Дарья Кравцова
Семейные бесценности

Глава

1

Наденька протиснулась на кухню. С тех пор, как в комнате матери начался ремонт, шкаф занял своё временное место в узком коридоре, и теперь на кухню лишний раз никто не заходил.

– Ууу, – протянула разочаровано Надя, – опять макароны…

– А что ты ожидала, устриц? – бабушка швырнула вилку на стол и села напротив внучки. – Мать без работы 2 месяца, на что хватает пенсии, то и едим.

– Вот только не надо всё на меня сваливать! – раздался из комнаты голос матери. Вчера она поздно пришла со свидания, и сегодня у нее болела голова. – Я ищу работу, скоро найду. Не нравится, чем тебя кормят – иди сама работай!

– Ну про что ты говоришь, Лариска! Пусть девка учится! А там, глядишь, найдет мужика нормального, замуж выйдет.

– Ой, мам, что ты там опять городишь? – выкрикнула из комнаты Лариса, – Какой мужик? Где они нормальные-то есть сейчас?

– А ты мать не затыкай, – закричала в ответ бабушка, – мать знает, что говорит!

– Мать уже сто лет говорит, только ничего не меняется от этого.

– Так вы же не слушаете меня!

Послышалось бормотание в пустой комнате. Лариса лежала на матрасе, который заменял ей кровать. Женщина копила деньги на ремонт, и даже начала его: освободила комнату от мебели, выбросила старинный диван, сняла обои со стен – и лишилась работы. По глупости. Про ее роман с начальником узнала его жена. Вот так – была с мужиком и делом, а стала одинокой и безработной. Мужик внезапно стал верным мужем. А как иначе, если всё имущество записано на ее отца? Ну и Бог с ним.

Стремительно улетали деньги, гораздо быстрее, чем копились в своё время. У дочери то штаны порвались, то из ботинок выросла, то на экскурсию с классом сдавай. Лариса растила дочь одна, точнее, «тянула», как говорила ее мать, бабушка Нади, Светлана Константиновна. Жизнь с мужем была совсем недолгой, они и знакомы-то были всего месяц, когда Лариса узнала о беременности. Пётр хоть и не отказывался жениться, но женатым так и не стал, а продолжал жить как раньше – беззаботно и свободно. Лариса и не поняла, почему они не дошли до ЗАГСа. Просто в какой-то момент разладилось. Последний раз она видела несостоявшегося мужа лет 10 назад, когда Наде вот-вот исполнилось 6 лет. Он был рабочим на заводе, и Лариса здраво расценила, что такой бесперспективный отец её Наденьке не нужен.

Светлана Константиновна смотрела, как внучка ковыряется в тарелке, но не ест, и внутри нее закипала волна негодования.

– В наше время и этому рады были, а вы разбалованы до нельзя. Уже и есть не хотят!

– Что плохого в том, чтобы есть вкусное, ба, получить удовольствие? Словно это преступление. Нет, нужно себя постоянно наказывать, терпеть.

– Всё ваше поколение хочет только наслаждаться и получать удовольствие, и ничего не делать. Я вас знаю! Сначала нужно что-то сделать, кем-то стать, а потом уже наслаждаться. Когда есть, чем гордиться, тогда и наслаждаться есть за что. А ты вот хоть копейку в дом принесла, чтоб указывать мне, чем тебя кормить? Дай бог, найдешь себе достойного человека, тогда и наслаждайся. А пока сиди и жри, что дают.

Надя попила чай с ложкой малинового варенья и пошла в школу. Не любила она туда ходить, но приходилось. Надя мечтала о взрослой жизни, где не надо будет есть макароны, от вида которых воротит, и не нужно доказывать бабушке, что можно жить в своё удовольствие. Люди называют это «быть счастливой», но Светлане Константиновне такое сочетание незнакомо. Ей вообще не знакомо слово «счастье».

На улице было слякотно и мрачно, как всегда весной. Кое-где еще чернел снег. Разогретый за день, ночью он быстро остывал и покрывался слоем наледи, и рано утром протяжно хрустел под ногами. Надя любила ломать на лужах тонкий белый лед. Под ним была пустота, и ломался он очень громко и пронзительно.

