Анна Старцева
Тот, кто пожирает души

Глава 1.

Конец лета оказался ужасным для многих путешественников, включая и Маргарет Росс. Она никогда не была особо избалованной и нежной, как большинство девиц её возраста. Она не требовала остановок каждые час – полтора и не предъявляла особых требований к гостиницам, в которых устраивалась на ночлег.

Если чего и хотела Маргарет Росс, так это чтобы треклятый дождь прекратился хотя бы на пять минут.

С самого начала их путешествия, пятнадцать дней тому назад, потоки воды с неба сопровождали небольшую карету, запряженную четверкой лошадей, на каждом шагу.

Если бы она была такой же мнительной, как её кузина Натали, она бы подумала, что сами небеса восстали против цели её путешествия.

Против свадьбы, разумеется.

Куда ещё могла отправиться девица двадцати лет? На смотрины к назначенному родителями жениху.

Хотя этот жених мог бы и сам явиться, а не подвергать её жизнь такой опасности, – уже не в первый раз размышляла Маргарет.

Дороги порядочно размыло, карету то и дело стаскивало в жуткую грязь. Пока что им удавалось выбираться своими силами, но ситуация могла измениться не в лучшую сторону.

Что делать если они завязнут где-нибудь посреди глуши? От кого ждать помощи? Послать слугу до ближайшей деревни? Маргарет как-то заглянула в карты, чтобы оценить расстояние от одной придорожной гостиницы до другой и не на шутку разволновалась. Слуге придется добираться часов 10 – 12 только в одну сторону, а потом обратно столько же! Почти двое суток посреди какого-нибудь поля под проливным дождём!

– Марго! Отомри! – перед носом девушки кто-то щелкнул пальцами. – Ты уже минут десять смотришь в одну точку и не моргаешь.

Маргарет перевела рассеянный взгляд на младшего брата и вздохнула. По крайней мере, сидеть ночью в карете ей придется не одной.

Карету тряхнуло на кочке, Маргарет в очередной раз ударилась затылком о стену кареты и в очередной раз выругалась.

– Маргарет, – со вздохом закатил глаза старший брат. – Ты любому лавочнику в нашей деревне фору дашь.

– Не зря же она у них училась, – фыркнул младший.

Марго оглядела ближайших родственников и потерла затылок ладонью. Хорошо хоть пышная прическа слегка смягчала удары.

В путешествии Маргарет Росс сопровождал старший брат Алан Росс – будущий наследник и преемник бизнеса их отца, и младший брат – Роберт, которого даже прислуга звала просто Роб. Робу едва стукнуло восемнадцать, и он регулярно доводил отца до сердечного приступа обещаниями поступить на службу в регулярную армию.

Девушка аккуратно сложила газету, которую пыталась читать, на колени, и выглянула в окно.

Непроглядная темень ночи посмотрела ей в ответ.

– Сколько ещё до гостиницы? – спросила она.

– Недолго осталось, – ответил Алан, тоже глянув в окно. – Деревенька называется Айонской пристанью. Когда-то эти земли принадлежали сама знаешь кому.

Маргарет слегка кивнула, отмечая, что поняла кого брат имел ввиду. На самом деле ей было абсолютно все равно, какой властью и богатствами обладали предки пока ещё незнакомого ей человека. Гораздо любопытней было узнать, что они сделали, чтобы всего этого благополучия лишиться.

– Бывшие земли будущего мужа, – усмехнулся Роб, глядя на сестру с вызовом.

Она привычно его проигнорировала. Чтобы выживать на протяжении восемнадцати лет под одной крышей с Робом и его безмерной любовью сразу выдавать то, что приходило ему в голову, пришлось научиться искусству приходящей глухоты.

Внезапный порыв ветра упруго прошелся по карете, задул все свечи и погрузил пространство в полнейший мрак. Дождь, непрерывно барабанящий по крыше, как будто стал сильнее.

– Когда же мы в самом деле уже доедем?! – недовольно воскликнул Роб.

Словно в ответ на его вопрос карета остановилась и что-то глухо стукнуло в крышу.

– Одно из двух – либо мы окончательно застряли, либо добрались до очередной дурной гостиницы, – буркнул Роб.

Алан выскочил из кареты, впустив внутрь очередной порыв ветра и стену дождя.

Несколько секунд спустя он вернулся уже мокрый до нитки.

Карета дернулась, затем медленно тронулась вперед.

– Добрались до Айонской пристани, – сказал мужчина, наощупь разыскивая на сиденье что-то, чем можно было вытереть лицо и волосы.

– Ай, Алан! Это же моё платье! – возмутилась Марго.

Под хихиканье Роба карета въехала на мощенную булыжником улицу Айонской пристани. Звонкое цоканье копыт и стук колес по камню показались Марго чуть ли не музыкой. Какой бы плохой не была гостиница, она могла обещать крышу над головой, тепло, свет и хоть какую-то еду.

Опасения и ожидания Марго были практически в равной степени разрушены и оправданы. Крыша над головой была им предоставлена. Правда, в углу комнаты, которая заменяла хозяевам столовую, стоял таз, в который ритмично капала вода с потолка. Зато в крошечном покрытом сажей камине теплился огонёк. Дымом, однако, пахло так сильно, что у Марго сразу же запершило в горле.

С хозяевами гостиницы разговаривал Алан. То ли благодаря его настойчивости, то ли благодаря дополнительным монетам, то ли по другой какой-то причине, путешественников разместили с потрясающей скоростью.

Всего через десять минут после прибытия в Айонскую пристань Марго уже сидела на почти свежей постели в крошечной комнатке на втором этаже здания. Братья разместились в комнатах слева и справа от комнаты сестры.

В отличии от столовой, в этом помещении проблем с протекающей крышей не было. Света от двух крошечных свечек хватало, чтобы оглядеться, а посмотреть здесь было на что.

Марго никогда ещё не видела такой странной комнаты.

Маленькое окно, размещенное почти под потолком, со всех сторон было обложено чем-то похожим на мешочки с песком. Открыть окно возможности не было никакой. Марго приложила пальцы к раме, но не ощутила ни малейшего движения воздуха, а ведь снаружи бушевал сильный шторм.

Девушка подхватила свечку в стареньком блюдце со сколотыми краями и внимательно осмотрела входную дверь. По периметру она была обложена похожими мешочками с песком, только большего размера. Замочная скважина, некогда выполнявшая свои прямые функции, была залита чем-то похожим на смолу или свечной воск. В качестве альтернативы врезному замку изнутри к полотну двери наискосок была прибита щеколда.

Марго отодвинула щеколду, потом задвинула обратно. Кроме этих двух странностей, в комнатке не оказалось ничего любопытного. Кровать, старый стул с протертой обивкой, круглый стол с кувшином воды, таз для умывания, поднос с сыром и хлебом и собственный сундучок Марго с самыми необходимыми вещами.

Обстановка комнаты, а особенно полная воздухонепроницаемость на несколько секунд ударили по чувствам девушки. Появилось желание выбить окно, чтобы впустить внутрь ветер и дождь.

Однако, она тут же сделала медленный вдох – выдох, и занялась приготовлениями ко сну.

Когда она уже укрылась одеялом и тянулась, чтобы задуть последнюю свечку, в дверь слабо постучали.

– Марго, все в порядке? – хором спросили Алан и Роб.

– Да, – отозвалась девушка.

– Спокойной ночи.

– Спокойной ночи.

Марго задула свечу, натянула одеяло до подбородка и тут же провалилась в благословенный сон без сновидений.

Глава 2.

День начался с грохота и криков из соседней комнаты. Марго испуганно вскочила с постели и судорожно заметалась по комнате в поисках халата, пока из коридора не донеслись ругань Алана и хохот Роба.

Девушка тут же расслабилась. Если они смеются и ругаются, то точно живы и здоровы. Паника отошла, вернулись спокойствие и память, последняя услужливо подсказала, что искать халат нет никакой необходимости, потому что он уже на ней.

Вчера вечером было так холодно, что снимать его было равносильно добровольному согласию замерзнуть ночью насмерть.

Марго добралась до двери, с трудом сдвинула ржавую щеколду и выглянула в коридор.

Алан в полурасстегнутой рубашке рычал на бледного хозяина гостиницы, к тому жалась сонная черноволосая девочка на вид лет пятнадцати, а Роб привалился к перилам лестницы и обозревал разыгравшуюся перед ним сцену с тем же видом, с которым ходил обычно в театр на комедии.

– Что происходит? – спросила Марго младшего брата.

– Мы до середины ночи играли в карты, потом в моей комнате пили вино. Под утро брат решил умыться и переодеться, пошел к себе, а там спит вот этот подарочек, – Роб кивнул на дочь хозяина гостиницы. – Судьбу свою решила устроить. Выскочить замуж за молодого господина.

– Она же ещё совсем ребенок! – воскликнула Марго.

– Наша с тобой кузина выскочила замуж в четырнадцать, – пожал плечами Роб. – И её никто не заставлял. А вот эту девчонку явно мать научила как себя вести. То-то она вчера спрашивала не женат ли Алан.

Роб опять засмеялся, за что тут же получил тычок под ребра от старшей сестры.

– Ты бы поспал. Нам сегодня ещё в путь отправляться. Кстати, я не слышу дождя.

– Часа два назад как перестал. Именно это мы с Аланом и отмечали, – заявил Роб.

– Который сейчас час?

– Около пяти утра.

Марго прикинула, сколько времени необходимо Робу, чтобы хоть немного поспать и привести себя в порядок.

– Выезжаем в десять. Отправляйся в свою комнату и поспи.

– Но они ещё не закончили! – возмутился Роб. – Я пропущу любопытнейший скандал!

– Их я тоже сейчас отправлю по комнатам, – пообещала Марго, подталкивая брата в сторону его спальни.

Едва дверь за ним захлопнулась, девушка повернулась к старшему брату. Хозяин гостиницы слабо отбивался от нападок Алана, а девица откровенно зевала.

Минут пять спустя двое местных, недовольно бормоча что-то себе под нос, отправились на первый этаж, а за рассерженным Аланом с грохотом захлопнулась дверь его комнаты.

Марго кашлянула.

Из комнат братьев раздался дружный лязг щеколд.

За время её отсутствия температура в комнате, кажется, упала ещё на несколько градусов. Постель успела основательно остыть, и сколько Марго не вертелась, пытаясь согреться и поспать ещё немного, сон не шел.

В голову лезли всякие мысли, миллион сомнений кружил над уже принятыми решениями. Она выбрала дорогу, старательно по ней шагала, но каждое движение вызывало головную боль и состояние близкое к панике.

Всё не так. Всё не то.

Марго перевернулась на спину и бездумно уставилась в низкий дощатый потолок.

Почему ощущение, что она сошла с правильного пути никак её не отпускает? Какой тогда путь был ей предназначен?

С десяти лет Марго знала, что однажды ей предстоит выйти замуж за некоего мужчину, о браке с которым её родители договорились едва ей исполнился год.

По началу свадьба казалась чем-то безмерно далеким и абсолютно непонятным. Чего ради ей выходить замуж, если можно прожить всю жизнь с родителями и братьями? Та жизнь, что подарили ей Небеса, уже идеальна. Так чего же желать?

Постепенно, под давлением матери, свадьба начала приобретать несколько романтические черты. Мама говорила, что её будущий жених уже безмерно влюблен. А ещё он красив, умён и превосходно воспитан. Пускай даже он немного старше.

Потом мама тяжело заболела и быстро угасла.

Свадьба утратила весь свой романтизм, но стала более реальной, чем была когда-либо.

Спустя семь лет после смерти матери, Маргарет подошла к отцу и заявила, что готова к браку. Оттягивать смысла больше не было. Большинство её родственниц и подруг обзаводились мужьями лет в семнадцать – восемнадцать. На неё уже начали поглядывать, как на старую деву.

Небольшая заминка возникла после того, как отец сообщил новость братьям.

Алан и Роб вовсе не обрадовались грядущим переменам. Алан заявлял, что сестра не может выйти замуж раньше, чем он соберется женится – принципы старшинства ещё никто не отменял. Да и слишком юна Марго, чтобы становиться чьей-то женой.

Возражения Роба здесь приводить нельзя – они содержали слишком много нецензурной брани.

Споры закончились хлопаньем дверей и недельным обиженным молчанием между тремя ближайшими родственниками. Отец в конфликте придерживался меланхоличного нейтралитета. После смерти горячо любимой супруги жизнь для него растеряла немало красок. Он любил работать – благодаря этому бизнес его развивался и приносил значительную выгоду, он беспокоился о младшем сыне, так как считал, что бедная супруга не успела должным образом позаботиться о его воспитании и образовании.

В остальном он рассчитывал на наследника и дочь, справедливо полагаясь на их образование и положительное влияние, которое оказывала на детей ранее мать.

Стоит ещё отметить, что Маргарет мистер Росс нередко побивался, замечая в ней силу характера, которой не обладал ни он сам, ни его благородная супруга. Соглашаться с мнением дочери он начал с того момента, как она научилась разговаривать. Всё – начиная от поедания немереного количества конфет и заканчивая замужеством – находило его поддержку и одобрение.

При воспоминании об отце, у Марго защемило сердце.

Бедный, добродушный, любимый папа! Удивительно, что при таком попустительстве, она не выросла наглой тщеславной девчонкой.

Громкий стук в дверь заставил Марго вздрогнуть и резко сесть.

– Вставай! Подъём!

– Что? Который час? – сонно спросила девушка, удивляясь тому, что успела заснуть. Из крошечного окна потоками лился яркий солнечный свет.

– Дождя нет, но есть новости. Одевайся. Мы с Робом ждем тебя в столовой.

Обрадованная новостью о том, что долгожданная перемена погоды продлилась больше пары часов, Марго собралась за считанные минуты. Она привычно затянула корсет, ослабленный на ночь. За время путешествия она снимала его всего пару раз. Неплохо бы совсем избавиться от этого адского изобретения, но кто его потом будет затягивать? Взять с собой свою горничную Марго не могла, попросить о помощи постороннего человека не желала, а Роб как-то так затянул корсет, что Марго потеряла сознание едва села в карету. После этого неприятного инцидента братья клятвенно пообещали сжигать в костре все корсеты, которые попадутся им под руку.

Быстро умывшись и пригладив волосы, Марго закинула в сундук личные вещи, заперла его, сунула ключик в карман юбки и почти бегом спустилась по лестнице.

При свете дня столовая имела ещё более удручающий вид. Таз, наполовину заполненный грязной водой, так и стоял в углу. Старые выгоревшие обои пузырями отходили от стен, пол предательски скрипел при каждом шаге, а в воздухе стоял устойчивый запах сырости и гари.

Три крошечных круглых стола в столовой были накрыты обычной снедью в этих местах – всё, что дала земля. Немного овощей, яйца, сыр и хлеб.

– Кофе нет, даже не надейся, – сказал Роб, когда Марго присоединилась к нему и Алану. За соседним столиком гремела ложками семья хозяев, ещё один стол, накрытый на одну персону, – пустовал.

– Обойдусь водой, – улыбнулась Марго. – Дождь закончился! Моё настроение ничем не испортить.

– Ха! – выдал Роб, смачно разжевывая крошечный помидор.

– Что такое?

Алан медленно отложил вилку и нож и поставил локти на стол.

– Боюсь, что мы тут застряли, – сказал он.

– Что? Почему?

– Впереди большая река. Пару дней назад из-за дождей мост через реку был поврежден, а вчерашняя буря окончательно его добила. Местные говорят, на восстановление уйдет не меньше пары недель, а то и месяц.

– Что? – ахнула Марго.

Хозяева гостиницы, явно прислушивавшиеся к разговору постояльцев, начали жевать в два раза медленнее.

– Месяц? – Марго откинулась на спинку стула и схватилась за голову.

Они почти на месте. До особняка будущего супруга около суток пути. Всего. А сколько позади!

– А объезд? Может, есть дорога в объезд?

Тройка за соседним столом даже перестала делать вид, что не подслушивает.

– Есть переправа. Местные ходят в деревню на том берегу на рынок. Наши лошади там не пройдут, карета не проедет.

– О Небеса!

– Есть ещё кое-что, – включился в разговор Роб. Он стукнул о край тарелки яйцо и принялся методично снимать скорлупу.

– И что же? – не выдержала Марго.

– Назад тоже нельзя. Дорогу размыло. Чудо, что мы вчера вообще смогли добраться.

Роб закинул целое яйцо в рот, присыпал сверху солью и начал с удовольствием жевать, не обращая ни малейшего внимания на сердитое лицо сестры.

– А тебе, я смотрю, все нравится? – с ухмылкой спросил Алан.

Роб пожал плечами.

– Моя сестра как минимум еще несколько недель не вляпается в брак с каким-то стариком. Жизнь – сказка.

Марго с грохотом отодвинула стул и выскочила из столовой. Перед лестницей она на секунду замерла, пытаясь выровнять дыхание, и старательно убеждая себя, что это вовсе не очередной знак свыше. Боги, она также глупа, как и кузина Натали! Невероятно!

