Города, дороги, люди
Лина Югова

Оформление обложки ChatGPT OpenAI

© Лина Югова, 2025

ISBN 978-5-0060-9406-2

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Бродяга по жизни, дом которого – дорога. Перепутие путей, людей и событий

Однажды в Петрозаводске мой товарищ Женя поделился со мной своими размышлениями о жизни и поездах. Эта мысль до сих пор не покидает меня. Если кратко, то её суть в том, что наша жизнь – это поезд с вагонами. У каждого свои вагоны: разные по внешнему виду, количеству, размеру и содержимому – словно события нашей жизни. Одни вагоны уже едва различимы или вовсе скрылись из виду, но ты знаешь, что они были. Как воспоминания из прошлого. Самое интересное – вагоны рано или поздно заканчиваются. Но у поезда всегда есть шанс на перегоне прицепить новые или избавиться от лишнего. И их содержимое может измениться до неузнаваемости.

Я расскажу вам о своём поезде и его вагонах. Все они разные, как и говорил Женя. Где-то приключение, где-то драма, а иногда – нечто совершенно иное. Но всё это – часть меня и событий, которым я позволила случиться в моей жизни.

Располагайтесь поудобнее, поезд отправляется. Осторожно, двери закрываются. Следующая станция – «Неслучайный попутчик».

***

– Лина! Ну когда я уже смогу прочитать твою книгу? – в очередной раз читаю сообщение в телефоне и улыбаюсь.

– Привет, дядь Саш! Сложный вопрос. Как-то не до этого.

– Знакомые слова. Сам всем десять лет их говорил!

– Ладно, я просто скину тебе очередную историю, которая произошла со мной не так давно.

Так и живём уже два с лишним года. Я пишу рассказы о своих приключениях, публикую их в социальных сетях. Иногда приходит вдохновение, и я пишу что-то другое. Но так или иначе, с некоторой периодичностью мне приходит сообщение в WhatsApp от дяди Саши. И всегда с одним и тем же вопросом: «Ты уже написала свою книгу? Где можно почитать?».

Пожалуй, с этого и начнём.

***

Эта история произошла со мной в июне 2019 года.

Мой путь туриста-водника только начинался. Я записалась на сплав по реке Уксунйоки, купила билет в одну сторону (тогда у меня была привычка брать билеты только в одну сторону – так интереснее), собрала рюкзак и отправилась на вокзал.

Прохожу очередной досмотр, поднимаюсь в столовую, и тут мой взгляд падает на человека в камуфляже, с рюкзаком и в очках. Мы не знакомы, но внутри что-то подсказывает: это ещё не последняя наша встреча.

Поздний вечер. Поезд прибудет в Петрозаводск ранним утром. Хочется выспаться.

Вот и поезд уже стоит, можно усаживаться. Захожу в купе – никого нет. Отлично! Сейчас повторно проверят билет, и можно спать. Ага, размечталась!

Через какое-то время дверь купе открывается, и в проёме появляется тот самый мужчина с вокзала.

– Привет! Я – дядя Саша! – бодро говорит он.

– Привет. Я Ангелина, – удивлённо отвечаю я.

Слово за слово, и понеслось. Так я узнала, что дядя Саша – лесопатолог. Причём не просто лесопатолог, а ещё и писатель. Он любит писать рассказы о себе, своих приключениях и с не меньшим удовольствием читает рассказы простых людей, которым тоже есть что сказать.

Мы долго общались. Сейчас уже и не вспомню, о чём именно. Возможно, о писательстве, о лесах, о философии, о жизни, о походах и многом другом.

Интересные попутчики – это всегда атмосферно и увлекательно. А попутчики – всегда интересны.

Мы вышли с дядей Сашей в Петрозаводске, обменялись контактами, и он сказал:

– Ну что, я теперь буду ждать твою книгу «Записки Ангела в кепке»!

Я лишь улыбнулась и отправилась бродить по городу со своим рюкзаком, веря, что ничто не случайно.

Тогда я ещё не догадывалась, какое влияние окажет на меня этот неслучайный попутчик и чем всё обернётся. Я не могла представить, что с этого момента начну активно записывать истории из путешествий, сочинять метафорические диалоги с попутчиком и что однажды всё-таки осмелюсь выпустить в свет свою книгу.

Я не собираюсь никого учить жизни и раздавать советы. Разве что ненароком могу заставить задуматься. И то, это буду не я, а истории, которые я рассказываю. Такие разные, такие живые.

А если что-то пойдёт не так, всегда есть возможность выйти на следующей станции.

Едем дальше?

Сбежавшая из Перми

Пермь – город, в котором я родилась и из которого постоянно сбегала куда-нибудь ещё.

Долго думала, какую из множества историй рассказать в этой главе. Наверное, стоит немного поведать о себе.

Как вы уже поняли, меня зовут Ангелина. Скорее всего, эти тексты в первую очередь будут читать люди, которые так или иначе знают меня и общаются со мной. Но кто знает, что будет через пару десятков лет? Вдруг какой-нибудь случайный читатель забредёт на страницы этого… безобразия.

Я родом из Перми, как уже говорилось ранее. Парадоксально, но мне никогда не нравился этот город – я постоянно стремилась вырваться из него, и со временем это превратилось в привычку. Лет в 11—12 я увлеклась миром профессионального собаководства, особенно немецкими овчарками. А с тринадцати лет уже самостоятельно колесила по России с друзьями-собачниками и четвероногими спутниками. Сначала по Уралу, а потом всё дальше и дальше. В этот период моей жизни было много путешествий, приключений, проказ и, конечно, адаптации к разным обстоятельствам и людям.

Я всегда любила животных, поэтому в нашем доме обитали не только кошки и собаки, но и рыбки, попугаи, черепахи и прочая живность. Десять лет я активно посвящала себя этому хобби, но со смертью моей первой любимой собаки закончилась и эпоха профессионального собаководства в моей жизни.

Следующий период моей жизни был связан с походами. Сначала пешие, затем водными. Долгая подготовка, становление инструктором – это целый отдельный мир, который я люблю и по сей день. Мир природы, попутчиков, философии и, в каком-то смысле, моего становления.

Название каждой главы вовсе не означает, что в ней будет рассказано исключительно про сам город, лайфхаки или местные достопримечательности. Это скорее игра ассоциаций. У каждого города для меня свои воспоминания, истории, впечатления. Конечно, иногда я поделюсь и городскими зарисовками, и какими-нибудь полезными мелочами, но лучше на это особо не рассчитывать.

Так я и шла, не спеша, по извилистым дорожкам своей жизни, переходя от одного увлечения к другому, как бы искала свой настоящий путь. Иногда мне казалось, что я бегаю по кругу, но потом я замечала, что этот круг, как у колеса обозрения, всё выше и выше, давая новый взгляд на старые места и события.

Каждый новый шаг был как новый этап – не только в путешествиях, но и в себе. В какие-то моменты казалось, что я потерялась, но потом – я снова находила себя в этих мирах. Иногда мир был в поисках, иногда – в нахождении. И каждый город, каждое лицо, каждый новый опыт оставлял след в моей душе. Они все влияли на меня, и я на них, как ветры, что меняют курс корабля.

И, возможно, именно так и выглядит жизнь – длинный путь, на котором встречаются разные дороги. А когда ты всё время в пути, ты не только путешествуешь, но и становишься частью этих дорог, частью городов и людей, с которыми пересекаешься. Ведь, может быть, не важно, откуда ты родом, а важно – куда ты движешься, кого встретишь и какие следы оставишь на пути.

И вот, спустя время, я действительно сбежала из Перми. И не просто сбежала, а переехала в Санкт-Петербург – город, о котором раньше и не думала. Он мне казался холодным и чужим, его серые будни не вдохновляли. Но однажды я приехала сюда, и он влюбил меня в себя. Не с первого взгляда, конечно, но постепенно – через его улочки, мосты и атмосферу. И теперь этот город стал моим новым домом, новым этапом. Пермь осталась в прошлом, а Петербург стал частью меня. Я продолжаю свой путь, только теперь с этим городом в сердце.

Ночной Екатеринбург

24 февраля 2018 года внезапно выясняется, что мне нужно съездить в Екатеринбург (ЕКБ), передать щенка новым владельцам и сразу вернуться обратно. 360 километров в одну сторону, если что. У нас в гостях как раз был фигурант из Челябинска, который и согласился подкинуть меня с собакой до соседнего города.

Днём мы отзанимались с собаками защитно-караульной службой, я собрала небольшой рюкзак – и в путь. Уже в 20:00 щенок обрёл новый дом, а меня через полчаса отвезли на автовокзал за билетом обратно.

В Екатеринбурге два автовокзала: Северный и Южный. Все нормальные люди ездят с Южного. Меня же привезли на Северный, и почему-то сначала я даже не задумалась, что тут что-то не так. Но к моему удивлению, билеты до Перми здесь тоже продаются. Ладно, купила на ближайший рейс, попрощалась с владельцами щенка и осталась одна.

Отправление в 2:55.

Оглядываюсь по сторонам – и потихоньку прихожу в лёгкий шок. Маленькое старое здание с сомнительным контингентом. Немного посидев, я решила, что лучше прогуляюсь по городу. Заглянула в карты, увидела неподалёку «Макдональдс» и уверенно направилась в его сторону. На улице мороз, район сомнительный, вокруг темень.

Дошла до Мака, заказала себе пожевать, нашла столик с розеткой и провела там несколько часов. В полночь заведение закрылось, и мне пришлось снова выйти на улицу. Район тут уже был получше, так что я решила прогуляться по главной улице.

Гуляла, пока телефон не напомнил, что скоро сядет. Делать нечего – пора возвращаться на вокзал.

***

Спускаюсь в подземный переход, и где-то позади кто-то начинает петь. На выходе меня догоняет парень.

– Привет! Нормально пою?

– Привет. Да, красиво.

– Отлично. Я Коля… из Челябинска! А ты чего так поздно одна гуляешь?

– И тут этот Челябинск меня нашёл… – подумала я про себя. – Очень приятно, я Лина, из Перми. Жду автобус домой. Щенка вот привезла.

Минут десять мы болтали о том о сём, пожелали друг другу удачи и разошлись, как в море корабли.

***

Возвращаюсь на вокзал. Картина та же: пьяницы и бомжи, прячущиеся от полиции, торчащие отовсюду провода, облупленные стены. Хожу, ищу свободную розетку. Платный автомат доверия не внушает, а остальные розетки заняты. Вдруг ко мне обращается мужчина в возрасте:

– Сейчас парни уступят тебе место, подзарядишь телефон.

Так и вышло. Поставила телефон на зарядку. Села напротив, невольно слушаю обрывки разговоров. Ну а что мне еще делать?

Взгляд падает на игровой автомат, где надо попасть в мишень, чтобы выбить приз. А призы там интересные: телефон, часы, деньги. Подхожу, разглядываю, пытаюсь понять принцип работы. Через некоторое время ко мне присоединяется парень, молча ходит рядом, изучает. Перекидываемся парой фраз. Потом приходит ещё один парень, начинается обсуждение. Я, вдоволь наглядевшись, возвращаюсь на своё место. Парни же остаются у автомата, спорят, пытаются разобраться, даже хотят сыграть.

