Паша Сид
Он всего лишь человек

Глава 1

Глубокий и гулкий ной большого металла тугими струями разлился по серым коридорам давно заброшенного военного корабля. Леденящие отзвуки, постукивающие не иначе как с того света – каждый раз доходчиво напоминали о том, что носитель давно мёртв. Длинные широкие коридоры, некогда полные жизнью – точащиеся в обе стороны молодыми кадетами, и красивыми курсантками – теперь пусты.

Разоряюще-пусты.

Влекомый обернулся, увидев призрака.

– Не обращай внимания, – метко промолвил Зрящий, идущий рядом с ним, – это фантом.

– Но.., – Влекомый обернулся туда-сюда, – ты ведь тоже это видел?

– Да.., – ответил тот. Но в тяжелом гермошлеме Влекомого эта короткая фраза выдала непривычный градус сомнения в голосе старого товарища.

– … одинаковые воспоминания, помнишь? – к счастью продолжил Зрящий.

– Да, – ответил Влекомый, — Помню.

Эти стены, коридоры. Они не просто так выбрали это судно. Если их пути и суждено закончится, так пусть это будет место, в где их дорога когда-то началась.

Тяжелый ботинок Влекомого наступил на корку тонкого льда, и ломкий хруст пятой воды отдал невесомости мерцающие дробинки хрустальной пыли, чутко завлекая их вверх.

– Мы близко, – увидев это сказал Зрящий, и выдвинулся вперёд. Влекомый-же придержался. Его голова, вместе с тяжёлым гермошлемом повернулась, уставившись на невнятную мазню гиперпространства, лучистой вязью плетущуюся за смотровым окном.

Как когда-то очень давно.

Вот-вот из неоткуда должен был появиться злой сержант, и погнать его отсюда.

– Эй! – тихонько вспыхнуло в шлемофоне, и Влекомый отзывчиво обернулся, вместе с тем как последний идиот – двинулся в обратную сторону, готовый убежать.

И хоть толком ничего не произошло, Зрящий одним мгновением, хлёстко и чётко выбросил руку, и выучено развернулся, готовый уничтожить противника вложенным в кисть офицерским "Бастардом".

Однако пара мгновений тишины расставила всё на свои места.

В тактическом визоре рядом индикатором синего канала связи, кликнул маркер зелёного, и в шлемофон поступила ожидаемая фраза:

– Запускаю активную биометрию и ожидаю получения картинки. Сведомый уже в пути.

– Отбой, – устало произнёс Зрящий, уткнувшись рукой в стену. Обождав несколько тяжелых секунд, Незримый дал понять, что ощутил это.

– … Что у вас там произошло?

– да, – невпопад ответил Зрящий.

– Я отзываю Сведомого?

– Отзывай.

Зелёный маркер канала связи исчез. Незримый – умный малый, всё поймёт. К тому-же биометрия покажет норму.

Зрящий оторвался рукой от стены и сделал пару серьёзных шагов в сторону Влекомого, который с того раза и с места не сдвинулся. У Зрящего – было что ему сказать. Он поясняюще вытянул указательный палец из кулака броне-перчатки, и…

… сдержался.

– Больше. так. не делай. Хорошо?

Четвёрка безоговорочно кивнул, и выровнялся. Однако простодушие не позволило ему оставить всё на своих местах.

– Миссия выполнена. – двинувшись сказал он, вместо того чтобы выступить вперёд. Но придержавшись, получив добро – выдвинулся, продолжая мысль:

– Нам удалось. Цель – в плену, мы – в гиперпространстве. А ещё каких-то пару часов – и мы в глубоком тылу. Но так что с вами такое? Вы, трое – не похожи на себя.

Снова приняв компанию товарища, Зрящий молча развернулся, и их громоздкие фигуры, ломая под собой корку льда пятой воды, зашагали по холодному серому коридору.

– Тебе прекрасно известно какая у нас была цель, и кого мы взяли в плен.

– Он-же просто человек.

Эта фраза… короткая, простая фраза застала Зрящего врасплох. Она была некрасивой по отношению к нему. Бессовестной и нечестной. Всё потому что он хотел ответить на неё определённым образом. У него был на неё правильный ответ. Но что-то произошло. И Зрящий – боялся этого. Он знал что если сейчас откроет рот, он признается.

Признается самому себе.

– … нет.

Панель шлюзовой двери всосалась в потолок и в предмостовую поперечную шахту, пригнувшись, вышел Сведомый. Это – одно из самых защищённых мест корабля. Длинноватый укреплённый шлюз, где происходят брифинги для младшего офицерского состава, одновременно является бункером для технических специалистов капитанского мостика, случае пробития внешней защиты и попадания снаряда в смотровую арку.

Эта часть корабля выполнена без расчёта на безобразия силовой брони, и на то, что кто-то в ней додумается тут сновать. Так что в каждом проходе, у каждой двери и шлюзе – приходилось пригибаться.

– Ты долго, – заметил Незримый, даже не обратив внимания на пришедшего, утыкаясь вместо этого в тех-планшет, по старинке подключённый к терминалу клетки несколькими проводами.

– Я спешил только в одну сторону. – подняв ладони ответил Сведомый, и выдвинулся по коридору. Именно так это место сейчас и можно назвать. Потому что поперечная шахта сейчас была разделена на две ровные доли, между которыми влита нерушимая стена из синтаксического стекла.

Этот материал используется при содержании и транспортировке самых опасных из известных существ. Однако стекло, по правое плечо Сведомого было толщиной почти три сантиметра. И такое встречается только в смотровых арках военных кораблей. Когда-то давно такая прочность многим казалась избыточной.

Но сегодня так не кажется совсем никому.

Особенно Единице и Двойке. По многим причинам.

Правая часть тактического визора Сведомого – впрыснула в восприятие оперативника некоторое несоответствие действительности с тем, как по уму оно должно быть. Он уклонился от нужной мысли, и даже почти потерял равновесие.

– Воу! – одновременно с этим вспыхнул он, однако Незримый такой реакции совсем не удивился.

– Ты выпустил его?!.. как-Как он выбрался?! – неспокойно спросил Сведомый, тыча твёрдым пальцем на долговязую фигуру голого мужчины, стоящего по ту сторону синтаксического стекла. Незримый-же, не отвлекаясь от тех-планшета, вдумчиво на это ответил:

– Это я и пытаюсь выяснить.

Несколько секунд постояв чуть скрючено, Сведомый спросил и выровнялся, получив ответ.

– Он слышит нас?

– Нет. Как и мы его.

– Ты знал что так может быть?

Незримый неохотно отвлёкся от планшета, и посмотрел на Сведомого.

– Я знал с кем мы имеем дело. Прости, но как бы мы не поступили – у нас бы вряд ли получилось переборщить. Теперь понимаешь почему?

Незримый поставил маркер на путах круглого распятия за стеклом. Эту сферу используют для заточения особо опасных преступников, в частности аугментатов – физическая сила которых часто превышает все разумные рамки.

– Не пойму, как он это сделал, – коротко помотал головой Незримый, – да, очевидно он сломал путы. Но как ему это удалось в обход всех датчиков? Это невозможно.

– Может, Падла ему помог? – предложил Сведомый, напомнив о хитрой табуретке, которую они подцепили вместе с пленником. Однако Незримый лишь хмуро мотнул головой, отягощённо мыслью утыкаясь в тех-планшет.

Падла – заперта на мостике. Скорее всего это технический дрон. Эта гадина целенаправленно рвалась туда, зная сколько там узлов управления. Но дело-то в том, что на этом носителе – терминалов управления на мостике нет.

Незримый устало закрыл глаза, пытаясь отогнать от себя назойливый рой мыслей о том, как бы всё сложилось не прикажи он майору полностью очистить мостик от управляющих терминалов. Должно быть это было самое удачное спонтанное решение в его жизни. От которого он почти отказался, приняв мысль ленивого офицера, не увидевшего в этом какой-то замысел.

Но Влекомый…

… Господи, спасибо тебе.

Невменяемый ворвался в брифинговый зал со своей абсолютно придурошной идеей, почти подрался с майором, и слушать ничего не хотел. Таким образом под смотровой аркой мостика военно-космического корабля, там где по обыкновению всё должно пестрить и колоситься голографическими экранами, вместе с эксперт-панелями – теперь стояло совершенно чистое поле, где впору играть в футбол. Ближе к выходу от которого расположился привод жёсткого света, проецирующий сияющий куб, где внутри свето-инженеры собрали настоящую домашнюю кухонку, где можно приготовить человеческой еды, и заварить вкуснейший кофе.

… но что только у тебя в голове?..

Несколько секунд пристально посмотрев на Незримого, взгляд Сведомого сдвинулся. Его голова тихонько качнулась, влекомая любопытством.

Волосы человека за стеклом… Они были очень длинные. Длиннее, чем у любой женщины, и это было очень нелепо и неправильно. Их каштановый цвет заканчивался едва достигнув его жилистых колен. И всё это учитывая тот щекотливый факт, что сам пленник, стоя буквально рядом с первым тектонцем – был на голову выше его.

А это было чёртово безумие.

