Олофина Эрмес
Пепел страсти

Глава 1 На рассвете

Спустя недели после той злополучной ночи, я был готов поверить, что уже никогда не встречу эту женщину. Самку, по чьей вине сгорело наше размеренное и удобное существование.

***

Драконы тушили догорающий дворец. Я увидел, как из-за кустов неподалеку мелькнула вспышка, оставил товарищей и направился в их сторону. Мужчина в очках, сером спортивном костюме, испуганно ютился на туристической сидушке синего цвета, резинкой, прицепленной к бедрам. Вылитый любитель походов, если бы не одно но, которое выдавало его с потрохами. Большая черная сумка, напичканная объективами, различной техникой, и профессиональная камера в руках. Этот тип следил за нами и успел сделать множество снимков. Он сделал еще одну ошибку, ослепив меня вспышкой.

«Ну нет, дружок, тебе конец! – Угрозы. Жаль, что он этого не услышал. Но в то же мгновение парень кажется понял, что ему пришел конец. Он замешкался, убирая камеру в сумку, и двинулся с ней по кустам, гусиной походкой. – У меня нет времени на тебя, – снова сказал я в мыслях, словно в этом был смысл. – Готовься к полету».

Кусты закончились, и смельчак выбежал в лес на открытую дорогу. Это была его ошибка. Я схватил его лапой, за плечи, пропустив голову между острых когтей. Уже скоро мы пари́ли над лесом, оставляя позади дворец.

«Оборудование из проката. Все это стоит огромных денег!» – кричал безумец и крепко держал сумку в руках.

Смельчак! Многие во время таких полетов теряют сознание, взять только безжизненно мотающегося охранника в лапах Виктории. Кто знает, может, она и вовсе убила его. Виктория, я вспомнил ее слова о муже, и картинка полностью сошлась. Тогда я понял, кто у меня в лапах. Это осознание напугало и оставило внутри легкую дрожь. Вот он настоящий виновник пожара, тот кто подложил свою жену под любого за деньги и славу. Он держался за сумку и вопил что-то невнятное, когда я перерезал ремень.

– Молись чтобы и ты не последовал за ней! – злость внутри меня закипала. Я угрожал телу, падающему с высоты на пляж. – Если вдруг надумаешь сбежать, так и быть, поиграем в прятки. Но тогда я точно поджарю твой зад. Расслабив лапу, дал ему немного полетать.

Не услышав ни одну из угроз, он упал на песок и потерял сознание. Отлетев на другую сторону пляжа, я бросил сумку и, направив на нее пламя, смотрел, как она исчезает на глазах, не оставляя за собой ничего. Ткань обуглилась и стекла вниз, затем и вовсе растворилась. Техника, словно шоколад плавилась от высоких температур. Постояв еще минуту, я раздумывал над тем, что содержимое карт памяти могло уничтожить весь наш род. Столько доказательств существования драконов, да еще и угрожающее человечеству поведение, пожар, все это стерло бы нас с лица земли.

Нырнув в воду я не почувствовал тяги к человеческому облику. Перерождение странно напоминало испытание. Приходилось все время наблюдать за пленником, который продолжал лежать без сознания. В какой-то момент я пожалел, что рано превращаюсь, не проверив, жив он или мертв, но эти сомнения были ни к чему.

Если бы кто-то увидел как я голый и мокрый раздеваю человека на пляже, то репутация была тотчас убита. Какие приемы во дворце? И капли не осталось от благородства, но у меня был план, которым я не мог пренебрегать.

В кармане брюк я нашел смартфон. На заставке голая девка. Присмотревшись, выдохнул, поняв, что это не Виктория. Две карты памяти безжалостно сломал и закопал в песок. Ключи оставил на память. Для сохранности все в песок.

– Эй, просыпайся! – я, хлестал человека по щекам. Тело в белой футболке и трусах с пикачу не откликалось. Спящей красавице нужен особый способ пробуждения. Неподалеку лежал старый почти обугленный котелок. Набрав в него воды, я вернулся к телу и вылил ледяной влаги на лицо. Реакция последовала мгновенная. Репортер вскочил, как заведенный начал смотреть по сторонам и орать что-то про свою сумку. Переборов желание мазнуть по наглой роже котелком, я сел на корточки перед ним и дал волю чарам убеждения.

– Почему на тебе мои вещи? – сболтнул он нахмурившись. Это мешало. В порыве гнева я прижал его за шею к песку и, не обращая внимание на шевеления, начал процедуру гипноза.

– Что ты делал у дворца? – спросил ровным потом. Мне необходимы были ответы.

– Следил.

– За кем?

– За женой, и за богатыми извращенцами. – Слова лишь подтвердили догадки. – Я толкнул ее на это и еще заставил переспать с одним из мерзких стариков. Так, ей и надо! Сбежала от меня на два года, тварь. Еще и отчитала, когда вернулась.

От каждой услышанной фразы мне становилось все хуже. Тошнота подкрадывалась к горлу и останавливала чары.

– И как ты собирался забрать вознаграждение? – я выплевывал слова, стараясь не смотреть на его наглую рожу.

– Теперь мне не понадобится вознаграждение. Даже если эта дура не смогла переспать ни с одним стариком, у меня есть нечто ценное на картах памяти. Все эти ящерицы. Только представь, сколько я срублю бабла за такой материал. Да я могу их шантажировать, годами выуживать золото или что они обещают наивным дурам? За одни только угрозы их обнаружения я получу состояния. А потом все будет в моих руках. Захочу – улечу в другую страну, где меня не найдут, и выпущу сенсационные новости. Только представь заголовки: «Землю населяют летающие ящерицы убийцы».