Тем временем я уже некоторое время наблюдаю за одним персонажем, которого мысленно окрестила «полицейским с Рублёвки». Он явно на короткой ноге с местными стражами порядка: носит одному из них кофе, ходит курить с ними, но сам в форме не замечен. Чаще всего его можно найти у игровых автоматов. Я сидела, наблюдала, как он играет. Иногда выигрывал, иногда нет. И, видимо, так увлеклась, что он это заметил.

– Играть будешь? – вдруг спрашивает он, отрываясь от автомата.

– Не, спасибо, я лучше посмотрю.

– Ну, как хочешь. – Он забрал выигрыш, сделал пару шагов, махнул рукой, выругался и вернулся обратно.

К часу ночи я уже порядком утомилась. Телефон подзарядился, мысли в голове перемешались, а обрывочные разговоры вокруг слились в один гул. Этот вокзал, казалось, жил своей жизнью – одновременно угрюмой и суетливой, полной случайных встреч, странных персонажей и полуночных историй.

Подняв голову, я поймала взглядом «полицейского с Рублёвки». Он снова стоял у автомата, будто пытаясь выбить оттуда не просто приз, а что-то большее – может, удачу, может, смысл. Мне вдруг стало интересно, чем он живёт, зачем ему эти игры и почему он дружит с местными полицейскими. Но задавать вопросы я не стала.

В 2:30 объявили посадку. Я поднялась, перекинула рюкзак на плечо и направилась к выходу. Морозный воздух бодрил, а чувство облегчения, что этот вокзал останется позади, окутало приятным теплом. В автобусе я устроилась у окна и проводила взглядом уличные фонари. Город дремал, а я, наконец, позволила себе закрыть глаза.

В ту ночь я поняла одну вещь: ночные города – это отдельный мир.

Нижний тагил

О-о-ох! Каждый раз. Каждый удивительный раз, когда я там оказывалась, происходил какой-то лютый треш. Один случай круче другого. Одна история вообще так и останется под грифом «Секретно», ибо там полный пипец. Но расскажу пару других отрывков.

Июнь 2012 года. Мы поехали на очередную выставку моей первой немецкой овчаркой – Гельмутом. В этот раз добирались на микроавтобусе с единомышленниками.

Фрагмент 1

Трасса. Уральские горы. Уверенно мчимся в гору, и практически перед самой вершиной водитель делает обгон по встречной полосе. А ведь ни черта не видно, что там за холмом! Сердце начинает колотиться, глаза округляются от страха – вот-вот напоремся на встречную машину. Время около четырёх утра.

И так повторяется раз за разом.

В какой-то момент водитель начинает заливаться смехом и сбавляет скорость.

– Ребята, а чего у всех такие глаза большие и волосы дыбом? – смеётся он.

– Ну так… ты так опасно обгоняешь! – возмущаемся мы.

Водитель начинает ржать ещё сильнее, а потом, успокоившись, добавляет:

– Ребят, тут одностороннее движение… А я-то думаю, чего у вас зрачки расширяются на каждом обгоне!

Фрагмент-2

Трасса, часов пять-шесть утра. Здравствуйте, мы заблудились. Кругом глухомань, спросить дорогу не у кого. Связи нет, навигатор отрубился (не помню, что с ним тогда случилось). Едем, куда глаза глядят.

И вдруг впереди плетётся какая-то легковушка. Мы воодушевились – хоть кто-то! Прибавляем ходу, чтобы догнать и спросить дорогу. Почти подъезжаем вплотную… и тут машина ускоряется. Мы за ней. Она – ещё быстрее. Мы снова за ней. Сигналим, фарами моргаем, кто-то даже руками махал (но это не точно). Догоняем, встаём параллельно. Наш водитель докрикивается:

– Доброе утро! Мы это… заблудились. Как до Нижнего Тагила проехать?

Водитель легковушки облегчённо выдыхает, вытаскивает сигарету, закуривает прямо в машине.

– Фух… Я-то думал, бандиты за мной гонятся!

И тут до нас доходит вся картина происходящего. Утро. Ни души. Из ниоткуда появляется тёмный микроавтобус с тонированными стёклами. Несётся за бедолагой, всеми способами подавая сигналы к остановке. Активно жестикулирующий водитель.

Долго потом смеялись над этой ситуацией и больше так не делали.

                           * * *

2013 год (мне 15 лет)

Эта история по сути ничем не примечательна, но прекрасно иллюстрирует мою импульсивность.

В Перми проходила очередная выставка собак, а на следующий день – уже в Нижнем Тагиле. Я даже не собиралась туда ехать. Но… поехала.

После Пермской выставки быстренько собрала вещи и укатила в Тагил на машине с друзьями. Без собаки. Зачем? Да кто его знает. Просто захотелось.

Приехала. Мне даже дали там пару собак выставить. А где-то к середине дня вдруг осенило: А я вообще подумала, как буду возвращаться домой? Из Нижнего Тагила ни поездов до Перми, ни прямых автобусов нет.

Пам-пам-пам. Бегаю по выставке с вопросами: Кто едет в Екатеринбург? Не прямо сейчас, а в конце выставки?

Нахожу такую девушку и сильно удивляюсь. Оказывается, она собирается ехать в ЕКБ на такси. С собакой. (140 километров, на секундочку.) Ну, выбора у меня особо не было, согласилась.

Доехали. Меня высадили на Северном автовокзале (да-да, том самом!). Но это был день, и мне сразу сказали, что мне нужно добраться до Южного. На метро, мол, доедешь, не заблудишься.

Так я впервые увидела метро и прокатилась на нём. А потом успешно добралась до дома.

Вся эта история – как квинтэссенция моей жизни. Возник импульс – пошла его воплощать – приключения начинаются!

***

Эти истории – яркий срез моего подросткового возраста, полного спонтанности, азарта и лёгкой безрассудности. Мне 14—15 лет, и каждая поездка превращается в маленькое приключение, где страх и смех идут рука об руку.

В 2012 году я с друзьями мчусь по горному серпантину, зажмуриваясь от лихих обгонов водителя, который уже вовсю наслаждается нашим ужасом. В ту же ночь по дороге на выставку, пытаясь найти нужный путь, мы случайно до полусмерти пугаем водителя легковушки, который принял нас за бандитов. А в 2013-м я без особых раздумий отправляюсь в другой город, даже не подумав, как буду возвращаться домой, но каким-то чудом всё же нахожу дорогу.

Каждая из этих историй – напоминание о том, как беззаботно и легко принимались решения в юности. Когда главное – это желание рвануть вперёд, а остальное разберём по пути.

Факт остаётся фактом: тогда мой девиз был прост и понятен – «Пофиг, разберёмся на месте!» И ведь действительно разбиралась. Каким-то чудом всегда находились попутчики, таксисты, случайные добрые люди, да и моя собственная импульсивность почему-то чаще помогала, чем вредила.

Наверное, вы обратили внимание на мой возраст в этих историях, и у вас возник резонный вопрос: А как тебя вообще отпускали родители в такие дальние поездки одну? Честно говоря, я и сама иногда удивляюсь. Либо они свято верили в мою самостоятельность, либо просто не знали всех нюансов моих путешествий.

Скорее всего, и то, и другое.

А ещё они мне доверяли, да и запретить мне что-то было не так уж просто – упёртый характер давал о себе знать. Зря, что ли, я Козерог, да ещё и в год Быка родилась? Да и девочка-демон по натуре – если уж что-то задумала, то всё равно найду способ это сделать!

Сейчас вспоминаю всё это с улыбкой, но тогда… Тогда это была просто жизнь. Весёлая, дерзкая, спонтанная и, конечно, полная историй, которыми теперь можно удивлять окружающих!

Смоленск

Это был 2012 год, мне было 14 лет. Август месяц. Главная монопородная выставка немецких овчарок.

Мы приехали туда с родителями и четырьмя немецкими овчарками на нашем микроавтобусе Chevrolet Astra, который я очень любила.

С нами в поездке были наши друзья из города Лесной – тоже семья с кучей собак и девчонка на пару лет старше меня – Даша, с которой мы время от времени веселились на выставках, делая всякие шалости.

Выставка проходила в городе на одном из стадионов, а точнее, на территории, где было три стадиона. Один – с натуральным газоном, а два других – с искусственным покрытием (маленький и большой). Когда мы прибыли, мы встретили наших друзей из Челябинска. Тех самых, о которых я расскажу в других историях.

Мы ночевали на территории стадионов в палатках. Все обосновались в одном из уголков.

Монопородные выставки немецких овчарок обычно проходят в два, а иногда и в три дня.

После первого дня, вечером, наши родители и друзья собрались за одним из столов под шатром. Нам же с Дашкой не давало покоя искусственное поле. Мы с ней обе были любительницами попинать мяч. Но мяча у нас не было, а очень хотелось. Поэтому мы решили отправиться в город, чтобы купить футбольный мяч. Бродили, бродили и, наконец, нашли.

Вернувшись в лагерь, мы попросили взрослых накачать мяч и направились к большому искусственному полю. Обычно оба поля закрывают на ночь на замок, но в этот раз, на наше счастье и на несчастье окружающих, большое поле забыли закрыть. Время было около 21:00.

Мы с Дашей немного попинали мяч, но потом решили, что нас мало, и нужно больше людей. Мы позвали двух молодых девчонок, которые приехали с Челябинска (ага, те самые, которые хотели покрасить мне волосы в зелёный). Мы продолжили играть с ними, но всё равно было мало игроков. Тогда мы попросили девочек позвать старших.

В итоге к нам присоединилась старая гвардия:

Дима – фигурант из Челябинска. Высокий и крупный мужик. Отец Дашки – Игорь. Чисто уральский мужик, среднего роста, с юмором и наглостью. – Валера, мой «отец» из Челябинска. Высокий, крепкий, с характером, но добрый. И мой папа. Небольшого роста, средней комплекции, но самый хитрый.

По пути из лагеря девчонки захватили ещё двух парней-подростков. Позднее мы узнали, что один из них был сыном одного из известных судей.

Итого нас получилось 9—10 человек. Может, кто-то ещё был, но я уже не помню. Старшие, естественно, были слегка поддатые, но это только улучшило нашу игру.

Мы начали играть. В какой-то момент что-то пошло не так, и футбол превратился в настоящий хаос. Все носились как угорелые, выкрикивая фразы вроде: «Валера! Настало твое время!» или «Урал-Чемпион!». В какой-то момент, если у Игоря или В. З. не получалось отнять мяч, они просто поднимали нас, девчонок, и переставляли на другое место или бегали с нами подмышкой по полю. Мы громко смеялись. В общем, каждый отжигал как мог.

Играли довольно долго – минимум два часа. За полчаса до окончания игры в многоэтажках начали загораться огни. Сначала просто загорался свет, потом стали из окон кричать, что мы «гадёныши» и что ночь на дворе, а мы тут орём. Ну и так далее. Мы решили закругляться. Всё. Доиграли.

Старшие потом долго благодарили нас, говорили, что последний раз они гоняли мяч, наверное, ещё в армии. Все пошли спать довольные и уставшие. Мы с Дашкой сняли кроссовки и, не снимая одежды, упали в палатки. Кажется, нам даже не хватило сил залезть под одеяло.

Самое интересное случилось следующим утром. Оказалось, что кто-то вызвал полицию из-за шума, и мы успели разойтись ровно за 5 минут до их приезда. В итоге никто так и не понял, кто шумел. Нам просто повезло!

