Айрин Лакс
Простушка на одну ночь

Глава 1

Елена

Сосать необязательно…

Повторяя эту фразу, как мантру, я иду на встречу со своим первым клиентом. Мужчины смотрят мне вслед заинтересованно.

Знаю, что выгляжу, ах как удивительно (читай, ахуительно!) Но врожденная скромность и чувство такта не позволяют вопить об этом во всеуслышание.

Еще не так давно – новая молодая жена знаменитого юриста и светская львица, а сейчас – девушка на один вечер, я прихожу в назначенный час и с некоторым сожалением оставляю в руках обслуживающего персонала песцовую шубку.

Одолжила у подруги на первый выход «на работу».

Чтобы произвести впечатление девушки, за встречу с которой можно отвалить херову тучу денег, нужно выглядеть соответствующе. То есть не меньше, чем на миллион.

Еще совсем недавно я эти шубки меняла… Впрочем, не буду о грустном. Сейчас я не то что на мели, я в полной жопе. В жопище… В глубоких анальных недрах самой большой и жирной проблемной задницы, которую только можно вообразить!

Раньше я часто гадала, где Дашка находит крайне щедрых ухажеров, которые дарят ей то шубки, то кольца, то заграничные поездки…

Оказывается, вот откуда. Не хочется говорить «насосала», ведь, по словам Дашки, «сосать совсем необязательно!»

Я снова повторяю это про себя и с легкой улыбкой (а может быть, просто губы свело от нервного мандража), прохожу до пятого столика.

Клиент уже там.

Ждет.

Пока мне заметны лишь его широкие плечи под кроем хорошего костюма, белый воротничок рубашки и темноволосая макушка.

Молодой. Не жирный. Кажется, даже сложен прекрасно.

Думаю, на лицо он тоже хорош…

Интересно, зачем ему нужно платить девушке на одну ночь? Такому любая даст и за бесплатно, необязательно за это платить.

Наверное, есть подвох. Какой-то подвох должен быть! Иначе это не укладывается в моей голове.

Маньяк? Может быть, у него фантазии особенные? Извращенец?

Если так, то он не по адресу.

Я долго и тщательно, с бухгалтерской дотошностью вымарывала из прайса, предложенного менеджером Даши то, что для меня неприемлемо. Всякие отклонения и прочие совокупления, в которых присутствуют больше, чем двое. Плетки и прочую жесть – в топку. И да, поскольку Дашка меня заверила, что «сосать необязательно» я с кристально чистой совестью вычеркнула из списка еще и минет. Менеджер посмотрела на меня очень странным взглядом, но все же допустила к работе и выделила первого клиента.

Инструктаж проведен.

Я готова к работе…

Хочется, верить, что подкатывающая изнутри истерика – это мелочь, на которую можно с легкостью закрыть глаза, а еще можно выпить немного шампанского, чтобы облегчить дальнейшее нахождение с мужчиной, которого я совсем не знаю.

Дашка усердно заливала мне в уши, что эскорт – это не только секс, больше сопровождение, разговоры, танцы, приятное времяпрепровождение… Я бы в это поверила, будь мне лет на десять поменьше и окажись мужчина стариком, но, судя по мощной спине моего первого клиента, он молод и полон сил.

Значит, захочет трахаться.

Подойдя к мужчине, я замираю и наклоняюсь, приобняв за плечи, шепчу едва слышно. Не потому что желаю выглядеть сексуальнее, чем есть, а потому что голос подводит, а пищать как мышка, не хочется.

– Привет, я Элли, ты долго меня ждал? Я с нетерпением ждала этой встречи…

Выдав порцию лжи, я сажусь напротив, эффектным взмахом длинных ресниц поднимаю глаза и… буквально застываю.

Меня словно забросили в ледяную прорубь со стокилограммовой гирей, привязанной к ногам.

Я теряю возможность дышать и шевелиться. Даже мигнуть не могу! Потому что знаю мужчину, который сидит напротив и сверлит меня нахально.

Я гадала, кто будет моим первым клиентом, но никак не ожидала, что им станет мужчина, с которым я переспала на свадьбе подруги.

Это было так давно, а я до сих пор помню каждое движение его бедер и сумасшедшие поцелуи.

Марсель.

Тогда я была намного младше, чем сейчас…

Пытаюсь держать лицо.

Вдруг он меня не узнал?

В вероятность этого верится с большой натяжкой! Ведь всего каких-то три месяца назад я пересеклась с ним в доме своей старой подруги, Ульяны, которую долго не видела. Тогда я очень сильно постаралась, чтобы произвести впечатление мега-успешной красотки, жены крутого юриста. Я лишь хотела утереть нос и показать Марселю, как он ошибался в прошлом, отшив меня после ночи, проведенной вдвоем.

Я лезла из кожи вон, держалась на высоте и сверкала бриллиантами, даже испытала удовольствие от растерянности красавчика! Да, я красива, успешна, у меня муж – крутой юрист! Пусть брак наш партнерский, а любви нет и подавно, но разве обязательно всем об этом знать?! Со стороны все выглядело прекрасно… Целых три месяца Тетерин всюду хвастался мной, брал на все приемы и ужины!

Однако потом все пошло прахом. Сейчас имя моего мужа в опале, а сам он в бегах. У меня после него осталась лишь куча неподъемных долгов, а пороги крохотной съемной квартиры обивают крайне опасные личности, требующие немедленной уплаты долгов.

Все, чем владел мой муж, было заложено в банке или взято напрокат: машины, шубы… Даже то самое обручальное кольцо, которым я так хвалилась.

До момента полного краха я даже не подозревала, что можно взять кольцо, шубку и украшения на выход! Искренне считала, что муж все это купил.

Как оказалось, зря.

Еще месяц после исчезновения мужа я пыталась найти средства, обзванивала его знакомых. Потом сдалась и согласилась на предложение подруги – Дашки.

Теперь я здесь, перед клиентом, а клиентом оказался тот самый – Марсель!

Может быть, у Марселя не такая хорошая память? Я изменила прическу, накрасилась по-новому.

Снова пытаюсь изобразить улыбку, давлю ее из себя, как зубную пасту из опустевшего тюбика. Выходит с трудом. Жалкий проблеск.

Пальцы подрагивают от страха быть узнанной. Я поправляю русые локоны, которые струятся, как в той самой рекламе шампуня. Я четыре часа потратила лишь на волосы, чтобы выглядеть ослепительной.

Накручиваю отдельную прядь на палец, чтобы успокоить себя хоть немного.

– Не расслышала, как зовут тебя.

У него темные пышные волосы, уложенные направо. Красивое, пропорциональное лицо. Острые скулы, впалые щеки. Темные брови вразлет и потрясающе красивые глаза, цвета грозовых туч, почти синие. Такой редкий цвет не забудешь никогда. В них просто падаешь, погружаешься, как в волны северного моря. Они холодные-холодные, почти ледяные.

Меня пробирает морозом.

Ощущение арктического холодка скользит по коже и становится болезненным в момент, когда он, поставив локти на стол, наклоняется ко мне вперед и говорит отрывисто.

– Комедию не ломай. Шатохина Елена…

Он называет меня по имени.

Это финиш.

Треш.

Приехали, называется!

Меня узнали! Легенда прогорела…

Что же делать? Бежать или остаться?!

– Ну? Чего молчишь? Элли-Елена?!

Эскортница Елена звучало бы слишком просто и избито. Выбирая свой шлюшеский псевдоним, я остановила свой выбор на сокращенном варианте – Элли.

Звучит романтично и легко, звучит, как имя из сказки. Только вряд ли у сказочки про начинающую эскортницу Елену будет счастливый конец, потому что этот мудак, сын ледяных монстров, или кого-то очень близкого к ним, выдает еще одну фразу:

– Я буду называть тебя реальным именем. Черт, я так и знал, что недавно ты просто корчила из себя успешную леди. Оказывается, ты на дне, иначе не подрабатывала бы в сопровождении.

Искры из глаз летят от мгновенной ярости, взметнувшейся внутри.

Понятно, что встреча с первым клиентом провалена.

Интересно, это уже финиш или хуже, чем это, может быть лишь убийство в состоянии аффекта? Я готова.

Поднимаюсь из-за стола мгновенно, забросив на плечо цепочку от клатча.

– Всего хорошего. Встреча окончена!

Хоть бы пройти мимо. Пройти с достоинством, а не с ногами, трясущимися, как у пойманного зайца!

Цокая каблуками, направляюсь на выход. Подняв голову повыше. С паникой вспоминаю: Даша говорила, можно отказаться. Вроде бы можно отказаться.

Скажу, что клиент потребовал неприемлемое… Эскорт не для меня! Все… Возникает вопрос, как тогда мне найти необходимые деньги? Быстро и много…

Почку продать? Стать суррогатной матерью? Нет, кажется, почку продать будет эффективнее и выгоднее…

Но стоит мне поравняться с Марселем, обдав его шлейфом дорогих духов, как он жестко хватает меня за руку и тянет на себя, со словами:

– Встреча закончится тогда, когда я скажу. Я тебя купил, куколка! – добавляет улыбку прожженного циника и мерзавца. – Будешь делать все, что мне захочется.

Обводит меня потемневшим взглядом.

– Знаю, ты тоже меня хочешь…

– Отпусти! Я отказываюсь тебя обслуживать!

– Сядь! – приказывает со льдом. – Я хочу поужинать в обществе красивой девушки, приятно провести время, а потом потрахаться в номере отеля. Покажешь себя хорошей девочкой, закажу тебя еще раз. Может быть, даже на чай щедро оставлю! Или на что-то другое. Ты любишь чай? Или предпочитаешь, чего покрепче?

– Я отказы…

Марсель бесцеремонно дергает меня на себя, усадив на колени. В зад упирается крепкий стояк. Я чуть не заныла от возбуждения, мгновенно прострелившего тело. Я бы многое отдала, чтобы он так хотел меня… раньше! Если бы позвонил, приехал, предложил встретиться, бросилась бы к нему, не раздумывая. Вот только сейчас он – клиент, которому нежелательно отказывать, а я шлюха – готовая его обслужить.

Он опускает одну руку на бедро и заводит ее под платье, нащупав резинку чулок, шлепает ей меня по ноге.

– А трусики на тебе имеются? Или ты готова приступить к своей основной работе прямо сейчас? Что входит в твой прайс? – делает толчок, подбрасывая меня вверх на своем члене и снова жестко притягивает обратно.

Внутри загорается… Жар желания становится пульсирующим. Кто бы знал, что у задорной Ленки Шатохиной полноценного секса не было вот уже несколько лет, ни за что бы не поверил! Даже Ульяна бы подумала, что я шучу, а я… Черт, часто бравада – это всего лишь бравада.

Он меня хочет, и это заводит. Я даже начинаю думать малодушно, что это будет не только выгодно, но и очень приятно! С таким, как Марсель, любая согласится прыгнуть в постель.

Он красавчик. Все сходят по нему с ума. Я знаю и слишком хорошо помню, какой он в сексе, как может трахать и доставлять удовольствие…

Эти воспоминания оживают под кожей и на них накладывается ощущение, как он придерживает меня на своих бедрах, не отпуская.

– Мы в ресторане. Нас могут увидеть. Хочешь, чтобы я провела с тобой вечер, немедленно отпусти.

– Не только вечер, еще и ночь. Я купил тебя до утра.

Как самонадеянно!

– Садись за столик. Поужинаем. Я голоден зверски!

Отпустив меня, он поправляет свой стояк через ткань брюк. Я все еще гадаю: уйти или остаться? Я могу уйти. Правда, могу уйти! Пока ничего не началось, у меня есть такое право.

Право уйти и возможность погрязнуть в долгах еще больше! Ведь Марго, менеджер Даши, уже взяла задаток с клиента. То есть я, мало того, что ни черта не заработаю, так еще и должна Марго останусь. Буду в минусе жестком! Потому что за салон красоты мне пришлось платить самой, хорошо, что хоть вещи у Даши можно одолжить…

Уйти или остаться?

Марсель поднимает на меня взгляд.

– Что будешь заказывать? Начнем с выпивки. Тебе шампанского?

Уйти или остаться? Я судорожно пытаюсь подсчитать, во что мне обойдется отказ и могу ли я себе это позволить. Зря считаю, знаю, что не могу… Не могу себе позволить шиковать и разводить людей на деньги.

Но по большему счету остаться меня убеждает не здравый смысл, а позорная реакция на Марселя, на то, как он смотрит на меня с нескрываемым желанием. Он меня хочет, и я малодушно сдаюсь.

– Я буду бокал шампанского.

– Начнем с бокала.

Он подает легкий знак официанту, и я задерживаю дыхание, любуясь этим мужчиной: как он выглядит, как держится, как обращается с легкой приветственной улыбкой к персоналу ресторана.

Нам подают игристое вино. Оно золотится в бокалах и клубится пышной пеной. Марсель поднимает бокал на тонкой ножке:

– Значит, теперь ты работаешь шлюхой. За неожиданно приятные встречи!

Марсель уместил в одном предложении и нейтрально-приятный тост, и очевидную гадость. Не поддержать тост невежливо. Я же согласилась остаться. Не знала, что придется терпеть постоянные тычки правдой в лицо! Но разве я не сама согласилась пойти на эту работу?

Клиент должен остаться доволен. Подчеркиваю, что он клиент – безымянный. Не хочу называть его по имени!

– Расскажи, как ты решилась на это? – не унимается мужчина. – Тебе нравится работать шлюхой?

Я планировала оставаться безразличной и держать себя в руках. Теперь становится ясно, что держать себя в руках будет сложнее, чем я могла себе это представить!

Не знаю, как ответить этому нахалу.

Может быть, и отвечать не придется? Может быть, просто намекнуть, что нужно поднять в номер и заняться сексом? Долой беседы…

Я пересаживаюсь к Марселю поближе и ныряю под руку, прижавшись к его телу, просто глажу по бедру, по груди и по торсу.

– Выглядишь превосходно. Такой сильный… Каким видом спорта увлекаешься?

Он останавливает мою руку.

– Дешевые подкаты не пройдут. Я задал вопрос. Отвечай!

Командир выискался!

Я и не подозревала, что он – такой!

– Отвечай, Елена! – повторяет он.

– Ответ на первый вопрос – деньги. На второй вопрос ответа нет. Спроси меня об этом в конце моего выхода на работу в качестве элитного сопровождения для мужчин. Я еще не составила полное представление.

– Значит, ты любишь деньги. Деньги и секс.

– Как и все.

– Секс я тоже люблю. Не терпится подняться в номер, чтобы ты отсосала мне.

– Боюсь, не выйдет! – отвечаю с легкой улыбкой. – Минет в мой прайс не входит.

– Что?

Марсель поперхнулся. Он, кажется, удивлен.

Искренне удивлен.

– Как такое возможно? Что значит, минет не входит в твой прайс? Ты же шлюха!

Наступает мой миг торжества. Возможно, слишком краткий, но другого попросту не дано.

– Ты изучал условия, когда выбирал девушку у Марго? Смотрел анкеты и прайсы? Там все указано… Минет в мой прайс не входит.

– То есть…

Марсель замирает и смотрит на меня, облизнув губы.

– Сосать ты не будешь. Так?

– Да. Не буду, – отвечаю с легкой дрожью.

– В прошлом ты мне отсасывала. На свадьбе подруги. Мы едва уединились в сеновале, как ты сама стянула с меня брюки и принялась делать минет…

Я все помню немного иначе.

Когда он появился на свадьбе, ох, я просто влюбилась с первого взгляда! Марсель был другом жениха, а я – подружкой невесты. Этот красавчик сразу же заявил игриво, что мы просто обязаны переспать! А я ответила легкомысленно: «Если обязаны, то отказываться нельзя!»

Он был на высоте. Все были им покорены.

Марсель любую бы смог сманить и трахнуть, обесчестить или заставить изменить мужу…

ЛЮ-БУ-Ю!

Он много заигрывал со мной на свадьбе, танцевал непристойно близко, тайком зажимал в углах и распалял. Стиснул в углу дома и почти довел до оргазма, прежде чем мы смогли улизнуть и спрятаться от глаз посторонних.

Я даже помню, что он мне говорил: «Какие сладкие у тебя губки. Я влюбился… Влюбился и мечтаю, чтобы ты взяла мой член и просто подержала в ротике!»

Мы остались наедине, много целовались, он просто довел меня до изнеможения и снова попросил, чтобы я ему отсосала. На этот раз прямо…

Я, влюбленная, разомлевшая, с мокрыми трусами, не могла ему отказать.

Святые небеса, ему бы никто не смог отказать!

Разве что Ульяна бы сдержалась, но ей простительно, она в своего Платонова бесстыже была влюблена, а все остальные были под прицелом взгляда Марселя. От его взглядов резинки на женских трусиках лопались… Без всяких шуток!

У нас с Марселем был секс… Яркий, жаркий… Фееричный просто! Не знаю, сколько раз было. По ощущениям, очень много…

После свадьбы он просто исчез, не оставив даже номера телефона.

А я, словно влюбленная дурочка, начала его искать и принялась ждать Марселя в аэропорту, желая встретить его. Всего один раз удалось застать его у выхода из здания. К тому времени весь персонал уже знал, что я ждала только Его – Марселя.

Он жестко спустил меня с небес на землю.

Во-первых, был в обществе длинноногой стюардессы и держал ее за попку.

Пилот и стюардесса, банальнее не придумаешь… Им не терпелось оказаться в гостинице и переспать. Несмотря на присутствие другой дамочки, я бросилась к нему навстречу, со словами:

– Марсель, я долго ждала тебя! Нам нужно поговорить.

– Долго ждала? – уточнил лениво, почему-то улыбаясь не мне, а той белобрысой стюардессе.

– Очень долго! Все рейсы встречала.

– Как Хатико?

– Что…

– Послушай, Алина.

– Елена!

– Неважно. Я с тобой переспал, потому что на деревенском варианте свадьбы моего друга ты была самой симпатичной! Кроме того, я просто был обязан переспать с подружкой невесты. Но ждать меня не стоит и не нужно обивать пороги аэропорта в надежде на встречу. Я не намерен продолжать отношения. Деревенский вариант Хатико – не для меня. Я предпочитаю других девушек, и прямо сейчас одна из них пленила мое сердце навеки! – пылко сказал он и парочка жарко поцеловалась.

Мое сердце было разбито.

Встречаться с Марселем я больше не пробовала. Но всякий раз, когда речь заходила о самолетах, я вспоминала его, даже не представляя, что именно он станет моим первым клиентом.

Символично… Он первый, в кого я была влюблена так долго. И первый, кто переспит с новой версией меня – продажной Элли.

– Ты не сосешь, значит, – задумчиво говорит Марсель, возвращая меня в реальность. – Не сосешь вообще или это входит в отдельный прайс?

– Я пока не готова обсуждать расширение прайса.

– Анал есть в твоем прайсе?

Я отрицательно качаю головой. Марсель залпом выпивает бокал шампанского.

– Минет не делаешь, от анала отказываешься. Остается только скучная классика. Скажи, если ты не продаешь другие услуги, за что я отвалил кучу денег? – спрашивает немного раздраженно.

Приподнявшись, я приближаюсь к его уху, шепча едва слышно:

– Ты заказал девушку из категории «Чужие жены», то есть не просто безымянную девочку-студентку, решившую продать свою писю всем, кто захочет ей привсунуть из-за смазливой мордашки. Таких и на улице полно, даже искать не нужно. Наверное, Марго тебе объяснила, что в выбранную тобой категорию входят девушки от двадцати пяти до тридцати пяти. Все исключительно жены состоятельных, видных и влиятельных мужчин. Ухоженные, красивые, состоявшиеся, умеющие поддержать беседу и не упасть в грязь лицом. Ты платишь не только за секс. Ты платишь за фантазию оттрахать чужую жену, представляя при этом, как делаешь важного человека рогоносцем, и…

Я опускаю ладонь на его ширинку, чуть-чуть пробежавшись по ней пальчиками.

