Дрейф 69
Путевые заметки в личном постмодерне
Ирина Глотова

© Ирина Глотова, 2024

ISBN 978-5-0062-6797-8

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Марка личной нативной формы 69

Непреднамеренное потенциальное…

Сегодня достигла марки личной нативной формы 69. Завораживает ее знаковое оформление с особенностью суверенно сохраняться даже при развороте на 180*. Капсула, наполненная подлинностью удовлетворения, экзистенциальным концентратом, витальным трансмиттером. Сравню с янтарем, каркасным самородным полимером.

Пожалуй, не буду менять систему отсчета возраста до рубежа 96, где, подозреваю происходит выворот наизнанку.

Итак, режим интактной янтарной капли 69!

Убираю паруса, отключаю навигатор, ставлю в нейтральное положение штурвал – полный дрейф в созданном личной картиной мира Я-пространстве.

Мягко поэтизируя, предшествующее* создание личной картины реальности можно сравнить с личиночной стадией, генерирующей имагинативный капитал; нынешнее Я-пространство – инфратонкая философская материя формы имаго, предельная стадия взрослого развития.

Дрейф, в состоянии которого буду вести путевые заметки, ближе к практике Ги Дебора с его психогеографией непреднамеренного потенциального конструирования, вовлеченное доверительное причастное движение внутренней личной среды в тождественном, но большем пространстве. Потенциал, при этом, эстетическое побуждение. Его скрытые течения, пороговые перепады сформируют мой путь, путь семантизатора пространства дрейфа.

Начинаю новый травелог в режиме дрейфа 69.

====================

* В моей творческой практике это этапы, связанные с темами книг «Клуджелогия», «Композит» и «Блик».

В трёх книгах «Клуджелогия» говорилось о практике держания вместе разделённого, того что зовётся коинсидентальным зумом и приводящим к созданию композита личности.

Композит, по моему личному знанию, не имеет изнанки. Той самой, обратной стороны поверхности, глянец которой по большей части состоит из лжи, блестящей понятности; изнанка же – непонятная, точнее невнятная, судорожная правда, предпочитающая бытие «ниц».

Композит, если его удалось создать, имеет способность бликовать всей своей полнотой, семантизируя вмещающую среду и создавая возможность встраивания в композит более высокого уровня нетления.

Клуджелогическим образом собран композитный материал, создавший 124 страницы бликов нетления в книге «Блик»; из их материала совершенно естественно возникла янтарная капля 69, отправляющаяся в дрейф.

5 мая 2023 года

Позывной 69

Тургор идентичности

Каскады, ветвления, поляризирующиеся контуры ситуативного субъективизма суть составляющие в процессе генерации идентичности. Дефицит ингредиентов порождает упрощенную массовитетную иденти-сшивку в традиционно мифологическом формате, вырождающуюся в провокацию имитационной подлинности с банальной реакцией на стимулы. Причем дефицит этот самоназначенный, по причине пошлой «простоты» картины мира (в моей терминологии – личной системы значимости). «Два прихлопа, три притопа» – вот и вся картина мира с собственной мотивацией и обновлением стремящемся к нулю. Что это? Физика социальной стромы? Или дегенерация в формате эволюции?

Видимо, и то, и другое. Роль играет динамика пропорциональной равновесности, своего рода, тургор идентичности.

Потеря тургора неизбежна, поэтому сохранение стандартного тонуса влечет за собой накопление шума с соответствующим дефицитом ингредиентов идентичности. Неуязвимость, пусть и условную, создают некие точки внутренней самосборки, регулирующие подвижные границы необходимого. Фокусировка поЯтия становится субъектом проектирования эстетического свойства личного проявления. Сброс избыточности в становлении создает картину неуязвимой жертвенности без цепляния и сцепленности с прошедшим, удерживающим нищенские прорехи. Чистый эстезис упругого, невялого внимания, структурно сопрягающий Я с текучестью текущего момента – идентичность, дарящая нынешний дрейф.