А вот с самой выставкой не повезло. Наши собаки не заняли хороших мест. Всё как-то не заладилось. Ну не наш день – бывает.

Но странное дело – когда мы уезжали, настроение было не таким уж плохим. Конечно, обидно, конечно, хотелось лучших результатов. Но что действительно останется в памяти? Не эти ринги, не цифры на табличках и даже не собаки, которые, кстати, в отличие от нас, вообще не переживали из-за проигрыша. Останется тот сумасшедший футбол ночью, без правил и с воплями «Урал – чемпион!». Останется, как нас носили по полю взрослые, как смеялись до слёз, как потом засыпали в палатке, не раздеваясь, слишком уставшие даже для этого.

А по пути домой, я помню, как в одну ночь на нас спустился густой туман. Мы остановились, чтобы подождать вторую машину и попить чай. Я вышла из микроавтобуса, потянулась, размялась. Было холодно. Я подняла голову к ночному небу и замерла от удивления. Звёзды. Их было так много! Они такие яркие, такие разные, а Млечный путь… В тот момент я подумала, что, возможно, это был сон. Но нет. Я помню этот момент. Я пыталась сфотографировать это, но мои знания о фотоаппарате были недостаточны, и ни одно фото не получилось.

Как будто звёзды в ту ночь собрались специально для меня, чтобы сказать: «Смотри, запоминай. Не всё в жизни измеряется победами и поражениями. Иногда главное – просто жить. Просто чувствовать. Просто быть».

Наверное, именно поэтому, когда я выхожу ночью на улицу, я снова и снова поднимаю голову, надеясь увидеть хотя бы что-то похожее.

Ярославль. Экспресс в чистилище

Как доехать от Ярославля до Перми с божьей помощью?

Добралась я туда на поезде из Перми. Меня встретили и отвезли в кинологический центр ОльКар, где я задержалась ещё на пару дней. В тот момент там проходил семинар по защитной работе с собаками с участием тренеров из Финляндии. Я посмотрела, пообщалась, впитала атмосферу.

Там же мне нашли попутчиков – ребят из Екатеринбурга, которые приехали на микроавтобусе и у которых, к счастью, было место до Перми. Отлично! Загрузились, поехали.

Если честно, я уже не помню, кто это был и как их звали. Запомнился только водитель – худощавый мужчина с тёмными волосами и усами. И, что самое интересное, у него была специальная расчёска для усов. Так-то!

В салоне сидели ещё две дамы: одна на переднем сиденье, другая рядом со мной.

Спустя какое-то время в дороге водитель заскучал. А я-то знаю, чем это чревато! Включился мой режим штурмана. Начала с ним разговаривать, чтобы не дать ему задремать. Когда устала болтать, предложила:

– Ну, вы песенки что ли попойте, чтоб не уснуть. Или остановитесь, если уж совсем тяжко.

На что водитель, не моргнув глазом, ответил:

– Я песен не знаю. Но знаю молитвы.

И начал читать. Молитвы, псалмы – одно за другим. Возможно, он даже пересказывал Библию.

Сказать, что я тогда обалдела – не сказать ничего. Я слушала, не зная, как реагировать.

Я же говорила, что мне становится дурно от церквей? При том что я, в общем-то, абсолютно ничего не имею против религии. А тут прямо в дороге целый богослужебный марафон!

Но настоящий сюрприз ждал меня впереди. Когда этот прекрасный человек устал читать сам… знаете, что он сделал?

Правильно! Включил записи на магнитоле. И понеслось – псалмы, проповеди, церковные песнопения. Вот тогда-то из меня, видимо, и полезли черти. Голова разболелась так, что я в итоге просто отрубилась. Очнулась уже через несколько часов, когда в салоне наконец воцарилась тишина.

Мы доехали спокойно, без приключений. С божьей помощью, конечно. Ага.

Воспоминание навеяно звуком колоколов.

Авантюрный экспресс: Казань

Однажды я ехала на автобусе с работы домой в пятницу, как вдруг мне позвонила Аня:

– Не хочешь с нами в Казань съездить на выставку?

– Когда?

– Выезжаем через два часа.

– Ого. На оба дня?

– Ага. Спальник у Шумихиной одолжим.

– Хм… Давай я пока еду до дома подумаю и перезвоню.

Приезжаю домой, говорю маме, что сейчас еду в Казань, быстро собираю вещи и уезжаю.

Я не знаю, как меня терпит эта героическая женщина. Ведь такие внезапные поездки случаются регулярно. Хотя надо отдать должное – сейчас я такое уже вытворяю гораздо реже.

По приезду в Казань выясняется, что мест в гостинице нет. Я оказалась не единственной в таком положении – Маша, девчонка на пару лет младше, тоже осталась без ночлега. В итоге мы нашли Татьяну, которая снимала одноместный номер, и попросились переночевать у неё.

Но тут нас ждала проблема – на вахте сидела лютая бабуля, контролировавшая всех, кто заходил. Пришлось придумывать целую схему, как пробраться в номер незамеченными. Мы взяли кучу вещей, и с воплями «Мы только помочь отнести!» пронеслись через ресепшн. В это время наши подельники отвлекали бабулю разговорами. Однако даже это не помогло – спустя некоторое время она пришла стучать в дверь, проверяя, ушли мы или нет. Мы же в это время тихонько ныкались под кроватью, еле сдерживая смех.

                           * * *

К слову, в коммерческий туризм я попала по такому же принципу. Нет, не ныкаясь под кроватью (хотя иногда и хотелось).

Решить в три часа ночи, что послезавтра иду в зимний поход? Легко! Отправиться куда-то, услышав лишь половину предложения? Конечно! Записаться на курсы по какой-нибудь ерунде, просто проходя мимо? Да запросто!

И это лишь малая часть того, что со мной регулярно случалось.

Импровизация мой друг, только импровизация.

Уфа

До приезда в этот славный город я считала самым диким местом Челябинск. Но, как выяснилось, ошибалась.

Был жаркий июнь 2016 года. Мы с Аней, её молодым человеком Саней и её папой Димой отправились в Уфу на выставку немецких овчарок. Я поехала просто так, в роли фотографа. Судил монопородную выставку уважаемый Евгений Пудеев.

Стадион находился где-то в пределах города. Ближе к обеду мы с Аней решили перекусить и отправились на поиски чего-нибудь съедобного. Поблизости было заведение в духе «Бистро». Однако добраться до него оказалось не так просто.

На перекрёстке был пешеходный переход, и, если мне не изменяет память, даже светофор. Только вот водителям, похоже, было абсолютно всё равно, что там мигает. Мы стояли на обочине, растерянно переглядываясь, и никак не решались сделать шаг вперёд. Постепенно к нам присоединились ещё несколько человек. Вскоре образовалась целая «могучая кучка» нерешительных пешеходов, и, собравшись с духом, мы всё-таки смогли преодолеть дорогу.

Забежали с Аней в бистро. Перед нами мужчина делал заказ. А за нами вошёл ещё один, явно завсегдатай заведения. Поздоровался с кассиром, завязался разговор.

– Слушай, тут напротив собак куча. Видимо, мероприятие какое-то, – сказал первый.

– Да, вроде выставка. Говорят, с разных городов приехали, – ответил кассир.

– Хм… А я вот помню, у нас в армии один парень был… Так он кавказца сготовил, – спокойно сообщил первый мужчина.

Мы с Аней переглянулись.

– Вроде говорят, мясо чау-чау полезное. Зачем вам кавказец-то сдался? – с любопытством уточнил кассир.

– А чёрт его знает… Но на вкус было странно.

Пока они с невозмутимыми лицами обсуждали столь специфическую тему, мы с Аней начинали понемногу нервничать. Я была в относительно цивильной одежде, а вот Аня выглядела, мягко говоря, по-кинологически: чёрная толстовка с капюшоном, штаны, да ещё и вся в собачьей шерсти.

Мужчина за нами вдруг оживился:

– О, а вот у этой девушки, кажется, есть собака, – он внимательно посмотрел на Аню.

– Есть, – осторожно ответила она.

Кажется, они пытались расспросить нас про выставку, но долго беседа не тянулась. Мы успели забрать свои заказы и пулей вылетели из бистро, нервно хихикая.

На том же перекрёстке снова дождались скопления людей и только после этого осмелились перейти дорогу.

После такого приключения гулять по городу мне почему-то расхотелось.

Но позднее мне довелось провести недалеко от Уфы не одну неделю в компании замечательных людей. И чай с молоком я там полюбила. Сначала эта идея казалась мне странной, но, прожив там какое-то время, я втянулась. И вот, спустя почти десяток лет, продолжаю пить чай с молоком. Или, как любят говорить мои друзья, молоко с чаем. Но это уже совсем другая история.

Попутный ветер

Зимний вечер. Стук колёс поезда, который неумолимо мчится вперёд. Боковушка, столик, помятое кресло. За окном падает снег – крупные, красивые хлопья. Тёплая ночь. Тусклый свет в вагоне. Фоном едва слышна музыка, возможно, что-то из Ночных Снайперов или Уматурман.

Смотрю в окно, думаю о разном. Вспоминаю прошлые годы, старые увлечения. Иногда всплывают отдельные эпизоды из прошлого года. Пытаюсь стряхнуть их, как паутину, в которую вдруг вляпалась где-то в лесу. Иногда даже получается. Вечная проблема: мыслительная жвачка. Мусолить события прошлого, вместо того чтобы жить настоящим. Всегда так делаю, когда не хватает динамики в жизни.

Мой попутчик спал на верхней полке. Поезд остановился на какой-то очередной станции. Знаю, что стоянка будет долгая. Видимо, от остановки поезда и проснулся мой попутчик. Слышу возню на полке. Он заспанный, немного лохматый, ещё не совсем проснувшись, свесился с полки и говорит:

– Ты что, так и не спала ещё? – он потёр свой правый глаз в попытке открыть его полностью и демонстративно зевнул.

– Да что-то не спится. – отвечаю я, глядя на него и скромно улыбаюсь.

– Хм… а где мы? – спрашивает он, спускается с полки и вглядывается в окно.

– Без понятия. Хочешь, пойдём выйдем, посмотрим, погуляем? – Немного неуверенно предлагаю я.

– Ну, пойдём. Раз уж всё равно проснулся.

Мы оделись, вышли на улицу. Ночь. Улица. Фонарь. Аптеки только нет. Из-за темноты, дальше перрона и поезда ничего не видно.

– Хм… – задумчиво почесал затылок этот тип. – Мне кажется, мы должны были ехать в другом направлении.

– Похоже на то. Видимо, кто-то опять перевёл стрелку.

– Как так? И даже не предупредили?!

– Угу. Постоянно так. Вроде едешь себе, едешь. Казалось бы, рельсы – куда тут деться. А, нет. Таинственный незнакомец дёргает за рычаг, и вот твой поезд уже стремительно мчится в совершенно другом направлении.

– М-да… дела-а-а. И что теперь делать?

– Ехать дальше и смотреть, чем это обернётся, – пожала плечами я.

– …

– Нет, ты, конечно, всегда можешь выйти здесь и дождаться другого поезда. Поехать в том направлении, куда изначально и был путь. Но учти, поезд можно ждать долго. Ремонт дороги, непогода или хрензнаетчтоещё. В конце концов, ты всегда сможешь вернуться в эту точку. Но разве не интересно пройти по новому пути, по которому не ходил раньше?