Несмотря на сложившиеся обстоятельства, Сведомому сложно было на него смотреть. Нет, морально к этому он был полностью готов. Сложность оказалась в физическом плане. Гладь волос, спадающая с головы пленника – закрывала большую часть его лица, но… Даже периферийным зрением Единица видел блеск в том месте, где у мужчины за стеклом очевидно должны находиться глаза.

Острый проблеск, знающий все твои секретики.

Сведомый много раз ощущал на себе нечто подобное. Чаще всего – в высоких кабинетах с большими людьми. Он привык считать это оценкой. Попыткой посмотреть сквозь него, на всё чем он является на самом деле. В зависимости от оттенка – это может быть что угодно. Надежда, пренебрежение, злость. Любопытство.

Но сейчас, этот блеск был какой-то людоедский.

– Чего вылупился? – кивнув вперёд проговорил Сведомый, глядя пленнику в лицо. Конечно он знал почему. Он определённо догадывался по какой причине, учитывая статус человека за стеклом. Однако это был единственный, самый первый раз, когда кто-то из их сплочённого квадрата с ним заговорил.

Да и чего таить – посмотрел ему в лицо.

Лёгкая вуаль тревоги прошлась по Незримому, призрачной фиброй проникнув сквозь силовую броню, когда он опустил тех-планшет и увидел невесомую ухмылку на лице пленника.

Сложно даже представить сколько всего закрутилось тем моментом в его голове. О скольких вещах бедный Двойка успел тогда подумать. В их плену – Отец Машин. И сейчас он улыбается, находясь в клетке.

Пленник указал на Сведомого, и губы его зашевелились, легонько разойдясь.

– Он что-то говорит! – суетливо воскликнул Сведомый, поглядывая на товарища, – ЧТО ОН ЧЁРТ ВОЗЬМИ СКАЗАЛ?!

Пленник повернул голову к Незримому, и вероятно, повторил свои слова.

Двойка что-то деревянно прошептал, и повернувшись к Сведомому спокойно резюмировал:

– Он сказал что ты пустой.

– ЧТО?! – вспыхнул Единица, – как узнал?!

– По губам прочитал.

– Ты по губам читать умеешь?..

– Да, – глубже чем надо кивнул Незримый, – а ты нет?

И когда Сведомый, отходя, мотнул головой, Двойка задумался и спросил:

– Но что это может означать? Есть идеи?

Сведомый ответил отрицательно, всё ещё, почему-то, немного переживая произошедшее. И тогда, Незримый задумался ещё сильнее. Буквально на мгновение.

– А я, кажется, начал понимать почему тебя так долго не было.

Сведомый пристально уставился на Двойку.

– Это всё твои мармеладные мишки.

– ДА ЗАВАЛИСЬ!

– Ты себе желудок испортишь.

– О-атстань!

Пластины технической шахты шумно разошлись в разные стороны, и ударивший в проём, луч света прошел через половину межевого коридора, в конце концов полностью рассеявшись в пыль.

Пара могучих силуэтов заслонила проход в треть.

– Ты не чувствуешь странность… во всём что произошло? – Ступив на проступь вниз промолвил Зрящий, но Влекомый, вместо ответа, просто на него посмотрел.

– Я имею ввиду как всё провернулось. Без задоринки. Без сучка.

– Ну.. – неуверенно начал Четвёрка, – Незримый молодч-…

– Да. Да, он молодец. Спорить с этим глупо. Он – безусловно лучший из нас. Но… Так не бывает.

Тройка снова посмотрел на Четвёрку, задев лишь безмолвное непонимание.

– Я имею ввиду…

Что слишком много всего могло пойти не так.

– Но не пошло. – простодушно резюмировал Влекомый.

– Именно. Мы пробрались на Башню, не попались на сенсорах, прошли мимо всех делитов-

– Почти.

– … мимо почти всех делитов, и не встретив ни одного нома – пустили газ в комнату чёртового Фрада, и выкрали его. Просто так. Бесплатно.

– Думаю нам просто повезло. – уверенно проговорил Влекомый, – до этого-же много раз не везло, верно? Когда-то ведь должно было.

– Да… – ответил Зрящий, и протянув вдумчивую паузу, добавил:

– Может ты и прав.

– К тому-же, – вдруг продолжил Влекомый, – что насчёт Падлы? Говоря, что всё пошло как по маслу, ты, кажется, забыл про эту хренотень.

– Ты вроде как единственный кто по нему попал, – легонько хохотнув промолвил Тройка.

– Я выстрелял четыре обоймы. Незрмый меня убьёт!

Зрящий хмыкнул.

– Да… боюсь представить сколько нам подкинут писанины.

Мы пришли. – вдруг остановившись посреди шахты, сказал Тройка и торопливо осмотрел нужное место на стене, – Питания нет, отодвинь вот эту бронеплиту и смотри в оба. Дальше я сам.

Четвёрка принял позицию спиной к обслуживаемому узлу, и несколько раз честно оглянувшись по сторонам, задумался вслух:

– Погоди, а за чем это?

– м-М, – вдумчиво протянул Зрящий, принимая праздный разговор, – Тебя, наконец, начали интересовать детали поставленных задач?

– Ну, да, – с толикой неуверенности ответил Влекомый, и крутнул плечом, одновременно с этим подтянув ручную пулемётную установку.

– Грубо говоря, – Тройка запнулся, очевидно, обнаружив что-то важное, – если у нас не выйдет наладить алгоритм подачи пятой воды, то после выхода из гиперпространства, нам придется дрейфовать ещё как минимум несколько дней. База заметит нас почти сразу, но учитывая обстоятельства-..

– Нет, – вдруг перебил Влекомый, – да я не о том.

– Погоди секунду.

Зрящий торопливо переключил канал связи и, видимо, подключил куда-то Незримого

Что-то не так.

– Продолжай, – проговорил он через несколько секунд, всё ещё, по-видимому, находясь не здесь.

– … Не об этом я. Чего ради мне смотреть в оба? – пожав плечами спросил Влекомый, посмотрев с одной на другую сторону, – корабль пуст. Кроме нас – тут никого не может быть.

– Так-то ты прав, – прилагая к чему-то усилие сказал Зрящий, – но боюсь всё не так просто, как ты думаешь.

– Ты о чём? – осторожно обернувшись промолвил Влекомый, и резко посмотрел в свет, где как ему показалось – что-то мелькнуло.

– Да вот смотри в чём мысль. Корабль второго звена, четвёртый подкласс типа "Риторика". Без видимых повреждений, на ходу. Проблемы конечно есть, но тут уж прости, мы видели состояние и похуже, верно?

– Вообще-то да.

– Ты-и понимаешь к чему я клоню? – обронил Зрящий, засунув в тех-узел обе руки.

Конечно Влекомый понимал о чём он. Четвёрка долгое время оставлял позади себя очень глупые мысли, которые совсем не хотел думать. Потому что… Потому что это были опасные мысли. Дурные. Какие-то из них – догнали его, когда Тройка схватился за "Бастард". А ведь само это красило происходящее в очень тревожные тона.

– Мы изначально не могли знать, почему этот корабль оставили, – продолжил Зрящий. – Это вообще-то могло быть что угодно, всё-таки ему охренеть как много лет. Но чем больше мы осматривались, и этот путь сюда… Знаешь, ты обычно не вникаешь в подробности миссий. Но так то… Вероятность того на борту находится ном – как бы так сказать… Сразу была не нулевая.

Зрящий отстал от стены, и полностью обернулся к Влекомому.

– Она – никогда не нулевая. Поэтому Незримый принял этот риск. Но в итоге, учитывая всё что мы увидели здесь – вполне сносное состояние корабля, то у нас большие проблемы.

Я уверен в этом.

С последней фразой Тройка вернулся к тех-узлу, и немного обождав принимая мысль, Влекомый снова к нему обратился:

– Думаешь… Незримый знает?

– Да. – твёрдо ответил Зрящий. – и даже Сведомый догадывается. Заметил? Он странно себя ведёт. Нервничает.

Влекомый мимо воли опустил голову, к счастью найдя взглядом на свой пулемёт. Но этого стало недостаточно чтобы полностью отогнать от себя липкое и гаденькое чувство вины. Он ведь единственный думал, что всё хорошо. Однако печальнее всего было осознавать, что вряд ли бы до него вообще дошло. Он привык замечать совсем другие вещи. Ужимки на лицах, детали в окружении. Раздражающие вещи, которые нельзя трогать, или дороги, по которым не стоит идти. Он – всегда знал, когда по-настоящему опасно.

Жаль только сейчас – сам этого не понимал.

– И что нам делать?..

– У нас есть задание, – не отвлекаясь ответил Зрящий, – которое мы должны выполнить.

Должно быть…, наверное, это был самый правильный ответ, который можно было предложить на такой вопрос. Так подумал Влекомый, и подтянув пулемётную установку, пусто кивнул в затылок товарищу. Это то, что он может. То, к чему он привык. Просто выполнять задание.

Да. Точно.

Не прошло и минуты как в индикации тактического визора вспыхнул зелёный маркер канала связи, и тяжелый гермошлем залился серией кипятящих сознание шифров из уст Незримого.

