# Эволюция неизбежна

Елена Пост-Нова

Планетарный катаклизм стёр с лица земли почти все человечество. Новые люди мутировали и потеряли способность убивать.

Все – кроме него.

Только он способен научить людей противостоять самым страшным хищникам обновлённой планеты – квазиантропам. Ему суждено превратить жертв в охотников, но… какой ценой?

Тёмная история создателя квазиантропной охоты – приквел к роману «Три Закона».

## Эпизод 1

Имени Малого никто не помнил. Кроме его старшего напарника, но и тот предпочитал называть парня по прозвищу, ведь сам завёл среди спецов традицию не использовать ни имён, ни фамилий, а только порядковые номера. Так проще было прощаться с погибшими – и сразу заменять их новыми людьми.

Малой значился под номером шесть. Не потому, что присоединился к Группе Защиты шестым по счёту, а потому, что занял место пропавшего в стычке специалиста. Группа знала его всего лишь полгода, но за это время он зарекомендовал себя суровым убийцей.

Многие косились на него с молчаливым подозрением – после всех мутаций, произошедших с человеческим мозгом во время Катаклизма, отыскать человека, способного убивать, стало трудновато. А этот парень, едва вышедший из возраста подростка, даже в лице не кривится, когда косит зверя из пушки на сто восемьдесят градусов вокруг себя. Некоторые его недолюбливали за хладнокровие, каким сами похвастаться не могли. Между собой эти некоторые поговаривали, что врачам стоит тщательнее проверять его башку на наличие отклонений.

Но недавно сформированному Правительству были нужны такие люди, как Малой. Поэтому не только его, но и остальных специалистов Группы никто не трогал до поры, когда ситуация в мире не исправится окончательно. Тем более, что жили они изолированно от других людей – как палачи в далёкие времена вымерших предков.


Шёл 336-ой день с момента рождения новой цивилизации. Эту цифру Малой видел издалека – на единственном пока высотном здании, предназначенном для заседаний Правительства. Оно перстом торчало посреди общей разрухи бесчисленных стройплощадок, в которую превратилась некогда дикая Равнина Мосоха. По замыслу высоких лиц здесь будет находиться столица Объединённого Человечества, отсюда же оно будет управляться всего лишь горсткой людей.

Малой в очередной раз с сомнением хмыкнул, глядя на огромный экран правительственной высотки, где подбадривающие народ цифры светились на фоне свежеизобретённого флага. И цифры, и флаг (восход золотого солнца на серебряном полотне) показывались только по утрам, для экономии энергии. Малой каждый день отмечал смену дня на экране, а заодно удостоверялся, что та самая горстка людей не сменила планов отстроить новый город и новое общество. Планы не менялись, стройка ползла, а вокруг неё прибавлялось палаток и бараков – преодолевая километры Дикой Зоны, сюда стягивались все, кто мог. С надеждой на новую жизнь. С надеждой на защиту от зверя.

Зверя, которому учёные умы недавно даже присвоили имя – квазиантроп. Название громкое, но для людей из леса эти твари навсегда останутся зверем… Страшным дневным хищником, уничтожающим всё на своём пути…

– Эй, слышь, парень? – донеслось из-под крыши, на которую Малой взобрался, чтобы увидеть «столицу». – Каждый раз смотрю на тебя и завидую! Я в твоём возрасте таким не был.

Ступенька у барака скрипнула – на неё, ухмыляясь, вышел специалист под номером четырнадцать (номер ему не меняли, хотя на данный момент в Группе оставалось всего десять человек). Вытирая ободранную во вчерашней стычке рожу, он, не заботясь, оставлял на полотенце мутные, подкрашенные кровью, отпечатки.

– Тебе когда девятнадцать-то стукнет? – щурясь одним глазом, он посмотрел на силуэт Малого наверху.

– Пять месяцев ещё… – быстро прикинув дату своего прихода в Группу, сказал парень.

– Нескоро! Ну да всё равно отметим. За пять месяцев ты, небось, ещё лучше вымахаешь! – хохотнув, Четырнадцатый закинул испорченное полотенце на плечо и пошёл по своим делам.