Репортеришка даже не слышал о драконах. Называл нас ящерицами. Да за одно только оскорбление его голова могла быть закопана вместе с пожитками в песок. Но в то утро у меня на него были другие планы.

– Откуда узнал про это место?

– Молодая девчонка пришла по объявлению, на стажировку. Ей только исполнился двадцать один год. Она оказалась девственницей. Первой у меня. Этот вызов был принят. Как же она рыдала. Потом, конечно, сладко стонала. Да нет, это чушь. Она все время плакала и болтала, что сожалеет и что теперь ей не видать целого состояния. – Чары уводили его язык даже от мелкой лжи. – Этой дуре обещали миллионы за продажу девственности, а она просто отдала ее мне, добровольно. Да я бы поставил на кон все на ее месте, явился туда и получил свои деньги любым путем, а потом ушел в безбедное существование. Испарился бы на другой континент. А может, остался торговать еще раз пять, чтобы забыть о нужде навсегда. Прикинь за несколько ночей стать миллиардером. Роман Голицын – миллиардер продавший свою жопу! – громко рассмеялся он, смотря только наверх. Со стороны казалось, что он несет бред. Сумасшедший, потерявший всякий облик морали, выпаливал наружу поток грязных мыслей.

– Как жена согласилась пойти во дворец? – продолжал я допрос.

– Наплел ей с три короба. Надежнее было послать эту стажерку Лику, но она разоралась, что не сможет отыграть роль. Тут вернулась Виктория, неожиданно. Почти застала нас вместе. Я с порога начал рассказывать, что происходит у нас в городе, пока она там по заграницам шляется. Сказал, что девушек заставляют продаваться в одном тайном клубе. Эту бабу, с наклонностями феминистки легко завести.

– Тебе не жалко было толкать на это жену?

– Она там за границей, по-любому трахалась со всеми подряд. Я же тебе говорю, даже в брачную ночь нашу, была уже не девственницей. Не пикнула совсем. Текла вся. Хоть я и был пьян, но запомнил это хорошо, – последние предложения он говорил, смотря мне ровно в глаза, словно общался со старым знакомым.

Злость вперемешку с отвращением скручивали желудок. Как мог я боролся с желанием уничтожить мерзавца на месте, за Викторию, мизинца которой он недостоин.

– Ладно! Расскажу по секрету тебе, – произнес журналюга, – Когда выносили Викторию, полуживую из этой богадельни, я почувствовал себя предателем. Но уже потом вспомнил, сколько дерьма попил из-за нее и только поблагодарил ее мыслено, надеясь, что денежки уже поступили насчет Лики. Мне стоило только добраться до квартиры и отпустить ее, но дальше началось такое… эти твари бросились сжигать здание. Огромные, крылатые.

– Адрес, где сейчас находится девушка.

– Какой адрес? Ты что бандит? С чего мне говорить адрес своей квартиры? – отчеканил он, выдав, что чары перестали действовать уже давно. Этот болтун не мог заткнуться и добровольно выдавал информацию.

Предстояло сделать последний рывок. Борясь с тошнотой, я пустил в его сторону все силы.

– Адрес квартиры, где ты живешь! – повторил я, еле сдерживая подкатывающую желчь. Противно кислый вкус уже чувствовался во рту.

– Набережная, вдоль сада. Девятнадцатый дом, квартира девяносто один, – выпалил он на одном дыхании, снова направляя взор в небо. – Виктория, сука, жаль, что ее лишили жизни. Какой-то старик наверняка поразвлекся с ней. Я бы простил жену, только ради того, чтобы трахнуть ее как следует. Ей не понравилось в первый раз. Но за годы я подучился.

Этот невыносимый бред выводил меня. Один удар, и животное, которое позволило себе так обсуждать Викторию, без сознания валялось на песке. Я не успел пройти и двух шагов от него, как вся желчь копившееся в желудке вышла наружу. Стало легче.

А дальше все как в тумане. Натянул его походную сидушку на резинке с пояса поверх больших семейных трусов, и, за руки, потащил тело обратно к дворцу. Месть моя была сладкой.

У дворца уже стояла полиция. Драконы улетели прочь, оставив обугленные стены здания, догорать. Пожарным было не пробраться на полуостров, да и это было ни к чему. Несколько человек в форме опрашивали работников клуба, но среди них не было не Корная, главного дракона этого заведения, ни его приспешников. Зато Лолита в первых рядах давала комментарии. Как всегда, все выпало на роль персонала.

– Моя подруга сгорела там. Она не успела выйти, – рыдала девушка. Еще никогда я не видел на ее лице столько горя. Я направился к ней, чтобы Лола не успела наговорить лишнего.

– Я поймал поджигателя, – намеренно закричал я, чтобы обратить на себя внимание. – Он ненормальный. Фанатик. Твердил, что все дворцовые постройки, этот пережиток феодализма, он намерен уничтожить их.

Полицейские подбежали и стали скручивать бедолагу. Он от неожиданности пришел в чувства. Там дело оставалось за мной. В последний раз применить самые мощные чары, чтобы его бредни еще несколько дней выдавали причастность к делу.

