Виктория Снежная
Судьба

ПРОЛОГ

Сегодня у меня очень печальный день. С самого утра я рыдаю как Кристи, это моя младшая сестренка, которой всего-то четыре года. Я старше её на шесть лет. Я уже взрослая, но только не сегодня.

Еще с утра я узнала, что мой единственный друг и защитник уезжает. Вернее, его увозят, несмотря на то что ему хотелось бы остаться. А это точно так. Я это точно знаю.

– Элеонор! Хватит тут рыдать!! – кричала Эмма, моя, так сказать, нынешняя мама. Я её ненавидела, и желала лишь одного, достигнуть совершеннолетия и уйти из этого проклятого дома.

– Иди работай! – продолжала она кричать, дав мне оплеуху напоследок. Я, чтобы не злить её ещё больше, побежала на наш большой огород и продолжила выдергивать вторую гряду моркови.

Наш городок был небольшим. У каждого был свой участок земли, на котором люди стремились вырастить как можно больше, чтобы было меньше трат зимой. Работы в городе было немного, соответственно и денег, на которые можно было купить еду.

В свои десять лет я работала наравне со взрослыми. Многие дети так работали, особенно приёмные. Такие как я. Мои родители умерли от очередной болезни, постигшей наш городок, и мы с сестренкой остались одни.

У нас не было сиротского дома, как в некоторых городах, поэтому духовный отец сам распределял оставшихся без родителей детей в семьи. Многие сами приходили и просили взять того или иного ребенка. Ещё я знала, что городской банк выплачивал небольшую сумму тем, кто брал таких детей к себе. Думаю, именно из-за этого Эмма взяла нас. В тот день, когда мы появились в её доме, она долго говорила с городничем. Они смеялись и пили.

Сегодня я мысленно прощалась с Роем. Я понимала, что никогда его больше не увижу.

– Не плачь, Элли. – пролепетала моя сестрёнка, присаживаясь на корточки рядом со мной. С неистовой силой, можно даже сказать со злостью, я дергала несчастную морковь и бросала её в огромную корзину. Будто она была виновата во всех моих бедах.

В отъезде единственного друга я винила только себя.

ГЛАВА 1

– Эл!!! – я обернулась на крик Роя и помахала ему рукой.

Мы с Роем были большие друзья. Я знала его с самого детства. Насколько я знаю, наши мамы дружили, я слышала это от преподобного, сама мало что помню. У Роя был жив только отец. Его мать поехала в большой город к родным, и её повозка разбилась в дребезги, упав с обрыва. Наше горе свело нас вместе. Мы понимали друг друга с полуслова.

– Я искал тебя все утро! – воскликнул худощавый мальчик. – Даже заходил к паучихе. – мы вместе рассмеялись.

Паучихой мы называли мою новую мать. Она постоянно меня била и давала много работы. Порой мне даже приходилось пропускать школу. Но что скажешь. У паучихи было трое детей и большой огород. Причем еще две коровы и стадо овец. Приходилось много работать. Её старший сын – Эрик, проклинал всё на свете, крича что уедет завтра же, но проходили дни, а затем и недели. Он всё никак не уезжал. Я не любила его, впрочем, как и всех её детей, а они ненавидели меня. Эрик был довольно толстым парнем. Ему было тяжело работать, и он всегда пинал своего младшего брата, скидывая свою работу на него. Я старалась не лезть во всё это. Не моё это дело. Я считала дни, когда мне исполниться восемнадцать и я уйду с этого грязного двора. Неважно куда, но уйду.

– Где ты была всё утро?! – Рой подбежал и приобнял меня. Он был немного выше меня, хотя мне всего-то десять, а ему уже тринадцать. По сравнению с другими мальчишками, он был невысокого роста. Худой, так как его отец после потери матери перестал видеть всё что происходит вокруг. Он будто впал в сумасшествие, оставив на сына дом. Рой старался справляться с небольшим хозяйством как мог. Всегда растрепанные каштановые волосы, довольно правильные черты лица, можно сказать, даже аристократические. Недаром поговаривали, что его мать сбежала из богатой семьи вслед за мужем, которого её семья не приняла. Кажется, поэтому многие взрослые относились к нему с неприязнью. Ярко-зелёные глаза всегда возбуждённо горели. Рой был ужасным выдумщиком, что не давало мне грустить в моей серой жизни.

– Паучиха закрыла меня в наказание за яблоки, которые мы надрали в пятницу у преподобного Орнелио. – мы, не сговариваясь, улыбнулись.

– Да там всего-то пара яблок.

– Ты же знаешь ее. – я погрустнела, опуская взгляд.

– Она снова била тебя? – голос Роя был преисполнен гнева.

– Успокойся. Со мной всё хорошо. – я старалась улыбаться, глядя на Роя.

– Опять врешь? – прищурился мальчик напротив меня.

– Ну правда, не стоит об этом.

– Ладно! – Рой накинулся и стал меня щекотать, я смеялась и кричала, чтобы он прекратил, пока он не дотронулся до правого ребра. Я вскрикнула от боли.

– Покажи! – Рой так резко встал, что мне пришлось задрать голову, глядя на него.

– Рой…

– Покажи! – ещё жестче произнес он.

Я не стала ему возражать. Он хоть и казался тихим и спокойным, но я-то знала его истинный характер. Я знала, что если я не покажу, он сам это сделает.

Я приподняла платье, оголяя бок.

– Я убью его!! – прокричал Рой.

– Рой, пожалуйста…

– Хватит!! Сколько можно Элли?!! – я опустила ткань платья, пряча большой синяк.

– Не надо, прошу тебя! – умоляла я, вставая с колен. – Он снова побьет тебя.

– Мне всё равно!! Придет время, и я покончу с ним. Вот увидишь!!

– Я прошу тебя. – я обняла Роя так крепко, как могла и шептала ему на ухо, – пожалуйста, Корн просто прикончит тебя. Он такой огромный.

– Я не боюсь его!! Он должен получить по заслугам!!!

– Ты же знаешь, что он сын нашего городового. Он всегда будет прав, а тебя просто накажут. Я не хочу терять лучшего друга. – я почувствовала, как Рой гладит меня по голове.

– Хорошо. Конечно, ты права.

– Обещай мне! – я посмотрела прямо в его безумно зеленые глаза, – обещай, что не станешь его трогать.

– Элли…

Я ждала до последнего слова обещания, но тут услышала, как кричит паучиха и нам пришлось расстаться.

– Где ты шляешься, дрянная девчонка!!! Иди убери у овец! Эрик сейчас пригонит их, а в хлеву грязно. – я побежала, не дожидаясь очередной оплеухи.

Половина часа ушла у меня на очистку хлева от навоза и застилку чистой соломой. Эрик пригнал овец, стеснительно мне улыбаясь. Его кривая улыбка с гнилыми зубами вызывала во мне отвращение. Он не смел перечить матери, впрочем, как и другим взрослым. Его хватало лишь на младших братьев.

После кормления скотины, меня наконец – то оставили в покое.

По вечерам мы с Роем всегда виделись. У нас было своё особое место, о котором никто не знал. На дальней стороне от края городка, а именно там мы и жили, начинался лес. В лесу мы нашли большое дерево. В дереве было большое дупло, в нем мы оставляли друг другу записки или какие-то другие послания. А на верхушке, в самой гуще кроны, мы построили домик, всё прошлое лето потратили на его строительство. Но это того стоило. Никто не знал о нашем секретном месте.

Начинало темнеть, и я со всех ног спешила в наше секретное место. Я успела добежать только до края городка, как за последним домом мне неожиданно преградил дорогу Корн.

– Кого я вижу!! Грязная Эл!! – я пыталась пробежать мимо, но угодила прямо в руки Корна.

– Пусти, дурак!! – прокричала я, пытаясь вырваться.

– Куда же ты так быстро бежишь? – он мерзко засмеялся, крепко удерживая меня.

– Пусти!! – продолжала кричать я, дергаясь как пойманная птица. Ребята, стоявшие рядом с ним, смеялись. Я видела всех. Сейчас ненавидела каждого из них. Все они обожали Корна и следовали по его пятам. Надышаться на него не могли. Он был красив и выше всех мальчишек. Его плечи уже сейчас говорили о его крепкой фигуре в будущем. Его отец так же был очень широкоплеч, но не обладал высоким ростом. Все девочки вздыхали по нему, завязывая самые красивые ленты, которые имелись у них. Но только не я. Я ненавидела его. Он всегда обижал меня. Издевался и насмехался надо мной. И делал он это всегда при всех, будто в театре. Парни усмехались, а девчонки хихикали, как полные дуры, впрочем, я их такими и считала. Он был старше всех нас. Корну было уже шестнадцать.

– Отпусти ее, придурок!! – я глянула в сторону леса и увидела Роя. Корн мерзко засмеялся, стискивая меня ещё сильнее. По щеке поползла слеза. Я и сама этого не заметила, но Рой. Рой заметил и с разбегу кинулся на Корна. Тот резко откинул меня и размахнувшись, стукнул кулаком прямо по лицу Роя. Я завыла в голос, сидя на влажной земле. Всё происходило будто во сне. Я видела, как Рой встал, стирая кровь с лица грязным рукавом, видимо Корн разбил ему нос, который прямо на глазах опухал, увеличиваясь в размерах.

Долго не мешкая, Рой снова разбежался, как дикий бык, и со сжатыми кулаками рванул на Корна. Тот, нагло улыбаясь, снова дал ему отпор. Рой упал на землю, а Корн продолжил его бить. Ноги Корна врезались в тело Роя и тот корчился от боли. Не выдержав, я с криками бросилась на него. Почему-то все стояли, безмолвно глядя на драку.

Корн схватил меня и повалили на спину, сев сверху.

– Ты грязная девчонка!! – прокричал он мне в лицо.

Я никогда не понимала, за что он меня так ненавидит. Ведь я ему ничего не сделала.

– Ненавижу тебя!! – кричала я ему в ответ, отбрыкиваясь как могла, но он зажал мне руки и склонился к самому моему лицу. Он кривлялся и делал вид, что я действительно грязная и мерзкая, все при этом смеялись. Но всё изменилось. Я увидела удивлённый взгляд Корна, который замерев всем телом на несколько секунд, упал прямо на меня.

Затем я увидела Роя. Он стоял с камнем в руках. Повисла страшная тишина. Никто больше не смеялся. Первая завизжала Бетти и побежала в сторону домов, дальше к ней присоединились и все остальные. Мы с Роем остались вдвоем. Я с трудом спихнула Корна с себя, и пришедший в себя Рой помог мне встать.

– Что ты наделал!!! – прокричала я, рыдая в голос. – Рой!!! Ты убил его!!!

Ошарашенный Рой присел рядом с Корном и прислушался к его дыханию.

– Он жив. – прошептал Рой.

– Что?

– Он жив! – громче произнес Рой.

– Надо сообщить его отцу. Тебе надо уходить!!!

– Это не поможет. Все видели.

– Но..

– Хватит его терпеть. Он сам виноват, Элли!!!

Я рыдала и никак не могла остановиться. Рой не собирался уходить. Тогда, я тоже решила не уходить и села на колени рядом с Корном. Сняв с себя серый рваный фартук, я подложила его под голову Корну, и с ужасом наблюдала как ткань быстро становиться влажной.

Вскоре прибежали взрослые. Отец Корна первым врезал Рою и тот отлетел как какой-то щенок, ударившись о землю. Я закрыла лицо руками.

Следом прибежал и местный доктор – мистер Браун, а так же паучиха и ещё несколько человек. Роя забрали. Меня так же увели. Тогда я ещё не знала, что вижу Роя в последний раз.

Я очень плохо спала. Всю ночь ворочалась и то и дело просыпалась. Мне снился ухмыляющийся Корн и Рой который бил его камнем. В наказание меня отправили спать в хлев. Но я была даже рада этому. Мне не хотелось никого видеть и, тем более, слушать новые оскорбления в мой и Роя адрес. Я долго сидела и плакала. Позже Эрик принес мне лепёшку и воды. Не стала его обижать и взяла. Лепёшку скормила овцам.

Утро встретило меня серостью и новостями о том, что Роя увезли. По наставлению городничего, отец Роя отправил его в специальную школу в большом городе.

ГЛАВА 2

– Не плачь, Элли, – в который раз слышала я. Если бы я знала, что такое произойдет, то не пошла бы в наше место или пошла бы другой дорогой. Только позже я поняла, что этого события было не избежать.

– Всё хорошо, Кристи, – я погладила сестренку по щеке, кладя последнюю морковь в корзину.

В этот день все дети боялись встречаться со мной взглядом. Только Эрик ободряюще мне улыбался, за что я была ему благодарна. Его поддержка в ближайшие две недели многое мне дала. Я была сильно наказана. Спала месяц в хлеве. Мне не давали есть, ну кроме Эрика, но об этом никто не знал. Корн пролежал без памяти целую неделю. Потом пошел на поправку, но я не видела его. Из школы меня исключили, посчитав недостойной. Мне было плевать. Плевать на них и их школу. У меня всё будет! Дайте только вырасти, и я уберусь из этого проклятого места!!! Найду Роя, и мы вместе отправимся в лучший город на земле!!

Я подняла тяжелую корзину и потащила в дом. Кристи маленькими шажочками бежала за мной.

– Теперь принеси корзину с луком со двора, – приказала паучиха, забирая у меня корзину с морковью.

Я молча отправилась выполнять, не переставая думать о Рое.

Может мне убежать? Выкрасть у паучихи деньги и сесть на проходящий поезд. Жаль только, что поезд останавливался только в Бридже, а до него от нашего городка нужно было ещё доехать.

Я дошла до лука, который сушился в огромном чулане. Присев, я стала загребать руками высохшие луковицы. Кристи подошла ко мне и стала так же складывать своими маленькими пухленькими ручками лук. Я подняла глаза и взглянула на сестру. Как я могла забыть про неё?!! Мне нет дороги отсюда!! Я никогда не брошу её одну здесь. А уйти она сможет только в том случае, если достигнет, как и я восемнадцатилетия или, если мне удастся получить над ней опеку. Как всё сложно!!

Всё вокруг меня снова поплыло. Слезы с новой силой полились по моим щекам. Я вытерла их грязным фартуком, размазывая грязь по лицу и в этот момент решила больше никогда не плакать. Ради сестры! Нужно держаться. Всего – то восемь лет. Я справлюсь!

Попытаюсь узнать у отца Роя адрес и напишу ему письмо. Эта мысль успокоила меня, и остаток дня я думала, как бы незаметно сбежать и поговорить с отцом Роя.

Ни в этот день ни в последующие, мне так и не удалось улизнуть из дома. Паучиха следила за мной, чувствуя, что я что-то замыслила. Она загружала меня работой так, что к вечеру я просто валилась с ног. Эрик продолжал подкармливать меня, даже когда меня вернули в дом. Где ему удавалось брать небольшие кусочки мяса, одному Богу известно. Я ела с огромным аппетитом и делилась с сестрой.

Сегодня я особенно много работала. Мы перебирали картофель, приготавливая его к зиме. Отбирали лучший на семена и грузили в большие мешки. Эрик, проклиная деревенскую жизнь, таскал их вместе с братом. Я отбирала гнилой картофель или рубленный для скотины, складывая его в отдельный ящик. Неделя дождей плохо повлияла на него, и он подгнил. Вонь во дворе стояла жуткая, так как переработать всё сразу было сложно.

– Корн поправился. – тихо произнес Эрик, складывая картофель возле меня. Я подняла на него глаза впервые за эти дни. – Я считаю, ты ни в чем не виновата. – произнес он, немного улыбнувшись. – Никто не говорит о тебе. Корн ходит ужасно злой, и почти не выходит из дома. Поговаривают, что тот удар сильно повлиял на его ум. – тут он услышал шаги матери и резко отпрянул от меня, делая вид что очень занят.

Я была рада, если то, что он сказал правда. Корн заслужил это! Из-за него я потеряла единственного после сестры человека, а ещё он вечно меня задирал, так что по заслугам ему.

– Завтра воскресенье, преподобный сказал, чтобы я привела тебя к нему поговорить. – бросила паучиха будто вскользь.

Я молча кивнула, соглашаясь. Вот мой шанс вырваться к отцу Роя.

***

День прошел в ожидании завтра. Как только моя голова коснулась жёсткой подушки, я уснула.

На следующее утро я надела единственное чистое платье, для походов в церковь, и причесав себя, а затем и сестру, мы вышли из нашей коморки на чердаке дома. Спустившись по кривой лестнице, я заметила, что дверь в комнату паучихи открыта, я никогда не видела её комнату. Там было совсем не так, как у нас с сестрой. Кругом кружева и все такое белое и чистое. А главное, я увидела впервые вот так, полное своё отражение. У неё в комнате было большое зеркало. Я внимательно взглянула на себя. Пшеничного цвета волосы доставали почти до пояса, сегодня я перевязала их единственной лентой, которая у меня была, собрав их в хвост. Впалые глаза цвета неба, припухшие обветренные губы, которые в некоторых местах были потрескавшиеся и обкусаны, окрашивая в некрасивый красный цвет. Оказывается, я такая страшная со стороны. Платье слегка висело на мне, подчеркивая худобу. Это платье было одним из тех вещей, которые приносили в церковь, жертвуя бедным. Таким как я. Моя новая мама не спешила покупать мне одежду. Дальше шли тощие ноги, одетые в шерстяные чулки, завершали вид ботинки. Они хоть и были мальчишечьими, но мне они нравились. К тому же они были очень удобными.

