Лана Март
Все мы дети вселенной (Том 1)

Глава 1

Сейчас на Марсе очень ранее утро. На часах было три солнечных часа, или как сокращенно называют единицу времени на планете – три сола.

Через несколько часов закончится моя смена наблюдателя, и я смогу уйти на отдых, продолжительностью пятнадцать солов. На мое место заступит другой наблюдатель. Мне еще нужно заполнить журнал и внести все, что случилось за сегодняшнюю смену.

Я с детства поставила себе цель стать наблюдателем, чтобы покинуть Марс. Наша раса была достаточно закрытой, и условия жизни на планете были не из простых.

Попасть в наблюдатели было очень сложно, на каждую открывающуюся позицию наблюдателя был очень большой конкурс. Но по истечении пяти лет работы наблюдателем можно получить возможность покинуть Марс и улететь в глубокий космос. По окончании контракта Марс делал наблюдателям очень хорошие выплаты и давал рекомендации для работы в других звездных системах, которые позволяли неплохо устроиться в обитаемой части космоса или наняться в любую из исследовательских экспедиций, организуемых Советом разумных рас вселенной. В этот Совет входили все вышедшие в межзвездный космос разумные расы.

Большинство заключало повторный контракт еще на пять лет, а я хотела получить свободу от Марса. Во всяком случае, так мне виделось. Я хотела посетить другие миры, познакомится с другими разумными представителями рас.

Мои желания родственники и друзья не понимали. Сказывалась закрытость Марса. Мы слишком долго жили под землей, и только сравнительно недавно атмосфера Марса стала восстанавливаться. Начали выпадать осадки. На Марс возвращалась жизнь. С одной стороны, это было хорошо. А с другой –марсиане не чувствовали себя в безопасности на поверхности планеты.

Глаза за двенадцать тысяч лет привыкли к полутьме подземных городов и при ярком солнечном свете мы были слепы. Поэтому всем наблюдателям делали специальные операции на глаза, частично заменяя ткани на искусственные, вживляя ряд туда имплантов, чтобы мы могли без помех находиться на ярком солнце.

Наблюдатели должны были контролировать восстановление атмосферы, совершать облет и обход участков Марса, отданных под контроль, следить за автоматическими производствами по выращиванию овощей и фруктов на поверхности планеты, и защищать территории от набегов начинающих возрождаться к жизни разных существ типа ползучих, крылатых, членистоногих и прочих насекомых и червей.

Марсиане слишком давно покинули поверхность планеты и не были готовы к таким масштабных нашествиям насекомых. Нападая на теплицы, они сжирали все, оставляя нас без урожая. Поэтому и методы борьбы с ними более чем радикальными, потому что, кроме нас, марсиан, другой сдерживающей их развитие и рост их популяций силы не было. Вход было пущено все, что не могло навредить восстановлению атмосферы.

И сейчас я совершала облет территории, проверяя, что происходит с нашими теплицами.

Ну, вот и первая неприятность за смену – в одной из теплиц сломалась система полива. Как я предполагала, ее повредили одни милые жучки сантиметров пятьдесят высотой, с мощными челюстями и очень жестким панцирем. Часть труб были просто перекушены и вырваны. Вода текла там прямо в землю, не доходя до растений. Пришлось чинить. Так же я поставила полностью новые ультразвуковые устройства, которые должны отпугивать жуков и прочую насекомую нечисть. Старые, вышедшие из строя устройства я забрала с собой, нужно будет разобраться, что с ними случилось на станции.

В остальных теплицах было все в порядке. Я вернулась на станцию, где жили я и еще два моих сменщика. Заполнила журнал. Сейчас на станции находились только я и Дакараи. Он должен был меня сменить. Наш начальник Акл улетел с докладом к руководству, пока еще подземного, города. Заодно и увез собранный урожай. Всего на Марсе было пока создано порядка тысячи таких станций, где жили по трое наблюдателей. Марсиан не хватало. Слишком медленным был прирост населения. И мало кто хотел покидать понятный и уютный подземный город ради сомнительного света солнца на поверхности. Но благодаря возможности увеличивать объем продовольствия из года в год ситуация улучшается, марсиане перестали бояться заводить детей. Сейчас, даже есть несколько семей, которые возвели модульные дома на поверхности Марса и переехали туда жить. За ними пристально наблюдают ученые. Но больше таких сумасшедших не находится. Возможно, сменится еще несколько поколений, прежде чем марсиане сменят подземелья на солнечный свет.

В помещение контроля и управления станцией зашел Дакараи. Я как раз принесла поврежденные ультразвуковые устройства на ферме и рассматривала их.

– Привет, Кэпи, – поздоровался Дакараи. – Ну как там сегодня? Были приключения?

–Дакараи, иди-ка сюда. Мне нужно и твое мнение. Жуки на самой дальней ферме испортили систему полива. Я ее починила. Проверила ультразвуковые устройства, которые должны отпугивать жуков, но они были в нерабочем состоянии. Заменила на новые, а сейчас вот ищу причину их выхода из строя. Первая мысль была, что очередная пылевая буря их забила. Но за последнюю неделю таких бурь не было, да и нет на них характерных для бури отметин или царапин. Не могу понять в чем дело.

Дакараи взял один ультразвуковых отпугивателей. Он представлял собой метровый жезл из металлопластика, с одной стороны он был закруглен и имел множество тонких отверстий, а с другой – если нажать на центральную часть, из него выдвигались три длинных ножки, которые сами забуривались в землю и фиксировали жезл в вертикальном положении. Естественно, когда я вытаскивала жезл, его крепления я задвинула обратно.

Некоторое время Дакараи рассматривал жезл, затем взял силовой ключ и начал разбирать жезл на детали.

– Ничего не понимаю, –почесал Дакараи. – Все чипы и микросхемы, которые генерировали ультразвук, повреждены. При этом корпус цел. Такое впечатление, что на жезл воздействовали так же ультразвуком, который и спалил все.

– Но этого не может быть. Сами жезлы при активации никак не влияют друг на друга, – с удивлением сказала я.

– И я тоже это понимаю. Это предположение выглядит как полный бред, – согласился со мной Дакараи. – Но у меня нет других идей. Давай разберем все, что ты привезла.

Дальше мы в четыре руки методично и скрупулезно разбирали все пятьдесят жезлов. Когда мы разобрали примерно половину, то Дакараи был вынужден прерваться, ему нужно было совершать облет территории. Я осталась одна и продолжила.

Когда Дакараи вернулся, то он привез еще партию переставших работать ультразвуковых устройств.

– А это на какой ферме? – спросила я.

– Это сразу на двух. Если так пойдет, то нам будет нечем защищать фермы. Мы просто не успеем все починить, – озадаченно ответил Дакараи.

– Кстати, я закончила с теми, что привезла сама. У всех одинаковые повреждения, – поставила я Дакараи в известность.

– Мне не нравится происходящее, хочу связаться с другими станциями и узнать, происходит ли у них что-то подобное, – сказал Дакараи и ушел к пульту связи.

Я слышала, как Дакараи вызвал наблюдателей нескольких ближайших к нам станций. По ответам поняла, что случаи поломки были, но, в отличие от нас, они не придали этому значения. Просто заменили на новые ультразвуковые устройства, а сломанные – переслали в общину на полную замену как бракованные.

Кроме этого, удалось узнать только то, что такие случаи происходят уже примерно месяц.

Дакараи предложил наблюдателям разобрать несколько нерабочих устройств, чтобы сравнить неисправности с тем, что было выявлено нами. На этом сеансы связи были завершены.

А мы продолжили разбирать то, что привез Дакараи. Через час с нами связалась одна из станций и сообщила о том, что поломки устройств идентичны тому, что выявили мы. Затем эту же информацию мы получили еще от трех станций.

Дальше мы выяснили что поломки устройств, привезенных с двух других ферм Дакараи, ничем не отличались от тех, что привезла и обнаружила я.

