Евгений Свидрицкий
Зеркало Жизни / Зеркало Смерти

Часть первая

На кресле перед журнальным столиком спало мужское тело лет сорока. На столе стояла бутылка абсента, бокалы, спички, рафинированный сахар, закуски. Напротив тела в другой плотности стоял мужской Дух, которого звали Ялок. «Что же ты, Коля, так набрался? Теперь мне придётся доделывать за тебя», подумал он. На этих словах он сконцентрировался и вошёл в тело спящего. В нос тут же ударил запах спирта и полыни. Так как Ялок был не полностью отождествлён с телом, отравление алкоголем его не беспокоило. Он отставил бутылку подальше, встал с кресла и осмотрелся по сторонам. В комнате было пусто, но из соседней раздавались похрюкивания. Знакомый визг. Это низшие бесы собрались на алкогольный пир. Во второй комнате лежало тело мужчины лет шестидесяти. Оно пребывало в жутком алкогольном отравлении. В его тусклом жизненном коконе рылись алкогольные бесы. Ялок свистнул и бесы разбежались. Мужчина на полу ещё был жив.

– Если так пойдёт, ты не жилец, – произнёс Ялок и направил золотистый свет в его кокон. Тот осветился, тело зашевелилось.

– Игомоп, – захрапел голос, – Игомоп, Ялок…

"Ну нет! Не сейчас", подумал Ялок. Он достал телефон. Набрал номер скорой. Настоящий владелец тела стал приходить в себя, и Ялока выбросило из носителя.

– Коля, помоги. Коля, – хрипел голос умирающего.

Коля пришёл в себя на полу. Боль в его голове била набатом. Это были последствие отравления абсентом.

– Коля…

Коля сфокусировался и рассмотрел откуда шёл звук. Он рассмотрел лицо стонущего.

– Стас, – Коля узнал друга. – Держись брат. Сейчас будет помощь.

В руке Коли ожил телефон. На нём сработал автодозвон.

– Скорая помощь… Алё! Говорите! Я вас слушаю, – раздался голос в телефоне.

– Приезжайте. Человеку плохо. Сильное отравление. Адрес скину геолокацией.

– Как только получим адрес, бригада выедет к вам. Поддержите больного до приезда, и всё будет хорошо.

– Спасибо!

Коля скинул данные геолокации.

– Скоро прибудет карета, – сказал он и откинулся. – Повезут тебя с огоньками.

На измученном лице Стаса промелькнула улыбка. Он вздохнул и отключился.

– Нет, нет, нет. Стас. Ну что ты. Очнись.

Душа Стаса отделилась от тела. Напротив него, ища возможность укусить, скалились четыре злобных чертёнка. Рядом стоял Ялок.Коля сложил пальцы в мудры. Вздохнул и потерял сознание. В его тело вселился Ялок.

– А ну пошли отсюда, – рявкнул он. Черти тут же пропали.

– Коля? Что происходит?

– Я не Коля. Я, Ялок! Коля сейчас заперт в подсознании, а мой разум пользуется его телом. Сейчас ты находишься за зеркалом.

– Чего?

– Вернее будет спросить: Где? Ты в Зазеркалье. Есть мир жизни, из которого ты пришёл. Есть мир Смерти, куда ты идёшь. И есть Зазеркалье – место между этими мирами. Сюда могут попадать сущности как из мира Жизни, так и мира Смерти. Чтобы эти сущности не пересекались между собой, в Зазеркалье существуют измерения или тональности. Как в музыке. Низкие и высокие. Из-за пьянок твоя душа настолько низко звучит, что позволяет бесам добраться до тебя.

– Я умер? – это единственное, что понял Стас.

– Не совсем, но уже ближе к Смерти. Кстати, звать тебя в этом мире – Сатс.

– Сатс?

– Да! Это же Зазеркалье. Сатс, это Стас наоборот.

Сатс присел на диван.

– И что дальше?

– Бо́льший прок от вопроса: Почему ты здесь? У тебя есть возможность решить, какая из сторон тебя выберет.

– Я выбираю жизнь! – вскрикнул Сатс.

Ялок вздохнул.

– В зазеркалье слова ничего не значат. Можешь хоть песней петь. Вся твоя жизнь привела тебя сюда, а значит, на то есть причины.

– Ты сказал, что у меня есть выбор.

