# Он пришёл сверху. Том I. Во власти сна

Кристина Рябинина

В то утро всё шло как обычно – мама приготовила вкусные сырники, а затем Артём отправился на прогулку по залитому солнцем городу Электроград. Уже совсем скоро он наконец-то поедет учиться на физика-ядерщика и сможет утереть нос вредному отцу.

Но любопытство Артёма меняет все планы, и он попадает в подземный город, полный странных, а порой и опасных существ. Теперь ему придётся столкнуться с трудностями и невольно стать участником масштабных событий. Его почему-то называют Высшим, просят помощи в подготовке заговора и заставляют работать в отеле, но ему нужно только одно – вернуться в Электроград. Сможет ли он привыкнуть к тому, что мир не всегда подчиняется его желаниям?

Пролог


17 февраля 1981 г.


– Андреич-то – пропал! – сказал вдруг отец и убавил звук, покрутив колесо радиоприемника. Пение с треском утихло и в воздухе повисла неуютная тишина.

– Как пропал? – Ольга обернулась и удивленно посмотрела на него.

– Второй день не появляется на службе, дома тоже его нет, соседи вчера вызывали милицию и вскрывали дверь. Не нашли ничего, что могло бы сказать о том, где он сейчас. Как будто испарился!

Отец сидел за столом, как обычно, сильно сутулясь.

– Это на него не похоже… – задумчиво произнесла мама, раскладывая ужин по тарелкам.

– Так в том то и дело, что он мне ни о чем не сообщил. А мы с ним со школы дружим! – Отец многозначительно махнул рукой, в которой сжимал вилку с куском котлеты.

Артём знал Константина Андреевича – этот человек часто бывал у них. По праздникам отец с Андреевичем пили спиртное, если удавалось достать хорошее. Закусывали всегда черным хлебом с чесноком, Артём уже успел возненавидеть этот едкий запах. Последний раз друг отца был у них на Новый год, а это было почти два месяца назад.

Отец Артёма, выдающийся инженер-механик, был приглашен для работы на новой атомной электростанции в непосредственной близости от маленького городка. Вместе с работой и достойной зарплатой предложили хорошую двухкомнатную квартиру.

– Наистраннейшая история! – продолжал отец в перерывах между пережёвыванием. – Он ещё с нового года стал меня сторониться. Да и всех вокруг тоже. На работе говорю: «Костя, пошли чаю выпьем», а он мне: «Ой, Юра, мне надо к насосам» или «Ай, я уже отчаевничал…» или ещё чего выдумывает. Странный он.

– Может, он шпион? – вмешался Артём и привычным движением попытался заправить чёлку за ухо.

– Ну да, конечно, Тём! – отец окинул сына взглядом, полным иронии и тот пожалел, что высказался.

– Ты же с ним не работаешь? Не работаешь… – протянул сам себе ответ отец. – Так что ешь и помалкивай. Добавки ему не давай! – бросив последнюю фразу, он строго глянул на маму.

Та с грустью глянула на Артёма, но сказала только об Андреевиче:

– Слушай, мало ли, какие у него могут быть дела. Срочно уехал…

– Лучше бы ему вернуться поскорее, пока его не уволили! – серьёзно отрезал отец.

– Спасибо, мам, – вдруг сказал Артём. Доев всё, что было на тарелке, он встал из-за стола, собираясь уходить.

– Ты не голодный? Может… – начала мама, опустив ладонь ему на плечо.

– Я же сказал, с него хватит! – вмешался отец, а Артём, не желая быть свидетелем их спора, вышел из кухни, оставив родителей наедине. За спиной диалог продолжился:

– Ну хватит тебе уже так к нему относиться, он же твой сын!

– Именно поэтому я к нему так и отношусь, а вот ты хочешь, чтобы он так и остался размазнёй!

– Он не размазня, он просто умнее большинства его сверстников! Не всем же только прыгать и бегать, как обезьянам!

Артём громко выдохнул. Он уже привык к таким перепалкам, и в очередной раз вмешиваться он не собирался. Через пару минут они сменят тему и снова будут ладить, до следующего момента, когда вопрос будет касаться Артёма.

По пути в комнату он схватил со столика в коридоре свежую газету и разглядел пару заголовков:


АФГАНИСТАН

Заложники, похищенные в Мазари-Шарифе, были освобождены, шестеро из них погибли


ДИСЦИПЛИНА ФОРМИРУЕТ ХАРАКТЕР


О СВЕТЛЫХ СИМВОЛАХ НАПОМИНАЮТ ЗРИМО

Наглядная агитация и облик города


Отец, очевидно, уже прочел её: некоторые строчки в газете были подчеркнуты ручкой. Этот невежа всегда варварски черкал всё, что читает – всё семейные книги были безнадёжно испорчены. Он зачем-то делал пометки на полях и обводил слова, на которые, по его мнению, стоит обратить внимание. Артёму всегда становилось больно, когда он смотрел на исчерченные белые страницы, поэтому он отбросил газету по пути в комнату и с досадой вздохнул.

Артём вошёл в свою комнату и решительно направился к окну. Надо успокоиться. Прошёл мимо шкафа со стеклянными дверцами, в которых отражался серый свет зимней луны. Книг было немного, каждая из них досталась ему с большим трудом, и от этого была еще ценнее. Артём недавно начал собирать свою коллекцию. Помимо книг здесь были учебники, в основном по физике, а также стопки старых газет и журналов. Иногда Артём вырывал из них листы с нужными ему произведениями и сшивал ниткой. Даже такие книги были лучше, чем отцовские. Артёму приятно было думать о том, что есть в этом доме произведения, до которых не дотянется бесцеремонная рука, сжимающая ручку.

Он открыл окно и содрогнулся от морозного воздуха. Очень быстро, чтобы не замерзнуть и пока не заметили, он выкурил сигарету из пачки «на черный день», которую хранил под диваном на пару с мятым коробком спичек. Он думал о том, как его раздражает отец. О том, как он не хочет ни за что и никогда быть похожим на него, на этого постоянного «командира», не дающего своими безумными планами никому покоя.

Закончив, Артём включил свет и взял гитару. Долго практиковался – смотрел на свои пальцы, зажимающие струны на грифе, покачивал головой в такт звенящим нотам. Получалось плохо. В конце он раздражённо ударил ладонью по всем струнам сразу и громко выдохнул.

Вдруг дверь в комнату открылась.

– Артём? – мама стояла в дверях с полотенцем на плече, мокрые волосы забавно торчали в разные стороны. – Уже поздно, заканчивай бренчать.

Артём глянул на часы и ужаснулся – и правда, уже почти 11 вечера!

– Хорошо, извини, мам, – ошарашенно Артём.

– Спокойной ночи, Тём.

Когда перед сном Артём закрыл глаза, перед ними тут же возникла картинка: Константин Андреевич опустошает стопку и смотрит прямо на Артёма, а на заднем фоне поблескивает дождик елки:

– Какой у тебя хороший сын, Юра! Как жаль, что я не успел заиметь такого же!


Глава 1. Тёма


Сегодня кому-то говорят: “До свиданья!”

Завтра скажут:”Прощай навсегда!”

Заалеет сердечная рана.

Виктор Цой


Никак не вспомнить, что снилось – сюжет сна безвозвратно ускользнул прямо в момент пробуждения. Круглые белые часы, которые висели на стене рядом с окном, показывали половину девятого. Артём обычно не просыпался раньше одиннадцати в те дни, когда не нужно было заводить будильник. Прищурившись, он рассмотрел время на часах и тут же отвернулся к спинке дивана. Он вдруг ощутил это приятное чувство: когда ты проснулся, тебе никуда не надо, и поэтому ты снова можешь заснуть. Мягкое одеяло приятной тяжестью давило на грудь. Артём натянул его до плеч и закрыл глаза, предвкушая ещё, как минимум, пару часов сна.

Но не тут то было: тёплый луч солнца, пробиваясь сквозь щель в шторах, теперь стал светить прямо в лицо.

Правой ноге было теплее, чем обычно. Роза – толстая белая кошка с рыжими и коричневыми пятнами нашла себе местечко в ногах своего хозяина. Артём решительно настроился поспать, ведь такое время и погода лучше всего подходят, чтобы предаться сладкой дрёме.

Но заснуть так и не получилось. С кухни было слышно, как мама гремит посудой. Этот звон смешивался с множеством звонких голосов с улицы – птицы проснулись уже давно и громко переговаривались. Артём с неохотой поднялся и взял красную майку, которую вчера оставил на стуле. С досадой обнаружил, что она покрылась белой шерстью. Виновница этого происшествия спрыгнула с кровати и с недовольной мордой выгнула спину.

– Ну и зачем? – спросил Артём так, будто кошка могла ответить.

Разыскивая носки, краем глаза Артём заметил открытый альбом с марками. На одной из них дикое животное выглядывало из-за кустов и щурило свои жёлтые глаза. Послезавтра в «Энергетике» должна состояться встреча клуба филателистов, и Артём представил, как расскажет, с каким трудом он достал эту марку. На самом деле, правда, эту марку ему из Тамбова привезла одноклассница, но это можно опустить.

По крайней мере, сегодня было ради чего встать пораньше: вся квартира была наполнена сладковатым запахом, а это значило только одно – мама готовит сырники. Стол на кухне был залит всё тем же согревающим летним солнцем, драгоценными камнями оставаясь на посуде и столовых приборах – день обещал быть жарким. На самой низкой громкости работал небольшой телевизор, наблюдая за происходящим на кухне с высоты холодильника. Артём глянул на экран – в такую рань показывали мультики, и быстро потерял интерес.

– Тёма, привет! – улыбнулась мама. Роза прибежала на кухню и начала тереться о мамины ноги, задрав хвост трубой. Та глянула на кошку всего раз, и больше внимания не обращала.

На лице мамы начали появляться первые признаки наступающей старости – над носом и в уголках глаз уже поселились небольшие морщинки.

– Сырники будешь? – она повернулась к сковородке, в которой шипел завтрак. – Ты сегодня рано проснулся, я даже не ожидала. Я сама, как видишь, что-то плохо сплю…

Артём сел за стол:

– Конечно буду, – улыбнулся он, наблюдая, как мама снимает турку с плиты. – Подождала бы меня, я бы тебе помог.

– Да брось, Тёма…

– Я сегодня к Диме пойду, – сообщил Артём, наблюдая, как мама ставит перед ним тарелку с завтраком и чашку с кофе, от которой шёл пар.

– Спасибо мам, сядь пожалуйста, поешь сама. – Сын заботливо посмотрел на мать. Ольга улыбнулась, плеснув Артёму в кофе молоко из треугольного пакета, а затем села напротив и спросила:

– До конца разучил тот танец-то? Элвиса твоего…

– Пока нет ещё, оказался сложнее предыдущего.

– Ну, жду не дождусь, когда покажешь, – на лице мамы засияла улыбка. – Какой же ты у нас хороший, Тёмка… – мама сложила руки в замок перед собой на столе, любуясь сыном.

– Мам… – протянул Артём с набитым ртом, – Хватит уже.

– А что, я не права? – Мама развела руки в стороны. – Не слушай ты отца, ему лишь бы построжничать, он же у нас настоящий мужик!

И тут она начала цитировать, правдоподобно скопировав голос отца:

– «Артёма ты избаловала, его нужно будить в семь утра и заставлять помогать по дому!»

– Вчера он сказал мне, что раз я так люблю готовить, я должен тебя освободить от готовки навсегда, – добавил Артём.

– Ещё чего! – фыркнула мама в ироничной усмешке. – Не дождешься!

– А если он прав? Мы, ваши родители, уже натерпелись страданий и не понаслышке знаем, что такое нужда. Так что пусть лучше вы, наши дети, будете избалованными…


Мама вдруг протянула руку и аккуратно поправила Артёму челку, которая опять закрывала правый глаз.

– Ну мам! – Артём отпрянул с куском сырника на вилке, и чёлка тут же вернулась на место.

В ответ мама сложила руки в замок перед собой и изобразила обиду: иронично сжала губы и прищурилась.

Артём снисходительно улыбнулся в ответ.

– Кстати, отец сегодня на дежурстве? – спросил он и громко отхлебнул кофе.

– Да, ещё в пять уехал.

– Блин, завтра опять весь день будем ковыряться с машиной, – Артём зажмурился и в отчаянии схватился за лоб.

– Да уж, – выдохнула мама.

–Я считаю, – громко начал Артём, принявшись за последний сырник, – что он бредит. Машину нужно оттащить к механику. Мы вдвоем ничего не можем с ней сделать уже неделю. Не заведётся она!

Кошка начала тереться о его ноги и мяукнула, требуя внимания. Пришлось наклониться и почесать ей за ухом.

– Помогай отцу, я думаю, ему виднее… – тише обычного сказала мама. Артём отвлекся от кошки и поднял голову.

– Вот ты всегда так говоришь, хоть бы раз встала на мою сторону перед отцом. Ты же и слова не можешь ему сказать, а я мучаюсь.

В ответ мама промолчала, а затем вдруг сменила тему:

– Ну как, вкусно?

– Конечно, мам! Хватит постоянно спрашивать это. – Артём серьезно посмотрел на маму и подумал о том, что она никогда не задавала этого вопроса отцу. – А сама-то чего не ешь?

– Да, просто отвлеклась на тебя, сейчас поем, – растерянно бросила она и, обернувшись, посмотрела на остывающую на плите сковородку.

– Хочешь, сегодня я приготовлю ужин? – предложил Артём.

– Сынок, у нас картошка с курицей со вчера осталась.

После завтрака Артём надел кеды, схватил подаренный ему на окончание школы портативный магнитофон с громоздкими телефонами[1], засунул пару кассет в карман шорт и вышел на улицу. Когда он уже шагнул за порог, мама поймала его за руку и притянула к себе. Её как всегда холодные губы он ощутил даже сквозь плотные волны волос.

– Мам, отстань, я без пяти минут студент, а не детсадовец! – устало протянул Артём.

Мама лишь усмехнулась, провожая сына взглядом:

– Когда тебя ждать?

– К вечеру, – бросил Артём, не оборачиваясь.

На календаре было 20 июня 1985 года. Несколько дней подряд не спадала жара, и даже сам воздух как-будто высох. Но, несмотря на погоду, лето обещало быть отличным. Шаг Артёма был полон уверенности и задора, на душе было благостно, а в животе после пятёрки съеденных сырников ощущалась приятная сытость. Он достал из кармана кассету с небрежно нацарапанной надписью «Elvis Presley», вставил её в поблескивающий на солнце голубой магнитофон и захлопнул прозрачную крышку. Потом поднял с шеи на голову бежевые телефоны. Они стали давить на уши, но ради песен Элвиса можно было и потерпеть. Кнопка щёлкнула под пальцем, и заиграла «Judy»:


They say you found somebody new

Whose love will always be true

I don't know what it is to be alone

That's why I dread to know you're gone


Артём ускорил шаг. Большую часть детства он провел в пригороде Минска, но Электроград нравился ему намного больше. Да, он был непривычно маленький, но зато здесь легче дышалось. В новой школе Артём быстро нашел себе друга – Димку Рыбникова, чей отец тоже работал на атомной станции. Дима мечтал пойти вслед за своим отцом, а Артём – переплюнуть своего и стать не каким-то инженером, а настоящим учёным физиком-ядерщиком.

Из-за пышных крон клёнов уже виднелась пятиэтажка, где жил друг. Артём быстро нашёл нужную квартиру и позвонил в звонок. Дверь открылась почти сразу и друг улыбнулся, сверкнув серыми глазами:

– Тёмыч, здорова! Ты сегодня что-т рано, эт какой комар тебя укусил?

Когда Дима улыбался, он всё время почему-то щурился, отчего все его искренние улыбки приобретали нотку иронии.

– Да никакой, просто не спалось, – улыбнулся в ответ Артём. Его забавляла манера друга почти постоянно использовать крылатые фразы.

– Не ожидал от такого сони, как ты… Ладно, пошли на улицу, в такую погоду торчать дома – просто преступление! – прозвенел голос Димы. Тут он заметил на шее у Артема телефоны и его глаза округлились.

– Постой-ка… Эт то, о чём я думаю?

– Он самый, – гордо кивнул Артём и прядь угольной чёлки совсем закрыла правый глаз. Он нетерпеливо заправил её за ухо.

– Обалдеть! – благоговейным шёпотом произнёс Дима. – Ты же дашь мне послухать?! Сча, погоди секунду, я переоденуcь. Там сильно жарко?

– Смертно, – выдохнул Артём, но друг уже скрылся за поворотом коридора.

Когда Рыбников снова появился в дверном проеме в шортах и майке, он настойчиво вышел за порог, чуть не столкнувшись с Артёмом носом. Тот еле удержался на ногах и попятился.

– Ты чего так торопишься?

Вместо ответа Рыбников сжал плечи друга в руках, развернул его по направлению к лестнице и продолжил толкать в спину.

– Да что такое? – выпалил Артём.

– Просто пошли, сам увидишь! Мы вчера с Машкой такое нашли! Ты щас умрёшь! – процитировал Димка фразу из известного фильма.


Когда они покинули прохладу подъезда и снова окунулись в духоту, Рыбников посмотрел по сторонам и скомандовал:

– За мной!

– Неа, – Артём остановился. – Бегать в такую жару…

Только теперь он заметил, что из бокового кармана шорт Димки торчал небольшой фонарик.

– А фонарь зачем?

Рыбников закатил глаза и устало выдохнул:

– Ну ты серьёзно, Кристалинский? Ты вообще помнишь, как бегать? – в его взгляде читался немой укор.

– Может тебе и доставляет удовольствие носиться как будто тебе тринадцать, но я этого мнения не разделяю, – ответил Артём и, сложив руки на груди, надменно глянул на друга. – Пошли пешком, ещё за газировкой зайдем.

Сказав это, Артём спокойно прошел мимо Димы, будто и не знал его вовсе.

Рыбникову ничего не оставалось делать, кроме как согласиться, и он, снова вздохнув, побрел вслед за Артёмом в сторону главной улицы.

– Дай угадаю, ты только что позавтракал и теперь хочешь полирнуть всё это газировкой? – Дима глянул на друга, идущего рядом.

– Ага, – кивнул головой Артём в ответ и убрал руки в карманы шорт.

– Тёмка не меняется… Ладно, давай показывай свой мафон!

Артём с довольной улыбкой владельца любой ценной вещицы запустил руки в оба кармана и вытащил магнитофон и кассету.

– О, и кассеты есть! Где достал? Эт что? «Зоопарк»? – Дима без тени стеснения схватил и поднёс кассету близко к глазам, будто плохо видел. Такая же участь постигла и магнитофон.

– Тшш, ты что орёшь то на всю улицу?! – шикнул на него Артём сквозь зубы и запихнул кассету как можно глубже в карман. Я её знаешь с каким трудом достал?

– Ой, да не ври, в точке перекатал просто!

Рыбников повертел магнитофон в руках, затем открыл и закрыл крышку, будто маленький ребенок, который в первый раз увидел новую игрушку.

– Дай послухать!

Артём с серьезностью родителя надел на голову друга телефоны, вставил провод в магнитофон и опустил одну из кнопок на корпусе.

Дима несколько секунд стоял с таким лицом, как будто увидел луч света, спускающийся с неба. Он смотрел куда-то сквозь Артёма, прижимая телефоны к ушам руками. Затем вдруг его лицо резко изменилось. Он поморщился, будто откусил лимон, и спросил:

– Эт чё, Элвис? Фу… – Он надел телефоны обратно Артёму на шею и передал ему магнитофон.

– Сам ты «фу», со своими глупыми ансамблями и «Мелодией»! – обиженно бросил Артём, останавливая проигрыватель. – Рок-н-ролл, к твоему сведению – это музыка протеста. Наступают перемены и никому их не под силу остановить. Так что я буду идти вперёд, а ты можешь дальше говорить «фу», – закончив свою речь, Артём гордо вскинул голову. Солнце нещадно припекало, и он, щурясь и сделав из ладони «козырёк», глянул на небо. Там не было ни единого облачка – всё заливала сияющая лазурь.

– Доморощенный бунтарь! – обиженно выпалил Рыбников.

– Это уж лучше, чем слушать бабкину музыку! – насмешливо оскалился Артём

– Кристалинский, я сейчас тебе врежу, – с неподдельной злостью процедил сквозь зубы Рыбников.

– Так ты первый начал обзываться. – Артём по-доброму улыбнулся и это вызвало у Димы ступор. Рыбников опустил голову и отсутствующим взглядом посмотрел на свои сандалии, а затем резко поднял голову и, ускорил шаг, поспевая за другом.

Артём недовольно протянул, схватившись за лоб:

– Так жарко, я сейчас помру, а ты ещё против газировки протестуешь.

– Лааадно, – с неохотой протянул Дима, – идём, идём…

Вдали посреди площади поблёскивали на солнце серые автоматы с газировкой.

– А вот там, куда мы идём, совсем не жарко, – загадочно сказал Димка.

– Интересно, и куда же мы всё-таки идём? – поинтересовался Артём и глянул на друга.

– Увидишь…

Друзья подошли к автоматам и встали в две разные очереди.

– Ну, что у тебя хорошего, Кристалинский? – начал Рыбников и, уперевшись руками в бока, принялся постукивать по асфальту носком сандалия.

– Я хочу начать собирать собственную хронику событий. Буду вырезать важные события из газет и вклеивать в тетрадь.

– Зачем тебе это?

– Как зачем? У меня будет тетрадь истории. И газеты не нужно хранить.

– Вечно ты что-т выдумываешь, а?

Артём пожаловался на отца с машиной, и Димка ответил:

– Да уж, друг, не завидую. Весь день копаться с машиной на жаре.

Артём устало выдохнул, почти сдув чёлку со лба. Когда подошла очередь, Артём нащупал в кармане три копейки, выставил стакан на место и нажал кнопку, чтобы добавить сироп. Как только тот оказался в стакане – Артём тут же убрал стакан, и газированная вода вылилась на решетку, обрызгав ему майку.

–Ты чё творишь? – опешил Дима, забирая свой стакан из соседнего автомата.

– Смотри и учись!

Артём вернул стакан на место и опустил ещё три копейки. В сироп добавилась вторая порция и, наконец, сама газировка. С гордым видом поглядывая на реакцию друга, Артём поднес стакан ко рту и принялся жадно пить. Закончив, он вытер рот внешней стороной ладони.

– Хорошо, – удовлетворённо выдохнул Артём, промывая стакан под водой.

– Это ты сам придумал? – щурясь от солнца и забыв про свою газировку, спросил Рыбников.

– Ага.

– А-а-а… – Умно. – Дима посмотрел на газировку в своём стакане со странным удивлением, а затем быстро выпил.

Когда они отошли от автоматов, Димка сказал:

– Знаешь, Артём, я думаю ты в последнее время пьешь слишком много газировки…

– И? – начал Артём, глянув через плечо на друга и чувствуя подвох.

– Так вот я считаю, что мой долг, как твоего друга, спасти тебя от сахарной смерти.

– Чего? – Артём усмехнулся и уже собирался повернуться к другу, но тот внезапно заехал ему кулаком в бок. Артём вскрикнул от неожиданности и поднял руку для ответного удара, но ничего сделать не успел – Димка уже пустился бежать.

– Ты у меня сейчас получишь, бегун!

– Сначала догони, Кристалинский-я-всё-знаю-лучше-всех! – принялся дразнить его Рыбников, улепётывая.

Глава 2. Страна чудес

Артём побежал за другом по залитым солнцем улицам, маневрируя между пешеходами.

–Я тебя всё равно догоню! – кричал он вслед Рыбникову, но тот не отвечал, только повернулся на бегу и заговорчески улыбнулся. Друзья минули несколько улиц, домов и детских площадок, прежде чем Димка наконец остановился.

– Вcё, я больше не могу! – выдохнул Артём, упираясь руками в колени.

Рыбникову, казалось, пробежка только подняла настроение: на лице сияла победная улыбка.

– Придурок, блин! – Артём кашлянул, жадно глотая воздух. – Я ж с магнитофоном!

Сказав это, он нащупал подарок мамы в кармане – тот, к счастью, остался на месте. Тут же Артёма бросило в дрожь от осознания, насколько он был близок к тому, чтобы потерять столь ценную вещь.

– Пришли, – сказал Рыбников и положил свою разгоряченную ладонь на вздымающуюся от нехватки воздуха спину друга. – Вот оно!

Димка указал ладонью на скрытый в тени деревьев дом.

– Это?! – Артём иронично улыбнулся. – Так он тут сто лет стоит!

Это был один из деревенских домов, что были тут до строительства города, Артём часто ходил мимо. Его оставили на память и хотели сделать музей, но забыли. Так он и стоял пустой несколько лет – никто особо не обращал на него внимания.

– А внутри ты был? – Рыбников глянул на Артёма.

– Там всегда было заперто, не знал что-ли?

– А теперь вот не заперто, – кивнул Димка, взявшись за ветхую деревянную ручку. Дверь поддалась со скрипучим вздохом, и друзей тут же обрушилась прохлада и запах сырости. Рыбников нащупал в кармане фонарик и, щёлкнув кнопкой включения, направил луч вперёд. Небольшой, он давал совсем немного света, то тут, то там выдергивая из окружающей тьмы гнилые доски.