– … НУЖНА ВАША ПОМОЩЬ ПАРНИ!

Это была единственная фраза, которую уловил Влекомый. Годы тяжелой выучки к пониманию кодировок на подкорке – сейчас так легко пошли коту под хвост… Но ведь это было единственное, что по-настоящему имело значение.

… Да?

Армированное плечо бойца качнулось, и придя в себя от кратковременного замешательства, Влекомый увидел, что Зрящий положил на него руку своей тяжелой тектонской перчатки. Как только зрительный контакт установился, Тройка уверенно кивнул, после чего, с мощью грузовика, парочка затянулась в непобедимый спартанский рывок.

Они бежали в полнейшей тишине. Групповой канал гермошлема онемел, слышно было лишь тяжелое дыхание Незримого, всё остальное – уходило само собой. Активная защита глушила почти весь грохот, вспыхивающий от каждого перелёта их поступи. Сейчас, тот кто окажется у них на пути, будь это кто угодно – он погибнет.

Попросту от того, что они снесут его к чертям.

– Четыре.

Эта спокойная фраза, устами Зрящего разорвавшая тишину – испугала Влекомого.

– Первым не стреляй.

Это было очень странно. То как оборвалась речь Незримого. Сейчас, в голосовом канале он как будто хотел что-то сказать. И каждый из них – чувствовал его придыхание, в котором застревали эти слова.

Одна из дверных арок на пути оперативников – нашла на колею и заела. Влекомый пробил её пальцами насквозь и оторвал, пропустив Зрящего вперёд.

Доспехи Влекомого – самые крепкие из четвёрки Тектона. Он – самый сильный из звена, и такие трюки доступны только ему. Даже скелет Единицы не смог бы такое сотворить со шлюзовой дверью военного корабля. В всяком случае с такой-же лёгкостью.

Парочка ворвалась на пустой предмостик нырнув под низкую притолоку шлюзового проёма, и Зрящий, осматриваясь, замедлился, пропуская Влекомого вперёд. Кисть Тройки по привычке положилась на рукоять "Тальвазы" – тяжёлой, высокоточной автоматической установки, но соскользнула на "Бастард" – табельный пистолет, рассчитанный на патроны врага.

Если такая вещь и могла когда-то пригодиться, так только сейчас.

Пульсом просканировав окружение, и не найдя лишнего времени на полноценную проверку восприятием, Тройка согласился с предательски промолчавшими маркерами. Ничего подозрительного, кроме подсохшей лужи пролитого кофе – тут нет. Влекомый вломился в дверь посреди предмостика – ведущую к нему, и выключая пульс убрав кисть от виска, голова Зрящего резко сверкнула в сторону клетки.

В уютной полутьме, внутри тяжелого гермошлема, где тактическим визором лицо Тройки измазывалось острыми росчерками света, его обычно прищуренные глаза, тяжело принимая предлагаемую картинку – медленно и вдумчиво растащили веки.

Ворвавшись на мостик, где на условной карте ещё стухал красный после-образ метки тревоги, Влекомый увидел Незримого. Парень стоял рядом с приводом жёсткого света и не двигался, твёрдо направляя табельную "Монетницу" куда-то вглубь осторожного прямоугольника кухни. Влекомый – не видел что там такое. Структура кухни очень неудобно подставила стену под шлюз на мостик.

Но мешкать – времени не было.

Лёгкое движение руки на бегу, и к краю кухни подлетел металлический ролик чтобы прямо в воздухе разорваться светом стирающим цвет, на несколько секунд оставив после себя зрительное эхо произошедшего, глубоко оттеняя всё то, что и так было в тени.

От такого перегрузится любой механизм восприятия света. Визуальные датчики гермошлемов тектонцев отключаются в момент срабатывания ролика – это единственный способ не получить урон.

Прищуривание – не помогает.

Тонкая линия гермошлема Влекомого показалась из-за угла плиты капитанской рубки, скромно расположившейся в левой части мостика. С секунды на секунду сюда проникнет Зрящий. А для Влекомого это означало только одно – нужно во что бы то ни стало отвлечь внимание противника на себя.

Условная карта отметилась движением в районе шлюза на пред мостик, и Влекомый буквально выскользил к обозримой части кухни, сердито взяв её под прицел тяжелого пулемёта. Мгновение простояв наготове, оперативник подопустил оружие. Однако задаваться вопросом Влекомому не пришлось. Вместо него, это сделал подоспевший Зрящий.

Кухня оказалась пуста.

Лёгкое замешательство, вызванное осознанием действительности, в обход Влекомого полностью взвалилось на плечи Тройки. И принять происходящее ему оказалось не легко. Он замешкал, но лишь на секунду. В то мгновение, когда к Влекомому осторожно приблизился Двойка, глубокие пазы в доспехах Зрящего высвободили десяток металлических сфер, беззвучно упавших на пол, и разлетевшихся кто куда.

– Он был здесь! – прощебетал Незримый, словно жалуясь указывая на кухню, нелепейшим образом расположившуюся там, где по логике вещей места ей быть не должно.

– Чёрт возьми, он сидел за этим столом!

– Кто? – не совсем понимая спросил Влекомый. У него имелось всего два варианта. Один – хреновый. Другой, откровенно говоря, ещё хуже.

– Фрада.

С этим ответом, Влекомый столкнулся с ещё одной проблемой. Он не знал какой это из вариантов. Что оказалось бы хуже:

Ном – машина смерти; Или создатель этой самой машины?

Конечно, Четвёрке казалось, что первый вариант оказался бы намного хуже. Но по правде говоря, сейчас он начал кое-что подозревать.

– И куда он делся? – наивно произнёс Влекомый. Зрящий на мгновение отвлёкся, но ничего не сказал. Незримый-же, посмотрел на Влекомого, и ругнувшись ответил:

– . Не знаю!..

– Он же был тут когда я пришел?

– д-Да.

Коротко задумавшись, и сложив всё к одному, Влекомый умозаключил:

– Тогда он не мог успеть убежать. Может он спрятался?

С последней фразой Четвёрка осторожненько заглянул под стол. Так, чтобы никто этого не заметил. Незримый-же оглядывался по сторонам, пытаясь собрать разметавшиеся мысли. Обычно, с ним никогда такого не происходит. Неожиданности – не входят в его повседневность, ведь предугадать можно практически всё. У всего есть вероятность. У чего-то она маленькая. Где-то, она весомая. Но тут, он ничего не понимал.

– И где бы он спрятался?.. – отвлечённо произнёс он.

– Да вот тот шкаф, – мгновенно выдал Влекомый и продолжил, когда Незримый резко и твёрдо туда посмотрел, – от пола до потолка.

– Поди открой.

Влекомый недоверчиво повернулся к Двойке, и тот – тоже посмотрел на него.

Казалось, что ещё мгновение и здоровяк бы отказался.

Он даже почти мотнул головой, но Зрящий, стоявший в нескольких метрах возле них, вдруг произнёс:

– Я нашел его.

Пленник оказался в клетке, и это обрадовало Влекомого. Он выдохнул, но остальным эта новость далась не так легко.

– Он-н, – непонимающе оборвал Двойка, – Он вернулся?..

– Не похоже, – ответил Зрящий. – глупо думать, что он прошел бы незамеченным мимо меня.

– Тогда как?..

– Я не знаю. Но минуту назад – в клетке его не было.

Тяжелая тишина, повисшая в эфире, оборвалась, и это снова был Тройка:

– Где-то нас обманывают…

Он положил ладонь на угловой срез кухни из твёрдого света, и опёрся на неё.

– Я видел его тут! – оправдываясь проговорил Незримый, и Четвёрка не думая ответил:

– Мы верим тебе.

Плечи Незримого ударились вверх, и Тройка заметил это.

– А что он делал?

Услышав эту фразу – сложенные руки под грудью Незримого развязались и опустились. Он задумался и не слишком уверенно выдал:

– Кажется… заваривал себе.. кофе?

– Послушай, я вот что думаю, – тут-же начал Зрящий, – Этот корабль – действительно стар. Много чего тут морально не пригодно к эксплуатации. Мы в гиперпространстве, у нас серьёзная утечка пятой воды, а обшивка корабля – не покрыта лакодетам. Ты наверняка видел фантома.

– А ты?.. – справедливо переспросил Незримый, в шаге от того чтобы согласиться со Зрящим.

– Это древнее корыто, – повторился тот, – из чего следует что наше стекло тоже может быть с изъяном. Раньше ведь не редкостью были слепые зоны в синтаксическом стекле. В обычном, тонком. Его поэтому толще не делают, даже сейчас не всегда хорошо получается. Так что я вполне мог обмануться, учитывая, что первый попавшийся мне на глаза маркер – это пустое распятие. А судя по картинке, сейчас он бродит там за стеклом.

Туда-сюда.

– Вы выпустили его? – вдруг спросил Влекомый, повернувшись к Незримому. Но Тройка ответил и на это:

– Полагаю что он выбрался сам. И это, конечно, интересно, но меня волнует куда более насущный вопрос – где Сведомый?