Дела повели его от умывальника сразу к начальству, которое сидело тут же, в соседнем бараке, и было занято сверкой электронных карт с бумажными. Электронные карты поступали от сканера местности, а карты бумажные составлялись людьми. Бумажные до сих пор были точнее…

Начальством являлся старший напарник Малого. Он носил фамилию Родо́н, а порядковый номер – первый.

– Зачем опять к нему лезешь? – спросил он равнодушно, слыша позади вальяжную поступь Четырнадцатого.

– Да врёт он, только прикидывается «малым», – протянул тот и оглянулся через плечо, проверяя, нет ли рядом лишних свидетелей. – Он самого себя старше лет на пять, а то и на десять!

– Не всё ли тебе равно? – Первый и тут не посчитал нужным оторваться от карт. – Главное, что работает нормально.

– Мне-то? Плевать! Вот только… – Четырнадцатый скривился вновь, – понять хочу, на кой чёрт ему врать понадобилось.

Начальник не ответил. Он то и дело слышал о странностях, замеченных другими членами Группы в его напарнике. И сам понимал, что Малой лжёт о своём возрасте. Но не придавал этому слишком большого значения – в конце концов, родню и весь посёлок парня убили звери. После такого любой будет со странностями.

Врачи не выявили у него особых нарушений в психике, значит, для работы годен. К тому же, современный человек – это не то, что его вымерший во время Катаклизма предок, sapiens. Время беспорядочных радиационных мутаций уже давно закончилось. Из них в генах нового человека, sapiens prosperus, остались только те, которые можно смело засчитать за эволюционные. Так что со стороны людей проблем ждать не приходится. Их полно от кое-кого другого…

Малой на своей крыше знал, что Четырнадцатый будет говорить его напарнику. Плохо дело… Положение в Группе казалось ему шатким, ведь он и в самом деле врал. Но только если они поймут, что врёт он в обратную сторону, то… кто знает, где он закончит своё существование…

Он вовсе не желал казаться младше (это в самом деле не имеет никакой логики). Наоборот! Ему едва ли исполнилось семнадцать, когда полгода назад он пришёл к месту строительства города и попросился в Группу Защиты. Он прибавил себе год, зная, что его ровесники, выглядят иначе, нежели он. Но всё-таки, не видев в жизни много людей, он не подозревал, что настолько иначе. В возрасте семнадцати лет бесполые подростки-агены только-только успевают превратиться в парней и девушек и по-прежнему выглядят почти детьми. Так что прибавки всего лишь одного года оказалось недостаточно, Малой уже выглядел слишком взрослым, ведь… Но теперь менять показания уже поздно. К тому же, враньё помогает ему вычислять тех, с кем в будущем надо быть осторожнее…

– Малой! – снизу раздался голос Первого. – Ты разве успел отоспаться?

Ночью парень нёс дежурство на одной из площадок по вырубке леса. Стройка расширялась, несмотря на огромное количество недостроенных зданий и дорог – свободной от леса площади уже не хватало. Валить выросшие после Катаклизма деревья приходилось в тёмное время суток – так шум привлекал меньше зверя. Точнее, раньше зверя не останавливала даже ночь, но ближайшие стаи уже успели отдать концы при помощи специалистов Группы.

– Успел, – Малой выглянул с крыши.

– Сверхчеловек… – хмыкнул Четырнадцатый за плечом у начальника.

– Тогда прогуляешься со мной в научный центр, – кивнув, Первый вроде вознамерился вернуться в барак, но, развернувшись, только произнёс негромко: – Отставить.

Его многообещающего взгляда было достаточно, чтобы у Четырнадцатого пропала охота острить.

Переодеваясь в наименее испорченную одежду для визита в город, Первый с досадой думал, как ему надоело это сборище психов с пушками. Держать этих людей вместе было отвратной идеей – видимо, способные к убийству не имеют склонности уживаться с себе подобными. Сам он никогда не желал быть начальником, тем более над такой сворой, но в настоящее время его некому было заменить на посту.