Марго подхватила юбки и начала подниматься по лестнице. Ей просто нужно немного побыть наедине с самой собой. Знаки свыше! Глупости!

Марго так сосредоточилась на собственных мыслях, что абсолютно не смотрела по сторонам. Поднимаясь, она неожиданно сильно ткнулась лбом во что-то странное. Нога соскользнула со ступеньки, рука схватилась за воздух, и спустя краткий миг ощущения падения, кто-то обхватил Марго за талию, развернул и прижал к перилам лестницы.

Девушка растерялась. Она уперлась взглядом в темно-синий жилет, нос ощутил запахи виски и табака, над ухом раздалось отчетливо мужское хмыканье.

Марго отлепила глаза от золотых пуговиц на жилете и подняла голову выше. Выше шеи, выше подбородка с щетиной, выше носа с горбинкой и уперлась в абсолютно непроницаемые черные глаза, под густыми черными бровями.

Словно завороженная, девушка молча смотрела в чужие глаза и ощущала под ладонью ровное биение сердца. Её собственное сердечко билось о грудную клетку, как птица в силках.

– Вам стоит быть аккуратней, милая леди, – тихо, почти интимно сказал мужчина.

Марго сглотнула, попыталась выразить благодарность за спасение, и ещё хотела попросить отодвинуться, но, кажется, только покраснела.

Мужчина криво ухмыльнулся.

– Или вы проделали это специально? Чтобы я вас подхватил?

Широкая мужская ладонь переместилась с перил лестницы на бедро Марго.

Тут самообладание, голос и дурное настроение разом нашли Маргарет Росс.

– Да что вы себе позволяете!

Марго рявкнула так, что мужчина резко шарахнулся в сторону.

– Вы! – она хотела придумать что-то крайне обидное, но на крик прибежали братья и брань пришлось отложить до лучших времен.

Марго тряхнула юбками, задрала подбородок повыше и максимально быстро скрылась за дверью своей комнаты.

В спину ей донесся голос неизвестного мужчины.

– Всегда пожалуйста, милая леди.

Глава 3.

Братья оказались у комнаты Марго только через двадцать минут. За это время она успела слегка успокоиться и перестала нервно расхаживать по комнате.

Сначала проблема с дорогами, потом ещё этот…

Непонятно кто!

Если бы Марго была до конца честна сама с собой, то быстро осознала бы, что вынужденная задержка вполне её устраивает, а «грубый мужлан» вполне вероятно спас ей жизнь. Она вполне могла сломать себе шею, падая с лестницы. Ну, или ногу.

Следовало бы поблагодарить его. Вместо этого Марго решительно задвинула щеколду на двери.

И отправилась отпирать сразу после стука братьев. Они всегда так стучали, когда знали, что она злится. Три быстрых стука – два – один.

– Что? – сердито спросила Марго, распахивая дверь.

– Не злись. Мы ни в чем не виноваты, – заявил Роб, по-хозяйски входя в комнату. Он ничком рухнул на кровать, скинул сапоги и свернулся комочком.

– Спать хочу.

Алан закрыл дверь и посмотрел на сестру со смесью жалости и опасения.

– Ругаться больше не буду.

Марго тяжело вздохнула и села на постель рядом с младшим братом.

– Что будем делать? – спросил Роб. Голос его был глухим из-за подушки, которую он положил себе на голову, прячась от солнечного света.

– Останемся пока здесь, – пожала плечами Марго. – Что ещё остается? Будем ждать пока не просохнут дороги или пока не починят мост.

Роб резко откинул подушку и сел на постели. В его взгляде промелькнуло что-то похожее на надежду.

– Хочешь сказать, что есть шанс…

Фразу он не договорил, напоровшись на взгляд старшего брата.

Марго обхватила себя руками и отвернулась от братьев. Она хотела подойти к окну, чтобы по привычке, как дома, посмотреть на природу за окном. Дома за окном была речка, лентой уходящая за горизонт.

– Сперва мы сменим гостиницу, – сквозь зубы выдавила Марго.

Вместо речки её взгляд уперся в оштукатуренную стену.

– В моей комнате вообще окон нет, – пожал плечами Алан.

– Это да, – Роб тоже оглянулся на крошечное окно под потолком. – В моей комнате воздух как в склепе. Кстати, Грег сказал, на другом конце деревни есть гостиница на порядок лучше этой. Он туда завтра переедет.

– Кто сказал? – напряглась Марго. – Тот мужлан на лестнице?

– Ага. Тот мужлан, который не дал тебе свалиться с этой лестницы, и который так и не услышал благодарности.

– Роб, – предостерегающе сказал Алан.

– Он меня… Он положил руку мне на…

– Стоило сказать хотя бы «спасибо», – пожал плечами Роб, снова заваливаясь на подушки. – И сотни девиц в столице сказали бы ему спасибо только за одну его руку на их прелестных…

– Роберт Росс! Сейчас же закрой свой рот! – отчеканила Марго.

Роберт был не справедлив к Айонской пристани, называя её деревней. Это был довольно крупный поселок на берегу широкой реки, которая некогда являлась крупной переправой. В последние несколько десятков лет река потеряла особое значение для перевозчиков, и население поселка сильно сократилось. Однако же Айонская пристань до сих пор оставалась важной точкой на карте.

Река носила имя какого-то древнего божества по имени Айне. На какой слог в этом слове нужно было ставить ударение, Марго не знала, но решила разобраться в этом вопросе, во время посещения местной библиотеки.

Хозяйка новой гостиницы, где семейство Росс арендовало три соседних комнаты на втором этаже, сказала, что библиотека, конечно, не может конкурировать со столичными, но в ней собрано множество современных произведений и приличный архив.

И хозяйка, и гостиница понравились Марго гораздо больше предыдущих.

Хозяева предыдущей гостиницы, когда Алан покидал комнату, скрипели зубами, а их дочка получила затрещину от матери.

В этой гостинице, кроме семьи Росс, была занята ещё одна комната. Это «приятный молодой мужчина», как сказала хозяйка.

Марго нисколько не сомневалась, что знала этого молодого и приятного.

Его комната располагалась через комнату от Марго.

Девушка всерьез жалела, что он не поселился на первом этаже, тогда бы она возобновила уроки танцев.

Сама комната не особенно отличалась от предыдущей. Разумеется, она была несколько больше, имела нормальное окно, комод и большую кровать с двумя прикроватными тумбочками.

Однако, странности из предыдущего места переехали вместе с Марго. По периметру окна были прибиты продолговатые мешочки, плотно набитые чем-то, похожим по текстуре на влажный песок. И думать не стоило о том, чтобы открыть окно. Марго приложила пальцы к раме, но не ощутила ни малейшего движения воздуха.

На дверном косяке, и на самой двери болтались похожие мешочки, но меньшие по размеру.

Удивительно, но и в других комнатах, и даже на кухне, все было так же.

Пока готовили комнаты, Марго не выдержала и спросила хозяйку, для чего нужны все эти ухищрения. На что получила ещё более странный ответ. Якобы по ночам в этих местах ужасно неприятно пахнет. Вонь доносится до Айонской пристани с окружающих реку болот.

Ни о каких болотах здесь Марго не слышала, хотя она серьезно готовилась к предстоящей поездке ещё дома, и изучила массу литературы.

Впрочем, она могла что-то пропустить.

Марго клятвенно пообещала не открывать окно, и оставила хозяйку следить за уборкой комнат.

Братья отдыхали в столовой, удобно устроившись на низком диване. Рядом с ними стоял кофейный столик, заставленный всевозможными закусками. В центре возвышался огромный кофейник, выпускающий из носика струйку пара.

Марго по запаху определила превосходный кофе.

– Налить тебе чашечку? – со странной хитрой улыбкой спросил Роб.

– Да, пожалуйста! – взмолилась Марго.

Она с наслаждением вдохнула терпкий аромат кофе, сделала маленький глоток и едва слышно простонала.

– Великолепный напиток, правда? – так же хитро спросил младший брат.

– Идеальный! Откуда в такой глуши настолько редкий сорт? Папа привозит его каждый раз из поездок в столицу, и он не раз ворчал по поводу его цены.

– Точно, – хмыкнул Алан. – Как папа постоянно говорит? Что дочери обходятся дороже сыновей? Помню, однажды, когда он увидел счет от швеи за твои наряды, то попросил маму не рожать больше дочерей.

– И после этого у них родился Роб? – спросила Марго, косясь на младшего брата, известного в семье модника.

Алан кивнул, а Роб поправил белоснежный шелковый галстук, повязанный с небрежным изяществом.

Все пятнадцать дней пути он, видимо, ужасно страдал, вынужденный одеваться максимально просто. Марго подумала, что в ближайший месяц их ждет целый парад мужской моды. Не зря же багаж Роба был больше багажа девицы на выданье.

Роб хмыкнул и постарался вернуть разговор на нужную ему тему.

– Так тебе нравится кофе, дорогая старомодная сестрица, которая до сих пор носит уже пару лет как вышедший из моды корсет?

– Носить платье без корсета просто неприлично! – прошипела Марго. Было видно, что подобный спор ведется уже давно.

– Как же, как же. Так и вижу, как твой драгоценный лорд Браун гонит тебя с порога, стоит тебе показаться без корсета, – проворчал Роб.

– Роб, пожалуйста, – схватился за голову Алан.

– А кофе, между прочим, из личных запасов Грега, – выдал Роб.

Марго посмотрела на брата, потом ещё раз вдохнула благородный аромат кофе и выпила остатки одним глотком.

В конце концов, есть вещи важнее ссор и споров. И одна из этих вещей – хороший кофе.

Чуть позже в тот же день Алан представил сестре её новую горничную.

Это была ещё совсем девчонка лет тринадцати на вид. Было заметно, что одежда горничной ей велика, а белоснежная шапочка постоянно сползала на глаза.

Алекса, так звали девочку, выразила горячее желание помогать леди во всем. Марго подарила девочке пару шпилек с крошечными жемчужинками, чтобы подколоть головной убор, и заслужила самую горячую благодарность.

Не желая встречаться с новым постояльцем, который, по словам Роба, собирался вот-вот появиться, Марго отправилась на прогулку.

Она максимально мягко отказалась от сопровождения Алана, клятвенно заверив, что вернется максимум через два часа, и в сопровождении новой горничной покинула ворота гостиницы.

При ярком свете солнца Айонская пристань показалась Марго торжественной и невероятно мрачной. Дома, построенные из какого-то черного камня, поднимались на несколько этажей вверх. Марго видела здания гораздо выше этих, но здесь, посреди степи, на фоне голубого до прозрачности неба, уходящие вверх шпили, казалось, подпирали небеса. На некоторых домах, несмотря на почти полное отсутствие ветра, неожиданно громко выли флюгеры. Довершало картину катастрофически малое количество растений.

Несмотря на кажущуюся мрачность, Марго не чувствовала опасности. Прохожие кивали со странной смесью из почтительности, любопытства и осторожности. Ей уступали дорогу, пару раз предложили купить местных продуктов. Странно черные камни домов почти излучали тепло. Солнце, гревшее слабо, умудрялось прилично нагревать камень.

Мощенная булыжником мостовая звонко откликалась каблукам Марго.

Через некоторое время прогулка начала приносить удовольствие. Новые люди, новые места – изменения всегда к лучшему. Да и она порядком заскучала во время путешествия.

Что не говори, а физические упражнения очень влияют на состояние ума. Марго как-то вычитала эту мысль в одной из книг в библиотеке, и с тех пор, едва настроение начинало портиться, отправлялась в парк у дома на прогулку.

Гуляла она обычно одна. Алан был постоянно занят, он с головой погрузился в дела отца, а Роб никогда не хотел испортить костюма.

По пути девушка наткнулась на здание местной библиотеки. Высокое в пять этажей строение выделялось на общем фоне яркими витражными окнами. Жёлтое солнце било лучами в разноцветные стекла и наверняка очень красивыми бликами танцевало по стенам внутри.

Марго захотелось войти, но большая двухстворчатая дверь оказалась заперта.

– Закрыто?

– Уже не работает, госпожа, – раздался позади тихий голос.

Марго успела совершенно забыть о своей спутнице и теперь испытала острый приступ стыда. Девочка должно быть устала, её обувь была совершенно неподходящего размера.

– Уже поздно?

– Да, госпожа. Давайте вернемся короткой дорогой. Скоро станет совсем темно.

С последней фразой Алекса поёжилась и испуганно огляделась.

– Боишься темноты? – улыбнулась Марго.

– Нет. Вовсе нет. Пойдемте здесь?

Алекса указала тоненькой ручкой на тропинку между домами и отвела взгляд от лица Марго.

Марго не оставалось ничего другого, кроме как последовать совету девочки.

Тропинка принялась вилять между зданиями и частными домами, откуда порой вырывались резкие запахи, исходящие от домашнего скота. Чем ниже опускалось солнце, тем испуганнее дышала за спиной Алекса. Её шаг сбивался, она начала прихрамывать, но на все предложения Марго замедлить шаг, девочка отвечала отказом и просила поспешить.

Наконец, спутницы выбрались к городской стене и в проеме между домами показался знакомый бок гостиницы.

Алекса выдохнула и слегка замедлила шаг.

– Иди вперед и попроси подать ужин в мою комнату, – сказала Марго. Алекса кивнула и направилась в сторону гостиницы.

Минуту спустя Марго потеряла её из виду.

Девушка прикоснулась ладонями к гладким камням, из которых была собрана стена, и закрыла глаза.

Возможно, это даже хорошо, что они задержались в пути. Будет время подумать.

Нет, она вовсе не собирается думать о том, стоит ли ей выходить замуж – это дело уже решенное.

Вместо этого ей стоит решить, как вести себя с будущим мужем. Как им лучше узнать друг друга, как построить семейную жизнь, похожую на то, как жили её родители.

Об этом определенно стоило подумать.

Марго, не открывая глаз и касаясь кончиками пальцев стены, сделала пару шагов.

Внезапно носок ботинка коснулся чего-то и раздался звук, с которым стекло скользит по камню.

Марго резко открыла глаза. Чуть дальше её правой ноги на земле лежала темно-зеленая бутылка с длинным горлышком. В таких обычно хранили домашнее вино.

Бутылка была пустой, однако, горлышко было забито куском серой ткани, облито сургучом и крепко перевязано толстым жгутом.

Сама не понимая зачем, Марго взяла бутылку в руки и поднесла к последним лучам закатного солнца.

Бутылка на самом деле была пустой.

На мгновение Марго показалось, что внутри клубится дым. Она чуть повернула бутылку в руках и дым пропал. Скорее всего, просто померещилось.

– Миледи! – раздалось внезапно.

Марго вздрогнула и машинально сунула бутылку в карман юбки.

– Миледи, прошу пройти в гостиницу. Солнце садится.

Мужчина в старой солдатской форме кивнул в сторону гостиницы и нахмурил кустистые брови.

На секунду Марго замешкалась, гадая, откуда незнакомец узнал, где именно она поселилась, но удивление быстро прошло.

В этом небольшом поселке путешественники, должно быть, редкое явление.

– Будьте осторожны. Не покидайте гостиницу после наступления темноты.

Это предостережение показалось девушке зловещим и таинственным, но, возможно, все дело в разливающихся сумерках и излишней впечатлительности.

Марго кивнула солдату и направилась к гостинице максимально спокойным шагом.

У самой двери она обернулась, ожидая, что солдата уже и след простыл.

Мужчина стоял на том месте, где она его оставила, и пристально смотрел ей вслед.

Марго поежилась и толкнула дверь.

Девушку тут же окружили запахи привычного мужского времяпрепровождения. В небольшой, но чистой гостиной пахло дорогим кофе, крепким алкоголем и сигаретами.

Трое мужчин, включая двух её братьев, играли в какую-то карточную игру.

К стыду своих братьев, Марго в карты не играла. Совсем.

К двадцати годам она не выучила ни одной карточной игры. Этот факт нередко заставлял общество, которое собиралось по субботам в доме отца, смотреть в её сторону с легким недоумением.

Братья несколько раз порывались обучить Марго игре в карты, но у неё не оказалось таланта.

И желания тратить время на глупости.

– Ещё пять минут и я собирался искать тебя, – недовольно отозвался Алан, едва увидел сестру на пороге.

Игра у него не шла. Как обычно.

А вот Роб был как всегда доволен и полностью расслаблен.

Он часто говорил, что нелюбовь Марго к картам и постоянное невезение Алана, помогали ему выигрывать. Будто бы все карточные таланты брата и сестры достались одному Робу.

Алан с таким утверждением был категорически несогласен, Марго вовсе не считала, что существует «карточный талант».

Третий игрок сидел спиной ко входу и Марго против этого никак не возражала.

Было бы просто великолепно, если бы они её вовсе не заметили. Она прошмыгнула бы мимо них тихо, как мышка, и скрылась за дверьми своей комнаты.

Однако, её желание никак не могло осуществиться, потому что мужчина уже начал оборачиваться.

Марго замерла, ожидая, что будет дальше и не делая никаких попыток изменить ситуацию.

