# Учитель с нашего двора

Николай Трухин

Николая Салтанова увольняют из столичной гимназии и отправляют в забытый богом город, где ему предстоит взять под опеку сбившихся с пути школьников, раскрыть тайну убийства постояльца общежития №3.

# Учитель с нашего двора. Николай Трухин

© Николай Трухин, 2026


ISBN 978-5-0062-3876-3

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

## ГЛАВА 1

Двери школы №23 отворились, и Александр Никонорыч, не оглядываясь, побежал по городу. Стоял май, и учебный год подходил к концу, но для Александра Никонорыча он наступил немного раньше положенного срока. Взбунтовавшийся класс не позволил ему закончить работу над их исправлением. То был третий год с небольшим, и последний учитель, чьи методы не дали абсолютно никаких положительных результатов по исправлению подростков. Наступили каникулы, и у администрации появилось время, чтобы найти учителя, который сможет изменить их мировоззрение. В городе все были наслышаны о проблемных школьниках, и никто не хотел с ними работать. Нужно было искать извне специалиста, который бы, не раздумывая, согласился. И вскоре нашелся специалист, который прозябал без дела на одном из дачных кооперативов. Им оказался Николай Салтанов, успевший примерить на себя лавры выдающегося педагога, подающего большие надежды. Но в одночасье всё рухнуло, и педагог, снискавший славу и любовь многих, стал изгоем. Сломанный нос директора гимназии повлиял на становление его карьеры, и ничего другого не оставалось, как ждать того самого момента, когда всё забудется. Прошло время, и звонок Сергея Гурьянова, университетского друга, занимавшего в министерстве просвещения одну из важнейших должностей, сообщил ему о том, что в одном провинциальном городе требуется учитель, и он со дня на день приедет к нему, чтобы обговорить детали. Он приехал в субботу и застал Николая лежащим на диване. Салтанов лежал в обнимку с книгой Льва Николаевича Толстого. Он так и не добрался до конца романа «Война и мир», и время, отведенное ему для отдыха и для поиска самого себя, сослужило хорошую службу. Дочитывая последний том, он был вне себя от радости, поскольку он долгие годы откладывал прочтение романа, и наконец, он до него добрался. Появление Гурьянова заставило его отложить книгу в сторону и приняться выслушивать подробности новой должности в провинциальном городе.


— День добрый, Салтанов! Я смотрю, ты занялся чтением. Это похвально. Освежить в памяти, как пишутся буквы, несомненно, стоит.


— Привет, Серега! Да мне тут только осталось последние главы дочитать. Вот решим с тобой вопрос, и обязательно закончу. Что там за должность, о которой ты мне говорил по телефону?


— В одном городе. Две тысячи километров, приблизительно, на северо- восток. Там живут неугомонные детишки, которым не нравятся нынешняя система образования и ее современные подходы.


— Так они мне тоже не нравятся. Ерундистика какая-то. Тебе так не кажется?


— Быть может, оно так, но знающим людям виднее.


— О да! Меня ведь посетил человек из министерства. Куда уж нам, простым смертным!


— Хватит ерничать. Я пришел сюда не за этим. Тебе была нужна работа, и я её для тебя нашёл.


— Да, но я хотел работать в столице, а не ехать в тьмутаракань. Это не мой уровень. Пускай туда едут выпускники колледжей.


— Если бы ты не сломал нос директору гимназии, то никуда бы не пришлось ехать. Каровский решил перекрыть тебе дорогу в образовательный Олимп, и мне нужно время, чтобы решить эту проблему. Поработаешь какое-то время, пока всё не уляжется.


— И сколько мне нужно отработать?

— Два месяца, может больше. В общем, я позвоню, как всё утихомирится.

— Чувствую себя снова студентом-практикантом, которого без его согласия отправили неизвестно куда и неизвестно зачем.


— Небольшая поправка. Ты знаешь, зачем едешь. Есть проблема, требующая твоего вмешательства. Помнишь, на третьем курсе, когда тебя отправили на практику в богом забытый лицей, ты справился с обнаглевшими старшеклассниками?


— Это было давно и неправда. К тому же те методы не признали педагогичными.


— Ну то, что ты немного размалевал главаря той шайки, не делает тебя жестоким. К тому же, Макаренко тоже не был святым и пускал в ход кулаки. Иногда одних слов мало, и требуется весомый аргумент, чтобы всем доказать правоту.


— И это мне говорит министерская особа. Уж не собираешься ли ты кидаться с кулаками на министра?


— Нет, и тебе не советую прибегать к этому методу. Я просто напомнил тебе, что ты можешь решать проблемы и заниматься перевоспитанием трудных подростков, и та история со старшеклассниками не должна повториться. Этот метод актуален. Не спорю. Но всё же следует по возможности его избегать, хотя бы с детьми.


— Обещаю детей не трогать, но больших дядек это не касается. Так сойдет?


— Вполне! Так ты согласен?


— А у меня разве есть выбор?


— Вот и славно. Отправление через неделю. Можешь пока паковать чемоданы и сообщить своему знакомому, разрешившему тебе пожить в этом чудном доме, что ты уезжаешь.


— Не получится. Он загорает на испанском пляже, и так как он собирался второпях, то не успел поделиться своими заморскими координатами.


— Тогда оставь ключи уборщице или её координаты ты тоже не помнишь?


— К счастью, её координаты мне известны.


— Вот и славно. Тогда жду тебя через неделю на автостанции.

## ГЛАВА 2

Автостанция забита пассажирами, готовыми умчаться на автобусе в отдаленные уголки страны. Билеты скуплены, и на платформе двое предприимчивых джентльменов ждут, когда же появится на горизонте транспорт, готовый разлучить обитателя роскошных квадратных метров в центре столицы на комнату в старом общежитии.


— Осталось пять минут, Коля! И умчит тебя автобус из столицы в прекрасный город М.


— Ты сам хоть был там, чтоб так утверждать?


— Нет, но фотографии в интернете оставляют желать лучшего.


— Есть такая штука. Называется «фотошоп». Ты не думал об этом?


— Вот ты мне потом об этом расскажешь. Взял всё необходимое в дорогу?


— Ага.


— Вот и хорошо. Рита знает, что ты уезжаешь?


— Да незачем ей знать. После той истории с Каровским нам не удалось толком поговорить. И мне кажется, что на этом всё закончено. Быть может, это и к лучшему, Серёга. Если после первой недомолвки мы разошлись, как в море корабли.


— Решать, конечно, тебе дружище, и у тебя будет уйма времени для размышлений.


— Это да. Времени у меня теперь предостаточно.


Подъехал автобус и забрал Салтанова в город, где его многие не ждали. По пыльной дороге, бурьянам, ухабам он ехал, отдаляясь от родного города в сплошную неизвестность. Он редко покидал столицу, и поездка в город М для него стала путешествием в другую цивилизацию, в которой царили совсем иные законы.


Маршрут проходил через двадцать деревень и пару поселков городского типа, и прежде чем добраться до пункта назначения, Николаю предстояло познакомиться с бытом простых граждан. Через двадцать семь километров автобус остановился в деревне Потанино, и часть пассажиров сошла на остановке. Водитель объявил о пятиминутном перерыве, и все разошлись по своим делам: одни справлять нужду, другие закупаться напитками и едой. Магазин располагался прямо на улице у остановки, что было очень удобно.