В гостях

Если принять во внимание, что гость буквально в переводе с индо-европейского – «тот, кто ест, когда его в знак гостеприимства потчует хозяин», то моё сегодняшнее пребывание «в гостях», то бишь у родителей на кладбище в день своего рождения, приобретает особое звучание, напоминающее исполнение саундтрека на органе. Банальность обыденности в контексте хоральной плотности фактуры. Если потчевать, это оказывать честь, то способность ее принимать и соответственно иметь суть непременное условие БытьГостем. Сегодня я в подлинных гостях, честь имею!

Препятствуя деформации

Тупой беспорядок. Различаю острый, когда четко виден ритм нарушенного и приведение в упорядоченность уже ощущается в пространстве беспорядка.

Так я о тупом. Руинизированная захламленность остатками былых активностей любого свойства, когда и активности имели хламные оттенки.

Неделю назад завершила Черногорское путешествие и, естественно, нахожусь в зоне тупого беспорядка. В ежедневной практике использую защитную степень отстранения, наполненную холодным интересом. Но! Временами хочется выть, по-волчьи, дрейфуя и одновременно препятствуя деформации.

ПОЛУЧАЕТСЯ

Трек генерации мысли в пространстве действительности создает текстуру личной картины мира. Пути создания мыслей – контакты с вмещающей средой, предполагающие возможность чтения ее дизайнерского решения, при том, что дизайн пенистой нарезки апофеничен. Ячеистые сегменты причудливо соединяются в точках подобия. Личная картина мира, реальность, подобна творящей ее личности. Получается, дрейф в действительности это твой реальный путь адекватности. Возможен формат топи…

Творишь и творишься

В уникальном, по историческим погодным меркам, холодном майском Московитском погружении творю костерок. Чаща леса, тишь с вкраплением скрипучего дуэта гнутых берез. Мысли о силах, господствующих в бытии. Четко опознаю лишь одну – силу хаоса… все иное, случайные сцепки ее последствий с различными временными накоплениями, это и есть системы.

Сцепки избирательной проницаемости (иногда их именуют мембраной) творят Форму подлинности в попытках минимизировать свободную энергию, то бишь хаос. Сложно устроенная форма не претензия на замысловатость, что может показаться при поверхностном касании, но дополнительное измерение намерения сохранить избирательность предпочтений с уклонением от неприемлемых последствий. Одновременно повышается порог доступа примитиву шума и понижается ограничение к подлинному когерентному сонастрою. Сложность идентичности с сюжетной динамикой возникает через сплетение пороговых перепадов. Творишь их и ими творишься освобождаясь.

Отстраненность в остранении*

Эффект конденсированного состояния отстраненности – особая составляющая идентичности.

Понравилось признание в свежем майском интервью Бориса Гройса – «Что касается меня лично, я не ощущаю себя связанным вообще с какой-либо идентичностью. Я не ощущаю себя мужчиной, белым, русским; даже, к сожалению, не ощущаю себя старым – кем я являюсь.» Тот самый конденсат отстраненности вне привязки традиционным параметрам создает уникальную интеллектуальную добавленную стоимость личности, позволяющую быть на максимально возможной высокой точке обзора реальности.

Конденсат в пространстве умной границы, созданной сплетением контекстуальных грануляций. Богатство потока сопряжения с вмещающей средой зависит от способности творить контексты через остранение (сотворение заново через удивление) привычного вне эксплуатации банальности. Неприемлемое, при этом, суть некий палимпсест с наносимыми на него красками доброжелательности или адаптационно-сущностной адвокатуры.

Конденсированная идентичность парит облаком в пространстве Umwelt, дрейфуя в остранении.

====================

* По-Аврелиевски, «наедине с собой», то бишь в личном когнитивном пространстве, организованном по периметру контекстуальным плетением самости, условно дрейфую, называя из себя самой окружающие явления (по природе своей глухонемые). Это и есть практика остранения.

lancea

Ланцетовидные крылатки, то бишь юные семена ясеня, в закатных лучах создают веяние прозрачной потенции, ясеневую ауру сего майского вечера.

Крылатый lancea – то ли вектор, то ли идентификационная составляющая прописи пространства надёжности, то ли поэтический оттенок моей личности…

***

Созерцая безграничность времени и множественность человеческих особей, прихожу к осознанию, что мое существование не имеет никакой важности, более того – оно ничтожно. Оттого пытаюсь обезболиться, точнее, обезничтожиться в каскаде импульсов создания уникальной текстовой self-identity.