Непростая тишина повисла в воздухе после этой фразы. Обычно, Зрящий находит ответы на такие загадки, но не задаёт их. Сведомый это тот – кто должен был оказаться тут первее всех. В меру быстрый, в меру сильный, ему редко, когда нужна поддержка – но она у него всегда есть. Как и у остальных из звена Тектон, на плечах Сведомого висит конкретный ряд задач, и у него это – штурм и уничтожение противника.

– В прошлый раз он говорил, что не смог подключиться к вашему каналу, – припоминая, вдруг заговорил Незримый, – есть вероятность что Падла как-то повлиял на его периферию.

– Так быстро? – удивился Зрящий, – он же только набросился на него, Сведомый скинул его почти сразу.

– Да, – кивнул Двойка, – но мы всё ещё не знаем кто в конечном итоге пронёс табурет сюда. Вывод, мне кажется, очевиден.

Выслушав товарища, Незримый, соглашаясь, кивнул.

– Нам нужно найти его. Я займусь этим, Чётвёрка. Оставайся тут.

– Нет-нет, – вдруг устало проговорил Незримый, – всё нормально. Тут мне помощь не нужна.

– Я так не думаю. – голос Тройки был твёрд и не терпящим возражений. Он ушел, оставив Влекомого на Двойку.

Парочка переглянулась лишь когда шлюз на пред мостик задвинулся за спиной Незримого.

Неспешно вышагивая к другому выходу в иной стороне, Тройка позволял ищущим сферам накатываться на свои тяжелые ботинки, чтобы каждая из них – послушной мушкой добралась к нужному пазу в его доспехе. Как вдруг Тектонец почти остановился. Так ему показалось, потому как всё вокруг странным образом замедлилось и поддалось размытой дымке, как обычно это бывает в воспоминаниях.

Подозрительным образом этот затянувшийся момент совпал с тем, что его глаза посмотрели на пленника. Поднялись с ног ему на лицо. И что-то было не так.

Какой-то он был не такой.

Только спустя несколько минут, шагая по низковатому проходу, Зрящий вдруг понял, что в его глазах пленник отпечатался без привычных маркеров тактического визора. Словно он увидел его не в картинке гермошлема, а собственными глазами – быть чего попросту не могло. Наверное потому он так просто отпустил одну очень щекотливую деталь в руках Отца Машин, в виде белой чашечки кофе, с осторожным фарфоровым блюдцем.

Увлечённо копошась в тех-планшете Незримый вдруг случайно заметил, что Влекомый, оставшийся возле него, с осторожным интересом заглядывает к нему в экран.

Прошло уже несколько минут, а они так и словом не обмолвились.

– Это как игра? – глуповато спросил здоровяк. Обычно ему нет никакого дела к подобному. Раньше, Незримому казалось это очень неправильным и странным, что Четвёрка ничем не интересуется. Но ровно до тех пор, пока Тройка не сказал что уважает его за то, что он не суёт нос не в свои дела.

– Только с виду, – хмыкнув ответил Незримый. – Смотри. Тройка оставил свой тюльпан в терминале, к которому вы ходили.

Незримый развернул тех-планшет другой стороной, и указал на разъём, в котором находилась, казалось-бы, обычная затычка.

– А вот – его пара. С помощью этой штуки я могу имитировать подключение, как если бы стоял прямо там. Звучит очень просто, но совсем не тогда, когда это касается военной техники.

– Понимаю, – почесав чугунный затылок ответил Влекомый, и сперва Двойке показалось что напрасно он немного углубился, но вдруг, тот указал на экран:

– а вот это… вот эти пучки, что это?

– Это узлы, – резко пояснил Незримый, и на мгновение затих.

– … с ними я и работаю сейчас. Смотри. Мы с Тройкой выяснили что разбит первый резервуар, всего, если смотреть по этим блокам – их четыре. Мы хотим перекрыть первый, и пустить пятую воду в обход него. Но если мы просто подадим сигнал сюда, как хотел Тройка, то выключим подачу полностью. Это бы сработало, будь разбит четвёртый бак. Нам нужно сделать это именно в обход, задействовав дополнительные развязки. Это возможно, но задача не простая, нужно много чего иметь ввиду. Обычно этим занимается не один человек.

– А как вы узнали, что разбит именно первый бак?

Незримый отрадно хмыкнул, – Смотри-и-и… вот сюда. Смотри. Это давление. Вот здесь… одинаковые цифры. Вот, вот, вот. А вот тут..

– а-а-а..

– Мгм.

Влекомый перемялся с ноги на ногу, – Интересно…

Интересно такое знать!..

– Да-а.., – как-то мечтательски вышло у Двойки, – но это ещё что!.. Год назад я держал в руках планшет Метрики. С ним бы я точно управился, а это.., – парень снова провернул в руках свой тех-планшет, – не знаю, выйдет ли у меня.

– Там всё иначе? – с интересом подхватил Влекомый, и Двойка твёрдо ему ответил:

– Да. Куда глубже, и намного сложнее. Прошлый Незримый мог физически уничтожить турель одними только командами Метрики. Он мог раздавить любой терминал. Но его Метрика сгинула вместе с ним. Да и не просто всё это. Всё-таки технология не наша.

– Как "Бастард" у Тройки? Делитская штука?

– Бастард не Делитская штука. Скорее он сделан на основе Делитской пушки, но привод у Бастадра совсем другой. Из-за технических ньюансов вообще-то это бесполезная болванка без оригинальных Делитских флишетт.

– М-м-м… но я видел как Тройка оторвал башню "Ковыляке", выстрелом из-..

– Оригинальная Делитская флишетта. Они продаются, дорого. На самом деле Тройка и свёл меня с человеком, у которого я собираюсь купить Метрику. Денег просто пока не хватает.

Закончив, Незримый замолчал, явно улыбаясь. Он принял Влекомого, утыкающегося в его тех-планшет, и буквально словил того на полуслове.

– Послушай. Я знаю что ты делаешь, – Влекомый выровнялся, и немо посмотрел на него.

– Спасибо тебе. Ты мне здорово сейчас помог, правда. Вернёмся – с меня пиво.

– Ты же вроде как в академии ещё учишься?.. – не дав и продыху, с явным прищуром подкинул Четвёрка. И Незримый захлебнулся, после чего голос его чуть загрубел:

– хапф. О чём ты? Ты меня с кем-то путаешь. Под шлемом не видно, но борода у меня – загляденье.

Ха-ха! Да-да-ха-ха!

Хотел бы Влекомый спросить, почему Двойка молчал. Молчал так долго, когда они бежали к нему на выручку. Он не промолвил и единого слова, дыша в шлемофон, хотя у него наверняка было что сказать. Поэтому здоровяк нашел свой ответ на этот вопрос.

– Там ведь никто не знает кто ты? – с хитрецой спросил Влекомый, – другие курсанты, может-…

– Нет, – занимаясь делом, твёрдо ответил Двойка, – даже преподаватели. Никто.

– Чувствуешь себя супергероем?..

– Чувствую себя уставшим как скотина.

Незримый на мгновение отвлёкся, – Но иногда это забавно, -

У Двойки как будто была история, которую он сейчас намеревался рассказать. Однако шлюз с пред мостика вдруг отворился, и гладкий шум обрывая речь, привлёк парочку к себе. Оттуда, из открывшейся двери, ища оглядываясь по сторонам, вышел Сведомый. Будь тут Тройка, он бы подумал что Единица сейчас несколько удивился увидеть тут кого-то.

– Ты где был? – требовательно спросил Двойка, на что Сведомый не ответил:

– Вы тут?.. Я-то думал что-то случилось. Почему все молчат?

Длинный пролёт по ребру корабля – тянулся холодным тоннелем бесконечно далеко вперёд. Перья блёклого света, застывшего как на фотографии, лучились из продолговатых иллюминаторов, разбиваясь о мёртвые стены, давно забывшие теплоту дыхания жизни, некогда распирающую это место.

Громоздкая фигура Зрящего лихой тенью выбивалась из общей картины замершей действительности. Лёгкий бардак тут и там, перебивающий устав порядка, говорил о том, что корабль покидали ни то что бы в суете… но в спешке.

Этому могло быть очень много причин.

Некоторые шлюзовые арки оказывались не закрыты, и лишь легко посмотрев сквозь них – можно было запросто прикоснуться к тому, чем жили люди, обитающие тут. Каков был их быт.

Корпус корабля натужно прогудел глубинным вопросом.

Этот длинный пролёт не кончался, сколько бы Зрящий ни шел. Это место очевидно слишком долго не могло поверить, что больше тут никого нет, но в итоге – поверило, что и не будет. И теперь – Зрящий был в этом абсолютно уверен – это место не верит и в него.

Но где он?..

Почему ему казалось, что он за кем-то идёт?

Двинув головой чтобы заглянуть в очередную комнатушку, Зрящий вдруг остановился. Там, за крохотной шлюзовой аркой куда бы он навряд ли даже протиснулся – тянулся в точку длинный коридор. Точно такой-же, по которому он сейчас шел.

Нет.

Этот-же… Это был этот-же самый коридор.