– Чего вы там застряли?!! – я дернулась от крика паучихи и оторвавшись от зеркала, поспешила во двор. Надев на себя пальто, которое было уже мало, оголяя мои запястья, я так же помогла надеть пальто сестре. Сверху пальто я повязала большой старый выцветший шерстяной шарф. Осень в этом году наступила раньше обычного, к тому же дождливая и холодная.

Все вместе мы вышли на улицу. Эрик держался в стороне, стараясь не смотреть на меня. А вот его братья Клин и Джош всю дорогу друг друга толкали и ругались. От этого паучиха прибывала в еще ужаснейшем настроении, что сказалось на всех.

Наконец, добравшись до церкви, мы вошли в душный зал. Все оглянулись, внимательно изучая нас. После происшествия я впервые посещала церковь. До этого мы ходили сюда каждое воскресенье.

Эмма не стала идти дальше и посадила нас в самом конце, сев рядом. Началась служба. Преподобный монотонно читал, а я из-под ресниц наблюдала за всеми. Вот местный повар мистер Кейси, у него всегда продаются вкусные ароматные булочки. Как же давно я их не видела и не вдыхала их чудесный аромат. Кажется, я была в городе сто лет назад. Вот доктор Григ с дочерью, а рядом сидит Бетти. Мой взгляд двигался всё дальше по рядам, пока не наткнулся на взгляд Корна. Он сидел боком в самом первом ряду и злостно смотрел на меня. От его взгляда у меня по спине поползли мурашки. Я отвела глаза, опустив голову.

Остаток службы я старалась больше не поднимать глаз. После окончания служения, все медленно выходили на улицу, приглушенно разговаривая. Мы продолжали сидеть, видимо, дожидаясь, когда все выйдут. Когда церковь опустела, я наконец оглядела весь зал и поняла, что кроме нас, в церкви ещё остался городничий с сыном. Мне стало жутко. Неужели преподобный решил поговорить не только со мной, но и с Корном?

– Прошу вас, дети мои, следуйте за мной. – произнес преподобный Орнелио и махнул в сторону выхода, приглашая нас, тем самым, пройти.

На трясущихся ногах я встала и пошла первая, чувствуя, как Корн просто пожирает меня взглядом. Пройдя по узкому проходу, мы уткнулись в единственную небольшую дверь, которой, собственно, и заканчивался коридор.

– Открывай, дорогая, смелее. – произнес тихий низкий голос позади меня. Я коснулась ручки и открыла дверь в небольшую комнату. Войдя внутрь, я встала у окна, посмотрев в узкое отверстие. Его конечно с трудом можно было назвать окном. И как преподобный проводит здесь почти всё свое время? Тут так темно.

– Присаживайтесь. – он указал на два деревянных стула, стоящих рядом, а сам сел за высокий красивый стол. Он был очень старый и затертый, где-то отшелушился лак, открывая дерево светлее, чем остальная поверхность. Ножки были резные, в виде лап льва. Наверное, это был очень старинный стол. Одна из ножек совсем развалилась и была наспех прибита несколькими гвоздями. Несмотря на его вид, он оставался всё равно таким величественным, как из сказок про королей и королев.

– Элеонор, – окликнул мистер Орнелио, – присядь пожалуйста. – я оторвала взгляд от стола и пройдя к стулу медленно села на него, не смотря на Корна.

– Я пригласил вас сюда, чтобы обсудить произошедший недавно случай. – я не могла нормально дышать. Сердце увеличивало свой бег, а вздохи были не полными и частыми. Руки вспотели и стали холодными.

– Я вам уже всё сказал. – произнес Корн.

– Я бы хотел услышать ещё раз и в присутствии Элеонор. Элли, – я подняла глаза на Преподобного. – Расскажи мне всё.

– Почему вы тогда не пригласили Роя? – почти прошептала я.

– Я говорил с ним, дорогая. К сожалению, многие были озлоблены на него, и у меня не было выхода как согласиться с выселением его в другой город. Не волнуйся, – успокаивал он своим монотонным голосом, – с ним всё хорошо. Мы потом с тобой обсудим этот вопрос. А сейчас, я бы всё же желал, чтобы ты поделилась со мной тем вечером.

– Я шла на встречу к Рою. Мы часто видимся. Виделись, – поправилась я. – В тот день мы встречались, как обычно, у леса. Я шла туда и Корн, – я наконец осмелилась взглянуть на сидящего рядом парня, он, не отрываясь смотрел прямо мне в глаза. – Корн, он стал задираться ко мне, впрочем, как обычно. А Рой заступился. – я замолчала. В моих глазах возник тот вечер. Вот я лежу, а Рой стоит с камнем в руках.

– Что было дальше, дитя мое? – подтолкнул меня к дальнейшему расскажу Орнелио.

– Дальше Корн стал бить Роя.

– Я его не собирался бить!! Этот щенок накинулся на меня как дикарь!! Впрочем, он дикарь и есть.

– Корн! – оборвал его преподобный, – ты ещё скажешь свое слово. Что дальше, Элли?

– Он стал бить Роя. Ты бы убил его, если бы я не накинулась на тебя! – прокричала я прямо в лицо Корну. Он сжал кулаки, а его челюсть так сжалась, я почти приготовилась к его удару.

– По-моему, это он чуть не убил меня. Этот щенок недобитый!!

– Корн! Держи себя в руках. – Корн резко отвернулся от меня, сложив руки на груди.

– Что дальше? – Орнелио нервно постукивал пальцами по столу, чем нервировал меня еще больше. Что я здесь делаю??! Зачем этот ненужный разговор?!

– Дальше я заступилась за Роя, а Корн оттолкнул меня. Тогда Рой решил ударить его. Вы же знаете! – я вскочила со стула, – он такой худой и маленький!! Корна ему было никогда не одолеть.

– Сядь пожалуйста! – строго произнес Орнелио. – Насилие – это очень плохо. Не надо было вообще никому драться.

– Корн первый начал! – я села, нервно дергая ногами. – Я всего лишь проходила мимо. Зачем он меня схватил? Зачем бил Роя? Почему вообще он всегда ко мне лезет? – я повернулась к Корну, вопросительно смотря на него.

Его голова медленно повернулась ко мне. Самое странное, я не видела на его лице злости, а только какую-то растерянность.

– Корн, ты часто задирал Элли? Почему ты это делал?

– Я её не задирал. – он нервно отвел взгляд от меня.

– А как же тот большой синяк на боку несколько недель назад? – я была готова расплакаться, но решительно держалась. Вдруг сейчас всё проясниться? Вдруг Роя вернут и все станет как раньше, а может даже и лучше.

– Что за синяк Корн? – Орнелио нервно встал. Он был уже стар и ему, видимо, было тяжело разбираться с таким, как сейчас. Но он был единственным преподобным в нашем городе и был обязан провести беседу с нами, вот только я не понимала, почему он решил поговорить с нами сразу вместе.

– Это случайно. – буркнул Корн.

– Случайно?! – вскрикнула я от такой несправедливости, – ты кинул меня на грабли!!

– Я кинул тебя в солому! Я не знал, что там грабли!

– Это ведь не первый случай, Корн. Помнишь, как ты ударил меня клюшкой? Хорошо что была зима и моя шуба спасла меня от перелома.

– О чем ты вообще, девка?!! Какой перелом?!!

– Достаточно!! – рявкнул преподобный и сел назад за стол. – Я хочу, чтобы вы попросили друг у друга прощение. Бог велел нам прощать и любить ближних своих. Я хочу, чтобы вы простили друг друга и изменили взгляд друг на друга. Больше никаких задираний и побоев. Корн?

Корн встал и непонятно уставился на Орнелио. Это был очень смешной момент. Корн никогда ни у кого не просил прощения. Интересно, как он выкрутиться в этот раз.

– Сделай это первый, как мужчина. – я еле сдержала улыбку.

– Пусть лучше она будет первая и вообще, я ни в чем не виноват!

– Корн!! Не вынуждай меня беседовать с твоим отцом. – я видела, как потемнели карие глаза Корна.

Он медленно повернулся ко мне и с трудом произнес:

– Извини.

– Элли?

– Извини.

– Вот и хорошо. Я хочу, чтобы вы не держали друг на друга зла. Поэтому, раз в неделю после службы вы будете беседовать тут со мной, или делать совместную работу. Как выберете.

Я видела, как недовольно сморщился Корн. Я была того же мнения. Работы мне и дома хватало, а разговаривать с ним мне было не о чем.

– И долго нам так разговаривать? – бросил Корн.

– Посмотрим. Как только я увижу, что вы действительно простили друг друга, то мы закончим.

Значит это навсегда. Потому что я никогда не прощу Корна Дейли!!! Наглеца и подлеца, из-за которого выгнали моего Роя!! Никогда ему это не прощу!

– Сейчас вы можете идти. Жду вас в следующее воскресенье.

С этого дня я разлюбила все воскресенья. А ведь это был один из моих любимых дней. В этот день мы не работали и часто бегали с Роем в город. Иногда таскали яблоки или просто развлекались. В этот день мы проводили больше всего времени вместе.

Вздохнув, я вышла вслед за преподобным и Корном. Тот с отцом ещё о чем-то беседовали с преподобным, а меня Эмма просто выслала из церкви.

Выйдя на улицу под серое хмурое небо, как и моё настроение, я села на мокрую лавку. Сверху падала какая-то мокрая пыль, а ветер задувал эту пыль прямо в моё лицо, мешая нормально дышать. Эрик прошел ко мне и молча сел рядом.

Через некоторое время вышел городничий с Корном и прошел мимо, не смотря на меня. Только Корн обернулся, странно посмотрев.

Затем вышла Эмма с мальчиками и Кристи.

– Идем. – бросила она, и мы с Эриком последовали за ней в сторону дома.

ГЛАВА 3

Следующая неделя ничем не отличалась от предыдущей. В то воскресенье я так и не смогла выйти из дома. Как мне сообщили, я теперь наказана и в город пока мне нельзя. Может преподобный знает новый адрес Роя и скажет мне. Решено было спросить у него в ближайшее воскресенье.

Наступивший воскресный день выдался очень солнечным. В воздухе пахло мокрой листвой. От такого мое настроение улучшалось. Постепенно я привыкала быть без Роя. Я жила надеждой на будущее. У меня была цель и это спасало меня от уныния.

После службы мы снова сидели в той же комнате и слушали речи Орнелио. Он рассказывал нам о том, как нужно жить и думать. Я почти не слушала его, летая мыслями далеко отсюда. Я представляла себя в другом городе и Роя рядом со мной.

– Элли? Ты меня слышишь? – я очнулась от голоса Орнелио пытаясь понять, о чем он говорил.

– Да, преподобный. – прошептала я.

– Я хочу, чтобы вы почистили все подсвечники. Инструменты я уже объяснил где. Идите. Помните, понимание и прощение.

Мы одновременно встали и вышли из комнаты. Так же молча, мы прошли через коридор и вышли в главный зал. Было очень тихо. Большой зал церкви был абсолютно пуст.

Корн прошел к дальнему углу и достал из ниши деревянный ящик. Из него он вытащил два железных крючка, тряпки и масло. Затем подойдя ко мне, протянул мне крючок и тряпку. Я молча взяла и пошла к первому столику со свечами.

Корн почему-то не пошел к другому, а стал выковыривать выгоревший воск рядом со мной. Я растерялась и не стала ничего говорить. Через час мы почистили все подсвечники.

Всю работу мы делали молча. Никто из нас не проронил ни слова.

Перед тем как идти домой я заглянула к преподобному.

– Ты что-то хотела Элеонор? – священник оторвался от чтения какой-то огромной книги.

– Да преподобный. Я хотела узнать у вас адрес Роя. Я очень переживаю за него и хотела бы написать ему письмо.

– К сожалению, моя дорогая, я пока не знаю этого. Как только выясню новый адрес сразу дам тебе знать.

– Благодарю вас. – не такого ответа я ждала. Тоска сжала сердце. Может отец Роя знает? Нужно будет как-то попасть к нему домой и спросить.

После работы в церкви меня ждал Эрик. Всегда. Видимо, чтобы я не могла никуда уйти. Он сопровождал меня до дома. Я не решилась попросить его зайти со мной к отцу Роя. Может в следующий раз.

***

Следующий раз настал очень быстро. Неделя пролетела как один день. И вот после очередной работы в саду преподобного, я вышла и встретилась с Эриком.

Как обычно мы последовали к дому, той же дорогой, как и всегда.

– Эрик, – начала я разговор, – у меня к тебе огромная просьба.

– Я слушаю тебя, – Эрик остановился, внимательно смотря на меня.

– Мне очень надо попасть в дом отца Роя.

– Зачем? – Эрик нахмурился явно недовольный моей просьбой.

– Знаешь, мне бы хотелось узнать все ли у Роя хорошо.

– Прости Элли, – Эрик отвернулся и продолжил идти,– я не могу.

– Но почему? Мы всего-то зайдем на две минутки! – я практически бежала за большими шагами Эрика, который прибавил шаг и практически летел в сторону дома.

– Нет Эл! Мать убьет меня и тебя!

– Но она не узнает! – Эрик резко остановился, отчего я врезалась в его спину.

– Тут у каждого дома глаза и уши Элли! Все в курсе, куда ты ходишь. Даже и не думай идти туда. Мать накажет тебя. – он схватил меня за руку и потащил дальше по дороге.

Я поняла, что он мне не поможет и еще хуже, теперь еще больше будет следить за мной, чтобы я не смогла сделать это. Я готова была быть наказана, но иметь адрес и послать письмо Рою.

Мы дошли до дома и как обычно Эрик запер ворота двора. Я снова в клетке.

***

Всю неделю я придумывала план побега от Эрика. И самое лучшее что пришло в голову это отослать его куда-нибудь. К Орнелио! Боже как я раньше не додумалась.

В воскресенье я страшно нервничала, то и дело перебирая в голове что я ему скажу и как удеру. К концу службы сердце и вовсе билось как бешенное. Сегодня мы начали уборку сада на заднем дворе церкви. Снег ещё лежал кое-где островками, и мы начали с того, что стали сгребать старые листья в кучки. Надо было обрезать сухие ветки у кустов и привести в порядок яблони.

Я старалась держаться подальше от Корна. Я и так жутко нервничала, не хватало мне еще и его. Как только с работой было покончено я кусая губы подошла к Эрику.

– Эрик, – позвала я.

– Всё? Вы закончили с уборкой? – Эрик, оперевшись рукой, тяжело поднялся с лавочки.

– Да. Но сначала зайди к преподобному. Он хотел поговорить с тобой о чем-то. – от переживаний я мяла ткань карманов старого короткого пальто.

– Поговорить со мной? – Эрик нахмуренно посмотрел в сторону входа в церковь.

– С тобой, с тобой. Иди же. Я подожду тебя тут. – Я показательно села на скамью вытянув ноги.

Как только Эрик скрылся из вида я что есть сил рванула вдоль дороги в сторону дома Роя. Я пробежала пару улиц не останавливаясь. Затем запыхавшись остановилась нервно оглядываясь. В боку начало колоть, а дыхание сбивалось.

Убедившись, что за мной никто не идет я решила больше не бежать и перешла на шаг. Наконец добравшись до нужного мне места, я нерешительно постучала в дверь. Потом еще раз и еще. Тишина. Я подергала ручку, но дверь была заперта. Может отец Роя был на заднем дворе? Решив проверить, я обошла дом и вошла во двор. Кругом лежал снег, покрытый некрасивой грязной коркой. И больше ничего и никого. Подойдя к задней двери двора, я снова постучала. Мне так же никто не ответил. Я дернула ручку и на этот раз она подалась.

– Мистер Бредли! – позвала я.– Вы дома?

Тихонько стараясь ни издать ни звука, я прошла в холл. Кругом царил ужасный бардак. Вещи валялись на полу, на столе, на мебели вперемешку с мусором.

– Какой ужас. – прошептала я, стараясь перешагнуть все это.

Набравшись смелости я поднялась на второй этаж и заглянула в спальню. Здесь был такой же хаос, как и внизу. Мистер Бредли лежал на кровати и громко храпел. Пахло спиртным и лекарствами, которые были кучей навалены на столе рядом с кроватью.

– Мистер Бредли! – тихо позвала я, но тот продолжал храпеть.

Я подошла ближе и протянув руку коснулась руки отца Роя.

– Мистер Бредли! – чуть громче позвала я, теребя его руку.

Он немного заворочался и перевернувшись на бок тихо засопел.

Еще десять минут я пыталась разбудить мистера Бредли, но все безуспешно. Видимо он принял снотворное или что-то похожее.

Оставив мужчину дальше спать, я начала шарить по столу в поисках чего-то. Может письмо от Роя или записи его адреса. На столе кроме лекарств и пару пустых бутылок ничего не нашлось. Дальше я исследовала комод, тщательно проверив все ящики. Ничего! Я готова была разрыдаться. Такой был отличный план! А в итоге ничего! Последнее на что я решилась это поискать в карманах мистера, надеюсь он не обидеться. В конце концов я не вор. Мне нужно только узнать где Рой!