Мужчина обернулся, посмотрел Марго прямо в глаза и слегка склонил голову на бок. Одна его рука спокойно лежала на спинке стула, другая прикрывала карты на столе. Ноги широко расставлены, первые три пуговицы на белой рубашке расстегнуты. Весь его облик говорил о том, что ему вполне комфортно, он расслаблен и что он, точно так же, как и Марго, не собирается делать никаких попыток изменить ситуацию.

В голове Марго крутилась всем давно известная истина – мужчина не может просто так представиться даме, он должен быть представлен кем-то из общих знакомых.

Марго посмотрела на братьев. Алан напряженно всматривался в карты и не замечал развернувшейся перед ним драмы.

Роб же прекрасно видел возникшую неловкость и вовсю ею наслаждался.

Марго мысленно наградила братца парой нелестных эпитетов. Откуда-то совсем не к месту пришла мысль о том, что заочно они уже знакомы. Роб, кажется, называл имя своего приятеля.

Да и в той сцене на лестнице была определенная доля её вины. Незнакомый человек спас её от падения, а что сделала она? Даже не поблагодарила.

Марго ощутила резкий прилив чувства вины. Она откашлялась и уже была готова начать разговор, как мужчина резко вскочил со стула и направился к ней. На его лице появилось выражение проказливой любезности. Если такое, конечно, существует.

– Вы, должно быть, леди Маргарет? Сестра моего дорого друга Роберта?

И когда же эти двое успели стать «дорогими друзьями»?

Пока Марго пыталась одновременно испепелить младшего брата взглядом и придумать достойный ответ, мужчина схватил её ладонь и приложил к своей колючей щеке.

– Грег Ганн, к вашим услугам, миледи.

– Маргарет Росс, – пробормотала девушка, пытаясь незаметно вытянуть свою ладонь из захвата мужчины.

– Прошу простить меня за ту сцену на лестнице. Кажется, вы меня неправильно поняли. Роберт мне все рассказал, – Грег кивнул на сидящих за столом братьев Росс. Роб усмехнулся и потянулся за бокалом с виски.

– Я только хотел проверить, не повредили ли вы бедро. Мне показалось что вы ударились, когда я вас подхватил.

Марго перевела взгляд с брата на нового знакомого. Выражение его лица вполне соответствовало тону и невинному выражению лица. Однако, Марго была уверена, что над ней просто издеваются.

– У вас есть медицинское образование? – спросила она с холодной вежливостью.

– Нет, но он прекрасно разбирается в женщинах, – пьяно выдал Роб.

Алан, наконец, отвлекся от своих карт и сердито посмотрел на младшего брата.

– Когда ты успел так набраться?

– Пока ты проигрывал.

Грег, словно бы расстроенный словами Роба, отпустил руку Марго и отступил на шаг.

– Ещё раз прошу простить.

Он вернулся за стол, больше не взглянув на девушку.

Марго, смущенная и растерянная, не зная, что ещё сказать, развернулась на каблуках и направилась в комнату.

Все время, что она поднималась по лестнице и до тех пор, пока за её спиной не захлопнулась дверь комнаты, за столом звенела пронзительная и явно напряженная тишина.

В комнате Алекса заканчивала накрывать на стол. После прогулки Марго изрядно проголодалась и проглотила предложенное угощение, почти не ощущая вкуса еды. Её мысли лихорадочно метались от странного предостережения солдата до надвигающегося знакомства с женихом.

Возможно, этот мужчина был местным констеблем. Но для представителя закона у него слишком уж потасканный костюм. Возможно, стоит написать письмо отцу, чтобы сообщить об их затруднениях в пути. Когда они отправляли весточку в последний раз?

Разве все населенные пункты, что встречали их на пути, были обнесены такой мощной стеной? Эта стена выглядела едва ли не моложе костюма солдата.

От мыслей Марго отвлек звон посуды и легкое покашливание.

Алекса выжидающе поглядывала на госпожу, держа на вытянутых руках поднос, нагруженный грязной посудой.

– Прикажете принести ванну, миледи?

– Не стоит. Сегодня будет достаточно таза с горячей водой.

Алекса кивнула и скрылась за дверью.

Марго умирала от желания принять ванну, но не могла представить себе эту хрупкую девочку, нагруженную огромными ведрами с водой.

Умывания в тазу, как и предполагала Марго, оказалось недостаточно, но лишения скрасил тот факт, что она наконец-то избавилась от корсета.

Девушка уже собиралась задуть последние свечи, когда в её дверь постучались.

– Ещё не спишь? – пьяно хихикая спросил младший брат, вваливаясь в комнату.

– Сплю, – резко ответила Марго, собираясь вытолкать Роба в коридор.

Однако, вошедший следом Алан оттеснил сестру от двери, закрылся на щеколду и уселся за стол.

Роберт, постоянно запинаясь, добрался до кровати и рухнул на неё ничком.

– Почему бы вам не разойтись по вашим комнатам? – предложила Марго, наблюдая как Роб пытался стащить кожаные сапоги с длинным голенищем. Без помощи рук.

– Хотели тебя проверить, – заявил Алан.

– Лучше бы ты проверил Роберта. Почему он так набрался?

– Сначала отмечал выигрыш, потом запивал проигрыш.

– Если отец узнает, что он опять пьет и играет, у него будут проблемы.

Алан хотел что-то ответить, но был прерван сопением и возней с кровати.

Робу удалось сесть с третьей попытки, стащить сапоги с пятой.

– Почему… почему… мгм… – начал было Роб, но запнулся. По его лицу было понятно, что мысль пропала, а он никак не мог её отыскать.

– Почему ты так жестока… ик… с моим другом!? – наконец выдал младший братец.

– С твоим другом?

– Да! С Гор… с Гер…

– Ты даже имени его выговорить не можешь! Как много ты выпил? – всплеснула руками Марго.

– С Грегом!

– Я не считаю, что веду себя неправильно, – покачала головой девушка.

– Да? Да? А ведь, ты вполне можешь его захом… захм… зам… эмм…. получить!

Марго слегка опешила из-за резкого перехода от неоправданной жестокости к любви, но всё-таки смогла выразить своё удивление словами.

– Ты говоришь потрясающие глупости.

– Любая девица в стране мечтает его захм… замом… получить. А тебе достаточно сделать так…

Роб пьяно заулыбался и начал манить сестру сгибая и разгибая указательный палец.

Марго подошла и слегка толкнула брата в плечо, от чего тот завалился на спину и пару мгновений спустя захрапел.

– Я уже восемнадцать лет завидую его возможности засыпать, – восхищенно покачал головой Алан.

– Что за глупости он сейчас говорил про этого лорда? – с подозрением глядя на брата спросила Марго.

Алан тут же поднял руки ладонями вверх.

– Я ничего не знаю. Честное слово.

– Отлично. Ладно, пошли. Ночевать я сегодня буду в его комнате. Здесь мне заснуть не удастся.

Под храп Роба брат и сестра вышли из комнаты. Уже расставаясь у дверей, Марго кое-что вспомнила.

– Сегодня на прогулке я встретила мужчину. По одежде и виду похож на местного констебля.

– И что? – пожал плечами Алан. – Даже в такой дыре должны быть представители закона.

– Не в этом дело. Он сказал мне не выходить из гостиницы после наступления сумерек. Это прозвучало как-то… странно.

– Не выходить? – вскинул брови Алан. – Хозяйка гостинцы сегодня сказала нам тоже самое.

– Это странно, – настойчиво повторила Марго.

– Не более, чем обычно. Глупости это все.

– Может быть, – неуверенно кивнула девушка. – Доброй ночи.

– Доброй ночи.

Глава 4.

Следующие пару дней Марго даже не успела заметить. Она спускалась на завтрак, отправлялась на прогулку, много читала и старалась избегать встреч с другими жильцами гостиницы.

Другой жилец гостиницы, а он до сих пор был в единственном лице, будто бы старательно помогал Марго в этом деле. Завтракал он обычно гораздо раньше, чем семья Росс, большую часть дня проводил где-то за пределами Айонской пристани, а вечера коротал в компании мужчин у камина в общей комнате, наслаждаясь сигаретами, крепким алкоголем и полным отсутствием Маргарет Росс.

Полная и какая-то нарочитая холодность человека, который совсем недавно казался внимательным и обольстительным, задевала и не так, чтобы слегка.

Определенно, что-то есть в этом способе ухаживания, о котором как-то рассказывал ей Роб.

«Сначала будь максимально галантным и навязчивым, потом показательно холодным и отстраненным – и дело сделано».

Марго тогда только посмеялась над выдумками младшего братца. Сейчас она ответила на абсолютно равнодушный поклон Грега Ганна реверансом и с трудом сдержалась, чтобы не выдать вместо дежурной улыбки парочку отборных ругательств.

Почему её задевало его поведение? Она не знала и не собиралась анализировать.

Ей было достаточно признать этот факт и постараться забыть.

Двое суток спустя после первой прогулки по Айонской пристани в гостинице появился ещё один жилец.

Едва ли не самой первой об этом узнала Маргарет, благодаря разговорчивости Алексы.

Девочка рано утром столкнулась на лестнице с неким господином благородного вида с небольшим чемоданчиком в руках. Этого господина вела за собой хозяйка гостиницы.

Увидеть самого жильца местному обществу удалось только за обедом.

В дверях большой комнаты, которая служила одновременно столовой и гостиной, появился невысокий полноватый господин с редкой рыжей шевелюрой. Его короткие волосы, которые он старательно пригладил ладонью перед тем, как представиться соседям, тут же встали дыбом.

– Райт, Том Райт, к вашим услугам, – жилец слегка склонил голову в приветствии, показывая залысину на затылке. – Попал в ужасную передрягу трое суток назад. На повозке вроде как сломалось колесо и лошадь повредила копыто. Вроде как, уже думал, что погибну в этой трясине.

– Грегори Ганн, – встал из-за стола друг Роба.

Грег был выше нового жильца на целую голову, отчего последний явно почувствовал себя неуютно.

Мужчины пожали руки и настала очередь Алана.

– Я Алан Росс, это мой брат Роберт Росс, и моя сестра Маргарет Росс.

Марго вышла из-за стола, старательно глядя в пол, присела в легком реверансе и скользнула назад, успев, однако, мимоходом взглянуть на мистера Райта. В его глазах ей почудился вспыхнувший на секунду интерес, что было вовсе не удивительно, учитывая, что она была здесь единственной женщиной.

Алан пригласил гостя за их столик, слуги принесли ещё один прибор, и разговор завертелся вокруг прошедших дождей, сломанного моста и места, где можно починить повозку мистера Райта.

Марго закончила обед раньше всех и поднялась в свою комнату, оставив мужчин.

Никто, как ей показалось, не заметил её ухода.

На втором этаже, в самом конце длинного коридора, суетились слуги, готовя комнату для мистера Райта. Они о чем-то громко спорили, и Марго плотно закрыла дверь, отрезая себя от постороннего шума.

Мысли девушки вертелись вокруг пополнения в их скудном сообществе. Смешной, но по виду добродушный господин. Роб явно чуть позже явится обсудить его давно устаревший коричневый костюм в полосочку и лаковые туфли.

Костюм мистера Райта напомнил ей про её собственные дела. Вчера во время очередной прогулки она случайно зацепилась подолом за чей-то полуразвалившийся забор и кажется порвала тонкую ткань.

С собой Марго привезла ограниченное количество одежды, поэтому стоило больше уделять внимания вещам и быть аккуратней.

Когда они собирались в дорогу, в карете оставалось не так уж много места из-за бесчисленных сундуков Роба. Этот модник забрал из дома всего четверть своего обширного гардероба, но почти не оставил места для багажа сестры и старшего брата.

Марго открыла крышку сундука и вытащила платье. Тут же раздался глухой звук, как будто что-то ударилось о деревянную стенку.

Марго бросила платье на кровать и снова вернулась к сундуку. Что это могло быть? Кроме одежды она в этот сундук ничего не складывала, а одежда не могла издать такой стук.

В руки попалось что-то продолговатое и холодное. Девушка отодвинула пару объемных юбок и вытащила пустую стеклянную бутылку.

Пару мгновений Марго осматривала находку с недоумением. Как это могло попасть в сундук с одеждой?

Потом в памяти всплыл день первой прогулки по Айонской пристани и все встало на свои места.

Вернувшись в комнату в тот день, она просто закинула бутылку в отрытый сундук, и забыла.

Чего ради она вообще принесла вещь с улицы?

Помнится, как очень давно, когда Марго была ещё совсем девчонкой, мать и служанки выгребали кучу разного мусора из её комнаты.

Все эти красивые камушки, пустые птичьи гнезда и кривые поделки из веточек казались хламом только матери. Марго видела в них настоящие сокровища и подолгу обижалась на всех обитателей дома, причастных к святотатству.

Мамины усилия, затраченные на уборку, нивелировались спустя сутки. Марго возвращала находки на свои законные места в своей комнате, а в качестве протеста дополняла ими убранство гостиной, библиотеки и кухни.

Марго улыбнулась воспоминаниям и сосредоточила внимание на настоящем.

Теперь понятно, почему она принесла эту бутылку с улицы – отдать дань детской любви к клептомании, но зачем кому-то понадобилось так тщательно закрывать абсолютно пустой сосуд?

Марго подняла бутылку к солнечным лучам, льющимся из окна, и полюбовалась зелеными бликами, которые разбежались по комнате.

Действительно, совершенно пустая бутылка, но горлышко было забито непонятной серой тряпкой, залито красным сургучом и плотно обвязано жгутом.

Марго потянула жгут, но он не желал смещаться ни на миллиметр. Она поискала глазами что-то острое и заметила лежащий на столе нож, забытый Алексой ещё утром.

Не самый подходящий предмет, но выбирать не приходилось.

Марго плотно обхватила холодную сталь ножа и принялась не резать, а практически пилить жгут.

От усилий ладони вспотели, но девушке удалось справиться с первым препятствием.

Она остановилась, чтобы вытереть ладони об подол платья, и посмеялась над своими усилиями.

Буквально пару минут назад она была взрослой двадцатилетней женщиной, которая вот-вот выйдет замуж, сейчас же она снова восьмилетняя девчонка и вытворяет очередную глупость, за которую наверняка получит нагоняй от старшего брата если поранит руку.

Марго откинула жгут в сторону и принялась ковырять кончиком ножа сургуч. Он поддался быстрее, чем жгут. Край отошел от стекла, отломился и, поддетый ножом, без проблем соскочил с горлышка бутылки.

За сургучом потянулся прилипший кусок очень старой грязной ткани.

Марго вытащила ткань, и по комнате сразу разнесся неприятный резкий запах.

Она поднесла бутылку ближе к глазам и почти сразу ощутила приступ тошноты.

Стена комнаты подозрительно наклонилась вправо, а потом вместе со стенами пропал и свет.

Марго погрузилась в странное беспамятство. Она перестала что-то видеть, пропал и неприятный запах из бутылки.

Она хотела закричать и позвать на помощь, но, кажется, так и не смогла издать ни звука.

Последним пропал слух.

Прямо после того, как легко скрипнула дверь и раздались чьи-то легкие осторожные шаги.

Марго слышала всхлипы Алексы, чьи-то нервные шаги, ощущала на запястье прикосновение чужих холодных пальцев, один раз сумела разглядеть свет свечи в полной темноте, и часто просыпалась и засыпала под храп Роба.

Она не знала сколько прошло времени, прежде чем она смогла разлепить губы, чтобы ответить на вопросы лекаря.

Очевидно, что это был лекарь. Кем ещё может быть пожилой мужчина с окладистой бородкой в круглых очках, источающий аромат неизвестных трав и спиртовых настоек?

Марго сумела сказать, что у неё ужасно болит голова, шея, спина и даже, кажется, ломит что-то в душе.

Лекарь в ответ на слабые жалобы пациентки задумчиво покивал и вытащил откуда-то крошечную склянку как заправский фокусник.

Таких фокусников Марго видела, когда в поместье отца наведывался бродячий цирк. Худой длинный мужчина в потрепанном камзоле вытаскивал из рукавов длинные разноцветные ленты, букеты искусственных цветов и живых голубей.

Этот фокус Марго никогда не нравился. Она слишком живо представляла себе, какие муки испытывали голуби, прячась в узких рукавах. Должно быть, им было очень страшно и больно.

Она проснулась как-то резко и полностью, все ещё ощущая на губах вкус лечебной настойки.

В горле ужасно пересохло, губы покрылись неприятной корочкой. Кажется, во сне фокусник начал доставать из рукавов графины с кристально чистой прохладной водой, поэтому она и проснулась.

Рядом с кроватью в кресле с потертой обивкой дремал Алан.

Его голова опиралась на согнутый локоть, который готовился соскользнуть с ручки кресла.

Ещё пару мгновений…

– Ты проснулась? – Алан вскочил на ноги и наклонился над постелью сестры.

– Пить.

– Да, сейчас. Секунду.

Алан метнулся к столу, звякнуло стекло и раздался звук льющейся воды.

Марго попыталась сесть, но тело отказалось ей подчиняться.

Пришлось ждать помощи.

