Жизнь в красках
Олег Бушуев

© Олег Бушуев, 2024

ISBN 978-5-0056-8222-2

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Душа стремится

Тревожат душу, как ни странно,
Те сны, что в детстве снились нам —
О закоулках Зурбагана
И о бегущей по волнам.

Душа стремится на свободу,
Туда, где мир и страха нет,
Где вечно ясная погода
И тёплый, полный моря свет,

Там нет потерь, а лишь открытья,
Там виден новый мир в окно,
Когда-то там мечтал пожить я
Как в романтическом кино.

Там облака как на картине,
Где стая белых лебедей
Летит вдали в просторе синем,
И белый парус по воде

Бежит вперегонки с волною.
Там завтра лучше, чем вчера,
Там всё – земное, но иное,
И жизнь – азартная игра.

Душа – бабочка

Поэта душу бьёт как током.
Слова учений вьются нитью.
Из них червь мудрости вьёт кокон,
И стих как бабочка родится.

Шуршащим веером из шёлка
Взлетают, расправляя крылья,
И махаон восторгов звонких,
И моль тщеславья и гордыни,

Что душу незаметно тратят,
Разменивают на химеры,
Так, что её ему не хватит,
Чтоб всех вещей стих сделать мерой.

И мотыльки стыда и страха
Вокруг горящей мысли вьются
И опадают горсткой праха,
Безумия и безрассудства.

Но всё ж останутся в сознанье
Стихов возвышенные гаммы
Как те волшебные созданья,
Порхающие над цветками.

Цвета счастья

Песчаный берег вдалеке желтеет,
И зеленеют пальмы над песком.
И что же мне с луною этой делать,
Что серебрится прядью над виском?

В вечернем свете моря даль чернеет,
И лазуреет хрупкий небосвод
Серея, тучка мелкий дождик сеет,
И бирюзеет толща зыбких вод.

В глазах твоих луч солнца золотится,
Краснеешь ты, когда зову с собой,
Над пеною морской белеют птицы,
Алеет парус в дымке голубой.

Купание на закате

Горячей летнею порой
Люблю купанье на закате,
Когда вечернею зарёй
Река как пламенем объята.

Огня такого берегись,
Купаясь голой в речке этой.
Иди, смотри не обожгись
О догорающее лето!

Навстречу ласкам водяным
Снимаешь ты стесненья платье.
И я бросаюсь, сняв штаны,
Пылающей реке в объятья.

Мы доплываем без труда
До самой середины речки.
Темнеет воздух, и вода
Горит как будто угли в печке.

Плывём мы в зареве зари.
Упруги волны словно груди.
Но ночь приходит и царит,
И в сердце тихий ужас будит.

На органном концерте

Глядя молча в нотный лист,
Зачарованно и деловито
Долго бился органист
Словно в танце святого Витта.

На педали он давил,
Вызывая ответ в органе,
Делают так сок для вин,
Виноград распиная в чане.

И пьянящая лилась
Из бамбуковой рощи звуков,
Наполняя смыслом нас,
То ль прелюдия, то ли фуга.

Астраханские времена года

У года здесь такие времена,
Каких в других местах и не увидишь,
На улицу, спеша, куда-то, выйдешь
И, поражён, глядишь по сторонам.

То ли весна, то ль осень, то ль зима.
И в воробьях как в яблоках кустарник.
Туманы дней, стекло ночей хрустальных,
Где в лунном свете как в снегу дома.

В февральскую ли трепетную рань,
Когда с горячим солнцем блеском споря,
Резных венцов базилики собора,
Слепя, сверкает золотая грань,

Как гость залётный тут зимою снег,
Тогда люблю бродить в кремлёвском парке,
Где светятся в брилльянтах блёсток ярких
Деревья, утопая в белизне.

И греться прилетают сизари
На склон канала меж двумя мостами.
И делятся своими новостями,
Купаясь в жидком золоте зари.

Придя домой, когда уже темно,
И льдинки луж блестят как будто стёкла,
И словно ночники включают окна,
Так хорошо сидеть и пить вино.

Воробьи

Вспыхнул порохом куст. То – внезапно
вспорхнул
Птичий слёт. Вспыхнул словно соломенный
ворох.
Воробьи это, тысячи Ш
отряхнув,
Превращают свой шум в один шёпотный
шорох.

Знать хочу, что они замышляют все
тут?
То ль комплот, то ль налёт, то ли мокрое
дело?
То ль открыли для всех воробьёв
институт,
И на сессию с разных концов
прилетели?

Кто мне скажет, наверно, считают
они,
Что понятней им всё, чем птенцам
человечьим,
И свой разум имеют, в глаза им
взгляни,
И, возможно, поймёшь, что гордиться
нам нечем.

Ни к чему им тропинки далёких
планет,
Рассужденья о тёмной материи
где-то,
Ничего, кроме неба над вечностью
нет,
Мир прекрасен, особенно перед
рассветом.

Мы – стихия для них или хищников
рой,
С кем, конечно же, быть нужно им
осторожней,
Их простой по ковыльным степям
гнездострой
Всех девелоперов и честней, и
надёжней.