– Ну заброшка, дальше-то что? – устало выдохнул Артём.

– Щас всё увидишь.

Друзья шли за кружком света впереди, и из-за этого глаза совершенно не могли привыкнуть к темноте. Лучей солнца из приоткрытой двери не хватало, чтобы осветить конец коридора. Артём поднял руку и провел по стене – она оказалась неприятно бархатной от слоя пыли.

– Почему здесь так темно? – удивился Артём, отчаянно моргая. Рыбников вдруг резко остановился и он чуть не врезался в него.

–Тут лестница, смотри в оба, – бросил Дима.

Артём почувствовал, как его друг шагнул вперед и стал ниже, коротко скрипнула старая ступенька.

– Спускайся сюда.

Рыбников развернулся и осветил ступеньки перед Артёмом фонарём.

– Не падай, Тёмка, – добавил он насмешливо.

– Заткнись!

Лестница привела их в довольно большую комнату. Здесь удушливо пахло плесенью.

– Вот теперь пришли, – послышался довольный голос Димы.

Глаза Артёма наконец начали привыкать к темноте.

Друзья сделали еще несколько шагов, и луч фонарика упал на большое круглое отверстие в стене, из которого тут же ощутимо потянуло холодом.

– Теперь смотри, – бросил Дима.

– Это что ещё такое? – ошарашенно прошептал Артём, и уголки его рта сами поднялись в подобии улыбки, которой он не мог противостоять, улыбки предвкушения чего-то нового. Когда друзья сели, верхний край дыры оказался выше их голов. Рыбников направил фонарик вперёд – свет упал на противоположную сторону ржавой трубы, которая уходила резко вниз. Димка аккуратно заглянул внутрь, схватившись рукой за край. Артём последовал его примеру, но внизу была лишь непроглядная, вязкая темнота.

– Откуда это здесь? – прошептал Артём.

– Не знаю, – Рыбников положил фонарик на пол рядом с собой, направив его свет внутрь трубы. Друзья замолчали, пытаясь осознать, с чем они только что столкнулись, и их окружила тишина. Будто издалека слышался шум оживлённой в выходной день улицы.

– Может, это какая-то вентиляция для бункера? – Артём вытащил из кармана магнитофон и положил рядом с собой.

– Да фиг знает.

Внезапно из глубины дыры послышалась какая-то музыка, вместе с ней порывом подул холодный ветер, легко потрепав волосы гостей старого здания.

– Чё там такое? – прошептал Дима, заметив, как Артём прислушивается.

– Это…

Этого не может быть.

– Там музыка, это Элвис! – Артёма передернуло, по спине пробежала волна мурашек. Он посмотрел в сторону – провод от телефонов одиноко спускался на пол.  Дима тоже прислушался:

–Я ничего не слышу. Ты чокнулся? Вчера, когда мы были тут с Машкой, такого не было.

– И с чего это вы с Машкой сюда полезли?

– Я её напугать хотел, она темноты боится.

–Но… Как это возможно? – задумчиво произнес Артём. Он начал отчётливо слышать песню и сразу же узнал её:


Swing down Sweet Chariot

Спустись на божественной колеснице

Why don't you swing down sweet chariot

Спустись ты на колеснице вниз и

Stop and let me ride

Подвези,

Swing down chariot

На колеснице вниз и

Stop and let me ride

Подвези,

Rock me lord, rock me lord

Убаюкай, Господь,

Calm and easy

Потихоньку.

Well I got a home on the other side

А по ту сторону – там мой дом.


– Так эт… Магнитофон кто-то уронил, наверное… – Дима наклонился и опасливо заглянул внутрь таинственной дыры. – Не слышу ничего.

– Надо бы глянуть, что там. Вдруг Страна Чудес? – Артём усмехнулся.

Рыбников оценил шутку:

– Страна чудес, ага!

– Ты держи меня за ноги, а я залезу с фонарём и посмотрю, может, что нибудь увижу.

Димка вдруг стал серьезным:

–Ты чё эт, и вправду? Не боишься, полезешь туда? – Дима впервые немного испуганно глянул на друга. – На тебя это не похоже!

– Только крепко держи.

Артём стащил с себя телефоны, взял фонарь и лёг на живот, схватившись за край трубы.

– Давай уже! – скомандовал он, и эхо от его голоса разбежалось куда-то далеко внутрь трубы, отпрыгивая от железных стенок.

Дима нехотя положил руки Артёму на кеды.

Музыка продолжала играть:


Ezekiel went down and he got on board

Подбежал Иезикииль и на борт взошёл,

Chariot went a bumping on down the road

Потряслась колесница да во весь опор.

Zeke wasn't so particular 'bout the bumping of the road

В тряске той проблем, в общем, Зик не нашёл,

Just wanted to lay down his heavy load

Лишь придержал свой тюк – он ведь был тяжёл.


Весь страх будто бы притупился, и его пересилило какое-то другое чувство. Артём до конца не мог понять, какое именно, но почему-то был уверен, что увидит нечто невероятное, если заглянет глубже. Почему именно Элвис? Странное совпадение, учитывая то, что свою кассету он купил у местного утюга[2] совсем недавно…

Рыбников нервно сглотнул и крепко сжал щиколотки Артёма. Тот оттолкнулся руками и наполовину скрылся в темноте зловещей дыры.

– Ну, что там? – напряжённо выдавил Дима. – Ты тяжелый, капец, давай быстрее!

– Пока ничего, – Артём заерзал, продвигаясь дальше:

– Ты точно чокнулся, Артём. Я кроме ветра ничего не слышу.

– Ого! Там какой-то свет внизу… Не разобрать. Там как будто… Выход наружу, но куда?! С ума сойти!

Одной рукой Артём упирался в металлическую стенку, а в другой сжимал фонарь – от такого неустойчивого положения ладони неприятно вспотели.

– Ладно, вытаскивай меня! – крикнул он, – Больше ничего не видно.

Артём почувствовал, как руки друга содрогнулись, а потом послышался испуганный вздох.

– Дим?! – занервничал Артём и ощутил, как руки друга похолодели. Труба спускалась вертикально вниз, он попытался оттолкнуться назад, но Рыбников вдруг ослабил хватку. Ладонь проехалась по стенкам трубы, будто по льду. С губ невольно сорвался крик. Всё тело содрогнулось от ужаса. Холодный воздух ударил в лицо и забрался под майку. Где-то вдалеке закричал Рыбников, и его короткий крик оглушил, разбежавшись эхом. Приземления не последовало, и от ужаса Артём зажмурился, готовясь к болезненному приземлению.

Какая же здесь глубина?! Пусть лучше он сразу разобьёт голову и умрёт, пусть так, лишь бы не мучаться! Музыка продолжала играть, будто насмехаясь своим быстрым ритмом над происходящим:


Well I got a father in the promised land

Нужно мне достичь обетованной земли.

Ain't no more stopping till I shake his hand

К Отче моему ты без задержек вези.

Rock me lord, rock me lord

Убаюкай, Господь,

Calm and easy

Потихоньку.

I got a home on the other side

А по ту сторону – там мой дом3


Артём упал во что-то вязкое и горячее. Все звуки тут же отдалились и исказились, музыка превратилась в отвратительную какофонию. В густой массе было тяжело двигаться, но она сама понесла его куда-то дальше, глубже. Артёму вдруг показалось, что он уже расплавился от жара, смешался с этой жуткой массой. Смерть, смерть, скорее… Но нет, он оставался в сознании! Он представлял, что происходит с его телом, снова и снова переживал бесконечный ужас, не имея возможности вдохнуть, воспоминания с невероятной скоростью проносились перед глазами. Вдруг в голове отчётливо зазвучал незнакомый голос:

– Удачного путешествия.

Ужас неизбежности вернулся с новой силой. Заболели лёгкие, сердце будто перевернулось в груди, а в мыслях наконец возникла тяжёлая темнота, заставляя Артёма забыть даже собственное имя.


Глава 3. Таинственный город

Артём открыл глаза, но сначала ничего не увидел, лишь пятна света. Поднялся, покачиваясь, но смог устоять – кажется, ничего не сломано, только плечо болит. Держась за затылок, Артём растерянно посмотрел наверх – на потолке прямо над ним чернела большая круглая дыра с массивным вентилятором. Широкие лопасти быстро вертелись, принося потоки тёплого воздуха. Артём вдруг вспомнил, что с ним произошло. Вдруг резко закружилась голова, и, чтобы не упасть, он опёрся рукой о ближайшую стену. Пытаясь остановить поднимающийся из желудка комок, Артём сжал в руке майку на груди, но безуспешно – закашлялся и выплюнул на пол тёмный сгусток густой субстанции. Не приснилось?

Чтобы отвлечься от тошноты, он огляделся: увидел коридор, стены которого были выложены тёмными камнями с острыми гранями. По обеим сторонам шли ряды одинаковых дверей, некоторые из которых были приоткрыты. Лампы – стеклянные шары, выступающие на поверхности потолка, периодически мигали.

– Чёрт… – выдохнул Артём и стал снова протирать глаза. Он никак не мог хоть что-нибудь понять… Да хотя бы унять эту тошноту!

И тут он вспомнил. Магнитофон! Артём хлопнул ладонями по карманам – магнитофона не было, только одна кассета. Он достал и разглядел её – цела. Как это возможно? Где магнитофон? Он оставил его там, около трубы!

– Нет, нет, нет… – запричитал Артём и принялся крутиться вокруг себя, оглядываясь. Он быстро нашёл, что искал: всего в нескольких шагах на свету блеснул голубой корпус, а рядом валялись телефоны со спутанным проводом.

– Нет, только не ты! – выдавил он сквозь зубы, усаживаясь перед магнитофоном на колени. Кассета была на месте, только теперь безнадежно застряла, зажатая изогнутым корпусом. Артём с досадой сжал изуродованный магнитофон в руке и убрал в карман, а затем подтянул за провод телефоны и надел на шею. Всё тело дрожало. Новенький «Электроника П-401С», ради которого мать ездила в другой город… Теперь сгинул по причине Артёмовой глупости! Он стиснул зубы, закрыл лицо руками и попытался подумать, отгоняя волны досады. Как вообще ему пришло в голову полезть в эту трубу? Откуда там взялся Элвис? Внезапный звук шагов остановил поток мыслей. Артём обернулся. По звуку было понятно: вот-вот кто-то появится из-за поворота. Артём подбежал к ближайшей комнате и осторожно закрыл за собой дверь, стараясь не издать ни единого звука, а затем приложил к ней ухо и прислушался. Когда шаги отдалились, он приоткрыл дверь, пытаясь унять тяжёлое дыхание. От увиденного всё тело пробила дрожь: в конце коридора остановился какой-то человек в странном жилете на голое тело. Незнакомец напевал себе под нос, пританцовывая, а потом вдруг резко повернул голову в сторону Артёма. На слабом свете ламп блеснула лысая голова, покрытая как будто сшитыми кусочками разноцветной кожи. Артём быстро захлопнул дверь, чувствуя, как к груди будто бы приложили кусок раскалённого металла.

– Славьте Первомая! Вам помочь чем-то? – раздался из-за двери звонкий голос.

Артём прижался к двери спиной, раскинув руки в стороны, и прислушался. Через несколько секунд он услышал скрип и какой-то разговор, слова которого было не разобрать. Состояние непонимания и шока усиливалось с каждой минутой. Значит, это не бункер. Или необычный бункер. Опыты над людьми? Возможно ли, что в этом как-то замешана атомная станция? Но почему тогда это место находится настолько на виду? Тогда так легко нельзя было бы сюда попасть – не подходит! Артём отвлекся от размышлений и огляделся. В комнате, в которой он находился, было довольно много различной мебели. У стен стояли старые шкафы и комоды, их цвет уже успел поблекнуть под слоями пыли, а в одном из углов кто-то оставил кучу старого тряпья. От созерцания мебели его отвлекли шаги за дверью. Артём быстро окинул комнату растерянным взглядом и не нашел ничего лучше, как залезть в старый шкаф. Он быстро утонул в старой одежде, которую, казалось, не снимали с вешалок на протяжении многих лет. В нос забилась пыль, тут же ужасно захотелось чихнуть, и Артём в отчаянии зажал нос. Дверь в комнату открылась, кто-то вошел. Артём задержал дыхание и прислушался, чихать перехотелось, но он зачем-то продолжил держаться за нос.

– Прекрати, Ида! Сегодня такой день, давай просто отпразднуем и не будем ныть! – послышался хриплый женский голос.

– Просто понимаешь, я уже не молода… – ответил второй, точно такой же, но чуть выше.

– И что же с того! Моя бабушка в твоём возрасте только уехала из родительского дома…

По скрипу стульев Артём понял, что женщины, оживлённо разговаривая, сели за стол. После он услышал, как звякнула какая-то посуда.

– Ой, Ида!

– Да, дорогая?

– У меня же для тебя есть подарок!

– Правда? И что же это? – Женщина, которую звали Ида, кажется, широко оскалилась.

– Сейчас, погоди, увидишь!

По телу Артёма пробежала дрожь. Шаги стали приближаться. Артём отпустил нос и постарался забиться поглубже в кучу тряпья – может, всё таки не заметит? Прикрывая себя широким чёрным рукавом, он услышал, как шкаф предательски громко скрипнул.

Через секунду двери его убежища распахнулись, во все стороны разлетелась крупная пыль. Артём не удержался и громко чихнул.

– Великий Первомай!

– Что там, что там? – нетерпеливо запричитала Ида.

– Вот так подарочек…

От увиденного Артём содрогнулся: у женщины или у кого-то, кто был похож на женщину, была сероватая кожа, круглые глаза, тупой козлиный носик с неровными ноздрями и неприятное длинное лицо. Тело местами было покрыто длинной грязной шерстью, свалявшейся в колтуны. Тварь наклонилась так, что её нос оказался вплотную к лицу Артёма, и громко втянула воздух. Зрачки-щёлки дрогнули в ярко жёлтых глазах.

– Вкусно пахнет! – с напускным возбуждением произнесла она и быстро глянула на сестру.

Артём вжался в заднюю стенку шкафа, желая пройти сквозь неё.

– Что это у тебя? – на секунду кривые пальцы с массивными костяшками схватили провод от телефонов, но Артём инстинктивно отпрянул от этого прикосновения и проигнорировал вопрос.

Снова подойдя вплотную, Крио заговорила тише:

– Мертвец знает, как ты тут оказался, но теперь уж не рыпайся, – тут она подняла руку и длинным пальцем оттянула край майки Артёма, – понял, подарочек?

Артём еле заметно кивнул, не спуская пристального взгляда с козлиных глаз, а Крио тут же схватила его за запястье и вывела из шкафа. Кожа её ладони была неприятно шершавой.

– А вот и твой подарочек, Ида!

Ида широко раскрыла глаза, на секунду задумалась, а затем процедила сквозь широкую улыбку:

– Это правда мне?

– Вот, Ида, – говорила Крио, надавливая Артёму на плечи и говоря сесть, – он полностью твой, делай с ним, что хочешь. Я очень долго выбирала и остановилась на этом варианте. Он как раз в твоём вкусе.

– Это точно, – согласилась Ида. Она была точной копией Крио.

– Я слышала, что если съесть высшийку, можно помолодеть на 30 вел! – шёпотом произнесла Ида, наклонивщись к подружке и не спуская взгляда с Артёма.

Она сказала «съесть»?!

– В-вы меня точно с кем-то перепутали.

Артём замолчал, удивившись. Он ещё никогда не заикался.

– Так что я пойду…

Сейчас осталось дойти до двери, не делая резких движений. Он осторожно встал из-за стола.

– Ты куда? Ни с кем мы тебя не путаем! Ты подарок для Иды,

– Почему мой подарок уходит? – лицо именинницы стало выражать отчаяние: уголки губ опустились ещё ниже обычного, она начала вставать из-за стола.

Артём продолжал пятиться к двери, чудища не спускали с него взгляда. Несколько секунд было слышно только их тяжёлое дыхание. Артём почувствовал, как от страха всё внутри похолодело. Всё тело сжалось, мышцы уже давно были напряжены и подготовлены к бегству. Он одним прыжком добрался до двери, с силой ударив в неё руками. Дверь на секунду поддалась и с той же силой толкнула Артёма назад. Заперто. Тогда Артём снова повернулся и прижался к ней спиной. Чудища наступали. Может, это всё же сон? Вытянув вперед руки, которые оканчивались крючковатыми пальцами с длинными когтями, сестры двигались прямо на него.

– Куда же ты… – прошипела Ида с неизменным оскалом.

Артём опасливо принялся смотреть по сторонам в поисках путей отхода. Рядом с дверью стояла старая швабра. Артём схватил её и направил грязную щетку прямо на сумасшедших незнакомок.

Внезапно чудища остановились и в унисон засмеялись сухим, протяжным смехом, одинаково положив ладони на грудь. Артём в недоумении окинул их взглядом, медленно опуская швабру.

– Ладно, хватит с него! – выпалила сквозь смех Крио.

У Иды от смеха сотрясались плечи. Она указала на него крючковатым пальцем и произнесла, задыхаясь от смеха.

– Он…По… Поверил!

Потом Крио вдруг резко перестала смеяться и серьёзно глянула на Артёма.

– Слушай, высшийка, ты что, не знаешь, что нельзя шастать по чужим номерам без спроса? Думаешь, раз ты высший, тебе всё дозволено? – она сделала решительный шаг к Артёму и, отпихнув его от двери, достала из кармана платья ключ и зашумела им в замке.

– Как не стыдно оскорблять дам! А если бы мы были без одежды! – заворчала она. Когда дверь со скрипом открылась, чудище схватило Артёма за плечи и выставило в коридор, оглушив резким криком:

– Вон отсюда!

Дверь с грохотом захлопнулась и вывела Артёма из оцепенения. В мыслях было только одно – бежать, что он и сделал. От нереальности кружилась голова. Кто всё эти чудища, что это за место? Он резко повернул за угол и сразу же в кого-то врезался. На лицо упала тяжёлая ткань, пахнущая чем-то свежим. Артём быстро стащил её с лица и увидел перед собой рыжеволосую девушку. Это человек!

– Что ж такое, – недовольно прошипела незнакомка и наклонилась, чтобы поднять простыни.

– Простите, – начал Артём, задыхаясь, – вы мне не скажете, где я?

– Вы в отеле «Первомайский», – устало ответила девушка, заново складывая простынь на коленях. – Но я вас не видела среди постояльцев.

– Да нет же, что это за место? В общем, что за подземелье? Я упал сверху, через трубу! – начал сбивчиво объяснять Артём.

– Подземелье? – Девушка нахмурилась и заправила за ухо прядь рыжих волос. Тут Артём увидел, что верхушки её ушей заострены верх. Не человек… Эльф! Как в этой книжке из библиотеки про маленьких людей, которые куда-то тащили кольцо!

– Простите… – с трудом произнёс Артём, отрицательно мотнув головой, и бросился бежать дальше.

А что если здесь вообще нет людей?

– Стой, куда ты?! – взволнованно бросила незнакомка ему вслед, но Артём не стал отвечать.

В конце коридора была лестница. Артём быстро спустился вниз и врезался ладонями в дверь, сразу оценив её тяжесть. Ему пришлось налечь на неё всем телом, после чего он наконец оказался снаружи. Артём остановился, запыхавшись, и медленно повернулся вокруг себя на одном месте, оглядывая незнакомое пространство. Наверху не было неба. Сверху насколько хватает взгляда раскинулся каменный потолок со множеством сталактитов. Между ними, будто паутина, было протянуто множество проводов, с которых свисали большие стеклянные лампы. Их было так много, что они превращались в море жёлтого света, изредка подрагивающее короткими волнами. Артём опустил взгляд и понял, что он стоит посреди оживлённой улицы. Его тут же окружила мешанина звуков: стук железа, шум многочисленных голосов и топот ног. Всё смешивалось в единый гул, и Артёму показалось, что у него звенит в ушах. Перед глазами в разные стороны сновал живой поток, и когда Артём увидел, из кого он состоял, то сделал шаг назад, ошарашенный осознанием. Он сразу понял, что это были не люди.

Артём зажмурился, и сразу открыл глаза, надеясь, что ему показалось. Существа, заполнившие улицу, лишь напоминали людей: у некоторых из них были звериные уши, у других хвосты, а третьи имели целые части тела, взятые от животных. И те прекрасно функционировали. Артём выдохнул и закрыл лицо руками.

– Какого чёрта… – дрожащим голосом произнёс он. – Это всё сон, сон!

– Эй, ты откуда взялся?

Артём резко обернулся.

– Ты! – выпалил он сквозь сжатые зубы, увидев остроухую. Воздуха будто не хватало. Артёму казалось, что ему на спину только что вылили ведро ледяной воды. Пальцы задрожали, а в горле пересохло.

Новая знакомая подняла руку и потянулась к плечу Артёма.

– Не трогай меня! – выпалил Артём, широко открыв глаза и оскалившись. Он медленно попятился назад, но вовремя вспомнил, с кем он может встретится спиной.

Лицо девушки приобрело обеспокоенное выражение. В нём не было ни тени прежней серьёзности.

– Эй, тише…

– Ты кто? – коротко бросил Артём.

– Меня зовут Алиса. Я в этом отеле работаю, – начала она, и обернулась на дверь, из которой только что вышла.

Артём глянул за спину Алисы. Прямо над дверью, на деревянной вывеске, перемотанной гирляндой с мелкими желтыми лампочками, было неаккуратно нацарапано:


ОТЕЛЬ ПЕРВОМАЙСКИЙ


– Кто ты такой?

Алиса была одета вполне по-человечески: кофта в горизонтальную полоску с длинными рукавами была заправлена в бежевые свободные штаны.

– Так кто ты, и как здесь оказался? – переспросила Алиса, её взгляд сделался напряженным.

– Я… – Артём растерянно посмотрел по сторонам и увидел еще несколько невообразимых тварей. Затем снова посмотрел на новую знакомую:

– Меня зовут Артём, – ответил он наконец. – Я живу в городе Электроград. Сейчас 1985 год. Я упал в дыру…То есть – в трубу…. – Артём впервые в жизни почувствовал, как от нахлынувших эмоций заплетается язык.

– Электроград, значит… Понятно. – Алиса прищурилась и с недоверием оглядела Артёма с ног до головы, сделав шаг назад. – Пойдем со мной. – Она кивнула с дружелюбной улыбкой. – Я отведу тебя к хорошему существу и ты всё ему расскажешь…

– Умоляю, скажи, где я? – не унимался Артём. Он снова огляделся и увидел, как впереди над плотным полем из многочисленных угловатых крыш возвышается каменное плато, с верхушки которого спускались широкие неровные ступени. Артём невольно проследовал взглядом за ползущими вверх телегами, запряжёнными мохнатыми лошадьми, и у него перехватило дыхание. Он увидел резные стены громадного каменного дворца с несколькими башнями. Его нижняя часть скрывалась за рядом небольших домиков, таких же, рядом с которыми сейчас стоял Артём. По краям верхнего плато домики кое-где уступали место зубастым скалам, угрожающе нависающим над постройками ниже.

– Это славный город Отчин, правит здесь всем и каждому известный… На что ты смотришь? – Алиса обернулась, проследив за взглядом Артёма:

– А, это его дворец, кстати, – закончила она.

– Мне срочно нужно вернуться домой, в Электроград…

– Да не знаю я, где этот Электо.. Как ты его назвал? – Алиса нервно улыбнулась, так, как обычно улыбаются надоевшим детям.

– В этом отеле на потолке есть дыра, – снова начал объяснять Артём, – из которой я упал. Мне, наверное, нужно идти туда? Только там вентилятор.

– Он всегда там был.

– То есть ты совершенно не знаешь, где выход отсюда? – в отчаянии спросил Артём.

– Знаю, в этом квартале как раз, нужно пройти по этой улице прямо до лавки с травами, – Алиса обернулась и указала рукой позади себя, – За ней свернуть влево…

– А дальше?

– Там выход… Только он в лес ведёт, где живут не очень дружелюбные существа. Тебе туда зачем?

Артём устало выдохнул и приложил ладонь к лицу.

Происходящее не укладывалось ни в какие рамки возможного.

– Проснись, проснись, проснись! – вдруг начал повторять он и, зажмурившись, начал бить себя ладонями по щекам.

– Тихо ты! – Алиса неожиданно сильно схватила руку Артёма, не дав свершиться очередному удару. – Пошли к смотрителю этого района. Поговоришь с ним и вместе решим, что тебе делать.

Артём растерянно вытащил свою руку из цепкой ладони новой знакомой и заглянул ей в глаза. В голове, словно пчёлы, жужжало множество мыслей.

– Смотрителю? – переспросил он.

– Давай руку, – Алиса кивнула и протянула Артёму свою ладонь с длинными тонкими пальцами. Хватать незнакомую девчонку за руку, будто бы им по пять лет, показалось Артёму странным.

– Ты слышишь меня? – настойчиво спросила остроухая.

– Я сам, – отрезал Артём, а затем повторил, кивнув сам себе, более уверенно:

– Я могу сам идти.

– Ладно, – Алиса развела руками, – только не потеряйся в толпе, тут всегда в эту часть дня полно существ.