Мы ещё какое-то время бродили по станции, он курил, а я всматривалась вдаль, пытаясь разглядеть, что там, впереди… Но так ничего и не увидела. И только какая-то часть меня почувствовала лёгкий ветерок в спину, будто говорящий: «Давай, шагай уже!»

– Ага, попутный, значит, – подумала я, улыбнулась и зашла в поезд.

Березовский

В 2012 году встреча с этими людьми стала для меня отправной точкой, сыгравшей ключевую роль в моём будущем.

Дело было в городе Берёзовский, что в Свердловской области, куда мы с папой и Масей (собака) приехали на выставку немецких овчарок.

Выставка длилась два дня, и мы решили, что вполне комфортно переночуем в нашем микроавтобусе Chevrolet Astra. Газовая плита с собой, стол, стулья, подушки, одеяла – всё, как положено.

Начало лета, возможно, даже майские праздники.

На стадионе мы были не единственными, кто выбрал такой вариант ночёвки. Ещё двое мужчин: один молодой, второй – большой и взрослый. Так мне тогда казалось.

Естественно, они позвали нас к себе в компанию: поесть шашлыков и предложили папе выпить. Так и познакомились.

Одного звали Валера, второго – Стас. Валера был из Челябинска, владел питомником немецких овчарок и был прекрасным хендлером. Впоследствии он стал для меня чем-то вроде негласного приёмного родителя. Стас же тогда ничего особенного из себя не представлял: хендлерил немного – и только.

Позже мы со Стасом начали общаться на форуме, затем перешли в ICQ (для тех, кто помнит – сейчас в голове должен возникнуть характерный звук входящего сообщения) и ВК. Мне было всё равно, что он на одиннадцать лет старше, никаких-таких целей я не преследовала, просто было интересно разговаривать с людьми постарше. Да и вообще, сколько себя помню, мой основной круг общения – люди, которые старше меня минимум лет на десять. Так уж вышло.

В процессе общения он умудрился приобщить меня к хорошему року и вокалу. До того момента я считала рок чем-то ужасным и страшным. Мой рок начался с зарубежных Within Temptation и Nightwish. До русского рока я дошла только спустя несколько лет.

Однако моя склонность к ребячеству и тяга к выносу мозга, которые в тот период были особенно сильны, сыграли свою роль. Я вынесла этому мальчику мозг тщательно, как полагается. В итоге он взвыл и ушёл в игнор… на целый год.

Через год после той встречи я приехала к Валере в Челябинск со своей собакой. К тому времени я уже худо-бедно тренировала собак, и Валера решил обучить меня своим методикам. Было тяжело… Но самое интересное – он пригласил и Стаса на эту тренировку.

После занятия я задобрила Стаса шоколадкой, и отношения немного восстановились. По крайней мере, при виде меня у него перестал дёргаться глаз. Уже прогресс.

Ещё через год мы даже умудрились потанцевать медляк на одной из собачьих тусовок.

Спустя ещё несколько лет ему стукнуло почти тридцать, и все вокруг уже изрядно задолбали его вопросами о женитьбе.

Мы тогда, волею случая, встретились в Уфе, на кухне у Натальи. Она тоже начала его пилить на тему брака и всего этого. В какой-то момент, отчаявшись сохранить здравомыслие, он ляпнул:

– Выйдешь за меня? Выходи за меня замуж, давай. Может, хоть так отстанут…

– Увы, староват всё же будешь, – ответила я.

Мы дружно расхохотались, и к этому вопросу Наталья больше не возвращалась.

Со Стасом мы больше не общались. Разве что перекидывались парой шуточек при случайных встречах на очередных выставках.

А вот о Валере я расскажу в главе про Челябинск.

Этот рассказ – о случайных встречах, которые порой оказываются судьбоносными. О людях, которые приходят в жизнь, оставляют след и уходят, а кто-то остаётся надолго, становясь частью будущего. О первых шагах к новому – к Челябинску, к року, к кругу людей, которые повлияли на меня. Тогда я не могла знать, как сильно изменит меня тот вечер в Берёзовском, но теперь понимаю: именно с него началась целая глава моей жизни.

Челябинск

Один из моих любимых городов. Да-да, у меня странные вкусы. Я часто бывала в Челябинске и даже подолгу жила там. Много интересных историй связано с этим городом. В Челябинске у меня была великовозрастная дурная нянька – Настя (на восемь лет старше меня) и негласные родители – Лена и Валера, владельцы питомника «Из Дома Алленс».

Благодаря этим людям я узнала, что такое хороший рок, сарказм, безбашенность и, что самое главное, нашла своего любимого автора книг – Макса Фрая.

Кажется, Челябинск – это не просто город, а целая эпоха в моей жизни. Места, люди, особая атмосфера – всё это оставило след в сердце. Время, проведённое здесь, не забывается, потому что оно было ярким, неожиданным, и всегда, если что-то шло не так, можно было рассмешить окружающих своим сарказмом или добавить безбашенности в любой разговор.

А уж сколько забавных, странных и поучительных событий я пережила там! Но обо всем по порядку. Далее я поделюсь историями, которые, может быть, покажутся вам такими же забавными, как и сам Челябинск.

Проникновение

Жила я, как уже говорила, в большинстве случаев у своих негласных родителей – заводчиков питомника «Из Дома Алленс». В их большом, уютном двухэтажном доме у меня была отдельная комната, а в распоряжении – скоростной велосипед. Они терпели моё присутствие и заботились, как могли. А вот моя взбалмошная нянька Настя прилагала все усилия, чтобы вывести меня из равновесия и найти нам приключения на наши с ней задницы. И надо признать, у неё это отлично получалось. На самом деле… Сспасибо ей. Социализировала меня.

Как-то раз Настя с подругой Ленкой решили, что мне пойдёт зелёный цвет волос. Я с этим категорически не согласилась.

– Ну ничего, ты пока спишь, мы тебя покрасим! – с энтузиазмом заявили они.

С тех пор каждое утро, когда открывалась калитка во двор, я вздрагивала, а ведь жила на втором этаже…

Знакомых в этом городе у меня было немало. Дима, например, тогда уже открыл свой дрессировочный центр неподалёку от моего летнего дома. Однажды он попросил меня подменить его на дежурстве – посидеть в центре несколько часов. Я согласилась.

К назначенному времени я приехала на велосипеде, но, как водится, опоздала на десять минут. Дима уже уехал, а калитка оказалась закрыта. Я заглянула в щель – домик открыт. Что же, зря ехала, что ли? Стало обидно.

С другой стороны площадки росли густые кусты и стояли деревья – сплошной непролазный хаос. Я спрятала велосипед в зарослях, тщательно закидав его всем, что попалось под руку, и полезла на забор. Верх был увенчан колючей проволокой, но она оказалась не приварена. Отлично. Я аккуратно отмотала её в сторону, сняла кожаную куртку, перекинула через железные листы.

Как назло, выпустили собаку. Крупная взрослая овчарка. Димкин пёс, но я с ним раньше не пересекалась. Как же его звали? Вспомнить не успела. Зато он меня заметил. Мы встретились взглядами. Он заинтересованно приподнял уши.

Попробовала пообщаться с ним. Вроде реакция нормальная. Перебрасываю рюкзак. С грехом пополам перелезаю сама. На уступчике, опять же. Собака заинтересованно смотрит на меня. Я здороваюсь с ним. Накидываю на себя куртку. Заматываю колючую проволоку обратно.

– Ну, друган, показывай, что тут у тебя интересного, – сказала я, доползая до земли.

Проходя мимо вольеров, чувствовала на себе взгляды собак. Судя по их выражению морд, они пытались осмыслить происходящее: человек взял и появился в запретной зоне непонятно откуда.

Я дошла до калитки, разделяющей вольеры и дрессировочную площадку. Открыла её, собаку оставила в вольерах. Зашла в домик, поставила чайник и спокойно села пить чай. Никого не трогаю, сижу, отдыхаю.

Спустя пару часов вернулся Дима. Дима – фигурант, тренер, человек двухметрового роста. Зашёл, посмотрел на меня.

Пауза.

Кажется, у него задёргался глаз.

– Ты как сюда попала?! – наконец выдохнул он.

Я рассказала. Подробно. Со всеми деталями.

Дима молчал. Потом медленно выдохнул, покачал головой и коротко подвёл итог:

– Пермь… безбашенная.

На следующий день ребята приварили колючую проволоку и протянули её дальше по гаражам. Со словами:

– От Перми, конечно, не спасёт… но хоть от других.

Челябинск. Начало

Челябинск – это город, который не всем дано понять. Он не проезжается мимо, он поглощает, а потом меняет. Странный, грубоватый, но в этом есть своя особая прелесть. Это место, где сарказм – не просто способ общения, а образ жизни. И если бы меня спросили, что именно в Челябинске меня потрясло, я бы сказала, что это люди. Те, кто окружают тебя, кто влияет на твоё восприятие, кто, порой незаметно, меняет твоё мировоззрение.

Этот текст – о том, как город и его обитатели влияли на меня, как каждое взаимодействие, каждое воспоминание, каждое «столкновение» с этим миром формировали моё восприятие не только Челябинска, но и самой себя. Здесь не одна встреча стала поворотной точкой. Здесь стало понятно, как именно окружение влияет на мировоззрение, меняет твоё отношение к жизни, и как порой даже небольшие события могут врезаться в память, делая взгляд на мир совсем другим.

****

Знакомство с Настей началось с её фразы в мой адрес:

– Лена, а это что за фигня?

Ну или что-то в таком духе. Я тогда знатно офигела. Но вопрос, так сказать, был улажен.

Кто бы мог подумать, что при такой первой встрече она так повлияет на мою жизнь? Что в итоге Челябинск будет у меня ассоциироваться прежде всего с ней, и именно она сформирует моё восприятие и отношение к этому городу.

***

До знакомства с Настей я уже была знакома со Стасом, которому к тому времени успела знатно вынести мозг (было у меня раньше такое хобби: быстро, качественно, надолго).

Помню, как Валера позвал меня заниматься с собаками. В тот же день приехал Стас, которого он тоже пригласил. Я выхожу на крыльцо дома как раз в тот момент, когда он поднимался по ступенькам. Он поднимает голову, видит меня и начинает вопить:

– ВАЛЕРА! ЗАЧЕМ ТЫ ПУСТИЛ ЭТОГО ДЕМОНА В ДОМ?! ОНА ЖЕ ВСЁ СЛОМАЕТ, РАЗРУШИТ!! ГОНИ ЕЁ!

При этом он пятится вниз по ступенькам с явным намерением ретироваться. Сказать, что Валера был в шоке – ничего не сказать.

В общем, любили меня в Челябинске.

Кстати, в этом городе разговаривают на языке сарказма. Я нигде больше не встречала такого его обилия. Например, с Лёхой просто невозможно общаться без сарказма. Лёха – не просто фигурант, но и тренер, который сыграл определённую роль в моей жизни. Благодаря ему я научилась воспринимать мир с другой стороны.

Сумасшедший, в общем-то, город, но именно поэтому я его и люблю. Там не бывает скучно.

