А.Никл
Ликвидатор на службе империи

Глава 1

Саратовская губерния. Имение рода Волковых

– Расслабился ты, барин. Совсем мышей не ловишь, – поигрывая короткой дубинкой, щербато усмехнулся мужик. – Кто ж супротив троих токмо вперёд смотрит?

– Много болтаешь, – сплевывая выступившую на губах кровь, ответил я.

– Да я… – надулся удачно приложивший меня громила, но договорить не успел.

Я прыгнул вперёд прямо с земли и снёс его ударом плеча. Подельники только рванулись со своих мест, а я уже дважды успел приложить холопа по наглой морде. Дальше было проще. Перекат в сторону, подсечка и добивающий локтем.

Последний противник пронёсся мимо, а когда развернулся, сразу получил встречный удар в солнечное сплетение и тихо осел на землю. Ветер завыл над крышей усадьбы и бросил мне в лицо горсть пыли, неприятно заскрипевшей на зубах.

– Плохо, Сашка, – прогудел из своего кресла наблюдавший за схваткой отец. – Очень плохо.

– Батюшка… – окинув взглядом валяющиеся вокруг тела, произнёс я.

– Не спорь с отцом, – грозно свёл брови глава рода. – Что этому дурню лицо раскровил – не беда. Поделом. А ежели бы ты перстень родовой об его зубы гнилые попортил?

– Так не попортил же… – поморщился я.

– Не попортил… – проворчал отец. – За ногами почему не смотришь? Почему обошли со спины? Сколько лет тебя учу, а проку нет.

Спорить с отцом и доказывать, что мордовороты, которых он находил для моего обучения, могли положить целую роту солдат, смысла не было.

– Идём уже, горе, – наконец вздохнул глава рода. – Вещи тебе уже собрали. Только проститься осталось.

Сборы эти я наблюдал вот уже третий день. Прислуга, сбиваясь с ног, таскала из угла в угол старомодные кружевные сорочки и потертые брюки. Складывалось ощущение, будто это не мне одному предстояла скорая поездка в столицу, а весь род планировал сняться с насиженного места и уехать вместе со мной.

Столица! Письмо с приглашением так и лежало у меня в комнате. Когда его привезли, я не поверил своему счастью.

Мать даже попыталась мне всучить конверт с тремя десятками рублей, но я наотрез отказался. Для семьи это было слишком большим расточительством. Мой род жил скромно. Черт, мой род был настолько беден, что этого не видел только слепой!

Из всего имущества была только длинная родословная, ветхое имение да небольшая деревня на два десятка дворов. Но марку мы держали. Особенно старалась моя мама.

Елена Михайловна считала святым долгом следить за соблюдением всех правил нормального общества в пределах нашего поместья. Попутно она пыталась вырастить из меня настоящего дворянина, вдалбливая в мою голову все необходимые для этого манеры и качества.

Упорная женщина не обошла стороной даже классические танцы. Хотя я был искренне уверен, что как раз они ни за что в жизни мне не пригодятся. По большей части я всё это терпел и учил, чтобы её не расстраивать. Правда, получалось не всегда.

Я быстро поднялся в свою комнату, ополоснулся и заглянул в свой чемодан.

Вещей мне насобирали чересчур много. Вроде бы магическая академия, а мне и рубашки отцовские засунули, и штаны, что я носил последний раз при встрече какого-то там знатного графа несколько лет назад.

Из гардероба достал любимую рубашку и простые брюки. Все уже было выглажено прислугой и висело на виду, чтобы я ненароком не пропустил.

Я наскоро оделся и осмотрел себя в потемневшем от времени зеркале. Хорош!

В том, что рубашка мне очень шла, не было ничего удивительного. Род Волковых отличался одной интересной особенностью: волосы всех мужчин были довольно странного цвета, словно седая шерсть у старого волка. И цвета семьи были подобраны соответствующие.

Но, даже учитывая мой рост под сто девяносто и широкие плечи, рубашка на мне болталась, словно на маленьком ребенке. Отцовская. А отец был не просто силен. Он был могучим, как столетний дуб, и даже сейчас мог потягаться со многими молодыми. Этим мы тоже отличались поголовно.

Я пригладил взъерошенные волосы, подхватил с кровати чемодан и поспешил вниз.

У дверей поместья к моменту моего появления собрались все его обитатели. Женщины украдкой смахивали слезы, а мужики светились от гордости.

– Ну что, ты готов? – взволнованно спросила мама. Судя по кругам под глазами, она этой ночью так и не уснула. В её возрасте подобные подвиги сразу заметны окружающим. – Ничего не забыл?

– Всё взял, матушка, – тряхнув увесистым чемоданом, который не всякий столичный франт смог бы поднять, ответил я. – Не волнуйтесь так!

– Ох, сыночек! Ты, главное, нам писать не забывай. Пускай у нас и нет магических артефактов связи, а письма в наши края доходят далеко не быстро, но это лучше, чем быть в неведении, – продолжала напутствовать меня матушка. – Самое главное, оповести нас, как доберешься, чтобы мы не переживали. Бумагу и ручку я тебе положила.

– Конечно, мама, – улыбнулся я. – Как только заселюсь, так сразу и сяду за письмо. И отправлю тем же днем. Через неделю уже у вас будет.

Провожали всем миром. Даже деревенские пришли. Это было настолько трогательно, что вызывало у меня бурю эмоций, хотя обычно я к подобным вещам относился довольно прохладно.

Чтобы не растягивать проводы, я решительно шагнул в сторону железнодорожной станции и на прощание помахал всем рукой. Не оборачиваясь. Потому что на лицо сама собой выползала широкая улыбка.

«Да не переживайте вы так! Уж я-то со всем справлюсь, вот увидите!» – бодро произнес я про себя. Переживал я не меньше остальных, но испытывал скорее радость и предвкушение, чем бесконечную тревогу, как все мои домочадцы.

Так как собственного транспорта у нас не имелось, а денег на поездку на магическом дилижансе и подавно, я отправился на станцию паровоза, что была неподалеку. Вышел, естественно, сильно заранее, чтобы не опоздать: транспорт останавливался в нашей глуши нечасто и ненадолго.

– О, Семён, а ты это куда намылился? – весело обратился я к своему старому знакомому. Оставив за собой шикарный пылевой шлейф, он догнал меня на половине пути. – Неужто тоже письмо из академии получил?

– Ахах, если бы, – не скрывая улыбки, ответил парень. Сёма вообще отличался улыбчивостью и добрым характером. – Да я это вас решил проводить, хозяин. Давайте возьму чемодан, дотащу до станции.

– Пф, – фыркнул я. – Да брось ты, я и сам справлюсь. Было бы что тащить…

Минут десять шли в тишине. Сёма делал вид, что любуется пейзажем, а я только посмеивался про себя.

– Значит, решил просто составить мне компанию? – с интересом спросил я. Идти было недолго, но компания никогда не бывает лишней.

– Н-ну да. – Семён робко замялся. Видимо, только теперь он подумал, что идея навязываться в спутники молодому барину – не такая уж блестящая. – Дорога, конечно, не дальняя, и всё же я подумал: вдруг вам станет скучно или помощь какая-никакая понадобится…

– Или же тебя матушка моя отправила следить за мной? Чтобы убедиться, что всё в порядке? – состроив суровое лицо, произнес я.

Деревенский парняга моментально покраснел и забегал глазами. Дальше трясти его было глупо. И так всё понятно.

– Да я… – Семён явно силился придумать достойный ответ. – Просто…

– Да шучу я, шучу! Не напрягайся ты так. – Я легонько хлопнул его по спине, решив дать парню достойный путь для отступления.

– Эх! Завидую я вашему спокойствию, Александр Дмитриевич. Какой же вы… отважный! – не сумев подобрать нужного слова, ответил Сёма первое, что пришло ему в голову.

– Ну, это как сказать, – усмехнулся я. – Честно говоря, я и сам слегка нервничаю. Хотя, с другой стороны, чего переживать? Это же Центральная Академия Высокой Магии! Там будут лишь благородные и достойные люди. Все сливки высшего общества!

Суть моей фразы собеседник явно уловил не полностью. Часть слов ему была попросту незнакома. Тем менее парень счёл нужным добродушно улыбнуться.

– Ну, ещё бы, ваше благородие! Конечно, удастся! Глаза – голубые. Профиль – гордый! Да издали видать, что благородный человек. Без слов понимать будут, что вы из знатного рода и благородны не меньше остальных.

Я только насмешливо хмыкнул в ответ. Глаза глазами, а вот шевелюра моя точно внимание привлечёт. Не раз от матери слышал, что ничего подобного в столице нет. Потому и отец мой так ей приглянулся.

Пришли на платформу мы раньше времени. Положив на землю свой чемодан, я сел на него верхом и задумчиво уставился на железнодорожные рельсы. Семён стоял рядом и смотрел куда-то вдаль.

Проследив за его взглядом, я увидел подъезжавший к узловой станции магический дилижанс. Семён смотрел так, словно видел подобное впервые. Хотя, откровенно говоря, я и сам был поражен красотой и элегантностью проезжего транспорта.

– Неужели это за вами, хозяин? – наконец оправившись от ступора, прошептал Семён.

В его глазах я буквально превратился в недосягаемого небожителя. Даже жаль было ломать этот образ. Вот только я никогда не признавал ложь. В любом её проявлении.

– Ахах, скажешь тоже! – рассмеялся я. – Не знаю, кто к нам пожаловал на этом чуде, но он явно очень богат… Я жду чего попроще.

– Ага. Понятно… – не отрывая глаз от дилижанса, заторможенно проговорил Семён.

Спустя несколько секунд после остановки двери транспорта открылись, и оттуда показался человек явно знатного рода. Одет он был будто с иголочки. Костюм новый и словно только что сшитый.

«Да уж. Вот это и есть знатный и очень богатый человек», – без всякой зависти подумал я.

Родители научили меня ценить в первую очередь человека, а не его кошелёк. Хотя иногда мне казалось, что деньги делают жизнь значительно проще. Что думал Сёма, осталось загадкой. Скорее всего, в его голове оглушительно звенели цикады.

И что он только забыл в нашей глуши?

То, что я увидел дальше, стало для меня полной неожиданностью. Так, впечатливший меня господин оказался обычным слугой. Прямо на моих глазах он пошире открыл дверь и помог спуститься с лестницы какому-то юноше. Вот это поворот! Просто слуга, который выглядел в десятки раз лучше, чем… Да чем кто угодно из нашего поместья. Я чуть было не поперхнулся, а Семён и вовсе попятился.

Вышедший юноша это заметил и довольно ухмыльнулся. Окинув округу надменным взглядом, он произнес, обращаясь к своему слуге:

– Ну и дыра! Неужели не нашлось более подходящего места для остановки?!

– Прошу прощения, господин, но ближайшее место для отдыха будет только через несколько часов. Боюсь, нам лучше передохнуть тут и набраться сил, – достаточно уверенно ответил слуга.

«Набраться сил? – удивленно подумал я. – А ты устал сидеть?»

– Здесь даже нет магазинов, – скорчив недовольную гримасу, продолжил высокородный мальчишка.

Мальчишка… Он вряд ли был сильно младше меня, хотя размерами – вдвое меньше. Следующая фраза благородного вызвала во мне стойкую неприязнь к этому типу:

– Хотя я бы не хотел оставлять свои деньги в этой помойной дыре.

Слегка потянувшись, он начал прогуливаться по платформе и вскоре наткнулся взглядом на Семёна, а следом и на меня. Осмотрев нас с ног до головы, он, не скрывая отвращения, отвернулся.

– Скукота! Не дыра, а дырища просто. Как за МКАДом.

Делать на станции было абсолютно нечего, и через какое-то время пассажир магического дилижанса снова вернулся к нам. Его слуга куда-то ушел, и мальчишка воровато оглянулся, проверяя, видит его кто-то или нет.

– А вообще-то, можно и здесь найти развлечение, – негромко произнёс он.

Сперва я даже не понял, что означали его слова. А мгновением позже заметил, как в его руке начало зарождаться тусклое пламя. Малый светильник, как называли его маги. Штука безвредная, если не касается открытой кожи обычного человека. Магам-то ничего, а вот остальным не миновать серьёзных ожогов.

Сёма завороженно смотрел на проявление самой настоящей магии и даже не обратил внимания на гадкую усмешку, игравшую на губах благородного. А секунду спустя молодой маг швырнул заклинание прямо в лицо моему спутнику.