Там железо.

– И судя по всему, тебя это сильно возбуждает…

Глава 2

Елена

– Обычный стояк! Ничего особенного! – фыркает Марсель, отбросив в сторону мою руку. – Поужинаем?

– Разумеется.

Я планирую пересесть обратно, но Марсель шлепает ладонь на мое бедро.

– Здесь будешь сидеть. Рядом.

Говорит так, словно к собаке обращается.

Бесит! Его высокомерная манера общения раздражает меня за миг. Благоразумие улетучивается… Сколько я ни тренировала выдержку рядом с Тетериным, чтобы не сболтнуть глупости на званых вечерах, сейчас все эти тренировки забываются!

Ничего не срабатывает.

Дыхательные практики, мысленное выстраивание границ…

Все эти приемчики рушатся, стоит только Марселю посмотреть на меня таким взглядом «чего я в тебе не видел, если ты мне на сеновале отсасывала…»

Кстати, я очень-очень сильно надеюсь, что в прошлом его мажорский великолепный зад кололся и чесался на следующий день после наших забав среди ароматного подсушенного сена.

Как же хочется сейчас домой, к родителям. В деревню! Мамочки, как хочется вернуться в то время, где самой большой моей проблемой были слухи, что «Ленка Шатохина уже не девочка».

Так сладко помечтать и представить, будто кроме этой проблемы нет ни одной! Ох, я бы тогда порхала, как бабочка, трудилась, как пчелка…

Но даже помечтать и забыться на миг не выходит. Потому что рядом сидит этот мерзавец и хмыкает.

Нет, он не всегда хмыкает. Ничего подобного!

Просто в каждом его серо-стальном взгляде вырисовывается ухмылка!

Пронизывающая, отрезвляющая ухмылка со снисхождением.

Марсель посмеивается и даже покачивает указательным пальцем, грозя мне перед лицом.

– Ай-яй-яй, Лена, ты совсем-совсем не пытаешься мне понравиться! Нехорошо!

Не выдержав, я пытаюсь его куснуть!

Выбесил за миг.

Ловлю ртом его палец и чуть-чуть клацаю зубами!

Место даме из светского общества вновь уступает знакомая и языкастая Ленка, которая за словом в карман не полезет.

– Кусачая! – шипит Марсель, немного тряханув рукой с пострадавшим пальцем.

Кажется, совсем немного куснула на приливе адреналина. Но след остался! Еще какой…

– Веди себя прилично.

– Покормить тебя с вилочки? Или слюнявчик прицепить?! – спрашиваю с ядовитой улыбкой.

– У тебя капает, – отвечает, не сводя в меня взгляда.

– У меня? Нет, что ты. Это ты слюной подол моего платья залил.

– Яд капает. Гюрза. Впустую тратишь! У меня противоядие против мелких выебистых сучек, несозревших гадючек и… глупеньких шлюшек! – добавляет с очаровательной улыбкой.

Как можно говорить пакости и при этом так соблазнительно улыбаться, словно предлагает мне руку и сердце.

Обезоруживает и сражает наповал одним предложением.

Убила бы… На месте!

Вилку в глаз, каблук в ногу!

Или лучше вилку в ногу и каблуком ему в пах!

Побольнее!

– Вон там, – кивает за плечо.

– Что?

– Вон там оставь зачатки своей гордости и просто делай ту работу, ради которой ты сюда пришла. То есть доставлять удовольствие. Мне, – говорит с интонацией короля!

– Я могу отказаться.

– Можешь, но если ты не дурочка и знаешь, как устроен этот бизнес, то должна понимать, что, отказавшись, ты окажешься в кабале у Марго! Шатохина, а Шатохина?

– Тетерина.

– Да посрать! Для меня ты всегда останешься Шатохиной, которую я на сеновале пялил! – подмигивает. – Ты же не настолько глупа, чтобы думать, будто Марго – долбаная святая Мать Тереза и помогает исключительно из благих побуждений?

– Она не была святой.

– Разумеется, твоя сутенерша не святая!

– Моя… – осекаюсь. – Все не так! И я не про Марго, а про Мать Терезу. Ее облик далек от облика святой… Просто устоявшееся выражение.

– Тем более. Подкованная в одном и просто до ужаса глупа в другом! Ай-яй-яй, Шатохина! Простушкой была, простушкой и осталась! Через твой напускной лоск простотой несет…

В висках стучит.

Ненависть к этому привлекательному мужчине переходит все допустимые границы!

Больше всего бесит, что в чем-то он прав. Я не могу себе позволить взвалить на свои плечи плюс один должок! Тем более быть должной управляющей сомнительным бизнесом! Явно у Марго связи немалые…

Эх, Ленка-Ленка… Тяжело верить в сказки, когда тебе уже не пятнадцать, не девятнадцать и даже не привлекательные двадцать пять! До тридцати еще почти три года. Но эти три года оседают вязким опытом на зубах.

Марсель прав.

Никуда я не уйду.

Не факт, что останусь в этом бизнесе. Ведь, по сути, сегодня я должна показать себя на все сто, чтобы Марго захотела иметь со мной дело и дальше.

Но загадывать наперед не получается.

Мне бы только пережить этот вечер и никого не убить. Случайно. Нет, все-таки намеренно…

Смотрю на Марселя, и внутри клокочет все самое темное и самое бешеное, что во мне есть!

Фантазия работает на полную катушку…

Я ему ох… и ах… как плохо сделать хочу!

Я куклу-вуду куплю на последние гроши и оторвусь на тебе, Марселюшка! О… как я на тебе оторвусь.

Нам приносят по легкому салатику.

Я пью бесконечный бокал шампанского, есть совершенно не хочется.

Марсель ужинает с аппетитом.

Я с трудом процеживаю по капельке, считая минуты.

Каждая из них тянется пытливой вечностью, но быстро сгорает за секунды, стоит лишь Марселю начать меня трогать. Иногда он это делает, роняет небрежно ладонь на бедро, касается моего плеча или волос, трогает с видом мужчины, который имеет на это право!

Я же его убить готова! Как мне с ним сексом заниматься? Вагиной задушить готова, покромсать его член на кусочки…

– Счет, пожалуйста.

Слова Марселя звучат, как приговор.

Счет? Как? Уже?

Марсель поужинал. Так быстро…

Я цепляюсь за бокал с недопитым шампанским, которое больше не выглядит, как игристый напиток.

Шампанское выглядит точь-в-точь, как я: много запала в начале, но в конце, когда отыграет, всего лишь подслащенная водичка с небольшим содержанием алкоголя!

Пока я судорожно пытаюсь придумать, как мне быть, Марсель уже расплачивается наличкой, опустив деньги в специальный контейнер в виде изящной шкатулки.

– Сдачи не надо, – кивает легко официанту.

Марсель встает, протягивает мне руку.

– Пойдем?

Как же мне не хочется идти с ним в номер.

У меня просто раздвоение личности какое-то. С одной стороны, такому красавчику отказать трудно. И я не должна отказывать, просто не должна! Но во мне что-то претит происходящему, я буквально заставляю себя встать и небрежно опереться на протянутую ладонь.

Это должно быть просто. Марсель красив и сексуален. Я слишком ярко помню нашу единственную ночь. Это было волшебно! Сейчас у меня все же немного намокли трусы от его близости.

Но все происходящее кажется неправильным.

Я запуталась совсем.

Запуталась, помогите.

В голове сумбур, которого ни разу не было.

Зря я пошла на это… Зря. Совершенно!

Мы направляемся в холл отеля.

Можно подняться по роскошной лестнице или лифта дождаться, но Марсель внезапно сворачивает в сторону выхода.

Почему? Как? Зачем?

Он путает меня еще больше!

– Куда мы идем? Мы в номер не поднимемся? – уточняю.

– Так не терпится быть оттраханной? До этого дойдет, не переживай, – говорит Марсель, опустив ладонь на мою бедро. – Но сначала мне нужно от тебя кое-что другое!

* * *

Марсель

Выйдя из отеля, я жду, когда подгонят машину. Моя верная красотка, спортивная малышка, которую я выиграл у друга на спор. Она уже не новенькая, и я мог бы несколько раз ее сменить на более современные модели. Но мне нравится именно эта – легкая, уютная, притертая и знакомая до мелочей! Могу даже вслепую ей управлять.

Машину подгоняют в нужное место.

Краем глаза слежу за реакцией Шатохиной.

Сняв на вечер дамочку из эскорта, я и не представлял, что моей спутницей станет именно она. Каюсь, когда я выбирал среди фото без лиц, где было запечатлено только тело в одно кружевном белье и нижняя часть лиц, что-то знакомое мне показалось.

В наклоне головы, в улыбке…

Промелькнуло.

Задело.

Может быть, именно поэтому я ее и выбрал?

Несмотря на все риски.

Марго предупредила меня, что девочка пока на испытательном сроке…

И вот она – девушка, снятая на одну ночь, оказалась той самой Шатохиной!

Дурында, куда тебя лихим ветром занесло?! В эскорт!

Переспав с ней несколько лет назад на деревенской свадьбе своего лучшего друга, казалось, я все про нее узнал. Всю подноготную этой болтушки взбалмошной. Был уверен, что она ни в чем подобном не запачкается.

Отъездил, как следует, и переступил, дальше пошел! Не планировал с ней ни общаться, ни встречаться, ни даже просто трахаться!

Поставил галочку, все, больше неинтересно!

В свое оправдание скажу, что я Ленке ничего не обещал.

Я вообще один из тех, что никогда не раздают обещаний, которые исполнять не намерен. Поэтому обещаю что-то крайне редко.

Собственно, Ленке я ничего и не обещал. Точка!

Конечно, это не избавило меня от нотаций друга. Наверное, исключительно из-за своей жены Ульяны, которая была подругой Ленки Шатохиной, Андрей мне попытался высказать, что нехорошо девушку обижать, мол, она после свадьбы все глаза выплакала!

Ульяна переживала… Откровенно говоря, Андрей тоже переживал. Но не за Шатохину, с которой я переспал, а за Ульяну, которой при беременности волноваться было вредно!

Думаю, чисто по-мужски Андрей меня понимал, ведь сам не так давно был трахалем хоть куда, сколько баб поимел! Но сейчас вдруг стал правильным мужем и зациклился на семье и детишках… Отпел. Отгулялся Андрей… Впрочем, и Никита – тоже.

Из троих лучших друзей остался холостым лишь я – стопроцентный холостяк и просто красавчик! Потому что вся эта дребедень с браками не для меня. Не создан… Не думаю, что родилась та, которая заставит меня вздыхать лишь по одной юбчонке. Нет таких и не будет.

О Шатохиной я даже не вспоминал, пока случайно не пересекся с ней в доме у друга.

Признаюсь, я тогда обалдел, тупо рот приоткрыл и смотрел, как зачарованный, на преобразившуюся Шатохину. Похорошела, расцвела, исправила недостатки внешности…

Тот выбеленный ужасный блонд ей не шел от слова совсем, но сейчас она стала настоящей красоткой и такой сдержанной, холодной, что меня… вштырило немного.

С такой красоткой я бы завис на вечерок, а то и на два…

Что-что?

Замужем?

За кем? Быть этого не может…

За Тетериным.

Известное имя!

Но, кажется, оно известное не только тем, что юрист – звездный. Что-то нехорошее пронеслось о нем, дерьмецом запахло. Оскандалился!

Однако развить эту тему мне не позволили, как следует!

Потом имя Ленки Шатохиной, тьфу, теперь уже Тетериной, меня словно преследовать начало.

То там, то сям в разговорах всплывает имя Тетерина и царапает нутро, а член встает как по стойке смирно, напоминая о самом неожиданном и запоминающемся сексе в моей жизни. На сеновале! И смех, и грех… Я трахал девушек на фоне таких роскошных высоток и природных чудес, что любой бы сдох от зависти, но мне запомнилось совершенно другое. Кому скажи, на смех поднимут… Вот и не скажу никому!

Из раздумий вырывает телефонный звонок.

Вижу имя на экране и зубы скрипеть начинают!

– Сынок, папа интересуется, как скоро ты приедешь? – воркует чересчур медовый голосок мачехи.

– Буду через двадцать минут.

– Опоздаешь к началу. Это невежливо.

– Успею! – возражаю.

Сунув телефон в карман, еще несколько секунд дыхание восстанавливаю, прежде чем подать руку Ленке и пригласить сесть в машину:

– Вперед.

– Что стряслось? – уточняет он.

– Ничего.

– Ха! Тебя перекосило, будто ты лимон не только надкусил, но и в глаза себе вспрыснул щедро!

Молчать? Нет! Это же Шатохина… Она и молчание несовместимы!

– Не твое дело. В машину! – терпение теряю за миг.

– Так не пойдет! – заявляет она капризно и оставляет ножку, всем своим видом выражая намерение остаться.

Вот же… шлюха упрямая!

– Ты не имеешь права мне отказывать, – напоминаю я.

– Имею. Ведь ты заказал элитную девушку, а не подобрал давалку с панели. Есть оговоренные условия и кое-что, что в них не входит. В частности, я на загородные вечеринки не выезжаю! Поэтому хочу точно знать, куда и зачем ты меня везешь!

– Мамке отчитаться хочешь?

Ленка Шатохина смотрит на меня с ненавистью и добавляет, вздернув носик:

– Да, я обязана сообщить менеджеру. Это прописано в контракте.

Хороша, стерва! До чего же хороша! Так же сильно хороша, как бесит!

Носик у нее подрихтованный кстати. Но признаю, ей так намного лучше. Исправила реальный недостаток и личико вмиг похорошело. Нет, все же пластика иногда – это чудесно.

Но ее слова, требования, вид, с которым Шатохина выговаривает требования, заставляют меня злиться. А я… Я после секундного обмена фразами с мачехой и без того крайне зол!

– За город ехать не придется, – с трудом выдыхаю.

– А что тогда?

– Вечеринка в черте города. Три-четыре часа. Будешь делать то, что ты так хорошо умеешь! Фальшиво улыбаться и иногда вставлять умные слова. Не вздумай показать себя дурой или деревенщиной. Мне это совсем ни к чему.

– К чему столько хлопот, Марсель?

– Важная вечеринка. Я не должен упасть в грязь лицом.

– Сопровождение обязательно?

Мачеха все туже и туже затягивает узел вокруг шеи моего папаши, скоро вообще отречься заставит! Флаг ей в руки, но я уверен, что она хочет получить только денежки папаши, а меня всеми силами старается выдавить из завещания.

Мачеха придумала, что на вечеринку могут прийти только пары. Уверен, она будет бдить, как коршун, и обязательно заметит, если я приду с какой-нибудь пустоголовой дурешкой – одной из тех, с кем обычно провожу время в постели.

Марго, владелица агентства, заверила, что есть у нее кое-что особенное. Девушки из категории чьих-то жен: все умные, красивые, не тупо писи с длинными ногами… Умеют поддержать разговор и будут интересны в беседе.

И черт же меня побрал…

Шатохина!

Теперь я сомневаюсь, что все пойдет по плану. Но я уже согласился прийти на вечер. Не приду, мачеха обязательно наплетет, что я не уважаю отца и делаю все, чтобы оттолкнуть его от себя!

Уверен, преподнесет все в наивыгоднейшем для нее свете.

– Иначе ты бы мне не понадобилась. Постарайся меня не опозорить!

– Только сопровождение? – выдыхает с видимым облегчением.

Почему-то это меня коробит. Задевает!

Она словно рада, что трахать не придется.

Вот и не угадала… Мне все же захочется сбросить пар.

После вечеринки.

– Номер уже заказан. После вечеринки отработаешь по полной!

Глава 3

Елена

Интересно, что за вечеринка? Но спрашивать не стану! Не думаю, что Марсель скажет мне что-то путное. Скорее, опять посмеется, ухмыльнется и станет насмехаться. Если он так дерьмово относится к девушкам из эскорта, зачем заказал?

Или все дело во мне? В нашем прошлом?

Я думала, что Марсель это и прошлым называть бы не стал. Просто секс. Просто секс, ничего личного!

Стоит только подумать об этом, как в лицо бросается краска, тело охватывает томительный жар. Мне становится трудно дышать в привычном ритме, легкие сжимаются, не в силах вдохнуть привычную порцию кислорода. Подумать только, даже после жесткого отказа я некоторое время бредила этим красавчиком! Бралась за любую работу, даже в соседней республике успела поработать администратором в приграничной гостинице. Хотела оказаться как можно дальше и выбросить его из головы! Работала над собой усердно… В голову засели его слова «деревенский вариант Хатико». Я многое в себе пересмотрела: внешность, привычки. Начала заниматься спортом, выучила два иностранных и, дай бог памяти, сколько я всяких курсов прошла! На все руки от скуки…

У меня была насыщенная жизнь в годы между свадьбой Ульяны и встречей с Марселем. Но за эти годы мне так и не удалось встретить того самого. Попытки были, но в итоге случалось одно разочарование.

Потом случился Тетерин…

Я работала администратором в том бизнес-центре, где у него был офис. Он приходил раньше всех и уходил позже всех, не забывал здороваться и всегда приносил мне стаканчик карамельного латте. Несмотря на то, что я ни латте, ни карамель не любила, и даже как-то сказала, он все равно приносил напиток. Я не отказывалась. Все-таки это был знак внимания, что в наше время случается довольно редко. Потом он пригласил меня на ужин. Он в возрасте, намного старше меня. Ему за пятьдесят, и он совершенно мне не нравился внешне, но я все же согласилась на ужин. Потом второй, третий… Он предложил мне выйти за него. Расписал все грамотно, разложил по полочкам. Ему нужна была жена. Он тонко намекнул, что неизвестно, сколько ему жить осталось, и что эти годы он хотел бы провести в обществе приятной, красивой девушки, услады для глаз.

Он так и сказал, мне это запомнилось…

– Услада для глаз, – повторяю едва слышно.

– Ты что-то сказала? – вклинивается в мои размышления Марсель.

– Нет, ничего. Просто мысли вслух.

Я вышла за Тетерина из-за расчета. Банальный расчет, выгодный брак! Многие так замуж выходят… Почему в итоге именно я села в лужу? В наказание за брак по расчету, а не по любви? Какой странный закон справедливости! На кого-то обрушивает все беды, а других стороной обходит.

– Мне неинтересно ехать молча на протяжении всей дороги, – заявляет Марсель.

– Ника.

– Что?

– Если ты хотел, чтобы тебя развлекали, надо было Нику брать. Смуглая, темноволосая, с родинкой под губой с левой стороны. Она заканчивала цирковое училище, может жонглировать предметами и разговаривать совершенно разными голосами.

Краем глаза вижу, как каменеет лицо Марселя, как на его висках вздувается темно-синяя толстая вена.

Его бесит мой ответ.

Меня бесит, что он ведет себя, как король.

И я бы не делала из этого трагедии, если бы не чертово прошлое и те обидные слова, которые он мне сказал.

«Деревенская Хатико…»

Обида комом встает в груди. Мне бы помолчать и завести отстраненный, легкий разговор. Я умею, у меня язык хорошо подвешен, могу поддержать почти любую тему, но я спрашиваю о другом:

– Зачем тебе нужна девушка на вечер? Разве ты не был в обществе красотки, в которую безумно влюблен?

