Осколки
Алена Семянникова

«Положи меня, как печать, на сердце твое…

ибо крепка, как смерть, любовь»

Песня Песней (8:6)

Когда доходишь до последней точки,

И кажется, что целый мир зашел в тупик,

Пора начать дневник свой с новой строчки,

Чтобы в конце тоннеля свет возник.

Взглянуть на все, что было по-другому,

Себя увидеть в новом отражении.

Собраться с силами, открыться новому,

Сжигать мосты, смирившись с поражением.

Терять больше нечего —

Прыгай с обрыва – вперед лети,

Все вокруг так изменчиво —

Крылья вырастут по пути.

© Алена Семянникова, 2024

ISBN 978-5-0062-5996-6

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Пролог

Она танцевала посреди огромного зала. Рядом кружились еще пары. Вдруг она задела локтем поднос проходящего мимо официанта. Осколки бокалов с шампанским с громким звоном полетели на паркет… Амели в ужасе проснулась. На столе отчаянно звонил телефон. Она нехотя встала и подняла трубку.

– Амели, ты все еще спишь? – послышался голос главного редактора. – Немедленно приезжай, ты нужна.

«Вот так всегда», – вздохнула про себя Амели.

– Хорошо, через 40 минут буду.

***

– У меня выходной, зачем я тебе? – Приветствовала она начальника, войдя в кабинет.

– Тебе понравится. Есть идея нового проекта. Надо найти материал о людях без прошлого. – Торжественно объявил главред.

– Что? Почему я?

– Как самый перспективный журналист редакции. Мы решили написать о людях, не знающих ничего о своих предках. В виде цикла статей в нашем журнале. Разумеется, этих предков надо будет отыскать, провести масштабное журналистское расследование. Возьмешься?

– По-моему, ты решил все за меня. Какой срок?

– Первая статья должна выйти через три месяца.

***

«Люди без прошлого», – думала Амели, сидя в автобусе, – «с чего же начать?» Задача казалась невыполнимой. Уже перед дверями государственного архива Французской республики ее вдруг озарило: такой человек есть.

Шел 1975 год и Амели точно могла сказать, что ее родной дядя родился в 1912 году здесь, во Франции. А вот то, что было до этой даты, она не знала. И никто никогда об этом не говорил. Эта тема словно была «табу» в ее семье. О ней не то, чтобы не хотели говорить, ее просто не существовало.

Начать Амели решила со своей двоюродной бабушки, живущей в Цинциннати. Это единственный человек, который мог бы ей помочь.

– Мне нужна командировка в США, – позвонила Амели начальнику. – Срочно!

***

За два дня, что оставались до вылета, Амели все же побывала в архиве, перерыла все семейные документы, покопалась в собственных воспоминаниях. И снова позвонила главреду:

– Для начала я поеду в Лондон.

– Зачем?!

***

Ей немного удалось узнать. Людей, помнящих ту эпоху и те события, практически уже не осталось. То, что она узнала потрясло ее. Амели стала видеть красивые, но очень тревожные сны. Ей снились то великолепные балы, то какие-то взрывы, раненые, трюмы кораблей, страна, в которой она никогда не была, и еще много событий, которые она не успевала даже запомнить…

***

– Бабушка Роксана, ты русская? – спросила Амели, сидя напротив нее за столом. Старушка побледнела. Встала, плотнее закрыла дверь в кухню.

– Как ты узнала? – спросила Роксана, неожиданно переходя на русский.

– Расскажи мне, что было с бабушкой и дедушкой до переезда во Францию. Я имею право знать о своем прошлом. Пожалуйста.

Часть 1. Весна

Глава 1. Александр

– Граф Александр Николаевич Соколов!

В ярко освещенную залу вошел молодой человек в военной форме. Довольно учтиво поздоровался с хозяйкой светского раута, поклонился гостям. Продолжался вечер, продолжали прибывать гости. Едва ли была заметна небольшая холодность общества в отношении молодого человека. Возможно, она была вызвана всего лишь тем, что граф был человек новый, сравнительно недавно появившийся в петербургском высшем свете.

В другом конце залы он заметил среди толпы молоденьких девушек новое лицо. Вдруг она обернулась, их взгляды встретились. Доля секунды; тут же его отвлек кто-то из гостей.