Глава 2

Сказать, что я офигел от его выходки, – ничего не сказать! Вот так вот просто взять и запустить огненный шар в живого человека! Семен гарантированно мог лишиться зрения, а лечить его моей семье было невыгодно… по множеству причин.

Однако даже учитывая удивление, я среагировал почти мгновенно: с силой дернул за рукав зазевавшегося Семёна, отчего тот отлетел в сторону на несколько шагов.

Благородный состроил недовольную гримасу, словно ему испортили праздничный торт некрасивой надписью. Но это всё, что он успел сделать.

Не останавливаясь, я мгновенно подскочил к этому мелкому мерзавцу и, схватив за шкирку, легко поднял над землей. Теперь настала его очередь изумленно вытаращить глаза. Он явно был очень удивлен тем, что кто-то осмелился к нему притронуться. Там, откуда он вылез, похоже, никто себе такого не позволял.

«Вот только ты не у себя дома, паршивец, – занося кулак для удара, зло подумал я. – У нас за подобное можно и зубов лишиться!»

Я уже собирался вправить ему мозги, как вдруг появился слуга молодого засранца. Мужчина незаметно возник рядом со мной и твердо перехватил мою руку, хотя до конца остановить её не смог. Поняв, что физическими усилиями меня не сдвинуть и на миллиметр, а моя рука продолжает медленно двигаться к физиономии его хозяина, слуга быстро выпалил, пытаясь предотвратить разгоревшийся конфликт:

– Не стоит так горячиться, ваше благородие! Прошу отпустить моего юного господина во избежание непоправимого! Он является представителем одной из самых богатейших и знатных семей Российской Империи! Я уверен, что никому не нужны подобные проблемы!

– Да хоть сам император! – рыкнул я. – Какого хрена он удумал, что может вот так просто причинить вред моему слуге?!

– Слуге? – удивленно переспросил мужчина, с сомнением разглядывая мою одежду. – Так значит, вы тоже представитель знатного рода? Тем более считаю неуместным разбираться, применяя физическую силу!

– Так помешай мне, – нагло ответил я.

Внутри кипела горячая ярость. Она буквально сводила с ума, требуя разорвать виновника происшествия на части. Будто наваждение какое-то нашло. Мальчишка в моей руке старался вообще не отсвечивать и изображал жертву обстоятельств.

– Господин, я уверен, что произошло ужасное недоразумение, и считаю необходимым сперва всё прояснить! – каменея от напряжения, выпалил мужчина. – Мой юный хозяин является гостем из другого мира! Он ещё не до конца ознакомился с нашими порядками, и поэтому произошло недопонимание. Но я уверен, что вы знаете, какими будут последствия, если с представителем другого мира хоть что-нибудь случится?

Неожиданно нахлынувшая ярость разгорелась с новой силой. Я впервые видел настоящего чужака, и он вызывал во мне такую ненависть, что начали скрипеть зубы. Я глубоко вдохнул и несколько раз повторил себе, что ситуацию можно решить иначе. На пятой попытке это сработало, и я сумел выпустить пацана.

Всё это время парень безмолвно дрожал, вцепившись в мою руку, но как только я его отпустил, он тут же принялся сыпать такими проклятиями, которые приличный аристократ в его возрасте просто не должен был знать.

– Надеюсь, ситуация на этом исчерпана и претензий у вас нет, – с облегчением произнес слуга и, отступив на пару шагов, вытер свою руку кружевным платком. Ту руку, которой он держал меня.

– Вы ошибаетесь! – удивляясь собственной наглости, ответил я – Ваш юный господин чуть было не убил моего человека. Моего слугу! И я не собираюсь оставлять это без внимания.

– И что вы предлагаете? – вопросительно выгнул бровь мужчина. – Как вы могли заметить, мы слегка торопимся.

– Согласно Кодексу дворянских родов, – вспомнив уроки матери, произнёс я, – пострадавший может применить наказание на свое усмотрение. Предлагаю на первый раз обойтись штрафом в пятьдесят рублей.

– Маркус, убей этого чернопятого и заплати провинциальному прощелыге сотню! И поехали уже, – вмешался мелкий чужак, всем своим видом выказывая отвращение. – Не желаю больше находиться в этом логове грязных помойных крыс ни секунды!

– Сто так сто, – произнес я, уверенно глядя на его слугу. – Только вот к моему человеку вы не притронетесь.

Слуга легко, словно какую-то мелочь, отдал деньги, еле заметно поклонился и сел в дилижанс. Сидя уже внутри, знатный змееныш смерил меня яростным взглядом, словно обещая разобраться и запоминая моё лицо во всех деталях.

«Ну-ну, – безразлично подумал я. – Смотри внимательнее, мальчик. Может, ещё свидимся».

Дилижанс тронулся, едва закрылись двери. Я перевёл взгляд на купюры у себя в руках и потрясенно покачал головой. Неужели вот так просто они готовы расстаться с подобной суммой?

Только сейчас я почувствовал, что рука начала слегка подрагивать. Возможно потому, что я держал в ней половину дохода моего рода за целый месяц. Или нет, но о втором варианте я предпочитал не думать.

Взглянув на Семёна, я чуть было не подавился. Он выглядел настолько бледным, что я начал сомневаться, а жив ли он вообще?

Сперва я хотел отправить слугу к отцу, чтобы он передал ему деньги, но потом подумал, что от такой суммы батюшке точно станет плохо. Он ни за что не поверит, что я заработал их честным путем. А значит, лучше оставить всё в тайне.

Объяснив Семёну, что натяну ему уши на одно место, если он хоть словом обмолвится кому-либо о случившемся, я попрощался с ним и наконец-то сел в подошедший поезд.

Ехать было почти сутки. Вагон был забит работягами и крестьянами. Некоторые уже спали, некоторые пили что-то хмельное. Это было понятно по терпкому запаху дешевого пойла, удушливым облаком висевшему в воздухе.

Отказавшись от предложения присоединиться к одной из компаний, я улегся на лежанку и достаточно быстро провалился в сон.

Проснулся я оттого, что кто-то пролил мне на штанину какую-то пахучую дрянь.

– Зараза! – пробубнил я, пытаясь оттереть с помятой штанины безобразное пятно.

– А? Ты это мне? – испуганно пробормотал сосед.

– Да спи ты! – огрызнулся я. – Какой же я везучий все-таки!

Не считая этого происшествия, дорога выдалась спокойной. Практически всё время я лежал, думая о том, что же ждет меня в большом мире.

«А что, если сам император встретит нас в академии? – улыбаясь, размечтался я. – Да-а, этот человек очень многое сделал для империи. Хотя академия-то вроде не имперская… Но какая разница?»

На станцию центрального московского вокзала прибыли утром. Я даже не успел толком проснуться и привести одежду в порядок. Помятый и сонный, вышел на улицу и потрясенно замер.

Я и не думал, что в столице будет так…

Широченные улицы. Невероятное количество людей. Прохожие щеголяли шикарными нарядами, словно все приготовились к какому-то важному событию…

«Мы что, уже в академии?» – мелькнула суматошная мысль.

Осмотревшись, я всё же убедился, что это вокзальная платформа, просто невероятной величины.

Глазея по сторонам, я заметил, как проходившая мимо симпатичная девчонка уронила свой чемодан. Я наклонился чтобы помочь, но в то же мгновение меня опередил усатый мужик, который окинул меня злобным взглядом. Примерно таким же взглядом, разве что ещё и с долей презрения, меня удостоила и сама девушка.

– Пигалица, – пробубнил я, усмехнувшись, и направился мимо них.

Видимо, они оба это услышали и просто остолбенели от подобной наглости, потому что проводили меня удивленными взглядами.

Спустя некоторое время я нашел указанное в письме место. Это было просто. Пафос и напыщенность собравшихся кандидатов мешали нормально дышать.

Насколько я знал, посторонние экипажи в академию не допускали. Именно поэтому все поступающие и собрались в одном месте в ожидании специального поезда.

Поступающих было больше, чем я ожидал, и каждый выглядел, словно граф на приеме у императора. Многие уже успели разбиться по кучкам и завести беседы. Но больше всего меня напрягала компания, в самом центре которой стоял тот самый наглый хлыщ, с которым я успел повздорить на своей платформе. Ну конечно, я бы мог сразу догадаться, куда именно он так торопился.

Я старался не обращать на них внимания, но этот наглый чужак, по всей видимости, специально говорил так громко, чтобы я… нет, чтобы все его услышали.

– Вы чувствуете? Хм-хм. Чувствуете это? – принюхиваясь и специально привлекая внимание, произнес он.

– Что?! – наигранно ответил ему один из компании.

– Облезлой псиной воняет!

Вокруг захихикали, а стоящие рядом девчонки шепотом начали обсуждать цвет моих волос.

Я недовольно поморщился. Если начну конфликт прямо сейчас, в академии могут ко мне предвзято отнестись. Но ничего, я ему это ещё припомню …

Я стоял с каменным лицом, полностью игнорируя болтовню аристократов. Компания подошла ближе, но это ничего не изменило. Видя, что привычная тактика не работает, один из богатеньких мальчиков решил задеть меня плечом. Другой успел обойти сзади и крайне «удачно» выставил ногу.

Смешно. Я всё видел и мог бы с легкостью увернуться. Но сделал вид, словно падаю, и со всего размаха ударил рукой прямо в лицо одному из задир.

Попытался ударить.

Кулак не успел достичь цели и завис в воздухе, а я остался в довольно в странном положении. Душу грела перепуганная физиономия богатенького мальчика, который, судя по всему, тоже не мог пошевелиться и так и смотрел на мой фамильный перстень у своего аристократического носа.

«Черт, опять забыл перевернуть!» – мелькнула запоздалая мысль.

Длилось это недолго, всего пару мгновений. А чуть позже перед нами появился пожилой мужчина в странной узорчатой мантии.

– Осторожнее надо быть, молодой человек, – обратился он ко мне.

Волна смешков снова прошлась среди присутствующих, а те, кто пытался меня подставить, уже отошли в сторону, к компании того чужака, который теперь с наигранным осуждением качал головой. Говнюк!

Спустя некоторое время подъехал поезд. Шикарный даже снаружи и явно предназначенный исключительно для аристократов. Правда, когда мы зашли внутрь, оказалось, что не все ехали на равных.

Для элиты предназначались специальные места повышенной комфортности. Остальные, среди которых был и я, ехали на обычных сиденьях. Все сторонились меня, видимо, уже понимая, кто в академии станет главной мишенью для насмешек и нападок богатеньких особ. Хотя это мы ещё посмотрим…

По прибытии в академию времени отдыхать не было. Нас сразу построили и повели через невероятной красоты территорию. Академия! Мне даже стало немного стыдно, что я посчитал обычный вокзал частью этого места.

В конце пути нас ждал огромный зал для торжественных церемоний. И даже постоянные косые взгляды и шепотки среди наглых богатеев не могли стереть с моего лица довольную ухмылку.

Пока мы шли к своим местам, на нас то и дело бросали заинтересованные взгляды собравшиеся на церемонию представители знатных родов.

Мы прошли вперед и остановились перед небольшим возвышением. Кандидатов на обучение построили в шеренгу и начали вызывать по фамилиям. В алфавитном порядке. И тут я уже не смог сдержать волнение. Понял, что прямо сейчас решается моя судьба.

После первого же прошедшего парня стало понятно, что это и есть та самая процедура проверки, о которой говорилось в письме. Оказалось, это нечто вроде инициации, где каждому называли какие-то буквы. Я не понял, что именно они означают, но понял, что это очень важно. Наверное, так определяли нашу силу и предрасположенность к магии.

После оглашения результата первого кандидата я краем глаза заметил довольную физиономию одного из присутствующих в зале высокородных аристократов. Может, белобрысый змееныш был его родственником?

Следующий юноша поднялся на возвышение. Мрачный тип в темной мантии, проводивший проверку, приложил к его груди металлический лепесток и плотно прижал. Артефакт сначала засветился, а потом просто сгорел дотла, оставив лишь пятно пепла. Оглашение результата, снова довольная ухмылка одного из гостей, и следующий…

Потом подошла очередь девчонки, которой я пытался помочь на вокзале. После её результата по залу прошлись шепотки, которые показались мне слегка встревоженными. Похоже, она оказалась довольно способной, и многие ей заинтересовались. Но когда на сцену выступил тот самый чужак, в зале и вовсе стало тихо. Все ожидали его результата.