Надя заканчивала девятый класс. Учиться оставалось совсем немного, но кем быть девочка еще не решила. Мама и бабушка говорили идти в медицинский колледж на медсестру или массажиста, но Надежда была слишком брезглива для подобной работы. Бабушка вечно называла ее «принцессой голубой кровей» и говорила, что нужно не зазнаваться, а «знать своё место». Мол, умные будут врачами, а задача Нади – подносить им инструменты.

«Ничего, – говорила бабушка, – на это и ты сгодишься».

Наде не хотелось делать уколы и возиться с пациентами. Она не знала, чего хочет, но то, что она не хочет в медицинский, знала наверняка. Только спорит было бесполезно. Тут как с макаронами – можешь не хотеть, но жрать обязан.

Школа была в центре двора. Надя шла самой дальней дорогой, чтобы было время подумать. Со всех сторон тянулись невесёлые школьники. Надя постояла на крыльце и со звонком пошла в школу. Она всегда так делала. Это ее позиция. Тупые учителя, пугающие ЕГЭ, тупые одноклассники, напуганные ЕГЭ – Наде это было не интересно. Ей всё равно придётся идти в мед. И жрать макароны.

Одинаковые дни тянулись одинаково скучно. Уроки, задачи, буквы в учебнике, разговоры о том, что нужно сейчас решать, как ты хочешь жить и чего хочешь добиться. Словно есть только этот год для принятия решения, а дальше будет развиваться именно тот сценарий, который ты себе выдумал. Как в сказке: загадываешь желания Джину, и он беспрекословно исполняет. Надя интуитивно чувствовала, что происходит не так, иначе ее мать не жила бы с бабушкой и не спала бы на матрасе в комнате без обоев.

– Надька, а ты чего грустишь опять? – спросила на перемене рыжая веснусчатая Аня.

– Настроения нет, – безразлично ответила Надежда.

– У тебя его никогда нет, – заметила Аня, – Сегодня в столовку опять не идёшь?

– Нет, не хочу.

– На диете что ли?

– Ага.

При словах про столовую закрутило в животе. Макароны упали камнем и давили. С тех пор, как маму уволили, Наде перестали давать деньги на питание в школе. Бабушка сказала, что «кушать дома надо, а не эту дрянь столовскую в себя запихивать». Надя понимала, что денег нет, но всё равно было обидно и стыдно. Обидно за то, что все ходили, и только Надя оставалась в стороне. А стыдно за то, что приходилось искать оправдания для Ани, почему она сегодня не пойдёт.

– Тогда я тоже не пойду, – решила Анна и плюхнулась на стул рядом с подругой. – Ты видела сегодня Тимура?

Надя покраснела и оглянулась. Тимур уже давно ей нравится. Если честно признаться, то Надежда в него влюблена. Еще бы, высокий, харизматичный и ужасно красивый молодой человек нравился, наверное, всем без исключения девушкам. И отбоя от поклонниц у него не было. Лишь немногие знали, что Тимур встречается с девушкой, и она на три года его старше. Учится его подруга в медицинском университете. Но при этом Тимур каждый вечер переписывается с Надей, хоть в школе делает вид, что не знает её. Картинки, анекдоты, истории из его жизни – всё Наде интересно, чудесно и удивительно. Он даже записан у нее как Тимурчик.

Тимур тоже будет поступать на врача. Ему иначе нельзя – семейная династия Лантария насчитывает уже три поколения. Его прадед был гениальным хирургом во время войны, даже награды имел. Дед пошел по стопам отца, всю жизнь отработал в местной больнице. Рассказывали, что он людей с того света вытаскивал. Отец тоже хороший врач, но к нему советуют не попадать без пачки денег в руках.

Тимур стоял, опершись о подоконник и в окружении парней из класса и смеялся. Он бросил быстрый взгляд на Надю и без эмоций отвернулся.