– Есть! Тебе надо осознать, что привело тебя сюда. И окончательно решить, чего ты хочешь на самом деле.

Сатс посмотрел на своё лежащее на полу тело. Тонкая бледная нить соединяла их вместе. Сатс посмотрел на тело Коли. Нить там была толстая, пульсирующая и тянулась к Ялоку. Тот прочитал взгляд Сатса.

– С ним всё будет хорошо. А вот для тебя всё только начинается.

Из темноты раздалось хлюпающее рычание.

– Сатс, это по твою душу бес пришёл.

– Какой бес? – не понял Сатс.

– Нет времени объяснять. Что будешь делать?

– Сбежать?

– Как временное решение сойдёт! Беги за мной!

Ялок побежал через кухню. Сатс рванул за ним. Нити спокойно растягивались, позволяя бежать от тел. Они пробежали сквозь двери и оказались внутри пустого коричневого куба.

– Где мы? – спросил Сатс.

– Мы находимся в кубе Воспоминаний. Этот куб, как лифт, может скользить между измерениями Зазеркалья. Точнее, он изменяет тональность. Каждый вид существ находится на своей тональности и не пересекается с другими. Притом находится как бы в одном мире.

– А ещё куб может проецировать воспоминания. В общем, наша цель – покинуть измерения, доступные демонам и выбраться в измерение Воли. Для этого надо определить, какой демон гонится за тобой.После паузы Ялок добавил.

– Какой? – глупо спросил Сатс.

– Не узнаёшь? – усмехнулся Ялок. – С кем ты в последнее время выпивал?

– С Колей!

– А до этого?

Сатс подвис… Куб окрасился его воспоминаниями. Он вспомнил, как в последний раз пришёл из рейса. В море был шесть месяцев в завязке. А сразу после таможни направился в ближайший бар. Потом поехал домой, а там было пусто. Жена собрала вещи и уехала. На столе осталась записка. В ней она коротко пересказала последние пять лет общей жизни. Изложила про постоянные запои и дала совет перестать пить. Если не для семьи, так хоть для себя самого. Дети были уже взрослые, всё поняли… "А что понял я?", спросил себя Сатс. Куб продолжил рисовать картины прошлого. После прочтения записки Станислав достал бутылку и продолжил пить. Пил неделю. Месяц. Иногда приходя в себя… Но пил не один. Всегда был кто-то рядом…

– Уже близко, – Ялок положил руки на стену куба.

Смутная фигура появилась на фоне воспоминаний. Она подливала Стасу и в рюмку, и в душу. Вдруг Сатса накрыло печалью. Воспоминания исчезли. Куб стал тёмно-синим.

– Ну, вспоминай же, – взволновался Ялок. – Мы так не узнаем демона.

Сатс собрался и вернул воспоминания своих запоев. Из туманного пятна проявился тёмно-зелёный бес с хвостом и перепонками на лапах.

– Вижу, – крикнул Ялок, – Это бес "Аклавад" посланник демона "Арим Окла". Они приходят за должником, и тащат к демону.

Куб снова стал коричневым.

– И что это значит? – Сатс завибрировал от волнения.

– Это значит, что когда-то ты заключил сделку с демоном Окла. В обмен на свою душу ты получил забвение алкогольного мира.

Ялок видел, как дрожал Сатс. Как рос страх в его глазах.

– Сатс! Соберись! Страх – это гибельный попутчик. Я тебе помогу. Наберись мужества!

Стряхивая страх, Сатс замотал головой. Куб окрасился в оранжевый цвет.

– Давай до Жёлтого дотянем! Представь Солнце, – крикнул Ялок.

Куб залился солнечным светом. Ялок убрал руки со стены, и Куб раскрылся, как цветочек. Они оказались на поляне с большими деревьями.

– Вот здесь мы сделаем остановку. Добро пожаловать в измерение Воли! Демон может прийти сюда лишь для взыскания долга.

– Всё же может?

– В Зазеркалье долго прятаться невозможно. Долг потянет демона за тобой в любую тональность. Нужно решать вопрос. И лучше это делать в мире подвластным твоим правилам.

– Как это?

– Разберёшься! – убедительно сказал Ялок. – Но есть и плохая новость. Мы приблизились к Миру Смерти и отдалились от Мира Жизни. Другими словами, тебе будет намного сложнее вернуться в тело.