Ассортимент продукции выглядел весьма скудно, и на прилавке расположились напитки самых разных производителей, от пепси до минеральной воды одного из местных источников, и еда, представленная чипсами и домашними пирожками.


Для местных жителей деревни Потанино наличие магазина у дороги было ничем иным, как ещё одним источником заработка. Только за один месяц доход от продажи социально значимых продуктов превысил ожидания многих и составил приличную сумму с пятью нулями. Потратить свои деньги спешил и Николай Салтанов. Он толком не успел пообедать, и деревенский магазин пришёлся как раз кстати. Остановка заканчивается, и пассажиры, осуществившие покупки, возвращаются в салон продолжить своё путешествие.


Деревня Потанино осталась позади, и до города М всего каких-то одна тысяча девятьсот семьдесят три километра. Наличных денег осталось немного, а это значило, что возможности расплатиться за кулинарные изыски и сувениры теперь нечем, а кредитную карту в деревнях никто не принимает к оплате. Народ ценит живые деньги, а карта есть у одного или двух из ста, которые работают в городе и в деревню приезжают только по выходным. Банкоматы в тех местах были редкостью, за исключением поселка городского типа. Николай выведал информацию у пассажиров, что в Берёзовке есть банкомат, и остановка у данного населенного пункта час. Успеть за час снять деньги и вернуться обратно вполне реально, и он отправился на его поиски. Аппарат находился в двух километрах от станции. Шестьдесят минут — не так уж много времени на осуществление задуманного, но риск — дело благородное. Два километра пройдены, и банкомат предстал перед ним во всей своей красе. Он успел, а это значит, что можно обнулить свой счёт, но помимо него опустошить аппарат спешили многие. Люд, приехавший из соседних округов, выстроился в цепочку. Такое ощущение, что им по полгода не выдавали зарплаты. Как ещё объяснить такой ажиотаж?


— Кто крайний? — обратился Николай к толпе.


— За мной будешь! — выкрикнула женщина в синем платке.


— А нельзя сделать исключение и пропустить меня? У меня автобус, и ждать он меня явно не будет.


— Подождёшь! Ничего с тобой не станет. Мы ждём, и ты подождёшь.


Спорить с толпой было бесполезно. Пришлось ждать, когда все набьют свои карманы. Время с каждой минутой ожидания уходило, и час, за который Николай собирался снять деньги и вернуться на станцию, улетучился. Он брошен на полпути, и чтоб вернуться, ему необходим водитель со своим автомобилем. На кассе он разузнал от кассирши о том, что накануне в поселке праздновали столетие со дня его основания, и проспиртованные граждане валялись в постели без задних ног, и только к закату они соизволят подняться. Её брат был одним из тех, кто с головой ударился в празднование. У него имелась машина, правда, шофёр был немного не в себе, и нужно было дождаться того момента, когда он выйдет из этого состояния. Рабочий день подошёл к концу. Кассирша любезно пригласила его к себе домой. Разлила по кружкам чай, вытащила из буфета пирожные. Короче, пыталась всеми силами угодить гостю. Ведь не каждый день в Березовку приезжают столичные люди. Они всё время проезжают мимо и даже не пытаются заглянуть во внутренний мир обычного провинциального человека.


Пантелеева Ангелина Борисовна, так звали кассиршу, в свои тридцать семь лет имела хорошую работу, двоих детей и родительский дом, унаследованный от них. Помимо Ангелины, мужа и детей, в доме жил брат. Его прибило морской волной к отчему дому. Брат менял работу как перчатки. Ему постоянно не нравилось то, чем он занимался. Его убеждения были таковы, что человек должен заниматься тем, что ему по душе. Сменив множество профессий, он так и не нашел свое призвание. Случайные заработки были для него спасением, и на какое-то время финансовое положение из шаткой категории вновь стало стабильным. Но это длилось недолго, ибо после праздника ничего не осталось. Щедрая душа поделилась со всеми, и все заработанные деньги пошли на удовлетворение человеческих потребностей. Брат спал в своей комнате, и день уже близился к закату. Достопочтенная сестра за чашкой чая с пирожными успела поведать Николаю о своей работе и о том, как нелегко ей живётся на белом свете.


— Я работаю кассиром на станции. Всю неделю верчусь как белка в колесе. На выходных разношу почту по домам. Получаю за это гроши. Говорят, правда, каждый год о надбавках, но надбавки эти нисколько не существенны. Детки мои — единственная отрада. Они ходят в школу. Мишка в третий, Ромка в пятый. Вы могли их видеть, когда заходили в дом. Во дворе частенько играют с соседскими ребятами в прятки. Жизнь не сахар, и мы живём в силу своих возможностей. Муж уехал на заработки в соседнее село. Восстанавливать линию электропередач. Видите ли, накрылась она медным тазом, и он поехал её устранять. Братец мой вчера дал жару. Вы не подумайте, он не алкаш. Уж очень широкой души человек. Пытался доказать всем, что устоит на ногах, но не устоял. Водка оказалась сильнее.


— Так бывает, когда не рассчитываешь свои силы! И долго он ещё будет спать?


— Скоро должен проснуться. Я отлучусь на некоторое время. Заказала сметану с творогом у одних местных предпринимателей. Час пробил, и пора забирать товар. За время моего отсутствия братец не должен проснуться, ну а вы пейте чай, я ненадолго.


Ангелина Борисовна ушла, оставив в своем доме совершенно постороннего человека. Она забыла упомянуть один факт, что её брат по отношению к чужим людям проявлял совсем недоброжелательные чувства. И незнакомец, свалившийся, по его мнению, из ниоткуда, должен был убираться прочь, и гнев пробуждённого ото сна желает исполнить свое предназначение.


— Ты кто такой!? Что ты делаешь в моем доме? — как раскаты грома прокатился голос отрезвевшего.


— Я гость. Меня пригласила ваша сестра.


— Как это так пригласила? У неё есть муж вообще-то.


— То, что у нее есть муж, я в курсе. Я по другому вопросу.


— А может тебя топором по голове и в реку, чтоб не имел такой привычки иметь в своей голове вопросы.


— Топор категорически отпадает. Вы что? Мы же гуманные люди. К тому же, я пацифист. Признаюсь, пару раз я пустил в ход кулаки, но это ради благого дела. Может, всё-таки сядем и обговорим детали за кружкой чая. Ангелина оставила пирожные. Чудные пирожные, и я с роду не пробовал ничего вкуснее за свою жизнь.


— И куда же она утопала?


— За сметаной да творогом. К местным предпринимателям. Я надеюсь, что вы знаете таких?


— Допустим, знаю. И я повторю ещё раз свой вопрос. Кто ты такой?


— Я опоздал на свой рейс в город М, и ваша сестра сказала, что вы поможете мне до него добраться.


— И что ты забыл там?


— Меня там ждёт работа.


— Работа, говоришь? Разговор, я чувствую, будет долгим. За чашкой чая он пройдет быстрее.


Вениамин Юрьевич, брат достопочтенной Ангелины, внимательно выслушал гостя, который подробно рассказал ему о своих злоключениях. Он не пытался вести себя агрессивно, поскольку плата за услуги проводника, предложенная Салтановым, была ничтожно мала, и, как ему казалось, он должен поторговаться, чтобы сумма покрыла его затраты на празднование столетие села Березова.