Его взгляд был насмешлив и смел, казалось, пронизывал насквозь, обнажая душу и тело. Но она неожиданно не опустила темных глаз, а он ровным счетом ничего не смог прочесть в их глубине; ее душа оказалась надежно защищена от чужих любопытных взоров.

– Анна, ты смотришь на этого молодого военного? – Спросила одна из девушек. – Держись от него подальше, у него дурная репутация.

– Говорят, он сердцеед, насмешник и грубиян. Не признает общественных нравов, вообще ничего не признает.

– А еще он ужасный транжира, у него ни копейки за душой нет, хоть он и граф.

– Я слышала, что его мать умоляла взять его на службу в Петербурге, в Москве он ничего не зарабатывал, потому они и приехали сюда.

– Мне жаль его мать, такая приятная женщина. Он тиран – она слово поперек сказать не смеет, вот он и вообразил о себе черт знает что.

Анна с тайным смехом слушала возмущенную толпу. От ее наблюдательности не ускользнуло, что многие из этих девушек покрылись ярким румянцем, другие смутились, когда он появился в зале. Было ясно, что в них говорит лишь оскорбленное чувство. И все же дыма без огня не бывает. Она никогда слепо не верила словам, предпочитая собственные выводы.

– Саша, рад тебя видеть! Ты сегодня один?

– Добрый вечер, Макс! Мама приболела, а меня заставила пойти, надо же выразить почтение, тем более, что люди мы здесь новые.

– Вечер, как всегда, не удался?

– Ты мог бы это исправить. Есть девушка, которой раньше я никогда не видел. Познакомь меня с ней?

– Если только я сам с ней знаком. Где она? – Озорная улыбка появилась на лице Максима. – Ты уверен, не пожалеешь потом? Подожди немного.

Через минуту Максим вернулся не один. Девушка посмотрела прямо в глаза графа, ее лицо озарила лукавая улыбка. Где-то он видел уже эту улыбку…

– Анна, знакомься, мой лучший друг, граф Александр Николаевич Соколов. Саша, моя сестра, графиня Анна Александровна.

– Очень приятно, – Анна протянула графу руку. – Брат мне никогда о Вас не рассказывал.

Вот оно что. Брат и сестра абсолютно одинаково улыбались. Ему следовало догадаться. Он постарался скрыть смущение, пока целовал ее руку.

– Говорят, вы недавно в Петербурге?

– Да, я перевелся из Московского полка полгода назад. Почему я Вас раньше не видел?

– Сегодня мой первый официальный выход в свет, – засмеялась она.

– Вам нравится?

– Это больше необходимость, чем потребность. Здесь нет ничего нового.

– А вы не лезете за словом в карман!

– По-моему, вы тоже не в восторге от светских мероприятий.

Александр расхохотался.

– Аня, иди к нам, – позвали ее из толпы.

– Извините, граф, – она слегка поклонилась ему и исчезла.

– Почему ты никогда не говорил, что у тебя есть такая очаровательная сестра?

– Только не вздумай разбить ей сердце!

– Максим!..

– Я не собираюсь вмешиваться, и не требую отчета о твоих действиях. Но если ты причинишь ей боль… Поверь мне, у нас с сестрой очень близкие отношения. Подумай, с ней непросто, ты сам увидишь.

– Мне кажется, или ты планировал наше знакомство?

– Все может быть, – улыбнулся Максим.

Под конец вечера Соколов видел, как она покинула общество под руку с каким-то молодым человеком и со своей семьей. Решив, что делать здесь все равно больше нечего, он вышел во двор, и, увидев, что она одна стоит возле экипажа, быстро подошел, подал руку, помогая сесть, мгновение смотрел ей в глаза, и удалился, не оглядываясь. Никто, кроме Максима, его не заметил.

Глава 2. Анна

Утром мать внимательно посмотрела на Александра.

– Что необычного вчера произошло?

– Мама, ты потрясающая женщина.

– Ты встретил потрясающую девушку?

– С потрясающей улыбкой!

***

– Я записалась на курсы медсестер, – как бы невзначай проговорила Анна за завтраком.

– Что?! Ты с ума сошла! Анна, ты благородного происхождения! Тебе нужно думать об удачном замужестве, не бросать занятия танцами и музыкой. Ты никуда не пойдешь! – Сообщение вызвало ожидаемое дружное сопротивление родителей. – Грязь, болезни и смерть – зачем тебе это?! Макс, ну скажи ей хоть ты!

Максим промолчал, а после завтрака зашел к сестре в комнату.