– Владеет двумя стихиями, – разнеслось по залу. Раздались негромкие аплодисменты. Похоже, и сами участники, и присутствующие представители знатных родов были весьма впечатлены.

Моё сердце бешено колотилось… Скоро моя очередь.

Вперед прошло ещё несколько людей.

Наконец я услышал свою фамилию:

– Волков, – произнес сухой, холодный голос.

Ладони мгновенно вспотели. Я сглотнул и на деревянных ногах двинулся вперед. Не думал, что буду так нервничать. Снизу за мной следила целая толпа людей. Кто-то смотрел с нескрываемым интересом, кто-то же пытался показать безразличие и презрение… Но все они ожидали моего результата.

Проводивший процедуру сотрудник академии внимательно посмотрел на меня. Я поймал взгляд холодных и каких-то безжизненных глаз. Этот человек просто делал свою работу, и ему не было дела до моих тревог. Так же, как и до этого, он приложил к моей груди металлический лист и прошептал фразу на незнакомом языке.

Глава 3

Я почувствовал сильное жжение. Перед глазами зарябило. Во рту всё пересохло, а по телу пронеслась волна незнакомых ощущений. Непривычно, но, наверное, так и должно быть. Сейчас важно другое.

Прямо сейчас моя жизнь полностью менялась. Настало моё время! Время становления на путь настоящего мага! Это мой собственный триумф! Отныне все те, кто смотрел на род Волковых сверху вниз, должны поменять свою точку зрения! У них не останется иного выбора!

Пальцы рук начало показывать от волнения. Казалось, все ощущения обострились до предела. Я мог слышать каждое слово в огромном зале.

Железный лист исчез без следа, а на моей груди остался только серый след. Я покосился на проверяющего и заметил, что в его глазах промелькнуло удивление. Неужели? Я сумел удивить даже такого опытного мага?

Правда, сотрудник академии тут же вернул безразличный вид. Он резко повернулся к залу. Цветная мантия мазнула по следу от артефакта, и в воздух взметнулось облачко пепла. От рисунка на моей груди осталась лишь небольшая часть, но ещё до этого я заметил одну странность.

Передо мной прошло не так много будущих студентов, но я стоял довольно близко и хорошо видел результаты их проверки. У всех знак был один, а у меня – два. А вот какие, я рассмотреть не успел.

Пауза затягивалась. Маг молчал. У меня создалось ощущение, что проверяющий просто не решается произнести вслух свой вердикт. На мгновение во мне взыграла гордость.

Так-то! Знайте наших! Даже магистр потерял дар речи при виде моей силы!

Молчание сотрудника академии оказалась слишком долгим. В зале послышались заинтересованные голоса, но они мгновенно стихли, как только проводивший инициацию маг наконец заговорил.

– Порог силы ниже минимальной планки, – леденящим душу голосом произнес он. И, обратившись ко мне, чуть тише добавил: – Мне жаль, парень. Следующий!

«Порог силы ниже минимальной… Следующий!» – эхом разносились чужие слова в моей голове. В груди стало слишком тесно, я не мог выдавить ни звука. Как?! Не может быть! Это шутка какая-то?

– Вы уверены, Григорий Николаевич? – лениво спросил кто-то из благородных. Он сидел, закинув ногу на ногу, и всем видом изображал бесконечную скуку. – Уже десятый случай за последний год. И опять приезжий. Что-то вырождается периферия…

Сотрудник неспешно повернулся к говорившему и вонзил в него безжизненный взгляд.

– Вы сомневаетесь в моих навыках, господин Станицкий? – холодно спросил стоявший рядом со мной мужчина.

Хотя вопрос был задан спокойным голосом, у меня по спине все равно побежали мурашки. И, видимо, не у меня одного.

– Что вы, что вы, Григорий Николаевич? Хах, конечно же, у меня и мыслей подобных не было… – натянуто улыбнулся представитель высшей знати. – Я всего лишь хотел убедиться.

– Ясно. Тогда нам лучше не терять времени на болтовню и продолжить процесс инициации, – сухо ответил Григорий Николаевич.

Пока они спокойно беседовали, я не находил себе места. Чувствовал себя полностью разбитым и морально опустошенным.

«И что же дальше? Что теперь?» – бесконечно крутилось в голове. Кое-как совладав с чувствами, я задал самый важный вопрос:

– Так что со мной будет дальше?

– Ваш порог силы недостаточен для обучения в нашей академии, юноша, – безразлично ответил маг. – Ожидайте. После завершения церемонии вас со всеми вещами отвезут обратно к точке сбора. Пока можете вернуться на своё место.

По залу начали раздаваться смешки и удивленные возгласы. Но я этого не слышал. Вернее, эти звуки казались приглушенными, словно все происходило где-то за стеной.

– Я думаю, – стеклянными глазами глядя куда-то вдаль, произнёс я, – думаю, это ошибка. Необходимо повторить проверку.

– Что-что, простите? – будто не веря своим ушам и демонстративно приподняв бровь, уточнил Григорий Николаевич.

– Следует проверить меня ещё раз! – более твердым голосом повторил я.

– Да угомонись уже, собачонка! И вали обратно в свою дырявую конуру! – со смехом выкрикнул младший из рода Воронцовых, Алексей. Тот самый змееныш из дилижанса. Его тут же поддержали театральными смешками прихвостни, которыми он уже успел обзавестись.

– В этом зале подобные высказывания неприемлемы, Алексей, – лениво произнес один из присутствовавших представителей знатных родов. И усмехнулся. Неприятно так и злорадно.

А мелкий гаденыш ему ответил наигранным поклоном в качестве извинений. И даже гримасу скопировал в точности. Цирк, да и только…

– Я могу вас уверить, что за всё время существования данной процедуры не было допущено ни единой погрешности, – тем временем сообщил мне проверяющий. – Такого просто не может быть. Так что прошу, покиньте сцену!

Совершенно раздавленный, я направился к рядам сидений для зрителей. Каждый шаг стуком отдавался в голове.

Остаток церемонии прошел как в тумане.

Моя жизнь сломана. Что говорить родным? Как быть дальше? Ведь все так радовались за меня, так были горды приглашением в академию! А теперь…

Несколько раз я слышал аплодисменты, и каждый раз при этом звучали фамилии крупных родов: Орловы, Голицыны, Багратионы. А ещё… слух резали слова о гостях из другого мира. Как их нахваливали, как все ими восхищались! Какими сильными и могущественными магами они станут в перспективе! Да уж, не то слово! Молодцы! Повезло же им! С какой легкостью они все проходили…

– Хм. Думаю, следует повысить планку нижнего порога, а то это совсем никуда не годится, – ехидно сощурив глаза и бросив на меня презрительный взгляд, тихо проговорил Воронцов. – Хотя-а-а… Плешивым дворнягам и эту пройти не дано.

И снова смешки. На этот раз никто не стал делать ему замечания. Теперь вокруг него собралось ещё несколько чужаков из другого мира.

Твари! Кулаки сами собой сжались до побелевших костяшек. Я тяжело дышал и старался не смотреть по сторонам. Боялся сорваться. Я слышал их радостные голоса. Все их насмешки и издёвки. А ещё – их бахвальство друг перед другом. Все эти слова, о том, что они даже не сомневались в своих результатах… И как их семьи будут гордиться ими…

Только сейчас я заметил, что вокруг меня образовалась пустота. Все кандидаты разбежались, будто боялись заразиться чем-нибудь. Я остался один, но так было даже лучше.

Вскоре после завершения инициации галдящая толпа счастливых неофитов покинула зал. Потом, негромко обсуждая результаты проверки и обмениваясь мнениями, ушли все высокородные гости. И только после этого ко мне подошла женщина в мантии сотрудника академии и велела идти за ней.

Я в последний раз обернулся на здания вокруг и проезжающие по территории магические дилижансы. Пару часов назад мне казалось, что я ещё успею осмотреть всю эту красоту позже. А сейчас… Сейчас я отчётливо понимал, что вряд ли вернусь сюда.

На посадочной платформе было пусто. Оно и не удивительно. Все студенты сейчас заселялись в общежитие. Женщина ушла, сказав, что поезд будет через минут тридцать-сорок и что скоро принесут мои вещи. А я подумал, что целый поезд для меня одного – это здорово. Хоть какой-то плюс во всей этой ситуации.

Однако очень быстро всё встало на свои места.

Через несколько минут я увидел, как из соседнего здания стали выходить рядовые работники академии. Многие из них тащили какие-то вещи, а кто-то вообще катил целые тележки с разнообразным барахлом. Чего там только не было! Чемоданы и коробки, ящики и огромные бутыли с непонятной жижей… Среди них я заметил и свои пожитки.

– А вот и мой чемодан принесли, – кивнув притащившему мои вещи сотруднику, произнёс я. – Спасибо.

Настроение было на нуле. Пришлось отойти в сторону. Мимо меня постоянно мелькали люди, которых мне сейчас совсем не хотелось видеть. Я привычно поставил свой чемодан на землю и уселся сверху.

Со стороны входа на платформу послышался звонкий смех. Я нехотя повернул голову и увидел группу парней в чёрных студенческих накидках. Среди них мелькнула знакомая фигура. Снова Воронцов… Тогда ничего удивительного. Всё никак не угомонится? Что ему ещё надо? Даже не сомневаюсь, что благородные пришли по мою душу.

Делать вид, что не замечаю приближающуюся банду, я не стал. Один пришёл Алёшенька, или с группой поддержки, для меня особого значения не имело. А вот наличие среди них девчонки несколько удивило.

Воронцов картинно остановил своих спутников и вышел вперёд, замерев в двух шагах от меня. Долгую секунду он ждал моей реакции. Может, страха или истерики, не знаю. Я безразлично посмотрел в глаза неприятному знакомому и перевернул фамильный перстень печатью внутрь.

– Ну что, дворняга, – наконец прошипел наследник благородной семьи Воронцовых. – Решил сбежать, даже не попрощавшись?

Я насмешливо хмыкнул и покачал головой. Стремление противника вызвать во мне возмущение было таким очевидным, что становилось смешно. Воронцов ждал ответа, и я не стал его огорчать. Он ведь хотел конфликта и даже сам для этого пришёл. А у меня как раз было подходящее настроение.

– Не того ты масштаба фигура, чтобы с тобой прощаться, Воронцов, – нагло усмехнулся я. – Вот был бы дворник или дворецкий, тому, может, и руку на прощание пожал бы. А об тебя и мараться не хочется. Есть такие люди, знаешь… грязные. Не снаружи, а внутри. И не отмыть это ничем, и деньгами не затереть.

– А дворняга пытается скалить зубы, – чуть обернувшись к своим дружкам и убирая правую руку за спину, натянуто рассмеялся Алексей. – Похоже, придётся научить её правилам этикета.

Слова Воронцова были вполне ожидаемыми, такое я слышал не раз и не два. А вот спрятанная за спину рука и появившиеся на мантиях остальных благородных бледные отсветы заставили меня подобраться.

Магия. Только вчера этот засранец чуть не выжег Сёме глаза своим фонариком. Неужели решил повторить неудавшуюся шутку?

Словно получив неслышимую команду, пятёрка подпевал Воронцова начала широко улыбаться и неспешно расходиться в стороны. Я слегка опустил голову, чтобы видеть ноги всех противников. Этого было достаточно. Так учил отец, вбивая суровую науку кулачного боя через пот и кровь. И первый свой урок я получил очень давно.

Глава рода Волковых был кадровым военным. Большую часть своей жизни он отдал служению империи и свято верил, что любой дворянин – это прежде всего воин. А воин обязан уметь сражаться. И сын должен быть во всем лучше отца.

Всего три правила, которые превратили моё детство в изнуряющий марафон на выживание. Постоянные спарринги с оружием и без, смена количества и качества противников, силовые тренировки и безумные нагрузки для развития выносливости. Любого другого человека подобный стиль обучения легко мог убить. Родовую школу Волковых было под силу осилить только членам семьи.

Я спокойно наблюдал за передвижениями противников и видел, что они все отчаянно спешат. Постоянно оглядывались по сторонам и, скорее всего, банально опасаясь, что их увидят на платформе отправления.

Послышался далёкий гудок приближающегося паровоза. Воронцов дернулся и начал выносить из-за спины руку. Его подельники напряглись, а я пришёл к выводу, что ждать дальше смысла нет.

Прямо со своего чемодана я рванулся вперед, хватаясь рукой за штанину главаря банды аристократов и резко дергая его ногу вверх. Воронцов изящно взлетел в воздух на добрую пару метров, а его огненный шар сорвался и унесся куда-то в сторону.