– А ты точно с ним переписываешься? Что-то он ведет себя так, будто тебой совсем не интересуется. – Шёпотом спросила Аня.

– Да точно с ним, с его номера приходят сообщения. – Зашептала Надежда в ответ. Она открыла мессенджер и показала подруге переписку. Та пролистала сообщения.

– Да, похоже на него. Но тогда я ничего не понимаю! Он что, настолько двуличный?!

– Я не знаю, – щеки Нади раскраснелись. – Пусть и так. Мне всё равно.

– Ага, – рассмеялась Анна, – вижу я, как тебе всё равно. Влюбилась ты в него, дорогуша!

– Ничего не влюбилась! – сдавленно воскликнула Надежда. – Не влюбилась!

– Ладно-ладно, – принялась успокаивать подругу Аня, давать от смеха, – не влюбилась. Втюрилась! Но это нормально, что ты. Да и он красавчик. Если бы мне Антон не нравился, то я бы в Тимура тоже влюбилась. Уж я себя знаю!

– Анют, что мне делать? Он мне правда нравится. – Призналась Надя.

– Я бы перестала с ним переписываться для начала, пока он не начнет общаться вживую, – начала Аня, – а потом, если он решит встретиться с тобой, то пусть свою студентку бросит. А потом бы уже смотрела на его поведение.

Надя испугалась:

– А вдруг он совсем перестанет со мной общаться тогда?

– Ну и ладно! Не такой уж он и красавчик, если что. Дурак с самомнением.

Надя решила воспользоваться советом подруги и перестала отвечать на сообщения Тимура. Он писал два дня. На третий перестал. Надя с трудом сдерживала себя.

– Надька, сходи мусор вынеси! – раздался голос бабушки.

Надя оторвалась от экрана смартфона и протиснулась в коридоре мимо шкафа. Пакет с мусором уже стоял около двери. Надя подняла его. Тонкая струйка тягучей жидкости растянулась до пола.

– Иди скорее, – закричала бабушка, – чего смотришь стоишь?

– Фу, мерзость какая, – Надя закрыла нос свободной рукой.

– А жрать тебе не мерзость была? Бабушка готовила, старалась, а тебе вынести только. Минутное дело же! – выглянула из комнаты мама.

– Я же не отказываюсь! – возмутилась в ответ Надя. – От пакета воняет реально!

– От пакета ей воняет, гляньте-ка на нее! – всплеснула руками бабушка. – Вот заведешь себе мужика, будет он мусор выносить, а пока сама носи и улыбайся. Мужики грустных не любят.

Надя вздохнула и направилась к мусоропроводу. Едва переступив порог, девочка услышала звук входящей сообщений и бросилась в комнату. Писала Аня. Точнее, она пересылала полученные ранее сообщения Тимура, где он говорил, что переспал с Надей и что она «фригидная рыба, хотя называет себя горячей штучкой. Обычная дешёвка, выдающая себя за королеву».

«Надюш, прости, но он это всему классу разослал»

В душе Надежды всё оборвалось и упало. Как теперь ходить в школу? Они все поверят ему, ведь он красавчик и заводила. А она – серая тихоня, книжная мышь, нищая безотцовщина. Слёзы катились по щекам девочки. Она зарылась лицом в подушку и беззвучно плакала.

В комнату заглянула Лариса:

– Ты что делаешь?

Надя поспешила вытерла нос о подушку:

– Ничего. Лежу.

– Ну тогда спать ложись, раз уроки сделала. Сделала же? Смотри, тебе поступать скоро. У нас нет денег на платное, так что либо бюджет, либо работать отправишься. Я тебя до 11 класса тянуть не буду. Вон, вечерняя школа через дорогу. Поняла?

– Да, – закивала Надя. Она встала с кровати и принялась расправлять постель, стоя спиной к матери. -Поняла.

– Я на тебя надеюсь, Надежда.

– Всё будет хорошо, мама. Не переживай. – чуть не плача, ответила Надя. Девочка стянула с себя одежду и спряталась под одеяло.

– Ладно, – мама выключила свет и закрыла дверь в комнату дочери.