В то же время Зрящему казалось, что никто тут не пытается его обмануть. Это было очень странное ощущение, словно бы его собственное сознание знает и видит сейчас куда больше чем он сам, и намного шире чем тактический визор. Оно – знает куда смотреть, и показывает. Такое и раньше случалось, но чтобы так осязаемо…

Неизвестно, куда бы Зрящего занесла эта мысль. Он словил её совершенно нехотя. Это вышло случайно, и спас его от неё зелёный маркер канала связи, вспыхнувший в боковой рамке под тактическим визором.

– Тектон-2 вызывает Тектон-3. Проверка связи.

– Тектон-3. Связь подтверждаю, – отвлёкшись буквально на мгновение, Незримый посмотрел в пол и снова перевёл взгляд на комнату с тоннелем. Теперь, его глаза увидели столешницу, и тонкую откидную койку.

– Отлично! – отбросив формальность воскликнул Незримый, – Сведомый на месте, рекомендую вернуться.

– Принял. Возвращаюсь.

– Через два с половиной часа мы выходим из гиперпространства. Просто напоминаю, что в этот момент каждый из нас должен быть на мостике.

– Принято.

Вполовину обернувшись чтобы уйти, голова Зрящего застыла в полуобороте глядя вдаль коридора, куда он направлялся до Незримого. Что-то зацепило его, он увидел это. Это не было чем-то конкретным, на что он мог указать. Просто этот коридор – тоже смотрел на него. Плечи Зрящего двинулись чтобы поднять руки к голове и снять шлем. Однако вышло так что он словил себя и вовремя передумал, лишь шелохнувшись полу-движением.

Оставалось только надеяться, что когда-нибудь у него будет время думать идиотскую мысль о том, чего ему недостало в этот момент. Храбрости, или всё же глупости?

Глава 2

Отводя Сведомого и Влекомого от яркого обсуждения очень важной детали, отсутствие которой они заметили у пленника, Незримый убрал руку от виска и вдруг спросил:

– Вы вообще нормальные?

Парочка разом повернулась к нему так, словно до этого самого момента – он был где-то не здесь.

– Нашли что обсуждать, как дети малые.

– Тебе что, не интересно? – вдруг спросил Сведомый, подав ладонь вверх, – Там же ничего нет!

На что Двойке хватило сил ответить только одной фразой:

– Кошмар.

В общем.

Зрящий что-то нашел, – сказал парень, и кивнул на Влекомого, – Четвёрка – марш к нему.

Когда Единица и Двойка остались одни, несимметричное забрало Первого глупо повернулось к Незримому и тот, возвращаясь к тех-планшету – неопределённо мотнул головой.

Ничего не выходит, – утыкаясь в рабочую поверхность, сам себе прошептал он. Сведомый даже не услышал его. Незримый правильно откинулся назад, и положение его доспеха словило клин, позволив оперативнику расслабиться. Проблема пятой воды – с каждым шагом становиться всё сложнее и запутаннее. Сейчас бы очень не помешала помощь парочки подкованных технических специалистов, одновременно в разных частях корабля.

Это существенно упростило бы задачу для каждого.

У Незримого имелось несколько вариантов дерзкого решения этой проблемы.

~ Можно подключить ядро своего костюма к девятой магистрали корабля, тем самым запитав её отдельно от всех остальных, после чего – взорвать четвёртый танк пятой воды. Это должно активировать автоматику, которая проспала тихий износ первой цистерны. ~

Проблема была в том, что у любой идеи имелось критическое количество путей исхода, усугубляющих положение. Пойти не так могло абсолютно всё – это старый корабль.

Подобрав руку для привлечения внимания, Двйока повернулся к Сведомому, и даже набрал в лёгкие немного кислорода, чтобы обратиться к нему. Но всё, что проглотил Незримый – задержалось в лёгких на несколько секунд. Ведь оказалось, что рядом с ним – никого нет. Незримый осмотрелся и только после этого взглянул на условную карту, убеждаясь, что Сведомый ушел.

Но… когда это произошло?

И при каких-х..

Двойка привычно положил ладонь на условное лицо своего шлема, тяжело припоминая собственный кивок, данный Единице. Но на что он, чёрт возьми, был?..

Проклятье.

Незримый двинулся, сняв клин положения, и сделав пару шагов – тяжелый ботинок его тектонской брони поставился на деревянную половицу кухни из жесткого света. Раньше, когда-то давно, свет бы не выдержал весу тектонца. Подобно люду на глубоком озере – матрица бы треснула под его ногами, и судя по архивам старых отрядов это было большой проблемой. Сейчас-же, принцип работы жесткого света несколько отличается от того, что было раньше, и проломить такую стену – может получиться разве что у Влекомого.

Тех-планшет мягко плюхнулся на круглый стол, расположенный посреди кухни, и сделав скользкий полуоборот – послушно остановился. Руки Двойки, забитые в сплавовые перчатки, схватили шлем по обе стороны подбородка и дали вверх, откидывая лик архетипа Незримого за спину, вывернув при этом из горловины лицо молодого, замученного паренька.

Локти Двойки ударились о столешницу рабочего места хозяйки, у которой майор украл эту кухню, а руки паренька – глубоко врылись в русые волосы, цвета сухой соломы. Тяжелый вдох сладкого воздуха сменился лёгким и благостным выдохом.

Однако почему-то меньше голова болеть не стала.

Это никогда не помогает.

Его серебряные глаза закрылись лишь на секундочку. Так ему показалось. Лёгкая и лакомая мысль о чашечке кофе постепенно стала такой сильной, что даже острый нос молодого студента почувствовал желанный привкус. Так явно и осязаемо, что он даже почти положился на язык. И когда Двойка решил поддаться искушению – отлипнуть от столешницы и придаться ритуалу чтобы забыться хоть на какие-то несколько минут – благо обстановка, чёрт Влекомого дери, позволяла – парень вдруг почувствовал и услышал, как рядом с ним открывается холодильник.

Он повернул голову и увидел дверцу, услужливо закрывшую его взору паразита, подобравшегося так незаметно.

– Нельзя так подкрадываться, – начал Незримый, и оглянулся, ища Влекомого, – а где наш обормот?

Не найдя Четвёрку, в голову парнишки закралась тревожная мыслишка. Он обернулся к дверце, и неспокойно проговорил:

– Ты что, оставил их вдвоём?..

Вероятно, он хотел сказать что-то ещё. Сказать почему это плохая идея, даже учитывая что они по обыкновению работают чаще всего в паре, но…

Дверца закрылась.

И перед Незримым предстал совсем не Зрящий, который очевидно единственный из архетипов, кто мог бы обойти его так тихо. Глаза паренька медленно и тяжело распахнулись на всю возможную величину, подсушивая вместе с тем его юное лицо.

– т-Ты… Ты не настоящий…, – он мотнул головой, пытаясь убедить самого себя, врубившись при этом взглядом в лицо пленника, так легко повёрнутое к нему.

– Тебя здесь нет, – уговаривая произнёс он, и выдыхая всё оставшееся из лёгких, шепотом добавил: – Ты фантом.

– Верно, – едва заметно усмехнувшись произнесло наваждение, степенно двинув головой, при этом всё ещё держа ладонь на ручке холодильника, – как ты узнал?

Когда фантом шевельнулся, Незримый увидел что глаза, скрывающиеся под водопадом волос пленника – сейчас закрыты. Однако странности в этом оказалось недостаточно. Но когда парень тихонько потянулся к шлему, то вдруг заметил что упаковка жидких сливок, которую до этого он видел у пленника в руках – сейчас холодила его ладонь.

Лицо Двойки застыло в осознании.

Неужели это его собственные руки открыли этот холодильник?.. Но если нет, как эта штука могла оказаться в его руках?..

Двойка резко оглянулся, потеряв привидение, но увидел его спину рядом со столом. Было нечто странное в очертаниях его фигуры в целом. В ней чего-то не хватало. Тут уж можно было подумать, что Влекомый и Сведомый приложили словцо к этой мысли, но дела обстояли куда сложнее. Незримому понадобилось несколько мгновений, чтобы понять, что не так.

Контурам фигуры пленника недоставало чёткости.

Они буквально расплывались. Это было едва заметно, немного усиливалось когда взгляд Двойки соскальзывал, но в целом – происходящее аккумулировало достаточно странностей, чтобы парень мог позволить себе усомниться в реальности происходящего.

Он – не настоящий.

Всего-лишь иллюзия подпространства, подло играющая на мимолётных желаниях. Мираж. Ведь если подумать, в прошлый раз пленник возник тоже с мыслью о кофе. Незримый убедился в эфемерности происходящего на его глазах окончательно и бесповоротно, когда пленник мелькнул, и оказался у столешницы под верхними шкафами. Движения его рук проглатывались. Вот его ладонь лежит на доске, и вдруг она-же – обхватила банку подсластителя, спрятанную на полке в уровень его головы.

И между этими положениями – ничего нет. Их не связало движение руки. Это иллюзия.

Отвлёкшись, Незримый усмехнулся, выгнав из себя последнюю каплю сомнения, вместе с тем избавившись от тревоги. Но не до конца.

Раньше, когда обшивки космических судов не покрывали лаком – гиперпространство творило с умами людей ужасные вещи. Одних оно могло свести с этого самого ума, выдёргивая из головы тревоги и переживания, при этом красочно их демонстрируя, других не трогало вообще.