– Что? – искренне удивляется Марсель. – Когда?

– Когда я встретила тебя в аэропорту, ты был в компании стюардессы. «Я предпочитаю других девушек, и прямо сейчас одна из них пленила мое сердце навеки!» – цитирую его.

– Ааа…

Легкая усмешка, едва заметный кивок головой. Серые глаза теплеют на миг, потом снова становятся холодными и безразличными. Стальной…

– Ты же не думала, что я говорю серьезно?

– Прости?

– Я говорю то, что хотят услышать девушки. Только и всего. Каждой хочется знать, что она – та! Единственная, незаменимая, красивая самая! Та, что может украсть сердце, даже у заядлого бабника!

– То есть ты в нее не влюблен!

– Лен, – фыркает. – Я и тебе говорил, что влюбился. Ну? Выводы делай!

Скотина…

Значит, когда он говорит о любви, это ничего не значит. Из его губ вылетают просто звуки. Он не испытывает настоящих эмоций.

– Ты никогда не влюблялся?

– Что это такое?

– Ясно, – вздыхаю. – Холодный, ветреный. Как Балтийское море.

– Ты там бывала?

– Я много где побывала.

– Посчитаем?

– Не думаю, что стоит. Ты из-за рода работы явно побывал в большем количестве стран. Но успел ли насладиться колоритом? Или разглядывал чужое небо из окон гостиницы для служащих аэропортов?

По лицу Марселя пролетает легкая тень. Неужели господину Стальному есть, о чем сожалеть? Так неожиданно.

– Ты все еще летаешь?

– Управляю воздушным судном. Да, я не менял род деятельности!

– Какой у тебя стаж? Лет двадцать?

Марсель адресует мне холодный взгляд, с бурей ледяного возмущения внутри.

– Мне нет сорока, чтобы я успел налетать двадцать лет!

– Тогда опускаем планку. Пятнадцать? Общий стаж… Угадала?

– В точку. Скоро будет юбилейный полет.

– Пятнадцать лет на одной работе! Я бы так не смогла! – признаюсь, вытягиваясь. – Полгода-год, мой максимум.

– Стрекоза. Как долго планируешь задержаться в эскорте? Впрочем, не отвечай… Советую соскочить. На этой работе вянут быстро. Прямая дорога оттуда – на панель.

Отгораживаюсь от гадких слов, пропускаю их сквозь себя, как ветер.

– Всегда видно, когда бабу потаскало энное количество мужчин. Видно наутро… Уснул с красоткой, проснулся с худой, бледной девушкой, совершенно без лица и трясущейся над горсткой таблеток.

– Знаешь, о чем говоришь? Много раз пользовался услугами эскорта. Я-то думала, тебе нет необходимости покупать девушку, чтобы насладиться ее обществом.

Он собирается что-то ответить, но лишь плотнее губы смыкает.

Автомобиль плавно тормозит у высоких ворот. Марсель нажимает на кнопку, крыша складывается позади нас. Свежий воздух бросается в лицо. Я оглядываюсь, но делаю вид, будто мне совсем не любопытно.

Над воротами возвышается здоровенный особняк… Район – один из самых дорогих, здесь живут исключительно очень состоятельные люди. Не знала, что Марсель богат настолько. Я пребываю в легком культурном шоке, пока автомобиль плавно заезжает за ворота и катится к огромной парковке.

– Тебе будут задавать вопросы. Чтобы не спалиться, держись ближе к правде. Об эскорте ни слова. Просто мы встретились у твоей подруги, и у нас завязался роман! – быстро говорит Марсель, не отрывая взгляд от приборной панели.

– Значит, ты делаешь вид, будто пришел со своей дееееевушкой! – растягиваю я.

Какая неожиданность… Какой простор для деятельности…

Я столько всего испортить могу!

Наверное, торжество на моем лице слишком понятное!

– Не вздумай, Лена! – Марсель сжимает мое запястье пальцами и тянется к подбородку. – На меня посмотри. Не вздумай меня опозорить. Все должно пройти гладко! К тебе будут цепляться, тебе будут задавать вопросы. Я надеюсь, лишь на то, что ты действительно умеешь создавать такое впечатление, как мне разрекламировала Марго. Легкая, общительная, жизнерадостная, но не глупая. Все.

– Ясно, Марс.

– Я не разрешал тебе так называть себя.

– Вхожу в роль. Почему мы не задержались где-нибудь на обочине, Марс? – шепчу в его губы, приблизившись на максимум.

У него дергается кадык, опускаются длиннющие ресницы. Создается впечатление, что мы поцелуемся, но он отводит голову в сторону.

– Я не целуюсь со шлюхами. Ты этим ртом что угодно сосала.

Обида снова вскипает внутри!

Это мой первый выход… Никому ничего я не сосала.

С трудом собираю разбитое нечто внутри в неясный комок и выдавливаю улыбку с нотками превосходства:

– Глупенький, ты забываешь про мой прайс. Я не сосу. Никому. Так что можешь смело меня поцеловать, мы же пара. А еще в нашу сторону направляется женщина-факел.

– Кто?

– У нее рыжие волосы, золотистое платье. В свете вечерних огней она напоминает факел.

– Ааа… – усмехается. – Моя мачеха. Да уж… Принесла нелегка! Тогда давай поцелуемся! – предлагает небрежно и дерзко впечатывает свои губы в мои.

Ох…

Ах…

Постой, я же сама хотела. На своих условиях!

Думала, смутить и извести красавчика, но он…

Кажется, Марсель знает о поцелуях намного больше меня. Потому что искушающее прикосновение его языка мягким толчком распахивает мои губки.

Не оставляя ни малейшего пространства для маневра.

Просто захватывает меня целиком и умопомрачительно лижется.

Его язык задевает мой, заигрывая, подталкивая, вынуждая включиться в эту игру.

Огненная бездна захватывает мой мир, поглощая его слишком стремительно.

Предвкушение. Ожидание…

Все не в счет.

Происходящее намного острее и перченее.

Кожу покалывает. Будто сотни крохотных иголочек дразнят быстрыми уколами.

Губы обжигает его губами.

Влажные, горячие, сочные…

Пульс подскакивает и сгорает, в завихрении возбуждения, охватившего тела.

Мигом из моей головы вылетает роль заготовленная. Обиды прячут остро наточенные клинки и терпеливо ждут, пока их взбалмошная хозяйка наиграется.

А я не могу перестать…

Мыслить здраво не получается.

Вечер слишком напряженный, а мужчина, который плавно перетягивает меня к себе поближе – опытный и сексуальный. Его ладонь лежит на моей талии, а вторая сминает ткань платья, задирая его повыше.

Пальцы клеймят кожу жаркими касаниями.

Он гладит мою ногу чуть выше колена. Все в пределах приличий, за исключением этих движений: по кругу, а потом между ног – чуть-чуть выше колена. Его пальцы ныряют, потом опускаются на коленку, снова и снова… Марсель штрихами смелых касаний намекает, как будут двигаться его пальцы там… значительно выше и глубже, когда он устроится между ними, ничего не стесняясь.

Почти безвинно.

Но сколько порока в этих обещаниях.

Я буквально начинаю плыть. Трусики намокают…

Принимая горячий поцелуй, я глажу плечи Марселя. Наслаждаюсь их рельефом и силой. Стальной, О да… Такой крепкий, хорошо сложенный, словно скрученный из стальных жил.

Одна ладонь соскальзывает на грудь. Царапаю дорогую белоснежную сорочку, под ней разгоряченная кожа. Его сердце наперегонки перестукивается с моим пульсом.

– Мне жаль отрывать тебя от красавицы, сынок. Но может быть, ты для начала нас познакомишь? – слышится хорошо поставленный женский голос.

Голос мачехи врывается в наш жаркий хаос и раскалывает его ровнехонько надвое. Губы Марселя застывают на моих. Мы часто дышим. Просто я отчетливо чувствую, что теперь Марсель мысленно находится за пределами нашего спонтанного и такого жаркого поцелуя.

От него теперь веет холодком.

Наши губы еще так близко – приоткрытые от частого дыхания, припухшие. Серая сталь мужского взгляда скользит по моему лицу. Мои ресницам хочется опуститься вниз и задержаться там, продлить очарование мгновения. По щекам скользит приятный румянец от удовольствия.

Кто-то должен отлипнуть первым. Я вынуждаю себя отстраниться. Ладонь с груди Марселя соскальзывает в последнюю очередь, однако он ловит мои ускользающие пальцы и целует самые кончики.

Так трепетно, с вниманием и заботой.

При этом красавчик смотрит на меня с улыбкой. Его глаза мерцают. Он часто дышит и не отводит от меня взгляда.

По телу проносятся мурашки.

Если бы я не знала, какой он ловелас бессердечный, подумала бы, что Марсель впечатлен поцелуем не меньше меня.

– Добрый вечер, Ираида.

Марсель лишь на последнем звуке переводит взгляд с меня на женщину, которая все это время с хищным вниманием наблюдала за происходящим. Готова поспорить, что ее миндалевидные глаза с желтовато-зелеными, как у кошки, радужками, не пропустили ничего.

Ни одного жеста.

– Добрый. Вечер.

– Ираида, познакомься с моей спутницей. Это Елена. Лена, это Ираида, жена моего отца.

– Очень приятно, – киваю.

Ираида улыбается мне, но быстро возвращает внимание на Марселя, изучая его лицо, как карту преступления.

– Ты почти опоздал, сынок.

– Прошу, Ираида. Не добавляйте себе возраста, которого нет, называя меня «сыном».

Марсель демонстративно смотрит на часы с улыбкой.

– Ноль-ноль стукнуло только что. Я не опоздал, как и обещал.

– Хорошо.

Ираида улыбается, но ее улыбкой можно сжечь все, что угодно. Она как высоко реактивная кислота. Мне не по себе становится. Благо, мишень подобных взглядов – Марсель. Но и меня задевает немного…

Вечер только начался, а мне уже не по себе от общества этой женщины…

Чувствую, будет непросто! Такая, как Ираида, даже взглянув мельком, способна обгладывать до косточек.

И почему ее внимание так пристально сосредоточено на Марселе? Что-то здесь нечисто…

Глава 4

Елена

Я осторожно разглядываю мачеху Марселя. Она мгновенно пеленгует мой взгляд и улыбается:

– Буду рада поболтать! Познакомимся поближе, Елена?

Она красивая, очень привлекательная. Не знаю, сколько ей лет. Сейчас легко можно ошибиться, раздавая возрастные метки, тем более, женщинам. К услугам красоток множество бьюти-процедур, которые умело уменьшают возраст. Но все же я бы рискнула предположить, что Ираиде чуть-чуть больше лет, чем Марселю. В любом случае, разница в возрасте у них небольшая.

– Спасибо за приглашение. Я польщена, – отвечаю с улыбкой.

– Посекретничаем.

– Непременно! Обожаю секретики!

Понизив голос, я делаю вид, что Марселя нет рядом.

– Вы, наверное, Марселя очень хорошо знаете! И можете рассказать о нем кое-что интересное!

– А вы, Елена, в свою очередь, тоже можете поделиться со мной, – с улыбкой покачивает пальчиком, накручивая безупречный локон.

– Уже не терпится!

Наш обмен очень теплыми и такими же неискренними обещаниями прерывает Марсель:

– Спасибо, что встретила, Ираида. Позволь показать Елене, как тут все устроено. Небольшая экскурсия по территории.

– Отец ждет. Не задерживайтесь, – кивает Ираида и, еще раз внимательно осмотрев с Марселя с головы, уходит, покачивая бедрами.

Почему-то я испытываю легкий укол там, где не должна была чувствовать ничего. Укол под самым сердцем…

Рассматриваю удаляющуюся Ираиду.

Привлекательная. Опасная. Яркая.

Ее точеные бедра покачиваются, соблазнительно приподнимая зад Ираиды, обтянутый золотистым платьем.

Будь я настоящей девушкой Марселя, не стала бы отвешивать дополнительные реплики и задавать неудобные вопросы.

Но я – это же я, а он – это он.

Неудобно было, когда Марсель оказался моим первым клиентом, а я – девушкой, снятой им на одну ночь.

Было так стыдно! Так неудобно! Так мерзко!

Вспоминая миг торжества в доме подруги несколько месяцев назад, когда я утерла нос Марселю, сейчас я еще острее прочувствовала глубину своего падения!

Казалось, сердце лопнет, и я умру.

Однако я еще жива. От стыда не умерла…

Так что…

Была не была.

Толкаю кулачком Марселя в плечо и киваю вслед Ираиде.

– Эй, она своей задницей перед тобой нарочно крутит! – Цокаю языком одобрительно. – Ц-ц-ц! Ты только посмотри, как двигаются эти половинки: туда-сюда, туда-сюда! Даже мне захотелось по этой заднице звонко шлепнуть! – и со смехом дополняю реплику вопросом. – Ты ей уже… вдул?

Марсель закашлялся. Красавец буквально поперхнулся невысказанными словами и начал кашлять, несколько раз ударив себя кулаком по груди. Даже слезы на длинных темных ресницах повисли. Глаза на миг покраснели. Он посмотрел на меня одновременно удивленно и возмущенно.

– Что?! Вдул? Шатохина, е мое! Ты же девушка! Девушки так не выражаются.

– Ага!

Уличив момент, я щелкаю Марселя пальчиками по носу.

– Ты увиливаешь от ответа. Значит…

– Не спал я с ней! – скрипит зубами. – Ясно? И не выражайся так…

– А я че. Я ниче. Другие вон че и ниче. А я чуть че и сразу вон че… – перездразнила бородатый мем из сети.

– Шатохина! – рычит низким голосом Марсель. – Хватит!

– Я же деревенщина. Через лоск видно…

– Прекрати. Прошу.

– Чой-то?

– Пожалуйста.

– Я еще ого-ого как умею!

– ПО-ЖА-ЛУЙС-ТА! – четко разделяет по слогам Марсель.

Он посмотрел на меня с чувством, и стебная волна во мне замирает, так и не раскачавшись даже на треть.

– Что-что?

– Пожалуйста, – добавляет он тише. – Не изображай из себя глупышку нарочно! Веди себя достойно.

– Так ты трахался с мачехой или нет? Я должна знать, как вести себя.

– Для чего, как ты думаешь, мне нужна девушка?

– Ммм… Чтобы заставить эту дамочку ревновать? – накидываю вариант и хлопаю ресничками, изображаю дурочку.

Хлоп-хлоп. Жду ответа. Ничего не показываю.

– Нет! – злится Марсель, едва не плюясь. – Нет. Нет. Нет. Не спал и даже не думал. На дух не выношу эту стерву!

– От ненависти до любви…

– Исключено. Она – новая жена моего отца.

– Насколько новая?

– Вот уже несколько лет.

– Значит, не новая, а уже состоявшаяся.

– Специально давишь на больной мозоль?

Марсель покидает автомобиль и галантно предлагает мне руку. На его ладонь приятно опереться. Он вообще исключительно приятный и притягательный мужчина. Такой любой девушке легко голову вскружит. Если же представить его в летной форме, за штурвалом, умереть можно.

Срочная реанимация этому разбитому сердцу… И искуственное дыхание. Разумеется, рот в рот. Исключительно в исполнении Марселя.

Кажется, он снова меня очаровывает, вовлекает!

Я злюсь на себя: не думала, что до сих пор останусь способной вестись лишь на внешность. Очнись, Шатохина, под этим фантиком – пустота и раздутое эго!

Тем временем Марсель ведет меня по территории, действительно знакомя с обстановкой и давая краткие характеристики очевидным объектам.

– В бассейне всегда теплая вода, даже зимой. Есть еще крытый бассейн на территории…

Дом построен в греческом стиле. Большой, просторный, светлый! Светится, как праздничный торт! Издалека доносится шум вечеринки и голоса. Звучит легкая, танцевальная музыка. Официанты в белых костюмах разносят шампанское.

– Вечеринка на высшем уровне. В честь чего закатили пирушку?

– В честь отца. У него новое крупное достижение, – размыто отвечает Марсель.

– Чем занимается твой отец?

– Финансовый монстр, – отвечает Марсель без тени улыбки, и я понимаю, что он не шутит. – Прямо по курсу.

Я так и не успела выяснить подробности, почему Марсель невзлюбил мачеху. Что у них за отношения? Когда я увидела Ираиду, женская интуиция во мне подала голос, как будто рядом очутилась соперница, которую стоит опасаться, а еще лучше быть настороже рядом с ней и глядеть в оба.

– Пойдем, поздороваемся, – тянет меня Марсель.

Он направляется через толпу прямиком к высокому, привлекательному, очень импозантному мужчине. На нем белый костюм и ярко-синяя рубашка без галстука. Волосы полны седин, он почти белый. Но назвать его стариком язык не повернется. Он еще полон сил, взгляд мечет яркие, эмоциональные взгляды. От него брызжет энергией и весельем. Сразу становится ясно, кто король вечера.

– Вы очень похожи с отцом.

– Внешне, – морщится Марсель.

Он подбирается ближе и приветствует отца рукопожатием.

– Я думал, ты не появишься на празднике.

– Не мог пропустить такое. Прими мои искренние поздравления.

Отец Марселя кивает, мол, да-да-да, но я тебе верю!

Создается впечатление, что Марсель хочет как можно скорее затеряться в толпе празднующих лиц, и это ему почти удается, как вдруг отец Марселя переводит взгляд на меня. Он неспешно скользит по моему лицу, не пропуская детали, задерживается на горячей ладони Марселя, которая лежит на моей талии.

– Не познакомишь?

У отца Марселя тоже серые глаза, только более темные и опасные, совсем неясно, о чем он думает. От улыбки возле глаз собираются лучистые морщинки.

– Елена, моя спутница.

– Елена Прекрасная? – уточняет отец Марселя.

– А это мой отец. Кречетов Вениамин Александрович.

– Впервые сын появился на моей вечеринке. Еще и в сопровождении девушки. Я заинтригован…

Отец Марселя протягивает мне руку и наклоняется, целуя кисть.

Ладонь Марселя на моей талии каменеет, как и он сам. Если бы не знала, как Марсель ко мне относится, подумала бы, что он… ревнует!

– Чем занимаетесь, Елена? – спрашивает отец Марселя, заинтересованно поблескивая взглядами в мою сторону.

– Сейчас я пытаюсь отойти от легкого шока. Марсель не говорил о семье, и когда сказал о вечеринке, я ожидала чего-то более… скромного и не с таким размахом. Боюсь, верно ли выбрала платье.

Взгляд отца скользит по моему телу и останавливается на разрезе, ведущем до середины бедра.

– Верно. Я одобряю! – улыбается мужчина и щелкает пальцами.

Рядом словно по волшебству появляется официант с шампанским.

– Выпьем за приятное знакомство! – предлагает отец.

Я каждой клеточкой тела чувствую, как напряжен Марсель и что он не одобряет происходящего.

Но что я могу поделать? Он сам подвел меня знакомиться к своему отцу!

Надо было предупреждать, что его отец – владелец той самой знаменитой Krechetov LTD Company.

Я и подумать не могла, что Кречетов Марсель – сын владельца финансовой корпорации! Не предполагала!

Черт, я даже об этом не задумывалась, считала, что они однофамильцы просто. Иных мыслей и не было. Оказывается, совсем наоборот.

– Значит, вам, Елена, понравилась моя вечеринка? Между нами говоря, она еще не началась, как следует. В большом холле дома будет устроено представление.

– Наверняка с размахом.

– Се ля ви, – говорит с извинением Вениамин Александрович, разведя руками.

Взгляд как будто извиняющийся, но на самом деле довольный.