Стоявшие позади меня парни попытались схватить меня за плечи, но я резко развернулся и просто снёс обоих. Преимущество в силе и скорости явно было на моей стороне. Если бы в руках моих противников были шпаги, то шансов у меня было бы в разы меньше.

Благородных с детства учат фехтованию и прочим высоким наукам. Учителей подбирают лучших из лучших, и денег на это не жалеют. Вот только к обычному мордобою отпрыски аристократических семей оказались абсолютно не готовы. Но пока половина противников пыталась подняться с земли, оставшиеся встали в элегантные стойки неизвестного мне вида.

«Как глупо! – пронеслось в голове. – Неужели они думают, что я буду соблюдать их правила?»

На глаза попался мой чемодан. Старый и местами потертый. Коричневая кожа кое-где потрескалась, а стальные уголки потемнели от времени. Однако он был по-прежнему прочен, как столетний дуб… и настолько же тяжёл.

Всего секунда мне потребовалась на бросок. Мышцы руки застонали от напряжения, но результат того стоил. Чемодан, лихо крутнувшись в воздухе, снёс сразу двоих студентов. Последний нервно сглотнул и ошалело забегал глазами по сторонам.

– Закончили? – поинтересовался я.

Не закончили. Остальная банда немного пришла в себя и бросилась в бой. Они повисли на моих руках и на шее, словно шакалы. Не принимала участие в драке разве что девчонка, которая с трепетом наблюдала за происходящим.

– Лёша, он сейчас открыт! – нервно крикнула она, глядя куда-то мимо меня.

Секунду спустя спину обожгло нестерпимой болью. Я зарычал от ярости и развернулся. Воронцов с ошалелыми от страха глазами готовил очередного светляка.

И тут меня сорвало. В ноздри лез запах горящей отцовской рубашки, а перед глазами появилась красная пелена. Снова пришло то чувство, из-за которого я чуть не задавил Воронцова на перроне своей станции.

Дальше я уже не контролировал себя. Перед лицом появилась физиономия одного из висящих на мне противников, и я тут же ударил в неё головой. Послышался сочный хруст, и парень осел на землю. Что-то тёплое потекло по щеке. Боли не было. В сознании кипели ярость и гнев. Я начал работать на пределе своих сил. Уже не сдерживаясь и не опасаясь за жизни противников. Теперь вокруг были только враги.

Удар следовал ударом, превращая высокомерных аристократов в стонущие от боли куски мяса. Я уже ничего не разбирал. Кто-то из нападавших обойдется в итоге простым переломом, а кто-то, возможно, останется после сегодняшнего дня калекой.

Один из помощников Алёши догадался сбежать. Остальным повезло меньше… Девчонка принялась без остановки визжать и звать кого-то на помощь. Видимо, не хотела бросать своего нового фаворита в такой неловкой ситуации.

В этот момент наконец подъехал грузовой поезд. Из единственного пассажирского вагона выпрыгнула пятёрка поджарых мужчин в одинаковой серой форме. Девчонка тут же подбежала к ним и, захлебываясь слезами, начала что-то объяснять главному.

Остальные подскочили ко мне и быстро оттащили от еле шевелящихся благородных задир. Девица же, все это время рыдая и заламывая руки, рассказывала хмурому мужчине в серой форме всю сложившуюся ситуацию.

– Меня зовут Екатерина. Я из рода Лебедевых. Я всё видела! Этот преступник внезапно напал на моих друзей! – ткнув в меня пальцем, воскликнула она. – Они пришли проводить его и выразить свои соболезнования по поводу его отчисления. Но он набросился на них и стал избивать. Видимо, хотел отыграться за свою неудачу!

Я, конечно, не собирался ни перед кем оправдываться, но в этот момент совершенно потерял дар речи. Девица врала просто потрясающе искренне. Жесты, выражение лица… Так вот какие они? Благородные люди из знатного рода…

– Не переживайте, госпожа Лебедева! Мы во всем разберёмся, – сухо ответил человек в серой форме и холодно посмотрел на меня.

Я спокойно стоял между двух серых. Вырываться и качать права смысла не было. Конфликт был исчерпан, но меня настолько шокировала выходка девушки, что некоторое время я не мог ничего говорить.

– Ну и сука же ты, Катенька, – отойдя от ступора и сплевывая на землю кровь из разбитой губы, восхищенно произнес я.

В глазах девицы читалось торжество. Её губы почти безмолвно прошептали:

– Сдохнешь за решёткой, отброс!

– Грузите этого, – с серьезным выражением лица бросил главный из серых, и меня без церемоний потащили к вагону. – В допросную сразу ведите! Наказующий уже ждёт.

Глава 4

Парни в серой форме без видимых усилий тащили меня к распахнутым дверям пассажирского вагона. Едва мы попали внутрь, толстенные створки за спиной сразу же захлопнулись. Топот грузчиков, голоса людей, шипение паровоза – всё исчезло. Наступила жутковатая тишина, нарушаемая только сопением моих сопровождающих.

Из-за всего произошедшего в голове была полная каша. Мысли были вялые и бесформенные. Но, даже учитывая это, не заметить странности окружения было очень трудно.

Только что я находился на улице, окруженный шумом, гамом и криками этой долбаной Катеньки, а теперь попал в абсолютно другую атмосферу. И это сбивало с толку.

Я ездил на поездах уже трижды и мог делать определённые выводы. Широкий коридор, по которому меня тащили, был огромной роскошью для обычного вагона. И для необычного тоже… Судя по размерам, внутри вагон был вдвое шире, чем снаружи. Такие поезда просто не могли существовать!

Я пытался смотреть по сторонам, но парни в серой униформе очень ловко перекрывали мне обзор. Кажется, что даже усилий для этого не прилагали. Однако это явно было не так.

Как только мы оказывались у очередной похожей на купе секции, один из серых незаметно замедлялся или поудобнее перехватывал мою руку, заслоняя происходящее внутри. Мне только и удалось заметить, что там организованы какие-то кабинеты.

Но я не оставлял попыток. Пока меня вели вдоль всего вагона, я успел заглянуть в несколько отсеков, и мои догадки подтвердились. Люди в такой же униформе сидели внутри за столами и корпели над какими-то бумажками. Некоторые работали с неизвестными артефактами.

По всему вагону я то и дело натыкался взглядом на различные опознавательные знаки, которые могли принадлежать к какой-нибудь организации. Вероятнее всего, именно этой конкретной организации и принадлежал вагон. Хотя нет, скорее, весь поезд… Вот только раньше я этого символа не видел. Ни в газетах, ни среди казенных служащих при поездках в Саратов.

Окружающая обстановка вызывала массу вопросов. И все они неизбежно приводили к самому главному. Что это за наказующий, про которого говорил главный из этой серой пятерки? И почему он уже ждет меня? Кто он такой? Да кто они все такие?

Неужели все как-то связано с тем, что я подрался с теми наглыми аристократами? Я, конечно, понимал, что наказание за подобное должно быть суровым. Даже учитывая, что я тоже из знатного рода, без последствий обойтись не могло. Но ведь они первые напали! Хотя…

Это ещё предстояло доказать. Ведь именно для них всё закончилось печально. Я же отделался лишь рассеченной бровью и несколькими ссадинами на кулаках.

Но даже если всё так, многое не сходилось.

Я немного пришёл в себя. Мозг начал лихорадочно сопоставлять факты и делать выводы. Меня должны были забрать со станции и отвезти в город. По всей видимости, это и был тот самый поезд, на котором я должен был уехать. Ведь он пришел по расписанию. Но в нем был всего один пассажирский вагон. Этот. Не могли же меня повезти верхом на коробках в грузовом отсеке? Значит, меня изначально определили именно сюда, и никакой ошибки не было. Но тогда откуда тут заранее взялся какой-то наказующий, и как он может ждать меня?

Раз вагон, в котором находились эти люди в сером, прибыл к концу драки, значит, он выехал за мной заранее. Причем задолго до начала этой самой потасовки. Вывод: дело не в Воронцове и его прихлебателях. Только вот от этого ничуть не легче, ведь всё могло оказаться куда серьезнее, чем я думал ранее.

Мысли проносились короткие и сухие, как выстрелы.

Мы пересекли большую часть вагона и остановились у единственной металлической двери в самом его конце. За всё это время конвоиры не произнесли ни слова. Это настораживало и заставляло меня вариться в предположениях, строя раз за разом новые догадки.

Мысли, что всё подстроил Воронцов, я сразу же отмел. Лёша оказался знатным засранцем, но такой размах однозначно был ему не по плечу. Однако то, что я связался с людьми куда более серьезными, меня никак не успокаивало.

Один из людей в сером несколько раз постучал по стальной двери, явно выстукивая какой-то ритм. Код? Запомнить получилось только первую часть, но я не был уверен, что это мне когда-нибудь пригодится.

Изнутри послышался скрип, но ответа не последовало. А потом мы просто вошли.

Я оказался в небольшом помещении. Стены были плотно обиты железными листами с магическими знаками. Что это были за символы, для меня осталось тайной. Несколько маленьких узеньких окон, скорее похожих на щелки, через которые еле-еле пробивался дневной свет. В такое даже руку не просунуть…

Внутри стоял единственный стол, за которым сидел седой опрятный мужчина точно в таком же сером костюме, как и все остальные в этом поезде. В нём чувствовалась военная выправка. Никаких опознавательных знаков на его одежде я не заметил. Как и у других. Это начинало меня беспокоить.

Только сейчас я задумался, а являются ли все эти люди на самом деле стражами порядка? Просто какие-то странные парни пришли и забрали меня. Правда, сделали они это настолько уверенно и профессионально, что даже сомнений в их полномочиях не возникло. А стоило бы…

У человека за столом был очень колючий, пронзительный взгляд. Создавалось ощущение, что он заглядывает внутрь меня, пытаясь разыскать все потаенные секреты. При этом он слегка щурился, глядя словно сквозь меня. Но ни капли насмешки в его глазах не было. Скорее, здравый интерес.

На пустом столе перед ним находилась тонкая папка, какой-то амулет и стакан воды. И больше ничего, ни единой пылинки…

Конвоиры усадили меня на свободный стул и ушли. Снаружи лязгнул металлический замок, и наступила тишина. Человек напротив молчал. Я тоже решил не начинать разговор первым. Я не понимал, что происходит, но старался сохранять спокойствие. Хотя в такой ситуации это и было тяжело…

– Воды? – спустя долгую, тянущуюся вечность минуту спросил человек напротив и слегка подтолкнул стакан в мою сторону. – Можете обращаться ко мне Федор Иванович. Или господин Штерн.

– Благодарю, но я воздержусь, Федор Иванович, – сухо ответил я. Сухо во всех смыслах, ведь в горле действительно всё пересохло. Однако пить незнакомую воду в таком странном месте мне не хотелось.

Господин Штерн ещё больше сощурил глаза и, взяв стакан, демонстративно сделал из него несколько глотков.

– И даже ничего не спросите, Александр… – открывая папку и разыскивая там что-то, произнёс он. – Дмитриевич?

– Раз ваши люди меня сюда привели, то, по всей видимости, это у вас должны быть вопросы, уважаемый, – спокойно ответил я.

– Что ж, – хмыкнул Штерн и перевернул страницу личного дела. – Александр Дмитриевич Волков. Семнадцати лет от роду. Наследник рода Волковых. Рост один метр девяносто сантиметров. Славянская внешность, голубой цвет глаз. Отличительная родовая особенность – пепельно-серый цвет волос. Владеет навыками рукопашного боя и боя с применением холодного оружия. Уровень фехтования – четвёртый по шкале Себрина. Правша, но способен держать оружие в обеих руках. Владеет базовыми навыками этикета. Всё верно?

Я лишь кивнул, пытаясь скрыть удивление. Полностью сделать этого не получилось, и спустя несколько секунд я всё же спросил:

– Мы с вами знакомы?

– Заочно, – проговорил Фёдор Иванович так, словно пытался уклониться от ответа.

– И что же вам от меня нужно? – задал следующий вопрос я. Церемониться смысла не было. Раз со мной разговаривают, а не допрашивают, значит, мы общаемся на равных. И значит, этому Штерну что-то от меня нужно. Иначе зачем это всё?

Серый с интересом за мной наблюдал и не торопился продолжать разговор. Цепочка размышлений увела меня так далеко, что я невольно расслабился, почувствовав свою важность. И только после этого Штерн нанёс сокрушительный удар.