После этих слов она развернулась и быстрым шагом пошла вперёд по улице. Артём последовал за ней, пытаясь одновременно разглядывать окружающую обстановку. По обеим сторонам дороги выстроились двухэтажные домики с довольно широкими дверьми и небольшими квадратными окнами, ни в одном не было ни рамы, ни стёкол. Артёма снова пробила дрожь, он не мог поверить своим глазам – слишком нереальным было всё окружающее. Атомы. Атомы существуют. Подземные миры – нет. Как это вообще возможно? Огромный мир под землёй, населённый гибридами животных и людей. Внезапно сбоку возникло массивное мохнатое плечо, и Артёму пришлось резко посторониться. Он вдруг увидел огромную лошадь с волчьей головой. Из открытой пасти отвратительно пахнуло тухлым мясом, и Артём сдавленно кашлянул. Волчьеголовая тащила массивную телегу, на краю которой сидел человек, с головы до пят покрытый чешуей. Его бросило в холодный пот. Протерев ладонью лоб, он глянул на Алису, чтобы не потерять её из виду, и поторопился.

Поток тёплого ветра взъерошил ему волосы. Мимо прошла пара с мохнатыми ушами, громко между собой переговариваясь. Он снова поторопился, догоняя Алису. Напротив одного из домов он снова встретил мохнатых лошадей с волчьими головами: одни ели что-то из вёдер, стоящих перед ними, другие дремали стоя. Шерсть на их мордах напиталась кровью и поблёскивала. Когда они прошли ещё немного, Артём увидел что-то наподобие небольшого базара. Две толстые женщины с мышиными ушами, громко смеялись. Перед ними стояло несколько деревянных коробок с какими-то овощами или фруктами. Дальше вдоль дороги выстроились ряды небольших самодельных прилавков из материала, по виду напоминающего странное тёмное, почти что чёрное дерево. К прилавкам выстроились очереди из существ. Стоило присмотреться к ним, и сразу становилось понятно – у этого существа слишком длинные руки, у этого – ноги, а тот с ног до головы покрыт шерстью. Артём вспомнил про магнитофон, опустил руку в карман и, нащупав погнутый корпус, устало выдохнул. Он мог бы и дальше заниматься изучением окружающей обстановки, если бы Алиса вдруг не схватила его за руку – на этот раз он не стал сопротивляться. Они резко свернули в переулок.

– Нам сюда.


Глава 4. Верх и низ

Шум главной улицы немного стих. Переулок оказался небольшим: всю его правую сторону занимало двухэтажное здание. Окон не было. Алиса остановилась перед деревянной дверью с резной ручкой. На металлической табличке был высечен какой-то символ, похожий на перевёрнутую букву «П» с точкой посередине.

Остроухая легко постучала в дверь кулаком.

– Кто там? – тут же послышался глухой возглас из за двери. Шаги стали приближаться, глухой стук, удар и звонкий треск разбитого стекла.

– Мертвечина! – послышался раздраженный возглас.

Алиса громко выдохнула, прикрыв глаза.

Через несколько секунд раздался щелчок и дверь со скрипом открылась. Яркий свет ослепил Артёма и тот закрылся от него ладонью. Перед ними в дверях стоял высокий и худощавый мужчина. Под глазом тянулся неровный шрам, старый и потемневший. Незнакомец наклонился, чтобы посмотреть по сторонам и длинные волосы плавно соскользнули с плеча.

– Алиса…

Незнакомец окинул взглядом сначала Алису, а затем Артёма. Глаза блеснули.

– А это кто? – голос был непривычно звонким.

– Его зовут Артём, говорит, упал в дыру. В вентиляцию в моём отеле… Каким-то образом. В Электроград хочет. Прости, Антан, я забыла ключи, – устало произнесла Алиса. Не ожидая приглашения, она протиснулась между высокой фигурой мужчины и дверной рамой и вошла в дом. Артём проводил её взглядом.

– Мертвецки устала…. – голос Алисы становился всё тише, по мере того как она уходила в дальнюю комнату.

Антан окинул Артёма оценивающим взглядом.

– Дыра, значит… – задумчиво произнес он. – Ну что же, заходи, Артём. – Антан отошел в сторону и жестом пригласил его войти. Артём не стал медлить, чувствуя себя неловко под пристальным взглядом. Он тоже рассматривал нового знакомого: однобортный черный пиджак с лацканами, брюки, белая рубашка без галстука, неопрятно расстегнутая сверху. Светло-серые длинные волосы выглядели довольно ухоженно, на плечах лежали тонкие выбившиеся пряди. Только сейчас Артём заметил, что из переднего кармана пиджака торчит фляга.

– Прошу в мой кабинет – расскажешь, что с тобой случилось.

Антан пошел вперед, Артём – за ним, по пути разглядывая окружающую обстановку. В прихожей у стен стояло не меньше пяти сундуков из старого, рассохшегося дерева. Артём сделал шаг и под его кедами что-то противно хрустнуло. Он вздронул и подскочил на месте – под ногами оказались осколки. Хозяин дома почему-то не обратил на них никакого внимания. Когда они прошли глубже в дом, Артём увидел широкую лестницу наверх. Слева от неё находилась приоткрытая дверь из которой лился желтоватый свет. В кабинете, как назвал эту комнату Антан напротив входа стоял большой письменный стол из тёмного дерева, заваленный кучей мятых исписанных бумаг. Тут же было и внушительных размеров черное кожаное кресло. Слева и справа у стен стояли шкафы с множеством книг с потускневшими от пыли корешками. Там, где шкафов не было, на стене висели маленькие картины, изображающие здания, больше похожие на груды металла. На полу перед столом был расстелен зеленый ковер с длинным ворсом, более тёмного оттенка, чем обои. Артём не стал наступать на него, боясь испачкать. Опасливо он сделал шаг назад, не заметив, что сам хозяин кабинета вышагивал по своему ковру в массивных черных ботинках, которые явно не были чистыми. Антан остановился, сложил руки на груди и посмотрел на Артёма. Лицо хозяина было довольно молодым, но серо-голубые глаза отражали мудрость многих лет. Он заправил серую прядь волос за правое ухо.

– Ты какой-то помятый… – сказал Антан и по доброму улыбнулся.

Артём посмотрел на него и заметил на шее амулет. На круглой подвеске был высечен тот же символ, что и на двери. Теперь Артём смог разглядеть его получше: в центре перевернутой буквы была небольшая заглавная буква «А», с точкой посередине.

– Кто вы? – Артём задал вопрос, который вертелся у него на языке и тут же пожалел. Может, это какой-то местный чиновник?

– Антанарис Загорский, смотритель среднего района, к вашим услугам, – продолжил Антан, гостеприимно раскинув руки в стороны. – Итак, а кто же ты? – Антан откинул волосы назад, и серые пряди небрежно рассыпались по плечам. После сел в кресло, облокотившись на спинку, и положил руки на широкие подлокотники.

Артём почувствовал себя неловко. Он переступил с ноги на ногу и поправил волосы. В это время Антан всё пялился на него. Никакая хоть сколько нибудь адекватная картина не складывалась в голове, вдобавок очень хотелось пить: в горле пересохло от жары. Артём аккуратно облокотился спиной о шкаф с книгами, который стоял позади него, и сложил руки на груди. Дверца легонько скрипнула и Артём опасливо глянул через плечо. Тут вернулась Алиса и спасла положение:

– В общем, ему надо в Электроград. – Алиса облокотилась плечом о раму двери и кивнула головой в сторону Артёма.

–Погоди, неповторимая, пусть расскажет сам. Назови свое полное имя,– теперь Антан сидел наклонившись, опираясь локтями на стол и расположив голову на руках.

«Неповторимая»? Да что тут такое происходит?

– Артём. Артём Кристалинский. Я совершенно ничего не понимаю. Мы с моим другом Димой нашли дыру в стене. Там играла музыка. Я захотел посмотреть, и упал. И вот я здесь.

Антанарис украдкой глянул на Алису. Та в ответ в недоумении пожала плечами. Затем её палец осторожно потянулся к виску, будто бы она хотела поправить волосы. Но вместо этого она попыталась незаметно покрутить пальцем у виска.

Артём со злостью засопел.

– Так, продолжай… – спокойно сказал смотритель, переведя взгляд на него. – Тебе нужно в Элек… Как там?

– Электроград, – помог Артём.

– Электроград, да.

– Мне домой надо. У меня там… Небо, лето, листья зеленые. Видели когда-нибудь такое? – Артём выпрямился и стал смотреть прямо на смотрителя района. Алиса осторожно поглядывала на них по очереди.

– Никогда ничего подобного не слышал, – ответил Антан и снова посмотрел на Алису. На этот раз его взгляд стал более многозначительным.

– У меня не было потери памяти! – разозлился Артём. – Город Электроград. Небо, зелёная трава. Союз Советских Социалистических Республик. Я в нем живу. – Повторил он с паузами, надеясь, что его наконец поймут.

– Союз? Хм… – Антан помолчал и продолжил: – Сейчас ты находишься в городе Отчин…

– Да понял я! – Артём сжал руки в кулаки и сделал шаг вперёд.

Тут включилась Алиса, примирительно подняв руку:

– Слушай, Артём, может тебе для начала надо немного прийти в себя? Поспать, может, немного? Это должно помочь вспомнить, где ты живёшь… – её лицо снова стало неподдельно обеспокоенным. Она смотрела на него как на кролика, упавшего в яму, и будто с минуты на минуту собиралась бежать за сачком, чтобы помочь бедному животному.

– Я знаю что вы думаете, что я сошел с ума, но это не так, – Артём даже зажмурился от нетерпения и схватился за волосы. – Я прекрасно помню, что было час назад: я был дома, у себя в Электрограде. Потом гулял. В Электрограде.

–Электроград… – задумчиво протянул Антан. Казалось, он о чём то глубоко задумался, смотря на стол перед собой.

Артём помолчал несколько секунд. Это всё совершенно не нравилось ему. Кажется, этот Антан ничего не знает. Или тянет время, но зачем? Неужели… И эта ушастая девчонка… Зачем она так настойчиво притащила его именно сюда? И еще предлагает прийти в себя, поспать? Ну уж нет. Это просто хорошо продуманная ловушка! Где гарантия, что они не в сговоре с сестрицами? Сейчас он заснёт, а они тут – с ножом или с чем похуже. Ну уж нет! Надо убираться отсюда, пока не поздно, пока не заговорили зубы!

– В таком случае, я пойду искать того, кто знает, как мне вернуться. Алиса, Антан, спасибо, – с этими словами Артём под растерянным взглядом Алисы решительно направился к выходу из кабинета и скрылся в дверном проеме.

– Стой! – вдруг крикнула Алиса, посмотрев на Антанариса, будто ожидая от него поддержки. Она широко раскрыла глаза, осознав, что их гость действительно направился на улицу. Антанарис не двинулся с места, а на его лице не промелькнула ни одна эмоция.

– Подожди, тебе нужно узнать местные правила, это важно! – прямо перед дверью Алиса попыталась схватить Артёма за руку, но тот отдернул её и вышел на улицу. Его взгляд был наполнен решимостью, которая также выражалась в ровной полоске рта. Артём вышел из переулка и пошёл вперёд, не разбирая дороги. Алиса ускорила шаг, пытаясь подобрать слова, чтобы обратить на себя внимание.

– Послушай, да постой же, это действительно важно. Здесь опасно!

Артём оглянулся, и, увидев Алису, тут же пустился бежать. Наверняка она тоже преследует свои интересы, неизвестно, насколько жуткие. Сделав пару быстрых шагов, Артём понял, что всё это время он хотел только одного – бежать. В конце-концов, что бы тут ни происходило – ему нужно к матери. И к Рыбникову. Дать ему по башке.

Алиса остановилась, с досадой выдохнула и цокнула языком, сложив руки на груди.

– Сумасшедший какой-то… – произнесла она, провожая взглядом Артёма, чья фигура ещё пару секунд мелькала впереди, а затем исчезла в потоке существ. Антанарис подошёл сзади и положил руку ей на плечо, также провожая взглядом Артёма.

– Можешь проследить за ним? – тихо спросил смотритель.

Алиса обернулась и недоумевающе глянула на Антана.

– Если это высший, который тронулся умом, нам нужно разыскать его родственников. А то потом скажут, что он ко мне пошел, и Первомай с меня спросит! Наверняка кто-то видел вас, когда вы сюда заходили. Ну же, а то уйдёт! – быстро прошептал Антанарис и легко похлопал Алису по плечу, подгоняя.


Артём бежал долго. Он петлял в плотном потоке существ, надеясь затеряться и сбежать от погони. Вокруг то и дело раздавалось то недовольное рычание, то визг, то шипение, перед глазами в безумном танце мелькали мохнатые уши и хвосты. Он ни о чём не думал, только бежал вперёд и вперёд. Улица всё не заканчивалась, она лишь начала сворачивать влево, огибая возвышающийся вдалеке дворец. Внезапно сильной судорогой свело ноги, и Артём, задыхаясь, свернул в ближайший переулок и прижался спиной к стене. Он медленно сполз на землю и закашлялся. Перед глазами появилась стена, собранная из острых тёмных камней разного размера, обычное квадратное окно без стёкол и рамы и старая дверь с неровно скреплёнными досками. Вскоре она открылась и Артём увидел существо, одетое в чёрный балахон до колен. Артём поднял взгляд и увидел, что по обе стороны от женского лица торчали длинные собачьи уши. В следующую секунду лицо незнакомки исказилось в гримасе злобы, верхняя губа поднялась, обнажая белые зубы.

– Ищешь, что своровать? Пошёл вон! – прорычала она и, подняв руки, бросилась на Артёма.

Увидев загнутые когтистые пальцы, которые тянулись к его горлу, Артём не стал мешкать: в два прыжка он снова оказался в толпе. Во рту пересохло, а всё тело обдало холодом. Не успел он пробежать и метра, как кто-то толкнул его в спину, и Артём упал.

– Чёрт, – выдохнул он с закрытыми глазами и медленно поднялся, потирая ушибленный локоть. Он снова увидел ту самую каменную дорогу, по которой поднимались телеги. По центру дороги была выбита из камня узкая каменная лестница, по двум сторонам которой телеги за долгое время продавили колёсами две тонкие колеи. У основания лестницы стояли две фигуры, сжимая в руках перед собой, будто младенцев, какие-то палки. Чуть выше дорога обрывалась, и над ней виднелась верхушка каменного дворца, сияющего в лучах прожекторов. Дворец не имел формы – он был похож на каменный обвал, в котором проделали окна.

– С дороги! Чего встал?! – прокричал за спиной хриплый голос, и Артём быстро сделал шаг назад. Прямо перед ним появился всадник на чёрной волчьеголовой лошади. Артём с надеждой вгляделся в его лицо, и к своей радости не увидел там животных черт. Покачиваясь на массивных ногах, лошадь везла обычного человека в чёрном комбинезоне. За спиной у всадника висело оружие, похоже на мушкет с корпусом из странной чёрной древесины.

– Вы не подскажете, где я? – прокричал Артём вслед незнакомцу. Тот сначала обернулся, а затем, увидев лицо Артёма, полное надежды, натянул поводья и развернул тварь, на которой сидел. Лошади-волку это явно не понравилось, и она оскалилась и глухо прорычала, сверкнув жёлтым глазом.

– Ты это чего, потерялся? В среднем районе ты.

– Нет… Я хотел спросить, что это за место такое?

Волчьеголовая резко тряхнул головой, явно намекая всаднику, что пора идти.

– Умом тронулся! – усмехнулся всадник, – и, не собираясь выслушивать новые вопросы, так пришпорил коня, что тот подскочил на месте и быстрой рысью забежал на первые ступеньки лестницы.

– Н-но! Куда пошла! – всадник силой дёрнул поводья.

Лошадь попятилась и наконец взбежала на дорожку для телег и начала медленно подниматься наверх.

Артём проводил его взглядом, пригладил чёлку, а затем решительно направился вслед за всадником. Если человек едет туда, значит, там наверняка есть другие люди! И вдобавок, если кто и знает о том, что это за место, так это главный. Кто у них тут: царь или секретарь – это неважно, ему точно следует задать вопрос о возвращении в Электроград. По обеим сторонам лестницы тоже стояли существа в чёрных комбинезонах. Волосы были скрыты капюшонами, а лица – чёрными масками с тонкими прорезями для глаз. В руках наготове каждый сжимал длинный мушкет. Откуда у них оружие сверху, да ещё и такое древнее? Они украли его, или… Ещё только изобрели? Артём подошёл ближе и обнаружил, что стражи были выше его на пару голов.

– Славь, существо. – прохрипела маска, затём легким движением закинула мушкет на плечо и продолжила: – Пропуск или номер приглашения?

Перед Артёмом появилась морщинистая ладонь, покрытая сухой зеленоватой кожей.

– Эм, – задумался Артём, подбирая слова, – у меня нет номера приглашения. Я хочу поговорить с главным. Я сюда случайно попал, упал в трубу… Э… Мне нужно вернуться домой, и я хотел бы спросить у главного, как это сделать?

– Без номера приглашения вход в дом Великого запрещён, – ответил хриплым голосом второй стражник.

– Без пропуска вход в Верхний район запрещен, – с такой же интонацией добавил тот, с кем разговаривал Артём.

– Нет, постойте, – заспорил Артём, – смотрите, я не местный, – Артём положил ладонь на грудь. – Я попал сюда случайно, и мне нужно назад. Я вообще ничего не знаю о номерах приглашений, просто дайте мне задать один вопрос главному, хорошо? – тут он с надеждой глянул на маску стражника, будто ожидая, что та снисходительно улыбнётся в ответ.

– Без пропуска вход в Верхний район запрещен, – ответ повторили с одинаковой интонацией, а затем стражник отточенным движением сбросил мушкет с плеча. Артём замер, почувствовав прикосновение холодного дула к груди.


Глава 5. Твей


– Так, ладно, я понял, – произнёс Артём, подняв руки, бросив быстрый взгляд на оружие. Голос дрогнул, и он нахмурился, смутившись, а затем продолжил:

– Может, вы тогда скажете, как мне вернуться наверх, в Электроград?

Молчание.

– Я не отсюда, говорю… – начал Артём и осёкся. Пытаясь унять внезапно накативший жар страха, он сделал шаг назад. Потом еще один. И ещё. А затем развернулся и пустился бежать. Боясь выстрела в спину, он забежал в переулок, скрытый полумраком, который оказался на пути. Там, казалось, было меньше существ.

Дорога под тусклым светом ламп спускалась к нижней, самой большой части города, которая находилась в углублении, ниже уровня земли. Артём поднял голову и увидел, что море ламп продолжалось и над лесом, превращаясь в жёлтую полоску горизонта. Некоторое время Артём просто шёл вперед, не зная куда и рассматривая то, что попадалось на глаза. Происходящее было настолько нереальным, что Артём всё ещё надеялся, что скоро этот кошмарный сон закончится. Он старался идти сбоку от основного потока и быть лишь наблюдателем за жизнью, которая буквально бурлила вокруг. В воздухе застыла смесь запахов пота и горелого масла. Здешние существа постоянно глазели на него и поворачивали вслед за ним свои отвратительные морды. Артём стал смотреть на здания вокруг, избегая взглядов чудовищ. Мимо мелькали небольшие дома со светлыми окнами, тёмные переулки и лавочки из странного чёрного дерева.

Ему становилось всё хуже. Чтобы хоть как-то успокоиться Артём постарался вспомнить, какие у него были планы на этот день, там, в Электрограде. Погулять с Димой. Затем домой, пообедать. После обеда Артём собирался почитать, он сейчас как раз начал перечитывать «Преступление и наказание».

Вдруг впереди оказался человек с вороньим клювом вместо носа. Всё его лицо было покрыто мелкими ранками, будто кто-то только что вырвал ему перья. Артём сделал шаг в сторону, чтобы пропустить его, и вдруг увидел ряд деревянных столов. За первым рогатый мужчина жарил какое-то мясо. Пахло, на удивление, довольно вкусно, и Артём вдруг понял, что уже наверняка давно прошло время обеда. Рядом со сковородкой, из которой валил пар, стоял ценник: «40 м». Следующим был стол, где человек с огромными ушами лепил толстые лепешки и кидал их на сковородку. Рядом стояла, видимо, его дочка, и старательно переворачивала лепешки, как только те подрумянивались. За третьим оказалось несколько жутких существ. У этих существ были огромные круглые глаза, а всё тело было покрыто шерстью. Они готовили целый обед из каких-то овощей и мяса. Что это за место, чёрт возьми? Откуда все эти уроды? И, самое главное, как отсюда выбраться? Артём миновал пару магазинов с вывесками, на которые активно старались обратить внимание прохожих: в ход шли большие лампы и жуткого вида гирлянды, сделанные будто бы из обрывков проводов. Жители этой части города пытались сделать её светлее своими силами. Артём начал замечать, что дорога спускается вниз, а потолок с множеством ламп становится ещё выше. Вдалеке вместо моря леса теперь виднелись лишь продолжение улицы и плотная застройка домов. Вокруг становилось всё темнее. Магазины сменились двухэтажными домами, у входов которых стояли и переговаривались разные твари. С каждым шагом жилища становились всё более ветхими: материалом им служило тёмное дерево, в отличие от преобладающего ранее чёрного камня. Неровно сложенные кучи брёвен торчали из земли чёрными кляксами, ожидающими своего часа рядом с недостроенными домами. Светлых окон тоже стало намного меньше. Артём вдруг ощутил сильное желание оказаться на своём диване с «Преступлением и Наказанием». Артём прикрыл глаза и в деталях представил свою комнату, солнечные блики на скомканном одеяле на диване и марку с волком в раскрытом альбоме на столе.

Сцену в сознании буквально разрывало на части нарастающее где-то в желудке напряжение. Надо поворачивать назад.

Артём открыл глаза и увидел хлипкий забор, который начинался по правой стороне от него. Тонкие чёрные ветки, связанные между собой верёвками, образовывали большой квадратный загон. В полумраке, кое-где разрываемом тусклым светом ламп, привязанных на нескольких столбах около загона, он увидел тучных животных. Артёму стало любопытно, кто это такие: он подошёл ближе, и, схватившись руками за ветки, заглянул в щель между ними. Животные были во многом похожи на свиней, только тела были покрыты короткой серой шерстью. Из-за неподходящего размера загона они совсем не могли двигаться, и поэтому толкали друг друга, то и дело поднимая толстые морды и громко вскрикивая. Вдруг послышался треск. Артём повернул голову и направился в сторону звука. Дойдя до края загона, он увидел человека с мохнатой волчьей головой. Жуткое существо носило одежду: штаны и рубашку. Всё тело Артёма содрогнулось от ужаса. Впереди, на перекладине между двумя деревянными столбами, висели привязанные за задние ноги туши серых свиней. Большие округлые животы у пары из них были вспороты, а внутренности удалены. В разрезах полосками белели кости ребёр. Увидев нож в руке странного волка, Артём сразу понял, что должно произойти, но почему-то не смог оторвать взгляд. Волк, подойдя к ещё целой туше, с рыком вогнал нож ей в живот и опустил вниз. Плоть разошлась как молния, с громким треском. На грудь и пасть мясника хлынула кровь, а затем и внутренности животного кучей повалились ему под ноги. Множество тёмно-бордовых дорожек побежали в разные стороны, увлажняя песок.

Тут Артём зажмурился и отвернулся, с трудом остановив рвотный позыв. Перед глазами, подобно червям, извивались окровавленные нити кишечника. Надо поворачивать назад! Артём закрыл лицо руками и громко выдохнул. Дышать стало трудно. В шуме улицы обострившийся слух уловил только одно – громкое чавканье. Не поворачиваться больше. Не смотреть. Желудок скрутило так, что Артём понял, если он увидит еще хоть немного из этого действа – завтрак выйдет наружу.

– Боже… – прошептал он сам себе.

Вдруг в темноте закрытых глаз он услышал дрожащий голос:

– Славьте, господин, – вдруг произнёс кто-то вкрадчиво.

Артём медленно убрал руки от лица. Перед ним на двух ногах стояло очередное порождение этого странного мира – зеленокожее существо в белом врачебном халате. Оно было почти что одного роста с Артёмом. Человеческие глаза с жёлтыми зрачками, неестественно выпученные, смотрели с интересом, а на почти плоском, покрытом прозрачными каплями носу с двумя дырочками ноздрей сидели небольшие круглые очки. Громадный рот растянулся в улыбке.

Артём увидел ровный ряд зубов у него во рту и почувствовал, как по коже побежали мурашки. Почувствовав, как страх сковал ноги, Артём сделал шаг назад, оглядывая незнакомца с ног до головы и готовясь бежать. Существо быстро глянуло по сторонам, а затем снова посмотрело на Артёма.

– Я… пойду, пожалуй… – осторожно начал он. Голос снова предательски дрогнул. Артём еще не успел отойти от увиденного, а тут перед ним уже возникла отвратительная говорящая тварь, вдобавок, говорящая с ним.

– Не бойтесь меня, существо. Я вас не обижу, – существо снова коротко улыбнулось, прищурив глаза, – Ты тут один?

– Я… Я случайно попал в этот мир. Я не местный…

– Что это у тебя такое? – кивнул Твей, глянув на телефоны.

– Это? – Артём дотронулся до них рукой, – Музыку слушать.