Напившись, она почувствовала прилив сил и любопытства.

– Что случилось? – спросила она брата.

Её голос звучал как несмазанное колесо от старой телеги.

– Ты мне скажи. Ты лежишь так уже три дня. Как ты себя чувствуешь?

– Лучше, чем вчера, но хуже, чем три назад, очевидно. Ничего не помню.

– Мы уже хотели на руках вести тебя в город. Местный лекарь потрясающий оболтус.

– Почему? Кажется, я чувствую привкус лекарств во рту. Что он мне давал?

– Снотворное. Весь его арсенал – это снотворное, настойка от боли в горле, лекарство от похмелья и тошноты одновременно, и спирт. Вначале он вообще предположил, что твой обморок вызван беременностью.

Марго почувствовала, как щеки наливаются краской.

– Вот – вот, – хмыкнул брат, наблюдая за смущением сестры. – Роб его хорошенько тряхнул.

– Роб ударил лекаря? – испугалась Марго.

– Не ударил, но высказал свою позицию относительно сохранения репутации старшей сестры предельно четко. Я обычно против насилия, ты знаешь. Но данная ситуация требовала решительных мер.

Алан помолчал пару секунд, наблюдая за сестрой, а потом вернулся к первоначальной теме.

– Что ты помнишь?

– Почти ничего. Помню, что вернулась в тот день в комнату, дальше туман. Потом только плач Алексы. Это она меня нашла?

– Ммм, нет. Тебя нашел Грег.

– Что? Кто?

Ответить Алану помешал стук в дверь. Посетителем оказался лекарь собственной персоной.

Следующие полчаса Марго отвечала на бесчисленные вопросы лекаря. Пожилой мужчина явно обрадовался тому, что его пациентка очнулась и не доставила ему больших проблем.

Потом девушка получила ещё одну дозу снотворного отвара и благополучно уснула под бдительным взором старшего брата.

Алан не отлучался из комнаты сестры до середины ночи, пока его не сменил Роб.

Алан нисколько не сомневался, что у сестры его ждет допрос на тему Грега Ганна. Поэтому он старался не оставаться с ней наедине следующие несколько дней. Он сам ещё не разобрался в том, как относится к новому знакомому.

Что беспокоило наследника семьи Росс больше всего? То, насколько сильно Грег влиял на Роба? Странное внимание постороннего мужчины к его сестре?

Или вина за то, что чужой человек вероятно спас жизнь Марго, в то время как он, глава семьи, пил кофе и смеялся над шутками Роба.

Отец рассчитывал на него. Он надеялся, что сын сбережет младшую сестру и брата в их долгом путешествии.

Алан чувствовал, что он подвел отца, сестру и память их матери.

И он чувствовал себя обязанным незнакомому человеку.

Это ему не нравилось.

Большую часть суток Марго спала. В остальное время в её комнате находился лекарь, его сменяла хозяйка гостиницы со слугами, которые приносили пациентке каши и супы, часами у постели сестры сидел Роб.

Однако, Алан так и не сумел придумать, как извиниться перед сестрой. Рано утром на четвертый день после пробуждения Марго явилась в его комнату и категорично заявила, что больше и минуты не выдержит в этой чертовой гостинице.

– Или ты выведешь меня на улицу или я уйду одна!

Марго была одета в голубое платье, украшенное белыми кружевами и внешне походила на разъяренное приведение.

Спорить с сестрой Алан не посмел и, покорно кивнув, помог ей покинуть стены гостиницы.

Едва оказавшись под солнцем, Марго сделала глубокий вдох и подставила бледное лицо солнцу.

– Теперь мне намного лучше, – с довольной улыбкой сказала девушка.

– Куда хочешь пойти? – спросил Алан.

– К мосту, – мгновенно заявила Марго.

– Слишком далеко. Ты не осилишь.

– Значит обратно ты меня понесешь.

Марго уверенно зашагала вверх по улице.

– Не туда идешь, – покачал головой Алан.

По дороге они почти не разговаривали. Пару раз Марго попросилась отдохнуть и несколько раз напугала брата чрезвычайной бледностью и синюшным цветом губ.

Когда в отдалении показалась вода, Марго остановилась и задумчиво сказала:

– Я ведь так и не знаю, что со мной случилось. Лекарь, этот милейший старичок, сказал, что у меня случился внезапный женский припадок.

– Женский припадок? Что это?

– Понятия не имею, но видимо, что-то связанное с нервами.

– Никогда о таком не слышал, – хмыкнул Алан.

– Я тоже. Тем не менее, он настаивал.

Они помолчали несколько секунд, потом Марго словно вспомнила что-то ещё.

– Ты сказал, что меня нашел Грег?

– Да, – осторожно ответил Алан, потом добавил. – Он поднялся наверх после завтрака, и увидел, что дверь твоей комнаты слегка приоткрыта. Сразу же позвал нас с Робом.

– Роб рассказывает тоже самое, – задумчиво пробормотала Марго.

– Ты сравниваешь показания? – ухмыльнулся мужчина. В его взгляде промелькнуло что-то покровительственное, то, что всегда ненавидели все думающие женщины без исключения.

Марго силой подавила раздражение.

– Пара странностей…

– Каких? – внезапно забеспокоился Алан.

Он не считал происшествие с сестрой «женским припадком» и беспокоился, явственно ощущая свою вину.

– Сколько времени прошло между моим уходом и уходом друга Роба?

– Около получаса, я думаю.

– Но я слышала шаги. Сразу же, как почувствовала дурноту. Я, кажется, что-то нашла в своем сундуке с платьями… Не помню.

– Может, тебе просто показалось?

– Наверное. Но что мне точно не могло показаться, так это дверь, – резко и зло выпалила Марго.

– Дверь?

– Я прекрасно помню, как закрывала дверь. Она не могла быть приоткрытой, как заявляет этот Грег Ганн. Я закрыла дверь!

Марго обернулась к брату. В её глазах горел вызов и уверенность в своих словах.

– Но зачем ему лгать нам? Зачем врываться в твою комнату? – удивился Алан. Он ни на секунду не усомнился в словах сестры.

– Я обещаю тебе, я это узнаю.

Марго зашагала вниз с холма, направляясь к воде. Ярость придала ей сил.

Алан направился следом, глядя на сестру.

Внезапно он почувствовал, что впереди их ждут большие неприятности.

И это предчувствие преследовало их со дня отбытия из дома.

Только добравшись до моста, Марго поняла масштаб проблемы, с которой столкнулась Айонская пристань и её семья.

Река оказалась гораздо шире, чем её описывали в немногочисленных справочниках, которые Марго сумела отыскать ещё перед отбытием из дома.

И кроме ширины, река обладала буйным нравом – мощное течение легко могло утащить за собой не только человека, но и то, что осталось от моста.

Несколько свай были выбиты и мост опасно накренился в сторону, увлекая за собой доски. Эта проблема делала невозможным не только проезд повозки, простой пеший переход казался весьма опасным.

Работа по восстановлению моста, по словам того же Грега Ганна, велась непрерывно. Он рассказывал, что на помощь местным прибыли даже жители соседних деревень.

Утверждениям этого человека Марго и раньше не особо доверяла, но тогда у неё не было доказательств его лжи. Теперь её недоверие было подкреплено фактами.

Вид полуразрушенного моста вверг Марго в депрессию. Прежде ей казалось, что дней, проведенных в этом Богом забытом месте достаточно для восстановления моста.

Этим надеждам не суждено было сбыться. Должно пройти ещё как минимум три или даже четыре недели, чтобы появилась возможность безопасно проехать по мосту.

Марго тоскливо оглянулась на дорогу, по которой они с братом только что прошли. Впервые, с момента принятия решения о замужестве, ей захотелось отступить.

Её, также как и брата, мучали дурные предчувствия. Отличие было только в том, что источником зла для Марго стал определенный человек.

– Марго?

Девушка вздрогнула и повернулась к брату.

– О чем так задумалась?

– Нет. Ни о чем. Идем?

Прогулка до реки оказалась для девушки серьезным испытанием. Ещё не восстановившаяся после болезни, она уже к середине пути оперлась на руку брата. Дорога обратно могла занять вдвое больше времени.

Марго уже хотела было повернуть назад, так и не добравшись до реки, как её слуха коснулся хор женских голосов.

– Там есть женщины? – удивилась девушка.

– Да. Роб говорил, что они тоже помогают, чем могут.

Хорошо укатанная грунтовая дорога привела старших детей семьи Росс к берегу, где расположились небольшие навесы со столами. Вокруг этих столов мельтешили женщины, собирая работникам нехитрый обед.

Центры столов занимали большие тарелки с мясом, овощами и черным хлебом. Тут же, в глиняных графинах стояло вино.

Работа кипела и только несколько человек слегка склонили головы в приветствии, заметив прибытие новых лиц.

Здесь не было места проявлениям галантности, как не было пропасти между разными социальными слоями.

Будь хоть сколько богат, деньги не помогут тебе перебраться через реку без моста. Ты не сумеешь усыпать дно реки золотыми монетами или выложить поверхность акционными бумажками, чтобы пустить лошадей.

Ты зависишь от тех, кто работает здесь и знает, как восстановить переправу.

Марго захотела подойти ближе к воде, где и встретила местного библиотекаря.

Эта пожилая степенная женщина, которая обычно разговаривала исключительно полушепотом, сейчас заливисто хохотала над чьей-то шуткой и ловко нарезала хлеб огромным ножом.

– Доброе утро, мисс! Давно вас не видела, говорят, вы больны! – крикнула женщина.

– Доброе утро, миссис Бинс. Мне уже гораздо лучше, – ответила Марго. Она старалась не показать, что удивлена необычным поведением знакомой.

Как успела узнать Марго, миссис Бинс в местной школе для мальчиков преподавала иностранные языки и историю. Её занятия отличались безупречной успеваемостью и превосходной дисциплиной.

– Зовите меня просто Розой. Мы здесь в простом обществе, без церемоний.

Марго только кивнула, снова оглядываясь на реку.

Она хотела поддержать разговор, но никак не могла придумать тему.

Больше всего Марго интересовала история поселения, а именно, как так случилось, что Айонская пристань и земли вокруг выскользнули из рук семейства её жениха.

Ходили слухи, что предки нареченного отличались пьянством и буйным нравом. Но это были только слухи.

Все дни, что Марго бывала в библиотеке, миссис Бинс была занята и не располагала временем для долгих бесед.

Поиски в местных справочниках и дневниках никаких результатов не дали. Даже больше, несколько справочников значились в каталоге, но оказались утерянными.

Этот факт ужасно расстроил хозяйку библиотеки. Она начала масштабную проверку вверенного ей книжного фонда и окончательно скрылась от посетителей, окруженная облаками пыли.

Сейчас атмосфера более располагала к беседе.

Как назло, в отдалении промелькнул до боли знакомый силуэт Грега Ганна, и мысли девушки потекли в другом направлении.

Алан тоже заметил нового знакомого.

– Ты, должно быть, устала после прогулки. Отдохни немного, я скоро вернусь.

Он пристроил сестру на лавочку возле стола со снедью и скрылся среди рабочих.

Марго осталась в одиночестве, разглядывая ненавистный облик мистера Ганна и гадая, что он здесь делает.

– Хороший молодой человек, этот мистер Ганн, – раздался голос рядом с Марго.

От неожиданности девушка слегка вздрогнула и обернулась.

Рядом оказалась миссис Бинс. Рукава её простого платья были закатаны до локтей, а подол платья заткнут за пояс.

Она подхватила со стола тонкое влажное полотенце и принялась тщательно вытирать руки.

– С первого дня помогает наши ребятам, – добавила женщина, усаживаясь рядом с Марго. – Я по молодости пару лет жила в столице и водила знакомство с его двоюродной теткой. Очень умная была девица, хоть и ужасно гордая. Вы знакомы?

– Мой младший брат и этот господин, кажется, приятели, – коротко ответила Марго.

– Мистер Роберт? Приятный молодой человек. Мой супруг от него без ума. Они частенько обмениваются анекдотами, – под конец миссис Бинс рассмеялась, её взгляд смягчился.

– Вы давно живете в Айонской пристани? – осторожно спросила Марго, начиная разговор, который давно планировала.

– Уже лет пятнадцать, почти сразу после свадьбы переехала.

Женщина отложила полотенце и села рядом с Марго. Её взгляд стал мечтательным.

– Я тогда полюбила это место больше, чем своего молодого супруга. Чудные были деньки. Жаркие первые недели сентября, море свежих овощей и фруктов, долгие прогулки вдоль реки и частые пикники. Мы встречали на этой реке рассветы и провожали закаты.

– Звучит прекрасно, – улыбнулась Марго.

– Так и было. Несмотря на то, что тогда происходили страшные события.

– Страшные события? – полушепотом переспросила Марго, чувствуя, как кожа покрывается мурашками. Ветер, задувающий с реки, внезапно стал холоднее на несколько градусов.

Взгляд миссис Бинс изменился. Она нахмурилась и поджала губы.

– Тогда я не знала, что за истории кружат над этими местами. Айонская пристань казалась мне тем тихим местечком, куда едут, желая прожить жизнь в неге и спокойном бездействии. Внешние события практически не задевают местных жителей, и они проживают года, не испытывая никаких страхов. Что ж, ни раньше ни позже, я так серьезно не ошибалась.

Марго сидела в лучах теплого солнца, но кожа её покрывалась мурашками, а по спине то и дело пробегал холодок. Предчувствие говорило ей, что сейчас она услышит то, чего бы ей не хотелось знать.

– Айонская пристань получила своё название в честь древней Богини Айне. Точной даты основания я не нашла, хотя просмотрела, кажется, все источники в библиотеке. В одной из книг говорится, что когда-то давно выше по течению река делилась на три части, соответствуя личинам Богини: Богиня-Дева, Богиня-Мать и Богиня-Старуха. Местные жители верили, что Богиня Айне посылает им богатые урожаи, защищает младенцев и помогает влюбленным. Сейчас от реки осталась только одна часть, две другие давно пересохли и превратились в долины.

– А почему они пересохли?

– Скорее всего, по каким-то естественным причинам. Однако, в одном из дневников я нашла утверждение, что реки пересохли, потому что покровительство Богини над Айонской пристанью закончилось. А отказала Айне в покровительстве после того, как прекратились жертвенные подношения.

Марго тяжело сглотнула и открыла рот, пытаясь задать вопрос про жертвы, но не смогла вымолвить и слова.

Миссис Бинс правильно поняла замешательство девушки и дала ответ на невысказанный вопрос.

– Имелись в виду человеческие жертвы.

Вокруг все так же летали чужие разговоры и смех, стучали молотки, визжали пилы и что-то кричали мужские голоса.

Над лавкой, где сидели Марго и миссис Бинс, повисла оглушительная тишина.

Это была даже не тишина, а смертельно опасное беззвучие. Оно давило на уши, стучало молотом по вискам.

Над черными стенами Айонской пристани виднеющимися вдалеке, будто поднялась черная туча, пахнущая чем-то странновато сладким.

Марго моргнула, слегка тряхнула головой и видение пропало, словно его и не было.

Они помолчали некоторое время, потом миссис Бинс снова подала голос, на этот раз она говорила медленнее и осторожнее.

– В тот год, когда мы приехали сюда, на улице возле здания библиотеки, нашли тело молодой девушки. Она приехала сюда вместе с другими слугами одной богатой леди. Я до сих пор помню, как звали ту девушку. Лиллия. Худенькая, как тростинка, с толстой черной косой. Она лежала на черных камнях, а её кровь струилась вниз по улице. Никто так и не узнал, кто её убил. Спустя три дня погиб конюх. Хотя многие говорили, что он погиб в драке. А ещё через три дня скончался от полученных ран тот, с кем он дрался. Полицейские тогда заявили, что убийца горничной скрылся из Айонской пристани, украв одну из лошадей на местной конюшне, конюх из-за потери животины выпил и подрался. После этого жизнь вроде бы наладилась.

Марго разглядела в толпе приближающегося старшего брата. Времени, чтобы узнать больше оставалось совсем немного. Марго боялась и одновременно жаждала узнать больше.

– Вы сказали, что жизнь «вроде бы» наладилась. Что это значит?

Миссис Бинс с сомнением оглянулась на Марго, словно бы раздумывая, стоит ли продолжать рассказ.

– Тогда я услышала кое-что, во что не сразу поверила. Мне пришлось потратить время и проверить.

– Что это? Что вы услышали?

Алан приветливо махнул сестре, до лавки ему оставалось не больше десяти шагов.

– Такие же три убийства произошли за пятнадцать лет до моего приезда в пристань.

– Марго! Что-то ты совсем побледнела, сестра. Как ты себя чувствуешь?

Марго кивала брату, что-то с улыбкой говорила миссис Бинс. Она не могла вспомнить что именно. В голове крутились последние слова женщины.

Повторяется.

Марго с трудом одолела дорогу назад.

С момента последних убийств прошло ровно пятнадцать лет.

Глава 5.