– Я хочу узнать, как вы относитесь к своему провалу на поступлении в академию и что планируете делать дальше, Александр Дмитриевич? – лениво поинтересовался Фёдор Иванович и пристально уставился на меня. Причём его пронзительный взгляд никак не вязался с тоном.

Как только он заговорил об этом, на меня тут же снова накатила волна раздражения вперемешку с негодованием. Да какое ему вообще дело? Я и сам не знаю, как быть! А тут ещё непонятный тип со своими вопросами начинает нагнетать… Разве у меня было время подумать?

Седой увидел раздражение на моем лице и, не дождавшись моего ответа, продолжил:

– Как я понимаю, дома никто не ждет вестей о том, что вы не смогли поступить. Элитная академия, куда не каждого приглашают… – Фёдор Иванович с деланым огорчением покачал головой. – Все ваши близкие, скорее всего, были просто счастливы. А тут такие новости…

– Справимся, – всеми силами сдерживая гнев, процедил я. Что он о себе возомнил? Строит из себя сочувствующего? Да что он знает о моих проблемах?!

– На самом деле не всё так плохо, как может показаться, – доверительно произнёс Штерн.

Видимо, моя внутренняя буря осталась для него незамеченной. А может, он как раз все видел, но истолковал по-своему.

– У меня есть к вам не менее достойное предложение…

Договорить он не успел. Я слегка наклонился вперёд и зло произнес:

– Послушайте, уважаемый Фёдор Иванович. Если вы намереваетесь сыграть на моих чувствах и якобы боязни огорчить родителей, то вы явно обратились не по адресу.

Серый смерил меня удивленным взглядом и слегка улыбнулся. Я мог поклясться, что эта улыбка была одобрительной, но я в упор не понимал, почему мои слова вызвали такую реакцию.

– Кхм-кхм. Думаю, вы всё неправильно поняли, Александр Дмитриевич, – прочистив горло, ответил серый уже совсем другим тоном. – Речь идёт не о каких-то махинациях или дополнительных местах в академии магии, господин Волков. Я предлагаю вам другой путь. Другое учебное заведение…

– В Российской Империи есть всего одна академия высокой магии, господин Штерн, – хмуро ответил я. – Об этом знают даже в тех местах, откуда я родом. Или вы хотите направить меня в бурсу для простолюдинов? Так лучше я пойду по стопам отца.

– Это… довольно близко по профилю, Александр Дмитриевич, – задумчиво произнёс серый. – Закрытое учебное заведение… скажем так… для очень своеобразных и одаренных учеников. В него нельзя поступить кому вздумается. Мы сами отбираем учеников, которые способны в ней обучаться… По очень веским причинам.

Я не смог сдержать эмоций и лишь недоверчиво фыркнул. Фёдор Иванович не походил на глупого человека. Себя я тоже таким не считал. Но у меня складывалось стойкое ощущение, что ему очень нужно меня убедить. Чтобы я сам согласился.

– Закрытое учебное заведение на уровне академии высокой магии, о котором никто ничего не знает, – произнёс я. – Вы меня извините, Фёдор Иванович, но это даже звучит смешно. Как же называется ваша организация? Чем вы занимаетесь? Какой профиль у вашего… учебного заведения?

– КЛиР, – выдал непонятный набор букв Штерн, и после небольшой паузы дал расшифровку: – Комитет ликвидации разрушений. Либо же, как любят называть себя наши сотрудники, ликвидаторы. Мы работаем над устранением последствий после взаимодействия гостей из другого мира с нашим. А последствия могут быть самые разнообразные.

– Очень размыто, господин Штерн, – нахмурился я. Ликвидаторы… Кажется, отец пару раз упоминал о чем-то таком.

– Мы работаем над всем, от возмещения ущерба до закрытия пробоин. Именно поэтому без нашей организации… – Наказующий слегка помедлил, подбирая нужные слова. – Именно поэтому империи никак не обойтись без нас. Ведь только мы способны закрывать прорывы… связанные с гостями из других миров. И многое другое.

Происходящее напоминало мне дешёвое представление. Опытный мужик пытался убедить меня в грандиозной важности никому не известной организации и всячески старался вызвать моё доверие. Если бы я мог, то, скорее всего, уже бы просто встал и ушел. Но я не мог.

– Я вижу и прекрасно понимаю ваше отношение к моим словам, – добродушно улыбнулся Штерн. – В это трудно поверить, но вы сами успели столкнуться с одним из таких гостей. Чужаки уже давным-давно стали частью нашего мира. Благородные роды берут их под своё крыло, обеспечивая всем необходимым, а империя рассчитывает на их силу в случае опасности.

– Какое замечательное единодушие, – вспомнив опыт общения с Воронцовым, процедил я. – Мир, радость и счастье!

– Не всё так однозначно, господин Волков, – покачал головой Штерн. – К сожалению, от последствий этой силы никуда не деться. И кто-то должен заниматься устранением нанесенного ущерба и закрытием прорывов мироздания… Если бы не мы, то всему миру уже пришел бы конец. Всё погрязло бы в разрухе и войне, если бы, конечно, что-нибудь осталось… Поэтому очень сложно переоценить нашу работу. Зато многие, такие, как вы, недооценивают её.

– Ага. Понятно. То есть вы просто прибираетесь за этими высокомерными выскочками, – пытаясь вывести собеседника из равновесия, произнёс я. – Можно сказать, прислуживаете им…

– Не стоит заблуждаться, юноша! – резко ответил Фёдор Иванович. В этот момент в нем впервые проглянуло что-то настоящее. – Мы напрямую подчиняемся императору, и ни одно самое знатное и могущественное семейство не имеет над нами власти. Только император! А мы, в свою очередь, решаем, что делать со всем остальным. Даже сами гости знают лишь малую часть о нашей истинной деятельности…

Я ненадолго задумался. В словах серого слышалась неприкрытая гордость и уверенность. Это заставляло взглянуть на наш разговор иначе. В итоге я решил задать ещё один вопрос:

– А что вы имели в виду, когда говорили о каких-то прорывах мироздания, Федор Иванович?

– После смерти чужаков происходит мощный взрыв, который способен порвать саму ткань реальности, – охотно, словно вступив на знакомую территорию, пояснил Штерн. – В этот момент в наш мир способны пробраться самые различные существа. Именно мы и устраняем подобные последствия.

Ответ показался дежурным и очень расплывчатым. Как, впрочем, и все предыдущие.

– Звучит как сказка, – улыбнулся я.

– Именно благодаря нашей работе люди считают это сказками… – достаточно серьезно ответил серый.

– Допустим, всё так, – осторожно направляя беседу в более важное для меня русло, произнёс я. – Чужаки, прорывы, тайные университеты… Очень здорово и интересно, господин Штерн. Одного понять не могу. Я вам зачем нужен?

– Главная особенность КЛиРа заключается в том, что далеко не каждый способен работать в нашей организации, – терпеливо пояснил мой собеседник. – Лишь люди с определенными задатками магии способны сражаться с теми, кто появляется из прорывов. Естественно, обнаруживая подходящего человека, мы не отправляем его сразу же на поле боя. Сначала он проходит полноценное обучение и подготовку.

– Хм… Выглядит очень заманчиво, – стараясь сохранять спокойствие, ответил я. – Но вы обратились не по адресу, Федор Иванович. Как сегодня выяснилось, нужных вам задатков, к моему огромному сожалению, у меня нет.

– Ошибаетесь, Александр Дмитриевич, – переворачивая очередную страницу моего досье и разворачивая папку ко мне, произнёс мой собеседник. – Причём очень сильно. Узнаете?

Глава 5

Внутри я увидел цветную фотографию. Такие делали только при помощи специальных артефактов. Но удивляло не это.

На снимке я увидел себя во время инициации. На груди всё ещё виднелся выжженный пепельный след от металлического листа. Ранг «Д», а рядом с ним красовалась цифра «1».

Я начал лихорадочно соображать. Выбранный ракурс на фото ясно давал понять, что снимок сделал человек, проводивший инициацию. И тут же стёр буквы с моей груди, как бы случайно задев рукой и уничтожив все улики.

Григорий Николаевич сработал максимально профессионально. И даже высокородные гости не решились с ним спорить. То есть он заодно с этими людьми в серых одеждах? Или вообще один из них?

Перед своим поступлением в магическую академию я немного подготовился и кое-что узнал. Например, ранг «Д» означал самый низкий уровень удержания силы, что нисколько меня не утешало. Фактически, маг с подобным рангом мог лишь использовать артефакты и контролировать передачу силы из одного накопителя в другой.

А вот что означала цифра, я понятия не имел. Не видел упоминания о подобном ни в одном источнике. Да и по слухам не припомню, чтобы кто-нибудь упоминал о подобных рангах.

– Что означает цифра на моей груди? – Я указал на снимок.

– Очень хороший вопрос, Александр Дмитриевич, – улыбнулся Штерн. – Я бы сказал – правильный. Как я уже упоминал, наша организация подчиняется исключительно императору. Мы устраняем последствия деятельности чужаков и не имеем морального права принять их в ряды КЛиРа. Однако от этого очень сложно уберечься. Вселение иномирцев происходит в любом возрасте и в любое время. Заранее предугадать данное явление невозможно. Но наши учёные нашли выход.

– Добавили в проверку эту цифру? – предположил я.

– И снова верно! – улыбнулся серый. – Среди жителей нашего мира иногда встречаются одарённые с удивительной устойчивостью к вселению чужаков. В ряды нашей организации мы принимаем только магов с уровнем иммунитета выше пятидесяти процентов. Офицерский состав определяется от семидесяти процентов и выше. Но ваш случай, господин Волков, уникальный. Именно поэтому я и прибыл лично.

– И сколько у меня? – сглотнув комок в горле, спросил я.

– Почти сто процентов. По крайней мере, точнее определить крайне сложно, – веско ответил Штерн. – Такого мы ещё не встречали. Я готов зачислить вас на первый курс нашего университета. Занятия начнутся завтра с утра. Если вас всё устраивает, разумеется.

– А если нет? – поинтересовался я, хотя понимал, что это действительно лучшее из того, что я мог получить в данной ситуации.

Настрой на учёбу никуда не делся. И хотя профиль был совсем другой, но кто знает… Возможно, так даже лучше. По крайней мере, мне не придется учиться с этими наглыми хлыщами и терпеть их скверный характер.

– А если нет, то мы продолжим нашу беседу, и я все-таки попытаюсь убедить вас в обратном… – пристально посмотрев на меня, произнес Штерн. Отступать он явно не собирался.

Я ещё немного подумал, взвешивая все «за» и «против», и ответил:

– Я согласен.

– Замечательно, – коротко кивнул Фёдор Иванович. Он достал из внутреннего кармана два конверта и протянул их мне.

Я принял их без колебаний, понимая, что уже сделал выбор и назад дороги нет.

– В этом конверте ваша стипендия за первый месяц обучения, – пояснил Штерн, увидев мой вопросительный взгляд. – Обычно мы платим ученикам в конце месяца, но для вас сделаем исключение. Во втором конверте – письмо для ваших родителей. Рекомендую отправить его сегодня, до того, как попадете в здание университета. В ближайший месяц выход за его пределы будет для вас закрыт. И ещё… – после недолгой паузы продолжил он. – Сегодня необходимо явиться в назначенное место не позднее шести вечера.

После того как я подтвердил, что мне всё ясно, дверь внезапно распахнулась, и ко мне подошел человек в серой форме. Он отвёл меня в другое помещение, с виду – обычное купе.

Внутри, к моей великой радости, уже стоял мой чемодан. Провожатый достал из кармана деревянный футляр, обшитый кожей. В нем оказался небольшой стеклянный шар. Сотрудник КЛиРа приложил шар к моей голове, и рана практически сразу затянулась. После этого шар внутри слегка затуманился.

Лечебный артефакт! Правда, рассмотреть эту вещицу я толком не успел, потому что её место быстро заняла другая. Вторым артефактом, прямоугольным и больше похожим на обычный брусок металла, он привел всю мою одежду в порядок.

Закончив, конвоир отступил на шаг и со стороны окинул меня взглядом. Что-то хмыкнув самому себе, серый кивнул и молча удалился. Я наконец остался один.

Вот только даже не успел толком расположиться. Пока искал место, куда бы приткнуть свой громоздкий чемодан, ко мне зашла девушка в такой же серой униформе. Разве что вместо брюк была юбка. Костюм красиво подчеркивал стройную фигуру.