Твей непонимающе нахмурился в ответ, но уже через пару секунд его выражение лица снова сделалось дружелюбным:

– Ладно, по вашему взгляду я вижу, что вы потерялись, – сказал он, снова глянув по сторонам. – Я – врач. Я могу вам помочь.

– Поможете? Я попал в этот мир, упав в трубу… Я из другого мира, понимаете?

Назвавшийся врачом моргнул, не сводя с него взгляда жёлтых глаз.

– Может вы знаете, как наверх подняться?

Артём стал смотреть в жёлтые глаза существа. Зрачки как-то неестественно быстро двигались, осматривая его с ног до головы. Незнакомец будто бы сосредоточенно о чём-то думал.

– Послушайте, мне кажется я знаю, куда вам, – проговорил он внезапно, снова продемонстрировав ряд зубов и язык. – Я могу показать, где ты сможешь подняться наверх.

Артём недоверчиво нахмурился и окинул взглядом собеседника. Тут он заметил зелёные человеческие руки, которые врач опустил в карманы мятого халата, оставив большие пальцы снаружи.

– Есть какой-то выход? Где? – спросил Артём.

– Выходы всегда возникают в разных местах, – ответил Твей.

Артём сделал ещё шаг назад, потому что за время разговора незнакомец подошёл к нему почти вплотную. Странный тип…

– Да, послушай, – поспешил развеять его сомнения незнакомец, – один выход возник сегодня у меня в клинике. Пойдём со мной. Ты выглядишь очень уставшим и напуганным, я правда хочу помочь… Меня зовут Твей. А тебя? – и он дружелюбно кивнул, приоткрыв пасть.

– Я Артём.

– Атём, послушай, у нас тут почти каждый день в трубу падают, и зачем только её поставили… Не ты первый, не ты последний, ква! – в конце фразы Твей коротко квакнул, и Артём невольно вздрогнул от неожиданности.

– В самом деле? И что это за мир такой? – смутившись, спросил он.

– Это… – зеленокожий задумался, глянув под себе под ноги. – Дурное это место. Тебе нечего здесь делать. Пойдем,отправишься домой!

Твей развернулся и пошёл вперед, не оборачиваясь, а Артём остался стоять на месте. Что делать? Он снова посмотрел в ту сторону, где находился загон со свиньями. Но ни волка, ни внутренностей уже не было. Остались лишь три туши со вспоротыми животами, которые еле заметно покачивались, а также огромное багровое пятно на песке под одной из них.

– Ну чего ты там? Мне работать надо! Ты хочешь попасть домой или нет? – Твей обернулся, остановившись около входа.

Артём посмотрел на него, а затем поднял взгляд и разглядел большую вывеску над входом:


ГОСПИТАЛЬ ТВЕЯ СОМНИНА

Операции без бюджета


Буквы были выцарапаны ножом, поэтому были видны лишь благодаря небольшой прямоугольной лампе, прикреплённой посередине. Деревянная вывеска держалась на массивных гвоздях, хотя уже знатно покосилась.

В конце-концов этот странный тип – первый и, видимо, единственный, кто отнёсся к нему с вниманием и пониманием. Артём поднял голову и снова отметил, как далеко теперь оказался усеянный множеством ламп потолок. Снова глянув на ожидающего Твея, он направился к нему.

– Так вы говорите, вы врач? – спросил Артём, поравнявшись с новым знакомым.

– Вроде того, – кивнул с улыбкой Твей, снова показав свой жуткий ряд зубов.

Внутри всё было сделано из тёмного дерева: немногочисленная мебель, пол и стены. Прямо напротив входа стоял длинный стол с небольшой настольной лампой, скрытой зелёным плафоном. Из-за неровных стопок бумаг на столе выглядывала ещё одна зеленокожая тварь. Артём увидел на её шее розовый платок и предположил, что это дочь или жена. – Здравствуйте, – поздоровался по привычке Артём, но та никак не отреагировала. Она лишь проследила округлыми глазами за движениями Твея, держа руки на столе и почти не двигая головой. А лягушка наоборот, старался не смотреть на неё, будто её и не было.

– Пойдём, нам сюда, – Твей указал на тёмный коридор и аккуратно положил ладонь на плечо Артёма, приобнимая его и подталкивая вперед.

– Сейчас войдёшь – и сразу выйдешь наверху.

Твей опустил руку в тёмный угол и послышался характерный щелчок выключателя. В коридоре перед ними тут же зажёгся свет: круглые плоские плафоны шли прямой линией по центру потолка. Твей пропустил Артёма вперед, и в этот момент в душе Артёма снова зажёгся огонёк сомнения. В самом деле, какой тут может быть выход? Хотя, может, такой же колодец?

– Выход за той дверью? – спросил Артём, глянув назад.

– За ней, да, – раздался из-за спины квакающий голос.

Через пару секунд коридор кончился. Впереди была обычная деревянная дверь, почти такая же ветхая, как и всё вокруг. Артём протянул руку и схватился за ручку. Вот он, этот момент! Наконец-то! Как хорошо, что он повстречал эту странную тварь. Хоть она и жуткая, зато объяснила, что к чему! Сейчас он откроет дверь и снова поднимется наверх, к солнцу и листьям. Артёмс предвкушением подумал о том, как поколотит Рыбникова, но в эту же секунду осознал, что дверь закрыта.

– Закрыто, – выдохнул Артём и с досадой ещё раз дёрнул дверную ручку.

– Ой, мертвечина, я забыл ключи! – проквакал рядом Твей. Артём услышал, как тот тяжело дышит, и глянув на него, заметил, что зелёный лоб покрылся испариной.

–Постой тут, сейчас принесу, – Твей попытался положить руку Артёму на предплечье, но тот опасливо сделал шаг назад.

– Да не бойся меня, сейчас отправим тебя домой! – дружелюбно оскалился новый знакомый в ответ, и развернувшись, пошёл назад, к выходу из коридора.

Очередное промедление перед возвращением домой показалось Артёму вечностью. Он подошел к двери и положил на неё ладонь. Тут же кожа покрылась слоем пыли – эту дверь давно не открывали… Скорее бы домой. Ни минуты, ни секунды он здесь не останется. Артём прислонился к двери лбом и закрыл глаза. Скорее бы… Он постарался снова оживить в памяти воспоминания о прошедшем дне. Вот Роза на кровати, вот вкус газировки, солнце, пригревающее затылок…

– Нашёл ключи! – задорно квакнул откуда-то сзади Твей, но характерного звона не последовало.

– Отлично! – улыбнулся Артём и открыл глаза. Воспоминания подняли ему настроение и придали сил. Он сейчас отправится домой и это всё закончится. Он забудет про это место, как про страшный сон. Сейчас…

Артём хотел развернуться, но вдруг почувствовал сильный, почти нестерпимый зуд в боку. Всю левую половину тела, как молния, прожгла боль. Рядом Артём услышал знакомое пыхтение: Твей стоял почти вплотную, но в следующую секунду быстро отпрянул назад.

– Это что?! – воскликнул Артём, и, сделав шаг назад, отдёрнул руку от двери. Перед глазами тут же полетели поблёскивающие пылинки, похожие на ленивых мошек. Все мысли вдруг сильно ускорились, будто завёлся двигатель, и тут его осенило. Пыль. Эту дверь давно не открывали. А тварь сказала, что портал появился у него сегодня. Опрометчивое решение… По телу быстро разбегался жар, сковывающий руки и ноги.

– Ты… Соврал мне… – с ужасом процедил Артём сквозь сжатые зубы и развернулся, как ему казалось, довольно резко, положив ладонь на зудящее место.

– Все будет хорошо, – спокойно произнёс Твей, держа в руке большой шприц с острой иглой. Внутри плескалась, бликуя на свету, какая-то голубоватая жидкость. На лягушачьем лице застыло сосредоточенное напряжение. Он снова быстрым взглядом окинул Артёма с ног до головы, и вдруг за его спиной из полумрака выплыла низкая фигура.

– Опять ты за старое, Твей, – прохрипело существо с розовым платком на шее, глядя на Артёма из под полузакрытых глаз.

Артём не удержался на ногах и упал назад, оперевшись руками о дверь. Тут же начал сползать вниз, не в силах стоять. Всё тело будто бы поджаривали на сковродке, казалось, поднялась температура.

– Что ты со мной сделал? – с трудом проскулил Артём: язык разбух и не двигался. От осознания безысходности ситуации начало щипать глаза.

– Сколько ты взял долей? – спокойно спросила напарница Твея.

Артём оказался на полу, ноги и руки с каждой секундой всё больше теряли чувствительность.

–Четыре, – ответил ей Твей.

– Это мало, нужно было пять брать, не видишь, он крупнее…

– Слушай, опять ты за своё! Не лезь! – прорычал врач, глянув на собеседницу.

– А вот посмотришь…

– Уйди отсюда! – взорвался в ответ Твей, замотав головой. – Не мешайся!

Артём глянул на свои руки и ноги, с трудом повернув голову, пытался встать, но всё тело, казалось, придавило чем-то тяжёлым.

– Послушай, отпусти меня, я тут же уйду…– начал он, с трудом выговаривая слова. Лоб покрылся холодной испариной.

– Сам виноват. Нечего c такой чистой кожей шляться по нижнему району, неужели не знаешь? Твей присел перед Артёмом на корточки, и зеленокожая морда заняла почти всё пространство перед глазами.

Артём протянул дрожащие руки, схватился за колено и попытался поднять ногу. От ужаса сквозь сжатые зубы вырвался стон. Ничего не вышло, и Артём оставил попытки, громко выдохнув и оставив руки беспомощно лежать вдоль тела.

– Что со мной происходит…

Твей бесцеремонно схватил его ступню, сжав пальцами резиновую вставку на кедах, и подвинул вперед. Когда нога согнулась в колене, Артёму показалось, что она чужая.

– Не чувствуешь? – спросил Твей. Нога без дополнительной опоры упала в сторону, потянув за собой всё тело. Упав на бок, Артём громко выдохнул, будучи не в силах ничего сказать или сделать. Сверху послышался сдавленный смешок.

От нахлынувшей злости Артём упёрся рукой в пол перед собой, и, издав сдавленный стон, попытался подняться, но это оказалось безуспешным. От бессилия он зажмурился. Картинка с Электроградом поблекла, а воспоминания о Розе вообще пробивали на слезы. Из последних сил Артём зарычал сквозь сжатые зубы:

– Тварь!

Твей лишь усмехнулся в ответ.

Врач вдруг протянул руку с обгрызанными ногтями и, взяв подбородок Артёма, принялся осматривать его лицо с разных сторон. Сильные пальцы до боли сдавили скулы, и Артём резко вырвался из их хватки. Однако Твей без особых усилий снова схватил его, и Артём с отвращением поморщился, будучи не в силах противостоять на этот раз.

– Хороший экземпляр, редкая удача… – оскалился Твей. – Никогда я ещё не видел такого хорошенького… Мне определенно повезло.

Артём медленно поднял руку с бессильно свисающей кистью и положил её на сжимающие его подбородок руки, пытаясь убрать их.

Твей с лёгкостью оттолкнул её локтем, ухмыльнувшись, затем отпустил подбородок Артёма, напоследок похлопав его по щеке.

Из последних сил Артём попытался зарычать, но с губ вместо этого сорвался сдавленный стон.

Твей заглянул ему в глаза и поднялся на ноги.

– Какого мертвеца ты пришёл в нижний район? Великие Провидцы! Вот правильно говорят, чем выше живут существа – тем тупее…

– Я… Не знаю ничего про нижний… Район… – с трудом выдавил Артём, тяжело дыша. Воздуха стало не хватать, и каждый новый вдох давался ему всё труднее. Тело перестало гореть, и теперь он ощущал, будто его опустили в ванную с горячей водой, из за которой начали сильно слипаться глаза.

– Вы жрёте и используете то, что предполагается низшим – самым преданным служителям Первомая, – продолжал Твей сквозь зубы, и выражение его морды с каждой секундой наполнялось злобой.

– Первомая? – знакомое слово из прошлой жизни на пару секунд разбудило ускользающее сознание. Артём сжал руку в кулак и зажмурился, пытаясь сдвинуться с места.

– Но я, Твей Сомнин, буду восстанавливать эту справедливость. Одним паразитом меньше!

Артёму хотелось кричать, всё объяснить этой твари, но язык в буквальном смысле не поворачивался. Будто со стороны он услышал свой сдавленный выдох, полный ужаса. Все мысли замедлились, даже страх, и через секунду зелёное лицо отдалилось от него и начало смешиваться с ярким светом ламп. Последнее, что он услышал перед тем, как потерять сознание, были слова Твея, прерванные посередине кваканьем:

– Можешь распрощаться со своей счастливой, но никчемной жизнью, высшийка. Ква! Но зато твоя смерть сделает счастливыми многих!


Глава 6. Лучший материал

Артём пришёл в себя, и тут же в ушах зазвучал откуда-то издалека знакомый звонкий голос:

– Добро пожаловать в мастерскую жизни! Или смерти, ква-ха-ха! Проходите сюда, вот так… Мей, помоги же гостям, чего стоишь!

Он приоткрыл глаза, но увидел перед собой лишь размытые тёмные пятна. Единственное светлое – видимо лампа, будто резанул по зрачкам ножом. В голове заворочались мысли о ненавистном свете. Телефонов нет – ничего не давит на шею. Артём зажмурился и попытался повернуть голову, но всё тело будто бы залили бетоном, затем попробовал подвигать пальцами рук и ног, и наконец осознал, что лежит на чем-то мягком. В кармане – тоже пусто. Левое плечо проваливалось ниже, кажется, к спинке дивана. Пахло старой тканью.

– Да, я понимаю вас. Сейчас такой период…

Голова раскалывалась от боли.

– Пойдёмте, подберете себе что-нибудь. Мне в последнюю четверть удалось собрать много уникального материала!

Материала?! С молниеносной быстротой сознание прорезали воспоминания: человек с лягушачьей мордой, пыльная дверь и шприц с неизвестным составом. Артём вдруг подумал о том, что с ним уже что-то сделали. Может, вырезали какой-то орган? Мысли заставили его содрогнуться, и в этот момент в комнату кто-то вошёл. Артём сосредоточился на том, чтобы не выдать себя, прислушиваясь ко всем окружающим его звукам. К размеренным шагам двоих добавлялось неуклюжее шарканье. Это человек? Или какая-то тварь? От приближающихся шагов засосало под ложечкой, а всё тело, которое итак было каменным, стало ещё и холодным.

– Давайте я вам покажу, – Твей выдвинул какой-то стальной ящик. – Вот здесь, видите, новинки – всё высокого качества, выбирайте. Вам что, кстати, нужно?

– У моего сына от рождения неправильно развита тазовая кость, – ответил второй голос. Кажется, он принадлежал пожилой женщине, разве что был необычно звонким. – Нам нужно прежде всего заменить тазовую кость. Как вы видите, из-за этого он плохо ходит. Совсем рядом что-то зашаркало и заклокотало, отчего Артём почувствовал, как от нахлынувшего напряжения в желудке будто бы возник булыжник. На лбу предательски проступил холодный пот.

Твей с грохотом задвинул ящик обратно.

– Тазовая кость, говорите… Это довольно сложная операция. Я делал её лишь однажды.

– Мониты у меня есть. Я заплачу, сколько нужно. Я на всё готова ради моего сына, понимаете? Он результат ошибочного кровосмешения, к сожалению. Я больше не могу его прятать. Мой сын достоин лучшей жизни.

– Я прекрасно понимаю вас, Нейна. Не вы первая, не вы последняя приходите ко мне с таким запросом, ква! – Твей как-то надменно усмехнулся. – Я думаю, мы договоримся.

– Очень хорошо.

Снова движение, только теперь намного ближе.

– Давайте всё же для начала рассмотрим варианты кожи и глаз…

Артём вдруг услышал отвратительное клокотание прямо над ухом! Край дивана прогнулся под чьей-то ладонью… Слизь! Что-то вязкое льётся прямо на щёку, бежит вниз, в ушную раковину! Артём медленно выдохнул. Пытаясь удержать волну дрожи, он сосредоточился на всех окружающих звуках. Отвратительный клёкот, похожий на крик какой-то птицы, вдруг оформился в неуклюжие слова:

– Ма-ма, смо-т-ри, ма-ма!

– Юром!

– Эй! Ты чего там шебуршишь?! – воскликнул Твей, и топот его ног резко приблизился.

– Юром, нельзя ничего трогать, я же сказала!

– Это очень качественный материал! – процедил сквозь зубы врач. – Прибери свои слюни, сынок.

Тут же Артём почувствовал, как щеки коснулась салфетка. На неё сильно надавили, так, что стало больно.

– Я прошу прощения за своего сына, у него это непроизвольно…

– Ма-ма, я хо-чу!

– Что ты хочешь? Это?

– О, вы же понимаете, что это будет слишком дорого? Во-первых, он свежий, еще живой даже. А во-вторых, это лучшее из того, что я встречал, за последние периоды! Нет вообще ничего лишнего, а значит и не появится в процессе использования! Посмотрите, посмотрите…

Артём вдруг почувствовал прохладное дыхание с запахом сырой земли. Обжигающе холодная точка кольнула шею и задрожала, будто это что-то на цепочке. Может, медальон? Через секунду ледяная точка исчезла.

– Давайте, я покажу поподробнее.

Холодные пальцы с шероховатой кожей коснулись губ и разжали их. Только не закашляться, терпеть, терпеть!

Палец провел по ряду передних зубов.

– Все целые. Вы когда-нибудь видели такое?

Затем пальцы небрежно прошлись по волосам, сопровождаемые уверенным мычанием Твея.

– А что с тазовой костью? Можете развернуть, пожалуйста?

Руки Твея сжали плечи и быстро повернули тело. Потерпеть немного и дождаться момента, когда можно будет бежать! Ещё немного. Майку сзади подняли, и пара ногтей, нащупав копчик, очертили его по контурам.

– Тазовая кость есть, – прокомментировал Твей, – очень крепкая.

– А сколько будет стоить, если взять всё?

– Это как? – тихо переспросил врач.

– Мы можем взять всё. Начиная от тазовой кости и заканчивая глазными яблоками. Я хочу узнать цену непосредственно за всё тело.

– Вы хотите, чтобы ваш сын выглядел, как это существо? Полностью?

– Именно так.

Было слышно, как Твей поёжился, а затем нервно кашлянул. Он отошёл куда-то, а затем его рука опустилась Артёму на щиколотку. Немного покопавшись с какой-то длинной бумажкой, Твей привязал её к ноге, а затем оттянул и показал покупателям.

– Такая будет цена. Я таких операций ещё не проводил, ответственность за результат с себя снимаю.

После недолгого молчания женщина ответила дрогнувшим голосом.

– Хорошо, Твей. Я готова.

– Это замечательно, – довольно протянул врач. Тогда пойдёмте, оформим контракт… – голос Твея начал отдаляться, сопровождаемый шарканьем и клокотанием. Когда голоса стали совсем тихими, Артём открыл глаза. Кеды тоже пропали… Часто дыша сквозь сжатые зубы, он принялся массировать её руками, пока судорога наконец не отступила. В таком положении, с пяткой в руках, он прислушался, разглядывая темную кожу дивана перед собой.

– Вот здесь подписываете, что отказываетесь от претензий…

Это шанс. Или сейчас, или никогда. Но как бежать, если руки и ноги с трудом двигаются? Медленно Артём сел, вцепившись руками в диван. Выдохнув, оттолкнулся руками и резко встал на ноги, но тут же повалился на пол, чувствуя, как в пятки будто вонзились разом десятки иголок. Он врезался в пол плечом и сдавленно замычал, от боли и безысходности. Идти, ползти, не важно! Главное – убираться отсюда, пока не сняли кожу и не надели на какую-то образину!

Артём пополз вперёд, перебирая руками и волоча за собой ноги, подобно солдату с гранатой. Пот со лба намочил чёлку, и теперь она свисала на глаза угольными сосульками. В голову будто навалили булыжников, которые ещё и терлись своими острыми углами о стенки черепа.

– С документами у вас всё в порядке?

Артём добрался до выхода из комнаты и заглянул в коридор со всей силы прищурившись, чтобы напрячь глаза и хоть что-то разглядеть. Пришлось протереть их – стало лучше. Существа разговаривали в одной из комнат, а это значит, что достаточно было проползти мимо дверного проёма. Или, ещё лучше, закрытой двери! Но надо идти, далеко таким образом не уползти. Артём обеими руками ухватился за раму двери и принялся подниматься на ноги, тихо кряхтя от усилия.

– Имя? Атём. Так звали, ква. А вы с какой целью интересуетесь?

Артём медленно делал шаги, упираясь ладонями в стену. Каждое движение давалось с трудом, но оно же и придавало сил для следующего. Казалось, он идёт по гвоздям. Артём будто издалека слышал собственное пыхтение. Больно прикусил губу, сжимая зубы от напряжения. Ещё один неуверенный шаг. Руки задрожали. Ещё…

– Вы можете гарантировать, что у моего сына не будет проблем?

Удача! Дверь, за которой были слышны голоса, прикрыта. Артём осторожно прошёл мимо неё.

– Отлично, операции быть! – радостно заключил Твей и хлопнул в ладоши. Как раз в этот момент Артём решил пойти быстрее, не держась за стены. Он сделал шаг в сторону, но тут же сильно закружилась голова. Снова всё перед глазами начало размазываться на пятна света, а руки и ноги будто окоченели. Артём с грохотом повалился на пол, снова ударившись всё тем же плечом. Обессилев, он на секунду закрыл глаза. Это конец…

Рука будто сама упёрлась в пол, до боли впившись в него ногтями. Ну нет… Ну уж нет!

– Убегает! Лучший материал! – завопил Твей. – Разойдись! Далеко не уползёт, он же почти мёртвый уже, ква!

Артём почувствовал, как всё тело прожгло огнём.

– Нет! – сорвался с губ крик.

Артём оттолкнулся от пола ногами и руками, подобно обезьяне. От прилагаемых усилий сквозь плотно сжатые зубы прорывался дрожащий стон, предвещающий слёзы отчаяния. Артём оттолкнулся руками и поднялся, сделал ещё шаг, второй, третий, и побежал. Толкнул дверь, снова споткнулся и кубарем полетел через три ступеньки крыльца. Приземлившись на спину, он открыл глаза и увидел странную картину: Твей, с пылающими от напряжения глазами, спускался по лестнице вверх ногами, а внизу, прямо под его головой раскинулось бесконечное море света. Что-то не то… Это Артём лежит на спине, раскинув руки в стороны! Пальцы на левой руке свело судорогой, и теперь они торчали в разные стороны, будто сопровождали чтение какого-то заклинания.

– Иди сюда, чего ты пытаешься изобразить, а?

– Не дамся! – прорычал Артём в ответ и, рывком поднявшись, подобно бегуну, оттолкнулся задними ногами и сорвался с места. Он побежал, сначала покачиваясь и размахивая руками в разные стороны, а затем большими прыжками. Чувство скорого освобождения придавало сил, он жадно глотал воздух, как зверь, то-ли рыча, то ли стоная на каждом выдохе от напряжения. Ног будто не было. Артём перестал их чувствовать. Из расплывчатой мешанины образов взгляд выцепил уже знакомый ему силуэт. Светло-рыжие волосы, собранные в высокий хвост.

– Алиса! – завопил Артём и голос сорвался на визг. Он схватил её за плечо так резко, что чуть не сбил с ног.

– Помоги мне, эта тварь хочет меня убить!

– Артём?! Артём! Что у тебя с глазом? Кто? Кто хочет тебя…

– Пожалуйста, быстрее! – выпалил Артём и сильно сжал плечо Алисы.

Та обернулась и увидела зеленокожего хирурга, который стремительно приближался к ним, вытянув руки вперёд.

В ответ Артём лишь покачнулся, тоже глянув на приближающегося преследователя.

– Скорее, повозка! – Алиса схватила Артёма за руку, и с силой дернула, потащив за собой. Артёму ничего не оставалось, кроме как двигать ногами, чтобы поспевать.

Они быстро оказались около повозки, которая была уже нагружена какими-то мешками и, кажется, собиралась отъезжать.

– Куда это вы, мертвечина!? Я не вожу! – прохрипело мохнатое существо с козел. Вокруг головы у него росла спутанная чёрная грива.

–Средний район, пятнадцать, быстрее, пожалуйста, оплата после поездки, сколько попросите, только быстрее! – взмолилась Алиса. Артём, как только залез на тележку, повалился на спину и закрыл глаза. Руки и ноги будто вибрировали от напряжения. Он понял, что после этой остановки бежать дальше он уже не сможет. Во рту пересохло.

Мохнатый извозчик прокашлялся и прокричал:

– Не меньше трёхсот! – затем он со скрипом натянул поводья и гаркнул:

– Пошла!

– Он возвращается! Он сдался! – с улыбкой на выдохе бросила Алиса.

Артём смотрел, как на потолке над ними проплывают ряды желтых ламп.

– Он берет серпнира! – с ужасом выкрикнула Алиса, когда через пару секунд снова посмотрела назад.

– Пожалуйста, быстрее! – крикнула она извозчику дрожащим голосом

– Повозка развалится! – выкрикнул в ответ тот, не поворачиваясь.

– Пятьсот!