***

Отдельно хочется сказать про моих челябинских родителей. Лена и Валера. Не передать словами, как я им благодарна за то, что они меня к себе приняли. Обучали, помогали, опекали. Я и сейчас, честно говоря, не до конца понимаю, как так сложились мои дороги, что они привели меня в Челябинск, именно к этим, по сути, тогда совершенно чужим людям, которые приняли меня как родную и стали для меня родными.

Например, сюжет о том, как мы с Леной ходили к стоматологу.

В детстве меня дико бесили мои выпирающие клыки. Возможно, поэтому я и не пыталась улыбаться – они мне не нравились, и я себе с ними тоже.

В очередной раз приехав в Челябинск, я спросила у Лены, нет ли у неё знакомого стоматолога. Хотела вырвать этот дурацкий клык. Лена записала меня на приём и поехала со мной. Почему-то я совсем не переживала, хоть и шла, можно сказать, впервые. С зубами раньше никто никаких процедур не проводил. Зато Лена нервничала за нас двоих.

Я зашла в кабинет, мне сделали укол и вырвали один клык. Второй сказали пока не трогать. Довольная, выхожу, и тут же на меня нападает тётя Лена с расспросами:

– Больно? Не больно?!

А мне было не больно. Я была счастлива.

После удаления клыка мне и правда стало нравиться, как выглядят мои зубы. Они сами по себе начали выравниваться. До одного прекрасного момента.

Был у нас чёрный немец – сын Гельмута и Инферны. Конь такой, с черепушкой, которой стены можно пробивать, и клыками почти с мой большой палец. Фигуранты постоянно жаловались, что он прокусывает рукав и им больно.

Так вот. Я не помню, как там именно получилось, но этот конь зарядил мне своей черепушкой прямо по нижней челюсти, и… мои верхние зубы под натиском нижних сместились. Один зуб наехал на другой, который немного откололся. И понеслось.

Кстати, именно с появлением Челябинска в моей жизни я начала слушать рок. Сначала Nightwish, Within Temptation и другие иностранные группы. Затем Король и Шут, Пилот, Слот и другие. Это стало для меня не только музыкальным открытием, но и частью нового восприятия города, где, как мне показалось, каждый уголок жил в ритме рока.

Что-то я отвлеклась. В общем, люблю я Челябинск и его обитателей.

Почему все эти люди так легко приняли к себе девочку-подростка, да ещё и с такими отборными тараканами в голове, как у меня? Возможно, это был какой-то неведомый, но в какой-то момент совершенно очевидный путь, который я должна была пройти. Город, люди, самих себя невозможно понять, пока не станешь частью этого пространства. И Челябинск стал для меня не просто городом, а местом, в котором я обрела не только друзей, но и свою идентичность.

Надо бы наведаться в гости – давненько там не была.

Лето 2016

Однажды, я взяла трёх немецких овчарок и уехала с ними в Челябинск на месяц¹. А дело начиналось так:

– Насть, мне нужно куда-то вписаться на месяц с тремя овчарками…

– Давай к Оле. Только собак в клетки, а то она их боится. Чуть-чуть.

«Чуть-чуть» – это было, мягко говоря, преуменьшение. Кто такая Оля, к тому моменту я тоже не знала. И долго удивлялась, что какая-то незнакомая мне девушка пустит меня к себе на месяц с тремя собаками.

Вещи собраны, собаки загружены в машину, и мы с Мишей – хозяином овчарки Дукса – отправляемся в путь.

Вечером, у подъезда незнакомого дома, нас встречает Настя. От неё же узнаю, что квартира на пятом этаже, хозяйки пока нет, зато есть какая-то девчонка с двухлетним ребёнком, которая внезапно заселилась туда за два дня до моего приезда. Квартира в самом центре Челябинска.

Настя открывает дверь своим ключом, и мы заходим. Первое, что врезается в память: увидев двух щенков (по 8 месяцев), девчонка с визгом хватает ребёнка, убегает на балкон и закрывается там часа на два.

Мы с Настей переглянулись, пожали плечами и пошли размещаться в другой комнате. Как мне объяснили: «Оля придёт поздно, потом познакомитесь». Ну, окей. Миша попил с нами чай и уехал обратно. Мы устроились, поели, прогулялись с собаками, Настя убежала по своим делам, а мы с собаками легли спать.

Часов в шесть утра мне приспичило выйти с щенками на прогулку. Всё-таки вольерные, да и мало ли что. Выхожу из комнаты и едва не сталкиваюсь в коридоре с голой тёткой. Весёлой, голой тёткой, ниже меня ростом:

– Привет! Я голая Оля, давай знакомиться! – бодро протягивает мне руку.

– Э-э… Привет… Я Лина. Я это, с собаками пошла… – неловко мямлю я.

– А, ну, они у тебя адекватные? Мне бы футболку из твоей комнаты достать…

                           * * *

Позже выяснилось, что квартира съёмная. И вообще, всё сложно. Микроволновки нет, стиральной машины нет, на масле не готовим.

То и дело, просыпаясь утром, я внезапно обнаруживала у себя в кровати то Настю, то Олю. Откуда они постоянно появлялись и почему я этого не замечала – загадка. Ладно Оля, ей мешали спать в другой комнате. Но Настя?!

Однажды и мне захотелось выспаться. Я взяла Настю, трёх собак и мы уехали на дрессировочную площадку к Лёхе. Закрыла собак в вольерах, с воплем «Ура! Можно выспаться!» заняла единственную кровать в домике. Настя, недолго думая, улеглась рядом. В полудрёме вижу озадаченный взгляд Алексея. Он почесал затылок, тяжело вздохнул и вышел. Через несколько минут вернулся со спальником, выключил свет и устроился на полу.

Настя уехала рано утром на работу, а я спала до победного. Когда проснулась, Алексей меня покормил и, к моему удивлению, предложил подвезти обратно. Ведь бывает же хорошим, когда захочет. Наверное, он просто очень сильно хотел от меня избавиться.

                           * * *

Однажды, в 23:07, я пишу Оле:

– Она уже полтора часа в ванной сидит… Утопиться, что ли, решила?

– Постучи.

– Не отвечает…

– Пипец.

– А, не, всё нормально… Она спит в комнате. Но дверь заперта, а мне, между прочим, очень надо туда…

– Ломай. Скоро буду.

Минут через сорок Оля приезжает с двумя мужиками. Они начинают вскрывать дверь в ванную ножом. Час ковырялись, потом открыли. Выяснилось, что это ребёнок крутил ручку, заблокировал её, дверь захлопнулась и всё…

                           * * *

Возвращаясь к моим собакам. Они вновь доказали свою полную адекватность: с нежностью относились к ребёнку, молча сидели в квартире, идеально ходили по городу по команде «рядом», без проблем носили намордники и спокойно ездили в маршрутках. Терпеливо сносили все мои манипуляции и тренировки в разных концах города.

Короче, чудесные были времена.

Мы потеряли женю

Когда я приезжала в Челябинск, то часто участвовала в подготовке собак питомника «Из Дома Алленс» к выставкам. Несколько раз в неделю мы собирались, брали по собаке на каждого, садились на велосипеды и отправлялись в лес неподалёку. Там было три глубоких, прохладных карьера, где мы часто купались.

Чаще всего нас было трое: я, Настя и Валера. Иногда эти изверги измывались надо мной, выдавая старенькую «Каму», в то время как сами с ветерком катили на скоростных. А я тогда была жутко принципиальная – никогда не позволяла себе отстать от первого.

И вот, заезжаем в лес, отпускаем собак, а сами несёмся следом – они дорогу знают. Вверх-вниз, вверх-вниз. Кручу педали изо всех сил, не отстаю от сумасшедшей Насти. Валера наблюдает за этим зрелищем с лёгким шоком, но молча. Половину лёгких оставила на подъёмах, чуть не откинулась, но место своё удержала. Вот такая я тогда была.

Но в тот раз вместо Валеры с нами была новенькая – Женя. Она тоже хотела стать хендлером. На этот раз у всех, включая меня, были нормальные велосипеды. Давали ли мы Жене собаку? Честно, не помню.

Зная Настю, собак и маршрут, я летела, не сбавляя скорости. Мы увлеклись. Слишком. И напрочь забыли, что с нами ещё была Женя.

Останавливаемся. Осматриваемся.

Жени нет.

Ждём.

По-прежнему нет.

– Чёрт, кажется, мы её потеряли, – задумчиво говорит Настя.

– Упс… А где она могла потеряться-то? – спрашиваю я.

– Ну, минут двадцать назад развилка была. Может, там.

Разворачиваемся, возвращаемся назад. Развилка на месте. Жени – нет.

– У тебя её номер есть? – спрашиваю Настю.

– Не-а. Сейчас Ленке позвоню, спрошу.

                           * * *

– Алло, Лен, у тебя номер Жени есть? – Настя звонит Лене.

– Так вы же вместе уехали?! Зачем?! – в голосе Лены слышится настороженность.

– Ну… мы её потеряли… – отвечает Настя.

– Как?!

– Так получилось. Есть номер?

– Да, сейчас вышлю.

                           * * *

– Алло, Жень?

– Да, я.

– Это Настя. Ты где?

– В лесу… где-то…

– Э-э-э… Окей. А что вокруг видишь?

– Провода какие-то… столб вроде есть.

– Стой на месте. Кажется, я поняла, где это.

Через двадцать минут нашли её. Идёт к нам на встречу, крепко держа велосипед и смотрит на нас с такой смесью радости и ненависти, что даже наши безбашенные головы поняли – мы облажались.

Женя что-то выругивала в наш адрес. Мы переглянулись. Ну да… так себе получилось.

Занятия она после этого случая не бросила и с нами потом ещё несколько раз ездила.

30 километров пешком? Легко!

Один из моих наставников-фигурантов держал площадку на окраине Челябинска.

И вот, поехала я туда на Защитно-караульную службу (ЗКС) – за компанию с Настей. Занятия закончились поздно.

Не знаю, как сейчас, но раньше Челябинск был городом маршруток. Подходим с Настей к остановке – и прямо перед нашим носом уходит последняя. Ну и дела. Это сейчас я понимаю, что вариантов, куда податься, полно. А тогда у меня в голове таких вариантов просто не существовало.

Настя предложила позвонить Ирке, которая жила неподалёку, и попробовать напроситься к ней на ночёвку.

– Ир, привет! Ты дома? – спрашивает Настя.

– Да. А что?

– Да вот, мы тут с Линкой в твоих краях застряли. Пустишь в гости с ночёвкой?

– Ага. Только пива по дороге купите тогда.

– Ладно, зайдём. У нас ещё собака с собой.

– Не страшно.

                           * * *

– Ага. Щас Лене только позвоню, чтоб не ждала меня, – говорю я Насте.

                           * * *

– Алло. Теть Лен, это… Не ждите меня сегодня.

– Ой! – с слышу в трубке удивлённый возглас, как бы говорящий, что ребенок-то загулял. – А завтра-то придёшь?

– Да, завтра появлюсь, – хихикаю я.

Дошли до Ирки. Тоха, её парень, сделал вкуснейшее пюре. Поели, а потом решили сыграть в настолку – «Крагморту».

Мне очень понравилась эта игра. Мы обсыпали друг друга «проклятиями» и ржали как дикие. До сих пор вспоминаю эту игру. По её правилам мне пришлось стоять всю игру на одной ноге с высунутым языком. Рекомендую.

