Нина Дашевская
Ветер вернётся

© Дашевская Н., 2024

© Леонова А., обложка, 2024

© Издание на русском языке. ООО «Издательский дом «Самокат», 2024

Заброшенный аэродром

– Ты куда?

– Я к дверям, тут сеть совсем не ловит.

– Костя, тебе, кроме твоего телефона, вообще ничего не интересно?!

…Это было ужасно обидно. Потому что он ни в чём не виноват! Он только хотел посмотреть погоду на картах – когда кончится этот дождь. И ещё – что такое люнет. Потому что, когда объясняет экскурсовод, не очень понятно, Косте самому надо найти и глазами посмотреть. А тут такие стены толстенные – конечно, не ловит ничего.

Нет сети ни у двери, ни у окна. Но Костя не вернулся к родителям – пошёл за другой стол. Потому что он не виноват!

Он им ответил:

– Я вообще-то не хотел ни на какую экскурсию!

Это тоже было нечестно. Он, конечно, не очень хотел – но и не был особо против. Ладно, съездим, посмотрим. И всё равно его бы не оставили одного в номере. И ещё никто не виноват, что в автобусе так укачало не только его, но и маму.

И поэтому они ходили с зелёными лицами и ничего не соображали, никакая экскурсия была не нужна. И папа чувствовал себя виноватым, что у него-то всё в порядке! А потом был паром, и вот это могло бы быть очень интересно. Но эта жара ужасная, и запах какой-то дряни – бензина, или, скорее, солярки, или на чём там вообще ходит этот водный транспорт, такой прекрасный на фотках и такой вонючий на самом деле. Кружилась голова, и Костя еле пережил этот паром и на папино бодрое «Море! Костя, смотри!» – мог только вяло кивать.

И потом эта духота наконец разрядилась – пришли тяжёлые тучи. А потом засверкало, грянуло! И – полило. Ура! Гроза накрыла весь городок с головой, их экскурсионная группа еле успела добежать до кафе. И стало легче. Сразу – легче! Да ещё кафе оказалось не просто кафе, а старое крепостное укрепление, люнет. Кирпичная кладка, в маленьких нишах стоят свечи, воск стекает на пол сосульками, камин с настоящим огнём. Прямо старинный замок!

И ещё там собирали музей, хранились всякие вещи. Костя ещё такого не видел: «Здесь будет музей» – то есть пока ещё его нет, и нет ни билетов, ни тишины, ни пыли. Прямо на столах кафе – какие-то черепа, на стене в раме – старая шпага. В шкафу – маленькие стеклянные бутылочки, и ещё круглые очки. Костя опустил глаза и на полу, прямо рядом с их столиком, увидел контрабасовую голову. Откуда она здесь? Как странно!

Косте всё это понравилось, правда понравилось! И какао было вкусное. Волосы лезли в чашку, и Костя завязал их в хвостик на макушке, чтобы не мешали. И сразу стало не так жарко. И всё стало хорошо, то есть только-только начинало становиться лучше. И уже даже было интересно!

…И тут папа сказал «тебе только телефон и нужен».

Нет, ну что это?.. Это неправда.

Не возвращаться же теперь к ним.

Группа растеклась по всему кафе, все места были заняты. Перед поездкой мама говорила – «познакомишься с кем-нибудь», но тут все были взрослые. За ребёнка могла сойти только девушка года на три старше Кости. У неё левая половина головы выбрита, а на правой малиновые волосы и длинная чёлка. И ещё в ухе металлический череп. Конечно, именно Костика ей и не хватало для общения.

Короче, Костя отошёл от родителей, но ни к кому не прибился. Как одинокая лодка, слонялся по кафе-музею и рассматривал старые фотографии. Море, корабли, крепость. Военные. Групповой портрет… ещё… Чужие люди, но всё равно интересно. Как они тут жили? И что с ними стало? На этих фотографиях они ещё не знают, что впереди война. И позади тоже война… Как вот они жили – как на острове, между войнами?

И вдруг на фотографии Костя увидел себя. То есть фотографировали девочку в светлом платье и в шляпе, она стояла на берегу моря и смотрела прямо на зрителя. Но за её спиной в кадр попали и другие люди. И вот совсем близко шёл мальчик – обычный такой светловолосый парень лет двенадцати, он обернулся и тоже посмотрел прямо в камеру. Его лицо было размыто, но Костя вдруг почувствовал – это я. Очень странное ощущение.

Должны же быть какие-то данные, откуда эти снимки, что тут за люди… хотя вряд ли, скорее всего – просто нашли фотографии без подписи… никто никогда не узнает.

Что стало с этим мальчиком?

Костя хотел спросить у девушки за стойкой кафе, известно ли что-то… но вдруг обнаружил, что люнет опустел.

Вся группа куда-то исчезла!

Дождь кончился, и они пошли дальше, а его что – забыли?! И родители ушли вот так просто! Ну как!

Он побежал бы догонять, но куда идти?

– Скажите, а куда пошла группа?