Этот мужчина умеет радоваться жизни и брать от нее все. По максимуму…

– Еще раз поздравляю, папа. Очередное поглощение ты празднуешь не хуже, чем собственный день Рождения! – натянуто улыбается Марсель и крепче обхватывает меня за талию рукой. – Нам пора.

Черт, он не просто обнимает меня крепче! Марсель наклоняется и ведет губами по моему плечу, отвесив легкий поцелуй. От таких нежных касаний ресницы предательски трепещут, закрывшись на миг, а кожа покрывается мурашками.

Если нужно было продемонстрировать отношения, этот краткий миг сделал свое дело. Вот только взглядам отца Марселя это ничуть не помешало. Напротив, он стал смотреть еще заинтересованнее.

– Интрига. Кто вы, Елена Прекрасная, и что сделали с моим сыном? Обычно он не приводил девушек. Но сегодня привел. Это что-то исключительное? Намек на знакомство с родителями? Скоро станете частью семьи? – засыпает меня вопросами Вениамин Александрович, не давая передышки и времени на подумать.

– Ты задаешь слишком много вопросов, папа. Насчет пары, это было требование Ираиды, – соскальзывает с губ Марселя.

– То есть у вас простая интрижка? – не унимается его отец.

Марсель застывает.

Я молчу, ехидничая про себя: попал ты, красавчик! Сам себя переиграл!

Не захотел представлять меня, как девушку, с которой у него якобы серьезные отношения и добился лишь пренебрежительного отношения к себе и ко мне заодно.

Ко всему прочему, взгляды Вениамина стали фривольнее и маслянисто скользнули на мою грудь.

Черт, ну и семейка! Пираньи какие-то!

Отвлечься нельзя ни на секунду. Либо сожрут, либо затрахают…

Мачеха Марселя, уверена, не прочь оторваться в скачке на члене пасынка, а отец лапает взглядом его девушку.

Неудивительно, что Марсель не спешил здесь появляться! Нужно быть очень осторожной, чтобы не попасться.

– Нет, папа. Не просто интрижка, – скрипнув зубами, отвечает Марсель.

– Значит, постоянная девушка. Может быть, даже невеста? – уточняет Вениамин.

Рядом наконец появляется Ираида. Разумеется, она сразу льнет к своему мужу, буквально прилипая выточенным телом и говорит ему на ухо с видом, будто хочет его отлизать на публике. Рука Вениамина небрежно опускается на талию жены.

Я выдыхаю немного свободнее. Все, Ираида прилетела с другого конца торжества, чтобы охранять свои владения! То есть тело аппетитного отца Марселя.

Будет отбивать свои границы стойко!

Можно расслабиться… Она-то уж точно не позволит расточать медовые речи и заигрывать.

– Хорошо, милая. Хорошо, – посмеивается Вениамин. – Пусть проследят, чтобы не было, как в прошлый раз.

– Уже распорядилась.

– Умница.

– Я слышала слова о невесте. Кто невеста? – интересуется Ираида, поглаживая по плечу супругу.

– Это сказал я. Всего лишь гадаю, рядом с Марсом его невеста или просто девушка?

– Точно не невеста, дорогой. Разве может считаться невестой жена другого мужчины? – сладко воркует Ираида. – Это жена Тетерина. Помнишь, я тебе рассказывала об оскандалившемся юристе?

Бууууух!

Вот вам и подножка, и выстрел в упор и отравленная улыбка в одном предложении.

Отец Марселя хмурится, смотрит на меня и Марселя по очереди, а Марсель так напрягся, будто врастет ногами в пол или отвесит кому-то в челюсть.

– Вот как? – растягивает слова Вениамин.

– Ой, прости, Елена… Неужели я раскрыла твою маленькую тайну? – притворно ахает Ираида, стрельнув огненным взглядом кошки на Марселя.

Ха! Вот оно что… Для кого старается, стерва! Думает, что Марсель не в курсе о моем семейном положении!

Быстро же она навела справки!

Или уже знала, кто я… Мы пересекались?

– Никакой тайны в этом нет, – отвечаю с улыбкой. – Гадаю, где мы могли встречаться. Может быть, на пенной вечеринке? У Стрельникова… Да-да! Точно! – хлопаю в ладоши, якобы вспомнив. – Точно! Теперь я понимаю, почему ваше лицо, Ираида, показалось мне таким знакомым. Вернее, лиц на вечеринке у Стрельникова не разглядеть. Маски, если вы помните. Но я хорошо помню рыжеволосую красавицу, что вилась рядом с хозяином вечеринки. Мы еще гадали, кто же она такая…

Лицо Ираиды чуть не позеленело, она даже выпрямляется и смотрит на меня с холодным прищуром, отчеканив.

– Ты ошиблась. Не знаю я никакого Стрельникова.

– Стрельников, Ир. Не глупи. Частый гость в моем офисе. Не думал, что ты настолько близко с ним знакома, – добавляет отец Марселя.

– Это какая-то ошибка. Не была я у Стрельникова!

– Хорошо, если так. Я бы понял, если бы ты купалась в пенном джакузи с кем-то нашего уровня, а не опускалась до гнусных интрижек с прихлебателем. Сходи, проверь, все ли готово у аниматоров, – довольно жестко отправляет Ираиду прочь отец Марселя, но делает это с тем же расслабленным выражением лица.

– Сейчас все проверю!

Пристыженная, Ираида отправляется прочь, но успевает бросить взгляд через плечо, нарисовав у меня на лбу мишень.

Этот взгляд – прямое объявление войны!

Глава 5

Елена

Уф! Надеюсь, что больше мне не придется появляться в стенах дома Марселя. Больше ни за что! Ни за какие деньжищи!

– Значит, вы супруга Тетерина, – усмехается отец Марселя. – Я не особо в курсе. Не тот уровень. Просто слышал кое-что. Марсель, ты знал?

– Знал, разумеется, – фыркает он.

– Где вы познакомились с Еленой?

– Давно. На свадьбе у ее подруги. Недавно пересеклись случайно, опять же, у нее в гостях. Встретились, разговорились. Вспомнили приятные моменты. Вспыхнуло…

– Но ты – жена другого мужчины, – снова повторяет Вениамин.

– Се ля ви, – пожимаю плечами. – Не всегда получается создать крепкий брак с первой попытки. Думаю, вы, как никто другой, прекрасно это понимаете. Марсель обмолвился, что Ираида – ваша очередная новая жена!

Вениамин Александрович доносит шампанское до рта, но так и не отпивает его, застыв.

Это пауза длится одно мгновение и два быстрых стука моего сердца.

Внезапно отец Марселя начинает смеяться оглушительно громко, расплескав свой напиток.

С густым смехом он передает бокал подбежавшему официанту, хлопает его плечу и отряхивает пальцы, тщательно вытирая их шелковым платком из нагрудного кармана пиджака.

– А она мне нравится! – смеется. – Палец в рот не клади. Ираида иногда любит «умыть» некоторых гостей колкостями. Что-то вроде небольшого посвящения. Мы смотрим, кто и как держит лицо. Поздравляю, Марсель. Поздравляю! Празднуйте, ни в чем себе не отказывайте! Прошу меня извинить, нужно уделить время и другим гостям.

Похлопав сына по плечу, отец отходит. Марсель выдыхает, но лишь на секунду, потом он обращается ко мне.

– Поздравляю, Шатохина. Ты в первые же минуты выбила страйк.

– Я отлично держалась?

Почему-то я надеюсь на похвалу, но Марсель отвечает с потемневшим взглядом:

– Страйк из неприятностей! Теперь Ираида ни перед чем не остановится, чтобы…

– Чтобы забраться тебе в трусы? – спрашиваю иронично.

Марсель мечет в мою сторону напряженный взгляд, от него будто искры потрескивают во все стороны.

– У тебя профдеформация, Шатохина. Только о членах и думаешь! Нет. Я имел в виду, что теперь Ираида приложит еще больше усилий, чтобы выдавить меня из завещания отца. Только и всего. У нас и без того напряженные отношения, а она использует каждый удобный шанс, чтобы обострить их еще больше.

– Да? Хм… Я думала, она тебя хочет… – произношу растерянно.

– Или делает вид, что хочет, чтобы спровоцировать меня и выставить в еще более дурном свете? Ты ее не знаешь. Такая, как она, отскачет на члене всю ночь, а потом разыграет партию в под названием «я – жертва изнасилования».

Я открываю рот и захлопываю его.

– Резонно, – признаю. – Извини. Все пошло не по плану?

– Ты извинилась?

Марсель отодвигается и разглядывает меня с интересом.

Смущаюсь.

– Что?

– Не думал, что ты извинишься.

– Это же просто. Естественно. Сделал что-то не так, извинись.

– Хм… Я редко извиняюсь.

– О да. Ты тот еще хам.

– А ты не долго продержалась милашкой! – возражает Марсель.

Понимаю, что еще немного и мы снова начнем воевать, как кошка с собакой. Надо срочно сделать что-то.

Не придумав ничего лучше, я привстаю немного и целую каменного истукана в уголок губы, а потом вкладываю пальцы в его ладонь.

Тяну в сторону площадки со словами.

– Хочу танцевать.

Марсель немного задерживается на месте, наши руки натягиваются. Невыносимый мужчина сверлит меня взглядом несколько мгновений, потом расслабленно улыбается, словно послав все к черту.

– Пошли. Потанцуем. Мы же на вечеринке!

Мелодия звучит зажигательная, внутри меня все раскачивается от ритмичных звуков. Но едва мы добираемся до свободного пространства для танцев, как мелодия тут же заканчивается.

С трудом гашу непроизвольный выдох разочарования. Неужели придется отказаться от танца?

Ладони Марселя на моей талии лежат так тесно и правильно, что хочется еще немного продлить это ощущение.

– Куда-то собралась? – спрашивает он, притиснув меня к себе поближе.

У меня перехватывает дыхание.

– Музыка… Музыка закончилась!

– Сейчас начнется другая мелодия, – отвечает Марсель.

Он прав. Начинает играть легкая, романтическая композиция для медленного танца.

– Что, не танцуешь медляк?

Губы Марселя задевают мочку моего уха, посылая уколы приятных ощущений прямиком под кожу.

– Танцую. Просто…

Он делает еще один шаг. Теперь мы почти впаяны друг в друга…

Его дыхание на моих волосах и на моем лице. Обжигающие прикосновения. Жар от сильного тела…

Я облизываю губы, ставшие внезапно слишком сухими.

Приходится обвить шею Марселя. Вынужденно, разумеется!

Мне хочется думать именно так, иначе не удастся игнорировать жар, скользнувший в трусики. Огонь опаляет низ живота, сводит его судорогами приятными. Желание наполняет кровь…

Марсель ведет в танце очень хорошо, прижимается щекой к моей щеке. Я слышу его дыхание и ощущаю терпкий, знойный парфюм.

От него вкусно пахнет не только дорогими духами, но и мужчиной – тот самый природный запах, от которого кружится голова, а женская сущность отзывается подсознательно.

Он меня зовет, а я откликаюсь… Даже сама того не замечая, приникаю к его крепкому плечу.

Напитываюсь его силой, уверенностью.

Переполняюсь обаянием.

Влечение к нему как игристое вино, волнует кровь.

Ладони Марселя крепче хватают меня за талию и сползают немного ниже. Они ложатся на поясницу, а оттуда сползают на попку, поглаживая.

Поднимаются вверх и снова опускаются.

Так трепетно. Волнение пронизывает каждую клеточку тела.

Я очаровываюсь его жестами и неожиданно для себя сдаюсь этим умелым, чарующим рукам. Я прикрываю глаза блаженно, чувствуя, как приятное тепло разносится по телу. От возбуждающих и нежных касаний моментально ноги подкашиваются.

Марсель ускоряется, отправляя нас в вираж, выписывая круги в танце.

Я плыву. Я лечу. Я таю…

Этот мужчина заставляет встрепенуться все мое тело. Взбудоражить каждый нерв.

Он заводит меня до такой степени, что внутри пробуждается почти зверский голод неудовлетворенной самки.

Голова идет кругом!

Я цепляюсь за широченные плечи Марселя…

Плавное движение в развороте, и мои бедра прижаты к его бедрам.

Мгновенная дрожь.

У него стоит…

Большой, твердый член за тканью брюк не оставляет никаких сомнений в том, чего хочется Марселю.

Я не успеваю ничего сказать. Красавчик приближает свои губы к моему ушку, предлагая прямо:

– Потрахаемся?

Своими словами Марсель только испортил впечатления от чудесного танца! Я вдруг испытала досаду на него за то, что он не удосужился предложить иначе и сказать мягче. Может быть, что-то вроде «Ты так красива, я хочу тебя…» звучало намного лучше и было способно продлить приятные мгновения? Может быть, я даже согласилась, не раздумывая? Но вот это «потрахаемся?» звучит очень буднично!

Уф, Ленка! Ну и мусор у тебя в голове.

Мужчины прямолинейны. Мужчины, купившую шлюшку на одну ночь, прямолинейны вдвойне. Марсель сразу дал понять, что секс будет. Он купил девушку не только для сопровождения на вечере, но и для того, чтобы расслабиться, как следует. Я это понимала. Прекрасно понимала, когда увидела мужчину-клиента со спины. Но не убежала, не отказалась… Села.

Вот и расхлебывай!

Другого выхода все равно нет… Если только мне на голову прямо сейчас не свалится уведомление о громадном наследстве! Нет, ничего не падает! Тем временем Марсель уже покинул площадку для танца и утянул меня в сторону дома.

– Есть укромное местечко. Нас там никто не потревожит, – говорит он взбудораженно.

Мы проходим по дорожке мимо подстриженных кустарников, которые с обеих сторон надежно скрывают от взглядов посторонних. Марсель быстро оглядывается. Убедившись, что на этом ответвлении дорожки мы совершенно одни, он прижимает меня к себе и запускает руку под высокий вырез платья, касаясь ягодиц. Мужские пальцы проворно проникают под тончайшее, невесомое кружево трусиков.

Он щиплет и сминает мою попку, вбив меня в свое тело. И черт побери, меня возбуждают эти прикосновения, возбуждает его внезапная и такая настойчивая близость.

Движение у меня под платьем. Нечем дышать! Марсель практически распластал меня по своему телу.

Теперь его пальцы перемещаются и настойчиво сдвигают трусики в сторону, касаясь увлажненных складочек.

– Мокрая, – выдыхает он со свистом, разнося влагу по кругу.

Несколько торопливых движений, и он вонзает два пальца в меня.

– Как я хочу тебя поскорее на член усадить, ты даже не представляешь…

Я цепляюсь за него изо всех сил, ноги подкашиваются. Туфли становятся неустойчивыми от настойчивых ласк. Меня шатает, выдержка подводит. Его пальцы… ох… Они ритмично вонзаются в податливую мякоть, соки текут по бедрам. Я становлюсь сама не своя и глухо постанываю от удовольствия.

– Ты тоже хочешь трахаться… Горячая штучка. Помню, ты на мне кончала как из пулемета. На свадьбе!

– Нас здесь могут увидеть. Марсель… Маа… Аааах!

– Ну же, кончи по-быстрому! Кончи… И оттянемся.

Новый стон вырывается из моего рта. По-моему слишком громко выходит. Я понимаю, что Марсель не даст мне сдвинуться с места, пока не получит то, чего хочет. Понимаю, что не смогу удержаться. У меня давно не было секса, тем более, с мужчиной, который так нравится и настолько хорош…

Меня размазывает и размазывает, подкидывает, вместе с движениями пальцев Марселя. Он двигает пальцами быстрее, жестко вдалбливая их в меня до последней фаланги. Марсель быстро-быстро дергает пальцами снизу-вверх, и через миг, проникнув на максимум, он быстро движет ими из стороны в сторону, как если бы я терлась об него, сидя сверху…

Черт-черт-черт…

Внутри все закипает. Между нами хлюпает. Бедра в судороге. Я стону…

Внезапно хватаю Марселя за шею и целую, погружаясь языком в его жаркий рот. Он подхватывает. Встречает меня не менее жадно, всасывает язык, разбивая остатки выдержки на мельчайшую пыль.

Стискивая ладонью мой затылок, он впивается в мои губы. Всасывается алчно, словно трахает меня не только пальцами, но и языком, ртом имеет – всем, что есть у него в арсенале. Очерченные, пухлые губы, бойкий, настойчивый язык.

Пальцы на миг покидают разгоряченное лоно.

Стону протестующе в тот же миг!

– Эй…

– Поскули еще немного!

В ответ кусаю его за губы агрессивно, он жестковато хлопает меня по клитору, следом натирая его подушечками пальцев.

Такие касания вынуждают меня всем телом содрогнуться и покрикивать в его рот.

– Голодная ты… Тебя будто год не трахали!

Я клацаю зубами по его языку и начинаю сосать, чтобы он заткнулся и продолжил… Да…

Однако Марселю удается вывернуться.

– Я не оставлю тебя без оргазма, – хмыкает он, жестковато хлопнув пальцами по клитору. – Но потом покажешь мне все, на что способна ты сама…

Марсель забрасывает мою ногу себе на бедро. Я так открыта и возбуждена перед ним, что просто нет слов.

Рядом, по ту сторону стены из кустарников ходят люди, слышатся голоса и звуки музыки. Они так близко… Совсем рядом. Мы можем быть услышанными…

– Это заводит, да? – возбужденно шепчет Марсель. – Ты потекла еще сильнее.

Длинные пальцы снова вонзаются в меня на всю длину. Я выгибаюсь и принимаю их в себя.

– Да… Да… Да… – постанываю. – Еще…

– Вот ты и скулишь, и выпрашиваешь! – выдыхает Марсель, замедляясь. – Хочешь на мой член? Хочешь его?

Клянусь, если он сейчас остановится или скажет гадость какую-нибудь, я сделаю вид, что хочу ему отсосать и откушу его член, которым он так гордится, словно каким-то золотым стандартом!

Но Марсель только ускоряется, и меня расплющивает от оргазма. Тело бьется в конвульсиях, мышцы подрагивают. Остро и жарко. Божечки! В теле салюты! В глазах – фейерверки из звездочек… Я стискиваю стеночками лона пальцы Марселя, а он продолжает меня дотрахивать, хрипло простанывая.

– Хочу, чтобы мой член так же тискала… Приходи в себя и пойдем… Я взорвусь, если не вставлю тебе прямо сейчас!

Я совсем обмякла, повиснув на нем, кайфуя от натяжения его сильных мышц под своими пальцами. Чувствовать его тело так приятно… Невероятно просто! Ммм… Не знаю, какое окончание вечера ждет шлюшку Элли, но Ленка Шатохина точно успела полетать немножко. В кайф. Для себя…

– Пошли! – требовательно покусывает мои губы Марсель.

– Салфетки. У меня в сумочке… – я едва ворочаю языком.

Ругнувшись, Марсель достает пакетик с бумажными платочками и вытирает вязкую влагу у меня между ног.

– Еще на бедре слева. Да, вот здесь… – направляю его. – Нет, ниже немного.

– Блять. Ты напустила целое море! – возмущается он, но с довольной ухмылкой.

Марсель приседает, подхватывая капельки смазки, скользнувшие до самых колен. Я смотрю сверху-вниз на его темноволосую макушку и вдруг понимаю, хочу, чтобы он так же целовал меня внизу. Между ног… О, чего бы я только не отдала за такое… Но вряд ли он станет этим заниматься!

Скомкав использованные салфетки в шар, Марсель держит его в кулаке. Мы поправляем одежду, выходим из лабиринта как ни в чем не бывало и… почти сразу же натыкаемся на двоих мужчин.