— Вот ты хочешь добраться до города М и при этом сэкономить денег. Это похвально, что ты беспокоишься о своем бюджете, но плата за труды должна быть больше той, что ты озвучил.


— Так. Значит, четыре тысячи для вас, Веня, не деньги?


— Я Вениамин, а не Веня. Не называй меня так. А то вместо города М поедешь в травмпункт, и при чём, абсолютно бесплатно.


— Ну, хорошо. Обойдёмся без уменьшительно-ласкательных слов. И сколько же ты хочешь?


— Десять тысяч и не меньше.


— Что? Да я за билет на автобус заплатил вдвое меньше. Это же чистой воды грабёж.


— Тогда иди пешком.


— Тысячу семьсот километров?


— Выбор за тобой.


— Я найду другого водителя, который не будет таким алчным.


— Ты в Березовке. Алчность — это наше жизненное кредо. И я ещё не совсем обнаглел. Другие бы и вовсе запросили сумму во много раз превышающую ту, что я назвал. Я готов пойти тебе навстречу и урезать себе зарплату. Шести тысяч, думаю, вполне хватит. Идёт?


— Идёт.


Соглашение скреплено рукопожатием, и сбившийся с пути странник нашел проводника по тропам, куда не ступала нога человека из самого главного города страны.

## ГЛАВА 3

Ангелина вернулась и была удивлена тому, что её братец уже заключил сделку. В то же время её переполняла радость оттого, что их семейный бюджет пополнится. В путь решено отправляться с утра, ибо утро вечера мудренее. И с восходом солнца они поехали по большой дороге, что ведёт в город М. За два дня проделать расстояние в тысячу семьсот километров вполне выполнимо. Восемьсот пятьдесят за день, а ночью как следует выспаться в придорожной гостинице и с наступлением утра продолжить поездку. В общем, таковы были планы.


Стоял конец августа, и до начала нового учебного года оставались считанные дни. По всей стране народ скупал канцелярские товары, школьную форму, учебники. Хотя большая часть выдаётся в школьной библиотеке, и редчайшие материалы приобретаются в магазинах за счёт родителей обучающихся. Помимо всего прочего, министерство просвещения внедрило новые подходы в образовании, которые отвергали как учителя, так и школьники. И Николаю предстояло столкнуться с анархистами 9"В» лицом к лицу. Он отдалялся от Березовки, и на его пути встречались другие села и иные пейзажи удивительной красоты. Вениамин занимал место у штурвала, и кому как не ему знать о лучших местах для ночлега. Правда, выбор был не таким уж большим. На дороге, по которой они ехали, находились два отеля. Один из них имел плачевную репутацию. Автомобили, припаркованные возле него, к утру лишались всех четырёх колес. Многие воспринимали это за шутку, но шутить они не спешили, когда, проснувшись, увидели машину без колес, то были вне себя от бешенства. Мало того, пропадали деньги, забытые главой семейства в бардачке. Налицо спланированная кража, и администрация отеля в ряду первых подозреваемых. Возбудили дело, которое привело к банде, желающих нечестным способом заработать на хлеб с маслом. Банду накрыли, обвиняемых отправили по местам, где они должны были исправиться и вновь стать достойными гражданами своего отечества. Годы прошли, и ситуация, подпортившая репутацию отеля, долгое время отпугивала посетителей. Но это не могло длиться вечность, и про это все забыли. Жители села Березова долго хранили в своей голове историю о придорожном грабеже, и Вениамин решил, что останавливаться в том отеле не стоит. Вообще хорошо, когда есть из чего выбирать, и жребий брошен. Есть ещё один отель, о котором я забыл упомянуть. В отличие от первого экземпляра, он не был замешан в темных делах и расположен в шестидесяти километрах к северу от отеля, где все было не так гладко. До наступления ночи ещё далеко, и автомобиль, начавший свой путь в Березовке, израсходовал почти всё топливо. Хорошо, когда путь проходит по оживленным местам, и заправочных станций дюжина. И из имеющейся дюжины выбор пал на ту, где обслуживающий персонал зарекомендовал себя с лучшей стороны, и цены на бензин ниже рыночной стоимости. Заправив автомобиль, Николай с Вениамином собрались покинуть заправочную станцию, как крики женщины, возникшей из ниоткуда, не дали им этого осуществить. Из уст её вырвались нечленораздельные фразы, которые после минутной одышки стали понятны каждому.


— Мне нужно попасть в Дубраву. Я прождала здесь слишком много, а автобусы, как назло, не ходят. Попадаются только одни негодяи и хамы, которым от женщины нужно только одно. Вы отвезёте меня в Дубраву? Я заплачу.

— Можете не беспокоиться. Мы не причинам вам вреда. Мы с Вениамином не из тех, кто готов покуситься на честь и достоинство. Денег с Вас мы не возьмём. Довезём до пункта назначения, не требуя ничего взамен. Садитесь, детали обговорим в дороге, — ответил девушке Николай.


Женщине, которая отчаялась выбраться из пустынного места, наконец, повезло. Она спешила в отдаленную деревеньку, где ей предстояло вступить в должность учителя начальных классов. Сменить уходящую на пенсию учительницу, отработавшую тридцать лет в образовательном учреждении. Для своего путешествия она выбрала закрытую одежду, дабы не привлекать внимание острых глаз. Платье, юбки и прочая женская утварь аккуратно сложены в сумку, и облачится она в них только тогда, когда прибудет в деревню. Вениамин с Николаем, конечно, не смогли бросить девушку на произвол судьбы и протянули ей руку помощи. Но то, что на одного учителя стало больше, рассмешило Вениамина. Казалось, что не существует в природе профессий, кроме учительской, и поэтому он решил высказать свое мнение на этот счёт.


— Еще один учитель свалился на мою голову. Как по мне, стоящих учителей можно сосчитать по пальцам, а остальные представители данной профессии и гроша ломаного не стоят. Помню, как географ ткнул пальцем в карту и сказал, что это Австралия. На самом же деле это была Австрия. Никто, естественно, не стал его поправлять, мол, и так сойдет. Когда дело дошло до открытого урока, то скрыть пробелы в познаниях стало невозможно. Он то и дело называл горные пики, которых не существует и в помине. Мало того, он спутал столицу Великобритании. Каждому известно, что это Лондон, но он, видимо, не знал или ему не так преподнесли информацию. Ответ присутствующих не впечатлил, и его уволили.


— И что же за город он назвал? — полюбопытствовала девушка.


— Детройт. Промышленный город на восточном побережье США. Эта роковая ошибка стоила ему карьеры, хотя, по мне, это к лучшему. На одного шарлатана стало меньше. Надеюсь, вы выбрали профессию исключительно по зову сердца, а не из корыстных побуждений?


— Мне всегда нравилось учить деток. И да, это зов моего сердца.


— Ну что ж, это похвально. И как же зовут молодого педагога?

ъ

— Аглая, я.


— Очень приятно! Я — Вениамин, а это мой хороший знакомый Николай. Между прочим, тоже педагог.