– Восстановить работу устройств мы сможем. Эти схемы не очень сложны. Но беспокоит массовость таких поломок, – встревожилась я.

– Нам нужен Акл. Он должен сообщить об этом руководству. Я не хочу нагнетать и паниковать, но это все очень подозрительно, – согласился со мной Дакараи.

Я забыла о том, что мне нужно отдыхать. Слишком настораживало происходящее. Дакараи вновь удалился на облет. А я осталась ждать Акла.

Несмотря на беспокойство по поводу происходящего, я хотела видеть Акла по другим, достаточно прозаическим причинам – он мне нравился. Но я делала все, чтобы не дать прорваться своей симпатии. Я мечтала, что когда мой контракт закончится, то Акл скажет мне, что я ему очень нравлюсь, и предложит улететь вместе со мной с Марса. Но так же я понимала, что мои мечты об Акле могут остаться только мечтами –слишком много он получал женского внимания. В отличие от меня, он выглядел как истинный представитель марсианской расы: рост почти два с половиной метра, золотистая кожа, которая как будто сияла, искристо-белые волосы и золотые глаза. Это был тот тип мужчин, который считался каноном красоты у моей расы. А я чистых черт не несла. Рост мой был чуть выше двух метров, кожа светлая с малозаметным золотистым оттенком, волосы тоже чуть отливали золотистым, а глаза не эталонные желто-золотые, а зеленовато-голубые, как вода древних океанов, говорили мне наши историки. Предположительно, в моей генетике в глубокой древности отметились или атланты, или лемурийцы. Пока еще была связь с Землей. Но много тысяч лет назад, после планетарной катастрофы, связь была потеряна. И Марс, и Землю тогда отбросило в развитии на много сотен лет назад.

Нет, я не комплексовала, я себе вполне нравилась. Но хотелось, чтобы еще нравилась и Аклу. А он ни разу не дал мне понять, что наши отношения могут быть чуть более личными, чем рабочие. Так что я любовалась им, можно сказать, издалека.

Зазвенел входной контроль, оповещающий о начале дезинфекции вошедшего. Дакараи еще не должен был вернуться, значит это Акл. Я пошла навстречу.

Когда дезинфекция закончилась и Акл зашел в коридор станции, я попросила его пойти со мной, сказав, что это очень срочно. И важно.

Я видела, что Акл устал, но и наши с Дакараи новости были не теми, которые можно отложить.

–Кэпи, не зря твоё имя означает бурю, – сказал мне Акл и, вздохнув, пошел за мной в помещения контроля и управления станцией.

Увидев разобранные ультразвуковые устройства, разложенные по всему полу, Акл удивленно поднял бровь.

– И что это значит? – спросил Акл.

– Не знаем. Повреждения одинаковы. Корпус цел, повреждений нет, а все микросхемы уничтожены. Дакараи предполагает внешнее воздействие. Но это же невозможно, исходя из наших данных, – сказала я.

Акл присел и начал рассматривать устройства. На секунду я даже залюбовалась им. Но быстро отогнала от себя любую мысль личного характера. Сейчас надо понять, что происходит.

Тем временем вернулся Дакараи. Он дополнил мой рассказ информацией о том, что узнал на других станциях.

– Дакараи, твои идеи? – спросил Акл.

– Я не хочу об этом думать, но, похоже, появилось нечто, что уничтожает наши приборы. Чужой техники на Марсе нет. Это точно известно. Наша не может поражать своих же. На всех устройствах стоит система «свой-чужой». Остается только предположение, что это нечто выводящее ультразвуковые устройства является живым, – со вздохом сказал Дакараи.

– Ты думаешь, это нечто разумно? – продолжил спрашивать Дакараи Акл.

– Я не знаю, Акл, я не знаю. Возможно, это что-то новое, проснувшееся в песках Марса. Но я не представляю, как оно выглядит. Каких-то явных следов я не нашел, – ответил Акл.

–Кэпи, ты иди, отдыхай. Твоя смена скоро. Поспи хотя бы три-четыре сола, – обратился ко мне Акл.

Его забота приятно отозвалась моим чувствам внутри. Но из принципа я не согласилась. Сейчас ведь начинается интересная история, в которой я непосредственный участник.

–Акл, я бы задержалась. Мне тоже интересно понять, что происходит. И насколько это опасно для нас, – вежливо возразила я.

– Неужели ты думаешь, что мы это сможем сейчас решить? – с невеселым смехом сказал Дакараи.

– Ты проверял записывающие устройства, Дакараи? – спросил Акл.

– Нет еще. Я пока до этого не добрался, – ответил Дакараи.

Мы включили записи за последние несколько дней. Но ничего не увидели. Разве что пару раз мелькнули какие-то невнятные тени.

– Но что-то же воздействует на них! – воскликнула я.

– Я думаю, нужно поставить дополнительно датчики, которые будут фиксировать движение не только на земле, но и под землей, – сказал Дакараи.

– А мне нужно составить доклад руководству. Ситуация может стать серьезнее, чем кажется, – сказал Акл.

Я открыла рот и только хотела сказать о том, что надо поставить силовые установки, которые не просто препятствуют проходу, но и уничтожают все движущееся в радиусе нескольких метров, как раздался сигнал тревоги. Мы втроем вскочили с места и побежали на выход к нашим воздушным катерам.

Глава 2

– Я к дальней ферме, – крикнула я.

– Нет, мы все летим к одной точке и не разделяемся. Мы понятия не имеем, что происходит, – возразил мне Акл.

– Кэпи, я полностью поддерживаю Акла. Сейчас не время для споров и иных точек зрения, – подержал Акла Дакараи. – Мы не должны разделяться. Нас только трое, если что-то с кем-то случится, то остальные смогут сообщить и позвать на помощь. Было бы нас хотя бы четверо, можно было разделиться на группы по двое, но нас трое. И мы должны держаться вместе.

– Акл! Дакараи! Но разделившись, мы сможем сразу проверить три точки. А не одну! – возразила я.

– Не спорь. Это приказ. Выполняй! – резко ответил Акл.

Я молча кивнула на это. Да, у меня есть некоторые проблемы с субординацией. Но мы и не военный объект. Но после такой отповеди я или иду на открытое неподчинение, или выполняю то, что мне сказано. И хотя мне очень хотелось настоять на своем, но я решила, что пока подчинюсь, а дальше буду действовать самостоятельно. В конце концов, нас всех подбирали в наблюдатели как способных на принятие и воплощение в жизнь самостоятельных решений. Мы были открыты новому, у нас почти не было предубеждений, страхов и боязни перемен. И вот сейчас эти личные качества требовали принять другое решение – нужно разделяться и выяснять, что происходит в максимально доступном количестве точек сразу. Внутренне я не была согласна с осторожным решением Акла. Но это влекло конфликт. А вот конфликт в этой, пока непонятной ситуации, не нужен.

Мы заняли места в своих катерах, отработанными навыками быстро проверили готовность транспорта и, нажав на кнопку «старт», вылетели со станции. Не знаю зачем, но на всякий случай я проверила так же в каком состоянии оружие на катере. И открыв, специальное отделение рядом с креслом пилота, достала личное оружие, которое закрепила на поясе. Все это делалось на уровне интуиции.

Мы подлетали к ближайшей ферме, откуда пришел сигнал тревоги. Дакараи предложил вначале облететь ферму, осмотрев все с воздуха. Так мы и поступили. Вначале мы не могли понять, в чем дело: датчики сигнализируют о вторжении за периметр, а мы не видим ничего. Но тут Дакараи обратил внимание на камни.

– Акл, Кэпи, смотрите внимательно на камни. Те, что чуть желтее, чем все остальные – они движутся. Медленно и по направлению к ультразвуковым установкам, – акцентировал наше внимание Дакараи.