Ничего. Уже не стесняясь шуметь я спустилась вниз и вышла из дома. Мне сегодня ужасно попадет. Не хочу домой.

Ноги сами привели меня к дороге, у которой начиналась тропа в лес. К нашему месту с Роем. Когда я уже ступила в снег проваливаясь ботинками в остатки снега и пройдя между деревьев, меня схватили за руку. В испуге я дернулась, решив, что всё-таки Эрик нагнал меня. Ведь наверняка помнил мою недавнюю просьбу.

Но повернув голову я увидела вовсе не Эрика, а злого Корна.

– Далеко собралась Элли? – тихо спросил он.

– Не твоё дело! Ты что следил за мной? – я начала дёргать руку. – Отпусти меня!

– Я задал тебе вопрос!

Я снова сильно дёрнулась, ухватившись другой рукой за дерево. Корн попытался схватить вторую руку, но промахнулся и попал на карман, который оторвавшись оказался у Корна в руке.

От этого я так разозлилась что начала бить Корна второй рукой, тот защищаясь оттолкнул мою руку, которую так крепко сжимал и я, не удержавшись на ногах повалилась в грязь, которая образовалась от наших ботинок.

Я села и не выдержав заплакала. Я смахивала слёзы грязной рукой, которую тоже успела испачкать мокрой землей. Я думала, что Корн даст мне сдачи, но он стоял и смотрел как я рыдаю.

– Пойдем, я провожу тебя домой. – Корн протянул руку чтобы помочь мне встать. Но я отвернулась и встала сама. Отряхнула как могла старое пальто теперь уже с одним карманом и двинулась обратно к дороге. Корн молча шел рядом.

Так мы и шли пока не показался дом мистера Вуда. У него всегда было много бочек с водой на дворе. Корн взял меня за руку и направился к бочкам.

– Умойся, а то Эмма точно убьет тебя.

– Она и так убьет, – пробубнила я, но всё же умылась ледяной водой. Было ужасно холодно, пальцы просто онемели.

– Зачем ты ходила в дом мистера Бредли?! – прозвучал злой вопрос.

– Не твоё дело! – снова огрызнулась я.

– Забудь про него! – зарычал Корн, придвинувшись ко мне вплотную. – Забудь этого придурка! Вы никогда больше не увидитесь! Неужели ты это не поняла?! – продолжал рычать Корн, чем злил меня ещё больше. Я повернулась к нему и посмотрела красными глазами.

– А это мы ещё увидим.

Я видела как Корн борется с бешенством. Сейчас ударит точно. Но я не стала отворачиваться, а смотрела прямо, ожидая удара. Но его не последовало. Корн достал платок и с силой пихнул его мне в руки. Затем с силой пнул бочку и зашагал к забору двора. Я вытерла лицо и пошла за ним.

До нашего дома мы шли молча.

Около дома я видела нервно выхаживающего Эрика. Он побоялся идти домой без меня. Хоть это радовало. Когда он увидел меня с Корном то сильно нахмурил лоб.

– Элли! Как ты могла уйти?! Ты же сказала, что подождёшь меня на лавочке, – тараторил Эрик заминая пальца на руках.

– Мне надо было, прости, – промямлила я, испытывая стыд. Я не хотела обижать Эрика. В этом доме он был единственный кто вроде как помогал мне.

– Он обидел тебя? – Эрик махнул головой в сторону Корна, тот в свою очередь сжал кулаки.

Я поняла, что пора быстренько расходиться, поэтому схватив руку Эрика быстро открыла ворота и утянула его внутрь двора. Корн не сдвинулся с места.

В тот день меня пронесло. Паучиха так и не узнала, что я куда-то убегала.

***

Так прошел месяц, а потом еще и еще. Мы продолжали ходить к преподобному. Вскоре мне даже стали нравится эти дни, так как я не выходила из дома кроме как в этот день. И это был как глоток свежего воздуха. Я шла и впитывала в себя все, что меня окружало. Вот старый дуб на углу улицы, пробил листочки, вот кошка миссис Шейн, побежала к соседу, он часто ее подкармливал. Запах весны витал в воздухе. Я слышала, как поют птицы. Трава кругом стала такой зеленой, может поэтому у меня сегодня такое чудесное настроение. Сегодня я сама написала на листке, который принесла Кристи письмо и решила, что пора еще раз попросить преподобного отослать письмо. В этом- то ведь не должно быть ничего плохого.

После службы я как обычно осталась с Корном. Мы продолжали приводить двор церкви в порядок. Преподобный где-то достал яркую синюю краску, которой я с удовольствием покрасила старые лавочки в саду. Краска жутко воняла, но я улыбалась, видя какие красивые становились лавки.

После работы я подошла к Орнелио и попросила поговорить с ним наедине. Корн ушел домой и наконец мы остались вдвоем.

– Что ты хотела Элеонор?

– Я вот написала письмо. Вы, наверное, знаете где сейчас Рой?

– Примерно, Элли.

– Я хотела бы отправить ему письмо. – я протянула клочок бумаги преподобному.

– Я могу посмотреть? – спросил он хмурясь.

– Конечно. Да. – я понимала, что первое письмо не должно быть личным. Его точно прочитают. Как только я получу ответ, то уже потом сама напишу и отправлю все, что за это время накопилось у меня. А я так много хотела рассказать Рою.

Преподобный развернул бумагу и прочитал написанное.

– Хорошо Элли, я отправлю письмо. Но хочу, чтобы ты знала это всё ни к чему. Лучше тебе забыть этого мальчика и начать новую жизнь. В школе готовы снова принять тебя, если ты обещаешь прилежно себя вести.

Я была так зла на всех них, что возвращаться в школу не было никакого желания.

– Я вижу твоё настроение Элеонор, но пойми, женщине и так тяжело в наше время. Нужно уметь хотя бы правильно читать и писать, а также: знать счет, уметь вести хозяйство.

– Хорошо. Я вернусь в школу. Хотя я уже и так умею писать и читать.

– Элли в твоем письме двадцать ошибок. Про подчерк я вообще молчу.

– Эрик вот не ходит в школу. – вспомнила я.

– Это его дело, Эл. К тому же он мужчина и у него будет своё хозяйство.

– У меня тоже будет своё хозяйство, наверное. – преподобный снисходительно улыбнулся. Я понимала, что он думает совсем по -другому. Думает я такая маленькая и бестолковая. Но я уже все понимаю!

Забрав у меня письмо, он сказал, чтобы я завтра шла в школу.

***

Одевшись более – менее прилично я вышла рано утром в сопровождение Эрика, хотя он в школу не ходил!! Мы дошли до нужного городского здания и Эрик ушел только тогда, когда я вошла внутрь.

– Я буду ждать тебя после уроков здесь. – произнес он, – матушка очень расстроилась, что ты снова можешь ходить в школу. Ты здорово помогала ей по хозяйству.

Я кивнула и вошла в здание. Школа представляла из себя небольшую кирпичную, одноэтажную постройку. Тут было четыре класса и кабинет директора. Учились не все. В основном мальчики. Девочки шли учиться только те, кто оставался без родителей. У таких девочек не было надежды хорошо выйти замуж, у них не было приданного. И таких девушек после школы часто брали учителями или служанками в большие дома в городах. Я бы не отказалась от такой работы. Не понимаю, зачем служанке умение читать и писать.

Я зашла в класс и пройдя в полной тишине села за самый дальний стол.

– Так, дети, внимание! Учиться осталось две недели. Затем мы с вами встретимся только в середине лета. Затем в середине осени.

Школа подстраивалась под хозяйство. Люди весной сажали урожай, а осенью собирали. В самый пик работ школа не работала, так как лишние руки в хозяйстве всегда нужны.

– Элеонор ты много пропустила. Думаю, кто-то должен тебе помочь догнать остальных. Кто готов помочь Элли? – уточнила молодая учительница.

Все молчали. Было так забавно. Я вовсе не огорчилась этому. Во-первых, мне совсем не хотелось ничего догонять, а во-вторых, сидеть с кем-то из этих дураков и слушать их.

– Пусть Корн помогает ей. Он теперь с ней возится, – произнесла Бетти и все засмеялись.

– Хорошая мысль. Вы ведь всё ещё ходите к преподобному Орнелио?

– Да, мисс. – еле выдавила я из себя, готовая растерзать Бетти прямо здесь.

– Вот и отлично. Я поговорю с преподобным.

Урок прошел как в тумане. Я пыталась успеть за всеми, но получалось не очень. Я не могла писать быстро и пропускала целые предложения. Затем был урок истории, на котором я почти уснула, пока мистер Дарх не стукнул по моему столу кулаком, отчего я подскочила как не своя. На математике я вообще потерялась. Наверное, стоит начать именно с математики, так как я вообще ничего не понимала. После, нас всех отпустили. Эрик уже ждал меня недалеко от здания и на смех всех, повел как преступника домой.

– Может, хватит меня водить? – зло произнесла я, все еще слыша смех сзади.

– Мать сказала, чтобы я тебя не оставлял.

– Не понимаю. Ей какое вообще дело?!

– Знаешь, ей сделали выговор из-за того случая с Корном и теперь если ты еще раз выкинешь что-то такое, тебя могут отправить в колонию на работы, а мать лишиться денег, которые выплачивают на твое содержание.

Я так и знала!! Подлая паучиха! Я хожу в рванье, ем одну картошку, а она вон даже зеркало большое имеет. Подлая, подлая!!!

Остаток дня я боролась с желание разбить зеркало в комнате Эммы, для начала. Вообще, я была зла на всех в этот день. На Бетти, на всех кто смеялся, на учительницу, на преподобного. Сегодня я как никогда хотела сбежать, но мне не смочь это с маленькой сестрой, а оставить ее здесь было бы ужасно.

Так в работе прошло лето. Мы оставались с Корном все реже. Работы на земле было очень много и приходилось даже в воскресенье что-то делать. Эмма часто стала брать меня вместе с Эриком в Бридж на ярмарку, где мы торговали курятиной и овощами. Я помогала паучихе старательно, так как выезд в город много мне давал. Как-нибудь я могу так сбежать, или например, отправить письмо Рою.

Рой. С тех пор как я отдала письмо преподобному, прошла целая вечность. Никакого ответа я так и не дождалась. Я не унывала, мало ли что могло случиться. В конце концов письмо могло затеряться.

Спустя еще месяц я начала потихоньку терять уверенность в ответе. Уж из отправленных десяти писем должно было хоть одно дойти до адресата. А именно столько я отдала преподобному и каждый раз он читал мои письма. Я не могла рассказать все что хотела, откладывая это на будущее.

ГЛАВА 4

С тех пор как уехал Рой прошло два года. Лето в этом году стояло знойное. Эмма старалась не выходить из-за плохого самочувствия. Вообще по такой жаре все чувствовали себя не очень. Конечно приходилось с удвоенной силой поливать все посадки и сушить траву на зиму для скотины. Поэтому мы не могла отсиживаться дома и постоянно находились на улице. В это лето я так загорела что моя кожа стала очень темной. Впрочем, и все мальчишки Ширс недалеко от меня ушли. Я работала с ними бок о бок. Младший, конечно, большую часть отлынивал и сбегал на реку, а вот мы с Эриком выполняли большую часть работы.

Этим летом мне пришлось самой перешивать свои старые платья, так как я начала меняться. Моя грудь заметно увеличилась, впрочем, как и зад. Меня это ничуть не радовало. Эрик то и дело засматривался, на что я жутко злилась. Я не могла уже как раньше не надевать белье под платье, а учитывая жуткую жару мне это совсем не нравилось! Я постоянно потела, вытираясь грязным фартуком. Так же и на речку как раньше я не могла сбегать, может лишь очень ранним утром. Но я и так не высыпалась так что вместо речки я как могла споласкивала себя в холодном сарае. Да его отапливали и согревали воду чтобы помяться, но это было лишь в субботний день, так сказать, вымыться перед походом в церковь. В остальные дни дети бегали на реку, а взрослые справлялись как могли.

Ещё появилась проблема в виде женских дней. Слава Богу, я понимала, что это такое. Представить страшно чтобы я подумала в тот момент, когда потекла первая кровь. В тот день я подробно объяснила всё Кристи. Та делала серьезный вид и кивала.

Пойти к паучихе мне не давала гордость, поэтому как только дом уснул я взобралась на чердак и пошарив в старых сундуках нашла более менее старое тряпьё, которое и использовала. Это были жуткие дни. Жара, пот и кровь. Я стала чаще плакать сидя на чердаке. Звать маму и ругать ее за то, что она так рано бросила меня. Затем слезы высыхали я успокаивалась и продолжала жить.

Рою тоже доставалось в моих мыслях. Он тоже меня бросил! Мне было грустно и больно.

***

В наступивший субботний день Эмма позвала нас всех к себе. Она все так же еще болела, но заказ на курятину лежал тяжелым грузом на ней. Она указала что ехать в Бридж придется нам.

Я обрадовалась такой возможности. Хоть немного передохнуть от работы было прекрасной новостью. Эрик тут же ушел грузить телегу. Курятину оказывается он приготовил еще с вечера. Мы сели в телегу и поехали в город.

Всю дорогу я ловила момент и откликнувшись, лежала жмурясь от палящего солнца. Эрик тоже молчал, управляя старым ослом.

Благополучно добравшись до рынка Эрик выгрузил пряные травы и ранние овощи, так же вытащил укрытую курятину. Я помогла привязать осла и села рядом на какой-то ящик. Торговля шла ужасно, даже здесь в городе люди не спешили выходить в такую жару. Человек, который заказал мясо уже забрал его, и мы скучали под тенью дерева.

– Эрик, – обратилась я к сонному парню, – отпусти меня к фонтану, умоляю! Так жарко сил нет! Я хоть умоюсь и принесу нам воды попить.

– Ну не знаю, – засомневался он.

– Ну пожалуйста! – взмолилась я и даже сжала его руку, на что он сдался и кивнул.

Улыбка тут же растянулась на моем лице. Я не стала ждать ни секунды вскочив с ящика и пошла вдоль рынка на выход. Все торговцы были как вареная рыба. Но я шла, улыбаясь маленькой свободе.

Скоро рынок закончился и обойдя вонючую кучу гнилых овощей я вышла на чистую дорогу. Ноги в ботинках ужасно спарились и я, не выдержав сняла их и пошла босиком благоговейно выдыхая. Какое же удовольствие! Ещё чуть и я бы сошла с ума от того, как жарко ногам! И неважно что на дороге мелкие камушки и пыль. Какое же удовольствие идти вот так голыми ногами. Да дорога была тоже горячая, но всё же лучше чем в ботинках. К тому же я старалась идти в тени.

Фонтан на главной площади был сплошь окружен детьми. Те плескались в нем как в реке, брызгая друг на друга. Ну вот, теперь чтобы добраться до воды придется толкаться.

Протиснувшись через всех, я добралась до прохладной воды. Опустила на плитку ноги и затем еще и руки. Кто-то плеснул в мою сторону и окатил меня целиком водой. Я от неожиданности ахнула и готова была разделаться с сорванцом, но не смогла. Здесь все плескались и брызгались!

Платье вымокло вместе с фартуком. Ничего, по такой жаре все высохнет через пару минут. Я помотала головой в поисках источника для питья.

– Если ты ищешь воду, то она на соседней улице, – произнесла белокурая девочка в одних штанишках.

– Спасибо, – улыбнулась я ей и выжав платье прихватила в руки ботинки и старый бидон для воды.

Пройдя улицу, я свернула на соседнюю, где и увидела небольшую толпу людей к источнику. Я встала последней ожидая своей очереди.

Рядом было большое кирпичное здание с решетками. Мне было скучно, и я стала изучать его. Вот ворота открылись и небольшой строй выбритых ребят вышли на площадку перед зданием и построились. Частый забор мешал рассмотреть мальчишек. Но я не отрывала от них взгляд.

Тут они все развернулись лицом к забору и мой взгляд упал на одного из парней. Я встала как вкопанная. Неужели мне не мерещиться? Может от жары у меня появились галлюцинации? Парень будто почувствовал взгляд и поднял голову уставившись прямо мне в глаза.

Я бросила бидон и побежала к железному забору. Рой, а это был несомненно он, тоже рванул к забору. Мы протянули руки друг к другу и крепко схватились на моей стороне.

– Элли! – прошептал Рой расплываясь в улыбке.

– Рой! Где ты был? Что ты ту делаешь? Как ты? – вопросы сыпались из меня как из мешка, проведенного мышью.

Рой лишь смеялся, не успевая вставить слово.

Тут мы услышали громкий голос мужчины, он вышел в форме и громко попросил всех построиться.

– Мне пора! – тихо произнес Рой.

– Но как же так?

Я хотела еще много чего сказать, но к Рою подошло двое парней постарше и, взяв за руки, силой отвели в строй, не забыв при этом огреть дубинкой.

Я уже готова была выкрикнуть, но испугалась что ему достанется ещё больше. Слезы текли по щекам.

