– Как отдыхается?

– Хорошо, жарко очень. – отвечает Марианна.

– Ищите спасения в мужчинах.

В мужчинах… что она имеет ввиду… Хотя, варианты есть, может и впрямь поможет…

Мефистофель и Эрос

Шарм Эль Шейх. Днём я запланировала погулять по окрестностям возле отеля. Странно, нет нигде людей, одинокие здания справа и слева от дороги, красивые каменные в арабском стиле, и абсолютное безлюдье, как вымерли… Впереди несколько лавок, кажется они открыты. Продавцы – арабы махая руками приглашают посетить именно их лавку. Иду смотрю.

Сразу у входа в лавку я замечаю висящие кресты, они разные, с распятием. Я же обещала Евгении купить крестик… Снимаю крестик с гвоздика. Крестик средних размеров, симпатичный, в середине на красном фоне – распятый Христос.

– Сколько стоит?

– Три доллара.

– О… это много…

– Ну, два, – показывает пальцами араб.

– Хорошо.

Смотрю дальше, выбираю бирюзового жука – скоробея и магнитики.

Продавец начинает считать.

– Десять долларов.

Я киваю головой в знак не согласия: – Давай восемь за всё.

– Ну, семь с половиной, – продавец

– Ладно… что он там так много насчитал.

Я всматривалась в образ этого продавца. Да почему же я, как окаменелая смотрю на него: он сутулившись, прищуренные глазки и острая бородка, лукавый вид, перебирал своих жуков скоробеев и ещё разные безделушки. Меня осенило: он похож на Мефистофеля или беса. Движения быстры и он всё время врёт. Торгуюсь с ним, а он всё равно норовит обмануть. Это точно лукавый, бес…

Я поторопилась выйти из лавки, хотела было развернуться и идти опять в отель; но темнокожий араб из соседней лавки завораживающе приглашал своим взглядом. Не хотелось его обидеть, надо зайти в его «шатёр».

Я всем своим естеством ощутила запахи, это были ароматы чудесных трав, духов, всего сладкого и восточного, как аромат оргазма.

Продавец – молодой красивый араб с правильным лицом, медленно двигая рукой, как в некоем театре приглашал: – посмотри сюда, и сюда… Он взял охапку незнакомой травы из ящичка на прилавке и протянул к моему носу. Меня объяла истома, я как будто очутилась в ореоле, дымке, коконе; ощутила себя лёгкой, самой сексуальной, я – светящаяся богиня, по мне разливается тепло, оно в животе, и во мне, как в лоне страсти. Трав было много в ящичках на витрине и я как в дурмане – сне вдыхала всё сразу.

– А это… особый аромат, – предлагает опять красивый араб.

– Присаживайся здесь, я предложу тебе чай, – и продавец благовоний нежно коснулся руки Марианны.

Марианна, окуренная травами и ароматами духов, присела на диванчик в магазинчике.

Араб присел рядом и начал вести разговор.

Слова его плыли медленным эликсиром сладострастия и экстаза. Было хорошо просто сидеть на диванчике и чувствовать себя богиней. Я попала к Богу Эросу, Богу наслаждений и сладострастия.

С магазинчика было видно соседние пустующие здания на соседней улице. Здесь совсем никого, он и я, всё таки я – смелая..

– Я хочу тебя пригласить в свой дворец сегодня вечером. У меня дом, – араб показал в сторону пустынных улиц. Я буду тебя любить, займёмся сексом. О.. Я буду долго тебя любить…

Марианна поперхнулась чаем.

– Ты боишься… – осторожно араб.

– Я вечером, немного занята…

– Можем и сейчас поехать… – ненавязчиво уговаривает египтянин.

– О… тебе понравиться… У меня огромный, он, не такой как у всех, он гигант, – показывая на низ своих штанов. Я буду часами тебя любить, я могу и сутками, своим огромным. Марианне стало страшно, залюбит…; от такого можно и умереть, как такое можно выдержать… Нормальный человек, он раз – два и всё, ну минутку там секс, поёрзал и всё, а здесь силища, огромный член, можно умереть просто.

А если действительно согласиться и сейчас поехать с ним… оказаться в пустынном доме…, и её хрупкое тельце не выдержит его любви, и не вернусь.. потом будут меня искать всю ночь. Я пожалуй откажусь, и надо уже сматываться, – Марианна поглядывая на проезжую часть дороги.