– Марсель! – восклицает один из них.

Вторым мужчиной оказывается отец Марселя. Он мигом подставляет мне свой локоть.

– Любите воздушных гимнастов, Елена?

Меня и Марселя мастерски разъединяют. Вопросы звучат практически одновременно, мы по разные стороны. Марселю приходится опустить салфетки в карман пиджака.

– Добрый вечер, Игорь Владимирович.

– Вот это ты вымахал, Марсель! Сто лет тебя не видел!

Мужчина протягивает руку для приветствия. Марсель заминается, но через миг на протянутую руку отвечает объятием. Было бы очень неловко, наверное, здороваться той же рукой, что он так настойчиво меня ласкал.

Я не могу удержаться от улыбки и пропускаю момент, когда отец Марселя настойчиво оттаскивает меня, крикнув Марселю уже на расстоянии нескольких шагов:

– Догоняй, Марсель! Скоро начнется представление!

Вениамин Александрович наклоняется и доверительно сообщает:

– Ты так вкусно пахнешь, Елена.

– Это «Олимпиа», Пако Рабанна.

– Собой… – добавляет мужчина. – Ты вкусно пахнешь собой.

Вот же… черт!

Мне становится неуютно до чертиков от двусмысленности намека. Может быть, тут всюду камеры понатыканы, и папаша Марселя видел наши забавы? Я уже не знаю, чего ожидать от этой семейки!

А еще мою спину окатывает, словно кипятком. Я оборачиваюсь и смотрю назад.

Я смотрю на Марселя через плечо. Он опаляет меня жарким, голодным взглядом. Недоволен, что секс сорвался!

Что ж… Придется тебе еще немного походить голодным, красавчик!

Глава 6

Елена

Марсель продолжает прожигать мою спину взглядом. Я чувствую, что он на меня смотрит, и это ощущение будоражит, скользит волнами по телу вверх и вниз до тех пор, пока я не скрываюсь из виду под руку с Вениамином. Его отчество опускается, само собой. Ничего не могу с этим поделать. Может быть, дело в его поведении? В том, как он придерживает меня под руку или посматривает с интересом. Так может посматривать любой заинтересованный мужчина, но отцы не должны смотреть так на девушек своих сыновей.

Я до сих пор нахожусь в догадках о том, какие отношения между отцом и сыном в этой семье. Какая эта семья вообще? Она кажется такой разобщенной, для меня это непривычно. Мы все дружные, общаемся тесно… Конечно, не настолько тесно, чтобы родители и сестры с братьями знали о моем нынешнем занятии, но все же… В семье Марселя витает дух неприкрытого соперничества, атмосфера очень напряженная.

Мне немного не по себе.

Вениамин тем временем приводит меня на открытую площадку, утаскивает за собой, отодвинув стул за столиком. Самые почетные гости сидят за столиками, выстроенными полукругом вокруг установленной сцены. Остальные гости сидят на стульях позади. Таким образом, получается, что я как на ладони, на виду у всех собравшихся.

Нам подают шампанское.

– За знакомство, – предлагает тост Вениамин.

Я поддерживаю. Отказаться невежливо, но пью совсем немного, просто пригубила. Оглядываюсь по сторонам в поисках высокой, широкоплечей фигуры Марселя. Но его не видно…

Мой взгляд скользит по собравшимся. Как некстати, что и мачехи Ираиды тоже нет.

От этой дамочки можно ожидать чего угодно! Марсель же остался неудовлетворенным…

Тьфу, мне не хочется думать, что он прельстится на подкаты этой женщины-кобры. Сам же сказал, что видит ее насквозь. В то же время я ни в чем не уверена, но точно знаю, что я – не та, ради которой Марсель хранил бы верность.

Ох, как все сложно!

Один из самых непростых вечеров…

Еще говорят, что на вечеринке можно расслабиться! Ага, как же… На вечеринках, подобной этой, морально впахиваешь, как раб на плантациях!

Все ждут чего-то.

Вениамин едва заметно кивает, начинает играть музыка.

На сцене появляются акробаты, выполняя сложнейшие трюки. От вида их силы и гибкости захватывает дух. Ловкость и отточенность движений завораживает!

Один из трюков кажется обреченным на провал. Я чуть-чуть задерживаю дыхание, напрягаясь всем телом… Даже не дышу!

Бух!..

Все заканчивается благополучно. Партнер, стоя на плечах двух гимнастов, ловит девушку, запущенную в его сторону!

Ух… Сердце едва не лопнуло!

Именно в этот момент отец Марселя приближается ко мне, накрыв мою руку своей.

– Ты так очаровательна… Давно не видел, чтобы кто-то с таким удовольствием наблюдал за обычной работой циркачей. Смотреть на тебя, Елена, приятно не только глазам, но и сердцу!

Вениамин снова приподнимает бокал с шампанским, я отвечаю, коснувшись бокалом, но не отпиваю.

– А на вас смотреть крайне занимательно, Вениамин.

– Отчего же?

– Марсель мне о вас не рассказывал. Гадаю, почему. Или догадываюсь, но догадки не те, о которых принято говорить вслух.

– Отчего же? Мне можно довериться, – подмигивает, смотря совсем уж не по-отцовски, а еще опускает руку на талию, поглаживая.

И это при всех!

– Я думала, вы женаты.

– Я знаю, что ты тоже замужем. Однако это не мешает тебе появляться на вечеринке в обществе другого мужчины.

– Как я уже говорила, не все браки бывают удачны.

– Вот именно, Елена, вот именно, – хитро покачивает головой.

Руку не снимает.

Мне приходится потянуться за фруктами в вазочке, чтобы его рука соскользнула с талии. Но стоит мне сесть обратно, как Вениамин ловко подкатывает свой стул ближе к моему и по-хозяйски забрасывает руку на спинку стула. Теперь вообще не расслабишься и не откинешься на спинку, иначе выйдет, что он будет обнимать меня за плечи, перебирать мои волосы и прижиматься…

Очень сложная ситуация. Очень!

Где же, черт его дери, Марсель?! Неужели завалил в кусты первую попавшуюся девицу и вытрахивает свою неудовлетворенность! Ох, лучше бы я не ломалась и сразу согласилась на секс! Тогда не пришлось бы терпеть приставания его наглого отца.

– Ты создала дистанцию и отстранилась. Стесняешься, что ли?

– Я пришла на вечер с вашим сыном, Вениамин. У нас отношения. Это для вас что-то значит?

– Честно? – он на миг задумывается. – Не особо. Я признаю лишь браки, которые заключаются на небесах! – поднимает пальцем повыше. – А вы… вы даже не в обычном браке. Так, легкая интрижка девушки, заскучавшей замужем за стариком.

– Сказал мужчина, возрастом старше моего законного супруга – Тетерина!

Колкость слетает с моих губ. Вениамин ничуть не стушевался, улыбнулся.

– Имеет значение лишь тот возраст, на который ты выглядишь и действуешь. Ответь честно, я кажусь тебе взрослее Тетерина?

– Вы намного взрослее Марселя, и вы – его отец. Это все, что меня задевает.

– И ни слова о любви! – замечает он. – Вместо заверений, что безумно любишь моего сына, ты говоришь размытое «мы в отношениях!»

– Извините, но вы – не тот человек, с которым я хочу и буду обсуждать вопрос любви к Марселю! – отвечаю с запалом.

Все-таки ему удалось меня задеть за нутро. Как? В какой момент я проглотила наживку, а крючок впился под самые ребра и крепко держит меня?! И где же, черт его дери, Марсель?!

Я оглядываюсь с неприкрытым желанием уехать отсюда. Если Марсель не появится сию же минуту, уеду без него.

Вызову такси. Плевать на приличия! Пусть сам расхлебывает…

Это же не вечеринка, а открытый котелок с кипятком, куда швыряют каждого, кто не угоден семье Кречетовых!

Я мысленно уже лечу в сторону выхода, а перед этим опрокидываю в лицо Вениамина бокал с шампанским. Делаю это лишь мысленно, в реальности же я продолжаю доигрывать в сдержанность из последних сил.

Как вдруг звучит то, что я уже не ожидала услышать:

– Лена, я всюду тебя искал!

За столик опускается Марсель. Я с облегчением приникаю к нему, нырнув под руку. Вжимаюсь в твердое тело спиной и прижимаюсь щекой к крепкой груди, вдыхая его запах.

У Марселя учащенно колотится сердце, от тела пышет жаром. Но дыхание ровное. Быстро шел? Искал меня? Хочется верить, что так и есть… А пока я просто наслаждаюсь тем, что он рядом, не думая ни о чем.

Марсель обнимает меня за плечи, поглаживая и целует волосы. Так приятно.

До чертовых мурашек…

До сбившегося дыхания и непрошеного мурчащего тепла в каждой клеточке тела. Разве это честно: мне настолько хорошо с тем, кто меня ни во что не ставит!

Вениамин наблюдает за нами. Пристально, я бы даже сказала, въедливо! Мне хочется спрятаться под рубашку Марселя от такого взгляда.

– В чем дело, папа? Ты обижал Лену?

Вопрос Марселя адресован отцу. В холодном голосе Марселя позвякивают кубики льда. Он недоволен и, кажется, недоволен совершенно искренне, не играет!

– О, Лену трудно обидеть. Она отпустила в мой адрес несколько болезненных шпилек. Я с трудом сдержал лицо.

– Вот как? – интересуется Марсель. – Забавно. Почему приятная и веселая на общение Лена начала пускать в твой адрес остроты? Довел мою девочку?

Моя девочка.

Это лишь игра для публики, знаю. Знаю и не позволяю себе забыть об этом ни на секунду.

Но… все же я чуть не задыхаюсь от восторга, до чего же приятно звучит!

– Обменялись несколькими фразами, ничего особенного.

– По Лене так не скажешь.

– Всего лишь кое-что проверял, – беззаботно отзывается Вениамин.

– Проверял?! Еще не наигрался?!

– Вся жизнь – игра. Почему я должен устраивать антракт посередине акта?

Марсель скрипит зубами.

– Вот поэтому я и не люблю появляться на твоих вечеринках. Не люблю появляться в этом доме вообще. Вместо теплого приема здесь всегда ждет какая-то проверка на прочность, на невозмутимость и испытание границ приличий. Причем, это касается не только меня самого, но еще и всех, с кем я приходил! – замечает Марсель. – С меня довольно. Если тебе скучно, то приглядывай лучше за женой. Что же касается меня, то считаю вечеринку оконченной. Больше мы здесь не появимся. Ни я, ни Лена!

Марсель поднимается резко и предлагает мне руку.

– Мы уходим. Чудесного вечера. Вечеринка просто шик, все на высшем уровне.

Я встаю так же быстро. Марсель крепко держит меня за руку. Волнение скользит от кончиков пальцев и распространяется по всему телу вместе с волной облегчения: кажется, теперь все будет иначе.

Мы лавируем между столиков, пробираясь к крайнему, чтобы выскользнуть на тропинку и уйти. Вслед доносится голос Вениамина:

– Брось, хорошо же вечер начался! Марсель…

– Веселой ночи, папа.

Марсель ничего не говорит, я тоже. Мы добираемся до парковки, молча садимся в машину.

Марсель стартует резко и уверенно. У меня сердце подскакивает и заходится в шальном ритме. Молчу. Кажется, разговоры сейчас точно лишние.

Машина выруливает на свободный участок дороги, ускоряясь до огромной скорости.

Уууух… Какие виражи!

В ушах даже немного закладывает. Только бы не разбились! Только бы…

Зажмуриваюсь от страха. Сердце леденит от тревоги.

Марсель плавно сбрасывает скорость, машина вливается в поток автомобилей, скользящих по загруженной трассе. Не успеваю ничего сказать или спросить, как Марсель роняет ладонь на мое бедро.

– Хватит с меня вечеринок. Едем в отель… – мерцает глазами. – Я же заплатил тебе за ночь. Покажешь мне все, на что способна Элли-Елена?

Пульс ускоряется. В мыслях в одном ритме с взбесившимся пульсом частит: «гад-гад-гад»! Неужели нельзя было хоть на минутку придержаться приличий и сделать вид, что ему не плевать?!

Что отец, что сын – одного поля ягоды! Так что пусть не делает вид, будто его коробит поведение Вениамина. Сам – точь-в-точь такой же! Только Вениамин действует неприкрыто, но Марсель для каких-то своих целей распушил павлиний хвост, создав видимость отношений!

Пальцы Марселя скользят выше, потом спускаются и поддевают подол платья, задирая его кверху. Поневоле в теле разгорается возбуждение. Не могу не реагировать на этого мужчину… Но и проучить его тоже нужно!

Соберись, Ленка! Ты же можешь…

Вдох-выдох…

Игриво шлепаю Марселя по руке.

– Извозчик, в номера! Хотя давай кое-куда заедем для начала… – смотрю на него с придыханием несколько секунд.

Потом отворачиваюсь.

– Нет, не думаю, что ты на такое согласишься! – с сожалением качаю головой, усмехаясь грустно. – Нет-нет! Забудь!

Отмахиваюсь.

– Что? О чем ты?

– Так. Ни о чем. Не думаю, что ты способен…

Быстро бросаю на Марселя взгляд с сомнением. Снова отворачиваюсь. Вздыхаю громко и грустно…

– Нет.

Отсчитываю секунды, как быстро красавцу захочется узнать подробности.

– Что «нет»? – уже через несколько секунд лопается терпение Марселя. – Говори уже! От секса отказаться не получится, так и знай!

– Я не отказываюсь от секса, безумно его люблю! Просто я хотела поиграть немного… Но не думаю, что ты на такое способен, – добавляю с сомнением. – Ты же такой консервативный, правильный, скучный.

– Кто консервативный? – повышает возмущенно голос Марсель. – СКУЧНЫЙ?! Я?!

Ух, неужели задело? В точечку, что ли?

Мать его, в яблочко!

– Ужасно консервативный. А я бы… ооох… – облизываю губы кончиком языка. – С тобой я бы дала волю своим желаниям.

– Со мной? Что во мне такого особенного?

– Ты мне сразу понравился. Еще давно, – взмахиваю ресницами. – Впрочем, ты и сам об этом знаешь.

– Да, ты кончала без конца. В прошлом. Сегодня тоже… – сверлит меня взглядом, в котором разгорается что-то дикое и неконтролируемое. – А давай!

– Что?

– Валяй, что у тебя на уме. Уходим в отрыв! – хлопает ладонью по рулю.

– Ах…

Я сжимаю бедра плотнее, будто не в силах контролировать возбуждение. Впрочем, правда возбуждена. Не стоит врать себе. Хоть в этом…

– Тогда поехали в одно местечко. Там есть все необходимое.

Я быстро перебираю в записной книжке телефона адреса, нахожу нужный и называю его.

– Что там? – интересуется Марсель.

– Не скажу. Но очень скоро ты обязательно об этом узнаешь.

Марсель рулит по нужному адресу беспрекословно. Тормозит. Я выбираюсь из машины, он – следом.

– Нет-нет! Сиди здесь!

– Что? Почему?

– Это же сюрприз! Как ты не понимаешь! Не порть себе вечер и ночь…

Посылаю ему воздушный поцелуй и быстро стучу каблучками к высокому крыльцу. У двери, обернувшись, машу пальчиками и снова посылаю воздушный поцелуй.

Марсель крепче сжимает руль и сверлит меня потемневшим взглядом, в котором огонь соревнуется со стальной выдержкой. При новом воздушном поцелуе на его скулах обозначаются желваки…

Кокетничаю открыто.

Дергаю тяжеленую дверь на себя и оказываюсь внутри.

Уф…

Так…

Легкомысленное выражение на лице сменяется на сосредоточенное.

Я деловито шагаю внутрь, не обращая внимание на антураж и развешенные всюду тематические игрушки. Меня не интересует бутафория, нужно кое-что покрепче…

За прилавком скучает темноволосая девушка. При виде меня она приободрилась.

– Здравствуйте. Мне нужны наручники. Не ширпотреб. Настоящие. Металлические…

Улыбаюсь своим мыслям: Марсель, ты за все поплатишься!

Я даже раскошелюсь ради такого…

Из магазина выхожу с мигом потяжелевшей сумочкой и приятным будоражащим предвкушением…

Глава 7

Елена

– Что ты купила?

В глазах Марселя читается любопытство.

Я молчу загадочно. Медленно забрасываю нога на ногу. В открывшемся разрезе до середины бедра мои ноги смотрятся соблазнительно. Я знаю, что выгляжу хорошо, не зря трудилась над собой. Взгляд Марселя мгновенно перемещается на мои ножки. Я поигрываю туфелькой, надетой на пальцы.

– Ты нарочно изводишь меня. Испытываешь терпение, – севшим, хриплым голосом отвечает Марсель. – Я же тебя затрахаю. Ноги вместе свести наутро не сможешь.

– Ох…

Тру ножками, покусываю губы.

Даю себе волю, всласть вспоминая, как он меня ублажал почти прилюдно. Нас могли застукать на горяченьком. В самый интересный момент. Но я точно знаю, что, даже будучи застуканной, все равно бы кончила от пальцев этого мужчины.

Сумасшествие! Определенно, сумасшествие. Но сейчас мне на руку это возбуждение.

Играя, увлекаюсь, и разрешаю себе подумать о запретном. Попробовать на вкус… Ммм…

– Может быть, ты сделаешь исключение? По старой памяти.

– Какое? – уточняю я.

– В ротик возьмешь! – прямо просит Марсель. – Хочу, чтобы ты мне отсосала.

Внутри взрывается вулкан предвкушения. Я бы могла… С удовольствием. Не будь он таким говнюком…

Сейчас принципиально не стану! Но не буду говорить об этом прямо, нужно действовать хитрее: завлечь в свои сети, обмануть и бросить гада неудовлетворенным… О да, именно так и никак иначе.

– Я подумаю, – обещаю, скромно опустив ресницы.

Чтобы сотворить задуманное, мне нужен вагон везения и тележка смелости. Едва дышу, продолжая выпускать воздух через рот.

Мои щеки горят… Лицо полыхает. Сердце колотится.

И от волнения, и от возбуждения, охватившего тело.

Ведь невозможно сыграть равнодушно.

Меня зацепит… Лишь бы не унесло. Ооо…

– Блять. Да ты горишь! Сиденье моей тачки прожигаешь киской… Не терпится посмотреть, что ты купила.

– А ты сыграешь по моим правилам?

Я осторожно крадусь пальчиками по его ширинке. Снизу-вверх. Нащупываю замочек крохотный и расстегиваю его.

– Ох, Марсель…

Трудно приходится. Места мало для маневра. Но я все же сумела спустить трусы и обхватить пальцами его стояк, мазнув подушечкой большого пальца по головке, сняв капельку смазки.

– Давай… – хрипит он, дернув бедрами мне навстречу. – Продолжай.

– Сыграем? – предлагаю, двигая рукой вверх и вниз. – Потом я тебя побалую сладким минетом.

– Рррр…

– Очень хочу это сделать. Переступить через табу. А ты…

– Что?

– Тебя не было на вечеринке. Развлекся с кем-нибудь?

Я ускоряю движения. Марсель разводит бедра, принимает более удобное положение. Стрелка спидометра быстро ползет вверх.

– Нет.

– Точно? – крепче сжимаю.

– Сказал же, тебе засадить не терпится. Трепался с другом семьи. Хороший человек, в отличие от моего папаши. Аааа… Ммм… – стонет и роняет пальцы на мою руку, придерживает их резкой хваткой. – Тормози. Мы почти приехали.