Я тоже стала смотреть на камни. Около меня таких камней было четыре. Они двигались по песку, очень тихо. А легкий ветер, всегда дующий на поверхности Марса, стирал их следы перемещения. Следы не глубокие, раз так легко их уничтожает ветер. А значит и сами камни легкие. Но камни размером от полуметра до метра в диаметре не могут быть такими легкими и не могут при перемещении оставлять такие неглубокие следы.

– Давайте снизимся. Нужно проверить на поверхности, что это такое, – предложил Акл.

– А может, попробуем задействовать оружие и выстрелим в один из камней? – осторожно предложила я.

Моя интуиция говорила мне о том, что приближаться к этим камням на земле – не самая лучшая идея. И лучше бы этого избежать.

– Боишься, Кэпи? – пошутил Акл.

– Нет, сейчас я выступаю со стороны здравого смысла. Вы не хотели разделяться, но сейчас готовы идти и лично трогать эти непонятные камни? Вы оба хорошо подумали? – не приняла я шутку.

– О-о-о, в Кэпи проснулась воительница и уничтожительница миров, – со смехом сказал Дакараи.

– Акл, Дакараи, я официально заявляю протест. Я против, чтобы спускаться на землю, выходить из катера и лично изучать, что это за камни. Система, занеси это в планетарный Журнал наблюдателей, – скомандовала я.

– Кэпи, выйти все равно придется. Мне тоже не нравится то, что происходит. Но мы должны сделать доклад, в котором как-то объясним случившееся. А без личного исследования этого не произойдет, – наставительным голосом произнес Акл.

– В качестве компромисса давайте поступим так: мы с тобой Акл спустимся на поверхность Марса и приблизимся к камням. А ты, Кэпи, прикроешь нас с воздуха, – предложил Дакараи. – Сейчас такая ситуация, когда каждый из нас принимает самостоятельный решения. И потом так же самостоятельно будет нести ответственность за последствия.

– Я прикрою вас сверху, – согласилась я. – Но я думаю, что мы могли бы просто направить луч лазера на один из камней. А о результате доложить.

Но ни Акл, ни Дакараи мою кровожадную идею расстрелять эти странные камни не поддержали. Я смотрела, как катера Акла и Дакараи приземлились и они вышли из кабин. Они что-то сказали друг другу и только потом включили переговорные устройства, чтобы я тоже могла слышать их переговоры и участвовать в них.

Свой катер я подвела насколько можно ближе к поверхности, но так, чтобы не мешать Аклу и Дакараи воздушными потоками, расходящимися от катера. Оружие я привела в боевую готовность. Моя интуиция просто кричала, что мы сейчас делаем большую ошибку.

И вот Акл и Дакараи идут к ближайшему камню. Я вижу, как они обошли камень несколько раз.

– Ничего подозрительного, – услышала я в эфире слова Акла. – А сейчас, Дакараи, давай попробуем сдвинуть этот камень. Достань силовое устройство для передвижения и переноса больших грузов и закрепи на камне.

Дакараи выполнил просьбу Акла. Затем он отошел на несколько шагов и активировал устройство, камень потерял вес и стал подниматься в воздух. В эту секунду, то, что мы считали камнем, раскололось на несколько частей, и из него вылетели несколько длинных тонких щупалец. На конце каждого щупальца аккумулировался электрический разряд. Щупальца пронеслись рядом Аклом и Дакараи в опасной близости.

– Назад, я стреляю, – проорала я и несколько раз нажала на кнопку, активирующую луч лазера.

Яркий светящийся луч прорезал насквозь этот камень. Раздался громкий визг, перешедший в ультразвук. Я слышала его даже в кабине катера, не смотря на то, что кабина была герметично закрыта и, казалось бы, не должна пропускать никаких звуков.

Акл и Дакараи упали. Похоже они потеряли сознание от этого звука. Но самое страшное началось потом: несколько близлежащих камней тоже раскололись на части, из них показались такие же щупальца, что и из первого камня. Часть щупалец шарили по песку, а часть – лупили по воздуху. Одни искали тела Акла и Дакараи, а другие пытались добраться до катера, в котором была я. Несколько раз в сторону катера со щупалец срывался электрических заряд. Как молния.

«Если такой попадет в катер, то неизвестно как отреагирует оборудование, возможно, всю автоматику вырубит, и я упаду», – подумала я, поднимая выше катер от места нападения.

Я сделала круг над местом атаки. Мне было видно, что туда ползут еще камни. Нужно принимать решение. Дакараи и Акла нужно забирать. Мне даже на секунду не пришла в голову мысль бросить их тут. Вопрос только как это сделать.

Я запустила видео, которое снимал мой катер в общемарсианскую сеть. Все должны увидеть опасность как можно быстрее. Возможно, это спасет кому-нибудь жизнь. Вызвала экстренную помощь, указав наши координаты, и пошла на снижение, расстреливая камни со щупальцами, которые были слишком близко к Дакараи и Аклу. Я надеялась, что Дакараи и Акл все же сумеют прийти себя и мне нужно будет только создать для них безопасный путь эвакуации к их катерам. Но, похоже, что звуковая волна вывела их из строя надолго. Даже у меня болела голова и периодически двоилось в глазах. А что говорить про них – они были так близко к источнику звуковой волны.

Надо оказаться к ним ближе и зацепить их тросами. А потом втянуть в катер. На наших костюмах стояли специальные устройства, которые позволяли тросам из катера плотно сцепляться с костюмом наблюдателя, без какого-либо участия самого наблюдателя, а потом втаскивать его в катер. Это было придумано, чтобы иметь возможность эвакуировать наблюдателей, находящихся без сознания из любого места, если, конечно, до костюма достанут тросы.

Но для этого нужно подлететь к тому месту, где сейчас вился клубок щупалец, и протащить тела Акла и Дакараи через них. Но до этого еще как-то спустить эвакуационные тросы.

Я несколько раз пыталась опустить тросы, но ничего не получалось. Все же придется приземляться. Но перед этим нужно уменьшить количество этих существ. Я расстреляла весь заряд батарей. Теперь для активации лазера они должны заряжаться несколько часов. Не могу сказать, что как-то сильно уменьшила количество камней.

Казалось, что на место каждого уничтоженного, откуда-то приползает еще несколько. Но рассуждать некогда, я видела, как Дакараи начал приходить в себя. Каждая секунда на счету.

Я опустилась на поверхность планеты. Вытащила лазерный пистолет, поставила на максимальный разряд и сняла его с предохранителя, чтобы не терять время, когда понадобится сделать выстрел. Затем покинула катер и двинулась к Аклу и Дакараи.

Мне было страшно. Но бросить Акла и Дакараи я не могла. Это было против всех моих внутренних установок. Марсиане давно отвыкли от приоритета собственного «я». Выживание расы было приоритетным много столетий. Нет, конечно, каждый член общины был важен. Но все действия были подчинены выживанию вида, поэтому приоритет отдавался пользе общества, а не отдельного индивида. А значит, ставить одну свою жизнь выше жизней двоих я не могла, да мне и в голову не приходило. Можно сколько угодно соглашаться или не соглашаться с решениями моей команды, но есть такие ситуации, которые требуют действовать однозначно. Я должна их спасти.

До ближайших существ со щупальцами оставалось буквально пара метров. И тут у меня над головой пролетело щупальце и выстрелил электрический разряд. Мои волосы сразу встали дыбом от статического электричества. Мне повезло, что я уклонилась, но тут рядом со мной снова ударило щупальце. Я чувствовала, как сильный разряд мешает работе моего костюма. А часть открытой кожи лица и рук покалывает как будто тонкими иголочками. Я упала на песок и поползла к тому месту, где видела Акла и Дакараи. Щупальца кишмя кишели вокруг меня. И мне казалось, что я почти добралась, но тут один камней двинулся вперед и перекрыл мне дорогу к напарникам.

Я поняла, что так мне тоже не добраться. Значит, нужно воспользоваться катерами Акла или Дакараи.