– Будьте прокляты, все ящерицы! Убийцы и насильники! Старые извращенцы. Горите в аду! – кричал журналюга. Слова раздавались на всю округу, пока его загружали в полицейскую машину.

Я подошел к Лолите и прошептал на ухо из последних сил:

– Не смей упоминать женщину.

– Я и не собиралась, – ответила она гордо.

Туман усилился.

Глава 2 Возвращение к истокам

Рядом слышались знакомые голоса. Несколько членов клуба, подхватив волну, стали подтверждать мои слова, они убеждали полицейских, что повязанный действительно сжег дворец. Драконам лишь бы защитить свой род. Когда алиби приносят на блюдечке, они хватаются за него цепкими лапами и уже не отпускают до самого конца. Чувство безопасности важнее чести, даже для таких благородных созданий.

Корнай, появился передо мной. Он был там, но все время наблюдал издалека, и только когда увидел мою беспомощную фигуру все глубже уходящую в лес, решился на разговор:

– Самки, опасны. Они кровожадны и мстительны. Мы не знаем, откуда появилась эта. Надо ее поймать, во что бы то ни стало.

– Ее еще не нашли?

– Нет. Ты молодец Эрне. Достал этого бедолагу и сдал полиции. Твой вклад в безопасность нашего рода неоценим.

– Каждый поступил бы также на моем месте.

– Остерегайся их. Самки драконов ненасытны в постели, развратны. Они могут пленить разум своей возбужденностью, реагируют на все ярче и путают мужчин, пленят необыкновенной красотой.

– В обличии человека? Они могут превращаться? – Эта комедия позволяла выйти сухим из воды, без капли подозрений в мою сторону.

– Могут. И делают это ловчее нас. Но помни, что они кровожадны и мстительны. В древние времена самки уничтожали целые деревни из-за одной только ревности. Также они были виновницами обнаружения нашего вида.

– Я думал, они больше не рождаются.

– Их истребляли веками. Стали уничтожать все яйца, от которых пахло женским духом, но все же это не помогло, как мы могли наблюдать сегодня. Я освобождаю тебя от поиска самки. Ты много сделал для нас. А теперь иди восстанови свои силы.

Силуэт Корная исчез. Я плелся между деревьями и желал только одного – добраться до воды. Вода способна забрать весь гнетущий непрерывный поток мыслей, очистить разум и переродить изнеможенное тело. Голову щипали воспоминания. Как я появился на свет.

«Драконы вылупляются в семьях достойных».

Мой наставник вырастил сотни таких как я. Без достойной семьи, словно солдат в армии. Драконы растут быстрее, чем люди. Я был последним его учеником. Он дал мне все знания на маленьком острове, в центре бескрайнего озера. И в один миг заснул навсегда переродившись. Хвост его касался одного края воды, а нос противоположного. Драконов такого размера больше не существует. Этот учитель не жил людской жизнью, а лишь обучал нас, только вылупившихся, зеленых. Все драконы рождаются зелеными, и только к десяти годам приобретают свой цвет. Цвет скорлупы, данный нам с выше. Я и не помню, какого цвета был наставник. На острове остались лишь его кости.

Каждый шаг давался болью. В голове крутился голос Корная:

«Самки опасны. Берегись этих развратных женщин».

Роман, гнусный тип тоже поселился у меня в голове и говорил, говорил, говорил:

«Виктория изменяла мне за границей. Эта сука поведала там многих мужчин. Она уж смогла ублажить кого-то во дворце».

«Кем-то» был я. Виктория была со мной прошлой ночью. Наслаждалась проникновением, каждым движением и все делала сама. Я поверил в то, что она действительно не получала мужского внимания несколько лет. Неужели это был обман? Мысли сжирали весь здравый смысл. Появлялись картинки, как Виктория подходит к актеру, сидящему на подоконнике, убирает рыженькую и сама садится на него верхо́м. Она скачет на его члене, закатив глаза. Оба смотрят на меня пронзающим взглядом. Рыженькая приближается к моим штанам, встает на колени, растягивает ширинку и ласкает меня, пока актер касается упругой груди Виктории. Он снимает черное платье. Ласкает вздыбленные соски́ языком, руками наминая ее зад. Георг сует девушке в рот свой язык и веде́ние прерывается.

Меня рвало возле ствола высокой сосны. Эта картинка – худшее, что я видел.

«Как Виктория могла соврать мне. Что вообще значили ее слова о том, что она не была в постели мужа последние несколько лет? Тогда в чьей постели она была? И почему я не испепелен, переспав с ней? Нет! Старые поверья нагло врут нам. Если уж после развратной Виктории я остался жив, тогда и в девственницах для драконов нет необходимости. А если девушка не так уж развращена. Она могла говорить правду, но даже это не объясняет достоверность поверья. Виктория была с мужем, они оба подтвердили это. Она не чиста, но и я не испепелен. Нас всех обманывают!»

Из последних сил я двигался к воде, чувствуя песок под ногами. Котелок заставил споткнуться. Рухнув на землю, я пополз, цепляясь пальцами за сухие песчинки. Вскоре вязкая масса сменила сухую, не открывая глаз, я почувствовал влагу и сделал последние несколько рывков. В воде стало легче.

Плыть, сложив руки вдоль тела, и наслаждаться спокойствием – необъяснимое блаженство после бури на поверхности. Вода приводит разум в гармонию, выталкивает незваные мысли. В сознание остался лишь силуэт Виктории. Вот она садится на меня сверху, ласкает себя, получает оргазм. Я дал себе время на отдых перед страданием перерождения.