Дождь лил стеной, и превращал булыжники мостовой в скользкие кочки. Каблуки туфель скользили и разъезжались в стороны, выворачивая щиколотки под неестественными углами. Одна из туфель соскочила с ноги и Марго упала, больно ударившись коленями о камни. Мокрые волосы упали на лицо, закрывая обзор. Кое-как она убрала волосы с лица и постаралась подняться. Дождь сильнее ударил по камням, она перестала слышать что-либо.

Оглушительный грохот сводил с ума. Марго попыталась закрыть уши ладонями, но шум не становился тише.

Она оперлась ладонями о камни и с трудом поднялась. На руках мелькнуло что-то красное, но было тут же смыто потоками дождя.

Марго опустила взгляд вниз.

Кроваво – красная вода заливала ноги.

Она обернулась назад. Чуть выше по дороге в страшно изогнутой позе, подогнув колени, лежала девушка. Её длинные распущенные волосы окружали голову своеобразным ореолом.

Из-под тела бурным потоком лилась кровавая вода.

Марго закричала, но не услышала собственного крика.

Она попыталась уйти, но кровь вокруг ног моментально застыла, превратившись в лед.

Марго взмахнула руками и рухнула на булыжники словно подкошенная.

Рядом с её лицом внезапно оказалась голова трупа.

С леденящим ужасом, чувствуя бешеное биение сердца в горле, Марго поняла, что это лицо – копия её собственного.

– Марго! Марго! Марго! Очнись!

Кто-то бешено тряс её за плечи.

Она с трудом разлепила веки.

В комнате слабо горела единственная свечка и плясали гигантские тени по стенам.

По обеим сторонам постели возвышались фигуры братьев.

– Что с тобой?

– Что случилось?

Марго провела ладонью по влажному лбу. Волосы прилипли к лицу, ночная рубашка промокла и стала липкой.

Она подтянулась и села повыше, опираясь спиной на подушки. Её колотил озноб, а горло странно саднило.

Боль в горле объяснилась почти сразу:

– Ты так кричала, – с тревогой в голосе сказал Алан. – Все в порядке?

– Сон плохой, – Марго все пыталась убрать влажные волосы с лица. Вспотевшее тело мигом покрылось мурашками от холода. Страшно захотелось выставить братьев из комнаты и сменить одежду.

– Ты так кричала, что перебудила весь отель. Серьезно, весь отель, – сказал Роб. – Мы никак не могли тебя разбудить.

Из-за двери и правда слышались шаги и легкий гул голосов. Марго резко покраснела от стыда. Она как ребенок раскричалась из-за кошмара и поставила на уши весь отель.

Грег Ганн наверняка тоже стоит там.

А какое ей дело, где стоит этот человек?

Марго разозлилась на себя и на весь мир сразу, краска мгновенно слетела со щек, сменившись бледностью.

Алан несколько секунд понаблюдал за калейдоскопом эмоций на лице сестры, а потом вышел из комнаты, аккуратно прикрыв за собой дверь.

Марго не могла расслышать его слов, но вежливый успокаивающий тон позволил представить содержание его речи.

Роб уселся на постель сестры и принялся разглядывать её лицо со странной внимательностью.

– Что? Просто плохой сон.

Марго очень хотелось избавиться от братьев и остаться наедине со своими мыслями, чтобы успокоиться и обдумать, что только что произошло.

Однако, сон казался таким ярким и реальным, что оставаться одной было откровенно страшно. Она до сих пор боялась осмотреть свои ладони. Могли ли они быть испачканы кровью?

– Не помню, чтобы тебе прежде снились кошмары. Или чтобы ты кричала от страха. Что приснилось?

– Не знаю. Забыла.

– Не может быть. Тебя до сих пор колотит.

Марго не могла точно сказать, кто из братьев был ей ближе по характеру. Едва Роб подрос – он стал бессменным компаньоном во всех шалостях и проказах. Нередко младший брат заступался за старшую сестру, спасая от неминуемого наказания матери.

Алан был иным. С самого нежного возраста его воспитывали как наследника и старшего брата.

Если их матери не удалось воспитать Марго послушной женой и будущей хозяйкой имения, а Роба смиренным пастором какого-нибудь церковного прихода, то Алан стал идеальным учеником. В его характере было столько почитания, прилежания и ответственности, сколько и представить сложно.

Стоило рассказать о сне Алану. Он бы предложил адекватное объяснение, успокоил бы её и попросил не предавать значения глупостям и воспаленному воображению.

И Марго решилась открыться Робу.

– Мне приснилась женщина. Мертвая.

Роб нахмурился, но не сказал ни слова.

– Она лежала на мостовой, а кровь смешивалась с дождевой водой и текла вниз по улице.

– Лежала на мостовой? Как в этой деревеньке?

– Да, именно.

– И что же? Чего ты так испугалась? Ты перечитала порядочное количество бульварных детективов, а там описывались ужасы и похлеще.

– Дело в том…

Голос внезапно сел и Марго пришлось глотнуть воды.

– Эту женщину убила я.

– Доказательства есть?

– Нет, я просто это знала. И мои руки были испачканы кровью.

– Не доказательство. Может, ты ей первую помощь пыталась оказать?

Марго улыбнулась и покачала головой.

– Я была уверена, что убила её.

– Значит, ты раскаялась. А это уже половина решения проблемы.

Роб пожал плечами.

Марго отпила ещё воды и немного помолчала.

– Я ещё не все сказала… Убитой женщиной на мостовой была тоже я.

Дверь открылась так резко, что Марго расплескала всю оставшуюся воду в стакане.

– Аккуратней, Марго! – Роб вскочил с постели сестры, отряхивая с брюк капли воды. – Этот костюм стоил мне приличную сумму.

– Не тебе, а отцу. Ты за него не платил, – парировал только что вошедший Алан. – Я всех успокоил и отправил по комнатам.

Марго выхватила из рук Роба носовой платок и принялась промокать им одеяло, пытаясь скрыть от старшего брата трясущиеся пальцы.

– Я останусь до утра с тобой… – начал было Алан, но Роб его перебил.

– Я останусь. Мы уже договорились, что будем всю ночь играть в карты, – заявил он, и в подтверждение своих слов достал из кармана пиджака новую коробку игральных карт.

– Ей не стоит сейчас играть. Она ещё не восстановилась после болезни.

Вместо долго спора и увещевания Роб просто выставил старшего брата из комнаты, бормоча что-то успокаивающее.

Дверь за ним была благополучно заперта, но разговор продолжился только после того, как Марго сменила ночную рубашку на теплый, а главное сухой, халат, и поменяла простыни.

– Давай, продолжай. Что там говорила про то, что ты сама себя убила? – тон Роба был как обычно насмешливым, но глаза выдавали заинтересованность.

– Вчера во время прогулки с Аланом я встретилась с миссис Бинс. Она даёт уроки и занимается местными архивами.

Роб молча выслушал рассказ сестры, не задавая ни единого вопроса, а потом принялся медленно расхаживать по комнате, сложив руки за спиной.

В этот момент он стал так похож на отца, что Марго не смогла сдержать улыбки. Вязкий страх, душивший её после кошмара, начал постепенно отступать.

– Ты хочешь сказать, что каждые пятнадцать лет в Айонской пристани убивают трех человек? Якобы в качестве подношения какой-то богине? Тогда почему здесь до сих пор не наступил рай на земле?

– Что ты пытаешься сказать? – Марго подняла брови и недоуменно уставилась на брата. – Что в итоге они недостаточно стараются и убивать надо чаще и больше, иначе результатов так и не дождутся?

– Не совсем это, но общий смысл ты поняла. Я хочу попросить тебя отказаться от того, чтобы приплетать к этому делу некие высшие силы. Если убийства и происходят, то этому есть другое, более приземленное и практичное объяснение.

– Человек может иметь веру, – возразила Марго. – Кто-то может верить в Богиню и убивать ради жертвоприношения.

– Ждать пятнадцать лет, чтобы прирезать кого-то? Не верю.

– Это может быть какой-то экзальтированный фанатик.

– Тогда его бы уже обнаружили и посадили.

Марго выдохнула и сдалась:

– Хорошо. Твои предположения?

– Если кто-то и убивает, выжидая каждый раз такой длительный срок, то мотив должен быть серьезным. Ради чего люди убивают? Предлагаю тебе три мотива на выбор: власть, деньги, женщины.

На последнем слове Роб криво улыбнулся и подмигнул сестре.

Марго покачала головой и постаралась не выругаться вслух.

– Женщины? Ты серьезно? А если убийца – это женщина?

– Тогда она убивает ради мужчины. Женщины вообще убивают только из-за мужчин.

– Дурак!

Марго запустила в брата подушкой, но тот ловко поймал снаряд и отправил в адрес отправителя.

После крошечной баталии, когда запыхавшиеся брат и сестра сели на кровать, Роб резко посерьезнел.

– На самом деле, раз мы здесь застряли можно проверить эту историю. Нам всё равно больше нечем заняться.

– Проверить? Как?

– Самое первое и очевидное место для поиска доказательств в нашем случае – это кладбище. Собирайся, остался час до рассвета. Нужно успеть вернуться до того, как проснется Алан.

– Это самое странное, что я делала в жизни, – уверенно заявила Марго, пытаясь продраться сквозь плотные заросли сухой травы.

Узкая тропинка, что вела к местному кладбищу использовалась крайне редко и вид имела до крайности запущенный.

Кажется, здесь была и другая дорога, которой и пользовались местные жители, но Роб предположил, что на ней их могут заметить. Марго была вынуждена с ним согласиться.

– Вот выйдешь замуж и обновишь этот список, – пробормотал под нос Роб, всей душой надеясь, что сестра не расслышит его слов.

Пару часов назад, когда они были в теплой комнате и сидели на мягком матрасе, идея отправиться на кладбище и проверить слова миссис Бинс казалась отличной. Промозглое утро, роса на траве и колючки заставили его довольно быстро передумать.

– С чего ты вообще решил, что убитые будут похоронены на местном кладбище? Тела могли забрать.

– Сомневаюсь. Ты сказала, что с момента последних убийств прошло ровно пятнадцать лет, а значит они происходили в это же время года. Сама видишь какая сейчас погода: много дождей и отвратительное качество дорог. Кто осмелиться вести с собой лишний груз по вязкой грязи?

Марго хмыкнула, но не стала спорить с братом, тем более что впереди уже показалась старая покосившаяся кладбищенская ограда.

– Иди за мной. Я вижу ворота.

В нашем сознании при слове кладбище обычно появляется мрачный образ – темная ночь, покосившиеся кресты, холод и обязательно какой-нибудь хрипло каркающий ворон. Однако кладбище Айонской пристани странным образом успокоило тревожное сердце Марго. Это был небольшой холм, расположенный в стороне от реки и дорог. Солнце, показавшее первые лучи над горизонтом, осветило местность легким рассеянным светом и подарило блики покрытой росой траве. От земли поднимался легкий туман, а рядом пели невидимые птицы.

Роб остановился в центре и медленно выдохнул:

– Прямо райское место для вечного упокоения.

Марго улыбнулась и оглянулась на аккуратные могилы – над каждой возвышался небольшой черный камень с высеченным именем и датой смерти.

Девушка скользила от одной могилы к другой, пробегая взглядом по незнакомым именам, в поисках подходящей даты.

Наконец, ей повезло – на одном из камней не очень аккуратно было выбито имя «Лиллия». Марго скользнула взглядом ниже и убедилась в своей правоте – дата смерти ровно пятнадцать лет назад.

Позади раздались шаги и девушку окружил знакомый запах мужского парфюма.

– Отлично, – пробормотал Роб. – Я нашел ещё двоих мужчин. Даты смерти совпадают с рассказом этой миссис Бинс.

– Зачем ты надушился перед походом на кладбище? – отрешенно спросила Марго.

Казалось бы, её должны были тревожить другие вопросы, но в голове не осталось ни единой мысли.

– Понятия не имею, – пожал плечами Роб. – По привычке.

– По привычке, – пробормотала Марго, отступая на шаг в сторону от могилы девушки по имени Лиллия.

Сразу за её могилой, на похожем черном камне был выбит тот же день и тот же месяц, только год…

– Роб…

Марго подняла руку и указала на соседнюю могилу, попутно отметив, как задрожали её пальцы.

Роб проследил взглядом в нужном направлении и ахнул.

– Это… Ровно тридцать лет назад! Да какого черта тут происходит?

Брат и сестра потратили на изучение местного кладбища ещё чуть больше часа, и на обратном пути практически не разговаривали. О чем размышлял брат Марго не знала, а вот её собственные мысли вернулись к кошмарному сну.

Что это был за сон? Просто кошмар, который снится воспаленному воображению после тяжелых впечатлений и болезни?

Но Марго никогда не снились кошмары, она не была впечатлительной девушкой, то и дело падающей в обмороки. Она никогда не жаловалась, как Натали, на «расшалившиеся нервы».

Тогда, это не сон, а дурное предзнаменование?

Марго никогда не доверяла болезни под названием «женские припадки», но Провидение и некие Высшие силы если не вызывали стопроцентной веры, то уж точно заставляли её себя уважать.

Брат и сестра благополучно добрались до гостиницы и никого не встретили по пути.

Уже переодеваясь к завтраку, Марго услышала, как мимо её комнаты прошел кто-то, размеренно чеканя шаг и постукивая каблуками сапог. Сразу после стукнула закрывшаяся дверь.

Грег Ганн вернулся в свою комнату.

Почти сразу после раздались мелкие быстрые шаги Алексы и робкий стук в дверь.

Марго впустила девочку, и та сразу же занялась прической госпожи.

– Алекса, ты только что вернулась в гостиницу? – как бы между делом спросила Марго.

– Да, госпожа. Я была у родителей.

– На улице должно быть ещё прохладно?

– Уже довольно тепло, госпожа.

Марго взяла со стола шпильку и покрутила её в пальцах.

– Здесь люди просыпаются очень рано. Должно быть, на улице уже многолюдно.

– Нет, госпожа, я совсем никого не видела.

Алекса заколола прядь волос госпожи и словно внезапно что-то вспомнила.

– Только господин Ганн откуда-то возвращался, я столкнулась с ним у лестницы.

– Вот как, – пробормотала Марго.

Больше вопросов она не задавала, боясь смутить девочку, но любопытство распустилось буйным цветом и категорически отказывалось увядать.

Грег Ганн не ночевал в номере? Тогда, где же он был? И как часто отсутствует?

Почему-то за поведением этого человека ей мерещилась какая-то тайна.

Секрет, который отчаянно требовал, чтобы Марго его раскрыла.

В это утро на завтрак собрались все обитатели гостиницы. Марго в белом платье выглядела как живое воплощение невинности и чистоты, только её глаза лихорадочно блестели, а руки не могли спокойно держать столовые приборы. Её взгляд скользил по столу, обстановке комнаты и словно случайно порой останавливался на Греге Ганне.

По обеим сторонам от девушки привычно сидели её братья: старший был сосредоточен на еде и попытках заставить сестру съесть больше, младший задумчиво попивал кофе и не стремился завязать разговор.

В мысли Грега Ганна не было возможности проникнуть, его бесстрастный взгляд не останавливался ни на ком, но, казалось, замечал всё и всех.

Мистер Том Райт в это утро был оживлен даже больше, чем обычно. Он говорил сразу обо всем, но не мог задержаться ни на одной теме: погода, ремонт моста и его повозки, местная кухня и особенности строений. Слов было так много, что у Марго слегка закружилась голова.

Пару раз ей даже показалось, что мистер Райт обращается к ней и как-то странно смотрит, но каждый раз, поднимая глаза, она понимала, что ей показалось.

Когда завтрак уже подходил к концу, случилось то, что изменило привычный ход времени и, пожалуй, в некотором смысле, перевернуло жизнь Маргарет Росс с ног на голову.

Однако в самом начале раздался только легкий стук и в дверях столовой показался невысокий человек в низко надвинутой на глаза старой шляпе.

Марго не успела его толком рассмотреть, как он уже выскользнул из комнаты, а следом за ним исчез и Грег Ганн.

Едва пропали звуки их шагов, как вся гостиница пришла в движение.

В столовую влетела хозяйка гостиницы.

Её платье было в беспорядке, а прическа не закончена.

Алан тут же усадил женщину на своё место, а Марго налила стакан воды.

– Что-то случилось? – спросил мистер Райт, цепляя вилкой очередной кусок яичницы. Его абсолютно не задела внезапно изменившаяся обстановка в комнате. Он был так же безмятежен, как и всегда.

Хозяйка гостиницы осушила бокал, сделала вдох, как будто собиралась что-то сказать, но вместо слов полились сплошные рыдания и всхлипы.

Марго поняла, что добиться от несчастной женщины связной речи в ближайшее время не представляется возможным, поэтому поднялась со стула и уже собиралась пойти за слугой, как в комнату вернулся Грег Ганн.

Его лицо, и обычно безэмоциональное, сейчас и вовсе походило на маску.

– Боюсь, случилось нечто ужасное, – сказал он. – Нам пока не стоит покидать стен гостиницы, у констеблей могут появиться вопросы.

– Да что случилось-то, в конце концов? – не выдержал Роб.