Я с трудом развернулась и поползла обратно, умоляя все разумные и неразумные силы вселенной дать мне возможность добраться до катеров. Над головой сверкнуло еще несколько разрядов тока, но меня они не задели, только все сильнее электризовали воздух. Покалывания кожи становились уже болезненными.

Я доползла до того места, куда щупальца не доставали, встала на ноги и бегом бросилась к катерам. Все катера только условно делились нами: у них был одинаковый функционал, одинаковый вид, даже одинаковый код доступа. Просто наблюдатели добавляли в салоны что-то личное, какую-то вещь, и тем самым давали понять другим, что этот катер уже кем-то занят. Но при желании, любой из нас мог воспользоваться катером другого. И сейчас мне это было на руку.

Я ввела код в один из катеров, кажется, это был – Дакараи. По полученной команде автопилот поднял его и направил в гущу щупалец. Сама я села во второй катер и полетела за первым. Долетев до заданной точки катер, в котором не было пассажиров, сделал несколько выстрелов, спустился чуть ниже, в зону досягаемости щупалец, затем еще несколько раз выстрелил и полетел вперед. Щупальца взметнулись и схватили этот катер, пытаясь притянуть его к земле. По катеру беспорядочно ударяли молнии электричества, вылетающие из щупалец. Корпус катера уже местами был поврежден, но он все равно продолжал выполнять заданные мной команды. Я видела, как техника постепенно проигрывает этим неведомым существам. Я рассчитывала только на одно, что хотя бы ненадолго, но он их сдвинет от Акла и Дакараи, и смогу подцепить их эвакуационными тросами.

Вот наступил тот самый момент, когда я смогла подлететь ближе и почти без препятствий выпустить эвакуационные тросы, которые плотно защелкнулись на костюмах Дакараи и Акла. Их тела стали подниматься в воздух, втягиваясь на борт. Но тут взорвался катер, который утащил за собой большую часть этих существ и раздался оглушительный визг. От этого звука меня как будто сильно ударило по голове и из носа закапала кровь. Я изо всех сил старалась сохранить контроль над сознанием. Нужно было закончить эвакуацию своих напарников и улетать на станцию. Но перед глазами уже летали черные мушки. Все же ультразвуковая волна сильно ударила по мне.

И в тот момент, когда я решила, что уже все получится, еще немного и Дакараи и Акл будут в катере, все пошло не по плану. Внезапно, самый большой камень, примерно десять метров в высоту раскололся, из него вылетели щупальца, который вцепились в тела моих напарников, обмотались вокруг тросов, похоже, даже добрались до хвостовой части катера. Я нажала на набор высоты и увеличила мощность, пытаясь вырвать Акла и Дакараи, но щупальца с таким усилием дернули вниз, что катер просто рухнул на поверхность Марса.

Последнее, что я помню – это то, что катер ударился о землю и проломил в грунт. В эту дыру упали мы все: и я с катером, и мои напарники, и этот монстр, который не сумел отцепиться от нас. Летел катер недолго, я потеряла сознание от удара, когда он врезался в пол пещеры.

Когда я пришла в себя, то обнаружила, что у меня рассечена кожа на голове, возможно, сломаны ребра. От больших повреждений меня спасла система безопасности катера.

С трудом я вылезла из катера. Неподалеку я увидела тела Дакараи и Акла. Они так и были обмотаны щупальцами. Возможно, это спасло их от травм. Пистолет был все так же со мной. Я отсекла лазером щупальца. Затем начала аккуратно разрезать кольца щупалец, которые их держали. Первым в себя пришел Акл, затем Дакараи.

– Где мы? – спросил Дакараи.

Глава 3

– Мы под землей. Мы проломили грунт и упали вниз, – ответила я.

– Что было? – потребовал Акл.

– Нас оглушило инфразвуком. Меня меньше, чем вас, потому что защитил корпус катера. А вы оба потеряли сознание. Я пыталась вас вытащить. Высадила все батареи, стреляя по этим непонятным существам. Он стал бесполезен. Твой катер, Дакараи, пришлось сделать приманкой, а на твоем Акл – попробовала вытащить вас, пока все эти чудовища бросились на другой катер. У меня почти получилось, но тут, оказалось, что в крупный валун, рядом с которым вы лежали – это не камень, а еще одно существо. Вот оно нас и схватило. Силы катера не хватило вырваться, и он вместе с нами рухнул на землю, – тут я остановилась. Нужно было передохнуть. Минут через десять я продолжила.

– Я пришла в себя, вылезла из катера. Нашла вас, вы были обмотаны щупальцами этой твари. Это спасло вас от травм. Я разрезала лазером щупальца и вытащила вас. Пещеру я не осматривала. Но это странно, при подготовке аграрных зон для организации ферм никаких пустот в грунте не было обнаружено, – закончила я.

– Разбиты оба катера, один разряжен, мы под землей, наручные коммуникаторы разбиты, непонятно, что творится наверху, – подвел итоги Акл. – Нужно проверить разбиты ли в катере маячок и средства связи. Может, мы сможем отправить сообщение о том, что случилось и объяснить, где нас искать. И аптечку найти нужно. Нам всем нужны стимуляторы заживления ран.

Акл и Дакараи прежде, чем идти к катеру, решили проверить, как там эта тварь. Они подошли и к ней ближе. Сложно определить жива она или нет чисто визуально, когда существо не шевелилось. Акл поднял камень и кинул в приоткрытые створки каменного панциря. Ничего, никакой реакции. Дакараи пнул одно из щупалец, тоже ноль реакции.

– Наверное, это создание мертво, – услышала я слова Акла.

Затем Акл и Дакараи кое-как доковыляли до катера и скрылись в нем. Я слышала только звук того, что они там что-то передвигают. Сама я осталась снаружи, внутрь не пошла. Где стояла, там и уселась на пол. Оставаться на ногах было тяжеловато. Посидев какое-то время, я вообще улеглась на пол этой пещеры. Лежа боль в ребрах ощущалась меньше, хотя все равно ощущался ужасный дискомфорт было очень больно. Я лежала так, что мне было видно провал, который пробил катер и кусочек неба в нем. Я смотрела вверх и размышляла.

Не так много времени осталось до того, как начнет темнеть. Нужно что-то предпринимать уже сейчас: или лезть наверх, или обосновываться тут и ждать помощи. Внутренне я не была согласна с тем, чтобы оставаться тут. Наверху, при всех минусах ситуации, мне казалось безопаснее, чем тут. Мы не знаем откуда пещера, как она образовалась, а может, вообще тут кто-то живет? Нет, оставаться тут нельзя. Если Акл и Дакараи со мной не пойдут, то придется искать выход отсюда самой. Интуиция категорически требовала покинуть это место как можно скорее.

Наконец, из катера показались Дакараи и Акл. В руках у них были контейнер с аптечкой и две упаковки пайков-концентратов, которые мы могли брать с собой, чтобы: не возвращаясь на станцию, поесть где-то в пути.

– Это вся еда, – угрюмо сказал Дакараи. – Экономить смысла нет. Тут ее не так много. Как раз нам троим хватит.

– Дакараи, Акл, я думаю, что нам не стоит оставаться. Давайте искать способ подняться наверх. Мы не знаем происхождение этой пещеры и того, что тут может обнаружиться. Мы все не совсем в порядке, чтобы исследовать это место. И в нашем состоянии, мы сейчас не способны оказать значимого сопротивления, если на нас нападет что-то типа этой твари, – сказал я.

– Кэпи, скоро начнет темнеть. Безопасно ли нам выходить наверх, где есть эти твари? – спросил Дакараи. – Ты считаешь они куда-то делись?

– Дакараи, а с чего ты взял, что их нет тут? – вопросом на вопрос ответила я.

– Акл, поддержи меня. Куда-то двигаться сейчас – это неразумно, – обратился к АклуДакараи.

– Кэпи, почему ты не хочешь дождаться тут утра? – спросил Акл.