— Наше знакомство длится день, и я не сказал бы, что оно дружеское, скорее деловое, — заметил Салтанов.


— Да уж. Деловые люди не мчатся, куда не надо за гроши. Их запросы огромны. За гроши согласятся только никчёмные дураки да люди с добрым сердцем.


— Это тонкий намёк на мое бессердечие?


— Это констатация факта.


— Ну что ж. Пусть будет так. В скором времени надеюсь, что мнение твоё о моем отношении к людям изменится, и ты возьмёшь свои слова обратно. Нам ехать ведь ещё сутки, верно?


— Да, мы ведь обговорили с тобой условия.


— Замечательно. Осталось обговорить их с Аглаей. Аглая, мы с наступлением темноты остановимся в придорожном отеле, так как наш пилот не может ехать ночью, поскольку


считает это неправильным. Его преследует фобия. Ему не нравится, когда его сковывает мрак, и от этого становится некомфортно. Передать автомобиль в чужие руки он не может, следовательно, мы приняли решение дождаться утра, чтобы продолжить наш путь. Как вам такой расклад?


— Я особо не тороплюсь, и расклад меня полностью устраивает.


— Вот и хорошо. Следующая остановка — отель «Хризантема».

## ГЛАВА 4

Отель «Хризантема» — то самое место, где чувствуешь себя в полном комфорте. Каждый день сорок комнат принимают в своих стенах гостей различных каст и вероисповеданий. Трехэтажное здание с золотистой вывеской у парадного входа ждёт не дождется, когда звон монет приезжих господ и дам даст сигнал к началу работы. С самого утра работники отеля носятся из стороны в сторону и лезут из кожи вон, чтобы только угодить постояльцам. За услуги свои получают приличное жалованье, имеют оплачиваемый отпуск и домик в деревне, где в уютной обстановке проводят выходные вдали от шума и от суеты. Хозяин заведения редко появлялся в своем владении, да и в стране он бывал нечасто. Первое время он сам руководил гостиницей, но с приобретением трубопрокатного завода и вовсе передал бразды правления управляющему.


Управляющий наделён особыми правами, и без его ведома никто не вправе увольнять или нанимать претендентов на различные должности, вплоть от горничной до официанта. Управляющий назначался на четыре года, и за этот срок он должен показать свое умение в ведении бизнеса. Падение доходов и низкий рейтинг могли повлиять на его дальнейшую судьбу и навсегда избавить от великой возможности занимать руководящие посты. К счастью, за всю историю «Хризантемы» ничего подобного не происходило, и все прежние руководители поднялись по карьерной лестнице вверх и заняли место на вершине Олимпа. Нынешний управляющий, Берестнева Александра Фокеевна, совсем недавно приступила к своим обязанностям, и дела оставляли желать лучшего. Поток людей, желающих остановиться, был огромен, и с наступлением вечера их количество увеличилось. Вениамин, Николай и Аглая как раз составляли число тех, кто спешит расстаться со своими деньгами и провести ночь в стенах «Хризантемы», не задумываясь о проблемах, с которыми каждому из них предстояло столкнуться. Правда, комнат на всех не хватило, и пришлось потесниться в одноместном номере с видом на шоссе. Кровать в комнате была одна, и благородные джентльмены решили уступить ее даме. Сами же оккупировали диван да раскладушку, которую позаимствовали у швейцара. Аглае ничего не оставалось, как подчиниться воле большинства. Ей не доводилось бывать в таких ситуациях, когда в первый же день знакомства оказываешься в одной комнате с совершенно незнакомыми людьми, тем более мужчинами. Ей не лезли больше в голову ужасные мысли, потому как их тут же сразу рассеяли.


— Всё будет хорошо, Аглая. Можешь спать спокойно. Я не из тех, кто готов покуситься на вашу честь, и педагог тоже. Каждый займет свое место и будет лежать в нем до самого утра, а чтоб сладко спалось, предлагаю нам всем спуститься в ресторан и отведать здешних кулинарных шедевров.


— И кто же оплатит за эти шедевры? — спросил у Вениамина Николай.


— Конечно, ты. Ну, не я же.


— Я почему-то так и подумал.


— Вот и хорошо. Аглая, вы с нами?


— Да, от салата я бы не отказалась.


— Какой салат? Стейк размером со штат Аляска и вино.


— Красное?


— Да, Коля, красное, ибо запивать стейк нужно только красным вином.


— Ну, по такому поводу задерживаться не стоит, а то помимо нас есть ещё куча голодных ртов, готовых покуситься на салат и на стейк размером с Аляску.


В трапезном зале голодных ртов было предостаточно. Каждый пытался запихать в себя еду, приготовленную местными поварами. Внешне еда не привлекала своим видом, и выглядела она неаппетитно, хотя первое впечатление бывает обманчивым, и за неброским кафтаном скрывается вполне себе съедобное и в то же время вкусное блюдо. Заняв самый крайний столик, путники заказали стейк, о котором всё твердил Вениамин, и греческий салат, приготовленный исключительно из самых наисвежайших овощей. Не обошлось без вина. Оно разлилось по бокалам и уже приготовилось разлиться по человеческим сосудам. Иногда наличие алкоголя в организме в небольших количествах помогает справиться с усталостью и сбросить тяжкий груз мыслей. Ведь не зря говорится, что «истина в вине». Время трапезы подошло к своему завершению, и официант принёс счёт, а вместе с ним и приглашение в ложе управляющей «Хризантемы», Берестневой Александры Фокеевны. Предположений на этот счёт было уйма, и только Вениамин знал причину такой заинтересованности.


— Я, кажется, знаю, зачем нас зовут к управляющей в ложу.


— И зачем же это?


— Когда ты с Аглаей относил в номер вещи, я остался на ресепшене и ляпнул девчонке, которая принимала у меня документы, что я сопровождаю известного психоаналитика Николая Салтанова и я не просто попутчик, а его ассистент, без которого он не может обойтись.


— Какой психоаналитик?


— Известный. Я читала о нем в газетах. Он способен решить любую проблему. К нему со всей страны съезжаются люди в надежде, что их проблемы рассеются, и жизнь вновь забьет ключом. Между прочим, один из самых популярных людей нашего времени, — подытожила Аглая.


— Выходит, что он мой тезка. Ладно, имя, но чтобы и фамилия совпала — это вообще фурор. И что тебя, Вениамин, толкнуло на это?


— Я и подумать не мог, что последует такая реакция. Но, как видите, все совсем наоборот. Знатные люди здесь в почете. И меня вдруг осенило, а что, если я воспользуюсь фамилией своего товарища. И, как видите, получилось. Не зря я отдал за свежий выпуск «Березовских ведомостей» последние деньги. Там я и вычитал о психоаналитике Салтанове. После я встретил тебя, и фамилия у тебя, как у того психоаналитика, и имя. Нужен был лишь подходящий момент, и он настал.


— Но я ведь никакой не психоаналитик.


— Ты ведь педагог, а педагогика — это на семьдесят процентов психология, так что ты психолог. Поговорим с управляющей на житейские темы. А завтра рано поутру свалим отсюда. Про нас даже никто и не вспомнит.


— Даже и не знаю, что сказать. Говоришь, утром свалим?


— И следа не останется.


— Раз так, почему бы не сыграть роль психоаналитика. Ведь для этого я, собственно, и был рождён.