– Хорошо, – целую его в шею, покусываю. – Хорошо…

– Хватит, – просит он совсем сдавленно. – Я в твой ротик хочу спустить, а не в твой кулак.

Мне приходится остановиться и вынуть руку из его брюк, чтобы тщательно упаковать стального гиганта обратно в трусы, застегнуть ширинку и сесть, часто дыша.

Возбуждена.

Крайняя степень…

Мои трусы такие мокрые – хоть выжимай!

Машина тормозит возле уже знакомого мне отеля. Марсель выбирается из салона с нетерпением и подает мне руку. Меня охватывает предвкушением. Не знаю, что возбуждает меня сильнее – сам Марсель – красивый и дерзкий, или мой план – горячий и не менее опасный, чем Марсель.

До номера добираемся быстро. Ощущение, что взлетаем, отрываясь от земли. В лифте Марсель вжимает меня в себя крепче и требовательнее. Я с улыбкой смотрю на его губы, он закатывает глаза:

– Что, снова целоваться хочешь?

– Но ты же не целуешь бедную шлюшку…

– Ради обещанного минета исключение сделаю! – подмигивает он и рывком набрасывается на мой рот, словно только этого и ждал.

Дзынь-дзынь…

Звоночек не только в кабине лифта, но и внутри моей головы.

Правильно, Лена, не забывайся. Действуй смело. Но не стоит забываться. Ни на секунду! Хватит терять от этого мужчины голову. Пора бы вскружить голову ему самому и оставить ни с чем!

В буквальном смысле этого слова.

– Наш номер.

Марсель чиркает пластиковой картой по специальному замку. Мы оказываемся внутри. Ох, он не поскупился снять номер из нескольких комнат: спальня, гостиная, мини-кухня с роскошным баром.

Я не успеваю ничего сказать.

Бах…

Прижата к стене.

Вжух…

Платье быстро поднимается вверх.

Рррраз…

Мои трусики летят к ногам.

Марсель резко дергает пряжку своего ремня, не прекращая меня целовать.

Божечки, он меня сейчас… Прямиком у этой стены… У этой двери оттрахает!

И я буду не я, если не хочу этого, но с трудом соскребаю остатки женской гордости и впиваюсь зубками в его губы, отталкиваю ладонями в грудь.

– Что? – рыкает голодно. – Харе ломаться, Шатохина! Давай уже поебемся, а? Мы оба знаем, будет классно.

Ульяна как-то обронила, что Марселя и его друга Андрея в шутку называли «Ебари всея Руси». Сейчас голодный Марсель со спущенными брюками, с членом, который готов был порвать трусы, очень сильно походил на того самого ебаря. Голодного зверски. Озабоченного и всегда желающего завалить добычу и отыметь всеми возможными способами!

– Конечно будет классно, Марсель! А поиграть? Понаслаждаться!

– У меня член зудит. Дай сбросить пар, потом будет наслаждаться. Ночь впереди.

Я хватаю его за член через трусы.

– Зудит? Как нехорошо! Надеюсь, это не какая-нибудь бяка?

– Рррр…

Марсель хищно клацает челюстью. Мне кажется, он готов меня укусить за подобные шуточки.

– У тебя с собой презервативы имеются?

– Целая лента. В пиджаке. В брюках. В ящиках стола. Ленка… – снова рычит. – Иди сюда!

Я с трудом избегаю тарана его мощного стояка!

Хорошо, что его брюки скользнули вниз до самых щиколоток. Это значительно замедлило передвижения Марселя, иначе бы он меня точно поймал и распластал по стене и отжарил, мама не горюй!

Я уворачиваюсь от него с легким смехом и пролетаю вглубь номера, направляясь прямиком к бару, наполняю два бокала вином.

– Чин-чин? Вина?

– Кровать. Постель. Секс! – чеканит Марсель, на ходу избавляясь от пиджака и рывком дергая рубашку.

– Скучный! Ты реально скучный!

Я действую все смелее и смелее по мере того, как в глазах Марселя разгорается совершенно неугасимая жажда.

Отпиваю вина и, подойдя к Марселю, протягиваю ему бокал. Он осушает его одним махом, не сводя с меня пристального взгляда.

Левая ладонь задирает платье, пальцы ложатся между складочек.

– Ты ужасно мокрая…

– О да… – стону, шире расставив ножки.

Его пальцы проходятся по складочкам, мнут их хорошенько.

Марсель трогает меня за клитор, пощипывая его. Я чуть не подпрыгиваю, расплескав остатки вина.

– Аааах…

– Скоро будешь ахать без остановки, – обещает Марсель.

Его член толкается в низ моего живота настойчиво. Боже, я хочу его… Хочу его член… Хочу…

С трудом заставляю себя оторваться от созерцания красивого мужского тела и подставляю губы для поцелуя.

Марсель принимается меня целовать немедленно и подталкивает к столу.

Я должна быть главнее. Соблазнить его. Сама… Ах… Да… У меня план…

Под задницей чувствую край стало. Марсель отбирает у меня бокал и быстро опускает на стол свой бокал.

У меня… все продумано. Но сначала нужно завлечь Марселя окончательно…

Мужские сильные пальцы тискают мои бедра и впиваются в них, подсаживая. Марсель резко раздвигает мои ноги.

Я же смогу контролировать ситуацию… Я умнее… Сдержаннее. У меня идея отомстить…

Я… ааа…. А… Ох…

Он большой, крепкий, толстый.

Врывается в меня уверенным рывком.

– Блять! – стонет Марсель, ворвавшись в меня.

– Боже! – выкрикиваю, балансируя на крае стола с широко раздвинутыми ногами.

– Да… Да… Сегодня молиться на меня будешь!

Марсель агрессивно впивается в мой рот алчным поцелуем. Моя задница елозит по столу от мощнейших и быстрых толчков. Пятки вот-вот готовы соскользнуть с края столешницы. Пальцами царапаю шею и плечи Марселя, держась за него, пока он долбит меня быстрыми и точными движениями.

Заведен… Возбужден!

Божечки, он как отбойный молоток, вгоняет в меня стальной член, действуя без устали. Голова кружится от накатывающих волн наслаждения. Через минуту после агрессивного вторжения и неумолимых движений мне уже хочется кончить. Я с трудом удерживаюсь, меня трясет, подбрасывает.

– Марс… Марс… Марсель, притормози… Умоляю!

– Кончай, – выдыхает в мои губы. – Всю ночь тебя трахать буду. Интересно, сколько раз кончишь?

Я внезапно сбиваюсь со счета: тот раз на вечеринке считается? Или нет… Если считается, то… Ох… Ах… Нет! Считать даже до трех не получается, когда тебя так роскошно оттрахивают, начиняя вагину уверенно раз за разом.

Волна острого удовольствия пробирается по всему телу, пальчики ног подгибаются к внутреннней части стопы. Оргазм бухает в глубине тела. От него темнеет в глазах. Я покрикиваю, совершенно потеряв рамки, чувствуя, как еще жестче в меня впиваются пальцы Марселя. Он резким рывком выдергивает из меня член, слегка поглаживая его. Я мигом обмякаю, как будто из меня вытащили стержень.

Едва дышу. Мои ноги, как желе, мысли студенистые.

– В чем дело, Элли-Елена? – спрашивает с иронией Марсель. – Кончаешь так, будто на члене год не каталась…

Пот заливает глаза и собирается над губой. Я заставляю себя моргать и улыбнуться Марселю:

– Просто люблю секс, а ты…. хорош! Очень хорош… Ммм…

Тело пробирает мурашками от экстаза. У Марселя не опадает, крепко стоит. Он трогает себя, но не слишком часто.

– Пошли… – призывает. – Минутная передышка окончена! Пора любительнице секса Элли взяться за свою работу и показать мне обещанное небо в алмазах после охеренного минета!

Приблизившись, он начинает целовать меня в шею и запускает пальцы в прическу. Ладонь опускается на затылок. Второй рукой Марсель обхватывает меня за талию и спускает на пол. Уверена, что теперь он надавит на затылок и потребует, чтобы я…

– Вставай на колени…

– С удовольствием, – выдыхаю в губы.

Соберись-соберись. Живо взяла себя в руки, Ленка. Опустишься сейчас, присосешься к его агрегату, он мигом спустит мне в рот и все… Пропало!

– Давай же. Не томи. Я хочу…

– Конечно.

Конечно, хочешь, скотина озабоченная! Поцеловав Марселя, я отклоняю голову назад и смотрю на него снизу-вверх через прикрытые ресницы. Красивый, зараза. Сексуальный… И к тому же мерзавец! Просто полный набор черт для того, чтобы разбить сердце.

Но только не сегодня.

– Пойдем на кровать! – говорю с улыбкой. – Мой сюрприз долго ждать не может.

– Минет! – настаивает Марсель.

– Ммм…

Я веду пальчиками по его груди, опускаюсь через пресс и скольжу по темной дорожке волос, ниже. Его тело напрягается. Вены на члене выделяется еще сильнее, когда я его обхватываю.

– Ты так просишь, как будто тебе год, а то и больше не отсасывали хорошенько. Но кое в чем ты прав. Так, как это делаю я, не сделает больше никто… На кровать, Марсель. Мой сюрприз напрямую связан… Пошли. Доверься, тебе будет сладко. Горячо… Ты не пожалеешь! – мурлыкаю, обещая райское наслаждение, не забывая при этом легонько поглаживать и дразнить его.

В последний миг резко бросаю и ныряю под его руку, подхожу к кровати и сажусь на нее, похлопав ладонью по покрывалу. Не забываю про сумочку. Ставлю на тумбу рядом с кроватью и заранее открываю замочек.

– Пойдем. Я тебя очень хочу, – выдыхаю и развожу ножки, начиная гладить себя на глазах у возбужденного мужчины.

– Кажется, теперь я понимаю, за что заплатил тебе столько. Ты как сирена!

Он рядом. Продавливает под себя, вжимает в матрас. Его член, как питон, настойчиво скользит у меня между ног, пробираясь к входу. Мне стоит больших усилий свести ноги и не пускать его, но отползать понемногу к изголовью, а потом, целуя Марселя, толкнуть его ладонями в грудь.

– Я буду сверху.

– Мы так не договаривались.

– Но тебе понравится. У меня своя техника… Особенная.

Глава 8

Елена

Выматерившись, Марсель расслабляется и позволяет нам поменяться местами. Я подталкиваю его еще и еще к самому изголовью, начинаю целовать. Теперь самое сложное… Нужно заставить его забыться. Я медленно перебираюсь поцелуями вниз, игнорирую вставший член, ласкаю бедра, немного задеваю потяжелевшие яйца, сминая их в ладони.

– Принимайся за дело. Соси… – хрипло просит он, дернув бедрами вверх.

Всего на миг я накрываю ртом крупную головку, он мгновенно нажимает мне на плечи.

– Руки, – прошу я. – При себе держи! Еще лучше заложи за голову, не мешай мне работать в своем ритме.

– Командирша нашлась!

– Ты согласился поиграть. Помнишь? Или уже съезжаешь с данных обещаний?

– Согласен. Только, Лен… Побыстрее давай. Яйца сейчас лопнут! На мозг давит…

– Ты будешь кончать, как будто у тебя еще никогда не было секса!

Снова поднявшись, целуя его шею, глажу, расслабляя. Он медленно поднимает руки, подкладывая их под голову.

Тот самый миг! Я быстро выдергиваю наручники из сумки и зещалкиваю. Все быстро. Цепочка перекинута через перекладину. Щелк на одном запястье и на втором.

Марсель понял, что я его приковываю почти сразу же.

– Ты что творишь?

– Это такая игра. Ты меня безумно заводишь! – продолжаю шептать и целовать мужчину.

Готово! замираю… Можно бежать? или поиграть еще немного.

Я сижу сверху и испытываю сильнейшее желание. а он так красив и обездвижен… Просто настоящее искушение.

С улыбкой я сползаю назад и приподнимаю бедра, елозя мокрыми складочками по его члену.

– Черт… – стонет Марсель. – Я рассчитывал на кое-что другое.

– Все будет, – дрожу, подняв бедра. – Будет. Немного терпения…

Усаживаюсь поудобнее, приподнимаюсь и опускаюсь плавно. Сама. Ох как хорошо… Выгибаюсь в спине. Обхватываю грудь руками и начинаю раскачиваться в монотонном ритме, трахая Марселя сверху.

– Черт….

Его член во мне каменеет, напрягается. Он рывком дергает руки. Не получается.

Тело натянуто. Ему хорошо… Глаза пьянеют.

– Расслабься и получай удовольствие, Марсель. Это только начало… – постанываю, лаская себя.

– Сожми свои сиськи покрепче, поиграй с сосками! – приказывает он.

Невольно ускоряюсь. Желание подкатывает. От движений пальцев и приказов Марселя завожусь еще больше. Начинаю двигаться быстрее, скользить увереннее.

– Продержишься? – прошу, облизнув губы. – Я хочу кончить, а потом возьмусь за тебя. Тебя ожидают часы… блаженстваааа… Аааах!

Больше не могу говорить. Упершись обеими ладонями в грудь Марселя, начинаю двигать бедрами в предельно быстром темпе, скользя вперед и назад, подскакиваю, выгибаюсь в спине, пока его член не занимает то самое верное положение внутри и при каждом моем движении вызывает сладкие судороги.

Еще… Еще… Быстрее… Это уже не поддается контролю.

Я взрываюсь, крепко стискивая Марселя изо всех сил. Стеночки лона напряжены, содрогаются и пульсирует.

В голове звенит… Ничего не слышно… Просто кончаю долго-долго, продолжая двигаться медленнее и медленее…

Звякает сталь наручников. Марсель дергается. Всем телом. Губы закушены. По лицу катится пот.

– Я держусь из последних сил, – хрипит он. – Мы без резинки. Ты на контрацептивах?

Киваю быстро-быстро… Но сама быстро соскальзываю в момент, когда его член даже без моих усилий вдруг напрягается еше больше.

– Эй… Ты…

– В чем дело, Марсель? – говорю, задыхаясь от пережитого удовольствия. – Ты же хотел что-то особенное?

– Возьми его. Побыстрее. Прямо сейчас…

Я сдвигаюсь и наклоняюсь, медленно приближаясь ртом к крупной, набрякшей головке. У него идеально ровный, красивый член… Напоминает дерзкий штурвал. Я трусь об него щекой, вожу губами, чувствуя собственный вкус и запах, дразню кончиком языка отверстие, снимая пряную смазку под маты Марселя. Уверена, он кончит, стоит только мне взять в рот, даже не целиком, и просто сделать одно-два движения.

Но его удовольствие в мои планы не входит.

– Ты охеренная… Бери член! – просит Марсель.

Я отстраняюсь и сажусь, жду, когда голова перестает кружиться и медленно встаю с кровати.

– Эй… Ты куда?

– Я беру наличкой, – отвечаю охрипшим голосом.

– Да-да. Знаю правила. Конверт в кармане пиджака. Продолжай, ты получишь свой гонорар…

Вынимаю из пиджака увесистый конверт и похлопываю им по ладони.

– Хочешь меня?

– Хочу, – его глаза прожигают мое тело раскаленной сталью.

– Хорошая шлюшка вышла из деревенщины Ленки Шатохиной?

– Ты просто ас… мать твою… Давай потом поболтаем о прошлом?! Я тебя хочу! – дергает руками.

– Отлично!..

Обхожу кровать с другой стороны и беру свою сумочку. Отхожу подальше и, достав телефон, делаю снимок.

Один-второй. Третий.

– Ты что… Ты что творишь?!

Обернувшись, делаю пальчиками знак “v” и щелкаю селфи на память.

Кажется, все… Теперь можно привести себя в порядок и одеться.

– Шатохина, мать твою… Вернись и дотрахай уже меня, как следует. Ты что задумала, стерва!

Я скрываюсь в ванной, приводя себя в порядок как можно быстрее. Поправляю поплывший макияж, надеваю платье, взбиваю прическу. Возвращаюсь.

Марсель буянит, изрыгая проклятья и дергая руками.

– Бесполезно. Здесь крепкий дуб!

– Ааа… Это такая игра! – смеется. – Я понял. Все, наигрался. Ты ас, Лен. Отстегивай!

– Отстегнуть?

Я перекладываю деньги в свою сумочку и надеваю туфли.

– Нет, Марсель. Не отстегну. Это игра, да. Но… По моим правилам.

Кажется, до него доходит! Марсель взрывается, яростно вскрикнув.

– Накажу! Отшлепаю! Ты за это поплатишься! – грозно рычит обездвиженный красавчик.

– Сначала догони и поймай меня! Оп! – хихикнув, я подхожу к окну, выбрасываю ключи от наручников в окно.

– Ты что сделала? Ты… ЧТО ТЫ СДЕЛАЛА?!

Я подхожу к Марселю и еще раз уделяю внимание его неопавшему член, подрочив немного пальцами. Он пытается достать меня ногой. Но я успеваю отойти и завершаю картину, быстро заткнув рот Марселю своими трусиками в момент, когда он снова начинает обещать, как отыграется на меня.

– Угу-гу… Бу-бу-бу! Му-му… – передразниваю приглушенные звуки. – Кажется, сейчас кое-кто побудет в роли Хатико. Тебе придется ждать, пока придет уборка в номер и вызовет слесаря! Чао! Горячей ночки!

Я быстро смываюсь из номера, повесив на ручку табличку “не беспокоить”. Вылетаю на кураже. Смеясь…

Всю дорогу до квартирки меня разбирает смехом и весельем. Я счастлива, довольна собой… Пирую победу, даже не представляя, что неприятности не просто стучатся в мою дверь, они ее уже вынесли, сорвав с петель, и заняли все пространство!

Падаю без сил на тонкий, скрипучий диван и закрываю глаза. В голове все еще кружит-кружит. Я все еще танцую, а в крови гуляет игристое вино. Пролетаю все события вечера и хохочу в голос, вспоминая выражение лица Марселя. Привязанный, голый, с торчащим членом. Когда я взяла его член и начала ласкать пальцами, он всем телом навстречу мне дернулся. Деревянные перекладины затрещали.

Я даже начала опасаться, что хваленый дуб – это лишь крашеная фанера! Но дерево выдержало, а Марсель изрыгал проклятия, вплоть до тех самых пор, пока я не заткнула его грязный рот своими мокрыми трусиками.

О, на лице звездного пилота было написано все: ненависть, досада, возмущение и вожделение! Ведь несмотря ни на что, у него ох как на меня стоял…

Я оставила Марселя ни с чем и забрала деньги.

Отдыхай, красавчик…

Я отомстила от души. Не думаю, что он расскажет кому-то в своей жизни о таком позоре. Эта тайна отправится с ним в могилу, а вот я… запросто могу рассказать всем и показать. Фото на телефоне сохранилось…

Шатохину лучше не обижать!

Еще несколько минут я веселюсь и куражусь, активно заполняю свой профиль красивыми фотками. Благо, локаций в доме отца Марселя было достаточно, и почти все фото, даже сделанные наспех, вышли отличными.

Я загружаю два фото. Одно из них сразу же лайкает Марго и отправляет в личные сообщения вопрос:

«Как прошло?»

«Еще в процессе, Марго. Вечеринка просто адски прекрасна…»

«Красиво выглядишь. Зажги хорошенько!»

Треп подружек? Нет, я не настолько глупа, чтобы решить, будто Марго по-приятельски интересуется, насколько весело я провожу время.

Это просто контроль… Мамкин, как сказал бы, Марсель. И ее пожелание «зажечь» – это лишь пожелание показать клиенту небо в алмазах.

А я… Показала Марселю кое-что другое!

Ох, какая я коварная, гадкая, думаю с улыбкой.