– Ты же давно туда ходишь, правда?

– Я знала, что ты догадался.

– Но почему?

– Не могу смотреть, как люди умирают, в то время как мы все бессмысленно проводим свою жизнь, развлекаясь на балах. Я договорилась о практике в больнице для бедных. Если у меня будет получаться – следующий шаг университет. Неважно, что родители не одобряют.

– Светское общество тоже не будет в восторге.

– Как не в восторге оно от твоего друга. Что такого он натворил в Москве, что о нем даже здесь плохо говорят?

– Он вывел на чистую воду своего отца, который обманывал мать и промотал все свое и ее состояние. Отец повесился, не выдержав позора. А Александра от греха подальше перевели в Петербург, он на хорошем счету на службе. Несмотря на молодость, он занимает видное положение, потому и обошлось без ссылки. Службой он и зарабатывает на жизнь, и содержит мать, у которой к тому же слабое здоровье.

– Ты знаешь эту историю не от него самого?

– Нет, мне рассказал это полковник, когда просил помочь Александру сориентироваться на новом месте.

– Естественно, ты сразу проникся к нему симпатией.

– Смотрю, и тебя затронула эта история.

– Значит, ты считаешь его положительным персонажем, хотя все наше общество пришло к иному мнению.

– Ты же знаешь, что мнение общества ничего не стоит.

– Именно, только родители сватают меня за князя М*. И вряд ли им хотелось бы видеть в доме человека с сомнительной репутацией.

– Ты все равно поступишь так, как сочтешь нужным. А он мой друг, пригласить его в дом я имею право.

Глава 3. Встреча

Спустя два дня измученная Анна вышла из госпиталя после утренней смены. В больничном садике пели птицы, возвещая приход весны. Солнце ярко светило сквозь молодую зелень деревьев. На ней было простое синее платье, волосы заплетены в косу. Пальто она сняла и несла в руках, сверху балансировали книги.

– Анна, это Вы!

Она резко обернулась и от неожиданности выронила из рук стопку книг.

– Граф Соколов! Не ожидала Вас здесь увидеть! – Воскликнула она, справившись с волнением.

– Равно как и я Вас! – Александр ловко поднял ее книги. – Меня привело сюда по долгу службы.

– А у меня сегодня первый рабочий день.

– Если у Вас есть немного времени, приглашаю Вас выпить кофе.

– С удовольствием!

– У Вас уставший вид.

– Первый день дался непросто. Практика резко отличается от теоретических занятий.

– Что Вас сподвигло к этому?

– Осознание, что я могу что-то сделать для человечества.

– Вы удивительная! Но берегитесь, если слухи об этом дойдут до высшего света…

– Что ж, реже буду бывать на балах, нисколько от этого не сделавшись беднее. Вы и сами не слишком переживаете от неласкового отношения светских львиц.

– Это правда, они меня мало волнуют. Завтра премьера в Мариинском театре. У меня есть надежда увидеть Вас там?

– Да, мы с семьей будем. Что ж, спасибо за кофе.

– Очень рад столь неожиданной встрече! Я провожу Вас, если позволите.

– Благодарю, нельзя пренебрегать такой погодой. Очень люблю весну.

***

Неожиданно для них самих прогулка затянулась, они никак не могли наговориться, и все стояли на парапете Невы. Весна в этом году выдалась ранняя, Нева уже давно вскрылась. День был солнечный и по-настоящему весенний. Александр оказался очень интересным собеседником. Он был прекрасно образован, начитан, остроумен. Впрочем, Анна ни в чем не уступала ему. Александр рассказывал о своем детстве, которое он провел в Подмосковье, о годах в кадетском корпусе, о службе. Анна же вспоминала детство, дачу на побережье Финского залива, учебу в Институте благородных девиц.

– У Вас очень нежные отношения с братом, – заметил Александр.

– Да, Макс настоящий старший брат. Родители не слишком много времени нам уделяли, проводя время в Петербурге. А мы росли вмести с крестьянскими детьми, носились по полям, по побережью целыми днями, а поделиться своими детскими бедами только и могли друг с другом. Так и прикипели, не оторвешь. У нас ведь какая-то мистическая связь – даже на расстоянии чувствуем друг друга. Родители нас даже ревнуют, и знают, что я никого в своей жизни не слушалась – только брат может повлиять нам меня. Но, как правило, и он знает, что это в большинстве случаев бесполезно, – засмеялась Анна.