Ложе управляющей — это отдельные апартаменты, их ещё называли «царскими палатами» были оформлены в восточном стиле. Вся цветочная палитра красок, включая бренд отеля — хризантему, взмахом кисти художника ожила на стене. А в углу красовались строки из романса Николая Харито: «Отцвели уж давно хризантемы в саду».


Александра Фокеевна, как только узнала, что в гостинице поселился известный психоаналитик, сию же минуту отправила официанта, дабы передать свое почтение и пригласить на званый ужин. За всё время существования отеля самыми известными постояльцами были артисты Ярославского драматического театра, да и то это было давно, и после сокрушительного триумфа больше не появлялись в стенах отеля. Другое дело психоаналитик, которого неизвестно каким ветром занесло в такую даль. Собственно, это она и пыталась выяснить.


Официант провел Николая, Вениамина и Аглаю в ложе, где их уже ждала Александра Фокеевна. Стороны поприветствовали друг друга, после чего уселись в мягкие кресла, каких не было в трапезном зале. Вениамина да Аглаю усадили за отдельный столик, дабы не отвлекать от приятной беседы. Для управляющей появление психоаналитика было не чем иным, как знаком свыше, ибо не каждый день встретишь птицу высокого полёта.


— Я и не думала, что судьба наградит меня таким подарком. И каким же ветром вас сюда занесло?


Николай, почесав затылок, ответил:


— Ищу материалы для своей новой книги. Черпаю из всего, что вижу.


— Это изумительно. Как Италия?


— Италия? — с удивлением спросил Николай.


— Да. Вы на прошлой неделе улетели во Флоренцию. Я слежу за новостями, и, как ни странно, вы быстро оттуда вернулись.


— Возникли кое-какие дела, и сюжет для книги требовал немедленно покинуть Италию, и вот я здесь.


— У прессы возникают вопросы о вашей неприязни к фотографиям. Мало кто видел вас, и у многих появились сомнения о вашем существовании.


— И у вас тоже?


— Признаюсь честно, до сегодняшнего дня в мою голову тоже забились сомнения, но ваше появление в нашей чудной гостинице рассеяло их. Мало того, мне известно, что вас поселили в одноместном номере с вашими помощниками. Сразу хочу за это извиниться.


— Ничего страшного. Это моя вина. Я не хотел привлекать внимание окружающих. Хотелось спокойно провести вечер, и я надеюсь на то, что меня никто не потревожит.


— Можете всецело на меня положиться. И я распорядилась, чтобы ваши вещи из одноместного номера перенесли в номер для очень важных персон. Проведёте эту ночь в полном спокойствии. Ну, а теперь позвольте предложить вам отведать наш фирменный суп!


— Я только что уничтожил огромный стейк, и сейчас самое время для первого блюда, хотя все должно быть совсем наоборот.


Наоборот вышло и со спокойствием. Ночью не давали уснуть крики, которые с каждой минутой становились сильнее и громче. Такое ощущение, что земля сотрясалась от подземных толчков, но то были не толчки, а всего лишь неприязнь, возникшая на фоне измены. Частые стуки в дверь разбудили псевдопсихолога и его товарищей. Сама управляющая в сопровождении охраны нарушила их покой. Причина была уважительная. И с ней мог справиться только самый настоящий профессионал, психоаналитик Николай Салтанов.


— У нас возникла непредвиденная ситуация, господин Салтанов!


— Что случилось? — спросил пробужденный ото сна педагог.


— Обезумевший парень вместе с девушкой закрылся в номере изнутри. И судя по воплям и крикам, он хочет ее убить. Оттуда доносятся лишь плачь и стоны. На наши требования открыть дверь и отпустить её, он ответил отказом. Выход из этой ситуации только один.


— И какой же?


— Вы поговорите с ним. Обсудите его проблему, ведь кому как не вам знать всю специфику работу нервной системы.


— А может лучше вызвать полицию?


— Полицию вызывать не стоит. Это скажется на рейтинге отеля и на моей репутации как руководителя, которая не может справиться со своими обязанностями. Так что другого выхода нет.


— Коль так, позвольте мне облачиться в мой костюм и поставить в известность моего помощника, без которого мне никак не обойтись.


Николай сообщил Вениамину о ситуации, возникшей на почве недопонимания молодых людей. Обговорив план действий, они пошли к номеру, за которым прятался тот самый парень, что удерживал девушку силой. Аглаю трогать не стали. Оставили её одну лежащей в постели. Шаги уходящих спасителей усыпили её, и ей ничего не оставалось, как бороздить по сонному царству.


В комнате раздора было тихо. Шум прекратился, но был слышен плачь.


С нарушителем спокойствия через постукивания в дверь пытались установить сигнал, но кроме брани ничего путного не получили в ответ. Тогда на смену мирного урегулирования конфликта пришел куда более весомый и значимый план.


— Разговором здесь не поможешь, педагог. Здесь следует приложить грубую физическую силу. Треснуть как следует по физиономии, и делу конец.


— И как же ты собираешься это осуществить? Он вне зоны нашей досягаемости.


— Всё очень просто. Ты отвлекаешь его своей болтовней. А я тем временем пройду в соседний номер и через балкон перелезу к этому негодяю. Он ещё пожалеет о том, что появился на этот свет.


— Умело ты распределил меж нами обязанности.


— А то, я на это мастер. Не будем задерживаться, а то психи люди ранимые, и от них можно чего угодно ожидать.


Николай остался один. Его задача — не дать парню преступить черту и избавить девушку от ужаса, который ей пришлось пережить. Он подошёл к двери и обратился к похитителю, чтобы тот отпустил девушку. В ответ он снова получил нелицеприятные высказывания в свой адрес, но это его не остановило. Он продолжил свой разговор, который всё-таки развязал человеку язык, пришедшему на исповедь.


— Ты не понимаешь, что творишь, парень. Насилием ничего не решишь. Это только усугубит ситуацию.


— Это моё дело, мужик. Ты вообще кто?


— Я психолог, и ты можешь выплеснуть из себя всё плохое, что тревожит душу.


— Терпеть не могу всяких мозгоправов. И тебе меня не переубедить.


— Может, объяснишь, зачем ты делаешь это? Должна же быть причина?


— Всё довольно просто, психолог. Моя девушка оказалась подлой тварью. Пока я был в командировке, она нашла мне замену. И я такой приезжаю довольный с букетом цветов, а вместо нее записка на столе, в которой чёрным по белому написано, что она меня больше не любит и просит понять. Вот тогда я и взбесился. Нашел её подругу. Пытался разузнать, куда же это она утопала. Она вешала мне лапшу на уши, тогда я взбесился пуще прежнего и пригрозил ей, что придушу её, если она мне не скажет, куда она уехала. Естественно, она мне всё выложила. К своему ухажеру собралась в один провинциальный городок. Работает он там научным сотрудником в одной лаборатории по выведению новых сортов пшеницы. Агроном, будь он проклят. Дорога выдалась длинная, и поведала она своей подружке, что остановится в гостинице с чудным названием «Хризантема», а утром воссоединится с молодым человеком. Я сразу отправился по горячим следам, и как ты, психолог, мог заметить, я достиг своей цели.