– Весело, – с сарказмом произнёс Сатс. – Не убежать и не проснуться. А что делать с демоном?

– Он придёт в другом обличии. Отражением тебя.

– Ты говоришь загадками. Каким отражением? – раздраженно спросил Сатс. – Демон придёт сюда за мной, а я даже его не узнаю? Я не понимаю! – Сатс стал злиться.

– Ключевое слово здесь – НЕ понимаю! – поучительно ответил Ялок. – К тому же твоё тело не в том состоянии, чтобы принять тебя.

Этот умный тон ещё больше стал раздражать Сатса.

– Так объясни. Хрен, появившийся из ниоткуда. Просвети меня, неразумного!

Ялок выждал паузу.

– Моё появление здесь не случайно, но ты можешь назвать это Везением. Теперь слушай по делу! В этом мире правит воля. Значит, бес будет пытаться подавить тебя своей волей. Если ты попадёшься на его давление и отождествишься с ним, то потеряешь свою волю. И наоборот, если он отождествится с тобой, то его воля перетёк к тебе. В любом случае, по итогу полного отождествления воля окончательно сдаётся и переходит в стадию раба. Если ты проиграешь, то бес захватит тебя и доставит к демону. Выплюнет твою душу в банку и поставит на полку со множеством других. Демон же выполняет роль чистильщика и обнуляет души, отправляя их в новый цикл перерождений. Но часть душ демон держит при себе и использует для создания эликсиров.

– Бла, бла, бла. Страху нагнал. А что конкретно надо делать? – гневно заорал Сатс.

– Мне надо подготовиться, а тебе подчинить беса своей воли. Кто-то из вас сегодня станет рабом.

На этих словах Ялок пропал.

– Куда свалил? Кинуть меня решил? А хрен тебе! – Сатс стал петь "Врагу не сдаётся наш гордый Варяг".

Мир окрасился в красный. Земля покрылась песком. Деревья превратились в разрушенные колонны храма. Пустыня запела ветрами.

– Правильно, надо сражаться! Борись за себя! – пела пустыня. – Это они во всём виноваты…

Ялок вернулся в тело Коли в мире Жизни. Пока Коля был заперт внутри своего подсознания, Ялок мог управлять его телом. Первым делом он убрал рвотные массы. Сложил тело Стаса в позу младенца. Пощупал пульс. В Зазеркалье Сатс боролся за себя. В этом мире тело Стаса также боролось. В дверь позвонили. Приехала скорая. Девушка-доктор и два медбрата с носилками. Доктор осмотрела Стаса.Из песка стали появляться образы обидчиков. С разбегу Сатс разрушил первый возникший силуэт. Метнулся к другому, следующему… Огонь. Искры. Пыль и рёв. Сатс превращался в зверя. Горя внутренней болью, он крушил неприятеля направо и налево. В момент последнего удара перед ним возник малыш с игрушкой. Ребёнок лет пяти, которым он сам был когда-то…

– Дело плохо. Страховка есть?

– Есть, – ответил Ялок и протянул страховку. – Но отвезите его в частную клинику. У нас с ними договор. Вот адрес. – Он протянул копию договора и адрес клиники.

Доктор обратилась к медбратьям.

– Готовьте аппарат. Мы забираем его с собой. Вы поедете с нами? Вам бы тоже полежать под капельницей.

Ялок вздохнул и ответил.

– Можно мне капельницу тут организовать? А утром я навещу Станислава в клинике. Доставьте его. Вас там уже ждут.

Ялок проводил «Скорую» и вернулся в квартиру. Он плюхнулся в кресло. Достал папиросу и затянулся.

– Маленькие радости мира Жизни, – произнёс Ялок.

Он подсоединил к себе капельницу. Ещё раз затянулся. Выдохнул дым. Затушил сигарету. Сложил пальцы в мудру и унёсся в мир воли к Сатсу.

Сатс сидел на камне около разрушенной часовни. На его коленях спал пятилетний мальчик. Одной рукой Сатс держал мальчишку, а другой обнимал плюшевого зайца.

– Знаешь, – шёпотом обратился он к появившемуся Ялоку, – я, когда игрушку увидел, вспомнил отца… То, как он в пьяном бешенстве разорвал моего зайца. И то, как поступил со мной потом… Я не смог. Я перестал бороться…

– Зазеркалье – также мир иллюзий. Если идёшь с войной, то войну и найдёшь. А в мире обретёшь мир, – ответил Ялок.