– Акл, если помните, то я даже не хотела спускаться и выходить из катера, чтобы на земле исследовать эти камни. А, еще, я вспомнила, что вызвала помощь, когда готовилась вас вытаскивать на оставшемся катере. Сообщение мной было отправлено. Мне не известно, почему помощь до сих пор не пришла. Возможно, ее и ждать не стоит. И мы можем рассчитывать только на себя. И сейчас моя интуиция просто кричит, что мы должны покинуть это место, – с горячностью обратилась я к Аклу.

Для меня и для Дакараи Акл оставался старшим, руководителем. И сейчас от него зависело решение, что мы будем делать дальше. Нет, Дакараи с Аклом могли остаться вдвоем в пещере, а я могла уйти искать выход одна. Но здравый смысл подсказывал, что разделяться сейчас нельзя. Или все вместе внизу, или все месте уходим.

– Сообщение точно ушло? – уточнил Акл.

– Ушло. Если так примерно прикидывать время, то уже прошло больше трех солов, – ответила я.

– Мы выяснили, что передатчик в катере разбит, но маячок уцелел, и мы его активировали. Но твои слова кое-что меняют, – сказал Дакараи. – Возможно, помощь ждут от нас.

– Давайте поедим, а потом осмотримся, может, где-то есть какой-то выход из пещеры, – предложил Акл.

Мне не хотелось тратить время на еду. Лучше бы приняли стимуляторы и пошли искать выход, а еду оставили на потом. Но сейчас было проще согласиться. Это экономило время.

Я кое-как села, каждое движение отзывалось болью.

– Дайте мне стимулятор, я вколю его сразу, – попросила я.

Мне протянули аптечку. Я выбрала те, что для заживления ран и сращивания костей. Их было неважно куда вкалывать, главное, чтобы быстрее в кровь попало. Костюм сейчас было не снять, поэтому пришлось вкалывать в шею. В этом мне помог Дакараи.

После стимуляторов по организму стало распространяться тепло. Мне казалось, что я чувствую каждую клеточку тела. Ускоренное сращивание костей и ран вызывало у кого-то ощущение болезненности, а кого-то – щекотки. Но шевелиться после поступления стимулятора в организм не рекомендовалось хотя бы четверть сола – кости могли срастись неправильно.

– Кэпи, а ты вообще зачем пошла в наблюдатели? – спросил Дакараи.

– А ты не знаешь разве? Мне казалось, что я говорила о том, что мечтаю увидеть другие миры во вселенной. После того, как закончится мой контракт, я попрошу рекомендации и улечу с Марса, – ответила я Дакараи.

– Одна? – продолжил спрашивать Дакараи.

– Тут как получится. Но скорее всего одна, – ответила я, стараясь не смотреть на Акла – мою невзаимную первую любовь.

– Хочешь, я полечу с тобой? – спросил Дакараи.

– Ты?! – От удивления я чуть не села, но рука Дакараи придержала меня за плечо, чтобы не вставала. Время еще не прошло.

– Я. А что такого? – спросил Дакараи.

Тут засмеялся Акл.

– Дакараи, я знал, что Кэпи – мечтательница и идеалистка. Ей тесно на Марсе и ее все время куда-то влечет в другие пределы. Но разве твой путь не связан с Марсом? – спросил Акл.

– А почему ты так решил? – спросил Дакараи.

– Твои родители занимают высокое положение в нашем обществе. Ты их единственный наследник, все семейные секреты по созданию искусственных интеллектов передадут тебе, и ты должен возглавить после них это дело, – ответил Акл.

– Акл, а кому я это должен? – спросил Дакараи.

– Обществу, конечно же, – ответил Акл.

– Акл, а себе я что-то должен? – спросил Дакараи.

– Интересы общества приоритетны, – наставительно ответил Акл.

– Эти знания, тонкости, нюансы могут быть переданы любому, кто этого захочет. Просто традиционно члены моего рода по матери занимаются именно этим. Только потому, что им это интересно. Это дело их жизни. Но это не моя обязанность. Поверь, в роду достаточно талантов, чтобы продолжить развитие существующих технологий и изобретать что-то новое, – резко возразил Дакараи.

– А что твоя обязанность? – так же резко спросил Акл.

– Мою обязанность я вижу так: жить самому и не мешать жить другим, и при этом быть счастливым. В том числе и в той сфере деятельности, которую я выберу, – ответил Дакараи.

– Это глупости, друг. Мы все выполняем то, для чего рождены. Мы все должны наши жизни Марсу. Для того, чтобы продолжать жить дальше и развиваться, все должны что-то приносить в жертву во имя выживания расы, – ответил Акл. – Кэпи в силу своего юношеского максимализма и непосредственного характера не понимает, что покинуть Марс – это предать предков, предать ныне живущих, предать потомков. Оставаясь на Марсе и внося свой вклад в развитие общества, только так нужно жить истинным марсианам.

– Акл, сейчас не время и не место для таких разговоров. Ты не старейшина, чтобы судить ее или мой выбор. Остановись, – оборвал его Дакараи.

А я подумала, что вот оно какое настоящее отношение Акла ко мне. Я мечтала, что Акл влюбится в меня. А на самом деле я для него предатель интересов расы. Мои розовые очки романтической привязанности разбились, как говорится, стеклами внутрь. Хотелось плакать. Но такого я себе не могу позволить, не при Акле уж точно.

Дакараи успокоительно похлопал меня по плечу и помог подняться. А затем тихо шепнул:

– Не обращай на него внимания. Сегодня у всех тяжелый день. Он, на самом деле, так не думает.

Но я отлично понимала, что на самом деле Акл так и думает, просто обстановка, стресс, травмы – все это спровоцировало искренний разговор без фильтров этики и тактичности.

Акл и Дакараи тоже приняли стимулятор, они выбрали ранозаживляющие и усиливающие регенерацию внутренних органов. Для большей эффективности после приема стимуляторов необходимо было поесть, это давало дополнительную энергию организму.

Дакараи и Акл взяли на себя процесс подготовки еды к употреблению, для этого на коробках с пайками имелись углубления. К углублению нужно было приложить палец, сканер распознавал отпечаток и с пайка снимался вакуум, еда подогревалась, витаминизированный напиток становился жидким. Буквально несколько секунд и еда была готова.

Акл и Дакараи не сговариваясь протянули мне пайки и предложили первой выбрать, что я буду есть.

Мне не хотелось ничего брать у Акла. Обида на него была сильной. Но у него были богатые кальцием специальные хлебцы, а в наборе Дакараи их не было. Эти хлебцы ускорили бы действие моих стимуляторов. Я решила отодвинуть обиду и взять то, что нужно для здоровья. Ведь быть обиженной и беспомощной гораздо хуже, чем просто обиженной.

Ели мы в тишине. Внезапно щупальца провалившейся с нами твари зашевелились и раздался тонкий визг, от которого все внутри отдалось болью. Мы вскочили и направили наши лазерные пистолеты на это существо. Все мы стреляли достаточно метко, но палить всем в одну цель – нерационально. Поэтому Акл скомандовал Дакараи стрелять, потому что у него было наиболее удачное расположение. Дакараи выстрелил в существо, куда-то внутрь панциря. Оно начало визжать сильнее, пытаясь прервать этот звук, тут уже все мы начали стрелять, потому что казалось, что сейчас мозги превратятся в кашу от этого визга. Существо затихло, звуковая волна затихла. Но тут я почувствовала, что что-то толстым жгутом обмотало меня поперек туловища, Я опустила голову – это было щупальце твари. Я резко подняла голову – это щупальце спускалось сверху из пролома. И тут оно сильно сжало мои ребра. Я вскрикнула от боли. В этот момент несколько десятков щупальцев рванули сверху вниз из пролома. Дакараи и Акл не видели, что происходит, я была немного позади них.

– Берегись, – заорала я.