Кремационный балет

«Симфонические танцы» Рахманинова в Зарядье – вчерашний концерт раскрылся еще одной трансляцией остранености в пространстве Umwelt. Тончайший контакт с деланием личности композитора произведением искусства. Подлинный науистический балет остраненой пластики кремации.

Примериваю к себе третью часть. Но нет, мой кремационный балет в «Одиноком пастухе» Джеймса Ласта.

Обезничтожиться

На предыдущей странице дерзнула совершить диагностику потребности создавать тексты. Ощущаю себя зрителем в ложе театра Реальности, абонемент в который продлевается или, точнее, длится и длится. Аплодирую словами текста в полной солидарности с замечанием Т. Венцлова – «Ведь не понятно, как уловить собственную самость. Не в зеркало же смотреть! Наверное, я скажу так, что есть несколько книг, есть тексты, которые я сочинил, вот это и есть я.» Я-многомерность текучей динамики структурно-симфонического сопряжения с Реальностью.

Аплодируя в остранении, разрушаю (демонтирую) ложу и само аплодирование претворяю в демиургический акт; пересобираю сценарий согласно своей идентичности – это и есть обезничтоживание через поЯтие* в Umwelt.

====================

*ПоЯтие в моем контексте – включение в свое Я динамики структурно-симфонического сопряжения с Реальностью.

Невзначай в чай

За утренним чаепитием дождинки сеются по кромке стола и невзначай влетают в чашку с чаем, так… невзначай в чай.

Размышляю о разнице между буквальностью и живописной условностью с её особой системой действенности импровизации.

Моя личная страннота и чудинка импровизационного солирования творит новые мерности репертуарного мотива идентичности. Периодически возникающая будто бы финальная компактность не завершается именно незавершенностью струения у-словности, длится, создавая из слов собственный космос.

валентность* дрейфующего наблюдателя

Ясеневые кроны в заоконье, принимая волны перепадов изменяющегося ветра, смещаются облачно-зеленой громадой то влево, то вправо; вплетаюсь и я в дивное покачивание естества своей кроной мыслеобразов. Чувствовать действие – моя марка дрейфующего наблюдателя.

Действие в смысле предельно ясной творческой деконструкции до подлежащего логического уровня его причин и последующей сборкой того, что иногда зовется пониманием. Получается собранная по своему подобию личная крона мыслеобразов.

Посматриваю выше ясеневых вершин, а там муар облачной протяжной размытости и пространство сини на северо-западе. Вплетаюсь согласно марке и повышаю валентность…

==================

* Способность образовывать соединения той или иной структуры.

легко расходуемая часть

Читаю текст корреспондента New Yorker Люка Могелсона, который провел две недели на небольшой военной позиции. Текст называется репортажем, но для меня он антропологическое полевое наблюдение, на котором можно по-Ремарковски выстроить роман о выживании.

Для выживания нужен минимум, более того, нужен сброс общезначимой «косметики» вплоть до имени. Работает кличка (позывной), оттого что точно идентифицирует твою выживательную суть, работает умение копать и закапываться в землю, работает первичный навык использования железа и все!

Автор замечает – « Термин infantry («пехота» по-английски) происходит от слова infant – «младенец». Пехотинцев низшего звена так начали называть в XVI веке. Пять веков спустя они остаются самой легко расходуемой частью армии.»

Статус «легко расходуемого» порождает инфант-практику выживательности до поры глубоко запрятанной в каждом из нас. Читаю текст в нарастании волны судорожной реакции неприятия и проклятия всем инициаторам оживления инфант-хтони; уже больше года состою из этих волн. Люк Могелсон отличный журналист!

Выглянула в окно (нахожусь в Москве), а там в траншее реконструируемой теплотрассы рабочий поправляет на ноге портянку…

принцип функциональной когерентности

Читаю у Б. Мадьяра и Б. Мадловича в их двухтомном исследовании анатомии пост-коммунистических режимов об особенностях оформления присутствия ближнего круга политического лидера в его особо значимых моментах. У Орбана это вип-ложа футбольной арены, у Шрёдера VIP-ложа на стадионе футбольного клуба Hannover 96, Российский лидер устраивает сбор «группы чаепития» у самовара.