– Тише. – шикнул Сатс, – Дай малышу поспать. Я больше не дам его в обиду.

Он стал гладить Малыша, от чего тот проснулся и заплакал.

– Не плачь. Всё хорошо, – произнёс Сатс, – Вот твоя игрушка!

Но малыш ещё больше заревел.

– Ну что ты? Смотри, какой зайка в гости пришёл!

– Зря пришёл. Щас его батька побьёт, – малыш заревел пуще прежнего.

Сатс обнял его.

– Всё образуется, – утешал он.

– Не абазуется, – ответил тот.

Он взросло посмотрел Сатсу в глаза, – Ты такой же как батька!

В глазах ребёнка прочиталась обида. Малыш вспыхнул и растаял туманом.

– Стой. Куда? – в руках у Сатса остался лишь заяц. – А ты что смотришь? – обратился он к Ялоку. – Сделай что-нибудь! Верни пацана!

– А что я могу сделать? – Ялок откинулся на ствол дерева и прикрыл глаза капюшоном, – Это твоя иллюзия. Я тут только наблюдатель.

Сатс встал с камня.

– И я могу здесь всем управлять? – уставившись на Ялока, спросил он.

– Только в пределах основания куба, – Ялок показал на столбики по периметру.

Сатс посмотрел на границы своего мира. Ялок вместе с деревом были в доступных пределах. Сатс усмехнулся. Дерево под Ялоком пропало. Тот почти упал, но вовремя сгруппировался и встал.

– Вот видишь, ты уже что-то понимаешь. – Ялок сел в позу медитации, закрыл глаза и продолжил ровным тоном, – Ребёнок ушёл. Он обиделся.

– На что?

– Тебе виднее. Это же ты!

С криком «А-а-а» Сатс забегал вокруг камня.

– Ты меня сводишь с ума!

Вдруг он остановился и заявил:

– Ладно. Раз я тут хозяин, хочу, чтобы пацан вернулся!

У камня появилась застывшая проекция пацана. Сатс посмотрел на неё. Потом посмотрел на Ялока.

– Это фальшивка, – закричал он, – Что-то твоя теория плохо работает!

– Нормально работает! – вставая с земли, ответил Ялок.

Поднявшись, он вплотную приблизился к Сатсу. Поймал его взгляд и строго сказал, – Просто ты сам не веришь. Или, точнее, не хочешь верить в то, что этот мальчик тоже ты.

Проекция пацана пропала. Сатс отступил назад. Его лицо покрылось скорбью и жалостью. Он подошёл к камню и опустился на него. Его руки всё ещё сжимали зайца.

– Думаешь, раз прошёл первое испытание, значит, всё умеешь? – продолжил Ялок. – За первым будут другие. Прежде чем ты сможешь забрать своё, тебе придётся очиститься.

Но Сатс уже не слушал. Под нахлынувшими воспоминаниями детства он сам превратился в пацана лет тринадцати. Взгляд уставился вдаль. Руками он сжимал зайца. По щекам текли слёзы.

– Он прав. Я такой же, – бубнил он себе под нос. – Отец ушёл от нас, – Сатс шмыгнул носом. – А когда приходил, то ломал мои игрушки, которые дарили мне мамины коллеги по работе.

Сатс сильнее сжал зайца. Печаль Куба нарушилась лёгким ветерком.

– Мать не выдержала. Начала срываться на мне. Я стал для неё помехой. Один. Всегда один.

Яркое доселе Солнце стало краснеть. Сатс выдохнул и вытер слёзы. Но глаза его остались лихорадочно гореть.

– Когда мне было шестнадцать, мы переехали. Точнее, переехала мать с новым отчимом. А я остался на улице с тем, что было на мне. Сначала поселился в общаге мореходки, потом ушёл в море.

Задул солёный ветерок. Сатс превратился в сорокалетнего моряка.

– Море – мой спасательный круг. Бегство от реальности жизни! – На миг на лице Сатса промелькнула улыбка, но безумный взгляд моментально стёр её следы.

– Но на берегу мне не было куда бежать. Везде всё одно. И я пил. Пил и пил.