— Это всё, конечно, печально, но это не повод расстраиваться. Я тоже встречался с одной особой, и, как позже выяснилось, мы не подходим друг другу.


— Тоже наставила рога?


— Если бы. Всё намного проще. Поломал одного гада, а она не оценила. Я, конечно, первое время тоже не находил себе места, но потом со временем всё нормализовалось. И у тебя тоже все нормализуется.


— Быть может, ты и прав, но поступать так со мной никто не вправе. Каждый должен понести заслуженное наказание. Твой случай один из многих, каких сотня. Хоть луну с неба сорви, и того будет мало. Подвигов им, видите ли, подавай, нежность да ласку. Они просто пользуются нами, а потом, вдоволь наигравшись, находят нам замену. Тебе, небось, уже тоже нашли.


— Быть может и нашли. Но я не рвусь, как ты, со всеми расправиться.


— А вот и зря. Эпичный получился бы замес. Ты и ухажер твоей бывшей возлюбленной. Вот только «бы» мешает. Мне же помешать никто не в силах, и поэтому я расправлюсь с этой негодницей.


— Знаешь что, обиженный! Ну, пошатнули твоё самолюбие. Выпустил пар. Пора и остановиться. Открой мне дверь. Сделай доброе дело!


— Прости, психолог, но этого я не могу сделать. Пока я тут с тобой разговаривал, очнулась моя принцесса и требует, чтобы я снова начал учинять над ней всякие гадости. Пока!


Переговоры не увенчались успехом. Злорадство взяло вверх над добротой. Впереди матч-реванш, который решит исход поединка. Казалось, всё предрешено, и девушка осталась во власти психопата, слетевшего с катушек, но не тут-то было. Педагог приготовился уже выносить плечом дверь, как раздался грохот. То ли шкаф упал, то ли рухнули стены, но понятно всё стало тогда, когда отворились ставни, укрывавшие ревнивого мерзавца. Вениамин успел вовремя, и подлец пал от его тяжеленных рук. Девушка обрела свободу. Правда, её физическое и душевное состояние было слегка подпорчено вмешательством экс-бойфренда, во внешний вид которого внёс свои коррективы Вениамин Юрьевич. Все остались довольны таким стечением обстоятельств, в том числе и Александра Фокеевна. Рейтинг и репутация сохранены, а это самое главное.


Утром, когда солнце поднялось высоко над землёй и начало освещать просторы матушки Земли, трое путников спешили покинуть отель, который не только приютил их у себя, но ещё воспользовался уникальными талантами в борьбе со злом. Провожать именитого психоаналитика собрались немногие. Только свита мадам Берестневой и пара-тройка слуг. В дорогу собрали мешок съестных припасов, которых с лихвой бы хватило на месяц, и воды из кристально чистых источников. Вдобавок ко всему этому, бонусную карту, покрывающую расходы на проживание. Администрация надеялась, что Николай Салтанов почтит их своим присутствием хотя бы ещё раз, но надеждам не суждено было сбыться. Заведённый автомобиль поехал по дороге, оставив позади придорожный отель с чудным названием «Хризантема». О нем у Вениамина накопилось немало впечатлений, с которыми следовало поделиться.


— Ну и оказали нам душевный прием. Накормили, напоили и дали поучаствовать в сцене выяснения чувств. И если бы не наше вмешательство, подмочилась бы тогда репутация придорожного отеля.


— Что там случилось? А то я на минуту приоткрыла глаза и снова отправилась досматривать сны.


— Да один паренёк возомнил себя Отелло. Правда, он пошел другим путём. Более трудным, чем шекспировский мавр. Вместо удушающих приемов применял тактику каратэ-до. Он привык всё время колотить манекен и соперников намного слабее его. Он то и дело, когда наносил по той бедняжке удары, наверно, представлял бесчувственную и неживую материю, потому как иначе объяснить его поступок. Хорошо, что педагогу удалось немного потянуть время, пока я искал пути проникновения на вражескую территорию.


— Это было непросто, Вениамин. Сколько живу на белом свете, но таких чудиков встречать не приходилось. Он поломал свою судьбу, и теперь ему придется за это отплатить.


— Коля, да все с ним будет хорошо. Поговорил я с ним. Ну, как поговорил. Клин клином вышибает или, как говорил великий Морихэй Уэсиба: «Сколько человеку ни объясняй, а ударить всегда надёжнее».


Исчезнет он из её жизни раз и навсегда. Забудет её адрес, дом, фамилию, имя. В общем, сотрет из памяти. Девчонке, конечно, досталось, но со временем всё пройдёт. Я только одного не понимаю, как можно закрывать глаза на то, что происходит.


— Это ты сейчас о чём?


— Об Александре Фокеевне. Готова пойти на всё, чтобы у неё был высокий рейтинг, и проблемы простых людей ей безразличны. Пустила бы она нас в шикарный номер, если бы знала, что ты никакой не психоаналитик с большой буквы, а простой учитель. Конечно же, нет. За все деньги мира не соизволят они спуститься к обычным людям и выпить с ними чашечку кофе. А нам удалось. Хотелось бы мне поглядеть на её физиономию, когда всё раскроется, но, увы, не суждено. Может, это и к лучшему. Как считаешь, педагог?


— Определенно к лучшему, Вениамин. Ведь мы протягиваем помощь каждому, кто в ней нуждается. Чтобы бы было с Аглаей, если б не мы? Даже страшно представить, в какой водоворот событий её бы затянуло. Ты ведь рада, Аглая, что тебе довелось с нами встретиться?


— Очень рада. Я готова протрубить на весь мир о доброте вашей и бескорыстии!


— Вот только трубить не надо, — запротестовал Вениамин. — Не люблю я выставлять свой образ жизни, пускай и очень хороший, напоказ.


— Да ладно тебе, Вениамин. От этого ещё никто не умирал.


— Быть может, но мне от чрезмерного внимания некомфортно. Давайте закроем тему.


— Хорошо. Как скажешь.

— Отлично. Теперь перейду непосредственно к нашей поездке. До Дубравы двести километров, если ехать по прямой. Но мы можем срезать через лес и проехать всего ничего. Выбор за вами, хотя, как по мне, по лесной тропинке ехать куда безопаснее и комфортнее. Нет встречных машин и лихачей, готовых тебя подрезать. Только животные, да и те боятся шума мотора и вряд ли бросятся под колёса. В общем, я за то, чтобы ехать через лес. Вы как? Согласны?


— Ну, как мы можем не согласиться. Мы всецело на тебя полагаемся и одобряем твой выбор.


Таков был ответ Аглаи и Николая, синхронно вылетевший из их уст. Машина повернула направо и, свернув с асфальтированной дороги, ступила на пыльную тропу в лесную чащобу.