Что-то здесь напоминает о принципе функциональной когерентности. Предполагаю, динамика содержимого сосудов ОрбанаШрёдера пунктирно отсылает к вип-ложе гладиаторской арены Коллизея, «группа чаепития» с самоваром вазой (в форме вазы), что по народной примете означает – дом полная чаша, к элитности марки «из грязи в князи». Коннектома гугнивой невнятности «полной чаши», где самовар раздувают сапогом, «потехи ради», в пространстве дизайнерского классико-барочного гибрида воспроизводит функционал княжеского удовлетворения на просторах северной Азии. Федор Лукьянов, главный редактор журнала «Россия в глобальной политике», добавляет оттенок практики удовлетворения в виде «ассортимента методов полусвета».

От чтения двухтомника отвлекло известное событие 24 июня 2023 года по имени «марш справедливости». Отвлекло и одновременно продемонстрировало еще один оттенок функционала с диагностированием сути события – инфекция передающаяся половым путем.

Подцепил Патрон бактерию в своих безудержных тотальных мировых пенетрациях, функционально-когерентно…

Предъявить себя

Вместо фактов, свидетельств и аргументов просто предъявить себя, свою сложность*.

Сложности не ищешь специально, она возникает как системный эффект при усилиях способности видеть на внутреннем экране личности через потребность и соответственное умение различать (семантизация материи). Сложность тревожит неопределенностью и тем самым подвигает к одной из двух стратегий – избегания или коммуницирования. Во втором случае когерентность отношений расширяется вплоть до совпадения пространств вмещающей среды, уже имеющегося объективированного знания и пространства личности, образуя особый темпомир со своим ландшафтом и тропами мысли. Длящаяся сложность противостоит закоснению, что по сути есть упрощение. И только смерть мгновенно сбрасывает в простоту, поэтому так хочется оставить сложные тексты, как залог бессмертия…

====================

* Сложность как онтологическое качество процессов семантизации материи и порождаемых ею коммуникационных отношений.

***

Неспешный, капельно моросящий дождичек полнит заоконье. Впечатление, будто одному яблоневому листу соответствует одна капля в неком клавишном формате. Пар из чайной чашки свивается с тихо сквозящей влажностью. Наблюдаю? Скорее, участвую…

Суперлуние

Внутри нас ходят то ли волны, то ли полосы, перемежающие простоту здравого смысла и не критически принятые сентиментальные установки от ИзвнеОбщего. Именно ими ткется персональная текстура и это тот случай, когда нить делает ожерелье.

Человек, во всем множестве его происшествий, каскадов сенсорного потока, усилиями познания делает познаваемое РавнымСебе*, создавая некую горизонтальную честь реальности, подлинное достоинство.

===================

*«То, что возможно для познания делает тебя равным себе.»

Признаюсь, не могу вспомнить, кто это сказал.

Дрейфуя в пространстве существования с позывным 69, как и принято у дрейфующих, абсолютно случайно, встречаешься с явлениями метафорически когерентными. Нынешнее августовское суперлуние и мои, прожитые к началу августа, 3600 недели сплелись в образ очередной попытки отражения целостной системы по имени Ирина. Личная витальная орбита в поле тяготения витальности, масса стабильна, ландшафт сложносочинен и эволюционирует…

2 августа 2023 г.

Самовоплощение бесчестья

Социальное пространство компромата, где каждое твое действие можно интерпретировать компрометирующе при необходимости повлиять на тебя. Чаще всего «влияние» суть напряженное поле угрозы, силовые линии которого непредсказуемо вторгаются в любой способ несения самости. Если в нормальном пространстве Человек, во всем множестве его происшествий, каскадов сенсорного потока, усилиями познания делает познаваемое РавнымСебе*, создавая некую горизонтальную честь реальности, подлинное достоинство, то в пространстве компромата делается подлинное бесчестье реальности с механикой наработки материала бесчестья.

Принимая во внимание, что живая материя состоят из компромиссов между несовместимыми требованиями, то консистентность социального продукта в пространстве компромата имеет доминирующим свойством бесчестие.