– Только что обнаружили тело молодой женщины. Она была убита.

Комната на миг замерла.

Марго словно в замедленной съёмке наблюдала, как мистер Райт сползает со стула и с грохотом падает на дощатый пол.

Секундное затишье, растянувшееся в вечности, а затем все сразу пришли в движение.

Роб схватил со стола кувшин с водой и вылил большую часть в лицо лежащему на полу мужчине, тот сразу начал кашлять и махать руками. Алан метнулся к хозяйке гостиницы, которая тоже начала заваливаться на бок.

Только Грег Ганн и Марго замерли в центре комнаты, напоминая мраморные статуи.

Сердце девушки стучало гулко, но подозрительно ровно. Мозг категорически отказывался воспринимать информацию.

– Кто это? – тихо спросила Марго.

– Её зовут Лидия. Вы должны её помнить, она дочь хозяина того заведения, где вы с братьями провели первую ночь, – так же спокойно и вежливо ответил мистер Ганн.

Мужчина остановил взгляд на её лице, задержав чуть дольше обычного, а затем снова оглядел комнату.

Мистер Райт, стеная и кряхтя, поднимался с пола, опираясь на руку Роба и попутно вытирая лицо носовым платком, а Алан до сих пор пытался привести в чувство хозяйку гостиницы.

Марго мимоходом отметила, что так и не запомнила имя этой женщины.

– У вас есть нюхательные соли? – спросил Грег, неожиданно близко наклоняясь к лицу Марго.

От такой внезапной близости девушка резко отскочила в сторону и столкнулась с мистером Райтом, от чего тот снова повалился на пол.

Роб устало вытер вспотевший лоб и махнул на него рукой.

– Не смеши меня, Ганн. Откуда у неё нюхательные соли? Марго считает оскорблением мнение, что все женщины поголовно нуждаются в подобных вещах.

Грег тихо хмыкнул, но продолжать тему не стал. Он прошел к бару, откупорил бутылку крепкого виски и практически насильно влил пару капель в рот хозяйке гостиницы. Та сразу же закашлялась и схватилась за горло, но щеки её бодро порозовели.

Вскоре после того, как хозяйка гостиницы была приведена в чувство Грег Ганн исчез из столовой.

Какое-то время в комнате ещё раздавались голоса, всхлипы и причитания, но постепенно все разошлись по комнатам.

Естественно, мужчины семьи Росс не посчитали возможным оставить сестру в одиночестве, поэтому собрались в её комнате.

В данный момент Марго даже была этому рада. Ей категорически не хотелось оставаться в одиночестве.

Особенно, когда было что обсудить.

Марго и Роб пару раз переглянулись, помедлили и рассказали старшему брату обо всем, что узнали о происходящем в Айонской пристани.

Алан был шокирован и, что более важно, очень зол.

Разумеется, разозлился он не по поводу убийств.

– О чем вы только думали? Ты ещё не до конца восстановилась! Как ты могла отправиться так далеко? И куда? На кладбище? О чем вы только думали?

– Брат, ты повторяешься, – хмыкнул Роб.

– Помолчи лучше! Почему ты позволил ей?

– Как будто она спрашивала у меня разрешения!

– Это была его идея, – поспешила вставить Марго, за что тут же получила обиженный взгляд.

– Разве можно быть настолько безалаберными! – продолжал возмущаться Алан.

– Хватит уже. Ничего с ней не стало.

Роб вытащил из внутреннего кармана фляжку, отпил и удобно устроился на постели сестры.

– Лучше скажи нам, что ты обо всем этом думаешь?

– О чем? Об убийстве?

– Об убийствах, – поправила брата Марго.

– Нас это не касается, – отрезал Алан. Он не был настроен поощрять такие разговоры.

– Очень даже касается. Ты знаешь, кого убили? Ту самую девчонку, что забралась тогда к тебе в постель. Может, это ты её убил? Мстил за поруганную честь? – хохотнул Роб.

– Только при посторонних такое не скажи! – взмолился Алан.

– Боишься?

– Мы не знаем, на каком уровне держится местное правосудие. Для них это может быть вполне приличным мотивом, – пожала плечами Марго.

Она могла понять скептицизм брата. Ей самой не верилось, что все их с Робом догадки могут оказаться правдой.

Смерть девушки может быть и несчастным случаем. Возник конфликт, в пылу ссоры девушку толкнули, она неудачно упала. О таких случаях писали в романах, рассказывали в газетах и часто сплетничали тетушки, когда приезжали в гости.

Однако где-то в глубине души, Марго подозревала, что впереди их ждут ещё более ужасные предположения и откровения. Дурное предчувствие, владевшее ею с самого начала их путешествия, только начинало разворачивать крылья.

Она ужасно боялась даже задумываться о тайне, что давлела над этим местом. Если прикоснуться к ней, попытаться проникнуть, этот кошмар захватит с головой, скрутит и поглотит.

Только вот возможно ли им остаться в стороне? Ведь они уже сделали целых два шага по этой тропе: они узнали, они проверили.

Что будет дальше?

Марго вспомнила свой сон и ощущение крови на руках. Оно было таким реальным.

Убитая девушка… Её волосы тоже были черными, а фигура стройной. Точно такой же была и убитая женщина во сне Марго. Так кого она видела? Себя? Или Лидию?

Кое-что важное колотилось глубоко в подсознании, что-то, что она никак не могла вспомнить.

Марго повернулась к окну и медленно оглядела открывшийся вид. Гостиница расположилась на небольшом пригорке, во все стороны от неё паутиной расходились дорожки и тропинки, протоптанные местными, не желающими передвигаться по дорогам под прямыми углами. Кто-то высокий размеренно шагал по мощенной булыжниками мостовой. Знакомый размах широких плеч, уверенная походка, подбородок слегка приподнят.

Он сказал всем оставаться в комнатах, но сам почему-то отправился на прогулку.

Грег Ганн свернул с основной дороги и скрылся на одной из тропинок.

– Хочу прогуляться, – заявила Марго, прервав разговор братьев. Они о чем-то спорили последние несколько минут и разом замолчали, повернувшись к сестре.

– Я пойду… – начал было Алан, но был прерван младшим братом.

– Отлично! Где твоя накидка? На улице ещё довольно прохладно для этого времени года. – Роб схватил со стула голубой плащ сестры, повертел его в руках и пожал плечами. – Нормально. Подойдет. Пошли?

Под недоуменным взглядом старшего брата Марго и Роб практически сбежали из комнаты, не забыв хлопнуть дверью.

Чем в продолжении дня занимались остальные постояльцы гостиницы останется загадкой, потому что придется уделить событиям, случившимся с младшими членами семьи Росс.

Оказавшись на улице, за пределами крепких стен гостиницы, Марго сразу же пробрала дрожь.

Здесь, в окружении мрачных зданий, стоя на тех самых черных камнях мостовой и борясь с сильным ветром, она легко представила себе несчастную жертву убийства.

Молодая девушка, совсем ещё ребенок. Что заставило её покинуть отчий дом так поздно?

Что с ней случилось?

Марго поежилась на ветру и посильнее ухватилась за руку брата. Они медленно спускались вниз по улице, думая каждый о своем. Возле тропинки, куда свернул Грег Ганн, они чуть-чуть постояли, разглядывая обычный двухэтажный дом с покосившимся и почерневшим от времени деревянным забором. Зачем Грегу понадобились хозяева дома? Или он прошел мимо и спустился ещё ниже, на дорогу, ведущую к мосту?

Марго отвернулась, всё ещё ощущая неясную тревогу. Что такое важное она могла забыть?

Они не выбирали дорогу и шли практически бездумно, тем удивительнее, что перед Марго и Робом внезапно выросло здание библиотеки, и они не нашли ничего лучше, кроме как войти внутрь.

Миссис Бинс встретила их приветливо, но без улыбки.

Марго начала привычный отвлеченный разговор, призванный ни в коем случае не привести их к событиям этого утра.

Однако, младший в семье Росс, никогда не любивший светские разговоры и считавший их пустой тратой времени, скоро заскучал и решил внести свою лепту в поддержание беседы.

Поэтому он ещё раз глотнул из своей фляжки и спросил:

– Миссис Бинс, вы слышали об убийстве? Что, черт возьми, творится в этой глухомани?

Марго тут же закашлялась, а миссис Бинс побледнела и нервно огляделась. Благо, никто из жителей Айонской пристани не жаждал приобщиться к миру литературы в такой ранний час.

– Если честно, то я и сама ужасно напугана. Даже подумывала погостить у старшего сына в столице. Там осталось много наших друзей, и мы бы не потратили время зря. Однако муж вовремя напомнил мне, что передвигаться в такое время по дорогам может быть опасно.

Миссис Бинс тяжело вздохнула и отвернулась к окну. За это время Марго успела пару раз прожечь младшего брата взглядом, а тот опустошить фляжку до дна.

– Марго, ты пробыла здесь достаточно времени, чтобы узнать побольше про Айонскую пристань, а про миссис Бинс и говорить нечего – вы, без сомнений, потрясающий ученый, – гораздо вежливей начал Роб. – Сестра упоминала, что вы достигли значительных успехов в изучении истории этих мест.

От комплимента щеки пожилой женщины зарделись, а глаза моментально смягчились.

– Вы очень похожи на моего мужа, молодой человек. Он так же прямолинеен, и такой же льстец.

Миссис Бинс поднялась с кресла и скрылась между книжными полками, а пару минут спустя на столе оказался чудесный ароматный чай и ваза с десертом.

– Что же вам рассказать, мистер Росс?

– О, прошу вас, зовите меня Робом. На мистера Росса я никогда не буду отзываться. Это имя навсегда будет принадлежать отцу и старшему брату.

Миссис Бинс чуть склонила голову, улыбнулась Марго и начала свой рассказ.

Её речь текла спокойно, словно река, а благодарные слушатели ни разу её не перебили.

– Точной даты основания Айонской пристани не существует, но есть заметки путешественников и карты, по которым можно составить приблизительную хронологию событий. Около шестисот лет назад эти места были безлюдны и не плодородны. В то время тогдашний император не раз отправлял в эти степи целые военные экспедиции. В конце концов, обширные территории были включены в состав империи. Однако, ещё довольно долго здесь никто не селился. Уже гораздо позже, примерно через сто лет после присоединения, появляются сведения о реке, которая в результате «движения земли» образовалась в долине. Река разделилась на три части, первая и самая крупная защищала от внезапных вторжений с границы империи. Тогда именно по реке Айне проходила государственная граница. Вторая часть – центральная – спасала от засухи и была источником питьевой воды, третья же часть защищала от слишком частых наездов сборщиков императорских налогов. Айонская пристань появилась практически внезапно. Есть одна монограмма, в которой описываются похождения одного философа, который на месте полей и рек внезапно обнаружил огромное поселение появившееся буквально за пару лет. Правда это или нет, судить возможности нет. Возможно, заселение этих территорий было приказом императора. Кто знает? Но есть и другая теория, даже скорее легенда, которая гласит, что хозяйка реки Богиня Айне, пожелала, чтобы долину у реки заселили люди, чтобы они молились ей и поклонялись. Культ Айне тогда был очень силен и местные верили, что три части реки соответствуют трем ипостасям Богини: Богиня – Дева, Богиня – Мать и Богиня – Старуха. Дева отвечала за плодородность земли и урожайность, Мать даровала наследников и обладала исцеляющей силой, а Старуха была судьей и проводником в иной мир. По поверьям, Айне засыпала после сбора урожая и просыпалась с наступлением весны, чтобы даровать людям новую надежду. Довольно долгое время в разных монографиях упоминалось о зажиточной жизни Айонской пристани. Несколько раз даже происходили нападения врага на границу, но никому не удавалось преодолеть Старуху Айне. Примерно двести лет тому назад эти земли были отданы в дар новому лорду империи. Позже он обосновался чуть дальше за рекой, когда империя расширила свои владения. Лорд именовал себя просто мистером Брауном и отказывался выбирать родовое имя, так как не имел богатой родословной, а вышел из семьи простых ремесленников. После смерти первого хозяина Айонской пристани, в права наследования вступил его старший сын. Говорили, что молодой человек был невероятно красив. И, пожалуй, внешность была его единственным достоинством. Новый мистер Браун много пил, был не сдержан, любил устраивать шумные торжества, которые нередко заканчивались драками или кое-чем похуже. В конечном итоге этот молодой человек проиграл Айонскую пристань, особняк и другие земли, которые с большим трудом получил его отец. В пристань пришли ростовщики и распродали земли. Тогда и начался упадок в этих местах. В некоторых монографиях писали, что Богиня Айне, оскорбленная тем, как были осквернены её земли, ушла. Несколько лет подряд случалась засуха, в другой год урожай побил внезапный град, а позже налетели целые полчища насекомых. Две части реки Айне полностью исчезли, сейчас даже русла этих рек превратились в поля. Третья часть уменьшилась в несколько раз.

– И что же, согласно источникам, нужно сделать, чтобы вернуть благосклонность Айне? – спросила Марго, уже предполагая, какой получит ответ.

Миссис Бинс насладилась ароматом чая, отпила немного, аккуратно поставила чашку на стол и только после этого ответила.

– Что ж, большинство Богов Древности никогда не отличались излишней щепетильностью и не претендовали на звание самых гуманных. Так что, разумеется, единственный способ вернуть Богине Айне прежний облик и заполучить её благословение – это пролить на оскверненные земли человеческую кровь.

– Вы сказали, вернуть Богине Айне прежний облик? Что это значит?

– Кто-то считает, что Богиня вовсе не покидала эти земли. Пока жива хотя бы часть реки, она всегда будет поблизости. Богиня Айне, оскорбленная и униженная, превратилась в мстительного духа, требующего оплатить нанесенный ей ущерб.

Марго и Роб покинули владения миссис Бинс, когда время уже приближалось к обеду. За все это время в библиотеке появились только два школьника, которым была необходима помощь преподавателя с подготовкой к учебе. Они ушли, едва получили несколько методических изданий и четкие указания пожилой преподавательницы.

Марго обратила внимание, что с учениками миссис Бинс была одновременно и строгой, и удивительно спокойной. Дети не боялись задавать вопросы и даже переспрашивать.

В памяти тут же всплыл образ гувернантки, которую матушка выбрала для их с братьями обучения. Даже обычно вспыльчивая и прямолинейная Марго побаивалась эту женщину в неизменно серых платьях и с указкой в руках. От неё вечно пахло лекарствами, а руки были испачканы чернилами. Она не терпела лишних вопросов и категорически запрещала отвлекаться во время урока на посторонние вопросы. Лишними были даже и без того редкие походы в туалет.

Марго передернула плечами и тряхнула головой. Не стоит об этом вспоминать, на сегодня достаточно дурных впечатлений.

Миссис Бинс проводила младших членов семьи Росс до выхода на улицу.

– Кстати, дорогая Маргарет, я нашла один из справочников, о которых ты упоминала ещё в первый день здесь. Ты помнишь?

Марго помнила, но категорически не хотела, чтобы об этом узнал Роб.

– Кажется, это «Книга лордов»? – не унималась женщина.

– Спасибо, – выдавила Марго, краснея под насмешливым взглядом брата.

– Я внесу её позже в каталог и завтра ты можешь её изучить.

– Благодарю вас.

Троица благополучная раскланялась и, после того как за миссис Бинс захлопнулись двери, Марго и Роб начали бесконечный подъём к гостинице.

– Подбираешься к родственничкам будущего супруга, да, сестрица? – язвительно спросил Роб.

– Глупости! Просто изучаю местную историю.

– Для изучения истории обязательно вникать в генеалогию местного дворянства?

– Нужно всесторонне изучить объект.

– Разумеется.

Больше Роб ничего не добавил и Марго обрадовалась возможности сменить тему разговора.

– Что ты думаешь по поводу рассказа миссис Бинс?

Роб остановился и оглянулся на сестру.

– Ты веришь, что обозленная богиня просыпается раз в пятнадцать лет и убивает троих, чтобы очистить землю от осквернения?

– Неужели мы уже изучили весь мир и вокруг не осталось ничего загадочного? – вопросом на вопрос ответила Марго.

– С другой стороны, чего ради этой Айне убивать ни в чем не повинных людей? Разве это они проиграли Айонскую пристань? Нет. В этом повинны члены семьи Браун – вот их пусть и убивают.

– Роберт! – ахнула Марго. – Как ты можешь так говорить?

– Я просто логичен.

Марго только покачала головой. В их с братом характерах было много общих черт, и она могла понять его слова и поведение. Почти всегда.

Девушка подхватила брата под руку, и они продолжили неспешный путь до гостиницы.

– Что, если Богиня превратилась в мстительного духа и теперь убивает без логики. Просто первого, кто попадется? – предположила Марго.

– Возможно, но маловероятно. Я все ещё не верю в духов.

– Тогда во что ты веришь?

– В людей. Я верю в бесконечную человеческую жадность, беспринципность и жестокость.

– И кто же может так поступать? Убивать с промежутком в пятнадцать лет! Это же безумие! В этом нет смысла!