– Напиши мне! – крикнула я, смотря как строй уводят за здание. Ответом мне был нестройный шаг мальчишек и пыль, долетевшая до меня. Я покашляла и пошла обратно к источнику. Некоторые странно смотрели на меня, другие казалось и не заметили плачущую девочку, которая недавно кричала через железный забор.

Я смахнула слезы и сжала бидон. Набрав воды, я шла неспеша успокаиваясь. Не хватало чтобы Эрик заметил, что что-то случилось. Все же несмотря ни на что я увидела его. С Роем все в порядке. Сквозь грусть я улыбнулась. Он совсем не изменился. Такой же худой мальчишка. Я снова улыбнулась. Как жалко, что мы не успели поговорить. Я не спросила про письма. Интересно, куда их увели.

Добравшись до Эрика, я увидела что тот уже собрался, готовый ехать домой.

– Больше не будет сегодня торговли. Мы едем домой. – я лишь кивнула.

***

В воскресенье с самого утра небо заволокло и в наш городок пришла долгожданная гроза. Лило так, что на дорогах образовались огромные лужи.

Весь день мы почти ничего не делали. Я читала Кристи старую потрепанную книжку которую нашла в амбаре. Мысли мои то и дело убегали к Рою.

Возможно, стоит спросить у преподобного адрес и самой отправить письмо, но я не хотела этих разговоров. Про то что уже пора перестать писать. Про то что неужели у меня до сих пор нет адреса Роя и почему.

Кристи под мое монотонное тяжелое чтение уснула, чему я была ужасно рада. Читалось мне до сих пор сложновато и утомительно. Отложив книгу, я прилегла рядом с сестрой и тоже заснула.

ГЛАВА 5

Сегодня мне исполнилось шестнадцать. Эти шесть лет я не переставала думать о Рое. И только сегодня я поняла, что с меня хватит. Я устала!

Школу я так и не закончила. Корн не смог со мной заниматься и вообще казалось все взрослые ненавидят меня и не дают детям возможности общаться со мной. Я была одинока. Только Эрик и Кристи разговаривали со мной и иногда Корн. Преподобный давно освободил нас от обязанностей, но иногда мы по привычке оставались и помогали ему. Он стал совсем стар и порой не справлялся с хозяйством.

Я решила действовать по старому плану. Еще два года и я подам прошение на опеку над сестрой. Тогда мы сможем уехать. А если судьба даст нам такой шанс, то мы обязательно встретимся с Роем. Обязательно.

Утром Эрик меня поздравил. Краснея, он преподнес мне маленький сверток. Мне было приятно. Он единственный кто помнил о моем дне рождении и каждый год он поздравлял меня, принося мне что-нибудь. В этот раз это был сюрприз. Эрик стал еще больше и шире. Эмма, казалось, не замечала этого, откармливая его как единственного сына. Возможно, это оттого, что он был старшим и как бы помогал ей вместо мужа, который пропал без вести на работах в горах, еще когда Джош только родился.

Поблагодарив, я взяла сверсток и развернув его ахнула от удивления. Там лежал рисунок. Это был портрет, мой портрет.

– Это ты нарисовал? – удивилась я.

– Да. Иногда рисую, когда мать не видит. Она говорит, что это не мужское дело.

– Да она просто ничего не понимает!! Это просто чудесно!! Я и не знала о твоих уменьях. – Эрик ещё больше покраснел, выходя задом за дверь.

– Вы там готовы??! – долетел до нас крик Эммы.

– Уже идем мам! – крикнул Эрик и поспешил спуститься.

Я повернулась к Кристи и показала ей рисунок.

– Правда здорово?

– Ну просто чудо! – воскликнула, смеясь, Кристи, – он от тебя без ума, – засмеялась она.

– Не говори глупости. – я взяла портрет и засунула его в свою любимую книгу на полке.

– Он постоянно рядом, неужели ты не видишь?!! Это так забавно. Джош говорит, что настанет день и он сделает тебе предложение.

– Что за глупости опять!

– Глупости, глупости. – передразнила меня Кристи, – Джош слышал, как паучиха говорила с городничим. О тебе. И плакалась, не желая, чтобы Эрик сделал тебе предложение.

От таких слов мне стало плохо. Неужели правда? Я очень благодарна Эрику за все эти годы, что он поддерживал меня, но не больше. И обижать его совсем не хотелось. Но что я в самом деле. Он не успеет ничего мне сделать. Как только мне стукнет восемнадцать, я уеду.

– Ладно, идём, – мы надели свои выходные туфли и начали спускаться. Кристи так выросла! У нее были белокурые прелестные кудри. Она стала просто красоткой! Я не переставала любоваться ей. Мои волосы стали темнее и были похожи на грязь, не то, что у сестры. По привычке я остановилась около комнаты Эммы и приоткрыв взглянула в зеркало. Я стала выше, мои формы округлились, я стала девушкой. Немного большой зад, как говорила паучиха, но ничего страшного. Непонятно откуда, я работала целыми днями и ела немного. Я уже не была той худышкой со впалыми глазами, большей частью благодаря Эрику. Вот он сильно раздобрел на маминых харчах, нужно есть поменьше. Все что приносит Эрик, буду отдавать Кристи, а то стану еще такой же как он.

После службы, Орнелио дал нам задание переписать пару очень старых книг. Сказал, что это список живущих, когда-то здесь людей. Он молиться за них, но книги сильно потрепались и просто разрывались на глазах.

Мне было стыдно, но я плохо писала. Читала немного лучше, а вот писать было очень тяжело. Корн косился в мою сторону то и дело слегка улыбаясь, чем вводил меня в стыд еще больше. Мы сидели за тем самым большим столом, в комнате преподобного, практически касаясь друг друга локтями.

– Что смотришь? – почти прошипела я Корну, так как он просто нагло пялился, сам при этом ничего не переписывая.

– Ты дикарка, – спокойно произнес он.

– Сам такой, – бросила я.

– Я образованный человек, в отличие от тебя. Тебя вообще, даже из школы исключили.

– Хотелось бы напомнить, что это по твой милости произошло.

– Как хорошо во всём винить кого-то.

– Я не желаю с тобой разговаривать, – я, как только могла, отвернулась от него, загородив свои кривые буквы. Корн стал совсем мужчиной. Девчонки сходили по нему с ума. Бросали во время службы записки. Я сидела всегда сзади, со смехом наблюдая за этими дурочками.

– Может тебе стоит больше упражняться в написании? Наверное, одной книги тебе будет мало. Думаю, что надо переписать и мою.

– Размечтался! – выплюнула я, посмотрев на часы. Мы всегда сидели до трех часов дня. С облегчением я выдохнула, оставалось пять минут. Еще пять минут и я уйду наконец отсюда.

– Можешь не смотреть на время. Сегодня Орнелио уехал в Бридж за новыми книгами для прихожан и оставил мне ключи. Теперь мне решать, когда ты сможешь пойти домой.

– Чтобы переписать эту книгу у меня уйдет целый день! – воскликнула я.

– И что? Вот перепишешь и пойдешь.

– И не надейся. Еще час и ты откроешь мне дверь.

– А если не открою? – его карие глаза нагло на меня смотрели. Пухловатые губы растянулись в улыбке.

Если он думает, что я, как одна из его воздыхаемых дурочек, буду с обожанием смотреть на его улыбку, то он очень ошибается.

– А если не откроешь, то.. – я думала какую бы гадость сказать ему.

– То что?! – вытянулся он на стуле, смеясь.

Наглец. Я не собираюсь тут сидеть целый день! В свой день рождения!! Я хотела пойти в булочную и купить себе в подарок ароматную булочку. Прийти домой и выпить в своей комнате чая с этой самой булочкой. И чтобы никто мне не мешал.

Я надула губы и принялась писать. Этот дурак ведь и вправду не выпустит меня отсюда. Корн засмеялся еще сильнее, чем вызвал у меня просто бурю эмоций. Хотелось врезать ему, что есть сил. Из-за его смеха и моей злости, я ошиблась в имени и теперь пыталась исправить ошибку. Корн продолжал смеяться.

Не выдержав, я схватила чернильницу и выплеснула чернила прямо в лицо этому козлу. Корн вскочил на ноги, и начал судорожно отряхиваться. Теперь пришел мой черед смеяться. Я понимала, что потом мне придется все отмывать и возможно мы испачкали и пол преподобного, но сейчас я впервые за долгое время смеялась.

Корн так разозлился, что перестал отряхиваться, вмиг оказавшись около меня. Я не успела ничего понять, как получила пощечину. Щека тут же загорелась. Я схватилась за нее, вскакивая и пятясь к дверям.

– Зря ты испытываешь мое терпение Элли. – прорычал Корн.

Мне стало страшно. Я вдруг почувствовала себя той маленькой девочкой, которой была недавно. Я старалась не подавать вида, что безумно его боюсь.

– Не подходи ко мне! – крикнула я, – Ты первый начал.

– Как ты скидываешь вину на других Элли! Впрочем, как всегда.

Я пятилась пока не почувствовала спиной дверную ручку. Затем, я хотела проскочить мимо, но Корн поймал меня, прижав со всей силы к двери.

– Ты стала такая красивая Элеонор. – выдохнул он мне на ухо. Я так боялась, что слова застряли в моем горле, – Давно смотрю на тебя.

– Пусти, – прохрипела я.

– Мучаешь меня столько лет, – продолжал он.

Я внимательно посмотрела в его лицо. Его взгляд был преисполнен злости. Его характер знали многие. Он никому не давал спуску. Я дура забылась. Привыкла к нему, позабыв какой он на самом деле. Всплыли картинки из прошлого. Рой.

Я хотела не плакать, но глаза сами начали это, не спросив меня. Увидев мои слезы, Корн еще больше разозлился, еще сильнее прижимая меня своим телом. Он был намного выше меня и теперь нависал надо мной как страшная гроза.

Затем он прижался своими губами к моим. В панике мое сердце забилось еще сильнее, хотя до этого казалось быстрее уже не куда. Сначала жесткий поцелуй сминал мои губы, но после его руки опустились на мою талию, а губы ослабили хватку, нежно целуя каждый участок моих. Голова пошла кругом. Я не знала, что делать. Оттолкнуть? Так он меня убьет от злости. Я боялась пошевелиться. Еще никто никогда не целовал меня. Новые ощущения сбивали с мысли. Его губы медленно и аккуратно ласкали мои. Вдруг он резко от меня отпрянул и оттолкнув вышел за дверь.

Оказывается, он просто шутил, говоря, что у него ключи. Дверь все это время была открыта! Я была в таком смятении, что простояла у дверей минут двадцать. Прейдя в себя, я потерла все еще саднящую щеку и вышла за дверь.

Внизу как обычно меня ждал Эрик. Проклятье!! Его мне еще не хватало!!

Так что же это произошло сейчас? Корн меня поцеловал!! Это был мой первый поцелуй в жизни. Вот уж нарочно не придумаешь!! Сначала бьет, потом целует. Что за сумасшествие!!

Я прошла мимо Эрика и пошла в сторону дома.

– Элли!!! Что с лицом?! Он тебя ударил?!!– взревел Эрик.

– Не твоё дело! – рявкнула я, потом опомнившись, остановилась и повернулась к Эрику.

– Правда, не стоит тебе влезать в это. Мы все отлично знаем Корна. Мне не нужны неприятности. И так хватает, – я снова развернулась, кутаясь в шаль. Сегодня было ветрено, несмотря на теплый весенний день.

– Я накажу его Элли. – бросил Эрик.

– Не смей!! Одного раза в моей жизни достаточно!! Я сама с ним разберусь. Понятно тебе??!

Эрик больше не сказал ни слова. В тишине мы дошли до дома, и я поспешила подняться к себе.

Вспомнив свое желание о чае с ароматной булочкой, я подняла подушку и взяла мешочек, куда я складывала вырученную мелочь. Иногда я помогала нашей соседке молочнице. У нее был маленький ребенок и порой ей было тяжело справляться, я помогала ей и мне щедро давали мелочь на хлеб. Я старалась не тратить деньги, откладывая их на нашу поездку из города.

Но сегодня мой день рождение, и я могу позволить себе булочку. Я раскрыла мешок и поняла, что денег стало меньше. Высыпав все содержимое, я поняла, что осталось совсем мало. Тут едва хватит на билеты, не говоря о том, что придется где- то ночевать и что-то есть.

– Кристи!! Чёрт бы её побрал!!! – я собрала всю мелочь назад в мешок и завязала тесёмки.

Эмоции полностью покинули меня. Я легла на жесткую кровать, всмотревшись в потолок. Неважно куда она их потратила. Деньги теперь не вернуть. Глупая, глупая Кристи!! Как я устала!! Устала думать, планировать. Ждать, терпеть.

От всего произошедшего я вымоталась и уснула. Проснулась от криков Эммы. Я резко раскрыла глаза и поняла, что уже вечер.

Господи, я ведь ничего не убрала у преподобного. Он уже плохо видит и, возможно, не заметит сразу. Надо спешить. Я вскочила и быстро спустилась вниз, не забыв взглянуть в зеркало. Ну и видок. Глаза припухшие, щека еще розоватая, но уже не такая как вначале. Надеюсь, хоть синяка не останется.

– Как ты мог!! Джош, беги за доктором, – долетело до меня из кухни, и я поспешила туда.

– Господи, Эрик! – выдохнула я. Нос ушел в сторону, щека разбита. Нижняя губа так же разбита и кровоточит. Так же на нем была разорвана рубашка и видно было ссадины и там. – У тебя сломан нос. Что случилось? – я попыталась подойти, но Эмма оттолкнула меня.

– Это всё ты!! Негодяйка!! Подлая девка! От тебя одни неприятности! Убирайся из моего дома вместе со своей сестрой!!

– Мама, она ни в чем не виновата, – попытался защитить меня Эрик.

И я поняла, что он все- таки ходил к Корну. Я же говорила ему!!

– Прости. – одними губами произнес Эрик.

Я выскочила из дома, схватив свою старую шаль. До церкви я почти бежала, рыдая все время. Что за день такой!!

Дверь была открыта, и я вбежала в комнату преподобного. Он сидел за столом, перебирая какие-то бумаги. Увидев меня, он сначала улыбнулся, но затем, разглядев мой вид, нахмурился.

– Что случилось Элли?!– встревожено произнес Орнелио.

Я не стала ничего утаивать и все рассказала преподобному. Он хмурился весь мой рассказ.

– Мне нужно к нему, – закончив, произнесла я.

– Корн? Он здесь в подвале. Я вернулся совсем недавно. Экипаж задержали. Он прибирался здесь, а потом пошел навести порядок в подвале.

Я оглядела комнату. Действительно, он убрал все следы от чернил и вообще. Странно все это.

– Не нужно тебе ходить к нему. Я этого боялся больше всего.

– Чего?

– Что Корн полюбит тебя. Он тяжелый человек Элли. Но пойми, в этом нет целиком его вины. Его отец очень жесток. Ты много не знаешь.

– Ничего не хочу знать!! Вы говорите глупости! Какая любовь? Мужчинам нужно только одно!!

– Не все такие Эл. Он вправду любит, но боюсь, ты не сможешь принять его любовь.

– Конечно, не смогла бы, даже если бы она и была!! Я его ненавижу!! Вы бы видели, что он сделал бедняге Эрику, а ведь тот и кошки не обидит.

– Мы не знаем всего.

– Не хочу. Простите!! Слишком долго я терпела его! – я выбежала за дверь и спустилась в подвал, держа наготове молоток. Я еще в прошлый раз заприметила его в кладовке. С таким орудием не так страшно.

Корн первым увидел меня. От моего вида он опешил и выронил мешок. Я в ужасе замахнулась и замерла, бешено глядя на него.

– Пришла меня убить? – тихо произнес он.

– Да!! И пусть будет, что будет! За что ты так с Эриком?! Он же такой добрый!

– Добрый!? – прорычал Корн, – этот добрый ворвался в мой дом без предупреждения и выстрелил из дробовика. Уж не знаю, откуда он его взял, – только сейчас я обратила внимание на перевязанное плечо Корна.

В ужасе я опустила молоток.

– Он ранил тебя? – от эмоций руки сотрясала мелкая дрожь.

– Ничего страшного Эл. Небольшая царапина. За такое я должен был его убить или хотя бы сдать в полицию. Как видишь, я пожалел его и всего лишь предупредил, чтобы он больше не делал таких глупостей.

Я откинула молоток и села прямо на земляной пол. Что теперь делать? Нужно куда- то уходить. Эмма не простит. Не позволит жить в ее доме. Не поймет и не поверит.

Корн подошел ближе и сел рядом.

– Что случилось?

– Эмма выгнала нас из дома.

– Подлая тварь! – выругался Корн и приобнял меня за плечи. Затем слегка дернул, прижав к себе обнимая. Я не сопротивлялась. На сегодня меня покинули все силы. Я была раздавлена. Корн гладил меня по голове. Я не понимала его. Его характер был настолько переменчивым, что я не успевала понимать происходящее. То бьет, то целует, то злиться, то обнимает. Меня давно никто не обнимал. Я почувствовала себя неловко. Но было приятно, даже несмотря на то, что это Корн. Видимо сказалось сегодняшнее напряжение, но я сидела, не шелохнувшись, наслаждаясь его теплом. Мы пришли в себя, когда услышали шаркающие шаги преподобного. Корн аккуратно встал и одним рывком поднял меня. Затем он положил мешок на полку и повернулся к Орнелио, который показался в проеме.