С виду она была гораздо моложе всех тех, кто встретился мне сегодня. Возможно, она была ученицей старших курсов университета, которая отрабатывала практику. Но факт оставался фактом.

У девушки было ещё одно интересное отличие. Ярко-красные волосы, которые сильно выделялись на фоне серого костюма.

Она поставила на мой столик деревянный поднос и графин с водой. Еда выглядела так, словно её приготовили в одной из лучших рестораций и специально по заказу. Я хотел заговорить с незнакомкой, но девушка только мило улыбнулась и вышла.

«Хм. Симпатичная, – удивлённо подумал я. – Даже подозрительно. Неужели это был запасной план по завлечению меня в их университет?»

Я окинул взглядом поднос с едой и даже успел взяться за вилку. Но вспомнил о переданных мне конвертах и положил прибор на место.

В первом действительно оказались деньги, и их количество заставило меня серьезно удивиться. Там лежало сто рублей. Внушительная сумма по любым меркам.

– Ничего себе стипендия у них! – прошептал я. Конечно, это не решит всех проблем семьи, но значительно поможет. Что не могло не радовать.

С содержимым второго конверта Штерн тоже не обманул. Там и вправду было письмо для моих родителей. Причем уже написанное. Да и почерк не отличить от моего.

Получается, он нисколько не сомневался в успехе задуманного? Мне даже стало интересно, насколько далеко он мог зайти в моей вербовке. И ведь это письмо всё время находилось у Штерна в кармане. Скорее всего, оно было написано задолго до прибытия на станцию. Так насколько же он просчитал меня?

Ехать нам было около часа. За это время я успел спокойно поесть и ещё раз хорошенько всё обдумать. В итоге моё мнение не поменялось. Я был уверен, что принял верное решение.

По прибытии на станцию я вышел из своего купе и замер от удивления. Вместо вагона секретной организации, который я видел до этого, я увидел самый обыкновенный купейный вагон. Пока я стоял, не в силах пошевелиться, из купе начали выходить люди со своими чемоданами. Просто обычные уставшие пассажиры, вымотанные дорогой.

Я двинулся на выход, всё ещё не веря своим глазам. Как такое возможно? Чтобы убедиться, заглянул в одно из закрытых купе, так как других на моем пути не было. Я всё ещё надеялся увидеть там работников в серой форме, скрупулёзно перебирающих свои бумажки и артефакты.

Вместо этого застал там переодевающуюся девушку. Она возмущённо пискнула и попыталась прикрыть грудь. Изящные ручки не сумели справиться с такой весомой задачей. Я успел заметить красивую родинку в виде звезды, и тут же закрыл дверь. Неловко вышло.

Я вышел на улицу и снова замер.

– Вот черт! Какого хрена тут происходит? – возмущённо проворчал я. – Что ещё за игры такие?

В поезде больше не было грузовых вагонов. Это был обычный пассажирский состав. Не могло же мне всё это показаться?

Я решил отойти подальше от этого подозрительного поезда и немного прийти в себя. Времени оставалось предостаточно. Смысла сразу же идти в университет не было. Да и выйти из него весь следующий месяц я не смогу…

Прогулка! Вот что мне сейчас действительно нужно. Я подхватил чемодан и пошел любоваться красотами столицы. Несколько часов просто бродил по проспектам и смотрел на величественные здания. Ходил до тех пор, пока снова не разыгрался аппетит. Пришлось сместить фокус внимания на более приземленные вещи.

По пути мне встретилось несколько подозрительных забегаловок. Я решил обойти их стороной и поискать что-нибудь более подходящее, чтобы отпраздновать свое поступление в университет.

Это сразу сказалось на выборе места обеда. Предпочтения быстро сменились с чего-нибудь более-менее нормального на элитное. А значит, нужно было идти в центр.

Временами спину царапал чужой взгляд, словно за мной постоянно кто-то наблюдал. Пару раз мне даже показалось, что я заметил мелькнувшую в толпе прохожих серую форму. Или я просто себя накручивал? Эти серые теперь везде мне чудиться будут?

Вскоре я нашёл искомое. Шикарный ресторан размером с целое здание. Подойдя ко входу, я ожидал, что швейцар откроет мне дверь, но тот лишь смерил меня недовольным взглядом и сделал вид, словно никого не заметил.

Поведение слуги меня возмутило. Я вам что, не человек, что ли? Внутри полыхнул гнев на этого лакея.

– В этой забегаловке совсем не умеют обучать прислугу. Стоит ли вообще сюда заходить? – холодно процедил я. Интонации, взгляд, поза… Всему меня учили дома, но я никогда не думал, что это может пригодиться в жизни. Тем более не думал, что оно сработает.

Швейцар быстро распахнул передо мной дверь, но в его взгляде всё равно плескалось сомнение. Не походил я на привычных ему аристократов.

Я прошел мимо, даже не взглянув на слугу. А дальше пришлось собрать в кулак всю свою выдержку, чтобы сохранить на лице то же безразличное выражение. Внутри было словно во дворце. Всё блестело и сверкало.

Не успел я сделать и нескольких шагов, как меня встретил другой человек, примерно с таким же удивлением. Тем не менее он сразу же предложил мне пройти за свободный столик.

Разместившись, я начал выбирать, что бы попробовать. Цены оказались не просто кусачими – они были грабительскими! Но оно того стоило, ведь не каждый день я поступал в университеты.

В итоге насладиться едой мне так и не удалось. Шепотки за спиной и косые взгляды местной публики испортили весь аппетит. Так и не доев, я бросил на стол десятирублевую купюру и вышел на улицу. Надо было поесть в обычном заведении…

Перед тем как ехать в университет, я решил найти почтовое отделение и отправить заготовленное письмо своим родителям. Даже добавлять к нему ничего не стал. И так хорошо.

Нужное место оказалось неподалёку. Закончив с делами, я вдруг понял, что совершенно не знаю, куда идти дальше. Адрес на конверте мне ничего не говорил, и я решил нанять извозчика.

Ушлого вида мужик прокатил меня по всей Москве. Дорога заняла около часа. Экипаж остановился у обшарпанного здания на дальних окраинах столицы. Я не спешил вылезать, решив убедиться, что адрес действительно правильный. Сложно было поверить, что в подобном месте располагается какая-либо организация… Даже я был удивлен этому захолустью.

Извозчик сразу же уехал, поспешив оставить меня одного в этом богом забытом месте.

– Вот тебе и секретный университет, – проворчал я себе под нос. – Зато у них волшебные поезда! А стены покрасить не могут. Срам какой…

Обвалившаяся штукатурка и выцветшая краска сразу бросались в глаза. Подходя ближе, я опасался, что на голову мне свалится какой-нибудь кирпич. В общем, снаружи всё выглядело крайне печально. Надеюсь, внутри будет хоть немного лучше.

С натугой открыв скрипучую дверь, я наткнулся на бабушку за стойкой. Осмотрев меня недовольным взглядом, она нехотя прогундела:

– Мы закрыты, юноша.

Создавалось ощущение, что у неё заложен нос.

Я сразу же взглянул на время. Половина шестого. Странно, вроде бы не опоздал…

– Мне сказали прибыть не позднее шести. Это же верный адрес? – неловко ответил я, продиктовав адрес по памяти. Может быть, всё же извозчик ошибся…

– Нет тут никого, молодой человек. Третий год, почитай, ремонт идёт.

Значит, адрес правильный.

– Эм… Но Фёдор Иванович…

Бабуля смерила меня очередным испытующим взглядом и неожиданно ответила:

– Третья дверь справа.

С души словно груз свалился. Я глубоко вздохнул и двинулся к указанной двери. Внутри оказалась пустая железная коробка. Никаких дверей и проходов. Никаких знаков или надписей. Ничего. Я уже хотел было выйти обратно и начать ругаться за глупые шутки, но перед лицом резко упала решетка, чуть не отрезав мне нос. Металлическая коробка вздрогнула и плавно поехала.

Вниз…

Письмо

«Дорогие мои родители. Пишу вам из столицы. Сразу же хочу сказать, что у меня всё хорошо. Спешу вас обрадовать, что я поступил. Однако не в магическую академию, как изначально планировал. От этого предложения я всё же решил отказаться в пользу более перспективного.

После проведения инициации мне сделали уникальное предложение: поступление в особое военное заведение для родовитых дворян. Оно ещё не слишком известно в наших краях, однако очень быстро набирает популярность и является элитным и не менее престижным университетом под началом самого императора.

Кстати, у меня тут и стипендия будет. Представляете, целых сто рублей! Так что теперь вы точно можете за меня не переживать! Я и вам смогу отправлять, иначе попросту не буду знать, куда девать такие деньжищи. Правда, следующее письмо я смогу прислать не раньше, чем через месяц, так как заведение закрытое, и я буду полностью занят учебой.

Надеюсь, у вас всё хорошо. Люблю вас! До скорой встречи!

А. Д. Волков».

Глава 6

Коробка спускалась так долго, что я за это время успел не просто успокоиться, а даже заскучать. Когда двери наконец-то раскрылись, прямо с порога меня встретил внушительных размеров мужик в серой форме. Его лицо украшало несколько шрамов и стеклянный неподвижный глаз. Страшный тип.

Не успел я ступить и шага, как он тут же начал орать. Причем неестественным, противоречивым и писклявым голосом. Словно разговаривал не этот огромный мужик, а ребенок за его спиной.

– Волков?! – бросив взгляд на часы, выкрикнул он. – Я смотрю, ты не торопился!

Я знал, что времени примерно без десяти шесть, а значит, всё в порядке и я не опоздал. Интересно, сколько же он тут стоит?

– Мне сказали, что… – начал я, но так и не смог договорить.

– Плевать я хотел на то, что тебе сказали! Если ещё раз откроешь рот без разрешения, получишь взыскание! – гневно раздувая ноздри, выпалил серый. – А теперь слушай и запоминай. Зовут меня Андрей Алексеевич Белов. Но обращаться ко мне только господин куратор! На ближайший месяц я твой царь, бог и император в одном лице. Всё понятно?

Его тон мне сразу же не понравился, но при этом я еле-еле смог сдержать смешок, слыша его писклявый фальцет. Поэтому решил просто стоять молча.

– Не слышу ответа, курсант!

Я продолжал молчать, но по лицу начала расползаться улыбка.

– Отвечать, когда к тебе обращается куратор!

– Да, – коротко ответил я.

– Что да?

– Всё понятно, Андрей Алексеевич.

Мне показалось, что его единственный глаз начал дергаться. А лицо покраснело.

– Во-первых, почему сразу не ответил? – зловеще произнёс Белов. – А во-вторых, как я сказал ко мне обращаться?

– Во-первых, вы запретили мне разговаривать без разрешения. А во-вторых, я так и не понял, кто вы? Господин, царь, бог или император? Поэтому решил обратиться по имени-отчеству. – Напрягая все свои силы, я всё-таки смог сохранить каменную физиономию.

В воздухе повисла напряженная пауза. Спустя пару секунд куратор резко развернулся и пошёл к выходу.

– Следуй за мной, – сквозь зубы прошипел он.

На протяжении всего пути я слышал, как он сыпал обещаниями, что кто-то у него ещё попляшет. Интересно кто? А ещё мне очень хотелось ответить, что танцевать я уже умею, мама научила. Но всё же решил ещё сильнее его не провоцировать.

Первым делом мы попали в распределительный центр. Простояв почти двадцать минут около странной стойки, где записали мои данные, мы двинулись дальше. Впереди была высокая арка, а за ней… За ней открывался потрясающий вид на множество ярусов и переходов.

«Да здесь же целый город под землей!» – ошарашенно подумал я.

Вокруг была огромная территория с кучей ответвлений и дверей. Повсюду сновали люди в серых костюмах. Все были чем-то заняты.

Впереди нас ждали широченные залы с высокими потолками. Хоть мы и находились под землей, но ощущение создавалось абсолютно противоположное. Дышалось слишком легко, везде был спокойный, размеренный свет, а в некоторых местах мне и вовсе показалось, что я видел самый настоящий лес. Это сколько же сил и денег сюда вбухали?

Только сейчас до меня дошло. А что, если куратор по ходу движения должен был рассказать мне что-то об этом учебном заведении? Посвятить в определенные нюансы и поведать особенности? Может быть, не стоило выводить его из себя?

Когда мы дошли до самого скромного помещения из всех, что я уже успел увидеть, Белов наконец-то заговорил. Снова пискляво. Придется долго привыкать к его голосу.