Вполне, при встрече, можно приветствовать друг друга словами – «честь не имею»…

====================

* говорила об этом на странице 18

Силой дыхания

В предыдущем тексте говорила, что живая материя состоит из компромиссов между несовместимыми требованиями. Компромисс сего дня в моем исполнении приобрел экстремальную форму ишемической атаки. Спонтанное диагностирование самовоплощения бесчестия на фоне чтения двухтомника о посткоммунистических режимах, свежайшая история из профессиональной деятельности младшей дочери комплексно схлопнули несовместимости в ночной угловатой бессоннице. Судорожное уплотнение сознания в виде сферы тотальной невыносимости, запертости в тесной зернистой беспомощности; именно не потеря сознания, а его пленение невыносимостью. С внешней средой соединяло только дыхание, им и выбралась на волю. Силой дыхания.

5 августа 2023 г.

Силой воли

Дрейфуя, мягко соприкоснулась с неким наносом в виде различения «прирученности» и «одомашненности». Подключила тему инстинктов, тех самых – животных. Который из них приручен, который одомашнен? Кто (что) является приручателем-одомашнивателем? Мыслится, что приручатель это сам волящий индивид, а одомашниватель-селекционер – религиозно-идеологизирующий социум. Одомашнивание создает своего рода стоячую волну селекции с блокадой переноса энергии разнообразия, что очень желательно с пользовательско-управляющих ресурсом позиций. Суть стоячей волны одомашненности в максимизации избранных проявлений с особой печатью единомыслия, покорности, массовитетности*.

Волящий самоприручатель? Корректирует форму проявления инстинкта? Агрессивность становится агональной игрой. Размножение – планируемой практикой. Прирученный базовый инстинкт свободы выглядит так – твоя свобода кончается там, где начинается свобода другого. Осознанная ответственность воли, мы в ответе за то, что приручили.

Думаю….

====================

*Недаром у русского человека существует национальная идея – уехать…

СИЛОЙ ЛЮБОВАНИЯ

Порывы восточного ветра полнятся облаками березовых семян, ближе к земля обращающихся с настоящую поземку. Семенная поземка чистейшей природной золотистой избыточности потенции жизни в каком-то дивно невинном исполнении внеприрученности. Участвую, любуясь узнаваемой неодомашненной* неожиданностью финальных августовских дней.

====================

* При том, что любой спец по одомашниванию скажет: «все, что чрезмерно – неважно»…

Силой инициации

Ощущение позиции августовского финалитета в обрамлении настойки из цветков черногорского лавра апрельского цветения – плотность вне нужды в границах, лишь в градиентах для подчеркивания августовских рельефов. Насыщенность пространства лишь с одной целью – инициация следующего сезона.

Зрелый статус с сентябрьским оттенком

Насмотренность как и начитанность суть варианты компетентной осведомленности. Ведомо конструктивное множество. Вот так и познаешь себя в способности различить и вместить множество конструкций в их явном несогласии. Конструктивное несогласие, дивергентное познание – зрелый статус с сентябрьским оттенком.

3 сентября 2023 г.

Текущее место

Маркировка погодного радара – текущее место.

Динамика смысла, то бишь действие в формате подлинной сопряженности с вмещающей средой. Именно здесь, в зазоре между личностью и всем остальным происходит течение сопряжённости. В моем исполнении приемлемый формат серфинга. Пилотирую волну как изменение среды, переносящее энергию. Скольжение на переносе – не более и не менее…

Levitas

Густота сентябрьского повечерия заключает в некий левитационный контейнер, тот самый, где разлита сила, компенсирующая силу тяжести, где устойчивость существует вне непосредственного контакта, где все совпадает со всем.

Levitas в предельной исполненности подобия сложносочиненного текста, а может быть, и целой библиотеки.

Зависнуть, чтобы внезапно пройти сквозь, т.е. совершить если не фазовый, то структурный переход.

Возгонка следующего дня в игристом перляже взвеси мельчайших мошек, паутин, семян и в восклицательном сопровождении лесного ворона.

Осеннее равноденствие в пространстве семидесятой широты. Момент в синусоидальном процессе динамики геоида. Сброс избыточности с единственной целью – дление импульса жизни. И не важно, гриб ты или двуногий наблюдатель.