Родон действительно был первым в Группе, она с него и началась. Он сразу откликнулся на призыв Правительства и привёл сюда всю свою деревню, которую с юных лет защищал вместе с отцом от зверя. Из пятидесяти жителей деревеньки только они двое были способны причинять вред. А когда отец погиб, он остался с этой задачей один на один.

Впрочем, как теперь оказалось, быть одному не так уж и плохо.

Малой уже ждал его на выходе, вполне свежий, без следов недосыпа, и такой же безэмоциональный, как всегда.

– Готов? – Первый криво улыбнулся и хлопнул парня по плечу.

– Н-да, – просто ответил тот, едва ли отреагировав на тёплый жест.

Идти им пришлось пешком. Транспорта на всех не хватало. То, что имелось в распоряжении Группы, должно было всегда находиться в доступе у дежурных – на случай сигнала об атаке зверя.

По пути Первый разговаривал скорее сам с собой, чем со своим молодым напарником. Может, потому он ему и нравился – молчаливый, простой, не истекает желчью, как практически все специалисты. Да и какие это специалисты? Такие же, как он сам, громилы поселкового типа, привыкшие, чтобы соседи, дрожа, прятались у них за спиной.

Но всё же, несмотря на симпатию, Первый замечал в Малом не меньше странностей, чем другие. Тот был крепким и слишком коренастым для такого молодого человека. И эмоций маловато для подобного возраста. Люди, едва миновавшие переходный период определения пола, обычно всё ещё находятся под властью гормонов. Хотя, неизвестно с какого возраста парню пришлось выполнять «чёрную работу»… И каждый из тех, кто её выполнял, мог похвастаться мощным телосложением.

Утро в городе будущего началось рано. Едва рассвело, а работа уже кипела. Здесь, в центре застройки, люди чувствовали себя почти свободно и практически спокойно – от дикого леса их уже отделяла значительная территория. К тому же, Группа Защиты стояла на страже! Приятное ощущение уверенности в завтрашнем дне и желание работать без отдыха, чтобы приблизить это самое завтра, царили на недостроенных улицах и уходящих в мутное небо лесах. Небо здесь ещё нескоро очистится от смога и пыли стройки.

– Ну что, доживём мы до открытия, как думаешь? – вопросил Первый, прервав свой предыдущий монолог о недостатках электронных карт.

– Так говорить не надо, – Малой улыбнулся, кажется, даже с долей грусти.

Сколоченное наспех здание научного центра находилось под самым боком у Правительства. Хотя, это скорее была одна только бесконечная крыша, где внутри четырёх стен пятой отгораживался угол под склад. В будущем предполагалось, что учёные умы покинут это место, распределившись по профильным организациям, ни одна из которых ещё не была основана. Сейчас под высоким потолком, в солнечные дни невыносимо раскаляющим воздух Центра, расположился необозримый лабиринт из рабочих столов, светильников, стопок бумаг, проржавевших агрегатов неизвестного назначения и – склонённых голов работников. Провода целыми снопами лежали в узких проходах, но Первый знал, как кратчайшим путём пройти до места назначения – звена по усовершенствованию «Базового» оборудования.

Прошло немало лет с тех пор, как люди нашли первую Базу Знаний со всем её содержимым, бережно спрятанным под землю вымирающими sapiens. Но серьёзная работа над наследием прошлого началась только сейчас. Увы, планетарный Катаклизм и последовавшие за ним катастрофы и войны мало что пощадили на поверхности Земли. И зверь, конечно, постарался тоже… Но! Всё-таки надежда на лучшую жизнь появилась вновь – вместе с дверью первой Базы, показавшейся однажды из-под многолетнего слоя почвы. Внутри находились тонны вещей, а главное – знаний. В частности, о том, что Баз по всей планете спрятано целых двадцать. Но где именно, указания не имелось – эти резервы были организованы учёными, объединившимися во время Глобальной Войны, и те боялись, что военные предпочтут вскрыть все доступные им Базы, а не оставлять их неизвестно кому на будущее.