Извозчик со всей силы хлестнул поводьями – послышалось недовольное рычание и тележка ускорилась. Её сильно тряхнуло, и Артём почувствовал, как полностью подлетел в воздух. От тряски Артёма затошнило ещё больше. Перед глазами все снова поплыло, и вместо Алисы и потолка он увидел лишь смесь пятен. Спасительница положила прохладную ладонь ему на лоб.

– Не уйдёшь! —разошелся эхом крик Твея.

– Я же говорила, что должна рассказать тебе об этом мире, раз ты нездешний! И куда ты попал теперь? К Твею! Это надо было…

Артём взял её руку и аккуратно убрал со своей груди. Сил что-либо ответить не было, поэтому он лишь поморщился в ответ от подступающей тошноты.

Алиса посмотрела на свою ладонь, будто ожидая, что от прикосновения та испачкалась, а затем глянула на Артёма и устало выдохнула:

– Великий Первомай…

– Первомай? – с трудом переспросил Артём.

– Да, это наш правитель. Это его дворец вон там.

Тележку снова сильно тряхнуло, и Артём повернулся на бок и, обняв себя, весь сжался, будто раненый щенок. Первомай? Как знакомо. Он подумает об этом позже… Так он и пролежал оставшиеся несколько минут пути. Доехали быстро, но и Твей не отставал: когда Алиса помогала Артёму подняться, врач уже подбегал к их телеге.

– Верни его мне! – задыхался он.

– Спрячься в доме, – прошептала Алиса Артёму, держа его за плечо и подталкивая в спину.

– Сначала вы должны согласовать это с Антанарисом! – крикнула она Твею, который с одного прыжка оказался в тележке. Она подвинулась, чтобы закрыть собой Артёма.

Артём уже приземлился на четвереньки, подняв облако песка. Довольно быстро он поднялся и пошёл к уже знакомой двери с перевёрнутой буквой П, тяжело дыша.

– Антан! Скорее! – завопила Алиса, когда Твей одной рукой оттолкнул её и спрыгнул с тележки вслед за Артёмом.

Артём обернулся и увидел, что Твей догоняет его. Он тут же ускорился, и через пару шагов оказался на крыльце.

– Помогите! – закричал он, и, врезавшись в дверь, принялся со всей силы бить в неё кулаками.

– Антан, открой дверь! – закричала Алиса, догоняя Твея.

– Ага, высшийка, решил у смотрителя спасение найти, гниль! Думаешь, здесь кто-то встанет на твою сторону?! – прорычал врач, и в этот момент Алиса толкнула его в спину. Твей покачнулся, но не упал.

– Мертвечина, чего привязалась, бешеная! – набросился он на Алису, а та попятилась. – Куда ты лезешь?! Вы с ним что…

Дверь распахнулась. Антанарис вышел на крыльцо и удивлённым взглядом окинул внезапных гостей, а затем покачнулся и схватился рукой за раму двери, пытаясь сохранить равновесие.

– Пустите!

Артём силой протиснулся между Антаном и дверной рамой.

– Что здесь происходит? – раздражённо воскликнул смотритель.

– Пусти, Антанарис, это мой материал!

– Антан, нет! – завопила Алиса откуда-то сзади и Антан глянул на неё.

– Да какой мертвечины? Остановитесь! – завопил он, прижимаясь то к одной, то к другой стороне дверной рамы, не пуская Твея, который пытался пройти в дом вслед за Артёмом.

– Сначала объясните, в чем тут дело!

Сильно покачиваясь, Артём добрался до первой попавшейся двери. Это оказалась ванная комната с ржавой железной раковиной. Закрывшись изнутри на щеколду, он без сил он упал сначала на колени, а затем на бок. Гудела голова, а в ушах будто что-то вибрировало. Наконец, можно не бежать… Не в силах больше терпеть, Артём поджал под себя ноги и, схватившись за голову и сжав зубы, сдавленно застонал:

–Ну же, хватит… Сколько можно болеть?!

Пытаясь терпеть вибрирующую боль в голове, он прислушался к приглушённому диалогу, который продолжался за дверью:

– Это мой материал, я его нашёл! Ты что думаешь, что я такой хороший материал отдам просто так?

– Твей Сомнин! – рявкнул Антан. – Немедленно объясни, что тут происходит!

–Мой материал сбежал. И помогла ему в этом твоя дочь! А на него, между прочим, уже контракт составлен! – прокричал в ответ врач.

Далее ничего не было слышно, кроме мычания. Кто-то вошёл в дом, а затем снова вышел. Вдруг снова чётко послышался голос Твея:

– Антанарис, я тебе проблемы не хочу доставлять, отнимать у тебя время. Просто верни мне мой материал, на который у меня уже есть контракт.

– Подожди, Твей. Расскажи-ка лучше по порядку, что стряслось.

– Великий Первомай… – устало выдохнул врач.

– Рассказывай, – потребовал Антан, видимо, снова обратив внимание на Твея.

– Как дело было: сам в нижний район. Я такого хорошего материала ещё не встречал. Сам виноват. А я уже все подготовил. Я уже продал его, одной семье, понимаешь? У женщины болен сын! А он что, ваш? – поинтересовался в конце Твей.

– Он не наш…

– Ну тогда давайте его сюда, скорее же! Ну же, сейчас действие инъекции закончится, и он сбежит!

Затем повисло молчание. Артём поднялся, опираясь о стену, и схватился рукой за щеколду. Задумался, представляя в голове свой путь к свободе: оттолкнуть Антана и не попасться в лапы Твея…

И вдруг Алиса сказала:

– Антан…

–Так, подождите, я что то ничего не понимаю… – вмешался Твей. – Я же сказал, у меня на это тельце контракт! Неужели не ясно? Его уже купили!

– Мы решили не отдавать тебе его.

Артём сполз по стене на пол, зажмурившись от колющей боли в голове.

Врач то ли квакнул, то ли кашлянул.

– Мертвечина, я не хочу так! Гниль тебя побери, Антанарис! – раздражённо прокричал Твей. – Ты мне что предлагаешь ответить покупателю? Что так необходимые им материалы и отменную тазовую кость пожалел смотритель среднего района Антанарис Загорский? А точнее его дочка… – последнюю фразу Твей буквально прошипел.

– Это уж ты сам Решай, Твей. – серьёзно и уверенно отрезал смотритель. – Думать надо, когда, не зная предысторию, беднягу к себе тащил. Так нельзя. Как видишь, это оказался гость города, который не знает местных правил, а ты как самое низшее существо просто схватил его и утащил в пещеру, собираясь освежевать!

Снова повисло молчание, а потом Твей что то брякнул, но Артём не расслышал.

– Ты обнаглел, Твей, – ответил ему Антанарис.

– Ладно, мониты не надо, если замена будет хороша.

– Ищи её сам. Я не мешаю твоей деятельности, но я не потерплю зверского отношения к гостям нашего города. И если ты попытаешься со мной поспорить – я могу начать мешать, – голос Антана был холодным и громким.

Твей, кажется, громко сплюнул.

– Великий Первомай, как ты меня подставляешь Антанарис!

– Ты сам себя подставил.

Послышался скрип кожаного седла, рычание и топот копыт.

– Я уйду, Антанарис, на этот раз. Посмотрим, что получится из этого высшийки, раз он останется в живых, и я надеюсь, что настанет день, когда я обрадуюсь, что не снял с него кожу.

– Ну, как там его? – Антан, кажется, щелкнул пальцами.

– Артём, – напомнила Алиса.

– Артём! – позвал Антанарис, – Выходи давай! Не будут с тебя кожу снимать!

– Антан, кажется здесь, – Алиса подёргала ручку двери в ванную, – тут заперто изнутри!

– Послушай, открой дверь. Опасность миновала. Давай лучше попробуем поговорить, по-нормальному. Как видишь, не такие уж мы и уроды, – Антанарис встал напротив двери и развёл руками.

Артём молчал, решая, что делать.

– Великий Первомай… – устало выдохнул Антанарис. Он развернулся и, облокотившись спиной о дверь, сложил руки на груди.

– Антан, – выдохнула Алиса, – Дай я.

Смотритель молча сделал шаг в сторону и с напускным уважением указал двумя раскрытыми ладонями на дверь.

Алиса подошла к двери и, положив на неё ладонь, посмотрела в сторону и произнесла:

– Слушай, я знаю, о чем ты сейчас думаешь. Это место действительно не самое дружелюбное, но вспомни, что ты смог сбежать. Ты молодец. Мы с Антаном были неправы, что так отнеслись к тебе сначала. Ты ведь действительно нездешний и не знаешь местных правил. Позволь нам тебе помочь. Расскажем что тут да как, а ты расскажешь о себе. Твей уехал, правда. Он больше тебя не потревожит.

Через несколько секунд раздался щелчок щеколды. Алиса открыла дверь и увидела Артёма, который сидел на полу около дверной рамы, прислонившись спиной к стене. Он поднял на неё взгляд

– Артём… – обеспокоенно произнесла Алиса и протянула ему руку. – Что у тебя с глазом?

Артём положил ладонь на глаз и понял, что тот не открывается до конца. Он нервно выдохнул.

– Выходи давай, – не выдержал Антан и, потеснив Алису, глянул на Артёма сверху вниз и мотнул головой. – Поднимайся. Идти можешь?


Глава 7. Новый дом

– Наверное… Мне нужно домой… – Артём протёр глаза и, упершись в стену руками, медленно поднялся.

– Тебе никогда не говорили, что ты обладаешь редкостным везением, Артём? – смотритель дружелюбно улыбнулся, демонстрируя два острых белоснежных клыка, а затем быстро глянул на Алису:

– Ему нужно выпить воды,– произнёс смотритель, обратив внимание на глаз Артёма.

– Пить хочется просто смертельно… – добавил Артём. На всё тело навалилась усталость от пережитого нервного напряжения. Слишком много потрясений. Алиса молча отправилась выполнять задание. Артём судорожно выдохнул, проведя дрожащей рукой по лицу.

– И откуда ты взялся, а? – спросил Антанарис, оглядывая Артёма с ног до головы.

– Из Электрограда, сказал же, – Артём посмотрел на него, широко открыв только один глаз, так как второе веко не двигалось, – и мне нужно поскорее вернуться.

– Артём, – начал Антан, перебирая тонкими пальцами с массивными костяшками круглый амулет на груди.

– Мне нужно обратно домой. Вы можете мне помочь? – не унимался Артём.

– Я понимаю, Артём, я понимаю, – Антан говорил участливо. Он вдруг переменился: в его голосе не осталось ни тени издевки или злобы. – Раз так вышло, мы готовы тебе помочь, давай посмотрим, что мы можем сделать, – Антанарис заправил непослушные пряди за уши и подмигнул Артёму.

Артёму хотелось снова бежать обратно и проверять ту трубу, из которой он свалился, кажется, несколько часов назад, но сил на этот побег он не чувствовал.

Тут вернулась Алиса и протянула ему стакан воды. Артём сначала опешил, всё ещё приходя в себя, а затем взял его и принялся жадно пить. Когда он наконец оторвался от стакана, Антан произнёс:

– Пойдём. Поговорим снова, спокойно. Расскажешь мне про свой мир, – с этими словами смотритель развернулся и направился в кабинет.

– Мне некогда рассказывать ничего… – проворчал Артём, но всё таки пошел вслед на смотрителем.

– Алиса, доченька, прошу тебя, сделай гостю еще кицорий и принеси чего-нибудь съесть, – не поворачиваясь, добавил он.

– Хорошо, – только и ответила Алиса, после чего снова скрылась за одной из дверей. Артём не успевал думать. Она – его дочь? Нельзя было сказать, что они похожи. Черты лица Антанариса были острыми и тонкими, в то время как у Алисы были большие глаза и средних размеров нос. Артём озвучил только свой второй вопрос.

– Кицорий? – спросил он, входя в кабинет.

– В наших краях растет так называемый "черный гриб". Называется киций. Из него, кроме всего прочего, варят очень вкусный напиток. Тебе нужно вывести яд, каким бы сильным он ни был. Но, раз ты ещё жив, похоже Твей в очередной раз ошибся с дозой. Никакого глазомера! – Антан тихо усмехнулся, но тут же закрыл рот ладонью, смутившись, и отметил уже серьёзно:

– А то у тебя один глаз не открывается, – Антанарис сел за свой стол и обеими руками откинул волосы назад. Потом сложил руки в замок.

– Садись сюда и давай рассказывай… – Смотритель указал взглядом на кресло у стены, сбоку от входа, которое стояло между двумя книжными шкафами. Сиденье было обито мягкой коричневой тканью. Артём сел и нервно взъерошил волосы руками.

– Больше половины местных жителей – дикие невежи. Сам теперь понимаешь, – Антан снова дружелюбно улыбнулся.

Артёма начала раздражать его манера улыбаться.

– Ты пахнешь иначе, не так, как местные жители, – продолжил смотритель, – У тебя абсолютно чужой, незнакомый запах. Вдобавок ко всему, ты странно одет. Кстати что это за существо у тебя на майке?

– Да какая разница? Это акула, – бросил Артём. Потом проверил, действительно ли у него на майке акула. Когда он снова посмотрел на Антана и увидел непонимающий взгляд, то сообразил и устало уточнил:

– Боже, ну такая… рыба. Живёт в большом скоплении воды, море называется.

– Знаешь, почему ты так понравился Твею? – внезапно начал Антанарис. – Ты выглядишь, как существо Высшего разряда.

– Мне это ни о чём не говорит. Что значит этот высший разряд?

– Что, не слышал? – искренне удивился смотритель.

– Откуда, я же нездешний. Я из Электрограда, – нахмурился Артём, устав повторять одно и то же.

– Наш город, Отчин, разделен на три района: Высший, Средний и Нижний. В Высшем районе живут существа, которые не имеют никаких выделяющихся черт. Чистая, гладкая кожа, ни ушей, ни хвостов, ни клыков. Прям как у тебя. Хотя, подозреваю, большинство из них прячут что-то под своей одеждой. Как можешь и ты.

Артём почувствовал, как всё тело пробила дрожь. Ощущение было такое, будто бы поднималась температура. Он с трудом держал голову, подперев подбородок рукой.

– В Среднем районе существа имеют некоторые особенности, – Антан оскалился и постучал пальцем по одному из своих клыков. Так вот что делало его дружелюбную улыбку жуткой…

Вошла Алиса.

– Спасибо, неповторимая Алиса, – поблагодарил её смотритель, наблюдая за реакцией Артёма.

– Ешь, не отравишься. – Вручив Артёму небольшую белую чашку и странный свёрток в обе руки, Алиса отошла на противоположную сторону кабинета и тоже уселась в кресло.

– Ну а в Нижнем районе живут существа всяческих форм и видов. Большинство из них просто не обладают достаточным интеллектом, чтобы жить среди Средних или Высших.

– Понятно, – только и ответил Артём и сделал глоток из чашки. В нос ударил земляной запах. На вкус кицорий напоминал очень крепкий черный чай. Должно быть, Артём изменился в лице, потому что Антан вдруг спросил:

– Ну как?

– Неплохо, – сдавленно ответил Артём, ставя чашку на пол рядом с креслом, так как никакого столика или тумбочки рядом не оказалось.

– И этот Твей собирался использовать мои органы… – Артём не смог договорить и закрыл глаза. – Но как Твей проводит такие сложные операции? У него там вообще нет для этого условий…

– Наверняка у Твея есть секрет, который не стоит знать большому количеству существ, – вежливо улыбнулся Антан.

Он переглянулся с Алисой, а затем, помолчав, сказал:

– Думаю, нет смысла скрывать, что в тайне от правительства он действительно планировал такую операцию. Он помогает им, низшим. Потому что он сам из них.

– Понятно, – равнодушно произнёс Артём.

– Так, ну мы поняли, что ты упал в какую-то трубу, потом попал к сестрицам… А то место, где ты жил, какое оно? Расскажи ещё раз, подробнее.

Артём немного помолчал, находя слова и разглядывая свои колени. Он только заметил, что они были изрезаны тонкими красными полосками, будто об них решила поточить когти какая-то умалишенная кошка. Царапины обнаружились и на руках – все они воспалились и набухли. Похоже, всё это было делом когтей сестриц.

– Это обязательно? – Артём устало выдохнул и тихо начал: – Все в моём мире живут под большим горящим шаром в небе, Солнце называется. – Артём отложил непонятный свёрток на подлокотник кресла.

– Интересно… – прошептал Антан, однако по его интонации сложно было понять, действительно ли он был удивлен.

– Мой город построили для сотрудников атомной электростанции. Эта станция производит энергию для обеспечения человеческой жизни удобствами, используя свойства ядерной реакции.

– Что такое ядерная реакция? – сосредоточенно спросил смотритель, заламывая пальцами края нескольких листов из стопки бумаг перед собой.

– Ну… это очень сложно. Вы не поймёте.

– Отчего же не поймём? – удивился Антан и повернулся к Алисе, ища поддержки, но та смотрела на Артёма, развалившись в кресле.

– Потому что вы тут на тележках и конях до сих пор ездите. А у меня наверху машины уже давно. И телефоны есть.

– Расскажи про эту реакцию… Как её? – попросила Алиса.

Артём громко выдохнул и взъерошил волосы. Сидеть спокойно и ощущать относительную безопасность было приятно, и он наконец расслабился, занявшись формулировкой рассказа об атомах.

– Ядерная реакция возможна из-за свойства атома. Атом – мельчайшая частица, из которых состоит всё вокруг. И вы, и этот стол, и я, – Артём кивком головы указал на стол. – У него есть ядро, так называемый центр. Если на это ядро воздействовать или как то изменять, получится ядерная реакция, которая и даёт необходимую энергию. Ну и что, понятно что нибудь?

– Вполне понятно, – кивнул Антан, и, помолчав, продолжил: – А у вас есть правитель, который всем управляет?

– Правитель? – Артём опешил и вдруг подумал, что этот смотритель совершенно недалёкий. – Нет. Есть правящая партия. И главный секретарь партии.

– Расскажи. – Смотритель встал из-за стола и принялся медленно расхаживать по кабинету туда-сюда.

– Генеральным секретарем партии недавно стал человек по имени Михаил Сергеевич Горбачев. Он не похож на предыдущих, – ответил Артём.

– Хорошо правит?

– Он не правит. Он работает над тем, чтобы сделать нашу жизнь лучше, – сказал спине Антана Артём.

– Вот как, понятно. И он что, главный начальник этой… Ядерной станции? И что же вы там всё делаете на ней? – смотритель повернулся и остановился перед Артёмом, сложив руки на груди перед собой.

– На станции не все люди города работают. И Горбачев там не начальник. Он начальник Советского Союза. И есть много других подобных стран, со своими начальниками. А на нашей атомной станции работает множество людей, которые выполняют разные задачи. Например, мой отец. Он инженер и занимается проектировкой и поддержкой работы различных механизмов на станции. Есть также ученые, которые знают, как создать ядерную реакцию. Они науку знают. Называется физика.

Артём почувствовал, как у него пересохло в горле, и был вынужден сделать ещё глоток грибного чая.

Антан вдруг остановился. Он быстро вытащил из внутреннего кармана пиджака железную флягу, открутил крышку и выпил, задрав голову. Потом он вытер губы внешней стороной ладони и произнес:

– А как правит ваш Горбачев? Что делает?

– Собирается перестройку делать, работает над улучшением нашей жизни. Чтобы было как в других странах.

Артём посмотрел на Алису и увидел, что она неотрывно смотрит на него. Даже когда их взгляды встретились, она не испугалась. Лишь один уголок её тонких губ чуть подскочил вверх. Артёму стало неловко, и он проверил пальцами правый глаз – веко вроде вернулось в нормальное состояние.

– Хороший правитель, – заключил Антанарис и поправил рукой флягу в кармане пиджака.

– Да не правитель он, а главный секретарь… – с ноткой раздражения начал Артём, но смотритель вдруг перебил его.

– Ты почему не ешь? – Антан глянул на нетронутое угощение.

– Не хочется что-то.

– Я тебя не просто так угощаю, Артём, или ты хочешь, чтобы тебе и дальше было плохо?

– Артём, надо поесть, – добавила Алиса, – это поможет тебе.

Артём посмотрел на неё и взял в руки свёрток. Развернув его, он увидел нечто похожее на плитку шоколада. Точнее, полоску – три кубика тёмного, почти черного цвета.

– Из чего это сделано? – спросил он, вертя угощение в руке.

– Это из плодов дерева Кой. Это невероятно редкая вещь, всё что хочешь вылечит.

Артёму казалось, что он держит в руке кусок обычного шоколада, однако цвет сильно смущал. Есть совершенно не хотелось, но раз это лекарство…

Он откусил квадратик. Тут же рот наполнился горечью, такой, будто бы он откусил кусок редьки. Антан вдруг сорвался с места и подбежал к нему. Он схватил Артёма за затылок одной рукой, а другой закрыл рот.

– Это не очень вкусно, но ты должен это съесть, глотай! – сдавленно пробормотал смотритель. Артём зажмурился и отчаянно замычал. Схватившись за сжимающие его руки, он попытался вырваться.

– Вот так, давай, глотай!

Артём понял, что если он сейчас не проглотит эту сводящую все зубы горечь, его стошнит. Усилием воли он проглотил кусок, и Антан, услышав характерный звук, кивнул, смотря в потолок, и отпустил его.

– Да какого чёрта?! – выпалил Артём, вскочив с кресла.

– Теперь тебе станет лучше, надо отдохнуть немного, – произнёс Антанарис.

– Что это за ужасная дрянь?!

– Я же сказал, плитка из молотых плодов дерева Кой.

Артём хотел пойти к двери, но ноги по прежнему плохо слушались. Он покачнулся и через секунду врезался прямо в Антанариса, который встал на его пути. В нос ударил запах какой-то настойки на спирту. Неужели опять ловушка?!

– Тише, Артём, успокойся… – Антан приобнял Артема за плечи и усадил обратно в кресло. Голова кружилась так сильно, что Артём не смог подняться снова. А ведь когда он сидел, ему казалось, что действие инъекции прошло.

– Тебе надо поспать. Алиса, отведи его пожалуйста в комнату.

Алиса поднялась и подошла к ним:

– И правда.

– Я хотел предложить тебе остаться с нами до того момента, пока мы не выясним, как тебе вернуться назад. Ты волен решать сам, конечно же, – предложил смотритель. – Я готов предоставить тебе пищу и жилье в обмен на то, что ты будешь работать вместе с Алисой в отеле и саду сотаров.

Артём с трудом поднял взгляд на смотрителя.

– Ничего сложного. Алиса тебе объяснит, – Антан кивнул в сторону двери.

– Неужели ничего нельзя сделать? – с надеждой в голосе спросил Артём.

– Артём, мы подумаем, чем мы можем тебе помочь. Пока что мне нечего тебе сказать. Хватит с тебя на сегодня. Расскажу тебе об этом мире, когда тебе станет получше, например завтра. Завтра и решишь – остаешься с нами или пойдешь своей дорогой.– Антанарис снова по доброму улыбнулся.

Или не по доброму? Может, это была улыбка сумасшедшего?

Въедливая тоска протянула холодную руку к сердцу Артёма. Как же поскорее вернуться назад?

– Артём, пойдем, – произнесла Алиса и протянула ему руку.

– Я сам дойду, – отрезал Артём и резко поднялся, но тут же покачнулся. Он схватился за подлокотник кресла, чтобы устоять на ногах, а затем медленно пошёл к выходу из комнаты.

– Отдохни хорошенько, Артём. Не переживай, выздоровеешь уже завтра. Не забудь в туалет сходить, лучше парочку раз! – произнёс Антан вслед, но Артём даже не обернулся. Усталость накатила новой волной, и он полностью сосредоточился на том, чтобы дойти до комнаты. Алиса пошла рядом с ним.

– Всё будет в порядке, здесь ты в безопасности… – произнесла она.

Артем с трудом делал шаги и то и дело хватался за стены.

Прошел мимо лестницы и попал в коридор, который заканчивался окном, выходящим на улицу. На потолке располагались два стеклянных шара, наполовину встроенных в поверхность. Внутри светила небольшая круглая лампочка. Здешние лампы отдалённо напоминали те, что были в мире Артёма. Он опустил взгляд. По обе стороны коридора располагались двери, по две с каждой стороны. Дальняя дверь уже была открыта и около неё стояла Алиса. Она прислонилась плечом к стене и обеспокоенно смотрела на Артёма.

–Туалет там, если что, – сказала она, кивнув вправо. Артём посмотрел, куда она показывает, и оставил её слова без ответа. Они вошли в комнату. Слева в огромной стене размещалось большое окно. Стекол не было – жёлтые блики города квадратами падали на мебель в комнате. Её было немного: слева от двери у стены стоял стул, вдоль неё небольшой книжный шкаф, забитый книгами, и железная кровать, застеленная серым постельным бельем. Пока Артём разглядывал обстановку, Алиса нажала на небольшой рычажок рядом с дверной рамой, зажгла такую же лампу круглой формы, которая располагалась в стене над столом. Слабый свет почти не добавил уюта в комнату – она осталась такой же – изрезанной жёлтыми бликами в полумраке.