Ветер стал поднимать сухие листья. «Пил… пил…» эхом шелестели они. Ялок насторожился. В поле появилась энергия Жалости. Но Сатс продолжать свою исповедь.

– Всё пропивал. Домой возвращался в жалком виде…

"Вот она, одна из сестриц", подумал Ялок, – "Сейчас прибудут ещё две". Сатс стал шестидесятилетним ребёнком. Блеск его глаз потускнел. В сердце вселилась жалость.

– Жена ушла. Дети отвернулись. Бесполезная жизнь…

Ветер усилился и прошептал в ответ. "Бесполезная жизнь. Ты никому не нужен".

Сатс склонил голову.– А я, – продолжил Сатс, – день изо дня делал то, что мне не нравится, и заливался… Ни друзей, ни гостей…

– Они все отвернулись от тебя, – прошелестел ветер.

Ялок достал из сумки веретено и домик с паучком. Паучок выбежал и сразу соединил веретено с домиком. Ветер заколыхал паутинку. Сатс сжимал зайца и тихо плакал. Мир в округе покраснел и потемнел. Ветер усилился. Ялок стал покручивать веретеном. Паучок спрыгнул с домика и пропал в траве.

– Поверь мне, на Земле нет людей без психологических травм, – Ялок подошёл к Сатсу. – У каждого случается своя беда. Масштабов его вселенной. Это тяга Духа к приобретению опыта. Опыт приводит к Мудрости.

– Или не приводит, – огрызнулся Сатс.

– Всё зависит от твоей воли. А Воля – это непосредственное проявление Духа.

– Ааа. Меня сейчас стошнит от нравоучений, – злился Сатс.

– Что тогда? К демону пойдёшь? – спросил Ялок.

– Может, ты и есть демон? Или он твой бос? Может, ты меня ведёшь прямиком в его мясорубку. Я тебя даже не знаю. Почему я должен тебе доверять?

– Доверие – это твоё умение быть искренним. Умение раскрывать себя миру, – произнёс Ялок. – Если ты что-то хочешь взамен, то это уже продажа.

– Да пошёл ты, – прохрипел Сатс.

Он превратился в сухого старика. Заяц в его руках выглядел нелепо. Ветер шептал обрывками слов. Словно эхо, он повторял за Стасом чувство обиды. "Ну где же ты, третья сестрица?", подумал Ялок. Он подошёл и присел к Сатсу. Потрепал зайку.

– Тут смотря с какой стороны посмотреть. Тебя обижали или ты обиделся?

Ялок встал и отошёл. В его руках крутилось веретено. Он то и дело перебрасывал его с руки на руку.

– Хочешь сказать, что это я во всём виноват? – встрепенулся Сатс.

– Всё, что привело тебя в это мгновение – только твоя заслуга!

– Ах, вот оно что! – Сатс приобрёл свою земную внешность. – Виновен по факту рождения?

– Это ты так видишь. В реальности просто родилась жизнь в определённых условиях.

Ялок продолжал жонглировать веретеном.

– Это не условия. Это борьба за выживание, – Сатс встал с камня. – Сложно сохранить человечность.

– А вам то и надо всего лишь её сохранить! – Ялок сделал паузу. – Если ты чего-то хочешь, то ищешь возможности. А когда не желаешь, ищешь отговорки!

Веретено в руках Ялока крутилось с огромной скоростью.

– Хочешь сказать, что тогда я выбрал страдания как норму?

– Тот ребёнок выбирал выживание! Ты не виновен в том выборе, но сейчас у тебя есть другой: продолжать страдать или начать жить.

Сатс превратился в тринадцатилетнего пацана. Ялок подкинул веретено. Взмахнул руками, поймал его и натянул как сеть. Тёмно-красный мир попался в сеть и свернулся в шар. Ялок натягивал его сильнее. Шар уменьшался. Ветер и звуки пропали. Затянув максимально, Ялок отпустил красный шар и привязал к домику паука. Шар завис в воздухе. Мир снова стал зелёным и тихим.

– Сейчас бы черничного пирога, – потянулся Ялок.

– Что это было? – спросил Сатс.

– А что было?

– Сначала мне было жалко себя до презрения. Потом стало очень обидно. Когда же я испытал жуткое чувство вины, ты натянул шарик, и все эти чувства пропали.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.