Акл и Дакараи оглянулись. В этот момент щупальце потащило меня наверх. Моя рука была прижата к туловищу его кольцами и выстрелить или перерезать щупальце я не могла. Но я пыталась вывернуться. Щупальце от моих движений лишь немного покачивалось, но поднимало меня наверх. Я видела, как заметив щупальца, спускающиеся вниз из пролома, Акл с криком «Нет, нет», побежал куда-то за катер, и скрылся в темноте, а Дакараи рванулся ко мне, отсекая щупальца лазером. Но одно из них все же схватило его за ногу, уронило и, ударив об каменный пол, начало поднимать его вверх. Дакараи не потерял сознание от удара, он продолжал бороться и стрелять. Но прицеливаться из такой позиции ему было очень неудобно. Тем временем щупальце, схватившее меня, дотащило до самого верха. Я пыталась не дать перевалить мое тело на поверхность. Сейчас мне казалось, что разбиться насмерть с такой высоты лучше, чем то, что меня ждет, если оно меня все же вытащит.

Я слышала, как Дакараи кричал, чтобы я держалась. Но он такой же пленник, как и я. Надежд на спасение на него не возлагала. К сожалению, мои маневры как-то зацепиться и не дать вытащить меня в пролом не удались, щупальце несколько раз дернуло меня с силой и вырвало на поверхность. Дакараи я больше не слышала. Я вывернула шею, чтобы увидеть, куда меня тащит щупальце. Ничего хорошего я не обнаружила, меня затягивало прямо в створки этого существа. Между мной и этим созданием оставалось буквально несколько метров. Инстинкт самосохранения – это очень сильное чувство, и он заставлял меня использовать все шансы на спасение. Я резко дернулась, чтобы оказаться боком, а не головой вперед, и одновременно с этим нажала на кнопку лазерного пистолета. Луч ушел немного по касательной, но существо задело. Оно дернулось и начало бить меня об землю. Я понимала, что сейчас решается моя жизнь и продолжала беспорядочно стрелять, в надежде попасть в это создание. И вдруг все прекратилось. Меня больше никуда не тащило и не било о землю. Сердце стучало как загнанное, в голове звенело, кровь заливала мои глаза, видимо, рассечена голова. Я пыталась осмотреться, понять, что происходит, но ничего не видела из-за крови. Мне казалось, что я слышу голос Дакараи, но увидеть ничего не получалось. Потом я услышала шаги.

– Кэпи, я сейчас тебя освобожу. Не дергайся, – это был Дакараи.

Я заплакала от облегчения.

– Не плачь, ты очень храбрая и смелая. Ты сама смогла справиться той тварью, что тебя хватила. Потерпи, я сейчас тебе помогу, – сказал Дакараи.

Потом он разрезал щупальце и вытащил меня. Ребра снова болели.

– Кэпи, я возьму тебя на руки и унесу к катеру. Он не очень далеко отсюда. Потом будем разбираться с остальным, – сказал Дакараи и подхватил меня на руки.

Я только тихо застонала, ребрам снова было адски больно. Но идти сама я сейчас не смогла бы.

Дакараи донес меня до катера. Я слышала, как сработала автоматика дверей. Он положил меня внутрь на кресло. Затем порылся и нашел аптечку. Первым делом мне были вколоты очередные стимуляторы и промыты раны, смыта кровь с лица. Я смогла открыть глаза, хотя их немного пощипывало, от крови, попавшей в них и не смытой своевременно, но в целом я уже чувствовала себя лучше.

Я посмотрела на Дакараи.

– И что делаем дальше? – спросила я.

– Я вернусь и еще раз там все осмотрю, а ты будешь ждать тут, – ответил Дакараи. – Пробуй связаться с общиной или другими станциями. Мне не нравится эта тишина и отсутствие помощи.

– Может, я лучше пойду с тобой? – предложила я. – Я уже лучше себя чувствую.

– Нет, ты останешься, – не согласился Дакараи. – И у меня есть просьба к тебе.

– Какая? – поинтересовалась я.

– Касается Акла. Мы с тобой никому не скажем о том, что он сбежал, – требовательно сказал Дакараи. – Скажем, что его тоже утащили эти твари. Нас в одну сторону, а его – в другую.

– Ты что-то видел? – спросила я.

– Мало что, но когда он забежал за катер, мне показалось, что что-то его схватило и утащило вглубь пещеры, – ответил хмуро Дакараи.

– Пусть так. Я выполню твою просьбу. От меня не узнают о том, что Акл от испуга потерял голову и, бросив нас, попытался сбежать, – пообещала я.

– А теперь я пойду обратно. Надо кое-что проверить, – с этими словами Дакараи ушел.

Я закрыла все двери и люки и включила силовую защиту катера. Батареи уже были наполовину заряжены, так что это уже можно было сделать. Потом я на всех волнах стала искать возможность связаться с общиной или станциями. Но в ответ была тишина.

Когда Дакараи вернулся, то рассказал, что все существа куда-то делись. Там лежат только те, которых мы с ним уничтожили. И то, если вспомнить как под землей ожила из этих тварей, то гарантии что и эти мертвы – нет.

Мы с ним хотели захватить одну для исследования на станцию, но учитывая прежний опыт и отсутствие специального оборудования – решили этого не делать. Но Дакараи все снял на запасной коммуникатор, который в катере. Я ему рассказала о том, что не смогла поймать ни одной волны, где была бы связь хоть с кем-то.

– Что будем делать с поисками Акла? – спросила я.

– Я думаю, что сначала вернемся на станцию, если там никого вызвать не сможем, то придется лететь в общину. И оттуда решать вопрос с поисковой экспедицией и оружием. Мы с тобой не сможем на катере проникнуть под землю в эту пещеру. А спускаться как есть без мощного оружия – это самоубийство. Ни Аклу не поможем, и сами погибнем. Мы должны сообщить эту информацию. Но если не будет связи и со станциями, и с общиной, тогда из того, что есть на станции, усилим оставшийся катер, а я добавлю мощности оружию, и вернемся сюда, – ответил Дакараи. – Мы в любом случае будем его искать.

– Хороший план. Тогда взлетаем, курс на станцию, – ответила я.

Мы взлетели. Я взяла курс на станцию, переведя катер на ручное управление. Автоматика сбоила.

Мы отлетели примерно на километр, когда по корпусу катера прошла энергетическая волна. Приборы замигали, катер повело в сторону и вниз. Я с трудом удерживала управление. Нас крутило и швыряло, но все же мы вылетели за пределы действия этой волны.

Кое-как выровняв катер и сбросив скорость до минимума, мы полетели на станцию. И тут начался просто шквал сообщений и попыток с нами связаться.

Похоже эти существа генерировали какое-то поле и наши сигналы через него не проходили. Дакараи отвечал всем. Я управляла катером. Не только мы столкнулись в этот день с этими неизвестными ранее созданиями. Но только у нас была потеря.

После отчета Дакараи из общины пришло сообщение: нам ожидать прибытия военных со специальным вооружением и ученых. В максимально сжатые сроки будет организована спасательная операция. Ученые едут забрать одну из особей для исследования: получится, то живых, а нет, так и мертвые для начала сгодятся.

Так мы и долетели под постоянные отчеты, вызовы и сообщения.

– У нас есть немного времени, ты поспи, а я подготовлю все к прибытию экспедиции, – предложил Дакараи.

И как мне не хотелось пойти на поводу организма и, наконец, хоть немного поспать, но я не согласилась. Вдвоем мы все сделаем быстрее. Дакараи покачал головой, но спорить не стал. Выдал мне два задания и занялся остальным. А я пошла выполнять то, что было сказано. Закончив все порученное, я ушла в душ, а после– спать. Вопреки всему, организм не хотел погружаться в сон. Перед глазами крутились моменты как Акл и Дакараи теряют сознание, как я проваливаюсь вместе с катером под землю, как меня тащат вверх, как убегает в ужасе Акл, как кровь щиплет глаза и я ничего не вижу, как я открыла глаза и увидела Дакараи, который просил меня ничего не говорить о поступке Акла, а потом как судорожно пытаюсь не дать катеру упасть, и эти щупальца с электрическими разрядами. Я не знаю, сколько спала, но меня разбудил Дакараи.