– Располагайся, – Алиса указала рукой на кровать, – только предупреждаю, что действительно нужно спать, счетчик уже скоро переключится, – она обернулась и указала на небольшой белый валик, наполовину вмонтированный в стену. Артём присмотрелся – сейчас он показывал фразу: «Вечерняя треть».

– Стражи местного правительства иногда ходят с фонарями и заглядывают в окна. Проверяют. – объяснила Алиса, снова повернувшись к Артёму.

Артём посмотрел на окна и вдруг понял, что в них нет ни рам, ни стёкол.

– Что проверяют?

– Стражам необходимо контролировать соблюдение сна.

– И что будет, если они увидят, что я не сплю? – спросил Артём и сел на кровать. Она оказалась жёсткой: создалось ощущение, что там вообще не было никакого матраса.

– Лучше тебе не знать. – Алиса посмотрела в окно сзади и сложила руки на груди.

– Почему у вас такие жёсткие кровати? – недовольно произнёс Артем и улегся на кровать, пачкая одеяло песком, который прилип к босым ногам.

Алиса присела на кровать.

– Нормальные кровати. Самые дорогие в городе. Поспи, поговорим завтра.

Не дожидаясь ответа, она развернулась и вышла, выключив свет. Артём слушал её шаги, пока они не затихли.

Теперь, когда Артём остался наедине с самим собой, о себе напомнила и боль в затылке. Интересно, обо что он так умудрился удариться? Всё тело, казалось, вибрировало, будто оно на самом деле двигалось, казалось, Артём не лежит в кровати, а медленно погружается на дно. Артём постарался отвлечься от мыслей о боли. Нужно подумать, нужно разобраться… Что здесь вообще происходит. Нужно… Мысли ворочались в голове, подобно сонным мухам. Артём потёр затылок и нащупал приличную шишку чуть выше шеи. Снова стараясь забыть о боли, он прислушался к своим ощущениям. Температура вокруг, кажется, превышала 25 градусов, жарче, чем сегодня в Электрограде, и чертовски душно. За окном был слышен монотонный стук железа, будто бы кто-то работал на станке. Лёжа с закрытыми глазами, он снова пытался представить свою квартиру, маму на кухне и её зелёные глаза, деревья и солнечные лучи. Всё это теперь казалось ему сном и он чувствовал, будто навсегда потерял это. Здесь, среди тьмы, поблескивающие на солнце капоты машин, крики играющих во дворе детей, желтые одуванчики на главной улице – всё это показалось ему произведением искусства, образами из книги, которую он закончил читать. Во рту остался вкус отвратительной горечи. Артём сглотнул.

– Что же мне теперь делать? Как это всё вообще возможно? – прошептал он тихо и закрыл лицо ладонями.

Артём постарался представить, что лежит на диване в своей комнате. Сейчас он откроет глаза и увидит часы с крупными чёрными цифрами, зелёную занавеску и окно. Вот прямо сейчас…

И вдруг он в самом деле увидел их.

– Артём! Поди-ка сюда!

Артём поднялся с дивана и подошёл к окну. Провозившись с двойной рамой, он наконец открыл окно и выглянул на улицу. Раму снаружи так сильно нагрело солнце, что Артём не смог долго держаться за неё. В нос ударил запах горячего асфальта. Листья на деревьях поблёскивали на солнце множеством драгоценных камней. Артём закрылся от слепящих лучей ладонью и глянул вниз. Отец стоял перед своим красным “Москвичом”, весь грязный, и сжимал в руке гаечный ключ. Крышку капота придерживал тонкий железный прут.

– Давай сюда, сейчас будем аккумулятор откручивать!

Артём ощутил, как смесь грусти и усталости проникает в каждую клеточку его тела. Только не это, только не опять… Он что, сам не может всё это сделать?

– Хватит там лениться, давай спускайся! – не унимался отец, размахивая ключом.

– Сейчас, – с трудом произнёс Артём и сделал шаг назад от окна. А потом всё вдруг исчезло.

Глава 8. Вечер в Отчине

Артём открыл глаза и увидел перед собой серую стену. Обернулся, не понимая, где он, но, увидев окно без стёкол и за ним – улицу и каменные дома, освещенные жёлтым светом ламп. Вдруг всё вспомнил. Спал он абсолютно без снов. Артём медленно поднялся и сел на кровати. Впереди на стене белел счётчик, который теперь переключился на надпись «Утренняя треть». Продолжив оглядывать комнату, Артём увидел, что на столе, рядом со стеклянной вазой с белой веткой внутри, лежали его вещи. Белые кеды с мятыми носками, торчащими изнутри, телефоны, магнитофон с прозрачной крышкой и кассета.

С трудом сдерживая дрожь в теле, он схватил магнитофон и вцепился в него жадным взглядом. Это наверное та зеленокожая тварь принесла… Очень мило с его стороны – решить вернуть Артёму личные вещи. В груди будто бы собралась кучка иголок, которые впивались в сердце снова и снова, не зная жалости. Вдруг искривлённый корпус треснул в руках, и магнитофон развалился на две части. Артём вздрогнул от неожиданности и еле успел удержать его. Две половины корпуса теперь были соединены только содержимым – несколькими проводами. Дрожащими руками Артём достал кассету. Она была изогнута намного меньше, чем магнитофон. Не хотелось видеть это душераздирающее зрелище. В порыве досады Артём бросил кассету на стол и, громко выдохнув, упал обратно на кровать и закрыл лицо руками. Пытаясь прийти в себя, он сжал зубы и принялся тереть глаза до тех пор, пока они не заболели. Затем снова рывком поднялся и посмотрел на магнитофон. Громко вздохнув, он взял ту кассету, которая уцелела в его кармане и аккуратно вставил её в проигрыватель, прижимая друг к другу две его части. Затаив дыхание, воткнул провод от телефонов, медленно поднёс один из них к уху и нажал на кнопку. Раздался характерный щелчок, а сразу после него – скрежет, сквозь который слабо прорывался искажённый голос Элвиса Пресли. Артём закрыл глаза и снова нажал на кнопку. Медленно отложив телефоны, он прикрыл глаза. Артём до последнего надеялся на более благоприятный исход.

Немного посидев в тишине, он быстро натянул белые кеды, и повесил на шею телефоны, не в силах расстаться с ними, а затем пошёл поискать Антана или Алису. Голова всё еще немного кружилась, но чувствовал он себя лучше, чем вчера. В доме было подозрительно тихо, лишь с улицы доносился отдалённый гул и стук железа.

В ванной Артём заглянул в заляпанное зеркало – вид у него был помятый. Волосы небрежно торчали в разные стороны. Здесь, освещенные тусклой лампой, стояли железная раковина и заляпанная черными пятнами, такого же вида ванная. На стены неровным слоем был нанесён материал, похожий на бетон. Артём умылся желтоватой водой и прохлада окончательно прогнала сон.

В кабинете Антанариса никого не было, и Артём решил рассмотреть рисунки в тонких рамах и многочисленные книжные шкафы. Книги были в основном художественные – ни одной про историю или природу этого места. На одном из набросков была изображена тёмная фигура в большом кресле, по обеим сторонам которой стояли стражи с мушкетами. Артём вдруг вспомнил слова Твея, а потом и Алисы: Великий Первомай. Артём огляделся в поисках ещё одного портрета местного правителя, и вздрогнул, когда хриплый голос окликнул его.

– Нравятся рисунки?

Артём обернулся и увидел Антанариса. Тот стоял, облокотившись на дверную раму рукой. Серые распущенные волосы рассыпались по плечам

– Это мои, – улыбнулся он, показав клыки.

– Кто это? – спросил Артём, указав на рисунок позади себя.

– Это Великий Первомай, наш правитель.

– А ещё есть его изображения?

– Нет, он запрещает размещать свои портреты. А зачем тебе?

– Вообще кто он и откуда взялся здесь? Давно он вами правит?

– Пойдем на кухню, поговорим, расскажу тебе, как мы тут…

– А который час? – поинтересовался Артём.

– Что? Час? Что это значит? – искренне не понял Антанарис.

– Ну как… – Артём задумался. – Час – это единица времени. Как вы считаете, сколько длится то или иное действие? Сколько я спал, сколько длится рабочий день?

– А, так уже почти вечерняя треть – скоро Алиса вернется.

– Что за вечерняя треть?

– В каждой веле – четыре четверти, а в каждой четверти – 10 отрезков, отрезок – это 6 суток. В сутках четыре трети: утренняя, дневная, вечерняя, или её еще называют свободной, и ночная.

Ты вот проспал ночную, утреннюю и дневную трети. Как себя чувствуешь, кстати?

– Лучше, спасибо, – после недолгого молчания ответил Артём.

– Я уверен, что ты хочешь есть. Поужинаем? – спросил Антан и уже развернулся, чтобы идти на кухню.

Артём вспомнил о голоде и тут же ощутил его. Молча он последовал за смотрителем, а в голове вертелось только одно слово: Первомай. Кто он? Неужели этот человек из его мира? Как ему удалось стать местным главным? Он должен попасть к нему во что бы то ни стало!

Кухня, в отличие от остальных помещений в этом доме, была просторным и светлым местом. Её освещала большая люстра, состоящая из множества небольших лампочек, встроенных в стеклянные шарики. Шарики были подвешены к металлическому кругу на тонких цепочках. Пол был покрыт досками из черного дерева, а стены были выложены темно-серыми камнями одинакового размера. Вдоль стены слева от входа стояли кухонные тумбы из массивных тёмных досок. Вместо раковины Артём увидел потемневший от грязи железный короб, встроенный в одну из тумбочек. Дальше находилось странное сооружение из камня. Артём присмотрелся и понял, что это кустарное, очень отдалённое подобие плиты. Сверху находились металлические круги – конфорки, неровные и потёртые.

– У вас тут и плита есть…

– Плита? – сперва не понял Антанарис. – Это замена очага – уникальная разработка Первомая! Доступна только некоторым существам, так сказать, влиятельным в городе. Огонь разводить не нужно, просто включаешь… – Антан нажал на кнопку на передней стороне странной “плиты”. – Вот, подержи руку… – он задержал ладонь над металлическим кругом. Видишь, нагревается?!

Артём окинул его ироничным взглядом:

– Я знаю, у меня такая же дома. У нас у всех такие.

– Повезло вам там, – обиженно сказал Антанарис и поставил разогреваться сковородку. Артём продолжил разглядывать кухню. На стенах висели те же наброски, что и в кабинете – неаккуратно нарисованные черным мелком пейзажи Отчина, если тёмные деревья и жутко запустелого вида постройки можно было назвать пейзажами. Слева был потрепанный серый диван, шкаф, запертый на замок, и полка рядом с окном на улицу, заставленная мелкими растениями с толстыми желтыми листьями. Несколько растений грелись под большой оранжевой лампой, привязанной за провод к длинной тонкой дощечке.

От разглядывания обстановки Артёма отвлёк Антан.

– Постой, а это что такое у тебя? – он бесцеремонно принялся вытягивать провод от телефонов из под майки Артёма. – Это часть твоего тела?

Артём отшатнулся и с раздражением принялся вытаскивать провод обратно из рук смотрителя.

– Не ваше дело, – отрезал он, – это важная для меня вещь… – Артём окончательно вернул себе провод и сурово глянул в глаза смотрителю.

Антанарис поднял брови, рассматривая непонятный предмет, а затем направился к небольшому шкафчику.

– Садись, сейчас приготовлю тебе мой фирменный ужин. Точнее Алисы, это она меня научила, – усмехнулся Антанарис.

Артём наблюдал, как смотритель достаёт что-то из большого железного ящика, напоминающего холодильник. Затем из шкафа на стене он достал какой-то тканевый сверток, развернул его и высыпал на стол рядом с собой пучок синеватой травы. Лёгким движением ножа он разрубил его на две части и бросил на разогретую сковородку. Влажная трава тут же зашипела. Артём за это время успел задуматься, повторяя в голове произошедшие с ним вчера события, и невольно вздрогнул, когда на столе перед ним вдруг возникла серая газета с блёклой печатью.

– Вот посмотри, что творит, – сказал смотритель и громко застучал ножом по доске, быстро что-то нарезая.

Артём протянул руку и придвинул к себе газету. Среди всех остальных выделялся жирный чёрный заголовок:


ПЕРВОМАЙ НАЧИНАЕТ РАЗРАБОТКУ БОЛЕЕ СОВРЕМЕННОГО ОРУЖИЯ

защитим Отчин от нападений из Холодного леса!


Артём развернул газету и увидел другие заголовки, поменьше:


Пропало существо!


Согласно новому закону жителям нижнего района необходимо обязательно носить одежду


– Так кто такой Первомай? – спросил Артём, посмотрев на Антанариса.

– Сейчас расскажу, подожди… – Антан помешал шипящий в сковородке ужин и подошёл к столу.

– Начну с самого начала, – отодвинув стул, он сел напротив Артема.

– Насколько знаю я, смотритель среднего района города Отчин, наш город появился очень давно, – начал рассказывать Антан, смотря на Артёма. – Он небольшой, но тут живёт много существ. Сразу за городом начинается Холодный лес. Если существа ходят туда, то не заходят дальше помеченных заранее троп. Лес населяет множество других тварей, и далеко не все они дружелюбны, так что помеченные тропы – хорошее решение. Но и они не всегда спасают. В нашем мире есть и другие города, однако мы мало знакомы с их жителями. Я слышал только, что у них там не так развито всё, как у нас.

– А Первомай? – не унимался Артём. – Почему у него имя такое странное?

– Что тебе всё странное да странное? – Антан откинулся на спинку стула и прищурил один глаз, смотря на Артёма. – А что с именем не так? Он сам таким назвался.

– Если он назвался Первомаем – значит есть большая вероятность, что он попал сюда также, как и я. Там, откуда я пришёл, первое мая – это день такой. По счету он первый в месяце. Это праздник труда.

– Праздник труда? – усмехнулся Антанарис. – Тогда всё ясно… Слушай дальше и имей терпение. – Тут смотритель оглянулся через плечо проверив готовность ужина.

– Так как история наша исчезает в омуте древности, большинство здешних жителей верит в общую легенду. Звучит она примерно так:

«Раньше, задолго до того, как возник наш город, миром управляли другие существа. Не знаю, как они выглядели. Никто уже и не помнит, а может, никто и не видел, но называют их Покровителями. Дела у существ тех времён шли не очень – они были совершенно дикими: дрались за еду, жильё и территорию….

Рассказ прервала Алиса, которая вошла на кухню, основательно запыхавшись.

– Я не опоздала к ужину? – Артём встретился с ней взглядом. – О, наш соня проснулся, – воскликнула она, глянув на него.

– Почти готово, неповторимая Алиса, присаживайся, – Антан поднялся и вернулся к кипящему в кастрюльке ужину.

– Твей сегодня с утра любезно вернул твои вещи, – сказала Алиса, садясь за стол справа от Артёма.

– Иногда мне кажется, что Сомнин нездоров головой, – добавил Антан, доставая тарелки.

– Тебе не кажется, – усмехнулась Алиса.

– Ну спасибо ему… – тихо сказал Артём, стараясь не смотреть на Загорскую.

Когда на столе перед Артемом оказалась горячая чашка кицория, от которой шел пар и тарелка с очень странным содержимым, Антанарис взял свою чашку и уселся напротив Артёма.

– Значит так, – начал он, это – киций, – он указал пальцем на небольшие коричневые кусочки на тарелке. А это – ленгимы, – палец указал на пучок заметно потемневшей жареной травы. Всё свежее, только что купил. Ешь.

Артём опасливо глянул на содержимое тарелки и придвинул её к себе. В нос ударил запах протухшей травы.

– О, ленгимы, мои любимые! – Алиса накрутила траву на вилку и отправила в рот. По её подбородку струйками полился зелёный сок.

Антан тоже принялся есть. Прожевав, он сказал:

– Я тут рассказывал Артёму про Первомая. И нашу легенду.

– С удовольствием послушаю её в сотый раз, – иронично прикрыв глаза промямлила Алиса с набитым ртом.

Смотритель отложил вилку и глянул на Артема. Тот пил кицорий, потому что во рту ужасно пересохло, но к еде не притронулся.

– Чего не ешь? – кивнул Антан.

– Что-то перехотелось… – Артём грустно глянул на содержимое тарелки.

– Как хочешь, дело твоё – с этими словами Антанарис быстрым движением высыпал содержимое тарелки Артёма себе.

– Антан, ну зачем ты… – усмехнулась Алиса.

– Я никогда не выбрасываю еду, и ты это знаешь, – дружелюбно оскалился смотритель в ответ.

Артём отпил кицория. Есть хотелось, но тухлая варёная трава совсем не привлекала его. Может горький чай немного поможет, а там и до следующего раза можно будет дотерпеть, или до сырников…

– Так вот, – продолжил Антан, тоже отпив из своей чашки, – матери отбирали еду у детей, а сыновья убивали отцов. Существа дрались, пытаясь выживать. Были правители, которые пытались спасти существ. Кто-то делал роковые ошибки, кто-то – просто был не вечен, и в итоге мы всё равно каждый раз возвращались к упадку. Так и продолжалось. В моём детстве было тяжело… Я тогда жил с матерью в лесу.

– Я совсем не помню жизни без Первомая, – добавила Алиса.

– Когда умер Имонс, снова начался хаос. Его сыновья подрались за право наследовать власть и в яростном угаре перерезали друг другу глотки. Множество исторических записей были утрачены. И вот тогда пришёл он – Первомай, – таинственным голосом произнёс Антан и улыбнулся.

Алиса улыбнулась, глядя в тарелку:

– Великий Первомай…

– Пока ещё он не был великим, – поправил её смотритель, – Первомай пришёл будто бы из ниоткуда. Говорят, на нем был белый костюм и белая шапка, из-под которой торчали спутавшиеся тёмные волосы. Он сказал всем нам: "Я хочу стать вашим покровителем. Я спасу вас, я выведу вас на свет, если вы доверитесь мне." Естественно, сначала никто не поверил ему. Существа прогнали его, но вскоре он снова пришел. Он сказал, что обладает тайными знаниями, и что хочет поделиться ими со всеми. Но его снова изгнали. Потом он куда-то исчез, надолго, так, что все забыли о нём. В один прекрасный день он вдруг снова появился, остановился в центре главной дороги и начал кричать, что смог воспроизвести божественный свет, тот самый, который освещает наши улицы.

– Лампы? – спросил Артём.

– Шары света. Он смог воспроизвести этот свет, присоединившись к нитям, соединяющим световые шары, и сделал свой шар. Вот тогда то все ему и поверили. Тогда Первомай сказал, что отныне у каждого будет еда и какое-то «рабочее место». Каждый будет делать что-то для другого, для своего ближнего, получая за это некую «зарплату», и обменивая её на свои нужды. Смысл новых слов дошел до нас позже – у нас будет дело и мы будем получать за него мониты.

– Что? Мониты? – не понял Артём.

Смотритель принялся ощупывать карманы своего пиджака и брюк, – Алиса, у тебя там не завалялись нигде?

Алиса бросила вилку и быстро достала что-то из кармана. Она выпрямила перед всеми руку: на раскрытой ладони лежали неровные монеты с выдавленным на них профилем.

Артём взял одну из них в руку и поднёс к глазам, чтобы различить надписи. Монета была холодной. Профиль, изображённый на ней, разглядеть было сложно. Вокруг него Артём различил надписи: «Великий Первомай» и «Один монит»

– Из чего они сделаны?

– Из монитония. Этот материал можно найти внутри наших скал. Это Первомай придумал делать из него мониты.

–Ясно, – Артём почувствовал, что каждый раз задавать вопросы о непонятных словах становится сложнее. Он сделал глоток чая. Отвратительный вкус, будто бы глотаешь землю, растекся по языку. Артём никак не мог принять реальность вокруг себя. Он чувствовал, что дополнительная информация об этом мире может стать роковой для его рассудка. Антан продолжил:

– Отныне мы занимаемся множеством вещей, среди прочего – добыча кицория, черного камня и производство мяса. Также у нас есть много продуктов, которые теперь дарит нам здешняя земля. Большинство из того, что мы употребляем в пищу, растет в специально отведенных для этого местах в городе. Так прошло много вел, и Первомай по прежнему остается нашим великим правителем.

Антан выдохнул и добавил: – Я думаю, что история до появления Первомая была несколько иной… Возможно, когда-нибудь мы узнаем правду, но теперь все исторические записи утеряны. Эту историю я услышал от своей матери, так она и передаётся от существа к существу.

– Повезло вам с Первомаем, – произнес Артём, – но вот его имя заставляет меня задуматься. Я уже был у него.

– Что? – Алиса чуть не поперхнулась.

– Ну, то есть, я был прямо перед входом, но меня к нему не пустили, сказали, нужен номер приглашения.

– Ну ты даёшь, думал, что он тебя примет также радушно, как мы? – громче обычного прокомментировал смотритель, – Он вообще никого к себе не пускает. Даже меня – смотрителя района. Он пускает к себе только тогда, когда нужно ему самому. – Антан поймал на себе взгляд Алисы и закончил фразу:

– Поручения через гонцов отсылает. Отчеты ему подавай каждые несколько четвертей.

– Жаль, а я думал вы сможете провести меня к нему… – Артём с грустью посмотрел на содержимое своей чашки.

– Подумаю, что могу сделать, Артём. Как и обещал тебе, я попробую тебе помочь.

– Надеюсь на вас, – Артём посмотрел на Антанариса, – Мне нельзя здесь долго оставаться.

– Ну конечно, мы понимаем. Знать бы ещё, отчего тебя к нам решили перекинуть. Именно тебя…

Смотритель проглотил остаток ужина и задумчиво окинул взглядом Артёма.

– Ну а ваш язык… – запнулся Артём, – как давно вы пользуетесь этим языком? Конечно, у вас есть много непонятных мне слов, но сам язык и письменность в точности такие же, как у меня наверху.

– С начала времён мы разговариваем так, – быстро ответил Антанарис. – Я других слов и не знаю. Кто знает, может это язык самих Покровителей, хотя, возможно за периоды он мог претерпеть некоторые изменения.

Артём выдохнул в ответ и протёр лоб ладонью. Совершенно ничего не ясно, желудок сжимается от голода, вдобавок ко всему болит голова – видимо, последствия ужасной инъекции Твея.

– Спать пора, скоро ночная треть. Алиса, Артёма я к тебе устрою.

Дочь смотрителя кивнула.

– Куда устроите? – Артём перестал разглядывать свои карты и посмотрел на Антанариса.

– Первомай не приемлет неработающих. Его прислужники посещают дома днём и все проверяют, поэтому, пока ты спал, я тебя определил на работу в сад сотаров и отель.

– Но я никогда…

– Да там ничего сложного, – махнул рукой Антан.

–Что у вас тут творится? – нахмурился Артём. – А если этот ваш Первомай узнает, что я подросток? Я не доучился до конца, какая работа? – Артём обеспокоенно смотрел то на смотрителя, то на его дочь.

– Не переживай ты так, – улыбнулась Алиса и, протянув руку, собрала карты Артёма. – Я же с тобой буду.

– А отпуска у вас есть, ну или выходные?

–Что это? – спросил Антан, поднимаясь из-за стола.

– Так это же ужасно, так нельзя! Должны быть дни отдыха.

– А, так вечерняя треть и ночная, а ещё обед, – догадался Антанарис. – Некогда нам отдыхать, у нас дел полно – город развивать надо.

– Вот у меня наверху… – начал Артём.

– Я думаю, я должен сказать тебе, – вдруг перебил его Антан и серьёзно сказал:

– Если ты не хочешь жить по нашим правилам, то ты можешь уйти, прямо сейчас. И мы не вправе тебя держать.

Алиса посмотрела на Антана, а затем перевела взгляд на Артёма:

– Оставайся, Артём. Мы хотим тебе помочь.

Артём задумался, но молчание было недолгим. Он посмотрел на Алису, потом перевел взгляд на её заострённые уши, после чего, будто испугавшись, стал смотреть в сторону.

– Что ж, учитывая вчерашние события, вряд ли меня здесь кто-то примет также радушно, как вы, так что, думаю, у меня нет выбора.

Ему не хотелось оставаться вообще хоть где-то в этом странном мире. Но, наверное, лучше тут, где предлагают съесть ужин, хоть и не совсем съедобный, а не там, где предлагают им стать.

– Отлично, тогда пошли спать, а то опоздаем. – Алиса встала из-за стола и зевнула, – Сам свою комнату найдёшь? – Она посмотрела на Артёма.

– Опоздаем? Я же не смогу заснуть сейчас, я только проснулся.

– Придётся лечь и притвориться. Тебе же Алиса рассказывала о проверяющих? – спросил Антан. – Их действительно нужно остерегаться. – Лицо смотрителя сделалось серьёзным.