– Здесь ты будешь жить. Оставляй вещи, и идем дальше.

Он начал меня водить по различным точкам и помещениям. Где-то обо мне что-то записывали, возможно, ставили на учет. Где-то выдавали различные вещи, например, серую форму. А некоторые места мы просто проходили мимо, и у меня складывалось ощущение, что куратор мне что-то недоговаривает.

По пути я встретил ту самую девушку из поезда, что приносила мне еду. По всей видимости, она действительно оказалась ещё ученицей, но уже старших курсов. Видимо, то была её практика или нечто подобное. Она снова очень мило улыбнулась и прошла мимо, не сказав ни слова.

В итоге, пройдя ещё несколько залов, куратор оставил меня одного и сказал, что я могу возвращаться в свою казарму.

Найти бы снова ту девчонку. А то тут даже и поговорить не с кем, все слишком занятые и серьезные. Расспросил бы её об этом заведении. Может, узнал бы чего интересное.

Вернувшись в свою комнату, я неожиданно услышал чей-то голос.

– Я верхнюю займу. Ты не против? Никогда не спал так высоко. И глубоко. Меня Сашка зовут, кстати! А тебя?

– Ну, будем знакомы, тёзка, – ответил я, глядя на чрезмерно улыбчивого парня. С виду хлюпенький, конечно, но глаза живые. Вот и поговорить теперь есть с кем, хоть компания и не столь приятная.

Я достал свой чемодан и начал раскладывать вещи.

– Тяжело с отбором пришлось? – продолжил мой новый сосед.

– Отбором? – удивленно уточнил я.

– Ага. Я пока все нормативы сдал, чуть ноги не протянул, – действительно протягивая свои ноги с койки, проговорил он.

– Оказывается, ещё отбор какой-то был. А я и не знал, – рассеянно ответил я. – Меня так взяли.

– Врешь! – Сашка слегка подался вперёд.

– Серьёзно, – искренне ответил я. – Я изначально даже не собирался сюда поступать. Меня, по сути, уговорили.

– А почему? – с любопытством поинтересовался тёзка.

– Сопротивляемость вселению высокая, – пояснил я. Рассказывать всё о себе я не собирался. Тем более человека ещё не знаю. Мало ли что…

– Настолько высокая, что даже вступительные экзамены сдавать не пришлось? – недоверчиво спросил Сашка.

– Ну да. Фёдор Иванович сказал, что меня сразу зачислят.

– Штерн? – явно испуганно и зная, о ком речь, спросил парень. – Ты его сам, что ли, видел?

– Ну да, – видя шок и недоверие на лице парня, ответил я. – Именно он меня и уговаривал поступить. И стипендию наперед выдал. А кто он такой? Шишка, что ли, какая?

Сосед сглотнул, явно думая, что ответить, но в итоге решил промолчать. Хотя надолго его не хватило, и буквально через пару минут, пока я продолжал разбирать вещи, он снова заговорил.

– На ужин вместе пойдем?

– Ужин? А во сколько он?

– Тебе что, куратор забыл сказать? – снова удивился мой собеседник.

«Ага, как же. Забыл. Теперь я точно уверен, что он много чего забыл мне сказать…» – подумал я.

– Так во сколько? – уходя от неприятной темы, повторил я. – Успеем?

– Должны, – уверенно ответил Сашка. – С семи до восьми вечера. Не успеешь поесть – останешься голодным. Так-то уже минут через пятнадцать можно выдвигаться.

– Хорошо, – понимая, что уже изрядно проголодался, отозвался я. – Как раз с вещами закончу – и пойдем.

Выдвинулись мы примерно в семь и шли минут десять. Территории здесь были просто огромные, и это нам ещё повезло, что наша казарма располагалась достаточно близко к столовой. Зато до учебных корпусов идти придется намного дольше.

Это я узнал от своего соседа, который болтал без умолку. И его нисколько не беспокоило, хочу я его слушать или нет. Хотя я же сам хотел с кем-то поговорить… Впредь надо быть осторожнее со своими желаниями.

Меню было не слишком разнообразным, но еда выглядела очень аппетитно. Взяв подносы с ужином, мы направились за один из свободных столиков. Столовая, как и большинство местных помещений, также была огромная, с высокими потолками. Практически все места были заняты.

Оказывается, здесь действительно учится немало людей. Поразительно!

Не успел я начать есть, как к нам подошли четверо крепких парней. Один даже мог бы потягаться со мной габаритами.

– Я что-то не понял: очередные новички? Не в курсе, когда вам положено есть?! – рявкнул один из них, поставив свою ногу на мою скамейку – Встали и ушли!

Я спокойно начал отламывать корку хлеба и решил немного поперчить еду, не обращая на них никакого внимания.

– Н-но где нам тогда есть? – растерянно отозвался Сашка.

– Наша проблема, что ли? – нагло усмехнулся парень. – Можете вон там, возле стеночки расположиться. И есть стоя!

Я бросил туда мимолетный взгляд и заметил, что уже шестеро человек действительно едят там. Стоя…

Сашка начал подниматься и взялся за свой поднос. Я коротко взглянул на тезку, и тот робко улыбнулся в ответ. Неправильная у него реакция. Неподходящая.

– Ты куда собрался? – лениво спросил я. – Кушай, а то остынет.

– Гхм. Но нас же попросили уйти, – пролепетал Сашка.

– А я попросил тебя остаться. Садись, говорю! – жестко возразил я и посмотрел Сашке в глаза.

Мой новый сосед, словно загнанный в угол зверек, всё-таки сел и быстро начал шептать мне на ухо:

– Ты если вдруг не понял, это же старшаки. Да ещё и с другого факультета! Говорят, тут вечная вражда между ними! Послушай, мы тут реально неправы. Я чего-то не подумал даже, в какое время следует приходить. Здесь сейчас повсюду их фак! – бегло озираясь по сторонам, закончил он.

– Угу, – закидывая кусок хлеба в рот, беззаботно промычал я и перевернул перстень. – Потом расскажешь мне, как тут всё устроено. Приятного аппетита.

Всё внимание сейчас было направленно на наш столик. Многие начали перешептываться, а некоторые даже решили отсесть подальше, понимая, что сейчас произойдет.

Вожак шайки тоже это понимал, и, видя прикованные к нам взгляды, заговорил куда громче и более дерзко.

– Седой! Я так понял, ты туго соображаешь! Так вот, специально для умственно отсталых… – Он оперся рукой на мой столик и приблизил лицо.

Но договорить я ему не дал.

– Специально для особо умных. Твоя противная и глупая рожа портит мне аппетит, – невозмутимо и в тон собеседнику ответил я. – Не мог бы ты убрать её поскорее, пока я не размазал её по столу?

Прозвучало грубо, но при этом так обыденно, словно подобное было вполне естественно. И вот тут вокруг воцарилась тишина. Казалось, все перестали даже жевать, неуверенно озираясь по сторонам.

Парень, который разговаривал со мной, мгновенно покраснел от ярости и наклонился ещё ближе.

Моё же терпение уже давно подошло к концу.

– Слышь, первак! Да ты хоть понимаешь…

Его грозный монолог неожиданно прервался. В один момент я стиснул его руку, на которую он облокачивался, и лишил его опоры. Парень полетел лицом вниз, но этого было мало. Ещё в полете я схватил его за затылок и раза в три сильнее ударил головой об стол. Раздался страшный хруст.

Сашка в безмолвном крике изумленно вытаращил на меня глаза и побледнел. Трое стоящих рядом подельников, видимо, не сразу поняли, что именно произошло, и сами пребывали в шоке. А ровно через секунду началась драка.

Я моментально выскочил из-за стола и полетел на того, кто был ближе других. Он уже замахивался для первого удара. Слишком медленно и слишком неуклюже. Нырнув под его руку, я нанес встречный удар. Прямо ему в переносицу. Парень моментально поплыл, опрокинувшись на своего товарища.

Самый здоровый из них с диким ревом побежал на меня. Шаг в сторону. Подсечка. И пока тот летит на пол, мой кулак уже встречает его подбородок.

Я подошел к третьему, что до сих пор лежал на полу, пытаясь сбросить с себя товарища с разбитым носом. В его глазах появился страх и осознание ситуации.

– Можешь забрать своих друзей и проваливай отсюда. С сегодняшнего дня мы будем есть за этим столом в любое время. Понятно? – спокойно произнес я. Но слова разнеслись по залу громче, чем я думал. – Передай это всему своему факультету, если надо.

Но этого и не требовалось. Молва о моей дерзости разлетелась в считаные секунды.

Я как ни в чем не бывало сел дальше ужинать. Однако уже через минуту в зал забежали запыхавшиеся люди в сером под руководством моего куратора. Весь красный, он подошел ко мне, злобно разглядывая и дыша через нос, словно бык. Его глаз пылал яростью. А потом он сквозь зубы прошипел:

– Вы двое, за мной! И этих поднимите с пола…

Глава 7

Сотрудники в серых костюмах подняли пострадавших и обработали их раны артефактами лечения. Но ровно до такого состояния, чтобы те могли идти сами.

Белов действительно был в ярости. Он быстрым шагом направился на выход из столовой. А меня и остальных участников драки, включая Сашку, повели под конвоем за ним.

«Замечательно, блин. Не хватало ещё в первый же день пребывания в университете попасть в какой-нибудь изолятор. Даже учеба ещё не началась… И че ты вылупился на меня?!» – подумал я, ощущая на себе враждебный взгляд этого наглого выскочки.

Я сурово посмотрел на него в ответ, не желая уступать кому-либо даже в гляделках. Мы вытаращились друг на друга, но нас обоих тут же ткнули в спины наши конвоиры.

– Идите смирно! – послышалось сзади.

Нас завели в кабинет куратора, в котором не было ничего лишнего. Даже стул стоял всего один. И пустой стол. Построив нас в шеренгу, конвоиры покинули помещение.

Белов прошел в противоположную часть комнаты и встал напротив, скрестив руки на груди.

– С кого начнём? – осматривая всех своим глазом и слегка задержавшись на Сашке, произнес он.

Все молчали. В кабинете возникла гнетущая атмосфера. Я, естественно, тоже не собирался говорить, но у меня была на это собственная отговорка.

– Молчим, значит, – проворчал куратор. – Что скажете, курсант Дубровцев?

Тот самый главарь шайки, с которого всё и началось, сделал уверенный шаг вперёд и вытянулся по стойке смирно.

– Господин куратор, согласно предписанию номер сто пятьдесят шесть дробь один, моя звезда проинструктировала вновь прибывших о правилах и распорядках университета. Положение допускает инструктаж в свободной форме. Курсанты нарушили установленный график посещения столовой, и я принял меры по своему усмотрению! – без запиночки выпалил он явно заготовленный текст. Видимо, думал что сказать, пока нас вели.

– Хм. Вы что скажете? – обратился Белов к остальным участникам конфликта со старшего курса.

– Так и было, господин куратор, – чётко ответил один из них. – Дмитрий сказал правду. А потом этот деревенщина на нас внезапно напал.

– Всё верно, господин куратор! – отозвался третий учащийся. – Мы даже не грубили и не думали начинать драку. Просто попытались объяснить ему наши порядки. А он и слушать не захотел. Ещё и напал исподтишка.

– Целая столовая свидетелей, – слегка улыбнулся Дубровцев. – Разве мы бы стали начинать конфликт, господин куратор?

– Понятно-понятно. Ваше слово, курсант Волков, – жестом остановив Дмитрия, обратился ко мне куратор.

Я устало вздохнул, удивляясь их наглой лжи. Вернее, тому, как они умело всё перевернули.

– Эти господа вели себя неуважительно, – невозмутимо произнёс я. – Они прилюдно оскорбили меня. Согласно Кодексу благородных родов, каждый дворянин имеет право защищать свою честь и достоинство доступными ему методами.

– И вы решили избить четверых курсантов? – прищурив глаз, произнес Белов.

– Я их не убил, – слегка пожав плечами, беспечно ответил я и добавил: – Господин куратор.

– Два часа в университете, а уже куча проблем, – недовольно проворчал Белов. – Довожу до вашего сведения, курсант Волков, что в стенах этого учебного заведения не действуют никакие уложения и кодексы, кроме свода правил самого университета. За драку и публичное принижение достоинства курсантов старших курсов назначаю вам восемь часов дополнительных работ на благо университета. И это лишь предупреждение. Не дай бог что-нибудь подобное повторится. Так просто вы уже не отделаетесь!