Нам с Настей расстелили диван. Она легла у стенки.

Ночью я проснулась от дикого ужаса. Потому что при перевороте с боку на бок Настя внезапно сделала вертолёт руками. Резко. Молниеносно. Спасибо, хоть не прибила. Я немедленно сдвинулась на самый край дивана – подальше от смертоносных конечностей.

Утром спрашиваю:

– Ты меня убить, что ли, хотела ночью?

– В смысле?

– Ну ты так переворачивалась, будто реально меня снести хотела, – показываю ей движение.

– А, блин… – Настя заливается смехом. – Я просто думала быстренько перевернуться, чтоб тебя не разбудить…

– Так себе тактика. Больше так не делай.

                           * * *

После той ночи я ещё пару раз сбегала на площадку, чтобы отдохнуть от повседневного трэша, и иногда оставалась там с ночёвкой.

Однажды, когда мы пили чай на кухне у тёти Лены, Настя вдруг спрашивает:

– Слушай, а я же тебя ещё не водила в зоопарк и по паркам?

– Не-а.

– Собирайся, пошли. Непорядок это.

И мы обошли все близлежащие парки и обежали весь зоопарк. Уже на выходе Настя неожиданно выдала:

– Хм… а может, до Лёхи пешочком?

– А пошли!

Настя тут же пожалела, что сказала это вслух.

– Ты хоть представляешь, сколько туда идти?

– Километров десять?

– Ну, около того.

А мы к тому моменту уже намотали прилично. Да ещё и путь выбрали витиеватый. Вечерело, скоро ночь, а мы упёрлись к Лёхе пешком.

***

– Алло, Лёш, мы тут с Линкой к тебе идём.

– Что значит «идёте»? Откуда?

– Пешком, из центра.

Настя озадаченно смотрит на телефон.

– Он трубку сбросил.

– Поди побежал калитку на замок закрывать, – смеюсь я.

                           * * *

– Лёша, мы часа через два-три будем у тебя.

– Ох уж этот пермский матриархат… Никакого покоя… – Лёха вздыхает. – Ладно уж, зайдите тогда что ли, мясо купите.

– Хорошо, зайдём.

Мы доползли до площадки почти в ночи. Вручили Лёхе мясо, он молча взвесил его в руке, потом посмотрел на нас – взмыленных, с горящими глазами, от которых веяло смесью усталости и удовлетворённости.

– Ну, дуры, конечно, – вздохнул он, отправляя нас в домик отдышаться.

Но жарить мясо всё же пошёл.

Мы сидели за столом, уплетали сочные куски прямо с шампуров, пили чай и переглядывались, угорая с собственного подвига.

– Зато приключения того стоили, – протянула я, расправляясь с очередным куском.

Лёха только тяжело вздохнул. Настя многозначительно приподняла бровь. Поели и пошли спать.

Прошли в тот день километров тридцать.

Городской квест

Иногда, мне устраивали квесты.

Задание было простое, но довольно весёлое: «Вот тебе щенок, ему три месяца. Завтра берёшь этого кабана и в 12:00 ты должна быть в точке Б. Адрес такой-то. Как добраться – разберёшься сама. И только попробуй опоздать».

Ладно, подумала я. Села за компьютер, открыла карты, проложила маршрут. Записала необходимые остановки, номера маршруток, ориентиры.

Утром встаю, беру этого малолетнего балбеса и отправляюсь на остановку. Торможу маршрутку, сажусь вперёд. Через 5—10 минут решаю всё-таки уточнить, точно ли я еду в нужное место.

– Э-э-э, нет-нет, тебе вон та маршрутка нужна! – водитель машет рукой в сторону идущей впереди маршрутки. – Сейчас догоним!

Он даёт газу. Перекрёсток проскочили на красный, я вцепилась в поручень. Он сигналит водителю той самой маршрутки, мол стой, дело есть.

Обещание было выполнено – обе маршрутки остановились. Я схватила щенка в охапку и быстро пересела в нужную.

Ещё раз уточняю, точно ли еду туда, куда надо. Водитель кивает.

Фух. На место я добралась вовремя.

Дрессировочный лагерь 2013

Новогодние каникулы. Я приехала в лагерь под Челябинском. Со мной был Гельмут – моя первая немецкая овчарка.

Лагерь – не простой, а дрессировочный. Приезжают люди из разных городов со своими собаками, чтобы подготовить их к сдаче экзаменов или просто перед сезоном выставок. Приглашаются известные тренеры. Обычно лагерь длится две недели.

К тому времени в нашей тусовке уже организовалась банда малолетних хулиганов под кодовым названием «Мафия». Я, Дашка, Анька, Ирка, Настя, Лерка, Юлька и иногда Машка. Главными хулиганами были первые трое. В лагерь тогда не приехала только Анька. Все остальные были в сборе. Нам выделили отдельную пятиместную комнату. Мы сразу повесили на дверь распечатанный листок с надписью: «Не влезай – убьёт». Нам было от 13 до 17 лет. Ну, вы понимаете, да?

Помимо тренировок с собаками, у нас были и посиделки. В комнате постоянно творился какой-то треш. Если мне не изменяет память, то в лагере родители были только у Дашки – и те в другой комнате, со своими собаками. А у нас у всех – свои собаки.

Вот они, дети, которые выросли, воспитывая собак. Дети, которые росли вместе с собаками. Которые с детства знают, что такое работа, что такое ответственность и домашние хлопоты. И всё-таки – дети.

Вечерами мы иногда брали мини-лыжи и катались на собаках по лагерю.

Мы пакостили. О да. Со временем моя страсть к пакостям не так уж далеко ушла.

Раковины были только в общем туалете. А мы взяли и замотали все краны скотчем. Как думаете, что произойдёт, если открыть такой кран? Правильно. Лёгкий освежающий душ. А мы сидели в коридоре и наслаждались визгами.

Иногда мы мазали дверные ручки кремом или зубной пастой, так чтобы не было видно.

Или связывали двери между собой бинтом, стучали в двери, которые открывались внутрь, и наблюдали, как все пытались их открыть, перетягивая. Потом быстро ретировались. Кстати, откуда мы достали бинты?

Самое жестокое было, когда после шумного и долгого праздника мы все проснулись – а взрослые нет. Правильно, мы-то не пили. Ходили так, маялись. И не придумали ничего лучше, как устроить гремящий противный концерт из собачьих мисок, стуча по ним и топая. Взяли миски и побежали по коридору. А потом стремительно выбежали из здания, чтобы никто нас не прибил.

В этом же лагере чужая собака сожрала мой фотоаппарат – мыльницу Сони.

В этом же лагере я получила травму руки, которая потом ещё года два или три давала о себе знать время от времени. Попросту говоря, Гельмут выдернул мне запястье на тренировке по ЗКС.

Нет времени объяснять

То же место, что и в лагере, в Челябинской области. Монопородная выставка немецких овчарок в мае какого-то года. Мафия всё та же. Большинство состава не приехало. Но приехало трое тех самых. Я, Аня и Даша. Самая ядерная смесь. Взрослые начинали передвигаться аккуратнее, если знали, что мы все трое есть на мероприятии.

Иногда наши выходки не отражались на других, и мы просто дурачились, как маленькие дети. Нас так штырило, что можно было вызывать психиатрию. И это без какого-либо дополнительного воздействия. Просто мы так друг на друга влияли.

Вечер. Почти ночь. Мы носимся по территории и по зданию, смеясь как сумасшедшие. Я с фотиком бегаю за ними. В какой-то момент почему-то стали танцевать а-ля «Лебединое озеро». Там-там-там, и понеслась.

Вышли на улицу. Нашли коробку.

– Аня! Нет времени объяснять! Лезь в коробку! – кричит Даша и пихает Аню в коробку.

Коробка оказалась несколько мала, но Даша была весьма упорна. Однако ноги так и не влезли. Всё это сопровождалось диким хохотом.

После нескольких неудачных попыток эта коробка оказалась у Ани на голове. Так она и ходила некоторое время.

Затем мы нашли какой-то симпатичный камень. Большой такой, как памятник. Даша с Аней залезли на него и говорят: «Сфоткай нас!» Я навела фотик и включила видео.

– Ты снимаешь?

– Да-да, конечно. – ехидно отвечаю я.

Они там позируют, а я ржу. Интересно, и где теперь это упоротое видео?

Затем просто играли в догонялки. Позже нас нашли двое знакомых мужиков. Пьяные, что не редкость и не удивительно. Они почему-то решили, что нам обязательно нужно рассказать матерный стих на манер «А во лбу звезда горит».

Вот так вот.

Автобусы дальнего следования

Да-да. В Челябинск я чаще всего ездила на автобусе. Это 10—12 часов в пути. И часто не одна, а с собаками. С овчарками. Вот несколько историй из таких поездок.

                           * * *

Еду со щенком из Перми в Челябинск. Щенку около 3-х месяцев, нашего разведения, с первого помёта. Значит 2013 год. Мне 15 лет.

Щенок то на руках у меня, то в ногах. А мне спать хочется.

За мной сидит молодой человек, и всё время тянет руки к щенку. Рядом со мной никого нет.

Мы подъезжаем к Екатеринбургу. Обычно тут заходит много народу. Неизвестно, кто мне попадется в соседи. Поворачиваюсь к парню, сидящему позади нас:

– Не хотите пересесть? Я вам собачку дам подержать, – говорю я.

– Хорошо! – он радостно пересаживается на соседнее сиденье. Интересуется, как зовут собаку (моё имя, кстати, он так и не спросил).

– Ну, вы сидите, а я посплю немного. Если что – будите, – добавляю я.

Пишу это сейчас и думаю: Боже, неужели я могу быть такой наглой?

Наматываю поводок на руку и засыпаю. Спустя какое-то время просыпаюсь. Не просто просыпаюсь, а подпрыгиваю от того, что кто-то ткнул меня локтем в бок. Вот это да!

– А? Что случилось? – ошарашенно спрашиваю парня, у которого на коленях сидит мой щенок.

– Собака пить хочет! – говорит он.

Я вздыхаю и лезу в рюкзак за специальной дорожной бутылочкой для собак.

                           * * *

Еду с Гельмутом. Гельмут – моя первая немецкая овчарка. Мощный такой, старотипный пёс. Широкий. Очень умный и интеллигентный.

Когда я езжу с собаками, всегда стараюсь занимать места в конце автобуса, объясняя кассирам, что я еду с собакой. Но бывает, что не успеваю выбрать такие места.

Так или иначе, в этот раз место у нас было не на самом заднем сиденье, а где-то в конце автобуса, ближе к центру. Пыталась по привычке запихнуть этого «кабана» между сиденьями, под сиденья. Поняла, что замысел обречён на провал. Ладно, все уселись. Сажаю его в проходе, поводок привязываю к ручке сиденья, край поводка держу в руках и засыпаю, потому что это был ночной рейс. Он сидит в наморднике.

Ближе к утру или во время одной из остановок просыпаюсь. Смотрю – поводок натянут. Собака где-то позади, а не возле ног. Не понимаю, что происходит. Резко поворачиваюсь и вижу такую картину:

Сидит абсолютно счастливый Гельмут. И его наглаживают аж пять (!) рук. У него, оказывается, массажно-релаксные процедуры.

– Друган, ты не офигел случайно? – обращаюсь я к нему с насмешкой.