– А у меня никого нет, кроме матери, уже пять лет как. После смерти отца мы очень сблизились. Но она никогда не пыталась влезать в мою жизнь. Она быстро поняла, что теперь я главный в семье, и вполне могу справиться с этой ролью, – улыбнулся Александр, – мне ведь тогда пятнадцать лет было…

– У наших родителей не было сомнений, что Макс должен пойти по военной стезе, и он, как послушный сын, их не подвел. А вот я на роль примерной жены и матери семейства не очень-то подхожу. Знаете, у меня уже почти все подруги после Института замуж вышли или собираются в ближайшее время, а меня работа и образование привлекает гораздо сильнее.

– Я тоже еще не думал о таких вещах. Разные заботы поглощали все время и силы. Но я надеюсь вскоре вернуть себе доброе имя.

– Вы удивительно сильный духом человек.

Глава 4. Счастье

Она была великолепна и изящна. Бордовое кружевное платье аккуратно подчеркивало ее талию, волосы уложены в простую, но элегантную прическу. Никаких лишних украшений, все со вкусом, и ей к лицу. Александр, заметив ее в ложе, не мог отвести взгляд.

В антракте они встретились в ярко освещенном вестибюле.

– Познакомьтесь, мой друг граф Александр Соколов, – представил Максим графа родителям.

– Моя мать, графиня Наталья Алексеевна, – проговорил Александр.

– Наташа, ты ли это?! – Вдруг ахнула мать Анны. Все обменялись удивленными взглядами.

– Кэтрин Сильвестр! Вот это встреча! – В свою очередь воскликнула Наталья Алексеевна.

Но все быстро взяли себя в руки, последовал ничего не значащий обмен любезностями, затем Максим пригласил Соколовых в ближайшую субботу на семейный ужин.

***

Субботний вечер незаметно подкрался в ежедневных трудах в больнице. Нелегко давалась Анне эта служба, она побледнела, под глазами залегли круги. Родители ворчали, что курсы медсестер ее выматывают, что она стала хуже выглядеть и совсем не встречается с князем М*. Но Анне было гораздо важнее, что работа приносила ей моральное удовлетворение, и жизнь не казалась такой бессмысленной.

Но в субботу ей хотелось выглядеть особенно привлекательной. Она видела, с каким нескрываемым восхищением в театре смотрел на нее граф Соколов, и как учтиво он поцеловал ей руку, помогая сесть в карету.

– Маша, пожалуйста, сделай мне освежающие примочки для глаз, я хочу выглядеть отдохнувшей, – попросила Анна свою горничную. Машу она считала гораздо больше, чем своей горничной. Она была ее, можно сказать, «боевой» подругой, преданно хранила множество секретов: тайком стирала и гладила медицинскую форму, покрывала различные шалости, когда Анна была еще институткой.

Вечером Анна выглядела по-домашнему мило – распущенные волосы, но с драгоценными заколками, просторное платье с крупными розовыми и нежно-зелеными цветами. Александр замер в восхищении при виде нее, и преподнес ей букет цветов.

– Вы прекрасно выглядите, Анна! И так гармонично умеете быть разной!

– Благодарю! – присела она в почтительном реверансе и сделала приглашающий жест в гостиную. – Рада Вас видеть, Наталья Алексеевна! Родители сейчас выйдут.

За ужином Анна попросила маму рассказать тайну их знакомства. И вот, что все услышали.

***

Матери Анны и Александра учились вместе в пансионе для Благородных девиц в Польше. Наталья Алексеевна Соколова – урожденная Нати Комаровская – представительница знатного польского рода. После окончания пансиона вышла замуж за русского богатого наследника поместья Соколова. Однако московский транжира промотал все свое состояние и ее приданое. Закончил жизнь самоубийством. Его долги легли тяжелым бременем на плечи их совсем еще молодого сына.

Мать Анны – Екатерина Петровна – урожденная Кэтрин Сильвестр – из английской глубинки. Там она жила в поместье, принадлежащий ее родителям. Ее мать, Элизабет Сильвестр, рано овдовела и мечтала побыстрее выдать замуж дочь. Элизабет не слишком хотелось тратить время на воспитание дочери, а потому она отправила ее учиться в Польшу. В Кракове жили дальние родственники ее мужа, отца Кэтрин, которые иногда приглашали Кэтрин к себе. С мужем Кэтрин познакомилась после окончания пансиона в Париже на одном из вечеров, куда съехался весь богатейший свет России. Граф Александр Федорович Лавровский был богатым помещиком, жил в столице, на Балтике имел большой дом и множество охотничьих угодий.