Тонкий подбородок, красивая грудь, с кожей, покрытой мурашками, темные ареолы, изящная талия и плавно двигающиеся бедра.

«Виктория».

Шепотом произнося ее имя под водой, я переродился. Водная пелена растянула под давлением, а потом и вовсе разорвалась. Пролетая над гладкой поверхностью, я вверился инстинктам. Они вели меня на тот остров, где я вырос, но что-то было не так. Я чувствовал болезненность даже в теле дракона. Страх пожирал, изнутри не давая возможность вдохнуть полной грудью. Добравшись до острова рухнул на берег и хотел только одного – смерти. Массивное тело горело изнутри. Вода обжигала. Избавляясь от пламени, я вошел на берег и, увидев останки наставника, лег рядом с ними и уснул.

Ночью открывал глаза и жалел, что не умер, днем прятал морду под крыло от солнца. Прошли сутки, как я прибыл на остров. Потом вторые. Подниматься не было смысла. Огромное тело ломило гораздо сильнее, чем в обличие человека. Вода может очистить разум от мыслей, но убрать такую физическую боль не в силах. Прилив начал обжигать хвост, потом и все тело. Я пошел вглубь острова, мимо кустов и деревьев и без сил лег там и пролежал еще неделю, открывая глаза лишь ночью и днем, подсчитывая дни. Когда начались дожди, я ощутил жизнь. Влага уже не приносила столько боли, а разум очистился от воспоминаний.

В центре острова большая лужа кишела рыбами. Грязь в ней обволакивала кожу. Лапами я вытащил на берег всю рыбу, и наломал сухих веток, которые остались после дождя. Из последних сил выдул пламя на костер и нырнул в грязное лесное болото. Вышел из него человеком, ощущая собственное бессилие. Насадив рыбу на палки, воткнул ее в костер и раскладывал дрова из последних сил. Жадно пил дождевую воду с листьев и ел прожаренную рыбу с костра, осознавая, что остался в живых. Лучше всего возвращают к жизни дикие условия, когда все вокруг зависит лишь от природной стихии.

Выловленной рыбы едва хватало, чтобы наполнить пасть дракона, но человеку, придало сил и сытости. Хитрость моя подсказала, что не сто́ит уплывать сразу и лучше дать организму время на переработку пищи. В листьях возле костра я проспал всю ночь.

Наутро почувствовал, как сковало все тело. Грязь засохла и покрыла толстой коркой кожу. Это придало еще больших сил. Я дошел до большого озера и нырнул в холодную влагу на рассвете. Хандра прошла. Тело и душа исцелились. Еще никогда я не чувствовал себя более живым. Перерождение далось легче обычного, а полет показался неистовой роскошью. Облетая остров, я видел, как огромный скелет наставника делит сушу пополам.

«Прощай».

Над водной гладью виднелась дымка. Вода испарялась под лучами солнца. Я нырял и поднимался в воздух с добычей. Лакомился сомами на лету и наслаждался одиночеством и видами. Никаких экскурсий, лодочников, рыбаков на озере. Каждый обыватель знает, что полуостров таит в себе загадки и множество лодок разбивались даже в самые тихие дни. И стоит ли смотреть на останки дворца. Все былое величие, история, и памятные вещи королевских семей канули в небытие. Облетев весь полуостров на закате, приземлился возле пляжа и переродился. В полумраке пробираясь через лес к домам на севере, где было мое укрытие, я даже не рассчитывал встретить там ее.

Лолита входила в один из домов, важная, красивая. Не зная, кто еще живет в коттеджах, построенных драконами и давно забытых, я дождался полной темноты, наблюдая за девушкой в окно. При свете лампы она сняла с тела красное платье и голая стояла перед зеркалом. Знакомые, почти родные черты лица успокаивали меня. Тело реагировало на каждое ее движение. Стоя в кустах и подглядывая, как мальчишка за женской раздевалкой, я чувствовал, как член твердеет и наполняется кровью.

Оставив девушке время, я дождался, когда она выключит свет и пойдет в постель. Потом забрался в комнату через окно.

– Кто здесь?

– Я.

– Мистер Эн?

– Эрне.

Ее тяжелое дыхание в полной темноте успокаивало. Запах сладкого цветка, силуэт испуганных, полных желания глаз и очертания обнаженного тела. Я утопал в ее светлых волосах, целовал шею, пока ее ротик издавал стоны. Пальцы скользили по бедрам и тянулись к лону, желая ощутить знакомое тепло. Влага текла по упругой плоти, но что-то останавливало меня.

«Нет, если я выжил после Виктории, имеет ли значение, была ли с кем-то Лолита?»

– У меня никого не было, кроме вас, – ответила она, словно прочитав мысли.

– Я знаю!

Больше мы не разговаривали в ту ночь, и еще несколько дней. Я трахал ее утром и вечером, почти не вылезал с кровати. Иногда в ночи, когда Лолита пробуждала меня из сна легкими касаниями, казалось, что Виктория представала передо мой в своем образе. Поддаваясь порывам, я насаживал девушку на себя, но образ Виктории исчезал, как только Лолита замирала сверху. Она была так робка и совсем не похожа на самку, что взяла в ту роковую ночь все в свои руки и довела нас до оргазма.