– У вас всё хорошо? – взволнованно произнес он.

– Всё в порядке, отче, – Орнелио кивнул и начал подниматься наружу.

Корн взял меня за руку и так же стал подниматься, крепко удерживая мою ладонь. Дальше, попрощавшись с преподобным, он, не разжимая руки, повел меня в сторону моего дома. Чем ближе мы подходили, тем сильнее билось в ужасе мое сердце.

Резким ударом он открыл дверь в дом. Эмма, которая находилась в кухне, дернулась. Я видела, как она испугалась, увидев Корна в доме. Мне было даже приятно. Но я не понимала, что делает Корн.

– Где твоя комната? – уточнил он.

– На чердаке, – тихо произнесла я.

Все так же не отпуская меня, он поднялся на второй этаж и вошел в нашу с сестрой коморку. И как он угадал, какая дверь?

Кристи дернулась при виде нас и покраснела. Вот уж не думала, что моя сестра является одной из этих дурочек, которые, с обожанием смотрят вслед Корну.

Только здесь он отпустил мою руку.

– Чемодан! – рыкнул он сестре. Та засуетилась и достала старую порванную дорожную сумку. Корн открыл платяной шкаф и резкими движениями стал кидать нашу одежду в сумку. Я поняла его действия и начала так же складывать книги и другие свои мелочи. Кристи с ужасом наблюдала за нашими слаженными действиями.

– Что происходит?

– Мы уходим! – кинула я.

– Но почему? Что случилось?

– Нас выгоняют.

– Я не хочу уходить! – заныла Кристи, – Я привыкла здесь.

– Не будь дурой!! Ты слышишь, что я тебе говорю?!! Эмма выгоняет нас.

– Но куда мы пойдем? – продолжала ныть сестра.

– Неважно. Всё лучше, чем оставаться здесь! В конце концов, я давно об этом мечтала.

Тут я увидела пакет из швейного магазина и подойдя вырвала его из рук сестры. Раскрыв его, я поняла, куда ушли мои деньги. Она купила себе новое белье и чулки. Что ж ничего не поделаешь, я не могла ее упрекать. Мне и самой часто хотелось купить себе новое белье, но я все же больше хотела уехать отсюда, чем она. Поэтому я день за днем во всем себе отказывала.

– Прости, – прошептала плачущая сестра, – Оно такое красивое, я не смогла удержаться.

– Ладно. Прекрати ныть и собери оставшееся.

Корн, хмурясь наблюдал за мной и Кристи, держа набитый саквояж.

Мы выходили под взглядами всех домочадцев. Даже Эрик одним не опухшим глазом печально смотрел, как мы уходим.

Дальше Корн шел вдоль улиц, а мы, молча, шли за ним. Он явно что-то задумал, и я не решалась спросить.

– Куда мы идем? – не выдержала Кристи.

– Сейчас увидите. – бросил Корн.

Мы прошли центр нашего маленького городка и Корн свернул на улицу, где был дом городничего.

Я резко остановилась.

– Мы не пойдем к тебе!

– Ты все не так поняла Элли, впрочем, как обычно.

Действительно, Корн свернул в другой двор, который был по соседству от его дома. Здесь жил наш почтальон, насколько я знаю.

– Сейчас Миссис Эванс приболела, и они сдают комнату. Вам как раз подойдет.

– Стой! – я схватила его за руку, – Но у нас совсем нет денег.

– Ничего. Я помогу, потом отдашь.

Я не знала, что делать. Быть должником Корну совсем не хотелось. Но куда идти? Меня не любили здесь. Кто мне еще предложит жилье? Преподобный только, но он и сам ютился в коморке. Я вздохнула и последовала за Корном в дом.

Нас встретил мистер Эванс, который не стал возражать и проводил нас в покои. Это была светлая и большая по сравнению с прошлым нашим жильем комната. Кристи перестала дуться и пробежала, заняв кровать у шкафа. Я прошла к окну и села на вторую кровать.

Корн вышел и вернулся через пару минут.

– Я договорился с мистером Эвансом. Деньги ему уплачены за полгода.

– Но..

– Не возражай хотя бы сейчас Элли.

– Откуда у тебя столько денег? – спросила Кристи.

– Заработал Кристи. Не думаешь же ты, что я их украл? – улыбнулся он ей своей знаменитой улыбкой. Сестра вмиг покраснела по-дурацки улыбаясь в ответ.

– А где ты работаешь?

– Кристи! – упрекнула я, слишком разговорчивую сестру.

– Никакой тут тайны нет. Все знают, что я открыл новую компанию по производству тканей. Разве вы не слышали? Шерсть нынче очень цениться. А хорошая шерсть и подавно.

– Здорово! – воскликнула она, продолжая улыбаться.

– Располагайтесь. Увидимся завтра Элли. – он вышел, тихо закрыв за собой дверь.

– Ничего себе!! – провозгласила Кристи. – Корн такой благородный!! Такой, такой..

– Перестань!! Корн на самом деле очень жестокий человек.

– Конечно!! Это все твои детские воспоминания. Он вырос уже, пора забыть тот случай.

– Тебя там не было!!– крикнула я и опомнившись что мы в другом доме продолжила шепотом, – ты не представляешь какого мне было тогда!!

– Прости. – замешкалась сестра, видя, как я зла. Еще пару лет, и она совсем выбьется из рук. Моя вина. Я слишком ее любила и баловала.

Мы разобрали вещи. Затем мистер Эванс пригласил нас к ужину. Мы поели и потом, я помогла все убрать и помыть. Старик был даже рад, что теперь есть женщина в доме. Ему было тяжело одному. Его жена в прошлом году сломала ногу и теперь постоянно хандрила и не могла выполнять все те вещи, которые делала раньше.

После, Кристи легла спать, а я все никак не могла уснуть. Открыв немного окно, я села на кровати и стала смотреть в черное небо.

Я слышала, как тихо сопит сестра и была рада, что мы ушли от Эммы. Тут так спокойно и тихо.

Вдруг окно сильнее приоткрылось. В ужасе я резко встала, прикрываясь одеялом.

– Не спишь? – тихо проговорил знакомый голос.

– Что ты тут делаешь? – прошипела я.

– Хотел подарить тебе кое- что. Выйдешь? Я жду тебя, – сказал Корн, не дожидаясь моего ответа, и отошел от окна.

Я никуда не пойду!! Что он хочет? Я боюсь его. Порой он кажется милым, но я-то знаю, каким страшным он может быть.

– Давай Эл, не дай мне замерзнуть, – донесло снова из окна.

Он не даст мне покоя, пока я не выйду. В конце концов, я на дворе мистера Эванса. Я быстро оделась и тихонько вышла на улицу. Было ужасно темно. Ближайший фонарь был только на другой стороне улицы. Странно. У нас на окраине и то фонарей было больше.

– Попалась! – прошептал Корн, хватая меня. Я еле сдержалась, чтобы не крикнуть.

– С ума сошел!! Ты напугал меня!!

– Прости, не хотел, – он взял меня за талию и прижал к себе.

Я положила руки ему на грудь стараясь отодвинуться.

– Отпусти меня Корн! – я впервые назвала его по имени. Так странно было это делать.

Он так же удивился и отпустил меня. Я тут же отодвинулась, увеличивая между нами пространство.

– Что ты тут делаешь?

– У меня для тебя подарок.

– С чего бы? – недоверчиво посмотрела я на него.

– У тебя же сегодня день рождение.

– Откуда ты знаешь?

– Я все про тебя знаю Элли. – звучит угрожающе.

Он протянул мне небольшой бумажный пакет.

– Давай, возьми его. – я взяла пакет и раскрыла его. Мне в нос сразу проник чудесный запах ванили с корицей. От этого я на миг закрыла глаза, вдыхая этот невероятный аромат.

– Будешь нюхать или все же съешь? – улыбка Корна блеснула белизной в темноте. Я раскрыла пакет и вытащила ту самую булочку, о которой мечтала почти год.

– Ты же этого хотела? – своим знанием он пугал меня.

– Ты следишь за мной?

– Кажется, только слепой не заметил бы, как ты каждое воскресенье проходишь мимо булочной, томно смотря на витрину.

– Спасибо, – прошептала я растерянно.

Он взял меня за руку и проводя до скамьи надавил на плечо сажая. Затем сам сел рядом.

– Я не уйду, пока ты не съешь ее. Знаю я тебя. Пойдешь сейчас и отдашь ее Кристи.

– Нет, – вожделенно прошептала я, – она моя, – Корн тихонько рассмеялся.

– Тогда ешь её скорей.

Я не стала возражать. Сегодня был очень тяжёлый день, и я в конце концов заслужила эту булочку. Корн, молча наблюдал, как я ем, мыча от удовольствия.

Доев булочку, я молча сидела в раздумьях.

– Ты всё ещё ненавидишь меня? – тихо спросил Корн.

Что я могла сказать? Щека ещё помнила его затрещину. В животе было приятно от его заботы и съеденной булочки. Что я могла сказать?

– Нет, – и это была правда. Я сама только в этот миг поняла, что простила его.

– Где твоя мама? – неожиданно спросила я. Ведь никто точно не знал о Корне ничего. А спрашивать никто не решался.

– Моя мать умерла, когда мне было три года.

– Я и не знала. Мне жаль.

– Ничего. Я не помню ее.

Затем возникла тишина. Мне столько хотелось спросить у него, но я боялась. Боялась нарушить ту тонкую грань спокойствия между нами.

– Хочешь спросить, что случилось? – засмеялся он, – Я же вижу!

– Ну..

– Я не знаю точно. – в секунду он стал серьёзным, и улыбка сбежала с его лица, – Многие я знаю, поговаривают, что мой отец причастен к этому. Возможно, это и так. Ее нашли застреленной ружьем неподалеку от города, в лесу.

Я ужаснулась таким новостям. Об этом никто не знал. Я первая кому стало известно хоть что-то об этой семье.

– Отец был жутко ревнивым. Это я точно знаю. Он до сих пор не хочет слышать о матери. Ни осталось ничего от нее. Даже платка. Ни портрета. Ничего. Он все сжег.

Я сглотнула. Какой ужас.

– Мой отец очень жесткий человек, как ты знаешь.

– Да, я слышала.

– Пора спать Элли. Ты и так узнала больше, чем надо, – я резко поднялась, чувствуя, что пора уходить и как можно быстрее.

– Не так быстро Эл. А как же поблагодарить за булочку? – он держал меня за руку, не думая отпускать.

– Я уже сказала спасибо, – пролепетала я. Сердце снова убыстряло бег. Я боялась его. Он был как огромный лев. Вроде такой мягкий и тихий, но в любую секунду разорвет на мелкие части. И никогда нельзя понять в какой момент он готов к прыжку.

– Но мне этого мало Эл, – он потянул меня к себе, и я упала к нему на колени. Он прижал меня к себе одной рукой, а второй подвинул мою голову приближая к своей. Я как загипнотизированная змеей, боялась пошевелиться, поддаваясь его влиянию. Он медленно наклонил мою голову и поцеловал. Нежно водя языком по моей верхней губе. Я дрогнула, не понимая, что со мной происходит. Мне нравились эти новые ощущения. Затем он приник сильнее, и поцелуй перешел в более глубокий. Моя ошибка была в том, что я ответила. Я зачем-то прижалась к нему. Ловя то тепло и нежность, которой мне так не хватало все эти годы. Как мне казалось, мои попытки ответить на поцелуй были неловкими, но парень на коленях которого я сидела от моих жалких попыток почему-то хрипел и прижимал сильнее. Почему я это делаю? Зачем целую его? Я будто прибывала в разладе с собой. Корн продолжал жадно меня целовать. Затем оторвавшись с тяжелым дыханием, он прохрипел:

– Беги спать Элли и быстрее, пока не стало слишком поздно, – я быстро встала и рванула в дом.

После этого я еще долго не могла уснуть. Все лежала и чувствовала его губы на своих. Это было как сумасшествие. Я отвечала ему как какая-то девка в кабаке о которых рассказывает в своих проповедях преподобный Орнелио. И главное с кем? С Корном Дэйли!! Моим обидчиком с самого детства. Господи, я так запуталась!!

Когда уже стало светлеть, я наконец уснула.

С этого дня каждое воскресенье меня ждал бумажный пакет на окне с ароматной булочкой. Я знала, кто их приносит, но делала вид, что не понимаю. Кристи смеялась и приказывала делиться.

Я устроилась в помощники в швейный магазин. Миссис Кларк нужна была помощница по отшиву одежды, потому как прежняя вышла замуж и уехала в другой город. Мне пришлось учиться, иногда оставаться до утра и сшивать мешки, тренируясь в ровной строчке. Мне нравилась эта работа. Все эти чудесные платья, которые здесь шились, вдохновляли меня. Я о таких и мечтать не могла. Некоторые вещи даже уезжали в Бридж. Там был маленький магазин родственника миссис Кларк.

Корна с того вечера я видела только по воскресеньям в церкви, но после службы он с отцом сразу уходил. Преподобный несколько раз еще просил помощи, и я оставалась, но уже одна. Как стало мне известно, Корн ездил в Бридж, где открывал новую фабрику. Он расширялся и богател. Девицы в магазине шептались и приобретали красивые платья, на случай встречи с ним. Я не знала их, они были богатыми и учились дома с учителями. Теперь, когда им исполнилось восемнадцать они стали выходить в город, прогуливаясь по улицам.

Как- то раз, я услышала, как две девушки говорили о том, что у Корна есть дама сердца и даже поговаривают, что он хочет сделать ей предложение. Вот это поворот. Целует, значит меня, а предложение другой. Вообще, о чем я думаю?! Мне он точно не нужен! Я еще молода и через пару лет уеду. Замуж я вообще не собираюсь, никогда!

Это даже хорошо, что у него есть такая дама. А то его внимание немного напрягало меня. Знаю, что некоторые выходят замуж и в пятнадцать, но это под опекой родителей. Моя опека закончилась. После того как Эмма выгнала нас я уговорила преподобного взять опеку над нами. Он отдавал мне деньги, которые начисляли, и я частями отдавала их Корну. Он не хотел брать и совал мне их обратно в пакете вместе с булочками. Но я не хотела быть ему должна. Я складывала деньги, пряча их от Кристи. Как только придет день, я отдам ему всю сумму.

ГЛАВА 6

Вот и настал этот день. Сегодня мне исполняется восемнадцать. Просто не могу поверить! Я так долго этого ждала! Сегодня я отпрошусь у миссис Кларк пораньше и пойду к нотариусу.

Я умылась, приготовила завтрак, помогла миссис Эванс накрыть на стол. Мы дружно позавтракали, только Кристи не было. Она все еще спала, хотя вчера легла раньше меня. Я так устала на работе, накануне пришлось задержаться. Поступил новый заказ, на пять дамских пальто и нужно было остаться дошить часть из них. Поэтому вернувшись, я даже не ужинала, а сразу свалилась в кровать, тут же заснув. Кристи уже спала в тот момент. Не понимаю.

– Ты поздно вчера вернулась? Много работы? – уточнила миссис Эванс.

– Да, новый заказ, – выдохнула я. Ощущала себя ужасно уставшей и не выспавшейся.

– Кларк должна прибавить тебе оплату! Ты работаешь как станок! – упрекнула Эванс.

– Вы же знаете, она никогда не пойдет на это.

– Но, все же видят, как она расширилась и ты делаешь огромную часть работы! – вступился на этот раз старый почтальон.

– Ладно, не будем об этом. Мне пора уходить, – я встала из- за стола и уже хотела уйти, как старый мистер Эванс остановил меня.

– Погоди детка. Присядь на минутку, – я снова села на стул, внимательно посмотрев на него.

– Мы хотели кое-что подарить тебе.

– Мне? – я так растерялась, что не знала что сказать. За последнее время эти старички стали мне настоящей семьей.

– Да, вот держи, – мистер Эванс протянул мне конверт.

От умиления у меня навернулись слезы.

– Давай, открой его уже! – улыбнулась миссис Эванс.

Я осторожно надорвала конверт и вытащила два билета в оперу в Бридже. Мои глаза сами собой округлились, и я услышала смех моих старичков.

Я обняла сначала миссис Эванс, а затем и мистера Эванс.

– Благодарю вас!! Но вам не стоило!! Правда! – я сжимала конверт двумя руками, прижав его к груди.

– Ты никогда не выезжала детка. Пора уже. Там два билета. Ты можешь взять с собой Кристи или еще кого, – хитро улыбнулся мистер Эванс, – Я сам отвезу тебя в театр и затем назад, будет уже поздно и девушке не подобает ездить одной.

– У меня просто нет слов!!! Но мистер Эванс не будет ли вам это в тягость?

– Ну что ты детка, я сделаю это с радостью. У меня все-равно дела в городе.

Глядя на меня, они засмеялись, а я стояла и плакала. Никогда в жизни я не была в театре, да и вообще в Бридже я была только на рынке. А тут такое!!!

– Беги. А то опоздаешь на работу, – напомнил мне мистер Эванс.