***

Вечер прошел непринужденно и спокойно. Анна была весела, много шутила. Максим попросил ее спеть:

– Знаю, что ты делаешь это только в особенном настроении!

Анна загадочно улыбнулась и подошла к фортепиано, любовно провела рукой по клавишам. Задумалась на мгновение, придвинула стул. Грациозно откинула на спину волосы и заиграла. Александр навсегда запомнил ее такой – как она садится за инструмент в этом свободном летящем платье и откидывает волосы с лица… Этот милый образ вызывал щемящую нежность в его сердце долгие годы.

Анна выбрала новомодный романс. Голос ее, нежный и сильный, трогал за душу, слова навечно врезались в память Александра…

«В час, когда ветер бушует неистово,

С новою силою чувствую я:

Белой акации гроздья душистые

Невозвратимы, как юность моя…»

***

Вернувшись домой в тот вечер, он сел за письменный стол и сделал портретный набросок Анны – ему удалось передать это ее легкое движение – девушка-весна, нежная и сияющая… Этот портрет он сохранил навсегда.

Анна легла в постель, но заснуть не могла. Все думала об отточенном профиле Александра, его широких плечах, волевом подбородке и бездонном взгляде пронзительных голубых глаз. Только на рассвете к ней пришел радостный сон, будто кружилась она с Александром в вальсе в огромном зале, и не было в целом свете человека, счастливее нее.

Глава 5. Бал

Следующая их встреча, действительно, состоялась на балу. Графиня П* давала пышный вечер с музыкой и танцами, закрывающий сезон петербургских балов в преддверии лета, когда большая часть великосветских семейств разъезжалась по загородным дачам.

На Анне было нежно-сиреневое воздушное платье, из украшений только крупные серьги. Она производила впечатление нимфы, только что вышедшей из зарослей свежей зелени. Анна все утро не могла унять радостное биение сердца, предвкушая вечер в объятиях Александра.

И ожидания не обманули ее. Вечер получился волшебный. Александр приглашал ее, они много танцевали, шутили, смеялись. К концу бала половина петербургского света косилась в их сторону и осуждающе перешептывалась: эти двое перешли все границы приличий, проводя вместе столько времени. Но они ничего не замечали.

Максим был счастлив, глядя в сияющее лицо сестры. Он обожал сестру и баловал ее с самого детства, несмотря на то что старше он был всего на три года. К младшей сестричке Ксении, которой было всего два годика сейчас, он не испытывал таких нежных чувств. А с Анной у них была невероятная духовная связь. Они с полуслова понимали друг друга и всегда тонко чувствовали настроение. Он знал, завтра придется в очередной раз оправдывать поведение Анны перед родителями. Главное, чтобы не сорвался его хитрый план, о котором пока никто ничего не знал.

***

– Анна, я тебя видела несколько дней назад в форме медсестры. Ты что, готовишься к балу-маскараду?! – подбежала к ней ее бывшая сокурсница Верочка.

– Нет, Вера, я работаю в госпитале, – спокойно ответила Анна.

– Что?! Девушки, вы только послушайте, наша отличница Анька возится в грязи с больными бедняками! – Вокруг них уже начала собираться толпа любопытных.

– Ну не всем же только и делать, что сидеть в модных салонах! – Анна прикусила губу. Выпад, надо признаться, был лишен деликатности.

– Дамы, по-моему, каждый имеет право заниматься, чем хочет, и не получать за это осуждения со стороны. Анна, я приглашаю Вас на вальс, идемте, – неизвестно откуда взявшийся Александр увлек расстроенную Анну за собой.

– Спасибо Вам, вы спасли меня от этих мегер.

– Боюсь, Ваше имя испорчено теперь так же безнадежно, как мое, – пошутил Александр. Анна рассмеялась и тут же забыла об этом неприятном происшествии.

***

Уже дома Александр стоял у своего окна в сумраке белой ночи, не зажигая свечей. Перед ним мерно катила свои воды Фонтанка. Как озарение пришло к нему осознание: он влюблен! Влюблен как мальчишка, она сводила его с ума, эта не похожая на всех остальных барышень девушка. Анна, Анна, Анюта..! Он считал себя не способным на это чувство, а теперь оно заслонило его сознание. И что самое странное, он чувствовал себя как никогда счастливым!