Лолита носила мне завтраки в постель, кормила досыта, так что я даже не думал об охоте. Отмокая в ванной, я составлял списки, чтобы бывшая менеджер клуба заказала для меня вещи с города, а пока ходил в тряпках, которые она принесла неизвестно откуда.

Спортивный костюм, кроссовки для бега и бензин. Лола не спрашивала зачем мне все это. Просто заказывала, через своих людей. Когда пришло время, я вышел с канистрой в руках в полном одеянии на поиски своей брошенной машины.

Глава 3 Брошенные вещи

Взбодрить машину, в которой закончилось топливо – задача не из легких. Мало лишь залить канистру бензина, придется размениваться на танцы с бубном: покачать газ, вымучить стартер, ну и, в конце концов, протолкать внедорожник, добрую сотню метров, пока пары не дойдут до свечей и не получится достойная искра. Мотор еще проработает вхолостую, а уж потом заревет и подаст признаки жизни.

Смутно вспоминая разговор с мужем Виктории, я искал на пляже его закопанные вещи. Ключи показались первыми. Девушка сидела в его квартире несколько недель, и я надеялся на то, что полиция не нашла ее за это время. Она могла выдать существование нашего порочного клуба и подробности о том, что вместо нее той ночью во дворец отправилась супруга главного подозреваемого.

Я не стал медлить. Добрался до города, заправил полный бак и несколько канистр про запас. Адрес крутился в голове.

На месте оказалась старинная многоэтажка с впечатляющей парадной, высоченными потолками и квартирой под самой крышей на пятом этаже. Не приходилось надеяться на многое. Постучав в дверь, я не услышал ни звука.

– Ну конечно, она ушла. Только болван мог подумать, что он держал ее взаперти, – шептал я, отпирая замок ключом.

На пороге меня встретила молоденькая девушка с заплаканными глазами и сделала несколько шагов назад.

– Вы из полиции?

Стоя в замешательстве, я не знал, что ответить. Медленно закрыл за собой дверь и повернул щеколду.

– Нет. Я не из полиции.

– Вы друг Ромы?

– Ага. Полицейские приходили?

– Да. Я не издавала ни звука.

– Кто ты?

– Лика.

– Не похоже, что Роман держал тебя здесь насильно.

– Держал. Потом пропал. Я нашла ключи в комоде. Несколько раз выходи́ла в магазин.

Девушка была странной. Все повадки, несуразные движения кистями, то как она натягивала длинные рукава мужской рубашки, и изъяснялась, выдерживая длинные паузы, но главная странность заключалась в том, что она не сбежала при первой возможности, от того, кто удерживал ее взаперти в своей квартире.

– И почему?

– Что? – она игриво закусила губу и опустила голову набок.

– Почему не сбежала, раз были ключи?

– Мне некуда идти. Обратно в пансионат меня не примут. Возраст пребывания подошел к концу.

– А может, ты просто сбежала и отдалась этому уроду? И вместо тебя он отправил во дворец жену.

Девушка отпрянула назад от неожиданности. Лицо скрывалось в испуганной гримасе.

– Откуда вы знаете про дворец?

– Знаю. Мог бы трахнуть тебя той ночью, – процедил я сквозь зубы, показывая свое недовольство. Но Лику это ничуть не смутило, наоборот. Лицо ее залилось краской, глаза заблестели и стали рассматривать меня. Познавшая мужские ласки, хоть и не в романическом проявлении, она все сильнее возбуждалась от моего присутствия и, покусывая губу, изучала тело взглядом. Ее милый вид ничуть не обольщал меня, светлые запутанные локоны свисали с плеч, длинные босые ноги с тонкими щиколотками. На мгновение я поймал себя на мысли, что определенно трахнул бы ее во дворце. Это мой типаж, и почти все девушки были похожи на нее. – Переоденься. Отвезу тебя в надежное место.

Тонкие пальцы ловко расстёгивали пуговицу за пуговицей. Тем временем сама хозяйка не сводила с меня глаз. Распахнув рубашку, она скинула ткань с плеч на пол и осталась совершенно обнаженная посреди комнаты. Небольшие, упругие груди идеально одинаковые, живот с линиями пресса. Да она была как Барби, сошедшая с картинки. Идеально гладкая, красивая, но слишком глупая, раз отдалась Роману.

Медленно, стоя на носочках, она сделала шаг навстречу.

– Мне неинтересно, – отрезал я, выставив перед собой руку.

– Почему? – наивно спросила она и снова поддалась вперед.

– Ты была с ним. Этого достаточно, чтобы не повестись на все это. – Пальцем в воздухе, я обвел ее силуэт.

– Аа, значит, вы из этих? – сказала она, обидчиво надув губы. – Кто спит только с девственницами.

Нет. Я же считал себя бессмертным. И разрушал мифы пророчества. Лолита была со мной во всех позах. Успел переспать с похотливой самкой дракона и уж теперь точно осилю наглую, жаждущую секса девицу. Мгновения раздумий застали меня врасплох. Лика взяла мою руку и коснулась губами сначала среднего пальца, затем указательного. Она провела острым языком до основания ладони и встала передо мной на колени. Ловкие руки оголили наружу вздыбленный член. Я чувствовал как горю от желания. И кто скажет, что она была невинной еще несколько недель назад и всего лишь раз переспала с мужчиной?