– Кэпи, они подлетают. Вставай, – услышала я сквозь сон Дакараи, он легонько тряс меня за плечо.

Я встала и пошла приводить себя в порядок. Когда я завтракала, то раздался музыкальный сигнал, извещающий о прибытии на станцию. Дакараи поторопил меня, и мы вместе с ним пошли встречать прилетевших военных и ученых.

Первое, что сделали прилетевшие, это начали допрашивать Дакараи и меня. Они все пытались извлечь из нас какие-то еще подробности. С одной стороны, я понимала, что это важно, нужно все учесть, но внутри начинала подниматься злость. Иногда вопросы ставились так, что, казалось, нас в чем-то подозревают. У Дакараи, похоже, возникли схожие мысли, поэтому он прямо спросил:

– Меня и Кэпи в чем-то подозревают?

– А вас есть в чем подозревать?

– То есть? Вы считаете, что мы вам врем?

– Это вы нам скажите, врете вы или нет.

– Мы рассказали вам о том, что вчера случилось, и лично мне добавить нечего.

– А вам? – это уже обратились ко мне.

– И мне нечего, – ответила я.

– Вы готовы подтвердить свой рассказ на детекторе?

– Готовы, – ответил за нас обоих Дакараи.

– Ну, что же, тогда выдвигаемся на место, – сказал один из ранее молчавших военных.

Мы вылетели в сторону фермы, где все произошло. Я летела низко, помня про то, как катер крутило в воздухе. В катере вместе со мной были Дакараи, один из военных и еще ученый.

Сейчас ученый задавал разные дополнительные вопросы Дакараи. Я больше отмалчивалась. И на полпути к ферме мы увидели на земле идущего марсианина. Походка была неровной, как будто марсианин шел на подгибающихся ногах. Я не верила своим глазам – это был Акл. Но с ним было явно что-то не так.

– Это наш пропавший товарищ, – сказал Дакараи.

– Приземляемся, – скомандовал военный.

Я выполнила его приказ. Акл тоже нас заметил и остановился. Первым из катера вышел военный, затем мы с Дакараи и ученый.

Это был Акл, и не Акл. Цвет его кожи стал значительно темнее. Глаза смотрели в одну точку, голова была склонена в бок. Комбинезон у него весь порван, но крови не было. Дакараи хотел подойти ближе, но военный его остановил, приказав оставаться на месте. В этот момент Акл поднял голову и посмотрел на нас, волосы на его голове зашевелились и из-под них показались края уже знакомого нам с Дакараи каменного панциря, они как корона окружили голову Акла. Затем высунулось щупальце и обмоталось вокруг горла Акла, как ошейник.

Мы –Тиирава. Мы разумны. Нам нужна вода, – произнес Акл каким-то высоким голосом.

Глава 4

Я была шокирована происходящим. Я впервые видела такое. Акл мне казался и не живым, и живым одновременно. «Есть ли моя вина в том, что он в таком состоянии?» – задавалась я вопросом. А еще, не менее важный вопрос: сможем ли мы его вернуть в нормальное состояние? Я посмотрела на Дакараи, а он в ответ – на меня: похоже вопросы у нас одинаковые. Я отвела взгляд от Дакараи и снова стала рассматривать Акла.

Тем временем Акл, или как он себя теперь называл – Тиирава, снова повторил:

– Мы – Тиирава. Мы разумны и нам нужна вода.

Я очень хотела спросить кто или что такое «Тиирава», но глядя на военного, который наставил оружие на Акла, пока предпочла помолчать.

Дакараи тоже внимательно следил за ситуацией. Но больше он следил за военным. Как только он заметил, что военный собирается стрелять в Акла, то бросился на него в попытке отобрать оружие. Я немного отступила: выбивая оружие друг у друга, Дакараи и военный могли случайно его активировать и выстрелить. Направление выстрела во время драки будет непредсказуемым.

Акл в это время стоял недвижимо, все так же глядя в одну точку. Я видела, что военный побеждает Дакараи, и если это произойдет, то в Акла будут стрелять. Я не знаю, что с ним, но не вмешаться я не могла, и крикнула:

– Что ты стоишь, Акл?! В тебя будут стрелять, сделай же что-нибудь! Докажи, что ты жив и нормален!

А потом, с боязнью внутри, я попыталась встать между военным и Аклом. Мне было страшно поворачиваться спиной к Аклу, но не защитить своего товарища я не могла, тем более когда он болен и нуждается в медицинской помощи.

В эту секунду глаза Акла перестали пялиться в одну точку, и он относительно здравым взглядом обвел происходящее. После этого, из-под волос Акла показалось еще одно щупальце: оно резко втянулось и очень метко ударило электрическим разрядом по военному. Удар пришелся на оголенный участок кожи и военного несколько секунд било в судорогах, а потом он затих.

– Мы – Тиирава, нам нужна вода! – в это раз еще более громко сказал Акл после того, как военный потерял сознание.

– Зачем тебе вода, Акл? – спросил Дакараи, поднимаясь с земли и поднимая оружие военного.

– Мы – Тиирава! Вода нужна, чтобы жить! Больше воды – лучше жизнь! – объяснил Акл, по-прежнему называя себя Тиирава.

– Акл, почему ты называешь себя Тиирава? – спросила я.

– Мы не Акл, мы – Тиирава! Акла нет, есть мы, – непонятно ответил Акл.

– Как получилось, что Акла теперь нет? – спросила я.

– Мы не поняли, что это представитель разумной расы. Мы защищались, а когда разобрались, то было уже поздно – этому телу были причинены повреждения несовместимые с жизнью. Представитель разумной расы Акл принял решение стать нашей частью и быть нашим голосом перед своей расой, – ответил Акл. – Мы не знали, что на этой планете есть разумные. Мы считали, что она пуста.

– Почему ты говоришь «мы»? – спросил Дакараи.

– Мы – единый коллективный разум. Мы единая общность, – ответил Акл.

– Тиирава – это имя или раса? – спросила я.

– И то, и другое, – ответил Акл или, уже вернее, Тиирава.

– А вода вам в каком виде нужна? Или в какой агрегатном состоянии? – внезапно спросил ученый.

– Нужна большая вода, как море, как океан. Большая теплая вода, – объяснил Акл-Тиирава.

– У нас нет больших водоемов. Есть подземные бассейны, – ответил ученый.

– Мы знаем из памяти разумного представителя вашей расы Акла. Но нам нужна большая вода. Мы будем полезны, и большая вода станет залогом мирного существования нас и вас, – сообщил Тиирава.

– И в чем это будет выражаться? – с любопытством спросил ученый.

Ему было уже не важно, что Акл превратился непонятно в кого, как и любого ученого, его манило знание. Но Дакараи и я помнили о том, что в первую очередь это наш товарищ, тот с кем мы прожили ни один год на станции, кого мы считали другом.

– Можно вылечить Акла? Мы можем вернуть Акла в наше общество? – спросил Дакараи, перебив ученого.

– Нет. Акл слишком пострадал, и он часть нас. Обратного пути нет. Если попытаетесь это изменить, то просто умрет, не пережив разделения с нами. Мы сохранили его знания и воспоминания в нас, его новые возможности помогут нам решать наши вопросы без дальнейших жертв, – ответил Акл-Тиирава.

– То есть Акла с нами не будет больше никогда и от него осталась только оболочка? – спросила я, со страхом ожидая ответа.

– Акл оставил вам сообщение. Мы его запомнили и готовы сообщить тем, кто называет себя Кэпи и Дакараи, – ответил Акл-Тиирава.

– Я – Кэпи, – сказала я.

– Я – Дакараи. Говори, – сказал Дакараи.