***

Александр окружил ее бесконечным вниманием: он посылал ей цветы, провожал после службы, приглашал в кофейни, угощал сладостями. Ее родители не поощряли этих поступков, но сделать с этим ничего не могли. Отказать от дома сыну бывшей сокурсницы матери Анны не представлялось возможным.

В начале лета предстоял отъезд в деревню.

Глава 6. Дача

В сотне километров от Петербурга, на берегу Финского залива находилась дача графа Александра Лавровского, отца Анны и Максима. Они всегда всей семьей проводили там лето, купались в море, веселились с местными крестьянами, и не думали ни о каких светских обязанностях. Однако в этом году отец был очень занят на службе, а мать Екатерина не горела желанием «киснуть» снова все лето в деревне. Анна тоже не хотела бросать свою работу в госпитале, однако, Максим настоял на отпуске. В этом состоял его план: он с сестрами поедет на дачу и пригласит в гости Александра с матерью. Все приличия будут соблюдены таким образом. Максим хотел, чтобы Александр стал «своим» человеком в их доме, иначе родители никогда не согласятся, чтобы сестра вышла за него замуж. А кроме всего прочего, ему хотелось проверить чувства влюбленной пары проведением большого количества времени под одной крышей. Он слишком любил сестру и желал ей счастья, чтобы допустить ошибку.

Не одну схватку пришлось выдержать Максиму с родителями. Анна так никогда и не узнала, чего стоило ему воплотить в жизнь этот план. Но победа была одержана.

Ранним субботним утром все встретились на вокзале. Анна в темном дорожном платье держала на руках маленькую сестренку, и Александр невольно залюбовался, так ей шло быть с малышом.

***

На даче Лавровских стоит двухэтажный бревенчатый дом, периметр верхнего этажа опоясывает снаружи балкончик, а у фасада внизу – большая крытая веранда, где стоит стол и кресла. Второй этаж занимают спальни, в нижнем этаже – просторная гостиная, кухня и комнаты прислуги. Дом окружен садом – вишневым, сливовым и яблоневым, Анна всегда обожала эти фруктовые деревья. И теперь она с восторгом показывала свои владения Александру и его маме, попутно бегая и развлекаясь с маленькой Ксюшей, как будто сама она еще была ребенком. Максим наслаждался этим зрелищем. Он был рад, что Александр так влюблен в его сестру. Максим и Александр сдружились на службе сразу же после перевода Александра в Петербург, хотя они служили в разных подразделениях, и служебные задачи тоже были разными. Максим не мог бы желать лучшей партии для Анны. Его не волновали пересуды в свете, его волновало только счастье сестры. Брат был уверен, что Анна с ее независимым и сильным характером никогда не сможет быть счастливой ни с одним из этих пустых светских молодых людей, тем более ему претил брак по расчету. И он всерьез был взволнован попытками выдать Анну за князя М*. Александр нравился ему во всех отношениях. Он человек принципиальный и честный, смелости и решительности ему тоже не занимать, безупречная родословная. Да, у него финансово несколько стесненное положение сейчас. Но служба позволяет ему очень прилично зарабатывать, в скором времени граф Соколов сможет сделать себе состояние и вернуть честное имя. Родителям, конечно, будет принципиальна репутация жениха Анны. Но Максим надеялся, что это препятствие смогут преодолеть пылкие чувства влюбленных. Сам Максим пока не встретил свою идеальную женщину. Ни одна девушка в мире не была даже отдаленно похожа на его сестру…

***

Этот месяц на даче прошел великолепно. Они наслаждались молодостью, общением друг с другом. Играли с Ксюшей, с ней с удовольствием возилась и Наталья Алексеевна, она прямо расцвела вдали от городской суеты и проблем. В жаркие дни все вместе ходили на залив.

По утрам первые вставали молодые люди, привыкшие к этому по долгу службы. Они совершали пробежки, тренировались и возвращались к завтраку, накрытому заботливой Машей. Обычно их уже ждала на веранде Наталья Алексеевна. Анна любила поспать подольше, поэтому выходила к завтраку последней, неся на руках малышку. Анна часто носила светлое платье в мелкий желтый цветок, похожее на кимоно. У Александра вызывала щемящую нежность картина, как появлялась на веранде сонная Анна в кимоно, с распущенными темными волосами до пояса, держа на руках ребенка. Он всегда проявлял заботу, приносил охапки полевых цветов. Однажды дождливым утром Александр завтракал один, матери нездоровилось, а Максиму пришлось поехать по делам в местное самоуправление. Анна с Ксюшей шумно появились в дверях, ребенок капризничал, видимо, на ней тоже сказалась отвратительная погода.