Войдя в свою комнату, Артём сел на кровать и закрыл лицо руками. Голова всё ещё ныла, хоть он и забыл о ней во время игры. Артём посидел немного, смотря, как по другой стороне улицы прогуливается какая-то странная сгорбленная фигура. Человек, или кто бы он ни был, нёс небольшой фонарь. Интересно, это тот самый страж, который будет проверять, спит он или нет? Вот же бред! Они тут все живут как рабы, и даже не замечают этого! В любом случае, это не его дело. В ближайшее время надо будет узнать, как отсюда убраться. Артём еще раз взял в руки свой магнитофон и принялся вертеть его в руках. Внутри со звоном перекатывалось что-то мелкое. Артём потряс магнитофон, но ничего не выпало. Сейчас бы литературу по теме… Может, всё же поломка не такая сложная. Хуже было бы, если бы он полностью намок. А может и намок, ведь неизвестно, сколько Артём пролежал без сознания под трубой. Артём небрежно стащил с ног кеды, улёгся на кровать и стал думать. В голове не укладывалось, что он уже два раза побывал на волоске от смерти. И этот мир… Подземный мир со звероподобными тварями. Что это всё такое и откуда? И этот Первомай определённо как то связан с миром сверху! Хорошо здесь устроился, помог этим дикарям немного в себя прийти, но, кажется, переборщил. Артём вдруг вспомнил, что рядом с его кроватью есть книжный шкаф. Он повернулся, взглянув в окно за своей спиной, и тут же отвернулся к стенке.

Как он мог не услышать?! Тяжёлое пыхтение. Совсем рядом что-то поскрипывало. Когда Артём заметил пролетевшие по стене жёлтые блики, он осознал, что это скрипит несмазанная ручка фонаря. Он чуть не забыл, как дышать. Всё тело будто бы вспыхнуло огнём. Как этот страж так быстро, и главное – бесшумно, подобрался? Артём закрыл глаза и лежал неподвижно, пока скрип фонаря и тяжёлое дыхание не начали отдаляться, и в конце концов не стихли. Потом он опасливо обернулся, и, убедившись, что никого нет, быстро поднялся. Выдохнул, стараясь себя успокоить: сердце отчаянно билось в груди и он явно ощущал его толчки. Он и не думал, что так испугается. Ладно, главное, что он ушёл и больше не придёт.

Артём подошёл к книжному шкафу и открыл дверцы из тёмного дерева, на гладкой поверхности которых отражались огни улицы. Здесь было не так много книг. Посмотрев на полустертые названия на корешках, Артём разглядел несколько: «Великий путь», «Оставленные в лесу», – всё на его родном языке. Артём аккуратно вытащил первую попавшуюся книгу и открыл её. В полумраке он едва различил надпись «Путешествие в Холодный лес». Книга была ветхой: когда Артём открыл её, оторванная страница соскользнула ему под ноги. Артём наклонился и вложил её обратно. Стоя с раскрытой книгой в руках, Артёмещё раз оглядел содержимое шкафа, но оттуда на него смотрели только потрепанные корешки книг. Поняв, что лучше не рисковать, он вернулся на кровать и принялся читать в полутьме, держа книгу так, чтобы на неё попадал блик жёлтого света. Она была о том, как существо пришло в лес и увидело множество других живых существ, встретило множество растений самых разных сортов. Далее следовали описания разнообразных существ и растений, живших в лесу. Странные названия – моолы, ангенки, доуллны… Артём прочитал довольно много, пока не ощутил скребущийся в желудке голод. О еде стоит забыть до завтрашнего утра. Может, та варёная трава была ужасной только на запах… А на вкус? Так, всё, хватит!

История в книге развивалась странно: существо убило какую-то рлану и трёх её детей. Некто рлан Клыкорык, разгневанный, отомстил убийце своей семьи, и, потеряв свою звериную сущность, сам стал правителем. И тогда Покровители дали ему имя и сказали, что теперь он должен создать мир в лесу. Клыкорыку даровали разум, и тот стал ходить на двух ногах, а потом основал города и произвел на свет множество своих потомков – таких же разумных рланов.

От чтения в полумраке заболели глаза. Артём захлопнул книгу и бросил её на стол, а затем отвернулся спиной к окну и стал думать.

Через несколько минут о себе напомнил ушиб на затылке, и Артём начал пытаться забыться сном, чтобы не терпеть боль. Он закрыл глаза и постарался остановить поток вопросов, возникающих у него в голове. Откуда здесь электричество? А кислород? Кто такой Первомай? И где можно достать номер приглашения?


Глава 9. Хорошенький

Это была самая ужасная ночь в жизни Артёма. Вопросы без ответов то и дело сменялись на скалящиеся улыбки кровожадных сестриц или отвратительную, покрытую испариной зелёную морду Твея – и тогда Артём чувствовал, как по спине пробегает холод. Мучаясь от ноющего затылка и боли в голове, он смог заснуть всего на полчаса.

– Пора вставать!

Артём вздрогнул и тут же открыл глаза.

– Вставать пора, – уже тише сказала Алиса.

Артём протёр глаза и повернулся к гостье, окинув её сонным взглядом.

– Зачем ты так орешь? – хрипло произнес он, – Который час? – Артём снова закрыл глаза и отвернулся, уткнувшись носом в подушку.

– Что?

– Ты же тоже не знаешь… – промычал Артём, не поднимая головы. Сил объяснять у него не было.

Артём не сразу понял, где он находится. В этом странном месте…

– Поднимайся и пошли завтракать. Покажу тебе одно из мест, где я работаю.

Артём медленно сел на кровати. Голова всё ещё болела. Пожалуй, спать в одежде было верным решением. Эта девчонка похоже вообще без комплексов. Артём окинул сонным взглядом Алису, которая уже была одета для работы: в черные брюки и кофту в полоску, а волосы были собраны в высокий хвост на затылке.

– Жарко у вас тут, и стражи действительно под окнами ходят, скрипят фонарями… – произнес он и принялся тереть глаза внутренней стороной ладони, а затем зевнул, прикрыв рот.

– Пойдём быстрее. Ты же помнишь, что если тебя заметят в утренний обход неработающим, Антану сделают выговор, – объяснила Алиса, сложив руки на груди и серьёзно смотря на Артёма.

– Да помню, помню. Слишком как то у вас строго.– Артём окинул взглядом комнату, как будто видел её в первый раз.

–Не вижу ничего такого, – ответила Алиса. И чего она так смотрит? Ищет что-то?

– Ладно, пойдем, только для начала я бы не отказался что нибудь съесть. И умыться, – ответил Артём и вспомнил, что даже не имел возможности почистить зубы.

– Пойдём.

Артём отметил расположение кед на полу перед собой и принялся надевать их.

В ванной Алиса дала Артёму предмет, напоминающий зубную щётку: к деревянной палочке была привязана маленькая щёточка, кажется, из натуральной щетины. Артём понюхал её и промыл под водой. А затем отложил и решил просто прополоскать рот. Он тут не собирается задерживаться, так что лучше не рисковать.

Когда Артём и Алиса вошли на кухню, Антан уже сидел за обеденным столом. Вдруг Артём понял, что пока он всё это разглядывал, он опоздал с утренним приветствием.

–Славь, – улыбнулась Алиса. Антан оторвал взгляд от своей чашки и улыбнулся:

– Славлю.

–Ну а ты, небось, на два дня вперёд выспался,– смотритель кивнул в сторону Артёма и сделал глоток из своей чашки. Седые волосы собранные в хвост, соскользнули с плеча. По усталому выражению лица было заметно, что Антанарис всю ночь не спал, но довольно хорошо держался.

– Я не спал, – заметил Артём, но на его фразу никто не обратил внимание.

–Ты ел, Антан? – спросила Алиса, не поворачиваясь. Заранее зная ответ, она достала из небольшого черного шкафа, стоявшего у стены, большой коричневый гриб и принялась быстро и ловко нарезать его ножом.

–Нет, я ещё не успел, только пришел, – ответил Антан и глянул на Артёма. Смотритель дружелюбно улыбнулся, но Артёму от этой улыбки не стало лучше.

–Садись, чего стоишь? – бросила ему Алиса, отвлекшись на секунду от готовки. Артём послушно подошел к столу и, отодвинув деревянный стул со спинкой из тонкой ткани, сел напротив Антана. Он сложил руки на столе перед собой и принялся разглядывать их, стараясь не думать о том, что Антанарис смотрит прямо на него.

Алиса закинула измельченный гриб в кастрюльку с кипящей водой. После чего достала шесть небольших шариков серого цвета, похожих на яйца, и ловко разбила их в сковородку.

– Ну что же, готов поработать?

– Не совсем… – Артём хотел сказать что-то еще, но тут рядом возникла Алиса с двумя чашками пресловутого горького чая. Он был заварен еще крепче – теперь цвет был почти иссиня-чёрный. От запаха Артёма начало подташнивать. Вчерашней порции было, пожалуй, достаточно.

–Тебе что, не нравится кицорий? Вчера пол чашки выпил! – заметил смотритель, наблюдая за малейшими изменениями на лице собеседника.

–Ну, не очень. Вчера он вроде был не такой крепкий, – признался он и медленно протянув руку к чашке, поднял её и сделал глоток. С трудом проглотив, Артём поморщился и поставил чашку на место. Часть жидкости выплеснулась из неё и плюхнулась на стол. Какая же дрянь.

–Ты не понимаешь своего счастья! – воскликнул Антан и с чашкой в руке откинулся на спинку стула. – Сейчас гриб заварен по особому, более крепко. Как раз для утра.

Алиса принесла три тарелки с завтраком: это было что-то наподобие омлета, полностью белое, как-будто из яиц вытащили желток и поджарили белок. Пахло солёным.

– Это яйца местных птиц. Советую всё-таки поесть перед напряжённым рабочим днём, – снова прокомментировал смотритель, и принялся есть свою порцию. Артём вдруг ощутил, насколько голоден, но в то же время от одного вида бледной массы на тарелке тошнило. Артём взял вилку с тремя зубьями, которую ему дала Алиса, после чего поковырял ей содержимое тарелки, ощущая, как оба собеседника смотрят на него. Антанарис с удовольствием жевал, Алиса просто молча наблюдала. Артём отправил небольшой кусочек в рот. На вкус было похоже на сильно соленый сыр. Артём любил сыр, поэтому постарался не думать, как выглядит еда, и принялся есть.

–Ну вот и отлично. Ты полюбишь местную еду, в том числе из-за того, что её готовит неповторимая Алиса. – Смотритель посмотрел на Загорскую и они обменялись легкими улыбками.

–Не ври, Антан, ты тоже кое-что умеешь.

–Немного хуже тебя.

–Я тоже умею готовить, – похвалился Артём.

–Вот как… – жуя, удивился Антан, оценивающе глянув на Артёма. Он уже почти доел то, что было в его тарелке. Алиса же наоборот, без особой охоты ковырялась в еде и только пила свой кицорий.

– Сделаешь нам что-нибудь? – спросил Антан.

– Именно «что-нибудь», – попытался пошутить Артём, – ваши продукты совершенно не похожи на наши.

– Что имеем… – ответил смотритель.

–Сегодня ты в саду, Алиса? – обратился он к дочери.

–Да.

–А в ночную треть… – Антан специально сделал паузу, ожидая реакции Артёма. Тот не выдержал и посмотрел на смотрителя, отправив последний кусочек странного завтрака в рот.

Алиса улыбнулась, поглядывая то на Антана, то на Артёма. Артём прикрыл один глаз, изобразив недоумение на лице.

– А ночью пойдешь в свой первый дозор, – закончил смотритель.

– Дозор? – переспросил Артём. – Во-первых, я всю ночь не спал, а во вторых мне надо домой, в Электроград. Мне не до дозоров, – нахмурившись, сказал он.

– Одна из моих функций, как смотрителя – охрана района. По определенному расписанию я собираю охранников на дозор в Холодный лес. Неизвестно, какие твари могут вылезти оттуда и напасть на город. Твоё присутствие обязательно, иначе скажут, что отказываешься защищать город.

Артём широко раскрыл глаза и посмотрел в сторону:

– Это странно.

– Не переживай: мы погуляем, посидим у костра, поедим жареного мяса Птиц-провидцев.

– О… – внезапно воскликнула Алиса.

Артём открыл рот, чтобы задать очередной вопрос.

– Погоди, я знаю, – быстро сказал Антанарис, – у птиц-провидцев очень вкусное мясо. По легенде, раньше эти птицы были разумны, всячески помогали существам и предсказывали будущее. Когда я вырос – они уже не разговаривали и сильно измельчали. Сейчас их мясо помогает расслабиться немного и отпустить все проблемы… – Антан посмотрел на Алису, будто ожидая, что она припомнит какой-нибудь эпизод. Но та только смотрела на Артёма.

– Кто знает, может это всего лишь легенда? – сказал смотритель.

– Вам не жаль уничтожать их? Может они разумны и сейчас, просто не говорят? – спросил Артём.

– Их мясо, между прочим, самое дорогое на рынке, – вмешалась Алиса. – Думаю, если бы они были разумны, давно бы сказали своё слово.

Артём на секунду представил несчастную разумную птицу, которая уворачивается от блестящего ножа, и решил начать образовывать этих дикарей:

– Мало ли что с ними могло случиться… Надо же разобраться, а не сразу на мясо…

Антан залпом допил кицорий из своей чашки. – Мы всё равно уже ничего не сможем сделать. Птицы-провидцы – обычные птицы. Почти. Пора работать. – закончил он.

– Артём, ты чего такой странный? Птичек жалко? – не унималась Алиса. Они же глупенькие…

– Я не понимаю… – начал Артём, но Антан перебил его:

– Когда он попробует их мясо, он перестанет их жалеть. – Смотритель подмигнул Артёму, скалясь своей неизменной улыбкой.

Артём промолчал, холодно глянув на него в ответ. Смотритель вызвал у него отвращение.

– Сколько с ним живу, – буднично начала Алиса, – не могу его раскусить. И на всё ведь у него найдется вразумительный ответ. Уж и не помню, когда он в последний раз был растерян. – Алиса встала и начала собирать чашки со стола. С интересом она заглянула в полную чашку Артёма, к которой он не притронулся после первого глотка. Чашки столкнулись у неё в руке с характерным звуком. – У меня есть ещё вопросы, – начал Артём.

– Спрашивай, – выдохнул Антанарис. Он уже начал вставать из за стола, и теперь сел обратно.

– Кто такие эти стражи и зачем…

– Они – особые служащие Первомая. Не такие как все, – печально скривил рот Антан, перебив Артёма, – они прошли… – Антан прикусил губу, очевидно, подбирая слова, – они прошли некоторые преобразования и стали другими, даже лучше нас, понимаешь?

Алиса многозначительно вздохнула.

– Что значит лучше? – Артём в недоумении поморщился.

– Давай я тебе как-нибудь потом скажу по подробнее, ладно? – участливо кивнул Артёму Антан и снова подмигнул.

– Понятно… – помолчав, ответил Артём и, поняв, что рассказывать подробности ему не собираются, сменил тему: – А что по поводу моего возвращения домой? Узнали что-нибудь?

– Конечно же нет, я всю ночь работал, – лицо смотрителя вдруг сделалось напряжённым. – Иди пока, помоги Алисе. Ей помощь не помешает.

– Надеюсь, я здесь ненадолго застряну… – Артём грустно окинул взглядом собеседников.

– Кто знает… – теперь уже с ноткой раздражения бросил Антан, – Хватит думать, будто все должны о тебе думать круглые сутки. Я тебе сказал вчера, что сделаю все возможное.

Артём ощутил нарастающее раздражение, но не успел ничего ответить.

– Спасибо, Алиса. – Антан услышал, как дочь вздыхает, и сказал это, чтобы разрядить обстановку.

– Встретимся в вечернюю треть, – тут он направился к выходу с кухни, по пути лёгким движением запустив свою пустую тарелку по кухонной столешнице в раковину. На удивление она попала точно в цель и не даже не разбилась, громко звякнув.

–Пошли? – спросила Алиса, притянув к себе тарелку Артёма, который завороженно наблюдал за необычным способом Антанариса убирать посуду.

Артём почувствовал, что съеденного за завтраком ему не хватило, чтобы утолить голод, но делать было нечего. Очнувшись , он поблагодарил Алису и, встав из-за стола, произнес:

–Пойдем, – ответил Артём с тяжелым вздохом.

Они вышли из дома, прошли по тёмному переулку несколько шагов и вышли на главную дорогу. В подземном городе кипела жизнь. Под желтыми и оранжевыми огнями ламп на потолке и многочисленных прожекторов, как в муравейнике, сновали существа. Окружающая обстановка не изменилась со вчерашнего вечера: повсюду была всё та же суета. Артём вдруг вспомнил, как позавчера проснулся от горячего солнечного луча. Артём почти ощутил его тепло на щеке, и всё тело пробила дрожь. Неужели это больше никогда не повторится? В следующую секунду он вдохнул сырой и жаркий воздух подземелья, и ему вдруг подумалось, что это всё – что-то вроде чистилища, в которое он никогда не верил. Он просто мёртв, вот и всё. Упал с большой высоты и сломал шею. А если правда? Артём ощутил, как ему показалось, самую сильную тоску в своей жизни – тоску по родному дому. Пока Артём прислушивался к своим ощущениям, они с Алисой шли вперед. Артём повернул голову и снова увидел двух толстых женщин с мышиными ушами, перед которыми неизменно стояли коробки с чем-то похожим на мясо. Вдруг Алиса обернулась и, ловко поймав Артёма за руку, сжала, так сильно, что Артём ощутил пульсацию крови в своих пальцах. Его ужасно раздражали эти раскованные прикосновения – он медленно высвободил свою ладонь и поймал на себе непонимающий взгляд. Дочь смотрителя обернулась и, посмотрев на него и не найдя объяснения его поведению, отвернулась и пошла вперёд. Чтобы отвлечься от навязчивых мыслей, Артём снова стал смотреть по сторонам. Вокруг была только нескончаемая толпа, в домах по краям улицы распахивались двери, из которых выходили существа и здоровались друг с другом. Большинство из них, казалось, скрывали под длинными юбками и большими капюшонами свои хвосты и уши, но было и то, чего они не могли скрыть: огромные жёлтые глаза, клювы и клыки. Алиса остановилась около большого здания. Фасад был без окон, неаккуратно обит ржавыми железными листами, по краям которых выделялись крупные черные гвозди.

Перед входом – массивной железной дверью – стояло существо. Вид его был, мягко говоря, отталкивающим. Левый глаз был выпучен и еле держался в глазнице. На лоб была поднята черная маска, такая же, как у тех стражей на входе во дворец.

–Славлю! – произнесла Алиса.

–Славь, существо. Документы, – ответил хриплым голосом страж, и с неприятным клокочущим звуком прокашлялся.

Костлявой рукой, обтянутой сухой серой кожей, он аккуратно взял пропуск Алисы. Артём обратил внимание на ужасающе длинные ногти, из-за которых стражнику приходилось сильно разгибать пальцы, чтобы держать тонкую картонку пропуска. Артём посмотрел вниз и увидел, как позади у существа до пола опускается мохнатый хвост, а на голове, примятые маской, торчат потрёпанные уши, покрытые грязной свалявшейся шерстью. Изучая всё это, Артём не заметил, как страж тоже начал разглядывать его.

– Это Высший! Какой хорошенький. Нам такие нужны для работы на службе у Великого Первомая, – рот существа исказила усмешка, и он глянул на Алису, наблюдая за её реакцией. Казалось, ему приходилось делать усилие, чтобы его глазные яблоки двигались. Алиса легко улыбнулась.

– Документы? – теперь страж говорил серьезно и вопрошающе стал пялиться на Артёма.

Тот сделал шаг назад, а страж, заметив это, снова криво улыбнулся, показав гнилые зубы:

– Ты чего это? – прохрипел он.

Хорошенький?! Да что с ними со всеми не так? Такое ощущение, что весь этот мир, в который ему по несчастью пришлось попасть, хочет его уничтожить. Артём посмотрел на Алису. Она смотрела то на Артёма, то на стража растерянным взглядом, будто бы действительно не понимала, что делать. Артём глубоко вдохнул и выдохнул, сжав руки в кулаки.

– Алиса, в смысле?! – выпалил он. – Где документы на меня?

Уголки рта Алисы вдруг почти незаметно поднялись и Артём заметил озорной блеск в её глазах. В эту секунду он всё понял.

– Загорская, вы же знаете правила. Нет документа – нет существа… – страж перевел спокойный взгляд на Алису.

– Погодите, служитель…– спокойно произнесла она.

Она взяла у стража свой пропуск. В конверте, где он лежал, еще была сложенная в несколько раз бумажка. Алиса вытащила её и развернула.

– Всё есть, – в таком же настроении произнесла она. Страж наблюдал.

– Подтверждаю, – начала читать Алиса, – что существо Артём с 5 дня четверти номер 7 проживает в моем доме в гостевой комнате. Определен на работу в Сад Сотаров и отель Первомайский. Пропуск в процессе оформления. Смотритель среднего района города Отчин, Антанарис Загорский.

Алиса обернулась и, широко улыбаясь, посмотрела на Артёма. Её улыбка показалась ему безумной. Артём разжал кулаки и, громко выдохнув, закрыл ладонью лицо. За минуту он чуть не сошел с ума, а она смеялась над ним! Она даже не была человеком – и смеялась над ним! Уязвлённая уверенность в себе подогревала нарастающий гнев.

– Загорская, вы почему укрываете документы? – спросил служитель, выхватив бумагу, и принялся сосредоточенно её рассматривать. Сухая серая кожа на его лбу еле-еле подернулась от напряжения.

–Я забыла… – притворно усмехнулась Алиса, глядя на Артёма, который гневно буравил её взглядом.

– Другое дело. Ладно, работайте. – Страж сложил записку Антана пополам и отдал Алисе вместе с пропуском. Затем он снова глянул на Артёма:

– Почему Высший не живёт в верхнем районе?

Артём ничего не ответил, но, к счастью, и страж не особо интересовался вопросом. Он отцепил от черного кожаного ремня на брюках ржавый ключ и открыл дверь, не поднимая глаз на прибывших работников.

– Приятного рабочего дня, почитающие, – пожелал он.

– Славлю! – отозвалась Алиса и вошла. Артём ещё раз глянул на стража. Тот улыбнулся ему своей корявой улыбкой и снова принялся поддерживать рукой левый глаз.

Внутри царил полумрак. Раздался щелчок – Алиса подняла какой-то рычажок на стене около входа, и на потолке зажёгся ряд длинных ламп, залив светом даже самые тёмные углы помещения. На длинном столе выстроились в ряд небольшие деревца с белой корой. Каждое из них находилось в прямоугольном стеклянном контейнере, за прозрачным стеклом которого было видно землю. Тонкие белые корни, как черви, кое-где прижимались к стеклу. Артём подошёл ближе и заметил, что между белоснежных листьев прятались небольшие ярко-голубые плоды, похожие на яблоки. Напротив столов, вдоль стен из чёрного камня стояли несколько шкафов с полками, заполненными садовой утварью: тут были и пакеты с черной землей, и разных форм горшки, лопаты и банки с удобрениями.

–Сильно испугался? – сдержанно улыбнулась Алиса. – Закрой, пожалуйста, дверь.

Тут Артём не выдержал. Прежде всего он отвернулся и запер дверь. Пришлось сделать усилие – она была довольно тяжёлой. Он сделал это не потому, что Алиса попросила, а потому что не хотел, чтобы охранник снаружи слышал их. Стало заметно тише.

Артём зло глянул на новоиспечённую коллегу:

– Какого черта это было? Это не смешно! – Он повысил голос и, сжав зубы, сделал шаг к ней. В глазах поблескивали искорки: то ли от света ламп, то ли от обиды.

–Знаю, извини, я не удержалась. У тебя было забавное лицо, – теперь Алиса стояла прямо перед Артёмом, сложив руки на груди. И снова на её лице начала пробиваться улыбка: уголок её губ поднялся.

– Забавное?! – выпалил Артём и сделал еще шаг, подойдя почти вплотную к Алисе.

– Да я просто пошутила, Артём!

– Шутка дурацкая!

– Послушай, ты не жил в Отчине и не знаешь здешней жизни, – спокойно начала Алиса, немного помолчав. – Каждый день мы находимся под зоркими взглядами служителей. Практически постоянно мы работаем, большинство жителей – до изнеможения. В любой момент на тебя могут донести, что ты, допустим, незаконно торгуешь, не посещаешь работу… Всё, что угодно. И тогда тебя быстро уничтожат – у нас тут с этим строго. Поэтому я хочу попросить тебя быть готовым и не терять бдительность ни на секунду. Я не знаю, какие опасности поджидают ваш вид там, наверху, откуда ты пришел. Наверняка у вас есть что-то опасное – мне не дано это знать. Но то, что жизнь в Отчине – как путь по лезвию ножа – это я могу сказать точно.

Алиса на секунду задумалась и добавила:

– Похоже, я сболтнула лишнее. Не говори Антану, что я тебе это рассказала.

Артём ничего не ответил. Он отвернулся, потом посмотрел на свои грязные белые кеды. Громко вздохнув, он принялся большим и указательным пальцами правой руки тереть глаза. Тут Алиса, совершенно неожиданно, подошла и попыталась положить руку ему на плечо.

– Извини, я не должна была… – начала она.

– Нет…– грозно произнёс Артём, схватив её руку до того, как она достигла его плеча. Алиса отпрянула и немного опешила, а затем продолжила:

– Ведь ты действительно случайно попал сюда, и наверняка чувствуешь себя ужасно…

Артём посмотрел на неё. В его глазах уже не было раздражения, но взгляд был серьезным.

– Спасибо за понимание, – холодно бросил он.– И не прикасайся ко мне, пожалуйста.

– Почему? – не поняла Алиса.

– Потому что мне неприятно.