Я повеселилась, получила удовольствие, забрала деньги и отомстила Марселю.

Сумма внушительная… Потом отнимаю из нее агентский процент и становится уже не так весело.

Улыбка вянет. Если каждый выход в качестве девушки на одну ночь будет приносить столько денег, мне понадобится еженощно с одного члена на другой перескакивать без передышки на протяжении длительного периода времени. Долг, тем временем, растет. Чем дольше буду отдавать, тем больше.

Надо еще на что-то жить, одеваться. Нужно выглядеть хорошо, не вечно же у Дашки вещи брать в долг. Одеваться красиво, быть ухоженной. На дешевку никто не поведется…

Я хорошо считаю в уме, и когда начинаю прикидывать, даже самое необходимое, даже купленное на гигантских распродажах, начинаю испытывать приступ паники.

Это кабала! Это вечная кабала… Мне ни за что с долгами Тетерина не рассчитаться и не бросить эскорт, думаю мрачно. Где я еще за одну ночь смогу заработать столько. Сегодня Марсель попался, я кайфанула, а что потом?

Кто попадется?.. Что будет?

Мамочки, куда я попала…

Мне больше не хочется жить красиво.

Заберите меня отсюда. Просто заберите…

* * *

К утру следующего дня я уже составила план действий. Мысленно распилила свой гонорар за первую ночь на части. Не откладывая в долгий ящик, первым делом отложила на оплату долга Тетерина. Там такие люди – мамочки… Не дай боже с ними шутить или хотя бы на пять минут выплату просрочить. Порежут на ремешки для сумочек, на обложки для паспортов и выставят в ЦУМ с вывеской “нежнейшая кожа, ручная выделка. Эксклюзив”. И ведь найдутся же покупатели!

Брррр…

Поэтому, едва продрав глаза, я бегу в банк, вношу деньги на счет для погашения долга, скрупулезно проверяя каждую циферку. Деньги отправлены.

Теперь – самое жуткое. Нужно позвонить и отчитаться.

Набираю номер, задерживая дыхание. На том конце связи отвечают коротко:

– Да.

Словно кто-то гавкнул мне прямиком в ухо.

– Здравствуйте. Деньги отправлены.

– Чек по этому номеру. Проверю.

– Хорошо, сейчас все сделаю.

Я такая покладистая – чистый шелк. Отправляю фото чека о совершенном взносе на счет.

Проходит несколько минут.

Проверяют пополнение.

Телефон тренькает сообщением:

“Хорошо. Следующий месяц, тем же числом. Без просрочек”

Это заняло не так много времени, но выкачало из меня львиную долю ресурса душевных сил. Я возвращаюсь в убогую квартиру, две или три остановки прохожу пешком и думаю: почему Тетерин выбрал меня? Разглядел во мне дурынду, на которую можно было свалить свои долги и свалить? А я-то… уши развесила, повелась на обещания красивой жизни!

Дура-дурой…

Потом я звоню Дашке – подруге, которая и рекомендовала меня в эскорт-агентство Марго.

Даша не отвечает. Дозвониться не получается.

Попытавшись еще раз, я откладываю телефон в сторону. Моя подруга, скорее всего, либо отсыпается после встречи с клиентом, либо спит перед встречей с новым мужчиной. Она вообще живет только исключительно вечером и ночью, а днем всегда спит… Иногда удается дозвониться утром, редко-редко мы встречаемся днем. Но по большей части она – вечерняя нимфа.

Разумеется, нужно еще встретиться с Марго и отдать ее процент. Должна сказать, он обдирательский. Но жаловаться не на что. Другого способа “поднять” столько денег за одну ночь еще никто не придумал.

Можно попробовать в карты выиграть, но в свете последних проблем я не хочу полагаться на слепую удачу. К тому же крупные выигрыши требуют крупных ставок. Нет, не хочу терять то немногое, что у меня есть.

Марго позвонила первой.

Назначила встречу за ужином.

Я рассчитывала встретиться пораньше, но не отказывать же… менеджеру.

Разумеется, я соглашаюсь приехать в указанное место и строго в назначенное время. На встречу с Марго я собираюсь едва ли не тщательнее, чем на вечер с первым клиентом.

С мужчинами всегда проще. Они любят смотреть и цепляются за броские детали – высокий разрез, грудь в низком декольте, торчащие соски и пухлые губы. С ними проще выглядеть идеальной.

Женщины же подмечают детали. Каждая пропущенная мелочь может стать не просто объектом для острых насмешек. В моем случае небрежная укладка, покрасневшие зрачки, линия стрелки не такая идеальная, какой должна быть, или маленький заусенец на пальце – это приговор неряхи!

Поэтому я тщательно наношу легкий макияж без макияжа, делаю воздушную прическу. Надеваю светло-голубые джинсы высокой посадки, рыжие оксфорды и пуловер мягкого оранжевого цвета. В комплект идет бежевая сумочка, на этот раз мой скромный GUESS, вместо фирменного PRADA, которую я одолжила у Даши вчера.

Пристально разглядываю свое отражение: выгляжу повседневно, но стильно. Не прикопаться. Лицо смотрится свежим, отдохнувшим. Наношу немного блеска на губы и подмигиваю: никто не даст мне больше двадцати в этом образе. Выгляжу как студентка старших курсов.

Приезжаю на такси. Мельком оглядываю себя в зеркальце перед тем, как войти в здание кафе, поправляю волосы и говорю мысленно, что справлюсь со всем. Иногда аффирмации работают без осечек, иногда я сама не верю в то, что говорю. Но сегодня заставляю себя поверить. Через “не хочу заниматься этой фигней, она все равно не работает”!

Марго с идеальным боб-каре цвета платины я замечаю сразу же. Она издалека кивает мне в знак приветствия и показывает за столик. Я целую воздух возле щеки Марго и ловко опускаю конверт с ее долей дохода в сумочку, которую она заранее расстегнула.

Быстро. Четко. Движения отточены. Никто ничего не заметил. Ловкость рук и никакого мошенничества.

Наверное, со стороны и не скажешь, что я пришла к сутенерше на разбор полетов. Даша предупреждала, что Марго будет спрашивать, задавать вопросы. Ей нужно оценить, стоит ли со мной дальше работать.

Я заранее подготовилась. Меня ничем не смутить… Я продержалась на вечеринке Кречетова, а Марго по сравнению с Ингрид в общении – просто милейшая и добрейшая женщина.

Испытываю легкий внутренний тремор от мыслей о том, в каком виде я оставила Марселя. Небольшая паника подавлена в тот же миг. Мужчины не станут делиться моментами поражений. Скорее, Марсель одержит победу над очередной дамочкой и всюду похвалится об этом. Он будет молчать, мне это на руку.

Справлюсь…

– Как прошло?

– Замечательно, – отвечаю с улыбкой. – Волшебная ночь. Мы быстро нашли общий язык.

Внезапно слева от меня звучит скрежет отодвигаемого стула. Кто-то нарочно громко, действуя на нервы, скребет ножками по кафельному полу.

БУХ!

– Действительно. Волшебная! – рявкает знакомый мужской голос.

За наш столик опускается третий.

Нет-нет, только не это… Только не он! Только не он! Но…

Это Марсель.

Судя по его взгляду, он что-то задумал, и меня не ждет ничего хорошего!

Глава 9

Елена

Марсель садится за стол с идеально прямой спиной.

Холодный. Сдержанный. Красивый.

Полный тугой, сжатой ярости, которая плещется в его глазах.

На нем надет темно-серый костюм с кремовой рубашкой.

Из-под рукавов пиджака выглядывают следы перевязки.

У него перебинтованы запястья.

Вот черт! Так сильно дергался, что содрал кожу на запястьях?!

Я не думала, он выберется так быстро, а он, судя по всему, не только выбрался, но и отдохнул, переоделся.

Марсель свеже выбрит и одет с иголочки. Вот только бинты… Они все портят. Они дробят идеально продуманный образ на составляющие. Эти белые полосы притягивают мой взгляд и невольно расшатывают внутри эмоции, раскручивая их по спирали.

Легкое злорадство уступает место сожалению.

Я же не хотела вредить Марселю. Не думала, что он будет рваться, как одичалый зверь в клетке.

Зачем он себе навредил?

Я испытываю мощный раскат неловкости под толстым слоем соуса из сожаления и желания все исправить, откатить время назад. Тогда я бы просто отказалась от сопровождения…

Да? Хочется обмануть себя, что я бы так и сделала!

Но я не буду врать себе. Я бы так не сделала.

Слишком много проблем. Слишком большой долг висит на моей шее ярмом утопленника.

Не отказалась бы… Но что тогда? Что можно было бы исправить?

Затолкать обиженную Ленку и оставить только Элли. Она приятная, легкая и готова услужить любому. Не отращивает шипы, но ластится кошечкой к любому, кто заплатит за ночь.

Ведь Марселю такая нравилась.

Нам было хорошо в моменты, когда мы не разговаривали. Когда просто целовались и сходили с ума, плавились от близости и возбуждения.

Все так просто: Марселю понравился образ Элли, надетый поверх знакомой простушки Ленки Шатохиной из села Лютиково.

Надо было оставаться в рамках образа. Не давать выход прошлым обидам…

А я… Я же… Эх, Ленка!

Поздно пить Боржоми, когда почки отвалились.

Теперь нужно отвечать за содеянное, и отвечать придется.

Не просто так же Марсель здесь появился. Ему что-то от меня нужно.

Марго цокает коготками по столу, словно ничуть не удивлена появлению мужчины. Она даже не стала с ним здороваться, как будто уже поздоровалась несколькими минутами ранее.

Неужели Марсель ей позвонил?! Пожаловался, что ли?!

Вот гад… Как-то не по-мужски!

Я совсем не ожидала, что он так поступит.

Я была уверена, он позориться не захочет! Никто бы на его месте не захотел быть опозоренным.

Но он пришел и смотрит на меня прямо, дерзко впивается взглядом.

Я тушуюсь и робею, не могу выдержать такой артиллерийской стрельбы ледяными и горящими взглядами.

Боже, он же меня четвертует… Пытает и выносит приговор своими глазами.

Мой язык немеет во рту и словно распух. Не могу им пошевелить.

– Не хочешь ничего объяснить, Елена? – сладко спрашивает Марго. – Я думала, ты приличная девушка, которая понимает всю суть работы в сопровождении состоятельных мужчин. Когда мы с тобой беседовали, я пришла к выводам, что ты готова отнестись к делу со всей душой и старанием. Неужели я в тебе ошиблась?

– Я… – выдаю сдавленно.

Не знаю, что Марсель ей рассказал. Явно, ничего хорошего.

– Но, оказывается, ты меня подвела. Выставила себя в дурном свете, обманула клиента. Ты подвела репутацию моего агентства. Кристально чистую репутацию, – подчеркнула Марго и помассировала виски, словно ее скрутило мигренью. – Причем, ты подвела меня так, как я того не ожидала. Такое в моем бизнесе случается впервые. Ты…

Она делает паузу и бросает брезгливо.

– Ты взяла без спроса кое-что ценное. Своровала!

Марсель смотрит прямо на меня и ухмыляется одними бесстыжими глазами.

Я ожидала чего угодно – обвинений в недопустимости такого поведения, требования вернуть деньги и необходимости принести извинения, но не обвинения в воровстве!

– Что?!

У меня во рту пересыхает.

Мысли пульсируют бесперебойно.

В висках дробится пульс.

Я сгораю.

– Нет. Вы… Вы… Вы путаете что-то.

– Из дома моего отца кое-что пропало. Во время вечеринки, – медленно говорит Марсель. – Все люди проверенные и состоятельные. Никто бы не украл. Прислугу уже обыскали. Чисто. Было только одно новое лицо – ты.

Смотрю на Марселя с возмущением, пинаю его ногу под столом.

Как так?!

Что это вообще…

– Это ошибка! Я ничего не брала! – возражаю яро, смотря ему в лицо.

Он отвечает мне невозмутимым, ровным и ясным взглядом.

– Верни то, что взяла.

Мамочки, вот это способность… не просто врать, но брехать нагло!

Я просто в шоке, как можно так солгать, не моргнув и глазом, с высокомерным выражением на лице.

Ни один мускул на его идеальном лице не дрогнул!

Черт, Марсель даже не моргнул ни разу, стойко выдержал огонь моего возмущения и яростные пинки под столом.

– Ты украла. Точка…

Марсель отворачивается и смотрит на Марго:

– Вы поручились за эту девушку. Предупредили, что она на испытательном сроке. Но я не думал, что вы подбираете с улицы девиц, нечистых на руку.

– Прошу прощения. Этого больше не повторится.

Марго стреляет в мою сторону взглядом, а потом вкладывает в свою пышную речь с обильными извинениями все обаяние и сладость, на которую она способна, а способна она на многое…

Я слушаю, и внутри все слипается от обилия сахарной патоки в речах Марго. Свою речь она резюмирует словами:

– Вы можете выбрать любую другую девушку из моего агентства. В любое удобное для вас время и место. Кого захотите, когда захотите и как захотите. Полная вседозволенность!

– Что, снова подкинете мне кота… простите, драную кошку в мешке? – интересуется Марсель.

– Нет. Это будет проверенная девочка, с положительным опытом и исключительными рекомендациями. За счет заведения. И на любые другие заказы вам будет представлена очень хорошая скидка и будет действовать постоянно, – предлагает Марго. – Кроме того, я могу помочь вам в поиске пропавшей ценности. У меня есть хорошие знакомые, в самых различных кругах и сферах.

– С воровством я разберусь сам. Ваши извинения я принимаю, как и все предложенные бонусы. Но есть одно требование.

– Слушаю вас.

– Она… – кивает в мою сторону небрежно Марсель. – Лишается работы.

– Уже лишилась! – заверяет Марго.

– Тогда на этом все. Можете идти. Мне нужно поговорить с Леной. С глазу на глаз, – холодно отпускает Марго. – Обсудить, как она собирается возвращать украденное и возмещать ущерб… – улыбается одними губами.

Его глаза обдают меня кипятком, обещая ад.

– Еще раз примите мои искренние извинения! – воркует Марго и смотрит на меня. – Елена, я не могу продолжить сотрудничество с тобой и позабочусь о том, чтобы больше никто из девочек не обжегся, взяв тебя в наш бизнес. Запомни этого мужчину, – легким плавным жестом руки делает акцент на Марселе. – Это был твой первый и последний клиент.

Я хотела прекратить работу в сопровождении с первых же минут, как согласилась пойти по этой дорожке!

Но не так… Не будучи облитой помоями с ног до головы!

Я в шоке.

Выдаю блеющие оправдания.

Меня никто не слышит.

Боже, я даже саму себя не слышу!

Этот голос срывающийся, эти слова ломаные звучат только в моей голове!

Марго изящно поднимается со словами:

– Всего хорошего, Марсель. Я жду вас в гости… Поверьте, досадное происшествие с Еленой была единственной ошибкой, которая больше не повторится. Я об этом позабочусь.

Марго выпорхнула из-за стола, оставив за собой тонкий, приятный шлейф “Черной орхидеи” Том Форд.

Пикантно, будоражаще…

О большем я думать не в силах.

Пытаюсь вспомнить, какие в том парфюме задействованы ноты, вместо того, чтобы думать, как быть дальше.

Чур, я в домике… В домике.

Меня не трогать!

– Ну что, Шатохина? – приводит меня в чувство ледяной голос Марселя. – Один-один?

– Что ты наделал… – шепчу. – Зачем. Ты не понимаешь… Я ничего не крала. Ничего!

Я смотрю на него с болью и возмущением.

– Это месть за события прошлой ночи?

– Ты хотела сказать, месть за то, что ты оставила меня в унизительном положении? Определенно!

– Но ты соврал. Соврал! Я ничего не воровала. Ничего не воровала! Как у тебя язык повернулся так меня оболгать?!

– Да. Ты ничего не крала из дома моего отца. Но ты у меня взяла деньги, не отработав. Это ли не суть воровства? – спрашивает надменным тоном, полным превосходства. – Что именно ты украла, вопрос второстепенный. Прищемить тебе хвост именно за воровство – лишь дело принципа.

– Дело принципа?

– Да, – четко и гордо вскидывает подбородок. – Я принципиальный.

– Был бы таким принципиальным, не приводил в дом отца шлюху, снятую на один вечер, пришел бы со своей девушкой. Ах да… Девушки-то у тебя нет и быть не может! Потому что ты… трахарь бессердечный и бессовестный! А при более близком общении оказывается, что ты не только трахарь, но еще душнила двуличная! Твои принципы ничего не стоят, если ты так нагло лжешь! – говорю, вытирая слезы, струящиеся по лицу.

– Все сказала? Может быть, теперь ты поинтересуешься, что нужно мне от тебя? Чтобы ты загладила свою вину.

Ах, еще и это… Совести у него нет! Самоубилась в зародыше, решила не иметь дела с таким, как он!

– Что ты от меня хочешь? Что еще тебе от меня надо?! – спрашиваю с вызовом.

Марсель молчит. Он долго-долго смотрит прямиком на меня, но сквозь, словно не видит, испытывает мое терпение.

Его ответ – простой, но убийственный.

– Ничего.

В голове звенит. Мысли путаются. Мне кажется, я ослышалась. Переспрашиваю.

– Что?

– Мне от тебя ничего не надо. Я лишь хотел увидеть тебя в момент тотальной растерянности и полного унижения. Я это увидел. Все.

– Все?!

Честно говоря, я растеряна. Я удивлена. Поражена… Сбита с толку! Я подумала, что Марсель взамен потребует океан безотказного секса.

Кажется, мои мысли написаны на лице, потому что наглец заявляет с легкой улыбкой превосходства.

– На секс с тобой все перегорело. Ты для меня – на полшестого, Ленка. Свободна! – чеканит. – Можешь идти.

Он меня просто унизил. Воровкой выставил… Лишил честного имени и прогнал, как блохастую и надоевшую псину, пинком под зад!

Я неловко перебрасываю ремешок сумочки через плечо.

Мышцы измученно ноют. Суставы разгибаются с хрустом. Во всем теле – страшная, адская болезненная ломка!

Поднимаюсь, как сломанная шарнирная кукла. Даже голову держать высоко нет сил.

Устремив подбородок вниз, я бреду зализывать раны и выдумывать способ, как провалиться сквозь землю так, чтобы не нашли коллекторы.

Внезапно Марсель хватает меня за запястье и задерживает.

– Стой.

– Что еще?

– Марго сказала, что я – твой первый и последний клиент. Действительно, первый? – спрашивает с неожиданным интересом.

Марсель изгибает бровь, осматривая меня с ног до головы, как-то по-новому, даже заостряет взгляд на заплаканных глазах.

Пожалуй, впервые за все время нашей повторной встречи он так долго смотрит мне в глаза, силясь понять.

Или просто мне так хочется верить!

Что за долбоебически стойкий и неуместный оптимизм видеть хорошее всегда.

Везде. Всюду. Даже в самой черной дыре…

Привычка врожденная – даже, если не вижу позитив, то способна выдумывать его на ходу, с лету.

Мой тотемный герой, мое внутреннее “я” – это наверное, женская версия барона Мюнхгаузена – баронесса. Я бы вытащила себя за волосы из болота… Жаль только, что исключительно в своем воображении это может произойти.

Заставляю себя не тешить себя напрасной надеждой. Во взглядах Марселя нет ничего такого, чего нет во взглядах других.

Но, если это действительно так, то почему весь мир сейчас замедляется и плавно отъезжает на задний фон?

– Отвечай. Я – твой первый клиент? – повторяет свой вопрос Марсель.