– Доброе утро, Анюта! – протянул руки к ней Александр, забирая ребенка.

– Доброе утро, Саша! Почему же Вы один?

– Мама решила не спускаться к завтраку, а Максима вызвали по делам. Налить Вам кофе?

– Да, пожалуйста. Вы подержите немного Ксюшу? Я возьму плед, сегодня весьма свежо.

– Конечно, возвращайтесь скорее, когда Вы вошли, взошло солнце.

Анна нежно улыбнулась и ушла. Александру удалось успокоить ребенка; когда Анна вернулась, Ксюша уже что-то радостно щебетала, а он ловко кормил ее кашей. Анну ждал кофе и блинчики в тарелке.

– Саша, мне очень приятна Ваша забота, – сказала Анна, дотронувшись до его руки.

– Анюта, я не могу не заботиться о Вас. Это огромное удовольствие.

Анна улыбнулась, посмотрела ему в глаза, но промолчала.

– Чем же мы сегодня займемся, дождь, похоже, зарядил на целый день?

– Можно почитать вслух, здесь же огромная библиотека, да и Ксюше будет интересно. А еще я надеюсь снова услышать Вашу музыку и пение.

***

Часто они все вместе ездили верхом. Анна была отличной наездницей. Молодые люди устраивали соревнования, которые Анна очень любила. Однажды они, взяв с собой Наталью Алексеевну и Ксению, поехали в лес, где устроили пикник. Стоял чудесный солнечный день. Максим возился с сестренкой, Наталья Алексеевна лежала в тени с книгой в руках. Анна с Александром поехали прокатиться на лошадях до ручья. Они ехали неспешным шагом по полям и негромко разговаривали. Они чувствовали друг друга так, будто были знакомы всю жизнь. Им казалось, что весь мир вокруг исчез, есть только голубое небо, зеленая трава и бесконечное тепло в их душах. В этот момент они даже не осознавали, насколько были счастливы.

***

Конец июня ознаменовался веселым праздником Ивана Купалы. Местные крестьяне, с которыми младшие Лавровские были в дружеских отношениях, устраивали гуляния, и, как водится, пригласили Анну, Максима и Александра.

Крестьяне нарядились в свои лучшие костюмы. Максиму и Александру Маша тоже помогла подобрать традиционную народную одежду. Анна появилась в великолепной ярко-красной цыганской юбке и пестрой блузке. В распущенных каштановых волосах алел венок из роз и полевых цветов. Молодые люди дружно ахнули при виде нее.

– Нюта, я никогда не видел тебя такой яркой! Потрясающе! – воскликнул Максим. Александр протянул ей еще одну алую розу, которую она с улыбкой приколола к груди.

На берегу моря развели огромный костер. Собралась крестьянская молодежь со всего села. В костре жарили картошку, шутили, смеялись, пели и плясали. В один из моментов Анна взяла гитару и задорно исполнила залихватскую цыганскую песню. Александр не сводил с нее глаз весь вечер и с удовольствием плясал, хотя такого рода веселье было ему непривычно.

К рассвету костер начал затухать, молодежь устроила прыжки через огонь. Александр взял Анну за руку, они разбежались и смеясь перепрыгнули через костер. Крестьяне радостно заулюлюкали.

– Быть свадьбе! – Закричали девушки. Анна вспыхнула, Александр застенчиво улыбнулся. Максим радостно присвистнул.

***

Светало. Молодежь бродила парочками по окрестным рощам, девушки, радостно восклицая, запускали венки в воду. Максим тоже куда-то испарился.

Александр с Анной шли по берегу моря, оно было спокойным, только немного бормотало во сне. Они разговаривали обо всем на свете, делились впечатлениями от праздника и от отпуска в целом. Через два дня предстоял отъезд в Петербург. Им было радостно и грустно одновременно. Радостно от осознания, что они нашли друг друга в этом странном мире. Грустно, потому что заканчивалось блаженное время, проведенное вместе.

– Куда же запропастился Макс?! Не иначе пошел искать цветок папоротника, – пошутила Анна.