Я ещё раз обняла их и, поцеловав, выбежала на улицу.

Сегодня был такой солнечный день!! Будто не весна, а лето пришло сразу после зимних холодов. Я накинула лишь легкую накидку и бежала, уже представляя себя в театре.

Добежав до магазинчика миссис Кларк, я открыла дверь. Колокольчик на дверях тут же зазвонил, сообщая что кто-то пришел. Миссис Кларк вышла из подсобки и странно посмотрела на меня.

– Добре утро!! – возбуждённо воскликнула я.

– Доброе. – недоверчиво ответила мне женщина, – Что случилось с тобой Эл? Выиграла большой слиток золота?

– Почти! – радостно сообщила я, глупо улыбаясь.

– Некогда болтать! Сегодня придет мисс Грегори, и она хочет получить свое новое платье.

Я вмиг погрустнела. Платье. Мне же нечего надеть в театр. Хотя я так рада была там оказаться, что готова была пойти и в старом потертом платье.

– Хорошо миссис Кларк. Я хотела отпроситься сегодня у вас пораньше, – вспомнила я о нотариусе. Театр просто выкинул мои планы из головы.

– Доделай платье и можешь идти. Знаю, у тебя сегодня день рождение. Отпущу тебя.

– О, спасибо миссис Кларк!! – это была хорошая новость, потому как с платьем я покончу уже через пару часов. Поэтому у меня будет время не только на нотариуса, но и на прогулку в булочную.

***

Покончив с платьем, я уже порхала в сторону нотариальной конторы. Но тут мне преградил путь Эрик. Вот кого-кого, а его встретить я совсем не ожидала.

– Здравствуй, Элли, – тихо поздоровался он. Мы не виделись с ним с тех пор, как я ушла от Эммы.

– Здравствуй, Эрик, – я очень хотела уйти и уже придумывала что бы такого сказать, чтобы поскорее сбежать. Меня спас Корн. Сегодня был просто день встреч!! Его я видела последний раз полгода назад в церкви. Потом он уехал в Бридж, где погрузился в работу.

Он тихо подошел сзади и приобнял меня за талию. Сначала я отшатнулась, не зная кто это, но поняв, что это Корн, вернулась в тоже положение, исключительно чтобы избавиться от Эрика. Мне было очень жаль его, но сегодня я совсем не хотела его видеть.

– Ты что-то хотел? – обратился Корн к Эрику.

– Элли, – Эрик делал вид что не замечает Корна рядом со мной, – Я хотел поздравить тебя с днем рождения. Вот, – Эрик протянул мне большой пакет перевязанный ярко красной лентой.

Я не могла ему отказать.

– Спасибо, Эрик, – поблагодарила я его.

– Извини, Эрик, но нам пора! – рыкнул Корн и потянув меня за талию увел от Эрика, который так и остался стоять на месте, грустно глядя нам вслед.

– Хватит его жалеть!! Он же псих! – гаркнул Корн заводя меня за поворот.

Я тут же убрала его руку со своей талии.

– Тебя послушать так все кругом психи, – упрекнула я, думая о Эрике.

– Так и есть, милая, – улыбнулся Корн.

Милая? Я ему не милая!

– Какими судьбами в нашем захолустье? – я остановилась и внимательно смотрела на прекрасного мужчину, которым стал Корн. Я ждала ответа.

– Сегодня день твоего рождения. Я специально приехал чтобы провести этот день с тобой.

– Спасибо что спросил у меня, – съехидничала я.

– Не понимаю, чего ты злишься Эл.

– Извини, мне некогда, – я продолжила путь в сторону нотариуса.

– Куда-й то ты так быстро шагаешь Эл? – Корн не отставал и шел рядом со мной.

– У меня дела Корн, – я старалась идти как можно быстрее.

Корн больше ничего не спрашивал и просто шел рядом. Свернув на очередную улицу, мы дошли до нотариальной конторы. Я открыла дверь и вошла. Корн последовал за мной. Я коснулась рукой его груди останавливая.

– Куда ты идешь?

– Я провожу тебя.

– Мне не нужны сопровождающие и у меня личное дело к нотариусу, – я начала злиться на настойчивость Корна.

– Хорошо, не злись, – Корн улыбнулся и сел на маленький диванчик в холле, – Я подожду тебя здесь.

Я сделала глубокий вздох. От него мне так просто не избавиться. А ведь день так хорошо начинался!!

Я подошла к помощнице нотариуса и уточнила у нее о визите. Нотариус ждал меня.

Я вошла в кабинет и закрыла за собой дверь.

– Присаживайтесь мисс Кинс.

Я прошла к большому дубовому столу и села на кресло, стоявшее рядом с ним.

– Я вас слушаю, – сказал старый нотариус, глядя на меня из-под очков.

– Мистер Ходанс, как вы знаете я и моя сестра находились под опекой миссис Эммы Ширс, а затем преподобного Орнелио.

– Да, конечно.

– Так вот. Сегодня мне исполнилось восемнадцать, и я уже ухожу из-под опеки.

– Совершенно верно, мисс Кинс.

– Понимаете, мистер Ходанс, я хотела бы взять опеку над своей сестрой Кристи.

– Боюсь это не совсем возможно.

– Почему?

– Вы должны предоставить бумагу о доходах за год.

– Хорошо. Я работаю уже два года, в салоне миссис Кларк. У меня есть доход.

– Конечно, но детка, там нужна определенная сумма в год, иначе ничего не получиться.

Я вдруг представила доход Эммы. Ведь та вообще нигде не работала.

– Скажите мистер Ходанс, а Эмма Ширс тоже предоставляла такие бумаги?

– Конечно. Правила общие для всех.

– А какая сумма там должна быть?

– Сейчас, – мистер Ходанс встал и прошел к огромному шкафу с документами.

– Понимаешь Элеонор, по достижении двадцатиоднолетия человек вправе брать опеку над ребенком, а вот восемнадцать, это немного другое дело. Тут сумма немного другая. Сейчас, – он порылся в шкафу и найдя нужную папку достал её. Пройдя ко мне, он открыл и ткнул пальцем в указанную сумму.

Меня овеяло холодом. Сумма была большая. Моя заработная палата покрывала лишь половину суммы. Проклятая Эмма!! Она вообще не работала, продажи на рынке, думаю, никак не должны фиксироваться. Видимо городничий ей помог. Проклятье!!! Все мои планы летели к черту! Проклятая паучиха! В прочем сейчас она ни при чем. Просто снова препятствие в моей жизни. Этот город никак не отпустит меня.

– Не огорчайся девочка. Думаю, ты в скором времени сможешь заработать нужную сумму или просто дорасти до двадцати одного.

Дорасти?!!! Я так ждала эти восемь лет!! Я уже представляла себя в другом городе!! И снова ждать?!!!

Я была поражена в самое сердце, в самую душу.

Поблагодарив нотариуса, я вышла в холл. Корн сидел с чашкой кофе в руках и курил сигару. С каких пор он курит? Впрочем, мне все равно.

Увидев меня, он поставил чашку и загасил сигару. Затем встал и открыл мне дверь на улицу. Я вышла, пребывая мыслями очень далеко.

– Элли что случилось? Расскажешь мне, зачем ты ходила к нотариусу? – Корн шел рядом, а я все молчала. Я не хотела ничего ему рассказывать. Я вообще сейчас не хотела ни с кем говорить.

– Извини, я плохо себя чувствую, – сообщила я Корну, – я пойду домой.

– Конечно, я провожу тебя.

Весь путь мы прошли молча. Лишь когда я открывала дверь во двор, Корн остановил меня, накрыв мою ладонь своей.

– Элли, – мягко произнес он, – Я приду вечером. У меня для тебя сюрприз.

– Давай в следующий раз Корн, – устало произнесла я.

– Элли, день рождение у тебя сегодня, и я уже договорился.

Я потерла глаза. Мне хотелось исчезнуть от всех подальше и навсегда.

Мне честно никуда не хотелось, и видеть сейчас никого не хотелось.

– Корн, ну правда…

– Никаких отказов Эл, я зайду ровно в семь, – и он ушел. Я не успела и слова сказать.

Господи, какой же он упрямый!!!

***

Ровно в семь Корн появился в холле дома Эвансов. Я вышла ему на встречу. В руках Корна была огромная коробка, которую он мне радостно улыбаясь вручил.

– Это тебе мой первый подарок. Иди открой.

Я с недоверием открыла коробку прямо в холле, на глазах у всех. И обомлела. Это было прекрасное платье. Тонкие порхающие ткани так и просились в руки, чтобы утонуть в их мягкости. Но такой подарок был слишком личным и дорогим.

– Я не могу принять его, – тихо прошептала я, прощаясь с данным великолепием. Такое платье у нас не купишь. Нужно ехать минимум в Бридж и там уже заказывать. И как он интересно размеры мои сообщил?

– Ты хочешь, чтобы я выкинул его теперь? – нахмурился Корн.

– Я могу принять его! – воскликнула разрумянившаяся Кристи. Я хмуро посмотрела на неё, взглядом, показывая, чтобы она замолчала и не лезла в разговор.

Корн на ее восклицание рассмеялся.

– Элли, – Корн подошел ближе ко мне, ласково смотря прямо в глаза, – это платье шилось специально для тебя. Ты сильно меня обидишь, если откажешься от него. Пожалуйста, прими этот подарок.

Я оторвалась от платья и оглянулась. Старики Эванс с вниманием наблюдали за действием, как и моя сестра. Конечно, сейчас не место для выяснений отношений и вообще.

– Хорошо, давай обсудим это позже.

– Конечно, но ты должна его надеть, – улыбнулся Корн.

– Но..

– Мы идем в очень приличное место. Я, конечно, не против твоей одежды, даже если её там совсем не будет, – последнее он прошептал мне практически на ухо.

От таких слов меня буквально кинуло в жар. Наверное, и видок сейчас еще тот. Смущаясь, я опустила голову стараясь не показать красные щеки.

– Думаю, тебе будет неудобно в своем старом платье. Не хочу тебя обидеть, оно чудесно. На тебе всё сидит чудесно, – ворковал он оплетая меня комплиментами, – но ты же понимаешь.

Как ловко он всё провернул! И меня не обидел и поднажал, чтобы самому не выглядеть в моей компании неприлично.

– Иди детка, погуляй. В самом деле, ты заслуживаешь побывать в лучших местах, – добавила в копилку Корна старушка Эванс.

Я наблюдала за завистливым взглядом Кристи и чтобы больше не нервировать её, удалилась, чтобы уже надеть это проклятое, прекрасное платье и сходить в «лучшее» место.

Платье было настолько великолепным, что я никак не решалась надевать его. Такое стоит очень много, это я знала наверняка. И ткань. У миссис Кларк таких не было. Слишком дорого для нашего городка.

Услышав, как входит Кристи я поспешила надеть платье. Сестра молча помогла мне, затянув корсет сзади. Затем она расправила ткань по всюду и отошла внимательно присматриваясь.

– Как у королевы, – выдохнула она.

– Знаешь, мне такая роскошь ни к чему! Я бы отдала его тебе, но ты ещё не доросла.

– Как ты можешь так говорить!! Все девушки мечтают о красивых платьях и драгоценностях, которых у нас никогда не было. Корн может дать тебе всё это. Не понимаю, почему ты так относишься к нему?!

– Как? – я вопросительно посмотрела на сестру хмурясь при этом.

– Ты постоянно ругаешься! Это тебе не то и это не это! Такое платье тебе принёс, и ты снова недовольна!

– Ты многого не понимаешь!

– Конечно! Куда мне!! Я же маленькая, да?! – Кристи надула губы и выбежала, хлопнув дверью.

Не понимаю, что с ней происходит последнее время? Нужно как-нибудь съездить на могилу родителей и поговорить с ней обо всем. Может она раскроется и расскажет, что происходит с ней.

Посмотрев напоследок в маленькое зеркальце, я вышла в холл. Эвансы ахнули, а Корн замер, впившись в меня взглядом. Я не могла видеть себя целиком и не знала точно, как выгляжу в этом платье. Но судя по взглядам весьма достойно. Ещё бы, в таком-то платье!! Любая выглядела бы достойно!

– Ты великолепна! – отлип наконец Корн, протягивая мне руку.

Мы вместе вышли из дома и за воротами я увидела карету. Карету!! В нашем городе никто не ездил на них, по крайней мере, в нашем районе. Да, есть отдаленные участки городка, где стоят дома богатеев, но я там никогда не была и собственно карет не видела. В Бридже их много, но чтобы здесь, у нас!!

– Карета? – я старалась говорить ровно.

– Приобрел недавно. Знаешь, надоело ездить почтовыми до Бриджа. Теперь у меня там постоянные дела и бывать там приходиться часто.

Он провел меня до экипажа и открыв дверцу, помог шагнуть внутрь.

Внутри пахло новой обивкой и клеем. Надо же, новенькая. Такая прилично стоит, видимо, дела у Корна идут в горы. Ещё и извозчик.

– Трогай! – Корн стукнул рукой в крышу повозки, и мы тут же тронулись.

Сидения были обиты мягкой тканью и были весьма удобны. Не то, что в почтовых!! Там все уже старое и затертое и сидения уже не такие мягкие. Ехать было комфортно. Корн всю дорогу молча наблюдал за мной, вызывая смущение.

Мы ехали достаточно долго. Видно, в другой конец города. Ну да, там же богатенькие живут и заведения там видимо «лучшие».

Вскоре повозка остановилась. Корн вышел первым и открыл дверцу мне. Затем крепко сжав мою ладонь, помог мне выйти. Далее не отпуская моей руки, повел меня к дверям заведения. Я с жадностью рассматривала всё вокруг. Здесь, казалось, и улицы чище. Света больше и вообще так всё красиво. Столько всяких красивых магазинов, салонов и ресторанов.

– Элли, осторожно, – поймал меня Корн, когда я запнулась, отвлекаясь на окружающее.

Мужчина в красивом костюме открыл нам дверь ресторана, и мы вошли. Интерьер внутри был словно во дворце. Бархатная мебель темно-бордового цвета, большие сверкающие люстры. Множество столиков, но людей было мало.

– Пожалуйста, сюда, мистер Дейли, – проворковала ярко накрашенная дама. – Ваш стол уже накрыт.

Мы двинулись за этой слишком надушенной женщиной, она что, целый флакон на себя вылила? Пройдя весь зал, мы оказались в небольшом коридоре, в котором было несколько дверей. Открыв одну из них, она пропустила нас внутрь. Это были отдельные комнаты!! Прилично ли это? Идти с мужчиной, который не является тебе ни женихом, ни мужем, в отдельные комнаты? Комнатка была небольшая. Здесь помещался лишь стол и удобный диван, который по кругу обвивал стол. Рядом со столом стоял молодой человек готовый прислуживать нам. Я себя очень неуютно чувствовала.

Корн был очень галантным. Он проводил меня к столу, помогая сесть. Дальше он кивнул нашему прислужнику и тот вмиг исчез.

– Приятного вечера! – дама улыбнулась во весь рот и так же вышла за дверь.

Несколько секунд мы молчали. Я совсем растерялась. Настроение было испорчено еще днем, поэтому я тихо сидела и мечтала, чтобы это всё быстрее закончилось.

Дверь снова открылась и вошел тот самый молодой человек, держа закрытые блестящими крышками блюда. Он поставил каждому по одному и изящным движением открыл. В нос сразу пахнуло чудесным запахом чего-то мясного.

– Это жаркое, – пояснил Корн. – Я взял смелость и заказал все блюда заранее. Чтобы не отнимать время чудесного вечера с тобой.

Я попыталась мило улыбнуться в ответ. Так постарался человек, всё продумал, заказал. Только вот что-то мне совсем не лестно. Какое-то потерянное состояние, будто я нахожусь не на своем месте.

Прислужник всё вносил и вносил новые блюда, расставляя их перед нами.

– Я столько не съем, – тихо произнесла я. Корн засмеялся и взяв вилку, принялся за еду.

– Не знаю как ты, а я вот очень голоден. Сегодня я лишь завтракал. Очень много дел.

Я так же взяла вилку и принялась за жаркое.

Корн отослал молодого человека и сам налил мне рубиновое вино в бокал.

Аппетит совсем пропал. Мне хотелось сейчас быть дома. Еще и Кристи обиделась. Нужно с ней поговорить, она уже действительно взрослая.

– Так что ты делала сегодня у нотариуса? – Корн отпил из бокала темно красного напитка.

– Это уже неважно, – тихо проговорила я и тоже сделал глоток. Вино оказалось терпким и слегка сладковатым. Я впервые пробовала его.

– Хорошо. Потом расскажешь, когда захочешь.

Какой добрый, надо же.

Я снова подумала о Кристи. Как бы уехать отсюда?

– Элли! – видимо Корн звал меня уже не один раз, – где ты летаешь? О чем думаешь? – Улыбнулась он своей фирменной улыбкой.

– Неважно, – снова повторила я.

– Да, ты права. Сегодня все неважно, кроме твоего дня рождения. Все-таки восемнадцать, это очень значимый возраст. Теперь ты можешь почти во всем решать сама.

Вот именно что почти.

– Давай выпьем за тебя. Желаю тебе всегда радовать нас своей улыбкой. Она так редко появляется на твоем прекрасном личике, – я постаралась улыбнуться.