А он так смотрит на меня, будто говорит: «Блин, прости. Я не удержался. Это слишком соблазнительно для меня!»

Тоже мне, охранная собака. Ну-ну.

А люди потом сказали, что я могу снять с него намордник, мол, никому не помешает.

                           * * *

Еду с другой моей собакой – Мечтой. На заднем сиденье. В этот раз повезло – весь задний ряд был в моём распоряжении. Мечта – собака ленивая, спокойная и слишком дружелюбная. Часто со мной путешествовала, и у неё был такой же рефлекс, как и у меня: сели в автобус – и уснули.

Особенность этого автобуса была в том, что между сиденьями был проход в спальное место для водителей. Водителей всегда было двое. Сначала они смущались, увидев собаку. Затем я наблюдала, как они, уже не обращая на неё внимания, перешагивали туда-сюда через её спящую тушку. А она и ухом не повёрнет. Мол, шагайте сколько угодно – я сплю.

                           * * *

Бывало, садимся в автобус, а водители ворчат: «Ты бы ещё с крокодилом поехала! Ужас!»

Я лишь пожимала плечами и говорила, что все требования выполнены: ветпаспорт, намордник, поводок и дополнительный билет. И вообще, они к концу поездки забудут, что с ними едет собака. Они не верили.

А когда приезжали, мы выходили, и я слышала, как один водитель говорит другому: «А что, с нами собака что ли ехала?»

                           * * *

Как-то раз я ехала с хозяйским² Дуксом из Челябинска в Пермь.

В этот раз попался водитель, чуть ли не бывший кинолог. А Дукс такой же, как Мечта. Ему на всё равно, лишь бы поспать.

Помню, автобус сломался, а мы с Дуксом крепко спали, развалившись на сплошном заднем сиденье. Водителям как раз нужно было залезть под это сиденье. Меня тормошит тот самый водитель:

– Вставай, у нас автобус сломался. Мне нужно залезть под сиденье. – Он уже отвязал поводок с Дуксом от ручки и вручил его мне, потрепал Дукса, и я, сонная, пошла с ним гулять.

После ремонта водитель снова подошёл к нам и потискал Дукса.

На остановках иногда я просила его подержать собаку, пока я хожу в магазин или ещё куда.

И так бывает.

***

Автобусы дальнего следования, как и поезда, – имеют свою атмосферу. И пусть она не всегда комфортная, но в ней есть что-то особенное. Раньше я часто слышала недоумения, как же я могу так спокойно и часто ездить в дальние рейсы на автобусах с собаками. Это ведь неудобно. Далеко не каждый человек захочет провести десятки часов в тесном автобусе с животным рядом. Но я привыкла. И для меня эти путешествия – не просто поездки из пункта А в пункт Б, а настоящие маленькие приключения.

Я не боюсь неудобств. Ведь всё, что ты переживаешь в дороге – усталость, сонливость, странные взгляды пассажиров – все эти мелочи меркнут в сравнении с тем, что остаётся после поездки: запахи, которые остаются в памяти, случайные знакомства, маленькие моменты доброты от незнакомых людей и, конечно же, радость от того, что ты оказался в месте, куда ехал.

Да, возможно, автобус с собаками – это не самый удобный способ путешествия. Но тогда это был мой способ. И в этом есть что-то своеобразно уютное. В этих часах в дороге я нахожу свою маленькую гармонию, среди всего этого шума, движения и перемен. И, наверное, именно в этом и заключается вся прелесть путешествий – не в том, чтобы добраться быстро и удобно, а в том, чтобы научиться быть довольным тем, что есть, и ценить каждый момент пути.

А недоуменные взгляды и вопросы мне уже не важны. Я научилась слушать себя и своих собак.

Волгоград. В ритме дальнобоя

Папа у меня дальнобойщик. С 18 лет крутит баранку и только недавно пересел на такси – 34 года за рулём, получается. Человек, который всегда в дороге. Механик от пяток до макушки. Наверное, мне от него передалось генетически – желание постоянно куда-то ехать и любовь к машинам. А ещё – его доброта, мягкость, скромность и «в тихом омуте – черти водятся». И, конечно, хитрость. Запах детства для меня – это солярка.

Я очень люблю путешествовать. Когда мы занялись немецкими овчарками профессионально, у меня появился повод колесить по России. С 2010 по 2018 год – с 12 до 20 лет – я активно разъезжала с собаками. К 13—14 годам стала путешествовать без родителей: с друзьями-взрослыми или останавливаясь у них в разных городах. Как меня отпускали в таком возрасте? Я умею выносить мозг так, что проще разрешить, чем запретить. Да и доверяли мне. Чего уж греха таить.

Но больше всего я любила ездить с папой. Быть его штурманом. Для меня это всегда была возможность провести с ним время, которого так не хватало из-за его частых командировок.

Однажды я ехала с ним на фуре из Лермонтово до Перми. Это было в 2014 году, мне было 16. Меня позвали работать вторым хендлером в дрессировочном лагере для немецких овчарок. Я согласилась. Как-то добралась туда со знакомой на «четырке» с прицепом, гружённым собаками, да ещё и с двумя детьми. Ехать было тяжело морально, поэтому обратно я так возвращаться не хотела.

Позвонила папе:

– А ты случайно не можешь взять заявку на юг? Приехал бы, отдохнул пару дней и меня забрал.

– Попробую, – сказал он.

Через пару дней перезвонил:

– Нашёл заявку. Приеду, жди.

Супер!

Чтобы не ехать пустыми, на обратный путь тоже взяли груз. Искали долго, но в итоге нашли: из Волгограда в Воткинск. Закинули вещи, собаку в кабину и отправились в путь. По дороге купили новый планшет.

В одном месте остановились у обочины за фруктами.

– Это же Волгоградская область! – говорит папа. – Тут такие фрукты! Будешь яблоко?

Я отказалась. Но потом всё же решила попробовать. Какой-то местный сорт. Вкус этого яблока я помню до сих пор – вкуснее не встречала.

В Волгограде встали у завода. Тут выяснилось, что меня на территорию не пустят – мне ведь нет 18. Собаку тоже сначала не хотели, но потом пустили. Загрузка обещала занять часов пять.

Я не расстроилась. На улице – прекрасная погода. Взяла с собой фотоаппарат, плеер с наушниками и немного мозгов на всякий случай. Помахала папе и, довольная, опьянённая свободой и незнакомым городом, ушла гулять. Предварительно заглянула в планшет: что тут можно посмотреть? Телефон у меня тогда был древний – ни карт, ни интернета.

Естественно, я направилась к Мамаеву-Кургану. Поднялась на самый верх – невероятная красота! Потом пошла «куда глаза глядят». Нашла центральный парк, прогулялась. Вышла к Волге, покидала камушки, перекусила.

Глянула на время – пора возвращаться. К тому моменту я уже порядком находилась, поэтому обратно решила поехать на трамвае. Благо, хватило ума запомнить улицу, с которой началось моё путешествие.

Подхожу к заводу – и в этот момент выезжает на фуре папа.

Папа остановился прямо передо мной, высунулся из окна и, хитро прищурившись, спросил:

– Ну что, штурман, нагулялась?

Я усмехнулась, запрыгнула в кабину и, потянувшись, довольно сказала:

– Да уж. Волгоград зачётный. Поехали домой.

Собака по кличке Мечта, свернувшись калачиком на лежаке, приоткрыла один глаз, осуждающе зевнула и снова уснула. Ей-то какая разница, где мы, главное – вместе.

Фура мягко тронулась с места, и я, устроившись на сиденье, снова вдохнула этот родной запах – солярка, дорога, папин табак. Всё было так, как должно быть.

Цикличность

Всё тот же поезд.

Раннее утро. Стою, курю. Смотрю в окно на сменяющиеся пейзажи, слегка покачиваясь на поворотах.

– Мне кажется, мы тут уже проезжали, – раздаётся голос за спиной. Я и не заметила, как мой попутчик подошёл и встал у соседнего окна. – Только вот… – он задумался, почесал затылок, внимательно вглядываясь в пейзаж.

– Только вот что? – интересуюсь я.

– Только вот пейзаж какой-то странный. Он знакомый, очень знакомый. Но другой. А вроде и такой же. И ощущения такие, будто я тут уже был. Чёрт! Я запутался!

– Тише ты, ещё чертей нам тут не хватало. Пусть сидят у себя, – почему-то мне захотелось пошутить. Что, вообще-то, не свойственно для меня по утрам.

– Ладно, можно и без них, – усмехнулся он. – И всё-таки? Мы тут были?

– Может, да. А может, и нет, – пожимаю плечами. – Говорят, в жизни есть некая цикличность, – вдруг вспоминаю всё, что слышала на эту тему.

– То есть, ты хочешь сказать, что мы катаемся по кругу?

– Скорее по спирали. А может, и по кругу. Не знаю. Говорят, что есть какие-то уроки, которые каждый проходит, и в зависимости от того, как он их усвоит, пройдёт следующий цикл, – продолжаю размышлять. – Ну или, с точки зрения психологии, тебе бы сказали, что это всего лишь фокус внимания или что-то в таком духе.

– Цикл значит… И как часто он повторяется?

– У всех по-разному. Несколько лет. По моим прикидкам, мой цикл варьируется от трёх до пяти лет. В среднем – четыре.

– Забавно, странно и ни хрена не понятно.

– Ага, вот примерно так, да.

– И как же эти штуки проявляются у тебя?

– Да как… Это всего лишь догадки и наблюдения. А может, и вовсе бред сивой кобылы. Но суть в том, что есть ряд событий, которые происходят примерно в одно и то же время и чем-то напоминают друг друга. Да, они разные, но суть у них одна.

– Хм… И что ты думаешь об этом?

– Да уже ничего не думаю, устала думать. Потом.

– Ладно, – он улыбнулся.

Я открыла окно. Свежий ветер с шумом ворвался в наш вагон. На удивление, ветер оказался уже тёплым.

Словно маленький проказник, он закружил по вагону, пытаясь найти хоть что-нибудь, что можно было бы подхватить и закружить в своём свободном танце.

Попутчик высунул руку в окно, зажмурился, как довольный кот, и пошевелил пальцами, будто пробуя ветер на ощупь.

«Вольный ветер, которого постоянно кто-то пытается приручить, но пока так ни у кого и не получилось», – подумалось мне.

Лодейное поле

Маленький город в Ленинградской области. Его знают многие туристы – именно сюда привозят уставших, но довольных путешественников после походов.

В 2021 году у нас был поход по Ваме-Водле на байдарках. Группа большая, команда тоже немаленькая. Я была завхозом – впервые за долгое время. И, как по заказу, в группе оказались веганы, лактозники, аллергики и те, кто вообще ничего не ест. Но речь не об этом.

До места мы добирались двумя машинами: микроавтобус с прицепом и Араксис на своей. В его машине ехали трое – он, я и ещё одна участница.

После похода тем же составом возвращались обратно. Заброска и выброска с этого маршрута – то ещё приключение: 7—8 часов езды в большей части по грунтовке. Так вышло, что мы приехали на вокзал на час или два раньше. Ждали остальных.

Вскоре мне пишет старший инструктор Аня:

– Похоже, мы опаздываем.

Спецоперация началась.