Испытывая неимоверное блаженство, я наблюдал за ее неумелыми движениями. Острые зубы то и дело касались плоти, отчего азарт только возрастал. Рассматривая оголенное тело, смиренно сложенные стопы, ямочки на ягодицах я наслаждался новой ролью любовника, который не должен выбирать себе удовольствие за деньги. Я был тем, кого по-настоящему хотят. Отдаются полностью и без остатка.

Подняв девушку с колен, я повернул ее спиной, поставив коленями на мягкий пуфик у стены. Она поддавалась назад, желая совокупления. Тонкая струйка соков уже стекала вниз по ее бедрам. Пошарив по нескольким ящикам комода, я заметил важную вещицу. Если уж идти во все тяжкие, то со спокойной головой, без тревоги в мыслях.

Натянув презерватив, я с трудом вошел в девушку и та застонала, то ли от наслаждения, то ли от боли. Осознание, что она была еще девственницей, перекрывало все чувства. Лика сама двигалась вперед и назад, под свой громкий стон, крепко вцепившись в мою руку. Все напоминало ненавистную мне картину: я лишил девушку невинности в чужой прихожей на пуфике. Это противоречит кодексу джентльмена. Но, несмотря на эти жалкие обстоятельства, девушка выглядела удовлетворенной, и даже счастливой. Она извивалась и прыгала на моем члене, не хуже остальных, а перед этим еще и смогла наградить меня неплохим оргазмом.

Доведя себя до пика, она выгнулась, промычала несколько ругательств, обозначив, как ей хорошо и замерла, оперевшись о стенке двумя руками.

Сделав несколько шагов назад, я оценил всю картину. Желание пересилило все границы и вылилось в это действие. Медленно покачивая бедрами из стороны в сторону, Лика удалилась в ванную, оставив меня. Я избавился от резинки, надел штаны и уселся на тот самый пуфик.

Может и правда есть в этом что-то необычное, когда девушка целеустремленно хочет избавиться от тяжелого груза, немного раскрепостится и просто познать истинное удовольствие?

Совсем скоро она появилась в коротком платье персикового цвета, надела на изящные ступни босоножки в тон и готова была выйти.

– Вторые ключи. Дай мне их.

– Куда мы поедем? – спросила она, загадывая мне в лицо.

– В надежное место.

Лика с озорством отдала ключи достав их из комода и больше не задавала вопросов. По дороге этим занимался я.

– Как так вышло, что ты не переспала с ним? – Меня не оставлял в покое этот вопрос.

– Рома был в стельку пьян. А наутро подумал, что между нами что-то было. Этот мужлан твердил, что я не в его вкусе. Еще ныл, что его жена приехала. Но он хорошо запомнил каждую мелочь, рассказанную мной про дворец. Знаешь, мне было это на руку. Переспит со стариком его жена, а деньги пойдут на мой счет. Только вот была одна проблема в лице Ромы. Он забрал все документы, карточки и телефон. Пришлось бы делить все пополам, но я даже не знаю, куда он пропал.

– Он в тюрьме. Ты не знаешь, почему приходили полицейские?

Лика наивно покачала головой.

– Его посадили за меня?

– Он поджег дворец.

– Что? Не может такого быть! – запротестовала она. – Ты просто не знаешь, какой он слабохарактерный и вообще он трус! Странно это.

– Как есть. Почему ты отдалась мне в квартире?

Она провела несколько мгновений в раздумьях.

– Ты молод, привлекателен и похож на настоящего мужчину. Думаешь, что я не поняла, куда ты меня повезешь? В этот прокля́тый дворец, или обратно в пансионат, где меня заставят работать до старости. Но так я хотя бы знаю, что испытала истинное наслаждение в первый раз с красавчиком, а не по принуждению или из-за морального долга перед директрисой.

– Какой еще директрисой? – не выдержал я и свернул с дороги, когда мы уже подъезжали к домам.

– В гимназии, где воспитывают таких, как я.

– И что? Вас заставляют идти во дворец? Вы разве сами не хотите?

– Мы знаем все страшилки про ужасных мерзких богатеев, которые так и жаждут надругаться над молодыми телами.

– Это полный бред. Вот кто настроил Викторию.

– Откуда тебе знать? – дерзкий ротик нарывался на наказание.

– Ну, допустим, я один из ужасных богатеев. Состою в том клубе и неплохо доставляю удовольствие таким как ты, оплатив ночь любви.

Лицо ее изменилось. Ротик приоткрылся, а колени раздвинулись в стороны.

– Но там, в квартире, я все сделала за тебя. Не может же член клуба быть таким нерешительным.

Я приблизился к ней вплотную и прошептал на ухо.

– Приди ты в тот вечер, и я показал бы все прелести дворца страсти. Сначала я мог ласкать тебя так долго, что ты успела кончить несколько раз, потом раздел, медленно покрывая поцелуями все тело. Ты стала умолять. Я трахнул бы тебя так медленно, что каждое движение осталось в памяти как лучшее, что было с тобой.

Рука коснулась защелки ремня. Девушка не раздумывала, пока я отодвинул сидение назад. Сбросив босоножки, она залезла сверху и замерла. Смышленая девчонка покорно ждала, когда я возьму все в свои руки.

Чувствуя ответственность после сказанного, я раздумывал над тем, как наивны девушки, закрытые от целого мира в стенах гимназии. Они верят слухам и готовы на многое, лишь бы пойти против правил. Виктория отличалась от них своей натурой, она точно знала чего хочет и не верила никому. Сама добивалась, познавала и действовала.