Мы стукнулись бокалами, отчего они произвели дивный звук и выпили. Ужин проходил как в тумане. Я все никак не могла выкинуть события сегодняшнего дня из головы. Корн все чего- то говорил, то и дело окликивая меня и возвращая из раздумий.

– Я устала Корн, проводи меня домой, – попросила я спустя пару часов.

– Как пожелает моя именинница. Сегодня я исполняю все твои желания, – он встал и вышел, вернувшись через пару минут.

– Я рассчитался, и мы можем идти.

– Отлично, – я встала, оперевшись на протянутую руку Корна, и мы вышли из ресторана. Думаю, он ожидал немного другого ужина. Не просто так он взял нам отдельную комнату.

Мы молча прошли к экипажу. Дорога домой показалась мне бесконечной. Корн продолжал развлекать меня разговорами, хотя мне бы хотелось помолчать.

Наконец наш транспорт остановился и Корн вышел первым. Затем он открыл дверцу мне и помог выйти.

Дальше мне очень не понравилось, что Корн отпустил экипаж сославшись что прогуляется домой пешком. А я-то уже мечтала отделаться от него. Сегодня был очень сложный день.

– Посидим? – Корн махнул на скамью во дворе дома почтальона.

– Корн, – начала я.

Но он меня будто не слышал и взяв за руку потащил к скамье.

– Посмотри, какой чудесный вечер сегодня, – он сел на скамью и слегка дернув меня посадил рядом с собой.

Я посмотрела на безоблачное ночное небо. Действительно хороший вечер. Тихий и теплый. Не то что в моей душе.

ГЛАВА 7

Рой стоял возле окна и всматривался в красивый весенний закат.

– Рой? – женский голос прервал мысли молодого человека.

Рой обернулся и увидел бабушку. Он улыбнулся ей делая вид, что все в порядке.

– Ты снова грустишь. Что случилось, милый? – она подошла ближе и приобняла за талию. Бабушка доходила Рою только до груди. За эти года он очень сильно вытянулся и пребывание в колониях прибавило ему больше мышц. Он любил своих бабушку и дедушку, которых ему повезло приобрести пару лет назад. А они в свою очередь искренне любили его и заботились о нем.

– Сегодня у нее день рождение.

– Напиши ей, – Рой сделал глубокий вдох.

– Зачем? Я столько раз это делал. Не понимаю, почему она не ответила ни на одно из них.

– Ты не можешь знать наверняка, – успокаивала старая женщина своего любимого и единственного внука.

– Возможно. Но я устал.

– Может тебе стоит посетить старый городок? – Рой не поверил своим ушам. Его бабушка и дедушка раньше были просто категорично против такого и вдруг сейчас он слышит это.

– Да, ты не ослышался милый, – засмеялась бабушка, – Хочу, чтобы наследник великой фамилии МакКинзи был счастлив. Однажды я уже видела такую тоску в глазах и это плохо закончилось.

Рой приобнял бабушку, успокаивая теперь её.

– Нет, это плохая идея. Не думаю, что мне стоит возвращаться туда.

– Может с ней что-то случилось? Уехала, например, или её взяли в другую семью.

– Нет, вряд ли Эмма отказалась бы от неё.

– Твой дед сегодня хочет взять тебя с собой в контору. Он готовит новые документы для покупки земли на юге города, ты, наверное, слышал. Так вот там будет новый квартал для рабочих. Стройка намечается в начале лета. Ты должен поучаствовать и проверить бумаги.

– Да, конечно, ба. Я всё проверю, – за последний год Рой многому научился, работая вместе с дедом. У его бабушки и дедушки было большое состояние, много земли и недвижимости. Дед отстраивал множество зданий. Причем некоторые из них были в других городах. Так же он знал, что в центральном банке лежит приличная сумма золотом. Вот уж не думал он, что его мать так богата. Никто не хотел рассказывать ему подробности побега матери, просто сказали, что мужчину, которого она нашла не подходил их семье. Тогда еще была жива бабушка матери, та ни за что не хотела оставлять приданое такой упрямой девчонке, связавшейся с проходимцем, у которого не было крыши над головой. Но мать Роя оказалась очень стойкой и сбежала с отцом в далекий маленький городок.

Эти года здорово потрепали Роя. Сначала его отправили в исправительную школу для мальчиков в Бридже. Там он не ужился с хулиганьем, несправедливостью и ложью. Частые драки и в итоге новая школа, новые правила и новые люди. Снова драки и непонимание. Последним стала исправительная школа в большом городе Карнау. Эта школа была под надзором полиции. Так как Рой сменил уже три исправительные школы, то его репутация была не из лучших. Ему повезло только в том, что он встретил старого полицейского, который увидел в мальчике себя. Он помогал Рою, наставляя его на путь истинный. Советовал, как себя вести. Где сдержаться, а где и доказать свою правоту. Рой стал много заниматься физической подготовкой. Впрочем, эта школа этим и отличалась. Здесь готовились солдаты на случай подавления митингов в народе. Каждодневные тренировке на поле дали Рою отличную фигуру и закаленный характер. Он вытянулся и порой сам поражался каким высоким стал. Старый полицейский даже дал ему прозвище скала.

По окончании школы на его имя уже готовили бумаги. Старик договорился о переводе Роя в одно из отделений Карнау, на службу в полицию, как вдруг на пороге школы появился старый человек, назвавшийся родственником Роя. Это оказался его дед. Тут все и пошло. Бумаги были переданы деду, который сморщился от слова полицейский.

– Мой внук никогда не будет делать эту грязную работу, – сказал он тогда.

По началу Рой с осторожностью относился к новым родственникам, но затем все больше оттаивал под натиском стариков, которые его искренне полюбили. Рой был единственный наследник всей фамилии и ему предстояло понять и взять на себя все дела деда. Было очень сложно. Все эти кипы бумаг, переговоры, хитрые банкиры. Всему приходилось учиться с нуля. Но за прошедший год он практически все изучил и вошел в курс дел.

Только одно мучало его душу – Элли. С каждой школы он писал ей кучу писем и ни одного ответа. Он не понимал причин этому. Да, ему тоже приходило в голову, что Элли могли так же, как и его увезти из города. В последней школе он попросил старого полицейского узнать, живет ли такая девушка в данном городе. Он не спал почти два дня нервничая и ожидая ответа. Когда полицейский сообщил ему о том, что да, такая проживает в данном городе, то Рой решил, что больше не будет ее беспокоить. К тому же он не знал, как изменилась Элли. Возможно, она стала совсем другой и уже не помнит того жалкого грязного мальчишку, которого он представлял в то время.

Шум в холле отвлек Роя от раздумий и воспоминаний. Дед вернулся из конторы. Он слышал, как тот бурчит на служанку жалуясь на всех и вся.

– Сынок, пойдем ужинать, – ласково позвала бабушка.

Рой улыбнулся и оторвавшись от окна последовал за старой женщиной в сторону столовой, где уже накрыли на стол ожидая лишь старого мистера МакКинзи.

* * *

– Корн, не надо.. – От черного неба меня отвлекли руки сидящего рядом мужчины. Он притянул меня к себе зарывшись лицом в мои волосы.

– Элли. Зачем ты так со мной? – шептал он мне прямо на ухо.

Я чувствовала его хриплый шепот. Мне это не нравилось. Мне хотелось уйти.

– Корн, – чуть жёстче произнесла я.

Корн отлип от меня и сев ровно, стал очень серьезный.

– Выходи за меня! – быстро выговорил он.

– Что?

Сердце забилось быстрее. Мне послышалось или Корн Дейли сделал мне предложение?!

Он суетливо полез в карман жилета и вытащил оттуда маленькую бархатную коробочку.

– Всё должно было быть по-другому. Но с тобой, Элли, всегда все непредсказуемо, – он раскрыл коробочку и мне в глаза сверкнуло великолепное золотое кольцо с переливающимся камнем. Явно дорогим. Я опешила, не зная что делать в такой момент.

–Прости, но я..

– Ничего не говори! – Корн прислонил ладонь к моему рту, не давая мне договорить, – Не сейчас. Подумай хорошенько. Какая жизнь тебя ждет. Я помогу тебе и твоей сестре выбраться из нищеты. Ты заживешь как королева.

Но я не хотела, как королева!! Не с ним! И вообще ни с кем!! Господи!!

Мысли летели как самый быстрый ветер. Я встала, собираясь покончить с сегодняшним вечером.

– Уже поздно, – промямлила я тихо сглотнув. Непонятный ком в горле не давал нормально говорить.

Корн встал следом и резко притянул меня, вжимая в крепкий торс и всё ещё держа коробочку в руке.

Сейчас я не хотела думать о том, что мне сказал Корн. Хотелось убежать далеко, далеко. Чтобы никого не видеть и не слышать!!

Но я была здесь. Возле дома мистера Эванса и Корн всё также прижимал меня к себе. Я хотела его оттолкнуть, но он прижался горячими губами ко моим нежно лаская. Его язык проник ко мне и найдя мой стал обводить его играя. Его дыхание участилось, а руки сжали меня ещё сильнее. Не выдержав, я все же оттолкнула его.

– Корн, не надо, – он часто дышал и нервно смотрел на меня.

– Всё равно ты будешь моей, Элли Кинс, – практически прошипел он в мое ухо и резко отпустил.

Затем как-то печально улыбнувшись, бросил коробку в траву недалеко от меня и, повернувшись, ушел.

Я стояла и смотрела ему в след, пока темный силуэт не слился с темнотой соседних домов. Я плакала. Сама не понимаю от чего. Мне было страшно и неприятно. Глаза Корна были такими злыми, когда он уходил. Несмотря на его отношение ко мне я никогда не забудусь. Я знаю какой он человек. И от этого становилось страшно. Учитывая влияние его отца и увеличение богатства, я понимала, что с такими людьми лучше не сталкиваться.

На трясущихся ногах я подошла к месту, где примерно упала коробочка и начала шарить руками в поисках кольца. Найдя желаемое, я сунула бархатную вещицу в сумочку, затянув тесемки.

Нужно очень срочно думать, как оформить опеку над сестрой и убираться из города, пока Корн Дейли не придумал как осуществить задуманное, если ещё не поздно.

Прошуршав ногами по молодой траве, я вошла в дом. Тихонько, чтобы никто не заметил пробралась в комнату и раздевшись легла в кровать. Сестры не было, но я не придала этому значение. Если бы я тогда знала, чем закончиться это все.

***

– Элли, деточка, вы готовы? – Мистер Эванс коротко постучал в нашу дверь.

– Да, мистер Эванс, – я открыла дверь стараясь улыбаться. Старики так старались, делая мне подарок, что я не могла их огорчить. Предвкушение зрелища театра уже не вселяло в меня столько радости как в начале. С того злополучного дня, когда Корн сделал мне предложение прошла неделя. Больше он не появлялся. Мистер Эванс сказал, что его видели в Бридже, якобы дела позвали его в большой город и насколько непонятно. Я была рада этой передышке. Хорошо если бы дела его там задержали на год, а то и больше. В театр я взяла с собой сестру. Она была такая счастливая. Одевалась и прихорашивалась полдня. Наконец настало время выхода.

Как доехали до города не обратила внимание. Мысли не давали покоя. Мистер Эванс очень старался и развлекал нас всю поездку. Я с трудом улавливала его слова. Мысли о том, как лучше сделать, где найти жилье как взять сестру с собой бежали как резвые кони в моей голове. Возможно, Кристи может оставаться под опекой преподобного Орнелио, это же не помешает нам уехать и жить в другом месте. Может он одобрит такой вариант. Я решила на следующий же день поговорить с преподобным. А там мисс Кларк можно попросить о работе в магазине её брата. В конце концов теперь я умела шить и могла устроиться в любое другое место. Это успокоило меня, и я смогла хоть немного расслабиться.

Карета прибыла в центр города. Театр был как раз в сердце Бриджа. Мы вышли и направились вдоль ярко освещенной улицы. Мистер Эванс что-то показывал и говорил, Кристи внимательно слушала и улыбаясь. А я, я будто наблюдала это всё со стороны. Будто под слоем воды, до меня долетали приглушенные звуки. Тело само собой двигалось, идя со всеми. Мне казалось я здесь лишняя, не должно быть меня здесь.

– Элли, дорогая, с тобой все в порядке? – я увидела встревоженный взгляд старика, – тебе нехорошо? Укачало?

– Всё в порядке, мистер Эванс, – постаралась я выдавить улыбку. Немного укачало, но теперь всё хорошо.

Было неприятно врать старику, но правда его бы ещё больше огорчила.

Мы дошли до театра и почтальон, приобняв по-отцовски расстался с нами обещая встретить после спектакля.

Войдя в величественно здание, мы прошли и сняв плащи сдали их в специально отведенном месте. Кристи всё ахала. Её глаза сверкали, и сама она будто одна из актрис играла свою роль.

Пройдя в зал, мы нашли места и сели.

– Мы рано, Элли. Пойдем побродим! Там столько молодых обеспеченных людей!! Ты видела?! – Кристи была очень возбуждена.

– У меня нет желания, Кристи.

– Вот всегда ты так!! – она наигранно надула немного подмазанные блеском губки, – Как хочешь, но позволь хотя бы мне прогуляться!

– Хорошо. Иди прогуляйся, – Мне ужасно хотелось остаться одной.

Кристи счастливо улыбнулась и поднявшись, прошла вдоль ряда. Затем выскочила в проход раскрывая веер. Вот же кокетка.

Я сидела, смотря в никуда. Взгляд расплылся в красных занавесях сцены. Где-то проходили люди, шум голосов, все это было как в тумане.

– Здравствуй Элли, – от тихого голоса рядом со мной я вздрогнула и быстро повернула голову в сторону звука.

Корн, сидящий рядом, радостно улыбался. Откуда он здесь?!!

– Не ожидала?

– Честно говоря нет, – призналась я хмурясь.

– Я знал, что ты будешь здесь сегодня. Я даже смог купить билет рядом с вами.

Какой кошмар!! Господи, дай мне сил и терпения!! Как вообще такое могло случиться?!

– Говорят, опера нынче хороша. Не мог отказаться от такого, ещё и с тобой.

Я не хотела слушать его. Хотела убежать, закрыть руками лицо и уши, скрыться!

Сердце гулко билось в груди. Где же Кристи? Неужели и спектакль мне теперь не посмотреть нормально?! Всё испорчено! Захотелось поплакать, но я удержала злость и обиду в себе и, проглотив комок, сжала губы.

***

– Рой, – голос деда отвлек молодого человека от грустных мыслей, – Сегодня с документами покончено. Ты молодец! – похвалил мистер Мак Кинзи, – Наш новый компаньон приглашает нас в театр. Сегодня самый нашумевший спектакль.

– Можно я не пойду? – Рой был уставший и тащиться в театр ему вовсе не хотелось.

– Запомни. Нельзя обижать партнеров, которые с тобой в деле, Рой. Человек старался приобрел билеты, это дань уважения.

– Хорошо, дай мне полчаса.

Надев один из лучший костюмов, которые пошили на него, Рой вышел из большого здания городского дома его деда и сел в карету, в которой уже сидел старик и ждал его. Они сразу тронулись.

Дорога до театра не заняла много времени. Спустя несколько минут Рой поднимался по длинной каменной лестнице. Их места были на первом ярусе балконов, поднявшись и пройдя в закрытое небольшое место в пять кресел он сел и стал осматривать театр. Дед все время разговаривал с новым партнером и Рою было скучно. Взяв бинокль, он стал осматривать людей что сидели в партере.

Он не заметил, сразу скользя по фигурам, рука даже прошла мимо, но тут, дрогнув, вернулась к девушке, что сидела и разговаривала с каким-то молодым человеком.

Элли!!! Девушка была взрослой и уже лишь немного напоминала ту девочку, с которой он расстался давным-давно и все-таки это была она!!! Его Элли!!!! Он узнал бы её из тысячи!! Сердце отбивало в голове и дыхание участилось. Всё вокруг будто замерло. Была лишь она. Такая взрослая, такая красивая. Как такое вообще возможно. В театре в Бридже!!

Но кто этот молодой человек, сидящий рядом? До Роя не сразу дошло, что тот протянув руку немного притянул девушку к себе как что-то собственное. Будто являлся её мужем или женихом. В сердце Роя похолодело. Неужели так и есть? Хотя чему он удивлялся. Элли взрослая девушка и вполне могла даже успеть выйти замуж. Почему-то эта мысль так расстроила его, что захотелось выбежать из театра и бежать, не останавливаясь пока сердце не откажет. Или всё не вылетит из головы, образ Элли, которую он помнил все эти годы и надежды. А какие надежды, собственно, он лелеял? Жизнь течет своим чередом. Наверное, она давно забыла того грязного тощего мальчишку, которым он был.

Он снова взял бинокль и посмотрел на неё. Вот парень сжимает её руку, но она отворачивается и пытается вытянуть свою ладонь. Он не видел лица молодого человека лишь его спину и темные волосы. Рою хотелось вскочить и подбежать к ней. Стукнуть того парня так, чтобы он не смог встать. Но это не его дело! Он должен это понять и принять! Элли отныне не его дело!!