– Ну, кто это делает я не скажу. А вот с мотивом могу помочь.

Роб сделал многозначительную паузу, а потом с пафосом заявил:

– Деньги.

– Деньги?

– Да, деньги. Мотивом для всех преступлений, совершенных человеком, в той или иной мере всегда будут деньги. Знаешь, что самое большое зло для человечества?

– Деньги? – с усмешкой предположила Марго.

– Несомненно. Их наверняка придумал сам Дьявол.

– Многие называют наличие денег благословением.

– Значит, они первые ради них и убьют.

Препираясь подобным образом, они почти добрались до гостиницы, остановившись, чтобы перевести дух возле того дома, где ещё утром Грег Ганн свернул на тропинку.

Сейчас возле дома на низенькой лавочке сидел дряхлый старичок и что-то бормотал себе под нос.

Полы его старого поношенного плаща лежали в грязи, высокие же сапоги были идеально чистыми.

Его лицо было маленьким, сморщенным и странно тусклым, лишь глаза ярко сверкали из-под густых нависших бровей. Порядком облысевшая голова с редкими белоснежными волосами, напоминала порядком облысевший одуванчик. Длинные худые кисти рук с силой обхватывали набалдашник небольшой самодельной трости.

В целом, он был идеальным примером аккуратной и ухоженной старости. Если бы не это испачканное пальто.

Голова старичка чуть-чуть приподнялась и яркие пронзительные глаза встретились с глазами Марго.

Тонкие губы задвигались быстрее. Он что-то повторял. Что-то, что Марго и Роб никак не могли разобрать.

Внезапно старичок на удивление резво вскочил на ноги и направился в их сторону.

Роберт машинально повернулся и задвинул сестру себе за спину.

Когда старичок приблизился, Марго явно расслышала имя «Айне» в его бормотании.

– Кто вы? Ты кто? – неожиданно зло спросил дед, перебегая взглядом с лица Марго на Роба и обратно.

– Мы путешественники, – максимально спокойно ответил Роб.

– Приехали… Опять приехали… Те же… Опять…

Старичок начал медленно отступать, все так же бормоча что-то неразборчивое.

Марго осторожно вышла из-за спины брата, не делая, впрочем, попыток приблизиться к явно больному старику. Показалось ли ей, что он говорил про Айне? Она могла поклясться, что верно расслышала это имя.

– Простите, вы сказали что-то про Айне? – спросила Марго. Роб тут же шикнул на неё и схватил за руку, приготовившись к худшему.

Инстинкты не обманули молодого мужчину. Лишь только имя Айне сорвалось с губ Марго, поведение старичка резко переменилось.

Он зашипел, выставляя неполный набор зубов и белесые десна, и метнулся к девушке.

– Молчи! Молчи, беспутная! Убьет тебя! Убьет первой!

Роб перехватил старика и попытался оттеснить от сестры. Пожилой мужчина, пользуясь тем, что Роб не приложил и половину сил для того, чтобы удержать его, резко вывернулся, ударив наугад своей тростью и сшиб молодого мужчину с ног. Марго успела сделать один единственный шаг назад, как старик схватил её за отвороты плаща и принялся трясти, крича что-то неразборчивое. Его цепкие пальцы рванули на себя тонкую ткань, раздался треск и по мостовой, звеня, покатились крупные золотые пуговицы.

Марго задохнулась от страха и паники, рванулась в сторону и тут же окружающие дома начали заваливаться на бок, а перед глазами распростерлось бесконечно далекое и равнодушное небо.

Раздались чьи-то крики, топот шагов и старика легко оторвали от несчастной девушки.

Марго тихо вздохнула, а в следующее мгновение её дернули вверх и легко поставили на ноги.

– Ты в порядке? Марго? Марго, посмотри на меня! – в глазах младшего брата страх мешался со злостью.

Девушка посмотрела на брата, и слабо кивнула.

Старика, подхватив под руки, тащили в сторону дома двое крепких мужчин. Он уже не кричал, только зло смотрел и снова что-то беззвучно шептал.

Из-за забора выскочила женщина средних лет в синем платье и белом переднике. Она что-то сказала мужчинам и бегом направилась в сторону Марго и Роба.

– Ох, простите! Простите! Молю простите! Дед уже давно не здоров, а я не заметила, как он вышел один.

Она что-то ещё говорила, но Марго все так же смотрела в сторону дома и старого почерневшего забора. Её словно накрыло каким-то пологом, в котором мысли движутся медленно, а реальность слегка искажается.

Роб что-то говорил, женщина кивала и отвечала со слезами на глазах.

Марго удалось вынырнуть из странного состояния только тогда, когда над мостовой пролетело слово «убийство».

– Простите? – спросила Марго, удивляясь насколько низким прозвучал её голос.

– Мы из-за этого убийства совсем выбились из колеи, понимаете? -снова повторила женщина. – Эта девочка, Лидия, частенько покупала у нас овощи, вот я и переполошилась. И дед, конечно, все услышал. Мы его стараемся не волновать и много не рассказываем, так он подслушивает. Вот и услыхал. Услыхал и совсем взбесился. Брата своего начал опять поминать. Все талдычил «убили, убили». Да кто его убил-то? Подрался он. Сам виноват. А дед…

Марго тряхнула головой, пытаясь избавиться от шума в ушах. Голос женщины был невероятно высоким и быстрым, он разносился по улице, вытаскивая любопытные взгляды соседей.

Марго снова вспомнила слова старика и решилась перебить чрезмерно словоохотливую женщину.

– Ваш дед говорил что-то про Айне. Что это было?

– Так то детская считалка. Она старинная, её все тут знают.

Женщина чуть-чуть помялась, вспоминая, а потом продекламировала:

«Раз, два –

Айне зла.

Три, четыре –

Лежит своей могиле.

Пять, шесть –

Ждет кровавая месть.

Семь, восемь –

Вперед ножками выносим.

Девять, десять –

Пора резать».

Порыв ледяного ветра налетел и забрался под плащ Марго, прошелся вдоль всего тела и оставил холодную иглу, застрявшую в сердце. Девушка замерла, не решаясь сделать и вдоха.

Роб рассмеялся как-то натужно и громко.

– Дети! Чего только не придумают!

– Сейчас детишки её и не знают почти, а вот во времена моего детства…

Что ещё говорилось в тот момент на мостовой Марго не могла вспомнить. Кажется, Роб долго раскланивался с женщиной, убеждая её, что ни он, ни его сестра не собираются предъявлять никаких претензий. Потом он долго отбивался от предложений зайти и перекусить, пытался остановить, когда ему вручали плетенную корзинку, полную свежих овощей.

В конечно итоге, брат и сестра Росс вернулись в гостиницу, опоздав на обед, но в компании нескольких килограммов баклажанов, картофеля и чего-то ещё, что Марго не могла разглядеть. Припасы отправились на гостиничную кухню, молодые люди разошлись по своим комнатам.

Хозяйка гостиницы поведала, что на обеде присутствовали только один из постояльцев, так что большая часть кушаний осталась нетронутой.

Им с удовольствием накроют через полчаса.

Марго с жалостью посмотрела на испорченную одежду. Голубой с золотыми пуговицами плащ, больше похожий на простую накидку, перед отъездом ей подарил отец. Такой небесно-голубой цвет был любимым цветом матери. Он идеально подходил под цвет её глаз.

Марго смахнула одинокую слезу и убрала плащ в сторону. Вряд ли его уже удастся восстановить – половины пуговиц не хватало, ткань у ворота была растянута или вовсе разорвана.

Алекса помогла Марго сменить платье к обеду и тоже с тоской посмотрела на плащ.

– Попробуй починить, но не переживай если ничего не выйдет. Это не так уж и важно, – с показным равнодушием бросила Марго перед тем, как спуститься в столовую.

У подножия лестницы девушку уже ожидал младший брат. Он подал ей руку и обеспокоенно взглянул в глаза.

– Ты в порядке?

– Вполне, – тихо ответила Марго, старательно отводя глаза.

Странное оцепенение до сих пор её не отпускало. Слишком уже много событий произошло за последние несколько дней.

Марго только сейчас начала осознавать, что, прожив 20 полных лет, она так и не столкнулась с самой жизнью. Родители и братья окружили её заботой и любовью, закрыв от реальности стеклянным куполом. Под этот купол не проникал ни ветер, ни изнуряющая жара, ни леденящих холод. И только теперь этот купол начал трескаться, пропуская внутрь все проявления стихий.

Она оказалась не готова.

Не готова к реальной жизни, к ответственности за свою судьбу, к договорному браку.

Впервые, кроме сожалений по поводу брака без любви, добавился страх. Страх перед незнакомым человеком и страх того, что он может сделать, когда она окажется целиком в его власти.

Страх стал основным чувством, которое она испытывала в последнее время. От него невозможно было скрыться, он был рядом днем и преследовал по ночам.

Марго никогда прежде не ощущала себя такой слабой и подавленной. Каждый миг, каждую секунду она ждала подвоха как минимум и пугающих новостей как максимум.

Когда это началось?

После её обморока? После приезда в Айонскую пристань?

Или гораздо раньше?

Роберт помог сестре сесть и устроился рядом.

Марго с неохотой взяла столовые приборы и неожиданно заметила, что стол накрыт на три персоны.

– Мы кого-то ждем? – спросила она, поворачиваясь к брату.

– Кажется, Ганн тоже пропустил обед.

В тот же момент на лестнице раздались шаги.

Марго тут же опознала человека и успела подготовиться к тому моменту, как Грег Ганн показался в столовой. С чувством легкого недовольства она отметила, что каким-то образом научилась различать его шаги.

– Добрый день, леди, Роберт.

Мужчина поприветствовал их равнодушно и сразу же принялся за еду.

Некоторое время они занимались исключительно блюдами на столе и в столовой раздавался только звон посуды.

Расправившись со своей порцией, Роб налил себе бокал вина и откинулся на спинку стула с явным намерением начать беседу.

– Как прошел твой день, Ганн?

Грег пожал плечами и потянулся к кувшину с водой. Наполнив свой бокал, он добавил воды в бокал Марго и тоже сменил позу.

– Ничего особенного, дорогой друг. Ничего особенного.

– А мы сегодня с сестрой слушали занимательные легенды.

Марго с удивлением оглянулась на брата, но промолчала. Она до сих пор косилась на свой бокал с водой, гадая чем был вызван этот жест и как ей теперь себя вести.

– Вот как? – Грег поднял брови, притворяясь удивленным.

Марго ни за что не смогла бы объяснить почему его удивление показалось ей притворным.

– Ты наверняка их уже слышал.

Роб одним глотком осушил бокал вина и испытующе посмотрел на друга.

– Представь себе, не слышал, – мужчина улыбнулся, но улыбка не коснулась его глаз. – Расскажешь? Или леди Маргарет окажется лучшей рассказчицей?

Марго не успела даже сориентироваться под вопросительным взглядом Грега, как почувствовала, что Роб слегка наступил ей на ногу.

– Эти легенды так напугали сестру, что ей до сих пор дурно, – развел руками Роберт, доброжелательно улыбаясь.

Марго схватила бокал с водой и сделала большой глоток. Она старалась не встречаться взглядом с сидящим напротив мужчиной и гадала, что задумал младший брат.

– Не думал, что мисс Росс так легко напугать, – задумчиво протянул Грег, оглядывая покрасневшее лицо девушки, а потом перевел взгляд на Роба. – Легендам не стоит особенно доверять. Они, по большей части, состоят из слухов.

– О, я нисколько не сомневаюсь. Все эти боги, реки и многочисленные жертвоприношения ничего общего с реальностью не имеют. – Роб резко наклонился к столу и уставился на Грега с выражением легкой озабоченности. – Ведь правда?

Марго не решалась поднять глаза, чтобы не выдать своих чувств, поэтому только она одна отметила, как на мгновение пальцы Грега Ганна с силой сжали салфетку, лежащую на столе.

– Думаю, ты прав.

Голос мужчины звучал ровно с достаточной долей вежливого интереса к собеседнику.

– Мы много сегодня узнали… – ни к кому не обращаясь пробормотал Роб, с задумчивым видом делая очередной глоток вина.

Их разговору не суждено было продолжиться, так как в дверях столовой показался Алан в сопровождении двух незнакомых мужчин.

– Констебль Янг, – первый из незнакомцев чуть приподнял форменную шляпу, открывая лысеющую макушку. Он был невысоким, ниже всех присутствующих здесь мужчин, и чрезмерно худым. Впалые щеки и круги под глазами явно указывали на некоторые проблемы со здоровьем, которые, впрочем, никак не касались его глаз. Его взгляд был каким-то настойчивым и вызывал желание четко контролировать то, о чем собираешься сказать.

– Прошу простить меня за вторжение, но обстоятельства требуют некоторого нарушения правил приличия. Я прошу вас уделить мне несколько минут и ответить на некоторые вопросы.

Алан прошел к столу и встал за спиной сестры, сжав пальцами спинку её стула.

– Конечно, мы рады будем помочь, констебль, – за всех ответил он. – Это моя сестра леди Маргарет и младший брат мистер Роберт Росс.

Младшие члены семьи Росс ответили на приветствие констебля одинаковыми кивками.

Грег Ганн участия в знакомстве не принимал, он задумчиво смотрел в окно и, казалось, вовсе не слышал, о чем говорили окружающие.

– Были ли вы знакомы с погибшей девушкой? – задал первый вопрос констебль. Вопрос, на который он без сомнений уже знал ответ, иначе его бы здесь не было.

Второй из двух вошедших в столовую мужчин, достал из внутреннего кармана форменного пиджака маленький блокнот и коротенький карандаш. Марго едва ли обратила внимание на этого человека. В его внешности не было ничего примечательного.

– Некоторым образом. В ночь нашего прибытия в Айонскую пристань мы встретились при весьма неприятных обстоятельствах. Впрочем, мы решили наше общее затруднение и не имели к другу претензий.

Роб едва слышно фыркнул, удивляясь словам брата. Марго сдержала улыбку, вспомнив, как он выражался, обнаружив спящую девушку в своей постели.

– Девушка была в вас влюблена? – напрямик спросил мистер Янг. Его помощник что-то судорожно строчил в блокноте.

– Я бы не сказал. Скорее она подчинилась воле родителей.

– Вы разговаривали?

– При нас она не произнесла и слова.

– Понимаю. Конечно.

Констебль кивнул помощнику и тот сунул блокнот за пазуху.

– Что ж, не буду вас больше задерживать. Если возникнут ещё какие-то вопросы…

– Мы будем здесь, пока не починят мост, – спокойно кивнул Алан.

– Ещё один вопрос. Не замечали ли вы в последние дни что-либо необычное?

Марго с трудом удержалась, чтобы не переглянуться с Робом. С тех пор, как они остановились в Айонской пристани, практически каждый час происходило что-то необычное.

Или страшное.

Алан снова ответил за всех, уверив, что ничего необычного семейством Росс замечено не было, и констебль вместе с помощником начали пятиться к двери, прощаясь и многословно извиняясь.

Взгляд Марго, словно обладающий собственной волей, в который раз за последний час остановился на лице Грега Ганна. Она была готова поклясться, что он отрывисто кивнул констеблю, словно разрешал покинуть столовую.

Едва за представителями закона захлопнулась дверь, Ганн поднялся со стула.

– Благодарю за компанию. Алан, Роберт, леди.

Мужчина чуть склонил голову и не глядя ни на кого, скрылся следом за констеблем.

– Либо я чего-то не понимаю, либо это было какое-то шоу, – тут же подал голос Роб. – Честное слово. Более странного разговора я давно не слышал. Что он хотел узнать? Чего ради приходил?

Марго все ещё смотрела на опустевший стул Грега и боялась пошевелиться.

Мысль, которая ускользала от неё весь день, наконец-то оформилась.

– Он не ночевал в гостинице, – тихо пробормотала Марго.

– Что? – хором откликнулись братья.

– Моя горничная видела, как он рано утром возвращался в гостиницу. Он не ночевал здесь.

Глава 6.

– Что ты хочешь этим сказать? – нахмурился Роб.

Семейство Росс в полном составе обреталось в комнате Марго. Роб привычно развалился на кровати, Алан устроился за столом, а Марго нервно мерила шагами комнату – от двери до окна, круг вокруг стола и обратно.

– Если Ганн не ночевал в гостинице, тогда, где он был? – спросила Марго, испытующе глядя на младшего брата.

– Мало ли где он мог быть! На что ты намекаешь? – с усмешкой спросил Роб, примерно предполагая, где может провести ночь взрослый одинокий мужчина.

– Ты подозреваешь Грега Ганна в убийстве девушки? – оказался более догадливым Алан.

Роб тут же резко сел.

– Серьезно?

– А разве вам не кажется подозрительным, что он не ночевал в своей комнате в ночь убийства? И всё его поведение кажется мне подозрительным!

На последней фразе Марго обхватила себя за плечи и поёжилась. Она была уверена в своих словах настолько, что поддержка братьев не имела для неё особого значения. Поддержи они её или нет, она останется при своем мнении.

– Маловероятно, – покачал головой Алан. – Зачем ему это?