Утром Надя еле открыла глаза: половину ночи она проплакала и заснула далеко за полночь. Бабушка звала завтракать. Мамы дома не было. Она ушла в гости к подруге и не вернулась.

– У мамы появилась подруга? – удивилась Надя.

Светлана Константиновна закатила глаза:

– Пусть думает, что мы поверили ей. К очередному хахалю она ускакала. Ой, -вздохнула пенсионерка, – Пусть хоть с ним сложится. Нельзя же вот так, до старости одной жить.

– Но ты же живёшь, ба? – наивно спросила Надежда.

– Не живу, а маюсь. Всё на мне, все на мне. И мать твоя, и ты. А был бы рядом кто-то, хоть не так сложно было бы. Беречь мужиков нужно, внученька.

– Так ты же сама от дедушки ушла?

– Так я про мужиков, а не про деда твоего. Был бы он стоящим мужчиной, то и жили бы.

– А что с ним не так было?

– Нищий. И ничего не хотел менять. Хотел, чтобы мы в его комнате в общежитии всю жизнь жили. Наверное, сам там и живёт до сих пор. Если жив еще вообще.

Надя доела кашу и вышла во двор, но идти в школу совсем не хотелось. После того, что сделал Тимур, Надежда понимала – ничего хорошего там не ждёт.

Она отправилась в торговый центр «Апельсин», который был в соседнем районе. Надя села за столик на фут-корте и уставилась в телефон. Мимо проходили немногочисленные утренние посетители. Магазины были еще закрыты, работал только продуктовый супермаркет. Вскоре батарея разрядилась, и Надя, бросив телефон на столик, стала осматриваться. Можно было пойти прогуляться вдоль витрин, поглазеть на манекены, представить, как бы она могла выглядеть в брендовой одежде и с модными аксессуарами, которые так не любила мама и называла напрасной тратой денег.

Открылись кафе, магазины подняли металлические ворота. Кругом сновали люди всех возрастов, бегали дети. За соседними столиками сидели семьи и молодые парочки. Запах еды клубился над фуд-кортом. Надя поняла, что голодна, но карманы были пусты.

За стойкой в кафе напротив стоял молодой человек. Он только что отпустил заказ и заскучал. Их взгляды встретились. Надя засмущалась и опустила глаза.

– Костя, собирай всё, что недоел. – звучал настойчивый женский голос из-за соседнего столика. С шумом отодвинув стул, отец семейства стал надевать куртку, замок которой с трудом сошелся на внушительном животе. Хорошенькая мамочка с завитыми обесцвеченными кудрями надевала комбинезон на юркого мальчика лет пяти.

– Стасик, выброси, пожалуйста, мусор. – попросила обладательница кудрей. Мужчина скривился, но собрал подносы, упаковку, салфетки и понес к ящикам для отходов.

Молодой человек вышел из-за стойки и принялся протирать освободившийся столик, то и дело поглядывая на Надю. Она смущенно улыбалась в сторону, покручивая пальчиками чёрный аппарат.

Молодой человек вытер стол и подошёл к Наде.

– Можно вытереть? – спросил он.

– Чистый же, – улыбнулась Надежда в ответ.

– А я всё-таки протру, – парень наклонился над столом и активно заработал тряпкой. Надя подхватила телефон.

– Разрядился? – спросил парень, кивнув на мобильный.

– Да, – пожала плечами Надя.

– Давай поставлю на зарядку? У нас там, за стойкой.

Надя помедлила, но протянула ему телефон.

Он скрылся за стойкой и вскоре вынырнул из-под нее. Подошли клиенты, парень обслужил их, светясь от радости, переглядываясь с Надеждой.

Молодого человека звали Роман. Он был студентом, будущим инженером, а в свободное время подрабатывал в кафе. Надя обменялась телефонами с Ромой и пошла домой, но еще не дойдя до подъезда, получила сообщение от нового знакомого.

– Как дела в школе? – спросила бабушка, встретив внучку на пороге.

– Всё хорошо, – ответила Надя, плохо сдерживая счастливую улыбку.