Откинув бинокль, он посмотрел на деда.

– Дед, позволь уехать домой. Я неважно себя чувствую, – старик отвлекся от мужчины рядом с собой и посмотрел на внука.

– Конечно Рой. Если тебе нехорошо езжай домой, не волнуйся обо мне.

Старый мистер МакКинзи и вправду подумал, что его внуку нехорошо, настолько плохо тот выглядел.

Поблагодарив, Рой встал и поклонившись престарелым мужам, вышел из ложи.

***

– Корн, пожалуйста! – я пыталась вырвать руку из его цепкой хватки, – Не надо..

– Не сопротивляйся, Эл, веди себя благоразумно. Ведь ничего плохого не происходит.

Я отвернулась, ища взглядом сестру.

– Ты вынуждаешь меня уйти Корн, – прошептала я, вернувшись к его глазам.

Не думала, что это сработает, но он отпустил мою руку и нахмурился. Вскоре вернулась сестра и радостно улыбнулась тому, что как же здорово совпало что мистер Дейли оказался тут. Мне сразу стало понятно откуда Корн узнал про театр.

Первый акт оперы прошел для меня нервно, я то и дела одергивала руку чтобы Корн не успел её взять. Поэтому на сцену я смотрела крайне редко. В уме прорабатывался план по уходу. Но мистер Эванс должен ждать их после спектакля, уехать вот так я не могу, да и сестру оставить одну тоже.

В антракте Дейли угощал Кристи всевозможными сладостями и напитками. Мне ничего не лезло в горло. От нервов руки были холодные, а ноги то и дело норовили постучать по полу новыми туфельками.

Вернувшись на места, я сделала глубокий вдох. Ещё чуть-чуть и конец. Слава Богу вторую часть оперы Корн не делал попытки захватить мою руку или каких-либо других притязаний, что не могло не радовать.

Зря я думала, что ещё немного и свобода. Дейли так обработал мистера Эванса, что обязан проводить дам до дома, что старый почтальон с радостью согласился и даже был рад остаться в городе у друга.

Мы с Кристи сидели на одной половине кареты, а Корн напротив. Все время пока мы ехали он, не отрываясь смотрел на меня. Сестру укачало и она, поклевав немного носом, всё же уснула, облокотившись на моё плечо.

Корн абсолютно серьёзный и с каким-то даже пустым взглядом подвинулся ближе ко мне. Его руки прислонились к моим ногам поверх платья. Глаза всё так же смотрели на меня. Сердце в ужасе заколотилось. Я боялась пошевелиться чтобы не разбудить Кристи.

Его ладонь продолжила путь вверх и добралась до моих. Меня так шокировало его поведение, что я не двигалась, тело будто закаменело. Он начал гладить мои пальцы тихонько сжимая. Глаза смотрели ровно в мои. Я ощущала себя загипнотизированным кроликом перед извивающейся змеей.

Но на этом он не остановился и его ладонь начала ползти по моей руке дальше, немного сжимая дойдя до локтя, а потом и выше. Я дрогнула и Кристи проснулась. Корн резко одернул руки и выпрямился, невозмутимо глядя в окно.

– Что, мы уже приехали? – сонно проговорила сестра.

– Почти, – прошептала я, с трудом разлепляя губы.

Слава Богу мы доехали и первой вышла на улицу сестра, придерживаемая поданной рукой мистера Дейли. Я хотела выпрыгнуть и бежать, но тело было настолько напряжено, что застыло колом.

– Элли, ты не выходишь? Понравилось ехать в моей карете? – до меня долетел смех сестры, и я наконец смогла встать. Ноги плохо слушались и дрожали. Оперевшись так же на поданную руку Корна я спустилась по железным выступам транспорта.

Тут же выдернув ладонь, я поспешила к дому, широко шагая. Я не оглядывалась, мысль была лишь одна, уйти, исчезнуть.

У открытой двери нас уже встречала миссис Эванс. Через силу я улыбнулась и рассказав, что мистер Эванс остался в городе у друга, а нас любезно проводил Дейли я приобняла старушку и поспешила в свою комнату.

Руки все еще дрожали. Сняв платье, я надела ночную сорочку закрывая ноги до пола и налила в таз воды умыться. Я не хотела идти в ванную комнату, не могла. Не могла видеть лицо старушки, не хотела её огорчать. Не могла больше притворяться.

Умывшись и обтерпевшись влажным полотенцем, я легла в кровать. До меня долетали звуки за дверью. Корна пригласили на чашку чая, затем я слышала, как он ушел. Слушала как Кристи вернулась в комнату и переодевшись легла. Слышала, как она заснула посапывая, а я всё лежала без сна. Всё же миссис Эванс догадалась, иначе она бы позвала меня к чаю.

Когда первые лучи окрасили небо я наконец уснула.

***

Я работала всю зиму как на износ. Все выданные мне за труды деньги я прятала, так прятала чтобы Кристи не нашла. Я копила на нашу новую жизнь.

Всё изменилось в один день. Я возвращалась домой как обычно закончив один из заказов. День был чудесный. Весна раскрасила деревья зеленью и было почти по-летнему тепло. Отрыв дверь дома увидела следующую картину. Миссис Эванс сидела за столом тяжело дыша. Перед ней стоял стакан с водой и успокоительные капли. Мистер Эванс, увидев меня, вскочил, и по-старчески прошуршав ногами, подошел ко мне, обняв меня за плечи.

– Крепись девочка, – проговорил он.

Мое сердце гулко ударило в горло оставшись там тяжелым комом. Руки вмиг вспотели и похолодели. Тело сковал страх.

– Что случилось?! – почти выкрикнула я в панике.

– Кристи..

– Что с Кристи?! – я быстро высвободилась из объятий и в ужасе взирала на старика.

– Она в полиции, дорогая. Какое-то там нарушение закона. Полицейский, что приходил искать тебя, ты разве не встретила его по дороге? – стариковские глаза слезились.

– Нет, сегодня пошла через аллею, решила прогуляться перед сном. Какой закон? Что она нарушила? – облегчало лишь что она жива и с ней всё в порядке.

Господи Кристи!! Ну что опять?

Я нервно пригладила волосы и развернувшись вышла из дома. Дорога до участка заняла несколько минут, я почти бежала не зная что и думать.

Время было уже позднее и дверь была закрыта. Я начала нервно стучать. Сердце билось так быстро, что я никак не могла восстановить дыхание.

Дверь открыл суховатый мужчина лет пятидесяти. Новый полицейский, так как прежнего мистера Блума я хорошо знала.

– Что-то случилось, мисс? – нахмурился он.

– Простите. Моя сестра, мне сказали – она задержана.

– Мисс Кинс?

– Да, это я.

– Проходите, – он отодвинулся, пропуская меня внутрь участка. Здесь было темно и пахло ржавым железом. Горела лишь небольшая лампа у стола при входе.

– Присаживайтесь, мисс Кинс, – он прошел к столу и сел.

На ватных ногах я прошла и села на предложенный стул.

– Ваша сестра обвиняется в мошенничестве и краже чужого имущества. После завтра приедет судья и состоится суд.

– Но как же так?! Она же совсем ребенок!!

– Ребенок, мисс Кинс!! – закричал он, – ваша сестра вместе с соучастником столько дел наворотила.

– И что теперь будет? – во рту пересохло от ужаса происходящего.

– Как решит судья. Если повезет, то заставит выплатить сумму украденного, а также: уплатить штраф и назначить ей заключение в данном городе, без права на выезд.

– А если не повезёт? – я облизала пересохшие губы.

– А если не повезет, то её могут забрать в спецшколу в Бридже, или же в другом городе, где есть места, где она будет прибывать до совершеннолетия.

Господи! Я не верила в происходящее. Будто очутилась во сне. Липкий страх оковал меня. Что может быть ещё хуже, чем сейчас? Но я снова ошиблась. Хуже могло быть.

Дверь в участок открылась и вошел городничий собственной персоной в сопровождении преподобного.

– Элли! – встревоженно позвал старик, подойдя ко мне, – Как ты, дочка? – он заглянул мне в глаза, и я не выдержала. Не выдержала сочувствие старика. Я заплакала, зарыдала в голос закрывая рукой рот. Мне было неудобно. Стыдно.

– Ну что ты! – преподобный гладил меня по спине, успокаивая, – Дорогая, не плачь, всё образумится.

Я отрицательно мотала головой, отворачиваясь от всех.

– Добрый вечер, мисс Кинс, – услышала я за спиной голос мистера Дейли старшего, – Думаю вы уже все узнали о происшедшем.

Я снова замотала головой.

– Да, господин городничий, я рассказал ей вкратце о мисс Кристи Кинс. Но не рассказал, где и что.

– Ваша сестра замешана в мошенничестве в соседнем городе, что в двадцати минутах к северу. Вам известен город Винз?

– Да, мистер Дейли, – прошептала я, пытаясь успокоиться, но поддержка преподобного, разрушала все мои попытки.

Это был ещё меньше городок, чем наш. Жители в основном бедняки и старики, молодые всё больше перебирались в Бридж. Что можно было там украсть?

– Что же произошло? – я наконец смогла привести себя в чувство и спросить.

– Ваша сестра и некий мистер Джерод Уилс регулярно посещали данный город, а конкретно закрытый карточный клуб, где Уилс играл на деньги. На кануне происшедшего он крупно проигрался. Ваша сестра решила помочь ему, и они вместе прошлой ночью выкрали из дома почтенного мистера Гремми огромную сумму денег, а также украшения и другие ценные вещи. Но господин Гремми бдел и был готов к такому повороту событий, он вызвал полицию и их схватили на станции уже здесь в Лестене.

– Могу я увидеть сестру?

– Только из уважения к преподобному, – он сопроводил меня к коридору и пройдя вдоль тусклого серого цвета стен мы дошли до небольшой железной двери. Городничий открыл, повернув большим ключом и я вошла в маленькую комнату.

– У вас пять минут, мисс Кинс, – дверь тут же закрылась.

– Элли!! – взвизгнула сестра и кинулась в мои объятья громко рыдая.

Я сразу не заметила её. Здесь было темно и душно, воняло испражнениями и мокрой соломой.

– Прости меня, прости!! – причитала она, продолжая рыдать.

Когда глаза привыкли к темноте я смогла разглядеть маленькое окошко над головой, грязный каменный пол и соломенный тюфяк в углу. Так же рядом стояло ржавое старое ведро.

Я погладила рыдающую сестру проведя по её мягким спутанным волосам.

– Что же ты наделала Кристи, – тихо проговорила я.

– Я не виновата!! Этот полицейский он всех обманывал. Он мухлил и из-за этого Джерод проиграл, и не только он! – я оттолкнула сестру зло смотря на нее.

– Как можно было играть в карты на деньги с полицейским?! Где ваш ум?! Кто такой Джерод?!

– Это мой будущий муж! Он очень умен и у него много денег!

– Что?

– Да! Просто он поссорился с семьей и уехал. Он живет на углу улицы Донжона. Он снимает комнату у миссис Шим.

Господи, как я могла такое упустить!!! Вот где она пропадала все это время. Она притворялась что спит, а сама сбегала и шлялась, как какая-то девка.

– Сколько ему лет Кристи?

– Восемнадцать. Он уже взрослый, – она говорила так, будто гордилась им.

– Глупая, глупая Кристи. Он использовал тебя, – прошептала я, – ты думаешь он сможет заплатить штраф? Или доказать вашу невиновность? И если он такой богач, зачем крал?

– Он не крал!! Он взял своё! То, что этот козел награбил у всех.

– Хорошо, как теперь будете выпутываться? Знаешь, что тебя ждёт?

– А что меня ждёт? – Кристи снова заплакала.

– В лучшем случае штраф и запрет на выезд. В худшем поедешь в спецшколу в другой город.

– Я не хочу в спецшколу!

– Ты должна была мне рассказать!! У меня был уже план отъезда из города!! Ты всё сломала!

– Он заплатит! Всё будет хорошо. Его родители узнают и заплатят.

Дверь скрипнула, пропуская городничего.

– Время, мисс Кинс.

Молча я развернулась и вышла.

Я шла молча в сопровождении преподобного Орнелио. Я была настолько ошарашена новостями, что мысли на некоторое время покинули мою бедную голову.

– Я слышал можно уплатить штраф.

– Да, если судья позволит и пострадавшая сторона согласиться, – промямлила я себе под нос.

– У меня есть немного накоплений, но не знаю хватит ли этого.

Я остановилась и сжала руки святого отца.

– Спасибо вам за всё! Боюсь этой суммы нам не хватит, но в любом случае помощь не помешает. Но вам не стоит забывать про себя!

– Ну что ты дорогая, – Орнелио поцеловал мой лоб и попытался улыбнуться, – Думаю не всё так плохо. Не волнуйся обо мне, это были сбережения на всякий случай. Думаю, сейчас это то самое.

Я молча кивнула.

Дальше мы шли молча, каждый думая о своём.

Снова не спалось и глаза закрылись лишь когда стало светать.

С трудом разлепляя веки я поспешила на работу. Весь день я слушала критику и жалось ко мне со стороны приходящих, а также миссис Кларк. Весь город, казалось, был в курсе дела. Это был мой самый тяжелый рабочий день.

Завтра предстоял суд. Я с ужасом ожидала его. Возможно, стоило поговорить с Корном. Но я представляю какая цена последует после этого. Но он мог бы попросить отца помочь в данном деле. В любом случае его я не видела сегодня, а миссис Кларк сказала, что он снова уехал в Бридж по делам.

Уснула сразу, как голова коснулась подушки, видимо сказалась усталость и то, что я почти не спала прошлую ночь.

Меня разбудила миссис Эванс, тронув за плечо. Я тут же вскочила. Проспала впервые! Поблагодарив старуху, я начала собираться. На сегодня я отпросилась у миссис Кларк для похода в суд.

Надев повседневное платье и легкую накидку, я вышла из дома. Погода стояла чудесная, что не скажешь о настроении. Солнце ярко светило в небе разогревая утренний воздух. Весна была в самом разгаре, но дни стояли жаркие для этого времени. Могло даже показаться что наступило лето.

Пройдя две улицы, я уже видела вдалеке здание суда. Около входа уже толпились люди. Это были как относящие к суду люди, так и просто любопытные, вечно сующие свои носы в чужие дела.

Я подошла ближе и увидела преподобного, он первый подошел ко мне.

– Готова? – я кивнула, – я хочу, чтобы ты была готова к любому исходу, но молила Бога, чтобы всё завершилось удачно.

– Да, отец Орнелио, – я чувствовала себя как во сне.

– Пойдем. Судья уже на месте и твоя сестра тоже.

Мы прошли в зал и сели в первый ряд за деревянной стойкой. Я сразу увидела Кристи и этого придурка Джерода. Они сидели рядом в наручниках, как какие-то преступники, они находились в специально отделенном месте и рядом стоял тот самый полицейский, который открыл мне в тот вечер дверь участка. Так же я увидела миссис Кларк, вот уж не думала, что она придет сюда, так же паучиху, восседающую в первых рядах присяжных. Какой кошмар. Здесь был и булочник, и доктор. Как же мне было стыдно! Их взгляды блуждали, периодически останавливаясь то на мне, то на Кристи, от этого хотелось сжаться и превратиться в крошечную незаметную точку. Неожиданно рядом приземлился Корн. Внешне он был совершенно спокойным, будто пришел на очередную оперу.

Он повернулся в тот момент, когда я изучала его лицо.

– Здравствуй Элли.

Не знаю, что заставило меня в тот момент так сделать.

– Корн, -я даже схватила его за руку, – Помоги! – шептала я.

– Помочь? – он был по прежнему безучастным, – Как же могу помочь, Элли Кинс? – он отвернулся, рассматривая присяжных.

– Поговори с отцом! Пусть хотя бы смягчат наказание!! Умоляю тебя! – продолжала я шептать.

– Умоляешь? А что в замен? – теперь он нахмурился и сосредоточенно взирал на меня.

Я сглотнула. Что я могла ему дать? Боже праведный, помоги!!

– Что ты хочешь, Корн?

– Ты знаешь, Элли, – мои руки сжимали его пальцы, и я даже не замечала этого.

– Нет, пожалуйста.

Он стряхнул мои ладони и снова отвернулся.

– Встать! Суд идёт! – провозгласил городничий и все встали. Я кинула последний взгляд на Корна и дернула его за рукав.

– Хорошо. Я согласна, – проговорила я только одними губами.

Дейли мрачно улыбнулся и протискиваясь через людей вышел. Я следила за ним. Вот он подошел к отцу и что-то шепчет ему на ухо. Тот хмуриться и кивает. Затем уже городничий подходит к столу с судьей и наклонившись что-то говорит ему. Никто не слышит и не придает этому значение.

Затем Корн вернулся и сел рядом. Суд начался. Сестру опрашивали, она плакала и отвечала, Джерод хмурился, глядя на нее. Родителей этого паршивца не было, как я и думала. Он врал насчет себя и судя по происходящему я поняла, что уже был судим в другом городе, а также направлен в спецшколу, но удрал оттуда и был в бегах. Вот тебе и богач!! Кристи похоже тоже поняла и не прекращала рыдать. Все стороны были выслушаны и суд ушел на принятие решения.