Серьёзнее всего в этом плане администрация космопортов относилась к людям творческих профессий. Их, часто насильно, на время пути усыпляли в сонмокамере. Причину этого – никто никогда не разглашал, хотя известно что серьёзные исследования в этом плане не утихают до сих пор, и лак – этому только доказательство.

У «Происхождение-9» – было покрытие. Но лак не вечен.

Голова пленника двинулась в сторону, и Незримый дрогнул, резко посмотрев в спину наваждению. У этого не было причины, хотя как ему показалось – что-то произошло. Однако расслабился он даже быстрее чем следовало бы.

Сидя за столом и утыкаясь в тех-планшет попивая вкусный кофе, Незримый словил себя на приятной мысли что головная боль – ушла, как и не было. Он принял решение не обращать внимание на мираж, сидящий за столом в полутора метрах от него, а полностью посвятить себя поставленной задаче.

Именно поэтому он был абсолютно не готов увидеть тихий ход выплывающих из-за угла пушек. Тупое дуло "Бастарда", и хищная пасть пулемётной установки серии "Монетница". Выйди на него вот так хоть какой-нибудь другой ствол – там бы мгновенно всё увязло в магнитной шрапнели. Никто бы даже на курок нажать не успел. Но дула этих пушек Двойка встретил с обыкновенным, тихим удивлением, в шаге от того чтобы обжечь губы горячим кофе, чашечка которого застыла под его лицом.

Парень немного провёл крадущихся товарищей взглядом, и вдруг, подобно удару молота по голове, в его бестолковку пришла холодная мысль – о том, что происходит.

– Надень шлем.

Эти слова, сказанные из уст Зрящего, прозвучали ровно в тот момент, когда Двойка обернулся, и втопился обезумевшим взглядом в пассажира.

Взглядом, крайняя степень удивления в котором оживлённо подкрасилась несколькими глотками горячего кофе, бессовестно полившегося по шее паренька под костюм.

Стул под окаменевшей задницей Незримого – дурью бросился под стол, при этом самоотверженно откинув парня прочь. Тот протащился по полу и ударившись плечами о кухонную плиту – вскочил, выставив табельный пистолет в сторону мирно сидящего за столом мужчины.

– ДАЙ УГАДАЮ. – в сердцах выкрикнул Незримый, – Теперь мне не показалось?!

Медленно и осторожно, троица замкнула открытое пространство кухни, рассредоточившись вдоль него. В этот момент Влекомый должен был положить цель на землю. Это была его задача, он делал так бесконечное количество раз. Ему следовало хотя-бы озвучить это требование, но…

У него не получалось это сделать.

Он хотел, и даже открывал для этого рот – но произнести нужные слова он по какой-то причине попросту не мог. Перед ним – не пират, не повстанец. Не террорист и не отступник. Почему-то сейчас это было настолько очевидно, что сразу въедалось в подкорку.

Слова, которые он изо всех сил сейчас пытается произнести – могут стоить ему жизни. Это ощущение… у него не было очевидной причины. Единственный раз, когда Влекомый чувствовал нечто подобное, это в миг, когда абсолютно все звуки вокруг него стянулись в тонкую линию, ведущую к его голове. Тогда он развернулся и увидел зубец торпеды, которая выбила его из обоймы отряда.

Влекомый сделал осторожный шаг, но голова пленника чутко двинулась, словив его движение.

– Тебе не хочется приближаться ко мне.

Услышь кто эти слова в пересказе, непременно счёл бы их за угрозу. Но дело в том, что это была правда – Влекомому совсем не хотелось приближаться, и это точно была не угроза. Скорее похоже на дружескую попытку обратить внимание.

Как поступить?..

– Это место, – проговорил пленник, и уверяясь кратенько осмотрел кухню, подобрав со стола блюдце с осторожной чашечкой, наполненной смолянистым напитком.

– Чья идея?.. Мне нравится.

После этих слов дуло пулемёта Влекомого подопустилось сильнее чем следовало. И Тройка заметил это. Потому опомнился здоровяк как и не забывался.

– Ты настоящий! – Сердито вспыхнул Двойка, и пленник тихонько двинул головой к нему, когда парнишка поставил упрёк:

– ты… Ты меня обманул!

– У меня нет слов. – спокойно произнёс пассажир, – Ты мне поверил?

Эта фраза осадила Незримого как ведро холодной воды. Он вытянулся и тихонько осмотрел товарищей, которые тоже поглядывали на него. Парень замешкал.

– Я-.. М. Ты не чёткий, – успел промолвить он, и пленник оборвал его:

– Вот спасибо.

Говор этого человека… странный, непривычный слуховой привкус. Речь, произносимая из его уст, откликалась в пространстве трудноуловимым отзвуком. Легко и непринуждённо.

– Я имею ввиду что ты – дымишься, – промолвил Двойка, – мелькаешь и обрываешься!

– У этого достаточно причин. – тут-же ответил пленник, – Вы ни разу не видели серков?..

– Но ты не серк. – сказал Зрящий, и Фрада посмотрел на него. Посмотрел с закрытыми глазами и кивнул, чутко усмехнувшись.

– Это правда.

После его слов на мостике повисла неудобная тишина. В которой как будто бы чего-то не хватало. Где-то смелости, где-то любопытства. Такое бывает не часто. С одной, и с другой стороны.

Неопределённость, которой не должно было существовать в принципе. Её не должно было быть. Если хоть малая часть из того что говорят про Отца машин – правда – от смерти Двойку отделало лишь желание. Даже сейчас.

– Стесняюсь спросить, – неопределённо усмехнувшись произнёс пленник, – но что происходит?.. я просто…

Он осмотрел каждого тектонца по отдельности, и признался:

– … не совсем понимаю. Мне уйти?

– Да. Пожалуйста, – подхватив, вдруг проговорил Зрящий, и абсолютно спокойно указал сторону, – За стекло.

– О-, – понимающе произнёс пассажир, и как бы спрашивая разрешения качнулся в нужную сторону.

– Ну… тогда я пойду?

– Прошу, – приглашая выдвинулся Тройка, и вышел вперёд мимо Незримого, который отступил. В след за ним неспешно увлёкся пленник, и глядя на это – Влекомый вытянулся.

Что происходит?..

Так вообще можно было что ли?..

Руки Влекомого опускались по мере того, как его сознание захватывала мысль о непонимании происходящей действительности. Это была очень опасная мысль. Мысль, которая в любой другой обстановке – могла бы его убить.

И это испугало его.

Потому что сейчас главнее всего – быть на волне происходящего. Всё остальное не должно иметь значения. Есть только события. Никаких смыслов. Всему должно быть своё время.

Время для событий – время для смыслов – и для сожалений.

Это залог выживания. Это то, что завело его так далеко – сюда, не оставив в местах, где люди превращаются в воспоминания. Где осталось так много его близких друзей…

Влекомый подхватился, и бодро нагнал конвой, замкнув спину пленника ещё до того, как они успели пройти половину пути. Зрящий остановился у терминала мостового шлюза, и отворив дверь – отступил в сторону, пропуская ведомого на пред мостик.

Стоило пленнику вышагнуть из шлюза, страшный бит автоматной очереди тяжёлым стрёкотом прошил узкий пролёт между стенкой и синтаксическим стеклом. Рой мерцающих, шумных искр мгновением расцарапал половину коридора, оставив висеть в воздухе глубокие раскалённые струпья, словно борозды от когтей адского демона в ткани самой реальности.

В первое-же мгновение – пространство у шлюза каскадом вспыхнуло плотной серой пылью, как от импульсной дымовой шашки, туго вдавливая персть во все прожилки пред мостика. Поток флишетт старательно разгонял всё это дело, глубокими дырами ввинчиваясь в порошину – раскаляя её, выдалбливая всё больше и туже.

Ужасную мощь автомата Сведомого – сложно с чем-то спутать.

"Пальс-355-М" – глубокая модернизация стандартного штурмового оружия создавалась с расчётом на максимальное пробитие делитского модуля защиты. Это сигнатурное оружие архетипа "Сведомый". Ввиду сокрушительной отдачи – эффективно и без ущерба здоровью пользоваться этим чудовищем может только он, и при случае, Влекомый.

Мгновение, второе. И к третьему – Единица остановился, услышав живой вопль сквозь активную защиту периферии.

– Стой!!! ОСТАНОВИСЬ!!!

Автомат Сведомого заглох, и он чуть пригнулся, попытавшись всмотреться в глубокое отверстие от последней флишетты.

Пыль разбилась в стороны и уточилась, как от ударной волны, которой неоткуда было взяться. И там, у шлюза, Сведомый увидел хмурое, равнодушное лицо, по которому текли гладкие каштановые волосы. Спустя мгновение, под ним – он увидел лик Влекомого. Четвёрка стоял перед пленником, выставив предплечье перед собой – пытаясь остановить огонь энергетическим щитом.

Глупец.

Ресурс того, на что он понадеялся – выдержал бы одновременный натиск четырёх стволов почти любого штурмового оружия, под конец стандартной обоймы. "Пальс-355-М" – хватило в лучшем случае трёх попаданий. Всё остальное, Влекомый принял на доспех. И сейчас, он стоял перед пленником на себя не похожий.