Теперь Баз найдено десять. Но чтобы проработать как следует их содержимое людям до сих пор не хватало организации. Теперь она у них появилась. Члены Правительства были выбраны именно из тех, кто умело руководил жизнью вокруг Баз.

– А, здравствуйте, господин Родон, – отозвалась одна седая голова, встретившаяся на пути следования сквозь научный лабиринт. – Точнее, господин Первый, конечно!

Белая макушка поднялась от залитого жёлтым светом стола и следом за ней вытянулось на поверхность остальное тело. Человек, облачённый в грязный белый халат, был выше самого Первого, но, в отличие от него, будто не имел мускулатуры вовсе. Худой и длинный, он всё же обладал живым лукавым лицом. Его звали Ома Волхорий, он руководил звеном усовершенствования.

– Вы пожаловали, чтобы опять мучить меня, верно? – заложив худые руки за узкую спину, руководитель Волхорий смешливо прищурился. – Ведь мне порадовать вас нечем.

– Я бы, знаете, с удовольствием пошутил на эту тему вместе с вами, – вздохнул Первый, с хрустом потягивая шею, – если бы там у меня люди не дохли, как мухи.

Учёный, кажется, смутился и кашлянул в сторону.

– Вы тут в тепле предаётесь великим мыслям (а крыша тем временем уже успела нагреться несмотря на смог), пока мы там копьями обороняем всё это гнездо разума.

– Давайте не будем, – встрепенулся Волхорий, – сравнивать, у кого погибло больше людей! Мы здесь тоже, знаете ли, работаем в опасных условиях. Только вместо квазиантропов у нас механика и химия… Ох, Бог мой, довольно!..

Проведя узкой ладонью по лицу, он будто стёр с него хмурое выражение.

– Простите, господин Родон… Но насчёт копий это вы преувеличили! – снова улыбка, на этот раз усталая. – Мы всего лишь две недели назад вручили вам дополненный автомат 75-б.

– Да. Один.

– Десять у нас на подходе! Вы же знаете, какие сейчас случаются перебои с энергией!

– Энергии не будет вообще, если случится перебой с безопасностью. Кто будет заменять выбывших специалистов? Или вы их в пробирке намерены выращивать?

Малой тихо вздохнул и, не прерывая молчания, оставил пост рядом с плечом начальника. Пререкание затянется надолго. Что ещё остаётся делать людям, которые не в состоянии решить свою проблему? Стараясь никому не мешать, Малой двинулся промеж заваленных чертежами и деталями столов. Люди, все до одного увлечённо корпевшие над ними – мужчины и женщины, молодые и в возрасте – не обращали на него никакого внимания.

Чем же они так фанатично занимаются, если нового оружия всё нет и нет?..

Побродив среди инженеров и не получив в свою сторону даже косого взгляда, Малой стал заглядывать в разложенные повсюду бумаги. И не зря! Ведь ни на одном чертеже, до которого он мог дотянуться, не было изображено ничего хоть немного похожего на привычное ему оружие! Как же так?.. Может, он забрёл в другое звено?

– Что, молодой человек, интересно?

Поравнявшись с ним, Волхорий удовлетворённо улыбнулся.

– Это хорошо! Похвально! Вот когда станет полегче, вы будете учиться – и все будут! Даже ваши старшие коллеги!

– Чему ж их учить? – подумав, спросил Малой. – Они всё знают.

– Они знают всё в своём деле, а человеку нужно знать больше! – кажется, господин учёный поднял любимую тему, ведь глаза его сразу загорелись живым огнём.

– Зачем?.. – этого парень не понимал.

– Как зачем?! Даже до Катаклизма люди получали разностороннее образование, а мы должны их превзойти! Ведь мы обладаем гораздо более развитым мозгом и, в частности, познавательной функцией! Мы превзойдём их во всём!

На ровном лице Малого отразилась тень сомнения. Ему незачем было тягаться с теми, кто давно помер.

– Ну судите сами! – Волхорий попробовал постучаться с другой стороны. – Вы сейчас смотрели на чертежи, вы хоть что-нибудь в них поняли?