Девушка посмотрела на него:

– Тут всего два варианта – или форт, или аэродром. В любом случае – паром в четыре, следующий в шесть. Там точно найдётесь, отсюда другого пути нет.

Так, сейчас половина третьего. Значит, тут у них полтора часа.

Кажется, про аэродром говорили… или нет? Чего же Костя и правда совсем ничего не слушал!

Позвонить? Так сети же нет!

Он выбежал на дорогу. Никого не видно… как они его оставили, ну как такое возможно!

Он побежал вперёд, но почему-то снова оказался у парома.

– Скажите, тут группа не проходила?

– Москвичи? Да, на аэродром пошли, – кивнул ему мужик в старом кителе.

Как он догадался, что Костя москвич? Неужели какой-то акцент? А может, из-за причёски? Он потрогал свой хохолок – наверное, местные так не ходят. А у них в классе это самая крутая тема.

Ладно, надо догонять своих. Дорога одна, не потеряешься.

Странно – какой аэродром вообще? Откуда тут…

Сначала вдоль улицы стояли небольшие дома, вид у них был не очень… а потом и вовсе пошли кучи битого кирпича, стёкла, строительный мусор. Я правильно иду? Свалка какая-то. Какой тут может быть аэродром?

Костя уже догадывался, что его занесло куда-то не туда, но шёл вперёд просто из упрямства. Оставили его! Сами виноваты!!

Огромное колесо лежит у дороги. Это самолётное? От шасси? Вдруг да! И дорога ведёт вперёд, а там – башня. Простая, квадратная. А за ней – пустое пространство: наверное, там море.

Конечно! Это и есть аэродром!

Костя побежал вперёд.

И точно. За башней из пёстрого кирпича – огромные бетонные фермы, перекрытия. Разрушенные ступени, дыры в стенах, в потолке… Как будто это место бомбили. А может, правда? Аэродром разрушен – кажется, об этом говорили…

Дальше за этими разрушенными ангарами – небольшая площадка, и сразу – море. Как странно… аэродром у моря.

И звуки… с крыши капало после дождя, где-то наверху подвывал ветер. И один звук как метроном, чёткий, звонкий. Будто часы идут, отмеряют время. Что это?

Костя сделал несколько фотографий на телефон. Бетон, зарастающий шиповником. Сквозь дыры в потолке – небо. Граффити, странные рисунки, концептуальные надписи.

Всё же как называется это место, что за аэродром? Достал телефон, полез в карты… экран тут же мигнул и погас.

А-а-а, надо же было хотя бы попытаться родителям позвонить!

С другой стороны… а они ему почему не звонили? Не было ни одного пропущенного!

Ну и ладно, и ладно. Надо хотя бы посмотреть, не зря же он здесь.

Костя ступил внутрь, пошёл на звук метронома. Что-то капает, но почему так громко и равномерно?

Шаги гулко отдавались под сводами.

– Эй! – крикнул он тихонько. Но его голос полетел неожиданно далеко, и стало страшно – не разбудит ли он тут кого?

Костя шёл, стараясь обходить лужи, натёкшие с дырявого потолка… а, вот в чём дело.

Сверху капли воды попадали точно в жестяную банку, а потом этот звук отражался сводами и гремел, как через динамик. И даже когда Костя видел источник звука – всё равно было жутковато и не верилось, что это простая жестянка.

Лестница без перил… подняться? Может, сверху увидит своих?

Хотя Костя уже прекрасно понимал, что никакой группы здесь нет. Здесь, кажется, вообще никого нет. И не было.

– Эй! – услышал он. И вздрогнул… как будто его же голос долетел издалека. Сколько времени прошло? Может ли звук болтаться под сводами полчаса?!

До верха он не дошёл, стало страшно. Спустился и вышел наружу, на бетонные плиты. Несколько десятков шагов – и он у моря.

Вот удивительно. Какие бы жуткие строения ни стояли на берегу – море всегда море. Тихое, тут залив. А на бетонном берегу сушатся рыбацкие сети. То есть, наверное, это не просто берег, а как раз лётное поле, расчерчено – сюда приземлялись самолёты. А это что ещё за буквы?..

Подошёл ближе. Да, краской нарисована сетка, похоже на огромную игру «Скрэбл». По ней раскиданы большие фанерные карточки-буквы.

Костя подошёл ближе и прочитал:

«Послезавтра».

Что послезавтра?.. Кто сложил из букв это слово, что это за послание, кому?

Отдельно лежали две фанерки вниз лицом. Он зачем-то перевернул их и вздрогнул: К. и Н.

Константин Найдёнов.

Он ещё раз взглянул на башню и только сейчас заметил – наверху был большой циферблат, но стрелок и цифр не было, только пустые щели.

Времени нет.

Костя отвернулся и сел на фанеру, на свою букву К. А что, если… если он провалился в другое время?.. Вот и родители дозвониться не могут. Что это ещё за «послезавтра»? Он в будущем? Сейчас вернётся, а там… Никаких домов, никакого парома… никого нет.