– Спасибо тебе, ты очень. хороший, но мне надо идти, я приду вечером, обязательно приду. Марианна стремглав выскочила и быстро мимо всех прилавков пошла к отелю.

– Я буду ждать… – доносится голос Эроса сзади Марианны.

Марианна быстро пронеслась мимо улыбающегося Мефистофеля, который стоял возле своей лавки.

Разговор по душам

Шарм Эль Шейх. Пол первого ночи. Марианна сидит за столиком в ночном баре отеля. Замечает за столиком сзади Люсию. Уже уходя подходит к Люсие:

– Присаживайся, посиди со мной, – Люсия.

Марианна присаживается за круглый столик Люсии.

– Угощайся, – Люсия.

Марианна замечает, как впереди проскальзывает фигура доктора Бадьи, он смотрит на Марианну и её собеседницу. Следит наверное (мысли Марианны).

– Принеси мне виски, – показывая на стакан, сказала Люсия.

Марианна идёт к барной стойке и приносит стакан с виски.

Обращает внимание, что на столе уже стоит три недопитых стакана виски и Люсия ничего не пьёт.

– Принеси ещё виски, – командным голосом проговорила Люсия.

Марианна подходит к барной стойке и просит ещё виски, только видит, как Люсия смотрит, как Марианна стоит в очереди к бармену.

После возвращения Марианны с очередным стаканом виски, Люсия вполне довольная одарила Марианну улыбкой.

– Не спится сегодня совсем, – Марианна Люсие.

С барной стойки доносится приглушенная арабская музыка. За нкоторыми столиками ещё сидят люди, обратила внимание Марианна. Я не замечала, как пролетало время: с Люсиёй было настолько захватывающе интересно… Она то рассказывала про своих подружек, то разговор уходил о женском, о её клиентах и тайнах клиентов психолога.

– Вот допустим… приходит ко мне мужчина, конечно очень богатый.

И говорит, что ему, для того, чтобы он был счастлив, обязательно нужно иметь любовницу. И я это понимаю. И вот с любовницей не сложилось, и страдает человек.

– Да… мне бы их проблемы, богатых, – Марианна.

***

Утро. В ресторане за завтраком наткнулась на сидящую Люсию за столиком, буквально споткнулась о её стул ногой.

– Ну как ты? – улыбается Люсия и и заглядывает мне в глаза.

Ведьма … – саркастически произнесла Марианна и улыбнулась.

Я увидела, как толстенький араб принёс кофе Люсие, сказал

«пожалуйста, ваш кофе» и слащаво заулыбался, облизывая свои губы, и задержался, ожидая реакции Люсии.

– Спасибо, – в ответ кивнула ему Люсия.

– Видела счас, видела? – Люсия мне. – Он не просто отдал кофе, а хочет, этот толстячок, что – бы я обратила на него внимание. Чтобы ему было приятно, понимаешь…

– Как бы да, понимаю.

Я же говорила ведьма, она знает все мотивы человека.

Вышедшая из моря

Египет Шарм Эль Шейх. Отель.

Что-то разбудило в пять утра. Марианна встала, собрала купальные принадлежности и пошла по направлению пляжа. Людей в это время никого не было, даже жутковато. Идя к морю, надо было спуститься немного и пройти по каменным ступеням. И здесь Марианна увидела Солнце! Боже мой… Зарево поднималось с моря, очень быстро, как казалось, сначала полукруг, потом больше и больше… Марианна направила свой телефон и запечатлела, это – рассвет. Сквозь стекло телефона Марианна смотрит на блики огненного Солнца.

Это зарево огромного Солнца восходящего над морем – настоящее чудо, как рассвет жизни, как из глубины, прорывая бездну и мрак вздымается всё, поднимается душа пронзительной всеобъемлющей силой. Это важно, Марианна всем сердцем и нутром почувствовала восстающее Солнце. Потом Марианна прошла по тропинке между красивых кустарников и очутилась на пристани. Посмотрев сквозь прозрачное море, Марианна увидела много диковинных рыб.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

признана экстремистской организацией и запрещена на территории России (здесь и далее)

Вернуться

2

признан в России экстремистской организацией и запрещён (здесь и далее)

Вернуться