Мы с Араксисом отправились на вокзал – выяснять, сколько будет стоять поезд, на какой путь прибывает и как к нему быстрее всего добраться. Напряжение росло.

Поезд прибывал в 00:13 и уже в 00:15 уходил. Первый путь. В 23:48 Аня сообщает, что им осталось 20 минут езды. А ведь ещё надо найти свои вещи в прицепе.

– Может нас кто-то встретить? – пишет Аня.

– Да, Араксис уже ушёл встречать, а я буду держать поезд. По крайней мере, попытаюсь.

Ночь. Не белые ночи, но достаточно светло. Вдалеке виднеется одинокий фонарь.

Первый путь очень удачно оказался прямо рядом с парковкой. По сути, сразу с парковки ведет лестница прямо в вагон. Будто специально для таких случаев.

Минут восемь до прибытия поезда. Вижу прекрасную картину:

Из темноты, с весьма неплохой скоростью несётся Араксис, широко загребая ногами. За ним мчится микроавтобус с прицепом. И всё это освещается одиноко стоящим уличным фонарём.

Машина паркуется у лестницы, двери распахиваются – народ галопом ныряет в прицеп, выхватывает свои вещи и мчится в вагон. Поезд уже виден. Успели. Выдохнули. Даже попрощаться успели. Первых посадили, у вторых поезд в 00:28.

Разобрали оставшиеся вещи, проводили ребят. Осталась только я. Впереди – мой первый поход по Пистайоки. По реке, на которой позже проведу десять походов и в сумме два с половиной месяца.

Мы сделали памятное фото – наглядное подтверждение нашего состояния после похода.

У меня два рюкзака – 100 и 75 литров, плюс гитара. Мой поезд стоит всего две минуты. Ребята решили проводить. Парни закинули рюкзаки на плечи, я схватила гитару. 15-й вагон. Поезд подходит. Мы бегом в конец перрона, смеясь. Пробегаем мимо 6-го, 8-го, 12-го… На 13-м вагоне перрон закончился. Непонятно.

Проводница машет из 13-го вагона:

– Скорее сюда! Пройдёте через вагоны!

Ребята быстро закидывают мои рюкзаки в тамбур и меня следом. Дверь захлопывается сразу за моей спиной.

Стою, смотрю на рюкзаки. Ну, думаю, сначала один оттащу, потом второй.

И тут появляется она. Настоящая русская баба. В майке, спортивках, с хвостом волос на голове.

– Какой вагон? – Спрашивает она.

– 15-й, – говорю я, закидывая рюкзак на плечо.

– Я помогу.

– Он тяжёлый… – не успеваю договорить – она уже ухватила второй рюкзак, закинула на плечи и бодро пошагала через вагоны. Я еле поспевала за ней.

Рюкзаки были битком. По весу каждый килограммов 25—30.

Она оставила мою ношу возле купе, и я уже открыла рот, чтобы сказать спасибо, но, повернувшись, обнаружила, что её и след простыл. Ни шагов, ни скрипа двери – словно и не было её.

Я постояла несколько секунд, прислушиваясь к гулу поезда, потом, тяжело вздохнув, взялась за рюкзаки. Один вниз, второй на полку, гитару в угол.

Успела подумать: «Вот такие люди – приходят, помогают и исчезают, не дожидаясь благодарности».

Этот маленький город остался позади, растворившись в ночи, как и всё, что случилось в нём. Беготня, суета, мелькание вагонов, смех, напряжение, усталость – всё это уже стало прошлым.

А поезд нёс меня дальше, убаюкивая равномерным стуком колёс. Я не знала, что ждёт впереди, но была уверена: впереди будет много дорог, рек и людей, которые появляются внезапно, помогают без лишних слов и исчезают, оставляя после себя лишь тёплое ощущение благодарности.

Первоуральск

Небольшой городок в Свердловской области. Там живёт моя подруга Настя.

Дело было далёким летом. Я приехала к Насте в гости на пару дней, без собак, ибо у неё их и так две – немецкие овчарки. Мы дошли до кинологического клуба, где Настя занималась с чужой собакой, и… не помню, как так получилось, но в итоге мы той же компанией отправились купать пса на озеро.

Естественно, сами мы купаться не собирались. Но в какой-то момент что-то пошло не так. Сначала мы просто стояли по колено в воде, играя с собакой, потом начали брызгаться друг в друга. Через пять минут мы уже были мокрые с головы до ног. Переглянулись.

– Ну что, всё равно насквозь мокрые, пошли купаться!

И радостно уплыли в озеро прямо в одежде. Единственным взрослым человеком в тот момент была хозяйка той самой чужой собаки (не спрашивайте, как это работает, я сама не знаю). Она только насмешливо и немного озадаченно покачала головой, наблюдая за нами.

Вдоволь накупавшись, мы выбрались на берег, перекусили и стали собираться домой. Вот ведь незадача: ехать на машине, а мы насквозь мокрые, сменной одежды нет, полотенец тоже. Долго думать не стали – подложили под себя какие-то пакеты и накрылись собачьей простынёй… О боги.

Я не знаю, что тогда подумала мама Насти, но картина была та ещё. Вечер. Звонок в дверь. Детей фиг знает сколько не было дома. Дверь открывается, а там мы. С нас до сих пор капает вода, одежда липнет к телу, слегка подмёрзли, но о-о-очень довольные.

Мама Насти молча осмотрела нас с ног до головы, тяжело вздохнула и только покачала головой:

– Ну, заходите уже, чего уж.

***

А вы когда-нибудь купались в водоёме в одежде? Нет? Попробуйте. Это особенное чувство – когда сначала сопротивляешься, потом принимаешь неизбежное, а потом уже не можешь остановиться от смеха, от брызг, от детской радости, которую, кажется, давно потерял. Мы тогда вымокли до нитки, подмерзли, вернулись домой в самом нелепом виде – но разве это важно, когда в душе ещё долго плещется лето?

Ялта

Прекрасный 2018-й год. Мы вернулись из похода по трём крымским каньонам, дважды едва не убились, и решили заселиться в Ялте на пару дней. Отдохнуть, так сказать, сходить на море.

В группе нас было всего девять человек: семь парней и две девушки.

Заселяемся в гостиницу, и тут нам заявляют:

– Извините, но горячей воды нет. Во всём городе отключили.

Вот же блин, а мы так мечтали о тёплом душе.

В походе мылись в холодных водоёмах, которые я по-простому называю лужами. Каждый раз, когда нужно было сделать усилие и залезть в ледяную воду, я говорила себе: «Что я, не с Урала, что ли?!» – и шла, и делала.

Комнаты у нас были многоместные. Мы с Наташей переглянулись, взяли мыльно-рыльные и отправились в душ. Там как раз две кабинки.

Включаем воду. Трогаю. Хм. А не такая уж она и холодная. По сравнению с лужами – вполне терпимая. Наташа тоже так подумала.

Стоим, болтаем, весело и непринужденно принимаем водные процедуры. Вдруг в помещение заходит уборщица.

– В-вод-да же х-холодная! – бедняжка аж заикаться стала от осознания того, что мы вот прямо сейчас решили принять холодный душ.

– Да нормально. Мы же с Урала, – небрежно отмахиваемся мы.

Женщина схватилась за голову, покачала ею и поспешно вышла.

Почему-то в первый же день мы ночью дошли до моря. Потом ещё гуляли небольшой группой, искали всякое разное для дня рождения Юры. И ржали как дикие. До слёз, до сгибания пополам, до потери равновесия. Мы были трезвые. Разве что опьянены морем? Болтали, танцевали, хохотали и дурачились. Это было прекрасно, не иначе.

На улице было свежо, но не холодно. В воздухе витал запах моря. Красивая ночная набережная, уличные музыканты, кто-то танцевал.

Отойдя чуть дальше, в глубине аллеи мы услышали музыку. Прислушались к тексту:

«Цени момент, никогда не бывает вечным

Всё, что нам кажется бесконечным

Жизнь короткая, будь счастливым

Будь верным другом Будь терпеливым

Если любишь, расскажи об этом

Поделись с близким своим счастливым билетом

Старайся играть честно в игры, в которые играешь

И не думай, что если взрослый, то всё про жизнь знаешь.

Живи, пока играет музыка – Танцуй

Свободной птицей по миру лети

И даже если не всегда везёт…»

Это была песня Васи Обломова – «Живи». Я слышала её впервые, но она так точно легла в тот момент, прямо в самую душу.

Эта песня тогда звучала для нас, словно послание. Напоминание о том, что моменты не бывают вечными, а жизнь – слишком коротка, чтобы откладывать смех, радость, дружбу и простые, но такие важные мгновения. Мы тогда танцевали, смеялись, жили. А вы? Когда в последний раз просто позволяли себе быть счастливыми?

Беспокойный ум

– А, вот ты где! – радостно воскликнул мой попутчик, заходя в вагон.

– Нашел-таки… – ухмыльнулась я.

– А чего это ты прячешься? – Он демонстративно плюхнулся на сиденье, закинул ногу на ногу и довольный собой посмотрел на меня.

– Не прячусь. У меня тут… дела были. – отмахиваюсь я.

– Что за дела такие, а? – он прищурился.

– Да как тебе сказать…

– А как есть, так и говори. – перебил он.

– Я искала кое-что. – подумав, говорю я.

Он ничего не сказал, просто вопросительно на меня посмотрел. Этого было достаточно.

– Ну, например, вдохновение. Я куда-то его положила и теперь не могу найти. Представляешь?

Уже столько пейзажей сменилось за окном. Столько времени прошло. А я всё так же люблю пялиться в окно и думать. Или не думать. Но чаще – думать.

– Тебе говорили, что ты слишком много загоняешься? – спросил он, заваривая мне чай, а себе кофе.

– Ага. – промычала я. – Что есть, то есть. Знаешь, я не так давно думала на эту тему. – Я даже рассмеялась от идиотизма этой фразы.

– О боги! – он воскликнул, демонстративно поднял руки вверх. И заржал, конечно.

– Ну так вот. Наблюдая за своим окружением, я открыла для себя новый вид тех, у кого беспокойный ум. В отличие от моих бесцельных дум, в этом случае есть цель. Нет, даже не цель, а, знаешь, практическая польза что ли какая-то. Не знаю, как объяснить. Короче, человек постоянно думает о том, как решить какую-то практическую задачу. Оптимизировать что-то, докрутить, доусовершенствовать и т. д., находит решение и потом применяет это на практике. Уж не знаю, как таким людям по факту живётся, но выглядит лучше, чем те думы думные, которые ни к чему толком не приводят.

– Хм… так может, их надо привести к чему-то такому?

– Возможно. Но как это сделать на практике – для меня пока вопрос открытый. Вообще, я тут на днях поняла, что надо уметь переключаться. Полезный навык. Но исполнение, как обычно, так себе.

Солнце настойчиво навязывало своё присутствие. Не очень хотелось, но пришлось немного опустить шторку. Уж очень слепить стало. Из приоткрытого окна вагон наполнялся свежим воздухом.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Кстати, за неделю до этого я отвезла в Челябинск ещё одну собаку, на автобусе (12 часов езды, если что). И да, до этого мы с этой собакой неплохо так подрались, на полном серьёзе. На память об этой драке у меня осталось 3 шрама на руке.

Вернуться

2

Так я называю чужих собак, которых беру на подготовку и порой езжу в поездки.

Вернуться