И Тиирава-Акл поднял голову и посмотрел на нас, затем начал говорить:

– Кэпи, Дакараи, мне так стыдно и так жаль, что я не сумел вам помочь. Я надеюсь, что вы выжили. Я заплачу за свой поступок, за то, что бросил вас, хорошую цену. Моллюски, черви и все, кто имеет щупальца – это моя фобия с детства. Я всегда это скрывал. Но в той ситуации все же страхи возобладали, и я не справился с собой. Я добровольно принимаю предложение стать частью расы Тиирава. Все эти особи-моллюски – это единый разум и единый организм. И я к ним присоединяюсь. Им нужна вода, в ответ они помогут нам с лечением многих заболеваний. Вода вылечит не только болезни тела, но и болезни духа. Они могут менять мозговые волны и тем самым лечить психические заболевания. Но это все они скажут вам сами. Кэпи, прости меня, я просто хотел, чтобы ты осталась и не покидала Марс, ты действительно нравилась и у нас могло что-то получиться. Но я не мог никак дать тебе это понять, потому что мне было тяжело разговаривать с тобой на личные темы. Я все время пытался понять твое отношение ко мне: иногда мне казалось, что я тебе тоже нравлюсь, а иногда, что тебе безразлично мое существование. Но стоя на пороге перехода от моего сознания Акла к коллективному сознанию Тиирава, я хочу сказать тебе: будь счастлива, я желаю тебе обрести то, зачем ты так рвешься в космос и в другие миры, но помни, что дом – это дом. Дакараи, мой друг, делай то, что ты хочешь. Не мне судить тебя. Это твоя жизнь, ты был прав. Я просто приревновал тебя к Кэпи, потому что я Марс не смог бы бросить никогда. Простите и прощайте.

После этого Акл, точнее теперь уже Тиирава, опустил голову. Акла с нами уже не было, а было нечто, что имело только его внешний вид, и то, частично. Это сообщение Акла для нас с Дакараи было очень грустным. Но сейчас мы хотя бы понимали, что случилось тогда в пещере.

Тут начали подлетать остальные катера с военными и учеными. Они приземлялись и из них выходили пассажиры. Ученый отошел от нас к своим и начал рассказывать о произошедшем. А тут и военный, которого отключил Тиирава, начал приходить в себя.

После недолгих переговоров, тот ученый, что ехал в катере вместе со мной и Дакараи вновь обратился к Тиираве:

– А количество особей ты сможешь контролировать?

– Мы сможем. Мы никогда не бываем больше, чем позволяет территория, – ответил ему Тиирава.

– Чем питается твоя раса? – задал новый, немаловажный вопрос ученый.

– Микроэлементами из воды и земли, – ответил Тиирава.

– То есть вы не убиваете? – уточнил ученый.

– Если на нас нападут, то мы защищаемся, – ответил Тиирава.

– Спрошу иначе, вы охотитесь? – перефразировал вопрос ученый.

– Если на нас нападут, то мы охотимся, – ответил Тиирава.

Я не очень вслушивалась в этот разговор. Мне сейчас было жаль того, что могло бы случиться, но не случилось. Но кроме нас с Дакараи, казалось, никто не переживал, что Акла больше нет.

– Вы планируете и дальше на нас нападать? – вместо ученого спросил военный.

– Нет. Это был несчастный случай. Мы мирная раса и никогда не нападаем первыми. Мы хотим мира и готовы сотрудничать и помогать, – ответил Тиирава.

– А в каком случае вы можете напасть на нас? – продолжал допытываться военный.

– Если наша общность получить намеренный ущерб с вашей стороны, если вы первые на нас нападете, – прояснил Тиирава. – Мы хотим воду и мир с вами.

– О каком объеме воды идет речь? – уточнял военный.

– Восемьсот пятьдесят кубических километров, – так же просто, как и на остальные вопросы, ответил Тиирава.

Ученые заговорили между собой о том, что это огромный объем воды, да еще и на поверхности, а не под землей. И разговор с Тиирава временно прервался. Я разглядывала то, во что превратился Акл, стараясь запомнить как можно больше деталей. Я для себя понимала, что Акла в таком состоянии я добровольно больше видеть не захочу. Если, конечно, в этом вопросе что-то будет зависеть от меня.

Фактически, я сейчас прощалась и отпускала прошлое, смирялась с тем, что будущее будет другим и хоронила свои мечты о личном счастье с Аклом теперь уже безвозвратно. Для нас с ним не может наступить «завтра», у нас точно нет шансов. Особенно остро я ощущала это сейчас, когда выслушала его прощальное послание, в котором он признался, что был ко мне не равнодушен. Я не знаю, смогла бы я забыть то, что он не справился со своим страхом и сбежал, бросив нас Дакараи, если бы Акл выжил. Все это сумбурно проносилось в голове. Но рассуждать уже было бессмысленно, сейчас можно только вспоминать и желать его душе легкого пути в кругах перерождений.

Я подняла голову, чтобы не дать пролиться слезам. Дакараи видел, что я готова расплакаться, он подошел ко мне и встал так, что закрыл меня собой ото всех.

– Кэпи, нам придется отпустить свою боль. Мы бессильны. Я не знаю, как бы я действовал, если бы его можно было вернуть к жизни. Но сейчас я отказываюсь от всех претензий к нему, он сделал трудный выбор, желая оставаться полезным нашему обществу и, чтобы никто больше не погиб. Он разрешил использовать свое тело Тиирава, чтобы не разразилась война. Я желаю его душе легкого и светлого пути, – сказал мне Дакараи.

– Я все понимаю, но это все очень печально. Я понимаю, действительно понимаю. Но сердце не принимает такое положение вещей. Я очень хочу сейчас плакать, – стараясь сдержать слезы, ответила я. – Я не хочу, чтобы мои слезы видели, поэтому сдерживаюсь изо всех сил. Постой так немного, я должна справиться со своей слабостью и взять себя в руки.

Дакараи выполнил мою просьбу и стоял как стена между мной и всеми остальными, не давая рассмотреть, что я украдкой вытираю слезы.

Когда я успокоилась и смогла бежать без судорожных слезных вздохов, то мы вернулись к остальным.

Сейчас они опять говорили с Тиирава.

– А как ты сюда попал? – спрашивал военный.

– Мы прилетели с метеоритом. В результате столкновения с кометой нашей родной планеты был отбит кусок метеорита, который отправился в полет по всей вселенной. И упал на этой планете несколько тысяч лет назад. Условия были неблагоприятными, и мы ждали, находясь в спящем состоянии. Но ситуация поменялась, и температура вашей планеты стала расти. Мы вышли из сна и наши личинки стали развиваться и расти, – ответил Тиирава.

– Вы можете обходиться без воздуха и путешествовать в космосе просто на метеоритах? Даже взрослые особи? – в восторге спросил один из ученых.

– Можем. Мы уходим в особую стадию при наступлении неблагоприятных для нормальной жизни условий. Все процессы жизнедеятельности останавливаются, и мы ждем, когда можно будет вернуться к нормальной жизни. Сколько бы для этого не потребовалось времени, – снова поразил ответом Тиирава.

– Но цивилизация на вашей планете была? Техника и машины? – спросил один из военных.

– Мы живем на закрытой для посещений планете. Но техника и космические корабли у нас есть. Любая часть нас, перемещаясь на другую планету, все равно сохраняет связь с коллективным разумом. Мы остаемся частью общности. Мы живем на разных планетах, но мы едины. И обмениваемся внутри общности особыми сигналами, для которых не требуется техника, как бы далеко мы не находились от материнской планеты, – так же спокойно ответил Тиирава.

– И что, на вашей материнской планете знают, что часть вас тут, у нас? – недоверчиво уточнил военный.

– Конечно. Решение о том, чтобы вступить в контакт и минимизировать причиненный нами вред, было принято всей нашей общностью, живущей по всей вселенной, – пояснил Тиирава.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.