– Тут нет оружия…

– А оно тут есть! – помедлив, возликовал учёный. – Просто вы не можете его разглядеть. А когда выучитесь, вы сможете и читать, и создавать чертежи, вы сможете даже сами изобретать! Да что мы только о технике? Вы сможете сами себя лечить, вы будете разбираться во всём том, что сейчас доступно лишь тем, родился рядом с Базами!

– И правда, во всём?.. – хоть Малой никогда не учился, он прекрасно представлял себе масштабы знаний всех тех, кто строит дома, делает и чинит пушки, лечит раны и управляется с машинами.

Счастью Волхория не было предела – он докричался до одного из этих твердолобых из диких лесов!

– Конечно, во всём! И это возможно! Человек будущего будет стоить трёх людей прошлого! Ох, хотя здесь надо, конечно же, уточнить, – он посмеялся, – что речь идёт именно о Homo sapiens prosperus, о нас с вами, а не о квазиантропах. Ведь, строго говоря, они тоже люди…

До этого Малой слушал оратора внимательно, едва ли не увлечённо. Но вдруг брови его резко опустились, а во взгляде неуловимо что-то блеснуло.

– Квазиантропы не люди… – проговорил он глухо, – это звери…

– Увы, мой мальчик, – вздохнул Волхорий, – многим данный факт не по душе, но надо смотреть правде в глаза – у нас с ними общие предки. Просто нам больше повезло в процессе мутаций. Сейчас нам, к сожалению, приходится их убивать, но когда-нибудь и это закончится.

– Закончится, когда мы их всех перебьём…

– О, нет, от этой мысли придётся отказаться!

– Что, как это, значит, отказаться? – парень обернулся так резко, что учёный рядом с ним подпрыгнул на месте. – С чего?!

– П-потому что это невозможно… И не нужно, поверьте мне! Мы и Правительство часто заседаем на эту тему – период глобальных изменений завершён, экосистемы сформировались, и мы не может вдруг взять и удалить из них целый подвид, к существованию с которым уже приспособились другие организмы. Это может привести к нехорошим последствиям! Ведь влияние квазиантропов очень значительно…

– Да, они мочат всех, кто им встретится! – отвечал Малой всё так же сердито.

До Волхория наконец начало доходить, что, возможно, не стоило поднимать эту тему. Из-за квазиантропов молодой защитник наверняка потерял родных, как и многие вокруг. А ещё от такой-то работёнки у него могли возникнуть неполадки с психикой…

Он оглянулся в поисках поддержки (ведь парень всё продолжал как-то странно на него смотреть), но, оказывается, все инженеры в радиусе десяти метров уже давно пялились на них из-за своих столов. Мужчину это смутило больше, чем мальчишку.

– Тварей этих давить надо во все стороны, – ничуть не тушуясь, продолжал Малой. – Без разговоров.

– Не волнуйтесь, молодой человек, – как можно мягче проговорил Волхорий, на всякий случай выставляя руки перед собой, – в любом случае это ещё обсуждается, и Правительство не примет необдуманного решения.

«Правительство…» – эхом пронеслось в голове, и, вновь замыкаясь в себе, Малой беззвучно повторил это слово одними губами.

Волхорий, боясь пошевелиться, переглянулся с ближайшим инженером.

Всё разрешилось само собой – общее оцепенение было нарушено мерзким писком из кармана Малого. Сквозь затёртую ткань штанов мигала яркая красная лампочка – это была «Спичка», маленькое устройство, сигналившее о нажатии кнопки тревоги одним из дежурных.

Очнувшись, парень выхватил светящийся коробок и в панике заозирался по сторонам.

– Первый! Где Первый?!

Но отовсюду на него смотрели только круглые глаза на худых лицах. С усилием овладев собой, он сжал «Спичку» в кулаке и, выпрямившись, произнёс уже спокойно, тем же безэмоциональным голосом, что и всегда:

– Где господин Родон? Отвечайте.