– Хорошо, – бросила Алиса в ответ, подняв руки перед собой, показывая, что не собирается прикасаться. На секунду она посмотрела куда-то в сторону, и в этот момент в её взгляде возникло смущение. Потом Алиса отвернулась и пошла к длинному ряду столов. Артём последовал за ней.

– Синие яблоки? – спросил Артём, кивнув в сторону одного из деревьев.

– Это сотары,– ответила Алиса, копаясь в одном из ящиков. – Мы иногда используем их для приготовления чего-нибудь сладкого, но в основном кормим им домашних животных, которые дают нам мясо. Моя работа – ухаживать за сотарами и собирать свежие плоды, – закончив фразу, Алиса глянула на Артёма, держа небольшой блестящий ножик.

В странном подобии теплицы начало становиться душно, и Артём почувствовал, как с каждой минутой дышать становилось всё тяжелее.

– Почему у вас так жарко? – спросил он, снова потирая пальцами глаза.

– Жарко? Не знаю, вроде нормально. Хочешь попробовать?

Алиса подошла к деревцу, и не дожидаясь ответа, аккуратно срезала небольшой плод с ветки, затем разрезала его пополам. По ладони растекся голубой сок, и несколько капель упали на пол. Мякоть у сотаров оказалась неприятного серого цвета.

–Возьми и не бойся, никто не видит. – Она протянула одну половинку Артёму, вторую, не задумываясь, принялась есть сама.

Артём осторожно взял часть плода, посмотрел на срез. В центре мякоти виднелись синие косточки.

– У нас есть такие же фрукты. Яблоки называются. Только они бывают разных цветов: красные, жёлтые, зелёные, – сказал он всё ещё немного серьёзным голосом, разглядывая сотар, после чего сделал, как сказала Алиса: откусил кусочек. В нос тут же ударил запах железа, а на языке остался привкус пустой ложки, который чувствуешь, когда её облизываешь после еды. Артём проглотил, стараясь не жевать.

– Невкусно что-ли ? – спросила Алиса, уже съев свою половину.

– Нормально, – буркнул Артём и положил половинку фрукта обратно на стол.

Алиса улыбнулась:

– Ну, тебе не угодить, привереда! – Она быстро взяла вторую половинку со стола и тоже съела.

– Наверное, они такие на вкус, потому что у вас нет солнца, – произнес Артём.

– Чего нет?

– Солнца, – нетерпеливо выдохнул Артём. – Это в небе. Огромный раскалённый шар. В моем мире он позволяет жить не только другим таким же как я, но и животным, и растениям, и фруктам и овощам. И как раз яблокам. Солнечная энергия и тепло позволяют деревьям с яблоками жить и несколько раз приносить плоды, – закончил Артём.

– Раскаленный шар над головой… Может, это прожектор такой у вас?

– Может, – Артём впервые за долгое время легко улыбнулся. Его забавляла глупость Алисы.

– Слушай… – начала Алиса, – Если… То есть, когда вернёшься, посмотришь, что у вас за прожектор? Может, сможешь дать его?

Их взгляды встретились и Артём вдруг понял, что забылся. Ему как можно скорее надо искать выход, а он пока что только познает местную кухню. Артём попытался не подать виду и улыбнуться снова, глядя на ряды горшков, но получилось плохо. Он протянул руку и зажал в пальцах белый листок, торчащий из тонкой ветки деревца.

– Извини… – снова обеспокоено произнесла Алиса и принялась рыхлить землю вокруг дерева пальцами, – Антан обязательно что нибудь придумает, он же сказал. Он просто правда занят на работе, – попыталась она подбодрить его. Артём вдруг подумал о том, что сейчас делают родители, и о чём они думают. Считают ли они его умершим?

– Алиса, у вас есть какой то перерыв в работе ? – спросил Артём задумчиво и отпустил белый листок, раскачав ветку.

– Есть. Для приема пищи, а что ?

– Пойдем в отель. Я хочу посмотреть на вентиляцию, может, что-то получится.

– Хорошо, – помолчав, согласилась Алиса, и добавила:

– Ладно, давай немного поработаем. – С этими словами она развернулась и пошла к полкам с утварью, через несколько секунд вернувшись с большой плетёной корзиной:

– Срезай и складывай сюда, хорошо?

Артём представлял, что могут сейчас думать о его судьбе его друзья и родственники, поэтому не сразу ответил:

–Хорошо. Ты как считаешь, как так получилось, что я попал сюда?

Алиса вручила ему корзину и принялась аккуратно срезать плоды с веток.

– Я не знаю, Артём… Это очень странно. Честно говоря, я никогда не задумывалась о том, что есть какие-то миры, кроме нашего. Принеси, пожалуйста, пару ножей, они там, в ящике.

Артём оставил корзину, в которой пока что лежали только пара сотаров, и подошёл к одному из металлических стеллажей. Затем поднял руку и, зацепив ящик пальцем, выдвинул.

– А я вот думал о том, что другие миры существуют. Правда я не так их себе представлял.

На грязном дне лежали несколько видов ножей и садовых инструментов, а также небольшие ручные вилы. Он взял первые попавшиеся на глаза ножи и повернулся к Алисе.

– А как ты их представлял? – спросила та, забирая нож из рук Артёма.

– Ну, например огромный каменный город под водой…

– В речке? Он же не поместится там…

– Да не в речке, а в море.

– А что такое море? – Алиса сосредоточенно срезала очередной сотар.

Артём с удивлением глянул на Алису, а потом вспомнил. Он тоже принялся срезать голубые яблоки с обратной стороны дерева.

– О, это вам очень не повезло, что вы не знаете, что такое море… Это как речка, только очень-очень большое. Огромное количество воды. Настолько огромное, что постоянно плещется, потому что на поверхность воды постоянно воздействуют разные ветра. Потоки воздуха, то есть. Вот на огромной глубине моря и может быть какой-нибудь другой мир.

– Как интересно, а ты это море видел?

– Конечно видел. Я в нём купался даже.

– Я бы тоже хотела увидеть море.

– Так пошли со мной наверх. Я могу помочь тебе стать человеком. Только уши надо обрезать, – Артём улыбнулся.

Алиса бросила нож и схватилась за уши, острые края которых выглядывали среди волн рыжеватых волос.

– Нет. Мое место здесь, мое предназначение… А, впрочем неважно. Спасибо, Артём, но я не хочу отсюда уходить. Даже ради твоего моря. Это я так, просто… – Алиса перестала держаться за уши и вернулась к работе, вдруг став серьёзной.

– Я вообще-то пошутил, – ответил Артём и принялся срезать сотары.

Разговор прервался, но Артёму быстро стало скучно, и он предпринял новую попытку поговорить. Не собирать же целый день эти странные фрукты молча.

– И что же ты, вот так целыми днями собираешь эти сотары? – спросил он.

– Да, а что в этом такого? – Алиса нахмурилась.

– Это ужасно. Сколько всего можно было сделать, пока ты их собираешь! А тебе приходится тратить на это время. Как-то рановато тебе работать, да и наверняка тебе было бы интересней поделать что-нибудь другое. – Артём закинул очередной сотар в корзину.

– Что поделать? Мне нравится работать тут и в отеле, работа хотя бы не грязная, не особо сложная, и оплата хорошая.

– Ну не знаю, гулять например, делать что-то, что тебе нравится. Ты же моего возраста, вроде…

– Безработицы в Отчине нет, так что я обязана ходить на работу и выполнять свои задачи, чтобы поддерживать жизнедеятельность города. Я делаю, что мне нравится. Играю в четверку, хожу с Антаном в дозоры и иногда хожу по магазинам.

– А Антан всё время сидит дома… – иронично заметил Артём.

– Он не сидит дома, а работает, когда все спят. И в рабочие трети тоже работает, то есть почти сутками.

– Он кстати не похож на твоего отца,– заметил Артём. – И где тогда твои родители?

– Как ты догадался?

– Вы совсем не похожи внешне.

– Ты прав, Антан мне не родной отец. Моих родителей убили, когда мне было двадцать четвертей.

Артём промолчал в ответ, только с грустью посмотрел на Алису.

– Да всё в порядке, – поспешила успокоить его она, – я даже не помню, как они выглядят. Они были ворами. – Алиса издала нервный смешок. Он показался Артёму странным.

– Это правда? – удивился он.

– Да, они воровали всякое и продавали, путешествуя по городам, пока их не обманули и не убили соперники по ремеслу. Не знаю, когда моя мама успела заиметь ребенка, учитывая, что они постоянно скитались. Но мне повезло: их прикончили именно тогда, когда они были в Отчине.

Артём посмотрел на синий фрукт в руке девушки, который она только что срезала.

– Мне всё равно на них, – Алиса повысила голос, – они были слабаками, не умели жить по правде и получили свое, – говорила она с пустой, холодной улыбкой.


Глава 10. Вентилятор

– И что было потом? – Артёму пришлось поднять корзину, дно которой уже было закрыто яблоками, и перенести её к следующему деревцу.

– Спасибо тем добрым воришкам, они оставили меня в живых. Я жила на улице несколько четвертей, меня подкармливали, кажется… Плохо помню. Потом появился Антан. Он тогда был сильно моложе, очень красивый. Волосы были намного короче и белее. Сам был в рванине на голое тело, весь был грязный, как и я, – Алиса увлеклась рассказом и перестала отпиливать сотары с веток. – Подходит ко мне и говорит: "Как тебя зовут?" И предложил пойти с ним. Ну я и пошла, так как он сразу понравился мне: у него были осмысленные и добрые глаза, в отличие от всех остальных. Ну а не доверять незнакомцам меня тогда никто не успел научить. Не понимаю, как я вообще дожила до встречи с ним… Потом мы начали скитаться вместе. Ели, что попадалось под ногами. Много четвертей жили в лесу, в хижине у его друга – Ярослова. Что ж… – Алиса опомнилась и продолжила работу.

Артём стоял облокотившись о стол рукой и внимательно слушал, пытаясь не обращать внимание на то, что от жары было тяжело дышать.

– Представь себе, что было потом! – внезапно воодушевилась Алиса и широко раскрыла глаза. – Ни за что не угадаешь. Один раз мы пошли с Антаном в город и он решил пойти прямо во дворец Первомая! Конечно, он перед этим привел себя в порядок, а то у него волосы вечно путались. И, представь себе, так он получил работу у него на службе! Потом, правда, пришли люди и сказали, что мне тоже нужно на работу. Мне тогда было… 12 вел вроде.

Артём быстро посчитал в уме, прикрыв и загибая пару пальцев.

– Ты была ещё ребенком.

– Да ладно, ничего страшного. И я стала работать. Сначала в отеле, потом и тут.

– Ужасно просто, работать с малых лет… – произнес Артём, наблюдая за работой Алисы.

– Не знаю, чем тебе кажется ужасной наша жизнь. И вообще, я считаю Антана своим отцом, и он самый лучший отец на свете, – гордо начала Алиса. – Он очень умный, в отличие от моих родителей. Он пришел и быстро добился того, чтобы попасть на службу к Первомаю и выбить себе привилегии.

– Каким образом у него это получилось? Он же был бродягой… – Артём разглядывал белое деревце перед собой.

– Он не был бродягой! Он был свободным путешественником! Вот представь, – Алиса начала жестикулировать и размахивать перед Артёмом ножом, – Ты – великий правитель. К тебе приходит красивый человек в костюме и белой рубашке. Ты не понимаешь, кто это вообще такой и откуда взялся. А он тебе – я хочу стать вашим преданным слугой. Естественно, Первомай удивился. Тогда Антан сказал: "Я молод и силен. У меня есть все задатки для работы, которая мне очень сейчас нужна. Но есть одна проблема. Мой интеллект заметно выше, чем у жителей города, и я не хочу потерять его в ручном труде. Поэтому мне так важно, чтобы именно вы позволили мне работать на вас. Тогда мой разум будет служить вам до самой моей смерти." – вот так он сказал, представляешь?!

Кажется, Алиса была в восторге от Антанариса.

– А костюм откуда взяли?

– Ловили птиц и продавали на рынке. Вот и заработали.

– И что было дальше? – Артём наконец перестал буравить взглядом белую кору и продолжил работу.

– Первомай дал ему шанс, и он прошел все его испытания. И когда Антана взяли на службу, мы переехали в нормальный дом, – Алиса вернулась к работе. – Антан спас меня. Если бы не он, я бы сейчас с тобой не разговаривала.

– Мда… – Артём смотрел куда-то в пустоту, – прямо как в книжке.

– Да нет, всё довольно обычно.

Они немного помолчали, работая.

– Ну а твои родители? – поинтересовалась Алиса.

– Мои? – задумался Артём, переставляя корзину, – Мой отец работает на атомной станции. Недалеко от города, где мы живём. Мама раньше была учителем математики, а сейчас она не работает.

– Твоя мама не работает? – удивилась Алиса. – А так можно?

Артём усмехнулся:

– Вообще-то и я не работаю пока, мне не по возрасту ещё. Да, так можно, она следит за хозяйством. Кстати, в моём мире, даже у тех, кто работает, по два выходных раз в семь дней, то есть… Пять раз работаешь, а потом два раза не работаешь, – от духоты Артём плохо соображал, и устало выдохнув, вытер пот со лба локтем.

– Что?! – в неподдельном удивлении Алиса посмотрела на Артёма, – Теперь всё понятно…

– Что понятно? – Артём смутился.

–Вот почему ты такой хорошенький! – Алиса широко улыбалась. – Потому что можешь не работать, и, как ты там сказал… Гулять? Чем ты занимаешься целыми днями? Мне кажется без работы от скуки можно сойти с ума.

– Ну, вообще-то нет, если знать, чем заниматься, такого не будет, – начал Артём нахмурившись. – Я учусь. В школе познаю науки различные, то есть. Физику, математику, русский язык, труд, историю СССР. Ещё читаю много книг, гуляю, езжу на велике, играю музыку на одном инструменте, готовлю иногда и ещё учусь танцевать.

– Меня Антан учил. Считать и писать.

– Ну хоть что-то… – Артём в очередной раз поднял корзину и понес за Алисой.

– СССР – это твой город?

– Нет, – тихо усмехнулся Артём, – это чуть больше чем город. Вот Минск – это город. Я в нем родился. Потом, когда отца пригласили работать на станцию, мы переехали в другой город – Электроград. Станция, о которой я говорил. находится в соседнем городке – Чернополье. А СССР это… Ну, если совсем упростить, то союз городов.

– А на станции что делаете?

– Это очень долго рассказывать… – выдохнул Артём. – Правда хочешь знать? – Он посмотрел на Алису, которая всё также сосредоточенно срезала ножом плоды.

– Конечно хочу, мне интересно. – Она тоже посмотрела на него, но всего на секунду.

– Я уже кажется говорил, что на станции мы получаем электричество, – начал Артём, – из атомной энергии. Оно используется для получения тепла и света, а также для работы всяческих приборов. Атомы – это такие маленькие частицы, их не видно, но их них состоит наш мир. Из множества множеств атомов. На станции происходит преобразование атомной энергии. Как бы тебе объяснить… – Артём задумался, взялся рукой за подбородок и стал рассматривать свои кеды. Потом поднял голову, и, всё ещё держась за подбородок, стал смотреть на Алису:

– Есть атомный реактор – место, в котором происходят ядерные реакции. Энергия при такой реакции высвобождается быстро, и если её не контролировать – произойдет взрыв, и тогда всё будет разрушено. Чтобы этого не допустить, есть специально разработанный механизм. Вот есть, например, особые стержни. – Артём начал рисовать пальцами на столе. – Специальный состав наконечника стержня не дает реакции развиваться бесконечно, когда его опускают в так называемую активную зону – то место, в котором происходит сама реакция. Потом атомная энергия с помощью специальных механизмов преобразуется в тепловую, потом с помощью воды преобразуется в пар, затем, с помощью генератора, в электроэнергию. Это если говорить коротко и упрощенно. Очень много людей контролируют различные аспекты работы атомной станции. Мой отец, например, занимается исправностью техники, – Артём вдруг почувствовал, как всё тело покрылось мурашками. Пришлось изрядно собраться, чтобы вспомнить, как это всё работает.

– Интересно, но понятно мало.... – задумчиво произнесла Алиса.

Она была полностью увлечена работой и говорила почти без интонации. Артём вдруг подумал, что она могла бы срезать сотары быстрее.

– Ты тоже хочешь потом на станции работать, как отец?

Артём выдохнул:

– Ну, вообще-то я ещё должен учиться в университете. Потом – хочу. Я хочу работать на атомной станции, но я не хочу быть инженером. Я хочу стать ученым.

– Интересно у тебя там, в Электрограде, – улыбнулась Алиса.

Медленно тянулась дневная треть. Артём рассказывал Алисе про свою жизнь. Сначала про то, как они с Рыбниковым и его отцом ходили в поход по Крыму в прошлом году. Потом о том, что в школе он учится хорошо, потому что ему ужасно нравится всё изучать и конспектировать. Как осенью желтеют и облетают с деревьев листья, и как потом ложится снег. Как главный секретарь партии поздравляет всех людей, как мама умеет печь “Прагу”, и как люди дарят друг другу подарки, отмечая начало Нового года. Алиса слушала и всё срезала сотар за сотаром с веток, а потом немного рассказала о том, чем она любит заниматься в свободное от работы время:

– Четверка и словесные игры очень популярны среди жителей Отчина, – говорила она, – как самая доступная форма досуга.

Когда играть надоедало, Алиса принималась делать украшения. Делала она их из того, что найдется под рукой: запчасти от механизмов, сушеные грибы и растения. Потом заливала бусины для браслетов специальным вязким раствором, который застывал при нагревании. Его придумал для неё Ярослов. Алиса подняла рукав кофты и показала свой браслет. В небольшом прозрачном камне в форме квадрата был навсегда запечатлен небольшой белый коготь. Маленькие бусины представляли из себя сухие, легкие камешки.

– И чей это коготь? – поинтересовался Артём, проведя по браслету пальцем.

– Это коготь птицы-провидца.

– Живодёрка…

– Как ты меня назвал? – переспросила Алиса в недоумении нахмурившись.

–Неважно, – Артём старался не смотреть на неё

– Неси корзину, пожалуйста, – спокойно произнесла Алиса, немного помолчав, а затем вернулась к работе. Они молчали до тех пор, пока работа не была закончена.

– Ну что, пошли пообедаем и потом посмотрим на вентилятор в отеле? – внезапно заговорила Алиса.

– Сначала вентилятор, – уточнил Артём.

Алиса вытерла руки белой тряпкой и передала её Артёму. После они направились к выходу из здания. Алиса открыла тяжёлую дверь и оба снова оказались на улице, освещенной множеством лучей прожекторов дворца. Во время обеда опять множество существ оказались на главной дороге, подыскивая, где перекусить. Стоял гул различных звуков с примесью голосов. Когда Артём вышел, он продолжил идти вперёд, засмотревшись на обстановку вокруг, а Алиса в это время остановилась рядом со стражем.

– Обед, – произнесла она, – “Предсмертный Визг Моола”. Еще в отель нужно зайти, дела остались. Новенький со мной.

– Вы сегодня решили отдохнуть в “Визге Моола”? – без интереса спросил страж, записывая в своем блокноте время обеда рабочих, – Прекрасный выбор!

– Хочу сводить нового сотрудника, – улыбнулась Алиса.

Артём стоял чуть поодаль и ждал её. Мимо него с двух сторон шли существа, и в какой то момент Артём осознал, что окружён ими. Существам приходилось обходить его стороной. Кто-то позади недовольно рыкнул и Артём отошёл в сторону, чтобы не мешать потоку, поднял голову и снова увидел гигантский дворец, верхние башни которого подпирали каменный потолок. На многочисленных рельефах играл свет прожекторов. Алиса медленно подошла к нему сбоку, и, легко улыбнувшись, спросила:

– Красиво, правда?

Артём очнулся от мыслей.

– Красиво… Только как бы мне туда попасть… – немного ошарашенно произнёс он.

Алиса поджала губы, и они пошли вперёд по дороге в противоположную сторону от дворца.

– Слушай, а откуда у вас здесь электричество? – Артём вдруг вспомнил, какой вопрос всё время вертелся у него на языке.

– Электричество? Я не знаю что это такое.

– Ну эти шары света на потолке, от чего они питаются? Ты же живёшь под ними всю жизнь, как ты можешь не знать?! – Артём посмотрел на Алису, чуть приподняв левую бровь.

– Я же только что тебе объяснял… – произнес он с ноткой досады и, отвернувшись, положил большой и указательный на веки и с досадой покачал головой.

– Шары света были здесь всегда, поэтому не знаю, кто их сюда принёс. А вот электричество в наши дома уже провёл Первомай. Говорят, он смог как-то взять свет от ламп и подключить его к городу, – отвлечённо произнесла Алиса, даже не обратив внимание на реакцию Артёма. Она зачем-то вглядывалась в лица прохожих.

– Забавно, конечно, – ответил Артём. Он тоже стал смотреть вперед, обдумывая различные теории. Ему вдруг пришла в голову мысль, что шары света могут работать от электричества, производимого станцией в Чернополье. Из этого следует, что два мира как то связаны, и, следовательно, где-то должен быть выход.

– Я не знаю, что ты хочешь там найти. Там просто вентиляция, – Алиса решила сменить тему и вытащила его из размышлений.

– Я хочу убедиться, – серьёзно отрезал Артём.

– В чем? – Алиса посмотрела на него, машинально поправив браслет на руке, и наконец убрала пропуск в задний карман брюк.

– Алиса, – Артём повысил голос и глянул на собеседницу. Он вдруг почувствовал, что он определенно умнее её и ему захотелось ей это доказать. – Ничего. Ничего в физическом мире не бывает просто так. Если я сюда попал – значит это не просто вентиляция. Значит нужно непременно выяснить, что не так с этой "просто вентиляцией", и как мне попасть назад в Электроград – вот что я хочу понять. – Пока говорил, он смотрел Алисе в глаза, потом, гордо выпрямившись, отвернулся, и снова принялся разглядывать толпу, через которую они пробирались. Существ вокруг становилось всё больше с каждой минутой. Гул тут был даже громче, чем на проспекте Дружбы Народов в летний воскресный день.

–Хорошо, Артём, пойдем посмотрим, я не против, – только и ответила Алиса. – Смотри! – вдруг она указала пальцем куда-то в толпу. – Это охотники из Холодного леса.

Артём присмотрелся и увидел, как по улице прямо на них двигались уже знакомые ему волчьеголовые лошади. Копыта утопали в желтом песке, из зубастой пасти, которую сдерживала уздечка, постоянно лилась слюна, а желтые глаза с интересом осматривали прохожих. Одно из животных было полностью покрыто чёрной шерстью, только вокруг одного из глаз сияло белое пятно, а у второго шерсть была тёмно-серой. На спинах гибридов восседали мужчины с мохнатыми ушами, одетые в чёрные комбинезоны с карманами на груди и крупные ботинки. Из-за их спин выглядывало оружие, похожее на винтовку, которое покачивалось в такт шага волчьеголовых существ. Когда они подошли ближе, Артём увидел, что почти весь корпус оружия был сделан из дерева, оно не было похоже на то, которое он видел у стражников дворца. Артём перевёл взгляд ниже и увидел, что к крупу одного из животных привязаны за шею три ощипанных тушки птицы. Зрелище было не из приятных: тонкий и длинный клюв, и такая же, уже сломанная, шея и крупное шарообразное тело. Широкие крылья, на которых частично остались синие перья, безвольно свисали вниз. Артём отвернулся.

– Это птицы-провидцы, – подтвердила его мысли Алиса. – Они, наверное, ловят их для стола Первомая.

– Ты ешь их мясо да? – с тенью отвращения на лице спросил Артём.

– Да. Ко мне обычно после этого приходят силы и хорошее расположение духа.

– Понятно, – задумчиво ответил Артём. – Перед глазами у него стояли полузакрытые глаза мертвой птицы, болтающейся на крупе у волколошади. Глаза были человеческими.

Артём и Алиса пропустили мимо пару нагруженных тележек и подошли ко входу в уже знакомый отель. Над входом всё также подсвечивалась неаккуратно нацарапанная вывеска «Первомайский». Алиса открыла тяжёлую дверь, где-то сверху звякнул кольчик, и они вошли внутрь.

–Куда? – услышал тонкий хриплый голос Артём, сразу как вошел. Он посмотрел в сторону голоса: на стульчике рядом с небольшим столом сидела пожилая женщина. Она сильно сутулилась и большой лист от растения, стоящего на столе, прикрывал ей голову и почти скрывал верхнюю часть лица. На столе переде ней стояла маленькая белая чашка и лежал раскрытый журнал, видимо, со списком постояльцев. Старуха приподняла рукой со сморщенной кожей лист растения и Артём увидел, как в тени блеснули её глаза. Тут же Артём почувствовал, как по спине пробежали мурашки: глаза были козлиные и слабо светились желтоватым цветом. Артём замер, не отводя пристального взгляда от этих глаз, а старуха легко улыбнулась ему. В реальность его вернуло резкое прикосновение: Алиса уперлась руками в спину, подталкивая его дальше. Артём чуть не упал, вовремя выставив вперед ногу и вытянув руки для равновесия. Он сжал зубы и обернулся на Загорскую.