Лика уже изнемогала сверху, моля о том, чтобы я прекратил невыносимую пытку и наконец-то взял ее. Соски́, стоявшие колом, терлись мне о лицо. Нежно покусывая их, я вошел в девушку и одарил ее оргазмом. Она не стонала и не извивалась. По-настоящему без сил от волны удовольствия, Лика рухнула на меня тяжело дыша и прошептала что-то невнятное.

Часть долга джентльмена был исполнен. Оставалась еще одна. Дав время девушке привести себя в порядок, я завел ее в дом. Лолита встретила нас без капли удивления и приняла Лику так ничего и не спросив.

Ночь я провел один в своем пустом доме напротив. Огонь в камине разгорался медленно, унося за собой воспоминания. Мне хотелось мнимого спокойствия, и впервые в жизни противно было одиночество. Наутро я встал пораньше и отправился в свою забытую квартиру в городе. Там в белых стенах, одиночество накатывало особенно сильной волной. Закидывая в сумку вещи, я прокручивал в голове, насколько привык к клубу, людям, и особенно привык к Лолите. Она стала для меня кем-то вроде друга. Подруги, с которой я периодически спал на протяжении двух лет. К этой девушке я чувствовал искреннюю благодарность, но ничего большего.

На обратном пути заехал в бутик и купил для Лолы платье. Шикарное, прозрачное, с множеством камней и блесток. Услужливая продавщица упаковала его в прямоугольную коробку и протянула мне в руки. Оплата наличкой из квартиры. Наконец, я был при деньгах. Этого не хватало.

Несколько канистр с топливом на запас и в путь. Я возвращался домой на полуостров в полном воодушевлении. Казалось, что жизнь налаживается и смысл по-новому наполняет меня. По приезде занес вещи и расположил их в той самой комнате, где проводил когда-то время с Лолой. Из окна виднелся ее дом. Переполненный благодарностью к девушке за то, что та приняла без лишних расспросов Лику, я улыбался, как дурак, стоя у окна, и рассматривал окна дома, где она остановилась. Лолита никогда не ревновала, не показывала свое недовольство. Она была удобной и податливой.

Ее фигура в черном платье показалась на крыльце. На встречу к ней двигались незнакомцы. Мужчины подъезжали на автомобилях и направлялись к ее дверям, а Лола встречала их с распростертыми объятиями. Это были члены клуба. Обычные люди и драконы, все знакомые лица проходили в ее дом. Меня мучили вопросы: что происходит здесь? Неужели клуб возобновляет деятельность в стенах этого дома? Лола зашла внутрь, и другие девушки заняли ее место. Под руки они заводили внутрь гостей, в красивых нарядах, все как в стенах дворца.

Кровь в жилах начинала кипеть. Лола все сделала втайне, не спросив, что я думаю на этот счет. Это выводило меня из себя, не давало покоя. Что, если она сама будет ублажать одного из этих мужчин? Как строгие костюмы менеджера сменило открытое вечернее платье?

Ревность порождала злость. После мыслей ворваться в дом и забрать то, что принадлежало мне, я ринулся вниз по ступеням и сел в машину. Не помню, как добрался до пляжа и рванул в воду, чтобы хоть как-то загасить свой гнев и не превратиться раньше времени. Вот на что способна ревность.

В теле дракона инстинкты показывали мне путь. Часами я кружил над лесом, пока не стемнело и, наконец, заметил жертву. Лань. Молодая, пугливая. Я гнал ее по лесу, пока та не остановилась. Сев рядом я заметил, что в ее глазах нет страха. Она не боялась меня. И в тот самый момент дракон унес ее из-под моего носа.

Глава 4 Грандиозная страсть

***

От ощущения присутствия Виктории кровь в жилах застывает. Я зову ее мысленно, надеясь получить ответ, хоть какой-то знак, но этого не происходит. Взлетаю следом и вижу отдаляющийся силуэт. С добычей в лапах она летит к берегу. Крылья тяжелеют, меня тянет к земле. Мысленный груз не позволяет двигаться дальше. Я чувствую, как падаю камнем, но в борьбе снова взлетаю. Самка дракона скрылась из виду и кажется будто она мерещилась мне. Разве может быть подобное? Страшно, очень страшно. Через невыносимую тяжесть преодолеваю себя и двигаюсь вперед за доказательствами.

На берегу озера видны лишь останки лани. Разве может самка настолько быстро расправиться с крупной добычей? Мне становится не по себе. Кажется, прошла целая вечность. Достигнув воды, я зависаю в воздухе и оглядываюсь по сторонам, словно в бреду стараясь найти знакомый силуэт. Пустота и тишь, водная гладь отражает луну и тихое колебание волн.

– Неужели мне привиделось все это? – с осознанием своей беспомощности я лечу в воду. Инстинкты подсказывают, что внизу слишком мелко для моих габаритов. Лишь в последний момент, прорывая натяжение водной глади, я превращаюсь в человека. Незапланированное превращение, полное боли и жара, на удивление проходит быстрее, чем обычно. Тело расслабляется. Не успев вдохнуть, я падаю на дно. Влага приятно компенсирует жар. Я лежу мгновения, кажется, как будто в воде время замирает.