Полный штиль при +19 градусах. Лес пропитан такой живой тишиной, какая может возникать лишь в кругу единомышленников при абсолютном согласии. Получила портрет в стиле постимпрессионизма с явной аурой от лесного братства.

День осеннего равноденствия 2023 г.

Мой поезд

Изнашивается ли воображение* в личном постмодерне? В моем случае, происходит нечто, напоминающее ирреальный прирост вагонов ускоряющегося поезда.

Меткой «КакЭтоВозможно» маркируешь любое проявление вседневности, до и всеночности тоже. Квант мыслящей материи анцестрального возраста в пространстве тотальной дискретности множеств осуществляет Я-зондирование. Именно О-Существляет поЯтие! На фоне понимания, что ты всего лишь свидетель, активируется состояние четкой адекватности (уход адекватности и есть признак износа).

Мой ускоряющийся поезд прирастает вагонами…

===================

*Воображение, в данном контексте, есть психологическая система отражения мира.

Творение игристости

Предвосхищение перляжа

Пространство осеннего равноденствия нынешнего сезона идеально встраивается в метафору творения игристых напитков. Наблюдаю ремюаж* предельной плотности природной материи струящейся из равноденственного ПоложенияДел, совершенно естественно выпадающей в осадок, в предвосхищении дегоржаж**…

Далее, неизбежен весенний перляж***!

====================

*Выпадение осадка в игристом вине.

**Удаление замороженного осадка.

***Собственно, игристость!

Свидетели чистой пробы

Яблонево-сливово-ясеневая стена заоконья с переходом в облачную небесность – свидетели моей чистой пробы надмирности и одновременной подпольности, похожих на взаимодействие смычка и струны, непрерывно меняющихся местами.

Ближе к шести утра

Рассветная звуковая рябь в галочьем исполнении уравновешивается стуком дятла в ритме репетирующего ударника; стая невесть откуда взявшихся дроздов добавляет акустического разнообразия; да еще и квази-прибой ближнего шоссе.

Пытаюсь определить, где пролегают прошивки приятности природных шумов, лишенных ритма и оттого не имеющих внятной прописи считывания. Думаю, дело в стихийной доверчивости на уровне взаимности стихий в доритменном пространстве.

Здесь же истоки подлинного (не поддельного) абстрактного искусства.

Не открывая глаз пропускаю сквозь себя композиционную оркестровку шести утра сентябрьского понедельника.

Текст возникает сам собой, как идентифицирующий дегустационный сигнал профессионального сомелье.

Стойкость в мерцающем режиме

Предвкушение Очевидности, особенно в состоянии дрейфа, способно украшать монотонные рутины всполохами эстезиса. Вот-вот разгорится чаемое пламя явления со всеми сопутствующими и такими знакомыми красотами. Ан нет! сопутствующие мерцают при том, что явление не является.

Из снисходительности к самой себе, вернее к своей Очевидности, выстраиваешь сказочные предположения-основания, тщательно обходя новую Очевидность по имени «Было и кончилось» или «Отменяется на некоторое время». «Сопутствующие» же проглядывают как оконца голубого неба в просветах нависшей мглы или завихрения юго-западного ветра, появляются и исчезают. Размытость-истаивание либо близ есть?

===================

Это я к тому, что завтра 1 октября.

Umwelt или туманность сур

Имею опыт внезапного ощущения шестого чувства как некого эффекта личной планетарности, проявленной тотальной когерентности, порождающей множество системных функционалов. Плотно сплетенные семиотические нити создают невидимые связи между казалось бы непримиримыми реальностями, изящно компануя грани между микро- и макросферами, замкнутым кругом времени и вихревыми разрывами, иронией и явным абсурдом.

Вселённость значимых очевидностей здравого смысла как осознание доступа к каталогу предсказательной системы глубоко текущих мелодий. Иногда когнитивный инстинкт мысленного объединения (как свернутое измерение оркестровки) вынужден казаться некой туманностью для пребывающих вне контекста. При этом сложность струится сквозь завесу и считывается в оптике наблюдающего маркой соавторства.

Это я относительно впечатления от свежей туманности В. Суркова «Рождение Севера» – её, который день, расчленяют на фрагменты и запускают подобно бумажным самолетикам по сети (тоже своего рода соавторство). Каталог же предсказательной системы звучит так.