Шайка Дубровцева зловеще заулыбалась, будто их полностью устраивало решение куратора. А значит, они отлично понимали, о чем он говорит, и, по всей видимости, для меня это не предвещало ничего хорошего. Но на этом Белов не остановился и продолжил:

– Курсант Дубровский. Седьмая звезда факультета визуального контроля. Хвалю за соблюдение правил училища.

– Служу императору! – гаркнул Дубровцев, выпятив грудь.

Но и на этом куратор не закончил и только лишь поморщился.

– За унижение чести мундира и убогие навыки ближнего боя назначаю вашей звезде дополнительную физическую подготовку сроком сорок часов. На всех.

– Служу императору, – уже не так бодро ответил курсант. Да и грудь больше не напоминала колесо.

– И пятьдесят часов дополнительных работ, – добил старшекурсника куратор. – Время между своими распределите сами.

Тут Дубровцев совсем поник, но его глаза разгорелись, когда он ненавидяще посмотрел на меня. Я снова напрямую, с вызовом, встретил его взгляд. А когда мы собирались идти на выход, он вновь заговорил.

– Разрешите обратиться, господин куратор?!

– Слушаю, – лениво отозвался Андрей Алексеевич.

– Подельник курсанта Волкова также участвовал в событиях, – заявил старшекурсник. – Я видел, как он что-то обсуждал с нападавшим, и считаю его виновным в подстрекательстве.

Белов тяжело посмотрел на Дубровцева, потом на Сашку, после чего перевел взгляд на меня, и мне показалось, что именно сейчас в нем добавилось неприязни.

– Разумное замечание, – проворчал куратор. – Все свободны. А вас, курсант Жилин, я попрошу остаться…

Мы вышли из кабинета. Конвоиров уже не было, отчего я слегка удивился. Неужели они думают, что драка не повторится?

– Ещё свидимся, пёс, – прошипел Дубровцев, и быстрым шагом вся их шайка испарилась.

Ого… По ходу, они действительно опасаются гнева этого Белова… Наверное, мне тоже стоит осторожнее к нему относиться.

Живот снова заурчал. Я посмотрел на часы и стиснул зубы. Замечательно, блин! Поел, называется… Отведал университетской кухни!

Расстроенный, я направился в свою казарму. Но больше, чем за пропущенный ужин, мне стало обидно из-за Сашки. Он-то тут вообще ни при чем, а получил чуть ли не больше всех. Как там ему сейчас куратор мозги промывает?

Из-за неожиданно нагрянувшей совести я сменил направление и вместо казармы направился в библиотеку. Чтобы впредь не возникало подобных ситуаций, решил изучить свод правил данного учебного заведения. Да и время ещё было. А занятия и дополнительные работы начнутся только завтра. Поэтому прогуляться и осмотреться внутри удивительного подземного комплекса точно не помешает.

По указательным табличкам я довольно быстро нашел, где находится библиотека. На входе сидел курсант. Видимо, тоже ученик старших курсов. Я хотел было просто пройти мимо, но он остановил меня, перерыв дорогу специальной палкой.

– Карточку, – произнес парень, протягивая руку.

– Чего? – Я слегка набычился. – Какую тебе ещё карточку?

Курсант удивленно поднял брови, так, что они спрятались за его челкой, и произнес:

– Новенький, что ли? А-а, ну тогда понятно.

– Что понятно? – спросил я.

– Приходящие в библиотеку должны на время посещения сдавать специальные карточки, – добродушно пояснил курсант. – Их выдают после того, как вы зарегистрируетесь. Ну да, а ты что думал?

В голове тут же мелькнула мысль, что меня в очередной раз пытаются развести. Правда, сообщить об этом я не успел.

– Ну ладно, я смотрю, ты парень неплохой. Да и не виноват, что тебе никто не объяснил простых истин, – немного подумав, произнёс курсант. – Поэтому для тебя могу сделать исключение. Но только на первый раз! А то мне влетит потом.

– Ладно, – осторожно ответил я.

– Тогда с тебя два рубля и назови свою фамилию, – взявшись за перо, произнёс мой собеседник. – Я запишу её в книгу посещения…

Я нахмурился. Два рубля за посещение библиотеки… Не жирновато ли? Да я в ресторане поесть на эти деньги могу. Я хотел было уже сказать ему пару ласковых, но он снова опередил меня:

– Да ты не переживай, это единоразовая плата. Я ведь и собираюсь вписать твою фамилию в книгу. Ну, что ты уже заплатил, – глядя на меня честными глазами, пояснил курсант. – После этого тебе сделают специальную карточку, и сможешь приходить в любое время… Естественно, в часы работы.

Я вздохнул и достал деньги.

– На вот, – проворчал я. – Волков.

Ученик улыбнулся и, убрав рубли в стол, показал мне, что я могу проходить.

– Во-о-олков. Так и запишем. Готово. Приятного чтения.

– Угу, – промычал я.

Я прошел внутрь и уже не слушал курсанта, так как был заворожён увиденным. Бесконечные стеллажи с книгами, изредка разбавленные столами со скамейками. Обалдеть. Это что за библиотека такая?

Я никогда не был особым любителем книг, но понимал, сколько полезной информации можно из них извлечь. В некоторых областях без этого просто не обойтись. И сегодняшняя ситуация – прекрасный тому пример. А тут не библиотека, а целый лабиринт…

Только вот глаза начали разбегаться, а и я понятия не имел, как найти нужное.

Я начал ходить между рядами в поисках кого-нибудь, кто мог бы мне помочь, и увидел силуэты людей. Подойдя поближе, разглядел двух парней и вроде бы девчонку. Вернее, понял это по разговорам. Они явно пытались не привлекать лишнего внимания.

– Да расстёгивай ты. Не бойся, не съедим мы тебя, – довольно громким шепотом произнес один из них.

– А потом поможем в обучении, чтобы тебя не вышвырнули из университета, как помойную швабру, – добавил второй. – Доверься… У нас-то тут уже есть связи!

Хм. Они что, не могли найти более укромное место, чем библиотека, чтобы заниматься подобным? Но потом я очень быстро понял, что девушке это совсем не нравится. Что она просто до смерти напугана и не знает, как им ответить.

– Кхм-кхм. – Я громко прочистил горло. – Меня тут один вопрос интересует…

Оба парня дергано развернулись, но, увидев, что перед ними первокурсник, чуть ли не сплюнули мне под ноги.

– А-а, новенький… Чего тебе?! – грубо произнёс один. – Не видишь, что ли? Мы заняты! Иди кого другого спроси.

Подойдя поближе, я смог рассмотреть лицо девушки, которую парни зажимали в темном углу. Это оказалась та самая, из поезда. Именно её я случайно застал переодевающейся. Вернее, полуголой. Странно, что она мне так ярко запомнилась.

– О-о-о, – протянул я и улыбнулся. – А ты не та девчонка с поезда? С этим… как его там? – Я начал тыкать себе в грудь, пытаясь объяснить замеченное у неё родимое пятно, но вовремя одумался. – С этим… красивыми глазами…

– Э? – Она непонимающе перевела взгляд с меня на парней и обратно. – Ты мне? – наконец-то произнесла девчонка тоненьким голоском.

– Ну конечно, тебе, – снова улыбнулся я. – Какая неожиданная встреча! Пойдем поболтаем, может?

Попытка её увести провалилась. Я тут же наткнулся на два разъяренных взгляда. Парни сильно не хотели обламываться. Один бесцеремонно ткнул пальцем мне в грудь и произнес:

– Слышь, мальчик. Ты бы шел погулял, пока можешь!

– Какой я тебе мальчик? – моментально сменив тон, произнес я, до хруста сжав его руку. Я не стал браться за палец, иначе бы точно сломал. Потому что сильно хотелось… – Ты ручонку-то убери… Пока можешь… – добавил я настолько холодно, что все трое съежились.

Парень скорчился от боли, пытаясь вырвать руку.

– Ах да, извини. Забылся что-то, – произнес я и резко отпустил, отчего тот упал на задницу. – Теперь можете идти.

– Ну всё, сука! – словно очнувшись, выкрикнул второй. – Теперь тебе крышка!

Краем глаза я увидел, как ладонь противника начала светиться. Похоже, он был серьезно настроен.

Я стоял, крутя перстень на пальце и думая о том, что же мне скажет Белов, если снова узнает о конфликте? А ведь я только-только вышел из его кабинета. Боже… Какой же я везучий…

Глава 8

На этот раз последствия могли оказаться слишком серьезными, ведь меня уже предупредили, причем прилюдно. А значит, обязаны будут выполнить сказанное. Как бы так и до отчисления не дошло… А если учесть, что я и ночи не пробыл в учебном заведении, то и самому смешно становилось.

В это время старшекурсник уже занес руку для атаки. В его глазах светилось превосходство. Неужели он так сильно в себе уверен? Неужели его магия настолько хороша? Сколько раз мне уже приходилось ломать подобные надменные взгляды? И возвращать людей с небес на землю…

Второй курсант всё ещё сидел на заднице и держался за поврежденную руку. Похоже, я сдавил её сильнее, чем рассчитывал. Ну ничего страшного, сходит в медицинский пункт. Думаю, здесь такой точно есть. Или к кураторам обратится…

Девчонка же пребывала в полнейшем шоке. Она забилась в угол и замерла, как перепуганная мышь. Правда, при этом неотрывно наблюдала за происходящим. Мне показалось, что она даже дышала через раз.

– Зря ты сюда полез, пацан, – зловеще произнес парень, прежде чем ударить.

В этот момент под потолком послышалось странное шуршание, и вниз рухнула тяжеленная книга, попав точно по выставленной руке моего противника. Искрящий комок света, вроде крохотной молнии, с треском ушёл в пол. Теперь уже второй курсант схватился за поврежденную конечность. Из соседнего ряда донесся тяжёлый вздох и послышался скрипучий голос:

– Как неаккуратно вышло…

Оба старшекурсника мгновенно выпучили глаза и замерли. Кто бы ни находился в соседнем ряду, они этого человека точно знали.

При звуке приближающихся шаркающих шагов парни напряглись ещё больше. Тот, что сидел на полу, быстро подскочил и чуть ли не встал по стойке смирно, спрятав руку за спину.

Из-за угла вышел пожилой дядька в привычной уже серой форме. Седой и с большой залысиной. На носу аккуратно сидело пенсне. Сотрудник университета неспешно добрел до нашей компании и взглянул на нас поверх него.

– Я вам не помешал, молодые люди? – прищурившись, произнес он.

У меня создалось впечатление, что он видел каждого из нас насквозь. И начавшуюся драку тоже не мог пропустить. Да и книга эта…

– Нет-нет, Сергей Петрович, мы как раз уходили! – хором, словно репетировали заранее, выпалили курсанты.

В дикой спешке старшекурсники рванули к выходу из нашего ряда. Проходя мимо Сергея Петровича, оба виновато улыбнулись и чуть ли не размазались по книжным полкам. Скорее всего, мерзавцы опасались, что может начаться полноценное разбирательство. И тогда обоим грозили серьёзные проблемы. Или им сильно не хотелось связываться с этим милым дедушкой, который одним видом внушал здоровым парнягам такой трепет. Что тоже было довольно интересно. В отличие от того же Белова, Сергей Петрович вёл себя очень тактично.

Уже за спиной пожилого сотрудника университета атаковавший меня парень развернулся и многообещающе посмотрел мне в глаза. Словно пытался запомнить, а потом где-нибудь подловить для разборок.

«Ага. В очередь», – подумал я про себя.

Дедушка, стряхнув невидимую пылинку со своего пиджака и с интересом посмотрев на нас поверх очков, произнес:

– А вы, молодые люди?

Ответить я не успел. За моей спиной отмерла пострадавшая от домогательств девчонка. Быстро одернув слегка помятую форму, она шагнула вперёд.

– Меня зовут Анна Сухарева. Курсантка первого года обучения. Прибыла для получения положенной литературы на этот учебный год, – без единой запинки, размеренно проговорила девушка.

Мне даже не верилось, что минуту назад она дрожала от ужаса и толком не могла произнести ни слова.

Старик довольно хмыкнул и плавно перевел взгляд в мою сторону. И у меня почему-то даже не возникло мысли отказать странному деду.

– Александр Волков. Курсант первого года обучения. Прибыл получить самый полный свод правил университета, – уверенно произнёс я, решив представиться по примеру Анны. Хорошее имя. Подходит ей.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.