– Тоже не думаю, что Ганн убил эту девчушку. Но ведет он себя, действительно, странно. Согласен.

Роб задумчиво посмотрел на сестру, потом тряхнул головой, словно избавляясь от каких-то мыслей и снова откинулся на спинку кровати.

– Например, такой вопрос: что вообще в этой забытой всеми богами дыре делает такой человек как Грег Ганн?

– Ты не спросил его?

– Конечно, спросил. Сразу как встретил его в ту самую ночь, когда мы приехали. Он сказал, что находится тут проездом. Якобы непогода настигла его на пути к друзьям. К каким конкретно друзьям он направляется я расспрашивать не стал, не хотел показаться навязчивым. Сейчас жалею.

– Кто такой вообще этот Грег Ганн? – с раздражением спросила Марго. – Я никогда даже не слышала его имени.

– Это потому что ты абсолютно не интересуешься живыми людьми. Тебе бы только бродить по полям и читать бесконечные романы, – фыркнул Роб.

– Я много слышал о нем и несколько раз видел в столице. Он, кажется, состоит в дальнем родстве с императорской семьей, – сказал Алан.

– Даже так! – удивилась Марго.

Тихая жизнь в провинции не наделила её должным пиететом к сильным мира сего. Наоборот, она почувствовала ещё большее раздражение и подумала, что с такими родственниками Ганна будет сложно привлечь к ответственности за совершенное им преступление.

Тот факт, что в мыслях Марго Грег уже был объявлен виновным без каких-либо доказательств, вовсе её не смущал. Она до сих очень четко помнила их первую встречу на лестнице и нанесенное ей оскорбление. Одного этого было достаточно, чтобы объявить мужчину записным негодяем.

– Я знаком с ним много дольше, чем вы. Он всегда выполняет данные обещания, никогда не сомневается в своих действиях и не любит упоминать о родстве с императором, – упоминая качества Грега Роб загибал пальцы. Потом резко разжал пальцы и весело оглянулся на сестру. – Кстати, он бывал в нашем поместье!

– Что?

– Когда?

Вопросы старших из семейства Росс раздались одновременно, а выражение крайнего удивления на их лицах было практически идентичным.

– Я как-то раз встретил его в нашем городке и предложил взглянуть на папину коллекцию холодного оружия, – сказал Роб, обращаясь к Марго. – Отец с Аланом были в конторе, как всегда, а ты в очередной раз где-то бродила.

На несколько минут в комнате воцарилась тишина. О чем думали братья Марго представить не могла, а вот направление её мыслей имело весьма любопытное направление. Она пыталась представить Грега Ганна в комнатах их особняка.

«Пожалуй, это было бы слишком странно и уж точно абсолютно ненормально» – заключила в итоге Марго.

– Мы пробыли в доме около получаса. Я отчаянно ожидал твоего возвращения, Марго, и хотел представить тебе Ганна. Тебе было бы чем похвастаться перед кузиной Натали и её подругами.

– Знакомством с ним можно хвастаться как получением титула?

– Как минимум, – кивнул Роб.

– Тогда сейчас у меня есть это преимущество, – с сарказмом заявила Марго.

– Чем он занимается? – спросил Алан.

– Официально он помогает своему отцу. Чем ещё заниматься старшему сыну, наследнику титула герцога? Но слухов ходит много. Если откинуть совсем уж невероятные и найти общий знаменатель, можно заключить, что он работает на императора.

– И здесь он выполняет поручение императора?

– Или направлялся куда-то с этой целью, – пожал плечами Роб. – Марго, ты же изучала историю этих мест. Происходило здесь когда-то или происходит сейчас что-то интересное?

– Ничего абсолютно. Последние сто лет здесь сеют и собирают урожай.

– За исключением… – многозначительно протянул Роб.

– За исключением того, что происходило и происходит конкретно в Айонской пристани, – подхватила Марго. – Но об этом не было никаких упоминаний даже в газетах!

– Императору не нужны газеты чтобы быть в курсе того, что происходит в государстве.

– И что же, ты предполагаешь, что Ганн здесь, чтобы расследовать убийства? – спросил Алан.

– Может быть.

– Это вовсе не снимает с него подозрений… – начала было Марго, но Роб тут же её перебил.

– Брось, дорогая сестра. Если мужчина схватил тебя за попу это ещё не означает, что он убийца!

– Ох и зря ты это сказал, – пробормотал Алан, наблюдая как лицо сестры наливается краской.

До конца дня Роберт Росс боялся попасться сестре на глаза, а за ужином старательно поддерживал и обычно словоохотливого мистера Райта в нелегком деле обсуждения необходимости строительства более крепких переправ через бурные реки.

Ночь стремительно приближалась.

Марго нарочито медленно готовилась ко сну. Она даже помыла голову, потратив на это целый час. Алекса отправилась домой ещё засветло, и Марго была этому рада. В противном случае ей не удалось бы скрыть нервозность.

Девушка отчетливо помнила свой кошмарный сон. Обычно сны, даже самые яркие, постепенно забывались, ощущения и воспоминания после них сглаживались в течении дня. Этот сон был полной противоположностью обыденности. Чем ближе была ночь, тем ярче и чаще он всплывал в памяти.

Кровь, льющаяся потоком по булыжникам мостовой, кровь, чернеющая на её руках и жуткий, пробирающий до костей почти животный ужас.

Марго промокнула влажные волосы полотенцем и сомнением посмотрела на разобранную постель. Возможно, сегодня можно и не спать. Она с удовольствием проведет время за новым романом, в её сундуке как раз остался один, захваченный из родного дома. Эту ночь она ещё выдержит, но что будет завтра?

Завтра можно остаться на ночь в комнате одного из братьев. Конечно, они уже давно взрослые и ночевать в одной кровати не совсем удобно и прилично, но они поймут, если она попросит.

Марго представила себе этот разговор и дернула плечом. Уж Роб точно никогда ей этого не забудет. Терпеть его шуточки всю оставшуюся жизнь? Нет уж, увольте!

Марго заплела влажные волосы и забралась в постель. На столе, сундуке и возле её постели в простых медных канделябрах горели свечи, давая достаточное количество света, чтобы в комнате не оставалось ни одного темного угла. Их хватит всего на пару часов, а дальше комната снова погрузится в удушающую беспроглядную тьму.

Как хотелось ей сейчас оказаться в своей комнате дома! Открыть настежь окно, вдохнуть полной грудью пряный аромат полевых цветов, ощутить кожей легкий теплый ветерок, летящий с озера.

Но вместо этого только закрытая наглухо гостиничная комната и чужие черные дороги за окном.

Марго накрыла волна паники, дыхание сбилось и лоб покрылся испариной. Что она здесь делает? Чего ради ввязалась в эту авантюру?

Прежде она с легкостью пресекала эти мысли, не давая себе ни малейшего повода отказаться от задуманного плана. Сейчас все запрещенные прежде слова огнем горели в её мыслях.

Что было последней каплей в этом долгом споре с самой собой? Теперь она готова отказаться от того, что сама для себя назвала долгом?

Марго взяла себя в руки и забралась под одеяло. Времени для принятия решения было достаточно. По крайней мере, до того момента как починят мост. Она не принимала окончательного решения отказаться от запланированного замужества, но позволила себе сомневаться.

Её решение поставило братьев в сложное положение. Из-за неё они оказались заперты здесь и не известно, что может произойти.

В конце концов, дороги уже должны были достаточно просохнуть для того, чтобы повернуть назад. Пока есть куда вернуться, они не будут заперты здесь как в ловушке.

Марго не заметила, как заснула. Свечи одна за одной гасли, и в полутьме не раздавалось ни единого звука, кроме размеренного дыхания спящей девушки.

Когда в темноте растаял отблеск последней свечи, почти на грани слышимости раздались какие-то звуки.

Марго во сне нахмурилась и перевернулась на другой бок. В этом полусне – полудреме она отмахнулась от ставшего чуть громче звука, как от надоедливого комара.

Тем временем звук становился все громче. Он отражался от одной стены и вливался в другую, постепенно заполняя собой все пространство.

Марго проснулась и резко села, напряженно вглядываясь в темноту.

Звук стал больше напоминать музыку. Тревожную. Напряженную.

В музыку плавно вливались голоса хора. Они тянули гласные, поднимая их все выше, все тревожнее.

Марго вскочила, закрывая уши руками и на ощупь направилась к входной двери.

Эта музыка давила на нервы, заставляла дрожать и нервно, до крови, прикусывать губы.

Наконец, пальцы нашли щеколду и с силой дернули. Дверь распахнулась, и в отблеске редких свечей Марго разглядела длинный коридор.

Едва она выбралась из комнаты, музыка начала стихать, пока совсем не исчезла.

Прошел первый день.

Эти три слова преследовали Марго с самого пробуждения и до завтрака.

За утро у двери её комнаты по очереди отметились оба брата с одинаковым вопросом «как дела». Она ответила также одинаково положительно, но позже собиралась обсудить с ними сон, который ей приснился сегодня ночью.

Марго была практически уверена, что это был сон. Ровно до того момента, пока не обнаружила длинную занозу в ладони. Когда она ложилась спать, ничего подобного не было.

А значит…

Что это могло значить Марго предпочитала не думать.

Она быстро собралась к завтраку и спустилась вниз, старательно удерживая на лице спокойное выражение. Ни к чему вызывать новые вопросы у братьев или подозрения у Грега Ганна.

Марго осознала нелепость опасений по поводу последнего сразу, как вошла в комнату. Место господина Ганна уже привычно пустовало.

Алан помог сестре занять место между собой и Робом. Поблагодарив брата, Марго довольно равнодушно улыбнулась сидящему напротив мистеру Райту и сосредоточила свое внимание на тостах и яичнице.

Несмотря на нервное напряжение и постоянно работающую мысль, она, как и прежде, обладала превосходным аппетитом. Пожалуй, именно этот факт наиболее отличал её от кузины Натали. Та отказывалась от еды, если её ручная болонка не подавала хозяйке лапу.

Поддержанием разговора занимались исключительно мужчины, Марго не вникала в их беседу, размышляя о том, как именно им поступить. Решение оставалось за ней.

Остаться и дождаться ремонта моста, чтобы продолжить путь или, не дожидаясь последующих событий, повернуть назад?

Решение, решение…

Марго уныло приподняла вилкой кусок яичницы, а затем ощутимо вздрогнула, когда её слуха коснулось имя «Лидия».

– Простите, что вы сказали? – тут же обратилась девушка к мистеру Райту.

По блестящим от жира губам мужчины промелькнула странная усмешка. На мгновение Марго показалось, что имя убитой девушки он произнес только из желания привлечь её внимание.

– Я вроде как рассказывал вашим братьям, как сегодня во время утренней прогулки встретил одного из констеблей, которые допрашивали нас накануне. Вроде как, такой невысокий и плешивый мужчина.

– Не припоминаю, чтобы вы были при том разговоре, – хмыкнул Роб, отправляя в рот очередную порцию яичницы.

– Не был, не был, – хохотнул мистер Райт. – Однако, избежать приватной беседы не сумел.

– И что же? – ввернула Марго, с раздражением оглядываясь на младшего брата. Ей не терпелось услышать продолжение истории Райта.

Мужчина перевел взгляд на девушку, улыбнулся и слегка побарабанил пальцами по столу, вспоминая на чем остановился.

– Ах, да! Тот констебль! Не могу вспомнить его имя. У меня, вроде как, ужасная память на имена. Так вот… Хм… Мы разговорились о несчастной девушке, и я спросил, что же с ней произошло, вроде как. Ведь мы только и знаем, что она была убита. Оказалось, что её вроде как оглушили – ударили чем-то по голове. Потом вроде как перерезали горло. Констебль сказал, крови было очень много.

Мистер Райт бросил быстрый взгляд на мгновенно побледневшую Марго, а затем продолжил свой рассказ, словно не заметив произведенного эффекта.

– Вроде как она умерла из-за потери крови, но это не все. На теле они обнаружили следы укусов. Вроде как дикого животного.

– Это был несчастный случай? – спросил Роб с сомнением в голосе.

– Они вроде как до конца не уверены, – пожал плечами мистер Райт. Он подхватил крошечную кофейную чашку толстыми пальцами и сделал небольшой глоток.

Марго в легком оцепенении наблюдала за его действиями. Её мозг отмечал и его неприятную внешность и отталкивающую манеру постоянно повторять «вроде как», но вместе с этим он словно гипнотизировал её.

Гипнотизировал? Девушка моргнула и сбросила странное оцепенение. Когда этот человек в её восприятии опустился с добродушного простака до неприятного человека? Кажется, из-за Грега Ганна ей теперь повсюду будут мерещиться подозрительные личности.

Потом она сосредоточилась на том, что только что узнала о Лидии, и по спине побежали мурашки.

Марго ни на секунду не поверила в версию про нападение дикого животного. Дикие звери не оглушают предварительно свою жертву.

Но кто и зачем мог рвать жертву зубами? Кому вообще могло понадобиться убивать Лидию?

Вариантов оставалось не так уж много – это мог быть больной умственно человек, или… совсем не человек…

Марго резко вскочила из-за стола и тут же вздрогнула, испугавшись грохота, с которым упал её стул.

Взгляды всех в комнате сошлись на её бледном испуганном лице.

О чем она подумала? Она действительно допустила, что убить Лидию мог не человек? Кто тогда? Призрак? Злой дух, пожирающий плоть понравившейся жертвы?

Марго начало казаться, что пребывание в Айонской крепости начинает угрожать уже её собственному умственному здоровью.

– Надо возвращаться, – тихо пробормотала она.

– Что? – хором отозвались братья Росс.

– Мы же можем вернуться? Дороги должны были высохнуть, уже должны были. Надо вернуться! Я хочу вернуться домой!

Марго выпалила последнюю фразу и вихрем выскочила из столовой. Едва оказавшись в своей комнате, она захлопнула дверь с такой силой, что вздрогнуло всё здание.

Разумеется, Алан и Роб возникли в комнате Марго спустя рекордно короткое время.

– Не верю, что ты говоришь серьезно, – с порога заявил Роб, старательно, но безуспешно, прикрывая радость недоверием.

Марго, до сих пор не вполне восстановившая ровное дыхание, тем не менее ответила максимально уверенно.

– Придется поверить. Если получится, я хотела бы покинуть Айонскую пристань уже завтра.

За дверью комнаты раздался невнятный шум и Роб моментально насторожился. Выражение радостного недоумения на его лице сменилось на подозрительное, и он приложил к губам указательный палец, призывая брата и сестру к молчанию. Алан, так как стоял ближе всех к двери, бесшумно двинулся к источнику шума.

Марго испуганно вжалась в стену, её взгляд метался от братьев к двери и обратно. Слишком уж много потрясений за последние несколько дней пришлось ей пережить.

Алан осторожно коснулся дверной ручки, его пальцы сжались, а затем дверь резко распахнулась. Роб подался вперед, Марго почему-то закрыла глаза.

– Никого? – тихо спросил Роб.

Марго открыла глаза, чтобы увидеть, как спина Алана скрылась на пару секунд в коридоре, а потом брат вернулся, старательно прикрыв за собой входную дверь.

– Странно, – пожал он плечами, – готов поклясться, что слышал чьи-то шаги.

– Может, показалось? – шепотом спросила Марго.

– Нам не могло показаться всем троим, – нахмурился Роб. – Нас подслушивали?

– Зачем нас подслушивать?

Марго в изнеможении опустилась на краешек кровати. Её ноги дрожали, а пальцы нервно перебирали бахрому на покрывале, которым была застелена постель.

Алан пожал плечами:

– Может, и не подслушивали.

Он и Роб переглянулись, и Марго поняла, что братья не торопились посвящать её во все свои дела.

Раньше она бы непременно устроила им допрос с пристрастием, чтобы выяснить, что они от неё скрывали, но сейчас гораздо важнее для неё была тема отъезда.

Словно услышав мысли сестры Роб резко повернулся, моментально сменив мрачное выражение лица на широкую улыбку.

– Так что? Завтра отъезд? – спросил он, и, дождавшись кивка Марго, начал что-то мысленно подсчитывать. – Должны успеть собраться до завтра. Сейчас же отправлюсь на кухню и прикажу собрать нам провизию в дорогу. Не желаешь написать жениху о расторжении помолвки?

Марго качнула головой, но Роб не потерял оптимизма.

– Не сейчас, так потом, – легко согласился он.

Алан обулся, и, попросив брата замолчать, бесцеремонно вытолкал его из комнаты сестры.

– Мы все подготовим к дороге, не беспокойся. Тебе нужна помощь в сборах?

– Нет, я сама, – качнула головой Марго.

Алан кивнул сестре и дверь за ним захлопнулась. Марго на всякий случай тут же задвинул щеколду, но так и не почувствовала себя в безопасности.

Мысль, о том, что кто-то мог их подслушивать пугала и одновременно казалась абсурдной. Чего ради кому-то подслушивать разговоры семейства Росс?

Это могли быть констебли? Кого-то из семьи Росс подозревают в убийстве Лидии?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.