Странный силуэт проплывает у поверхности. Руки разгребают воду, ноги плавно двигаются то вниз, то вверх, мягкие линии округлых бедер. Тень, от света луны дает волнующие очертания. Неужели это женщина? Непривычно длинные волосы, словно медузы плывут вслед за ее головой. Я отталкиваюсь от дна и спешу разглядеть ее ближе. Фигура замирает, поворачивается боком. В свете луны я наблюдаю не только ее тень, но и отблески на оголенном теле. Прекрасные, наливные груди, стоят колом от прохлады воды, сияющая кожа, талия, и до боли знакомые черты лица. Ее невозможно забыть после одной ночи.

– Виктория, – шепчу я выныривая вблизи и жадно хватаю воздух ртом.

Девушка поднимается следом. Ее мягкие, пушистые волосы не намокли после погружения. Кудри смущают меня. Что-то новое в образе, так же как и формы, они стали более округлые, пышные, это однозначно вызывает интерес.

Прекрасное, отдаленно знакомое создание, приближается ровно и медленно. Она пахнет желанием и сладостью. Влечение, выжимает все соки и заставляет делать необдуманные вещи. Чувствую ее вкус на губах. Мне нравится проникать в ее ротик языком, ощущая тепло и сладость. Руки бесконтрольно скользят по талии и лопаткам. Я прижимаю Викторию так сильно, думая лишь об одном:

«Хоть бы это все оказалось реальностью».

Сколько раз я видел ее, пробуждаясь ото сна, но забвение рассеивалось, и Виктория исчезала вместе с ним. Мне хочется запомнить это. Коснуться каждого сантиметра ее тела. Насладиться присутствием желанной девушки в виде́нии, пока она не исчезла вновь.

Наши голые тела сплетаются в нежном экстазе. Кожа ее мерцает и блестит. Подплываю сзади и целую нежные плечи, шею, руками обнимаю и касаюсь идеально набухшей под водой груди. Мы всплываем на поверхность и хватаем воздух, чтобы снова спуститься в нашу водную колыбель. Член твердеет от прикосновений ее бедер. Виктория насаживается на него, пытаясь снова взять все в свои руки. Но нет детка, сейчас я у руля. Рука уже блуждает по ее шее, второй, обхватив талию, я вхожу в нее еще и еще. Жар от наших тел нагревают воду вокруг. Меня возбуждают ее округлости, аромат, что ощущается даже под водой, легкие движения в такт. Девушка не может быть полностью подвластной даже в такой момент.

Набираем воздух и снова ныряем в экстазе. Вода продлевает сладость, обостряет другие чувства, придает плавность движениям. Я ощущаю как тону в блаженстве, понимаю, что не смог бы повторить это с другой женщиной. Прижимаю Викторию и получаю сильнейший оргазм. Блаженство заполняет собой все тело, унося прочь жар.

На поверхности все реальнее, чем казалось. Виктория одаряет долгим поцелуем, отчего мой член снова встает на дыбы. Она отдаляется и уплывает к берегу. Невозможно потерять ее, только не сейчас. Я спешу за девушкой.

– Виктория! – окликаю, лаская имя. Хочется навсегда заключить ее в свои объятия. Локоны игриво крутятся на плечах. Она оборачивается. Каждое движение самки вызывает трепет. – Не исчезай! – молю, не скрывая своей привязанности.

– Не смогу, пока не получу должок, – отвечает она игриво и улыбается. Стеснения не знакомы девушке.

Разум ищет ответ на вопрос, о каком долге говорит она, когда Виктория подходит ко мне вплотную, так что я чувствую прикосновение ее волнующей груди и тонких рук, одаряет меня поцелуем. Как озабоченный, я думаю только о ее словах.

– Я скучал, – вырывается непроизвольно из моих уст. Не готов был открываться опасной самке настолько.

– Знаю! – шепчет она и ложится на песок. Прильнув к девушке, я слышу шум воды и уже забываю о тревоге.

– Скажи, что я тебе задолжал, и я верну, непременно!

– Это, – произносит Виктория, ловко запрыгивая на меня. – Могу ли я получить свой оргазм? – тон ее шутливо деловит. Лицо серьезное. Черты кажутся знакомыми, но как девушка изменилась после той ночи, что была со мной!

Медленные движения на моем члене возбуждают самку. Она касается своих волос, проводит ладонями по аппетитным грудям и желает показать мне всю страсть, что копилась в ней с той самой ночи. Я чувствую, что это так. У нее никого не было. Или мне просто хочется так думать…

Ощущаю ее дыхание на своей шее. Поцелуй, еще один, и я вхожу в нее. Мысли улетучиваются, остается лишь сладость. Да детка, вот так. Я верну тебе то, что задолжал. Впиваюсь руками в ее бедра и замедляю движения. Она должна прочувствовать все наслаждение, которое я могу дать ее телу.

Запрокинув голову, она приоткрывает ротик и стонет, сдвинув брови к переносице. Так, она кажется еще красивее. Я едва сдерживаюсь, чтобы снова не кончить первым. Такая женщина должна получить свое этой ночью. Ладони тянутся к грудям. Нежно я сжимаю их, беру соски́ между пальцев и сдавливаю. Виктория издает стон.

Из кустов позади нас слышен шорох. Девушка замирает и оглядывается по сторонам. Я не хочу, чтобы она останавливалась. Что нам – драконам эти шорохи. Но Виктория встает и целенаправленно идет в сторону звуков.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.