## ГЛАВА 5

Лес — идеальное место для совершения преступлений. Здесь нет свидетелей, готовых давать показания, и людей, способных этому помешать. Зато есть животные, которым безразлична судьба человека, загнанного в угол. У преступления есть замысел и четкий сформулированный план действий. Без плана преступник не станет идти на дело, прекрасно зная, что оно с треском провалится. Причины, по которым совершаются преступления, на первый взгляд очевидны, но бывают ситуации, когда волосы встают дыбом. Затаенная обида с годами перерастает в преступление, совершаемое теми, кто считает своим долгом поквитаться с обидчиком. В ход идут различные методы. Самым наименее опасным и не таким суровым является кулачный бой. Правда, о чести кулачного боя все давно позабыли. Оппонента, потерявшего равновесие, в ту же самую минуту, когда его тело касалось земли, добивали недоброжелатели. Никакой чести и никакого благородства, только неутолимая жажда мести брала вверх над самыми положительными качествами человека. Исход всегда был иным. Все зависело от мстителя. Хотел ли он просто помучить обидчика или же отправить его в царство небесное. Мотив таил в себе не только обиду, а ещё желание обогатиться за чужой счёт. Богатые родственники — хороший тому пример. На какие ухищрения только не пойдет человек, чтобы стать богатым и успешным. Так и рождаются преступления. Казалось бы, тебя окружают любящие люди, но как дело доходит до дележки имущества, то все они превращаются в зверей, готовых разорвать друг друга на куски. Так и рождаются преступления. Хотя никто не задумывается о наказании за совершенные злодеяния, но оно со временем придёт, и необязательно, чтобы это было решение суда и заключение под стражей. Всё постепенно возвращается бумерангом к тем, кто совершил преступление. Это только вопрос времени.


Времени у путников для нераскрытых тайн было предостаточно, и по пути в Дубраву повстречались люди, нуждавшиеся в их помощи. Их автомобиль возник совершенно из ниоткуда. Он словно прирос к дереву, в которое врезался по вине внедорожника, усердно пытавшегося столкнуть их в овраг. К счастью, обошлось, и вместо оврага капот поцеловался с деревом, от соприкосновения с которым чуть не развалился на части. Горе путешественники нисколько не пострадали. Автомобилю, впрочем, не удалось похвастаться таким везением. Продолжить движение он был не в силах. Люди оказались посреди леса без средств к существованию. Телефонная связь не функционировала, что осложняло скорое возвращение в цивилизованный мир. Казалось бы, всё потеряно, но, как говорится, надежда умирает последней, и на горизонте появляется «спасительный корабль». Радость переполняла сбившихся с курса людей. Ведь на их пути повстречались те, кто сможет им помочь. По крайней мере, они так полагали. Первым, кто заметил жертв дорожно-транспортного происшествия, был Вениамин, так как он находился за штурвалом, и его внимание привлек неподвижный транспорт и люди, махавшие руками из стороны в сторону. Внимательность Вениамина пришлась как раз кстати, и управляемый им автомобиль остановился на том месте, где горе путешественники по воле сложившихся обстоятельств пригвоздили машину к дереву, которое ни в чем не было виновато. Николай с Аглаей предались сну. Движение по лесным тропам укачало их, и они могли бы вдоволь им насладиться, вот только остановка посреди леса его нарушила, и они вернулись в привычное земное состояние.


— И зачем ты, Вениамин, соизволил остановиться здесь? Уж не приспичило ли тебе отойти в лес по личным делам? — проговорил голос пробудившегося ото сна педагога.


— Да тут у людей проблемка нарисовалась. Схожу, гляну.


— Да, посмотри. Заодно собери ягод. Я уверен, их здесь полно.


— Сие непременно, сие непременно.


Вениамин покинул салон автомобиля и подошёл к заблудшим. Их было двое: мужчина и женщина. Мужчине на вид было лет тридцать, а его спутнице не больше двадцати. Никаких порезов и ран. Они лишь отделались лёгким испугом, чему были несказанно рады. Тут же возникли вопросы по поводу появления в диких местах столь прелестной пары. Ответ не заставил себя долго ждать, и мужчина взялся поведать Вениамину свою историю.


— Я, Лопатин Самуил Яковлевич. Успешный бизнесмен. Являюсь хозяином сети ресторанов. По области их наберётся с дюжину. Как обычно, объезжал свои владения с очередной проверкой. Порешив все дела, поехал домой. По пути заехал к Оле. Она собиралась ехать на дачу к тётке. Я предложил её подвезти. Она согласилась. Выезжая из города, заметили джип, но не придали этому особого значения. Когда оказались на шоссе, он то и дело пытался столкнуть нас в кювет. Решили свернуть в лес, надеясь оторваться от них, но, как видите, не получилось. Удар пришелся сильный, и если б не «мерседес», то пришлось бы тогда меня и Олю собирать по кусочкам. Вот такие, собственно, дела.


— И по какой, собственно, причине парни в джипе решились пойти на такой отчаянный шаг? — задался вопросом Николай.


С момента ухода прошло не так много времени, но Николаю казалось, что прошла вечность, и он пошел следом за Вениамином, который не спешил возвращаться. Покинув автомобиль, он как раз успел выслушать финальную часть бизнесмена Лопатина, с которой не совсем был согласен.


Лопатин в свою очередь задался вопросом, который на его месте удосужился б задать каждый:


— А вы, собственно, кто такой, чтобы я отчитывался вам о своей личной жизни?


— Я тот, кто спасает вашу жизнь. И вам следует вытащить из шкафа скелет, который, по вашему мнению, никто никогда не узнает. Вениамин, ты бы лучше собрал ягод, а не слушал этого лжеца.


— Ты думаешь, он лжет?


— Не совсем. Кое-что недоговаривает. И если он продолжит в том же духе дальше, то придется нам его оставить наедине с природой, а с природой у него, как я понял, не всё так гладко.


— Так вы будете говорить правду или так и продолжите валять дурака?


— Я сказал все как есть, и мне нечего скрывать.


— Раз так, то нам придется с вами проститься. Вениамин, поехали. Не хотят большие люди раскрывать тайну века.


Николай с Вениамином пошли к машине, отдаляясь от бизнесмена Лопатина и его спутницы. Ступая короткими шагами по теплой земле, они надеялись, что он одумается и выложит все, что так охотно пытался скрыть, и они не ошиблись.


— Стойте! Я всё расскажу. Только не знаю, что это вам даст.


— Может, не надо, Суля?


— Надо, Оля. Ты же хочешь отсюда выбраться? Так вот, слушайте!


— Внимательно вас слушаем.


— У меня есть жена. Она очень влиятельная женщина. Женился по дурости лет пять назад. Тогда у меня ничего не было, а у Веры было всё. Стоило ей только щёлкнуть пальцем, и любая её прихоть исполнялась с неимоверной точностью и быстротой. Мне, конечно, тоже хотелось пожить на широкую ногу. Я попросил денег и открыл ресторан, затем второй, третий. Бизнес пошел в гору, доходы увеличились, что, несомненно, сказалось на моем финансовом положении. Вот только в любви мне немного не повезло. С годами я начал понимать, что выбрал не того человека. Мы были совершенно разные, но при всем при этом продолжали жить, как ни в чем не бывало. Потом я встретил Олю. Она пела в караоке-баре и сразила наповал своим ангельским голосом. Я знал, что не смогу вести двойную игру, но всё-равно пытался сломать систему. В итоге у меня не получилось. Позавчера пришел конверт с нашими совместными фотографиями и записка с требованием заплатить шесть миллионов долларов, а иначе обо всем узнает жена. Шесть миллионов — это всё, что мне удалось заработать к сегодняшнему моменту. Шантажист требовал от меня расстаться с деньгами, которые дались мне с большим трудом. Впрочем, я уже сделал свой выбор. Деньги переданы шантажистам. Я бы все равно не смог уберечь их, учитывая, какой вес в мировом бизнесе занимает моя жена. Забрав Олю с работы, мы поехали на заправку, где я должен был оставить полиэтиленовый пакет с наличностью в мусорном баке. Условия в полном объёме были мной соблюдены, и я покинул то место. Вдруг откуда ни возьмись на дороге появился внедорожник, которому мы, видимо, не приглянулись, и который всеми силами пытался отправить нас на тот свет, но у него ничего не вышло. Мы с Олей целые и невредимые, а это дороже любого богатства. Итак, вы довольны моим рассказом?