– Ох, он… – Волхорий тоже будто проснулся, – в восточном углу, там сейчас представители Пра…

– Отведите меня к нему. Город атакован зверем.


Когда ржавый однодверный грузовик прикатил наконец на место, там уже работали специалисты. Атакован был не город, а одна из делянок, отгораживающих постройки от края Дикой Зоны. За ночь поваленный лес не успели убрать, и днём он привлёк зверя, бросающегося на всё, что не вписывается в его привычное окружение. Людей здесь работало немного, именно из-за дневного риска. Но до жилых построек зверю было по-прежнему слишком легко добраться…

На ходу выскочив из пустого дверного проёма машины, Первый понёсся к распростёртому телу, видневшемуся на жёлтой от опилок земле. Прыгнув следом, Малой замахал перепуганному водителю:

– Отваливай, не жди!!

Оскальзываясь на стружке, он подбежал к напарнику. За штабелем из сотни стволов, похожем на гору, слышались выстрелы – череда за чередой.

В пыли лежал Четырнадцатый, и лицо его было залито кровью. Дышал он тяжело и часто. А Первый уже стаскивал с него ремень автомата.

– Тут с ним останешься, а я наверх, – бросил он коротко и, не дожидаясь возражений, побежал к пологому краю штабеля, намереваясь занять позицию на высоте.

Что теперь делать? В руках только дежурный пистолет, а на поясе нож…

– Малой… – сквозь прерывистое дыхание оскалился Четырнадцатый. – Не отметим, да?..

– Заткнись и лежи, – голос осип, но от этого стал ещё строже.

– Возьми… – с трудом приподняв руку, мужчина показал пистолет, лежащий у него под боком в каше из опилок и крови. – И там… тоже…

Помедлив, Малой схватил пистолет и наспех обтёр его майкой. Вдруг с вышины раздался грохот! Сорвавшись, одно из брёвен покатилось вниз, но с места не было видно, что там происходит.

– Иди ты к нему, ч-чёрт!.. – из последних сил прошипел Четырнадцатый.

Думать долго не пришлось – из-за штабеля выпрыгнула одна сгорбленная фигура, вторая, третья… Малой замер. Замерли и они – а рванули вперёд, когда перед глазами Малого уже разлился страшный багровый свет. Они мчались на четвереньках, но он видел всё будто в замедленной съёмке – это проклятое движение мускулов, переплетённых жилами под зеленоватой кожей, и выныривающие из-под грязных спутанных волос морды… Искажённые яростью и потерявшие человеческие черты…

Поворот, стойка, зафиксировать, прицел – выстрел! Второй! Третий!

Полсекунды спустя Малой не верил своим глазам, увидев, что все три зверя валяются в облаке древесной пыли. Он даже не помнил, как целился…

– Наповал, смотри, а?!!

Обернулся радостно!.. но Четырнадцатый смотрел не на него, а в пустоту.

Дыхание перехватило, что-то перекрыло глотку. Это были последние остатки от того самого, современного человека… Он их проглотил, и вот они уже растворились в кислоте другой половины его души, тайной и молчаливой, о которой никому нельзя было узнать.

Треснув себя по щеке, Малой быстро обыскал тело погибшего спеца, забрал нож и патроны. Багровый свет вновь проступал у него перед глазами.

Они лезли на штабель, обезумев от вида машин, хаоса вырубки и – людей. Что творилось сверху или по ту сторону, до сих пор не было видно. «Сбросив» нескольких с подступов, Малой полез, обдирая ладони, наверх.

И это оказалось верным решением – Первый не успевал отстреливаться, звери валились один на другого, но новые прибывали так быстро, что буквально каждую секунду приходилось делать шаг назад. Малой удачно выбрал место для подъёма и вывалился на брёвна как раз за спиной у напарника.

И без слов встав рядом, начал палить в беспорядочную массу слепой ярости перед ним.


Вечером всё уже было в норме. Скорректировав график дежурств с учётом выбывшего, специалисты по защите отдыхали. Между бараков стояла тишина – такая же, как в Дикой Зоне, когда там нет людей.