Пошёл опять к берегу, к зарослям облепихи. Вот неожиданно – облепиха у моря. Костя сорвал горсть, запихнул в рот – ещё не созрела, но ничего, ничего… кисло…

Он сидел у моря, давился облепихой и смотрел на большую рыбацкую лодку. У лодки не было дна, из неё росли стройные стебли иван-чая.

Потрогал рукой воду. Так хотелось в этой поездке найти в море настоящий янтарь, но не удалось. Костя перебрал камешки – совсем простые, но один всё-таки сунул в карман. На память. Если он отсюда выберется… Стоп, какое ещё «если»?!

– Смотри, как красиво!

Обернулся и выдохнул – парень и девушка с велосипедами, совершенно нормальные. Девушка тут же распустила волосы и начала позировать на фоне разрушенного аэродрома. Парень щёлкал её на телефон.

Костя сглотнул. Потом подошёл к ним и спросил:

– Вы не подскажете… время?

Голос звучал странно. Как-то совсем обыкновенно. Как будто всё вокруг только притворяется обычным и немного переигрывает.

– А? Время. Да, сейчас… семнадцать сорок.

Семнадцать сорок. А из кафе он вышел в полтретьего… это что же, три часа прошло? Не может быть!

Паром в четыре он пропустил, следующий в шесть… Паром! Надо бежать!

Не могли же они уехать в четыре, оставить его… ужас, как это могло пройти три с лишним часа?!

А если он сейчас опоздает?

Ну нет… не оставят же его здесь!

Костя мчался, уже не стараясь огибать лужи, – ноги давно промокли. И оказалось – совсем близко, вот уже и вереница машин на погрузку. Остановился, пошёл шагом, стараясь отдышаться. Одно непонятно – если тут идти всего минут пятнадцать, то где он болтался всё это время? На аэродроме он был полчаса максимум… Ну час. Сейчас должно быть четыре, а не шесть! Куда делось время?

Может, сейчас уже и день другой? Послезавтра…

А, вон и малиновая голова той девушки из группы и… Мама!! Папа!!!

Всё в порядке. Тот же день, только пара часов куда-то делась. Подумаешь. Что он сейчас им скажет? Но почему они его так бросили?!

…Удивительно, но они не сказали ничего. Совсем ничего. Прошли рядом с ним на паром, показали билеты – и всё.

Костя стоял на корме и смотрел, как отдаляется берег. Фермы аэродрома… ничего таинственного – просто разрушающийся бетон.

И тут он заметил на берегу мальчика. Этот мальчик был в такой же зелёной куртке, как Костя… и даже хохолок на макушке такой же.

Мальчик поднял руку и помахал вслед парому. Костя несмело поднял руку и ответил ему.

* * *

Почему-то они с родителями совсем не разговаривали об этом дне. Как будто его не было. Костя уже приготовил было защиту – да вы сами меня бросили! Я пошёл вас искать, телефон сел… Но никто и не думал его ругать за отсутствие. Потом стало странно: что же они, совсем за него не волновались?

И только в Москве, когда разбирали фотографии на папином ноутбуке, Костя всё же спросил об этом.

– Подожди, Костя. Какой аэродром… Когда это ты туда ходил? Ты же всё время с нами был!

– Как это с вами?! – опешил Костя. – Вы… вы со мной говорили? – Ну как такое может быть, а? Раздвоился он, что ли?

– Нет, вы с Олесей разговаривали всё время, и мы с папой подумали – отлично, что ты нашёл себе компанию, вы так хорошо общаетесь…

– С какой ещё Олесей?!

Кто бы мог подумать, что у девушки с малиновой чёлкой и черепом в ухе такое нежное имя.

Папа листал фотографии. Живописные руины форта, море, птица… Длинный пирс, и вот правда – Олеся, а рядом с ней стоит… Костик. Зелёная куртка, хохолок на макушке… Смотрит в сторону, но всё равно видно – это он. Как это?!

Костя достал свой телефон, но фотографии аэродрома не сохранились. Никаких доказательств… кроме того, что он видел это место, может описать его в подробностях! Хотя… хотя эти подробности можно и в интернете посмотреть.

Может быть, он просто заснул и ему всё приснилось? А про аэродром насмотрелся в интернете…

Да нет. Ерунда это всё – они были вместе в кафе, потом он разглядывал на стенах старые фотографии. А потом все исчезли, и он пошёл их догонять… где он тогда заснул? И почему совсем не помнит, как ходил с родителями, разговаривал с Олесей?

Как будто реальность раздвоилась. И папе с мамой досталась удобная её версия – мальчик с ними, всё в порядке. А Костик в это время… Ой.

А эта реальность потом воссоединилась сама с собой? Как река, которую остров делит на два рукава, а потом она течёт себе дальше целая.

Или нет? Или тот, другой, отслоившийся Костик так и остался там навсегда?..

…Есть нормальное, логическое объяснение – там живёт мальчик, похожий на Костю. И он пристроился к группе именно на выходе из кафе. Может, они знакомы с Олесей. Или познакомились прямо там.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.