— Вполне, господин Лопатин. Приветствую вас и вашу пассию на борту. Будьте так добры передать ваш телефон!


— Но связи ведь нет.


— Это я знаю. Я им воспользуюсь в Дубраве. Подробности сообщу позже, а пока занимайте лучшие места. Пришло время покинуть дремучий лес.

## ГЛАВА 6

В Дубраве жизнь кипела полным ходом. Бакалеи и лавки забиты товаром, который должен быть продан как можно быстрее, а иначе пойдет по миру торговец, не сумевший его реализовать. Дети играли в казаков-разбойников и радовались тому, что через день вступят в школу, где встретятся с друзьями, которых не видели с мая месяца. Пополнился и преподавательский состав Дубравской средней школы. Аглаю приняли с распростёртыми объятьями и вверили ей руководство над 3 классом. Все формальности соблюдены, и теперь можно пройтись по местным окрестностям. Дама господина Лопатина решила пройтись по Дубраве вместе с Аглаей и заодно излить ей свою душу.


— Ты и вправду учитель, Аглая?


— Да, в этом году закончила. Теперь буду учить уму-разуму деток.


— Прикольно! Я тоже училась. Только до выпуска маленько не дотянула. Искусство победило. Думала, накоплю денег и махну в столицу собирать большие стадионы, увы, не вышло.


— Зато с любовью повезло.


— Да, несказанно. Правда, устаешь быть вторым номером. Никому не поведаешь о привалившем счастье. Даже мама не знает, что я встречаюсь с женатым мужчиной. Она бы, наверно, отругала меня и сказала, что я поступаю неправильно. Но сердцу ведь не прикажешь.


— Да, Оля. Не прикажешь, но давай не будем о грустном, а пройдем в магазинчик и купим себе что-нибудь красивое. Заодно отвлечемся от плохих мыслей. Самое лучшее лекарство — это шопинг.


— Давай сходим! Давненько не ходила по магазинам, которые находятся за пределами моего города.


На том и порешили и умчались на штурм домов торговых, где в продаже имелись одежки для различных слоёв населения по самым оптимальным ценам.


И пока девчонки осуществляли примерку платьев да блузок в торговом доме, джентльмены решали, как им поступить с делом Лопатина, которое приняло совсем неожиданный оборот. Поступок педагога многим может показаться странным и в то же время необъяснимым. Ему просто хотелось докопаться до истины. История, рассказанная бизнесменом, не показалась ему загадочной. Всё в ней было ясно как божий день. Николай любил решать головоломки и ребусы. В одночасье он решился на смену профессии и стать следователем, но любовь к языковой культуре оказалась сильней. Любовь к ребусам не прошла даром. Она дала ему пищу для размышлений и распутать клубок, который приведет к злодею, на которого никто никогда бы не подумал. Для таких целей необходим телефон, и без него не обойтись, потому что только он сможет справиться с делом чрезвычайной важности.


Телефон передан из рук Лопатина в руки Салтанова, который набрал номер супруги достопочтенного бизнесмена. Пошли гудки, и после двадцати секунд раздался приятный голос:


— Алло!


— Алло! Это Раиса Васильевна?


— Да! С кем я имею честь говорить? И откуда у вас телефон моего мужа?


— Такая ситуация. Я не знаю, как вам сказать. Раиса, вам лучше присесть. Стоя такую новость не каждый сможет перенести.


— Что случилось? Не говорите загадками! — проговорил взволнованный голос.


— Раз вы просите, то я не буду ходить вокруг да около. В общем, ваш муж попал в ДТП и от травм, несовместимых с жизнью, скончался на месте.


Голос по ту сторону замер. Видимо, новость о гибели мужа её шокировала, и, собственно, от шока она не смогла подобрать слов. Пауза длилась недолго, и голос зазвучал снова.


— Как это произошло?


— Я не могу рассказать вам всех подробностей по телефону. Не могли бы вы приехать в Дубраву?


— В Дубраву? — повторила она.


— Да. Так называется этот населенный пункт. Надеюсь, вам не составит труда.


— Говорите адрес?


— Ул. Лесная, дом 8. У самой реки, который. В общем, не ошибетесь.


Разговор прервался. Жена Лопатина бросила трубку. Всё прошло так, как и планировалось, но были и те, кто не оценил злой шутки. Ярый ненавистник злых шуток Лопатин Самуил Яковлевич потребовал объяснений от Салтанова за то, что тот без спроса отправил его на тот свет.


— Вы что себе позволяете, Николай? Вы хоть понимаете, что делаете?


— Конечно! Я помогаю вам разобрать по кадрам историю, и ваша жена мне в этом поможет.


— Каким же образом?


— Этого я вам пока сказать не могу. Но вы можете до её приезда насладиться здешними красотами. Я уверен, они вам понравятся.


Лопатин оставил дом и по совету педагога отправился осматривать местные окрестности. Вениамин же, сгорая от любопытства, начал расспрашивать у Николая, зачем он все это делает и почему? На что получил развернутый ответ.


— У людей большая проблема. Хорошо, что мы встретились у них на пути. Порой мне кажется, что судьба сама преподносит нам своего рода испытания, через которое мы обязаны пройти. Парень, бьющий девушку из чувства ревности, и теперь пара, уцелевшая после столкновения с деревом. Это всё не случайно. Им всем нужна помощь. Мы повстречались у них на пути, стало быть, проблема становится общей, решив которую, избавимся от зла, хотя бы на короткое время.


— Попахивает социализмом, Николай. Ты часом не коммунист?


— Мои родители коммунисты, а я всего лишь дитя свободных взглядов, но об этом потом. У меня будет к тебе просьба?


— Какая же?


— Запереться в комнате с Лопатиным и не подавать признаков жизни, когда приедет его жёнушка.


— Задача ясна как божий день. И сколько мне нужно там просидеть?


— Пока я не подам сигнал. Трёх стуков будет достаточно.


— Раз так. То во имя добра я готов пойти на это.


— Прям таки во имя добра?


— И за небольшую надбавку за мои скромные услуги.


— Будет тебе надбавка, Вениамин, но только после успешного завершения операции, которая совсем скоро начнется.


Действительно, Раиса Васильевна не стала мешкать и сразу отправилась на всех порах в Дубраву, отложив срочные дела. Деревня была небольшой, поэтому она с лёгкостью нашла дом у реки, в котором её ждал Салтанов. В сопровождении охраны она зашла в избу, убранство которой выглядело довольно скудно. Старье её мало интересовало. Ей нужны были объяснения от человека, звонившего с телефона её мужа. И получить их оказалось не так просто.