– Н-нет… – глубоко сожалея и поддавшись вперёд произнёс Сведомый, видя, как его лучший друг вот-вот упадёт на колени. Доспех Влекомого был весь в прорехах и страшных рытвинах.

Всё вдруг так сильно замедлилось.

Единица чуть повернул голову и увидел ладонь Тройки, которая качается и останавливает его. Оттуда-же вылетел Незримый, и врезавшись в синтаксическое стекло – накрыл собой лежащего товарища, тут-же не мешкая, изо всех сил вбивая тому в боковую фистулу нанитные стимуляторы, пока Зрящий пытается достать заряд инъектора с обогащённой кровью. Всё то, что должно было ввестись автоматически.

Сведомый повернул голову и посмотрел на пленника, который уже оказался за стеклом. В этот раз, равнодушное лицо Отца машин чуть изменилось. И так – он смотрел на него. Физиономия единицы гневно измялась.

– ТЫ-ы..! – ненавидя, злобно протянул он вслух. Достаточно громко, чтобы хоть краюшек чьего-то уха это уловил. Однако ничего из того что он скажет, и сказал сейчас – никто не услышит.

– Страшно стало да? Думаешь спрятался там?

Я удавлю тебя за это собственными руками.

Пленник смотрел на них через подмыленную текстуру изнанки синтаксического стекла. Смотрел без радости, и без сожаления. Когда шлюз на мостик схлопнулся за ними, утянувшими своего товарища туда где менее пыльно, Фрада опустил голову и разжал кисть – где скрюченным слепком десяток флишетт сваяли карту веретена его сжатой ладони.

Глава 3

– То есть ты подумал, что это фантом?.. – вдумчиво расхаживая произнёс Сведомый, как будто не нуждаясь в ответе.

– Да, – ответил Двойка, и для пущести втянул шею в плечи, – всё было так, как в прошлый раз. Я понимаю, что это глупо, – добавил он, снова вдарив съемным инструментом по кайме грудного кластера Влекомого.

– Да, я виноват. Во всём что сейчас произошло. И в любом случае понесу за это наказание.

– Ай. – совершенно спокойно откликнулся Влекомый, громоздкое безобразие которого раскинулось рядом с кухонным столом.

– Кажется ему больно, – резюмировал Единица, и Незримый снова засадил инструмент в повреждённую кайму.

– Не обязательно. Нейронадстройка может реагировать так и на яркий свет. Он приходит в себя.

– Тем не менее, – оторвавшись от думы вдруг промолвил Тройка, – не стоит делать поспешных выводов.

– Какие выводы? – Незримый остановился и сидя обернулся, – Я облажался. Крупно облажался, и в своём отчёте укажу всё деталях, так что за свою совесть можете не переживать.

– Ты ни в чём не виноват.

Эти слова подглушили Двойку. Он неопределённо посмотрел на Зрящего, даже не зная что и сказать. Кто, если не он? Будь он внимательнее – не подпустил бы к себе врага. И ничего из этого не случилось бы.

– Всё могло сложиться куда хуже, поведи ты себя иначе.

Хоть виду парень не подал, взгляд на произошедшее с этой стороны – удивил его. Но этого было недостаточно чтобы он мог позволить себе уняться. Ведь по сути, как он посчитал – в его заслугах лишь то, что он не сделал ничего.

Позорище.

– Другой вопрос – где был ты?

Зрящий повернулся к Сведомому. Тот на мгновение растерялся, но ответил быстро:

– Падлу бил.

– И как? Убил?..

Сведомый покачал головой, – Эта штука хитрее остальных. Крайне важно избавиться от неё до прибытия на станцию. Если уж у нас не получается справиться с ней, сколько бед этот табурет способен натворить на месте?.. Это нам не дрон повстанцев Орвитра. Это штука опасна, и она наш противник. Я не могу сидеть на месте ожидая, когда подвернётся случай его уничтожить.

Это был достойный ответ как от архетипа Сведомого, но совершенно безответственный как от единицы сплочённого отряда. Поэтому Зрящий лишь твёрдо и коротко кивнул, ведь услышал он всё что хотел.

– Меня волнует ещё один момент, – эти слова предназначались Незримому, и каким-то образом это поняв – парень снова обернулся, внимая старшему.

– То, что сказал Отец машин.

– О кухне? – нахмурив брови предположил Второй, поддавшись мысли о безумии пленника. Но Тройка его поправил:

– О серках.

– Я видел серков, – буркнул Двойка себе под нос. – Мой преподаватель истории серк.

– Серьёзно?..

– Да. Самый настоящий, насколько я могу судить. Но не сказал бы что он как-то прям сильно отличается от остальных. То есть да, что-то есть но-о-о.… он не странный. Ни разу не видел крыльев, как говорят. Ну или… не знаю-…

– Суть в любом случае в другом. Его слова прозвучали так, словно мы о чём-то не знаем. Хотя должны были. Может ли быть такое, что нам забыли о чём-то сказать?

Эти слова зависли в воздухе необычайно долго. Казалось-бы такая простая фраза, такой обыкновенный вопрос… Однако на кон ставил он непростительно много.

– Да ну, – хмуро и как будьто бы чуть виновато откликнулся Двойка, – брось.

– Он дурит нам голову, – справедливо заметил Сведомый, – Сейчас бы искать смысл в словах последнего безумца, дни которого сочтены.

Оба они были абсолютно правы. Так посчитал Зрящий. Но их однобокая правота не до конца устраивала его. Ведь он точно знал – что-то не так. Слишком много всего пошло иначе, чем по логике вещей должно было. И ладно если бы только в техническом плане.

В какой-то момент на высоком мостовом потолке возникло движение. Первым – его уловил Тройка, но палить – начал Сведомый. Ловко шоркая в разные стороны, табурет обманывал алгоритмы тактического визора как до этого не делал никто. Иногда гадина издевательски зависала на месте, когда как вокруг неё – в пыль решетилась внутренняя обшивка корабля. А когда кто-то попадал – вокруг табуретки морской волной вспыхивал защитный купол, и ничего от этого ему не делалось.

– ПАДЛА.

Сведомый был зол как сто чертей. И когда гадина прошмыгнула в проём за стенку, ведущий неизвестно куда – тот вылетел на пред мостик, погремев на поиски.

Меньше чем через минуту очнулся Влекомый. Причиной этому, вероятно, стал дикий шум, который развёл Единица. Первой фразой Четвёрки стало короткое, но ёмкое:

– Охренеть.

После чего он попытался подняться, но вдруг стало понятно, что его доспех потяжелел в несколько раз.

– Куда прёшь, здоровяк? – отовсюду раздался упрёк. Это был голос Незримого и говоря – он явно улыбался. Всё это Влекомый понял даже несмотря на то, что речь парня лупила по его ватной голове абсолютно со всех сторон.

– В кабину тоже попало, да?

– Поп-а-ало., Да. – уже это прозвучало с меньшей радостью. После чего Незримый опомнился, и попросил Влекомого повременить с протоколами эвакуации. Это должно было помочь ему с предварительной оценкой внутренних повреждений. Тот – припираться не стал, и начал шевелиться где просят.

– Рука болит?

– …Какая из них?

– Левая. – уточнив, Незримый грязно выругался, не дождавшись ответа.

– Нет. – чутко и осторожно проговорил Влекомый, но смысл в этом очевидно отпал, потому как вокруг него началась какая-то возня. Тройка развязал руки и опустился, о чём-то спросив. Явно не его. Незримый подал ему свой планшет. Они говорили.

Но Влекомому было почти плевать о чём.

Голова тектонца была повёрнута к прямоугольной ножке деревянного стола. Он смотрел на неё так долго, что теперь мог различать потоки света, из которого она состоит. Они мёдом волоклись вверх внутри неё. Вдруг, как молотком по башке, в его глаза ударил яркий свет. Это продлилось всего мгновение – тактический визор забелелся молоком.

– Ай, – мимо воли произнесли его уста. Почему-то. Однако он быстро понял почему, и это осознание пришло вместе с голосом Незримого:

– Прости-прости. Сейчас ещё разок.

– Ай.

– Угу. Порядок.

– Подержи вот это вот.

– Здесь?

– Да-да..-

Когда свет застелил глаза Влекомого второй раз – он увидел что-то. Тень. Какая-то фигура. Она была отпечатана на сетчатке его глаз. Выжжена, вероятно, в тот момент, когда его взор застил огонь намного злее, чем мгновение назад.

Это было пятно, и пять направлений.

– Пленник, – вдруг проговорил Влекомый. И парочка, копошащаяся возле него, отвлеклась.

– Что с ним?

– В порядке. – сухо ответил Зрящий, но Двойка хмуро добавил:

– А что с ним могло стать?.. Этот чорт закрылся тобой!

– Что? – подкинул Влекомый, и вышло у него это немного более удивлённо, чем он рассчитывал.

– Нет. Он не трогал меня. Это я прикрыл его.

Атмосфера рабочей суеты, завязавшаяся рядом с кухней – вдруг сдёрнулась куда-то в сторону, предательски обезоружив Двойку и Тройку.