– Ты решила, куда будешь поступать?

– Нет еще, ба.

– Пора решать, Надька! Ты чего тянешь? Скоро же экзамены.

– Я решу, ба, скоро! – Надя протиснулась мимо шкафа и закрыла за собой дверь в свою комнату.

Весь день она переписывалась с Ромой, а на следующий день вместо школы снова отправилась в «Апельсин». Рома пришел на смену раньше и эти два часа они провели вместе. В 10 часов он открыл кафе. Надя сидела за ближайшим столиком.

– Заказ номер один! – громко обозначил Рома. – Девушка за столиком, заберите свой заказ!

Надя удивлённо поднялась, Рома протянул ей поднос с бургером, картошкой фри и газировкой.

– Это мне? – спросила она.

– Тебе, кушай, – ответил он.

– Но мне нечем заплатить…

– Это тебе от меня, – подмигнул он и тут же отвлёкся на подошедших клиентов.

Надя с аппетитом съела всё, что передал ей Рома. Внутри было тепло, бешено колотилось сердце и в ногах ощущалась лёгкость. Хотелось петь и танцевать! Один за другим к Роме подходили клиенты. В коротких перерывах между ними, Надя подбегала к стойке и они разговаривали. Она помогала ему убирать со столиков и дважды он коснулся её руки. А потом снова пришло время возвращаться домой. Надя рассказала Роме, почему не ходит в школу, и Рома убедил ее, что этот случай нельзя спустить Тимуру с рук.

На будущий день у Ромы с утра были лекции, и Надя пошла в школу. Ее провожали долгими взглядами даже ученики других классов, а значит, Тимур растрепал абсолютно всем. Наде хотелось провалиться сквозь землю. Сердце бессильно трепыхалось в груди, когда она подошла к кабинету. Еле живая, она вошла в дверь. Тимур как обычно, стоял у подоконника в окружении своей свиты. Одноклассники мгновенно зашептались, едва завидев Надю. Тимур усмехнулся, его свита обернулась и оскалилась.

– Пришла, смотри, пришла.

Учительница, женщина старше среднего возраста, с короткой стрижкой на бордовых волосах, оторвала голову от заполнения журнала.

– Наденька, как хорошо, что ты пришла. Всё хорошо, тебе не здоровилось?

– Да, Маргарита Александровна, приболела немного, но сейчас всё хорошо.

«Ноги сошлись» – услышала она смешки в спину.

Надя выпрямила спину и развернулась.

– Тимур, – громко сказала она, – надеюсь, в следующий раз у тебя встанет, не то, что тогда.

– Наденька! – у Маргариты Александровны упали очки. – Разве можно такое вслух говорить?

Класс зашумел, засмеялся, загоготал. Тимур напрягся, покраснел, побелел.

– Не было ничего такого! – закричал он.

– Вот именно! – крикнула в ответ Надя, – Не было ничего, не получилось у тебя!

По классу пронёсся гул осуждения.

– Да не было у нас ничего! – вне себя кричал Тимур.

– Вот и я про это, – заключила Надя и села на свое место.

В классе долго еще шепотом обсуждали произошедшее. Тимур кривил лицо и хмурился. Надя же сияла. Она проучила его. У нее получилось.

Глава

2

Рома учился на первом курсе университета и жил в общежитии. С соседом по комнате ему повезло – его поселили с другом. Родом Рома был из соседнего города, но специальность, которая его заинтересовала, была только в этом университете. Он учился на бюджете, бесплатно, и был очень горд этим, ведь конкурс был больше 50 человек на место!

– Очень важно ни от кого не зависеть,– говорил он, – А для этого нужно учиться и заниматься тем, чем хочешь. Я люблю ракеты, и вот – буду их проектировать. А ты чем хочешь заниматься?

– Я не знаю, – отвечала Надежда, – Но мама и бабушка говорят поступать на медсестру. Что это очень хорошо – я смогу делать уколы, ставить системы и подрабатывать, ходя по квартирам стариков.

– Но если ты этого не хочешь, то зачем это делать? – не унимался Рома.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.