Я и так раздавлена им морально. Огребла за собственную инициативу.

Не зря говорят, что инициатива всегда имеет инициатора!

Унизила красавчика, лови ответку. Прилетела прямиком в лицо с залихватским свистом.

Распишитесь в получении, Елена Анатольевна!

Марсель ждет моего ответа, а я просто не могу дать ему шанс позлословить за мой счет и пировать свою победу еще немного.

– Ну? – говорит он. – Шатохина, мать твою, не тупи. Поиграли, и хватит! Говори, как есть! – требует.

– Зачем?

– Хочу правду услышать. Если ты не забыла, то ты – подруга жены одного из моих лучших друзей. Мы пересеклись в их доме однажды, пересечемся еще раз. Не хочу испытывать неловкость и тащить в дом Платоновых это ебучее напряжение между нами. Давай выясним все прямо сейчас и разойдемся по-хорошему!

– Вот как? По-хорошему – это как? Дотрахать тебя, милый? – говорю с ядом. – Чтобы ты не обижался? Закрыть твой гештальт?

– Затрахаешься же ты мои гештальты закрывать, Ленка, – фыркает надменно. – За такое и семь шкур спустить мало, а ты предлагаешь банальным сексом все перекрыть?

– Отчего же банальным? – выдаю оскорбленно. – У меня фантазия работает отлично.

– И в этом я уже убедился. Представляю, сколько с тобой можно ролевых игр исполнить…

Его глаза затуманились на краткий миг, и я в ответ, дура набитая и озабоченная по нему, тоже затрепетала…

Замерла.

В предвкушении.

В ожидании…

Что же он захочет?! Как… Сколько…

Будет грубым и жестким? Накажет? Свяжет? Унизит? Отымеет без прелюдии? Или будет истязать долго-долго, не давая кончать?!

– Но нет, милая. Просто секс – это банально.

Не только секс?! Что же он хочет… Черт! Моя фантазия отказывается работать. Сломалась…

– Сдаюсь. Просто скажи, что ты хочешь, и все!

Глава 10

Елена

– Я хочу услышать правду! – снова повторяет Марсель. – Как давно ты работаешь в эскорте? Много ли хуев повидала? – спрашивает грубо. – Или я у тебя первый?! Как клиент. Правду! – нажимает голосом и впивается взглядом в мое лицо.

У него красивые глаза, но взгляд – один из самых сложных. Сейчас он своим взглядом словно вливает в меня раскаленный свинец.

Больно невыносимо!

Зачем ему такие подробности знать?

Я не уверена, что его интересует правда.

Скорее всего, Марсель просто хочет со мной поквитаться. Выдумал что-то…

Грязное и унизительное.

Обнажусь перед ним до состоянии оголенной души, покажу слабину – ударит побольнее.

Из принципов отомстит!

Поэтому правды он от меня не услышит.

Я вру. Снова вру. И тоже – не моргнув глазом, как он.

Последние силы на речь наскребла, но говорю с превосходством:

– Ты же знаешь, куда обратился в поисках девушки? В эскорт. Марго продает иллюзии, а ты их покупаешь. Сказав, что ты – мой первый клиент, она просто не желала признавать свою позорную оплошность и хотела спасти репутацию, – выдаю скороговоркой. – А еще… Еще знаешь… – выталкиваю с обостренной обидой. – Каждый, кто не первый, тот у нас второй.

Я вырываю руку из захвата Марселя.

Он встает, тяжело и часто дыша, замирает напротив.

Марсель смотрит мне в лицо и пытается посмотреть в глаза.

Я упорно смотрю сквозь него и все-все, кроме его глаз, расплывается миражами.

Время утекает сквозь пальцы.

Мы стоим, как два живых столба. Не двигаемся с места и сжигаем кислород частым, тяжелым дыханием.

Сейчас все взорвется от звенящего напряжения.

– Официант, принесите девушки мартини! – говорит Марсель.

В пустоту? Да кто его услышит…

Но когда он уходит, бросив на столик крупную купюру, а я падаю без сил на диванчик, мне приносят чистый мартини.

Ничем не разбавленный.

Напиток сладкий, но сегодня я чувствую только горечь алкоголя и такую же горечь ощущаю внутри себя, как будто досыта наелась пепла от сожженных мостов.

* * *

Остается только одно – вернуться к себе в квартиру и зализывать раны, проявлять чудеса изобретательности, пытаясь выдумать, как выпутаться из долговой ямы, выкопанной для меня Тетериным.

От мыслей голова кипит, словно чайник на плите, и отовсюду вот-вот полезут иголки, как из головы соломенного Страшилы из сказки про Изумрудный город.

Иду пешком, чтобы хоть немного проветриться. Уже темно…

Замечаю возле подъезда припаркованный дорогой Инфинити. Черный цвет, последняя марка…

Смутное сомнение подает тоненький голосок. У Марго – такой же Инфинити.

Интуиция нашептывает мне об опасности, желая предупредить, но нашептывает слишком тихо и неубедительно.

Я почти не слышу ее голоса из-за воплей других мыслей и просто курсирую к своему подъезду.

Дойти не успела.

Из машины вылез водитель и преградил мне дорогу, распахнул дверь автомобиля. Там сидит Марго – изящная, идеальная стерва с глубокими глазами цвета черной нефти.

– Добрый вечер, Елена. Садись в машину. Нужно поговорить, – роняет холодно, с ноткой приказа.

– Извините, я очень спешу.

Она улыбается мне в ответ и щелкает пальцами, отвернувшись.

Водитель рывком заталкивает меня на заднее сиденье и возвращается на свое место.

Я едва пискнула. Сориентировавшись, я шустро пытаюсь покинуть салон. Я юркаю, бегаю быстро. На ногах удобные оксфорды, драпану так, что никто не догонит!

Но, кажется, удача от меня отвернулась, показала мне свой рыхлый и некрасивый зад.

Потому что с той стороны, в которую я подалась, залезает крепко сложенный, взбитый мужчина с пугающе пустым взглядом.

Его глаза как мутное стекло, в котором не отображается ничего. Мне хватает лишь одного взгляда, чтобы понять: ему плевать, и по приказу он сделает что угодно: изобьет до полусмерти даже ветхую старушку, раздавит слепого котенка, не пожалеет и младенца.

Отшатываюсь от него испуганно. Дверь захлопывается. Но я не теряюсь. Вторая дверь для чего?

Сигануть успею!

Однако, подавшись вправо, я натыкаюсь на второго рослого качка с невыразительным лицом.

Еще один хлопок двери и едва слышные, но ужасно безнадежные щелчки блокировки дверей.

Эти тихие звуки способны наполнить паникой быстрее, чем леденящий душу крик.

Бежать некуда. Ловушка захлопнулась.

Меня теснят к середине, зажав с двух сторон крепкими телами.

Чужие пальцы впиваются в плечи. Так не держат людей, так хватают бесполезные вещи и швыряют на мусорную свалку.

Машина трогается с места.

– Что происходит? Кто они… Кто такие? Отпустите!

Мужчины переглядываются.

Один крепко обхватывает за плечи. Второй отвешивает ладонью по уху.

Так хлестко. Удар глухой, сильный. В голове звенит, как будто лопнуло что-то. Я раскрываю рот и закрываю его, ничего не слыша тем ухом, кроме гула в голове.

Машина движется. Я из-за слез даже не могу понять, куда мы едем.

– Еще? – уточняет мужчина безразлично.

– Достаточно, – роняет Марго.

Она смотрит на меня через зеркало, выдавив щучий оскал.

– Пока достаточно, – уточняет Марго.

Она делает верный акцент, и меня пробирает колючим морозом.

Внутренности слипаются в небольшой, тугой, безобразный комок. Сердце колотится быстро-быстро из глубины этого комка, но стучит тихо, едва слышно, как будто остерегается разозлить ублюдков даже простым стуком.

– Надеюсь, ты поняла. Говорить буду я, а ты будешь меня слушать.

Марго протягивает одному из мужчин телефон, тот открывает галерею и подносит к моему лицу фото.

– Знаешь, кто это? – спрашивает Марго.

Я с трудом узнаю в женщине с сильно разбитым, опухшим лицом, синим от побоев, подругу, которая и привела меня в агентство Марго.

– Д-д-даша? Это Даша?

Меня потряхивает.

– Что вы сделали? Что вы…

Теперь я понимаю, почему она не отвечала. Не могла попросту. Господи, они ее так избили. Лицо в мясо…

– За что?

– Она поручилась за тебя, как за себя, – отвечает Марго. – Я обычно не беру девушек на работу по рекомендация своих девочек. Всегда подбираю персонал для агентства сама. Это не значит, что девочки не просят. Просят, еще как… Даша меня ни разу не подводила. Работящая девочка, ответственная, спокойная. Все ею довольны… Даже самые въедливые клиенты. Когда она поручилась за тебя, я решила на тебя посмотреть и осталась довольна. После беседы с тобой у меня создалось исключительно положительное впечатление о тебе. Я думала, ты станешь моей девочкой номер два, которая тоже способна нести золотые яйца. Однако ты с первым же клиентом не справилась. Налажала. Сука тупая, – выдает с неожиданным ядом, делает вдох и продолжает прежним, спокойным голосом. – Сегодня один из постоянных клиентов отменил заказ. Всегда хорошо платил, но решил не брать моих девочек. Не знаешь, почему? Может быть, Кречетов растрепал, что девочки Марго – воровки?

– Нет, нет… Вы все не так поняли. Это было недоразумение. Я ничего не крала. Ничего. Мы все решили.

– Мне доложили, что вы о чем-то долго говорили и разошлись. Судя по всему, пришли к решению своего вопроса. Может быть, личную проблему ты решила. Но нанесла урон моему заведению и репутации.

Мне снова тычут в лицо фото Даши.

Я начинаю плакать тихо. Зачем. Зачем они ее так избили?!

– Даша работать временно не сможет. Ты отрабатываешь за нее, – холодно роняет Марго.

– Но… Но я же больше не работаю, я не…

Марго оборачивается и роняет на меня недовольный взгляд. По одному этому скользкому взгляду меня встряхивают и больно тычут кулаком под ребром. Синяка точно не будет, но дыхание перехватывает. Я замолкаю. Слезы по лицу градом.

Марго изящно порхает пальчиками над калькулятором, называет устрашающие цифры, сколько Даша работать не сможет, еще и набрасывает сверху за моральный ущерб.

– Ты верно подметила, что в элитном сопровождении ты больше не работаешь. Я не могу себе позволить рисковать еще раз, приставляя тебя к солидным, важным клиентам. Но у меня есть заведения попроще. Там у собравшейся публики не очень высокий уровень притязания. Начиная с завтрашнего вечера, ты работаешь в одном из клубов. Выходишь на смену каждую ночь. Слова “устала”, “заболела” и “не могу” забываешь. Слово “нет” для тебя отныне не существует. Обслуживаешь всех, кто захочет провести с тобой время. Ни в чем не отказываешь, – чеканит Марго. – И, чтобы тебе не пришло в голову пропустить, мои мальчики будут тебя сопровождать.

Машина тормозит. Марго поправляет прическу.

– Для профилактики мои мальчики сейчас проведут с тобой беседу воспитательную и научат тебя ни в чем не отказывать. – Нет! – вырывается из меня с криком ужаса. – Нет!

– Мальчики… Про сохранение товарного вида не забывайте! – предупреждает Марго и сидит с видом, как будто ничего не происходит.

Чужие пальцы уже раскурочивают одежду на лоскутки, впиваются в кожу, делают больно.

Когда не по своей воле – больно всегда и от всего, даже от простого касания.

– Ты не поняла, с кем связалась, девочка? Работая на меня, косячить нельзя… Я преподам тебе урок.

* * *

Марсель

Настроение – дерьмо.

Не только потому что Ленка меня в отеле кинула.

Ей удалось меня обмануть. Завести, обдурить, напеть сладким голосочком такие сказки, что я в них поверил. Я позволил ей себя одурачить, а она… точно сиреной за эти несколько лет стала.

Говорят, после разлуки чаще всего вспоминаешь, каким был человек и цокаешь языком. Потому что сравнение, в большинстве случаев, не в пользу настоящего. Вспоминаешь, мол, да, было времечко, мы отжигали, а сейчас – что? Сейчас, ничего… Изменения, чаще всего, не кардинальные. максимум, женился-крестился-развелся-завел семью.

Ленку Шатохину это тоже в какой-то мере коснулось. Она – замужем. Она – все та же, зажигалочка яркая, но иная и светит ярче, привлекательнее.

Ей эти годы пошли на пользу. Шатохина стала привлекательнее, не только внешне. В ней появился шарм, лоск, опыт, глубина какая-то! Острота…

Раньше Шатохина была простой хохотушкой, легкой на подъем. Сейчас – другая… И, черт подери, такой девушкой обладать хочется.

Чужая жена?! Да плевать! Что я, замужних не трахал, что ли?

Еще как трахал.

Много раз до визгов имел!

К тому же Ленка Шатохина в эскорт подалась. Не знаю, по какой причине. Одета с иголочки, сплошь мировые бренды, шик в каждой мелочи. Может быть, острых ощущений захотелось?

Не знаю!

Диалог же не состоялся.

Не было его.

Какой там диалог, мы скорее остротами обменивались. И чего я так завелся рядом с ней?

Не понимаю. Может быть, из-за ее вида и взглядов, которыми Шатохина меня щедро одаривала? Якобы делала мне одолжение, согласившись обслужить меня, как клиента?!

Вот стервочка…

И до чего же наглая. Притягательная.

Даже моему похотливому старикану по вкусу пришлась, а уж эта старая перечница знает толк в девушках. Всегда на самое лучшее глаз кладет.

Но обломись-ка, папаша! Хер свой старый от этой красотки подальше держи…

Мне так не понравилось, что папа принялся охаживать Шатохину на вечеринке, что я психанул натурально и уволок блондинку с вечера тщеславия Кречетова Вениамина.

Забыл о первоначальной цели – продержаться до самого конца, показать себя образцовым… Ну ладно, почти образцовым сыном, которому на отца не плевать!

Не вышло.

Выбесило все…

Эти взгляды пираньи, которыми отец обгладывал Шатохину, словно уже побывал у нее в трусиках или имел на это право.

Машина.

Острые разговорчики.

Пикировки на грани и сладкое предвкушение…

От Шатохиной вкусно пахло ароматными, спелыми абрикосами, пустившими сок. Манящая и умеющая соблазнять…

И я… Повелся.

Как лох, блять!

Такой позор… Позорище.

Меня как щенка провели и ткнули носом в еще теплую лужицу…

Шатохина меня возбудила до крайности, мозги запудрила.

Приковала.

Сбежала…

Гадина!

А я… Я еще, тупень, надеялся, что это ее шуточки… Прождал несколько минут, прежде, чем понял: она не шутила.

ОНА. НЕ. ШУТИЛА!

Какая-то простушка из села Лютиково или Срютиково, как его там, меня обдурила!

ПОЗОР! ПОЗОР, Марс…

Как ты мог так повестись? Ну, как… У тебя же глаз наметанный, опыт, который ни просрать, ни пропить!

Но я лоханулся.

Причем, степень моего лоховского падения пробила нижайшее дно из всех возможных.

Это была такая стыдоба, о которой даже лучшим друзьям в трезвом виде не расскажешь.

Только под пытками. Под угрозой страшной и мучительной смерти…

Поняв, что Ленки след простыл, и возвращаться она не намерена, я рассвирепел.

Представил, как я буду сидеть долго-долго, как меня найдет обслуга номеров – голым, прикованным… и заранее от стыда покраснел!

Нет, не бывать такому.

НЕ БЫВАТЬ!

Я рассвирепел, как дикий зверь, и начал дергаться. Кровать подо мной ходуном ходила. По запястьям заструилась теплая жидкость – кровь.

Перекладины на изголовье кровати затрещали.

Последний рывок. Болью полоснуло по запястьям…

Рванувшись изо всех сил, я все-таки сумел выломать перекладину и снять руки.

Бля… Сорванная кожа. Кровь. Кровать испорченная!

Но хотя бы могу надеть трусы и предстать в более приличном виде.

Дальше все было сухо и без эмоций.

Звонок. Слесарь. Освобождение. Заплатил за имущество испорченное.

Отправился на перевязку.

С каким-то злым восхищением и ядовитой ненавистью зашел в профиль к Шатохиной и заорал, лупанув себя ладонью по бедру.

– Гля, какая же сучка! Еще и фотки с вечеринки отца постит! Ах ты… Гадина… Ты поплатишься у меня… Поплатишься! – пригрозил я.

Позвонил менеджеру Шатохиной и…

Нет, я подробности не рассказал. О таком бы я точно не рассказал. Не хватало, чтобы потом еще шлюхи какие-то такие подробности в перерывах между заказными минетами высмеивали!

Нет, я придумал на ходу версию, будто Шатохина свистнула ценную вещицу с вечеринки.

Встреча назначена. Ленка – из элитного, но шлюшьего агентства, вытурена с позором.

И… та-дам-с!

Ба-да-бум-с…

Снова все не по плану пошло!

Ох уж эта бесявая Шатохина… Умудрилась вывести меня из себя даже в момент, когда я для себя решил, что просто возьму и поизмываюсь над ней так же: все ночь на члене катать и не дотрахивать! Иметь в свое удовольствие столько раз, сколько захочется, но не доводить ее до оргазма.

В разговоре проскользнула фраза, что я – первый и последний клиент Ленки.

Зацепило.

Взбудоражило.

Заинтересовало…

Что, правда?!

Может быть, попробовать иначе?

Однако один ее взгляд, эти стервозные интонации с превосходством и слова-слова… Полное отрицание. Глубокий пофигизм! Кто-нибудь, рот ей заткните, а?

Судя по тому, что она говорила, ей этот рот членами затыкали успешно. Поэтому я все оборвал и…

Ушел!

Все сделал правильно. Не хватало мне еще о деревенщине думать какой-то. О шлюхе, млять.

Все.

Со шлюхами покончено…

Надо проветриться.

И не с женщинами. После Ленки мне вообще охоту трахаться как бабка отшептала. Ведьма она, что ли?!

Лучше в рейс отправиться.

Но как назло, у меня отпуск краткосрочный… Окно между полетами. Как некстати.

Позвонил друзьям…

Андрей на сложной операции консультирует, второй вообще… Судя по крикам младенческим, Никита со вторым ребенком сидит, еще и задания старшей дочери проверяет.

Детсад развели!

Как же дружеская поддержка?

Где?

Где крепкая мужская дружба, когда она так необходима?! Нет ее.

Связался, называется. Не мужики, а тьфу.

Один – подкаблучник, второй – подъюбник.

Я и сам могу выпить. В баре посидеть.

Поехал.

Пропустил два шота, и внутри все начало шкворчать. Как бекон на раскаленной сковороде.

Не думать о Шатохиной.

Не думать.

НЕ ДУ-МАТЬ!

Но, мать-перемать, я о ней думаю…

Не выходит из головы.

Надо увидеться. Срочно… Зуд нестерпимый!

Глава 11

Марсель

Позвонить? Номер Ленки мне неизвестен.

Зато у меня есть номер Ульяны Платоновой, подруги Елены Шатохиной. Ей-то я и звоню… Прокашливаюсь, надеясь, что голос звучит трезво.

– Алле…

– Привет, Марсель.

– Привет, Ульян. Как дела, как дети?

– Отлично! Если ты звонишь мне в поисках Андрея, то он на сложной операции консультирует. А ты? Как сам… Как водочка? Хорошо идет? – интересуется елейным голоском Ульяна.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.