– А-а.., – смутно протянул кто-то из них. И пауза, начавшаяся после этого, продлилась тяжело и необыкновенно долго. Вероятно, Незримый ждал что Тройка скажет хоть что-нибудь. У него ведь всегда было что сказать, но в этот раз – молчал даже он. Поэтому паренёк не выдержал, и устало проговорил:

– За чем ты это сделал?..

Влекомый попытался встать, но у него снова ничего не получилось.

– Цель была захватить, – тяжело произнёс он, – не убить.

Незримый хотел-бы ему возразить, и уже даже подобрал слова. Ведь пленник, можно сказать, бежал. Но речь Влекомого, произнесённая в потолок, отвадила его от глупой отговорки:

– От этого зависят не только наши жизни. Да?

Это была правда.

Незримый тихонько посмотрел на Тройку, и вместо сурового забрала машины – несменный лик "Зрящего" сейчас казался ему как никогда согласным.

Никто ни разу не озвучил это на брифинге, но… Видимо так или иначе, все в конце концов приняли для себя что единственной причиной, по которой приказом оказалось не устранение, а захват – стало лекарство от смертельной болезни, рецептом от которой обладает, официально, самый опасный человек.

Бессменная фигура номер один, в рейтинге метрики.

"Он всего лишь человек" – пожалуй это самая популярная фраза, которую можно услышать от любого офицерского чина, когда речь заходит об Отце машин. В последнее время, за декаду до отправки на задание, Влекомый слышал её не меньше сотни раз. И сейчас он думал о ней. Думал об этой фразе, выставив над собственным лицом ладонь, как закрылся бы от палящего солнца.

Кое-что произошло, на самом деле. Кое-что, вознёсшее вероятность правдивости всех тех безумных баек о создателе делитов – на пару ступеней выше обыкновенных сказок. Теперь, возможно, кое-что было попросту преувеличением.

Но точно не всё.

Белая возня, молочным коктейлем лучащаяся в бесконечное далёко, раскинувшееся перед смотровой аркой капитанского мостика – остановилась, и ровными лентами втянулась в далёкие звёзды, с нескольким запозданием покрыв голую Пихею, жёлтого карлика относительно молодой системы.

Есть причина, почему ни одна корпорация ещё не набросила на Пихею ни одну стереомерную ленту. Эта система – кладбище кораблей. Когда-то тут прошла большая битва, но никто не победил. Машины отступили, разрушив три военные станции, и десяток станций космических рейнджеров – стянувшихся сюда на помощь. Эта система горела больше двух мурийских лет, но в конце концов машины не стали её занимать. Поговаривают что так случилось из-за аборигенов, когда оказалось, что одна из планет – внезапно – обитаема.

– Дорогие пассажиры, – вдруг взорвался громкоговоритель монотонным голосом Незримого, и все вдруг принялись вертеться по-всякому.

– Добро пожаловать в планератрую систему звезды Пихея. Перед нами раскинулся почти бесконечный простор заповедного космоса. Впереди, за огромным куполом космопорта, под разрушенной станцией славных рейнджеров, мы можем видеть силуэты пары циклопических линкоров. Гордость Мурийского Союза. Застывшие во времени останками павшей цивилизации, они крепко спят как киты под большой водой-…

– Ты дурак чоли?.. – Оторвавшись от смотровой арки неспокойно произнёс Тройка. Его взгляд направился в дальний левый угол капитанского мостика, где надстройка держала на себе голую капитанскую рубку, без единой панели. Сейчас там стоял Незримый, подключившись доспехом к фистулам, и от себя – к тех-планшету, развернув при этом нагрудный терминал.

– Но ведь это правда, – пожав плечами, безрадостно ответил парень.

– Я не об этом. – вдруг отмахнулся Зрящий, – Давно мы покинули подпространство?

– Может, минуту назад?..

– И хочешь сказать, никто из нас даже не почувствовал это?..

Незримый немного подумал, и неясно помотал головой. Только под пристальным взором Тройки, парень вспомнил как сильно тот не любит возню с гиперпространством. Особенно трагически дела обстоят с выходом из него. Беднягу коробит всегда и основательно. Обычно он где-то запирается, чтобы никто не видел. Но знает он или нет – биометрия видит всё.

– Я вообще-то пилот. – признался Незримый, – По образованию, и по должностной инструкции, забыл?

– Да, но ведь… как ты это сделал?

Твёрдость в голосе Зрящего куда-то подевалась. Он неотрывно смотрел вверх, на Незримого, ожидая сам не зная чего. Но вряд ли ему действительно хотелось знать ответ. Двойка посерьёзнел, и стоило ему озвучить первые ноты своей мысли – стало понятно куда перелилась йота офицерской стали.

– Всё что тебе нужно знать – это не навык, это просто знание. И я могу применять его каждый раз, сколько угодно. Но только в тех случаях, когда кто-то влиятельный, и гораздо старше некого "зазнавшегося сопляка", будет ратовать за меня. В рамках единичных вылазок, полагаю. Сам понимаешь…-

Незримый зарылся перчаткой в копну взъерошенных волос на затылке, и взгляд его соскользнул на Тройку. Тот кивал. Смотрел на него, и коротко, понимающе подкивывал.

Выглядело это очень воодушевляюще.

Что ни говори, но Зрящий – взаправду тот человек, которого может уважить капитан корабля. Капитан любого корабля. Так уж вышло, что в сегодняшнем отряде "Тектон" – самый влиятельный не Тектон-1, как это обычно бывало у предыдущих поколений, а Тектон-3. И главной причины у этого нет. Все главные причины у Единицы. Тройка-же собрал по мелочёвке, и очень много.

На мостик вдруг ворвался Сведомый. Тяжело вышагивая к смотровой арке, он бросил в пустоту:

– Пихея?

– Да. – сухо ответил Тройка, и развязывая руки немо повернулся к нему.

– Нужно срочно связаться с анклавом.

– Угу, – промычал Двойка, – минуту. Мне сперва нужно кое-что проверить, и я сразу-же-…

– Нам нужно связаться сейчас-же. – твёрже чем обычно добавил Сведомый. Твёрже, чем следовало бы.

– Да, – чуть поразмыслив кивнул Двойка, – ты прав.

Парень схватился за шлем, положенный на голое ребро отсутствующей панели состояния энергетического щита. Рассеянно одёрнул руку и полез переключать нагрудный терминал, перед тем как беспричинно взять и положить тех-планшет.

Неловко пометавшись примерно с минуту, он водрузил шлем Незримого на голову, зафиксировав между наплечниками – и расправил их до щелчка и компрессии, как по инструкции.

Несколько мгновений спустя капитанский мостик захлебнулся громким телефонным гудком. Тектонцы тихонько переглянулись и неловко притихли после второго рёва дозвона. Кто бы ни был последним капитаном этого судна – с чувством юмора у этого добряка всё было в порядке.

Дальняя левая часть мостика, прямо перед рубкой – зловеще вспыхнула, расхлёстывая свето-матрицу.

Где-то алгоритмы приводов дали сбой, и в определённых местах свето-волокно выбило каскады трескучих искр прямо из кромки намеченных границ экрана. На пол под полотном – гроздью посыпались отвердевшие брызги жёсткого света, как застывшие во времени гаснущие сполохи. При этом свето-ткань тут-же попыталась выдать какую-никакую картинку.

Вереница простых, и крайне надёжных приводов.

Таких уже не делают. Плевать что вместо внятной картинки – натуральная муть, шум, и непонятно что. Если немного подшаманить, а главное обновить протоколы безопасности и сертификацию – можно смело вводить в эксплуатацию.

Это – делали на века.

Когда как сегодня – почти всё одноразовое.

– "Происхождение-9" вызывает анклав, – промолвил Двойка, поглядывая на отладку, подключённую к тех-планшету.

– У нас отсутствует картинка, пожалуйста, откликнитесь.

Незримый успел подумать о проблемах с радарной станцией, но очень быстро ему пришло вдомёк что в старых кораблях центр связи был отдельным блоком от радарно-сканерной установки. Делать всё единым модулем начали с нейропоточных радаров. Тут-же, по всей видимости, стоит катаульный. Поэтому немного подсуетившись, и переключив где надо – мостик охватила приглушённая речь, а через мгновение – потоки свето-полотна схлестнулись в сносную картинку. По ту сторону экранируемого пространства стояла девушка-диспетчер с лощёной прической в пучок, и смолянисто чёрной, как её волосы, военной формой. Датчики показывали, что исходящие сигналы тоже поступают к нужному узлу, но Незримый счёл необходимым уточнить:

– На связи тяжелый крейсер "Происхождение-9". Кодировка даты 0.1.0.2.1.4.9.1./10. Докладчик Т2 из оперативно-тактического отряда "Тектон-351". Прежде всего, пожалуйста ответьте, меня видно?

Девушка просто кивнула. Даже ничего не ответила. Должно быть она попросту забыла, как это делается. Всё-таки это Пихея, и на многих звёздных картах такой системы даже нет. Гости тут – редкость, а секретность их миссии – находится под алым маркером.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.