А быть может, слетелись, чтоб мир свой
понять
И осмыслить в пределах своих
философий,
Высший смысл воробьиный летучий
поймать,
Не ведясь на мякине, довольствуясь
крохой.

(2014)

Вечное движение

Так создан мир, что круглый – год.
Как цикл сраженья света с тенью
И увяданья с возрожденьем —
Сезонов разных хоровод.

Зима, скрывая воду льдом,
Несёт с позёмкой и метелью
Усталым людям дух веселья
И запах хвои в каждый дом.

И с ним приходит Новый Год,
Он нам Рождественские сказки
И ёлочных игрушек краски,
И зиму долгую несёт.

А дальше – таянье снегов,
Садов проснувшихся цветенье,
Пора расцвета чувств весенних
И написания стихов.

За ней хозяином в мой сад
Идёт сезон тепла и света —
Плодов садовых праздник – лето
И, в завершенье – фруктопад.

Купанье в речке в жаркий день,
Вдали грохочущие грозы,
И водопад апофеозом
Почти тропических дождей.

Сменяя отпылавший зной,
Горя лисою рыжей, осень,
Бежит между зелёных сосен.
Тропинкой узкою лесной.

А ночью вспышки невпопад.
Мы видим звездопад над садом
Как дополнение к опаду,
Что в пруд насыпал листопад.

Порой раздумий о судьбе
И неизбежности ухода
Зовём мы это время года
С какой-то жалостью к себе.

Тень заменяет светом сад
И ясность – утренним туманом,
И землю светом первозданным
Скрывает первый снегопад.

И повторяется опять
Как карты одного расклада,
Вся цепь рождений и распада,
Как миллионы лет подряд,

Весь круг желаний и забот
С их повтореньем ежегодным —
Подобный вечным циклам водным —
Земных времён круговорот.

Берёзы

Плачут берёзы-невесты весной,
Платья примерят, наденут серёжки,
Летом шуршат говорливой листвой,
Тенью скрывая лесные дорожки,

Слушают пение птиц и цикад,
Верят в приметы берёзки-простушки,
Верят в желанья, когда звездопад,
И в обещания глупой кукушки,

Осень приходит, приносит туман,
Больше не слышно  рулад соловьиных,
Ночью берёзки ветвями шумят
В страхе от мрачных пророчеств совиных.

Солнце, взойдя над землёй высоко,
Свет свой бросает в древесный колодец.
И на округу берёзы с тоской
Смотрят глазами лесных богородиц.

(2018)

Сказка про Царя Добродея и царевну Вёсну¹

Жестокосердны сказки наши,
Страх перед силой в них живёт.
Дед новогодний груб и страшен,
И птиц он превращает в лёд.

Вот так заколдовал, метелью
Дохнув, царевну Вёсну он.
Её обрёк в остывшем теле
На вечный беспробудный сон.

И спящая царевна Вёсна
В гробу из синих льдов лежит
В своём наряде снежно -звёздном,
Что из снежинок белых сшит,

И льдинками застыли слёзы,
Что падали с её лица,
Но страха нет перед Морозом
В тех, в ком горячие сердца.

И хором Деда² нудят дети
Убраться с холодами прочь,
Чтобы скорей настало лето
И чтоб короткой стала ночь.

К детишкам пусть не он приходит,
А Добрый волхв – Царь Добродей,
Поздравит их он с Новым Годом,
Согреет птичку в бороде.

Пусть он придёт, тепла посланец,
В сердцах людских растопит лёд,
Несчастных меньше чтоб осталось,
А средь счастливых был приплод.

Раздаст подарками надежды,
Счастливые мечты и сны,
Предскажет всем за скукой снежной
Вновь возвращение весны.

И оживит теплом девицу,
Надев ей из цветов венок,
И пусть её преобразится
Наряд от головы до ног.

С лицом улыбчивым в веснушках
Пусть, напевая и смеясь,
Царевна раздаёт игрушки,
Детишек увлекая в пляс.

Зелёным ситцем в пятнах красок
Пусть душу радует и глаз…
Пусть больше жизнь недобрых сказок
Не пишет в Новый Год для нас.

Про ангелов

Иду по скользкому асфальту,
Лавируя как акробат.
И руки вьюг холодным пальцем
Меня за уши теребят.

Ветра прохожим дуют в лица
И шепчут о спасенье душ,
И не дают им оступиться,
Идя по скользким льдинкам луж.

И, проводив до дома, мимо
Летят, ударившись о дверь —
Им просто знать необходимо,
Что добрались мы без потерь.

И снова им идти работать —
Хранить измученных людей,
Не оставляя их заботой
И выручая их в беде.

Их, ангелов, летают стаи —
Хранителей от мук и бед,
Их перья падают и тают,
На окнах оставляя след.

И окна словно тихо плачут.
День вьюгой прошумел и смолк.
Я жив ещё, а это значит —
Мой ангел выполнил свой долг.

О сменяемости времён года

Я в сменяемость вечную верю.
День на ночь любит время менять.
Наступленье зимы как потерю
Я совсем не хочу принимать.

То, что сковано холодом, дремлет,
Дожидаясь весеннего дня,
Для всего есть и место, и время,
И терпение есть у меня.

Рождественское

Час Рождества волшебного всё ближе,
Так тихо, что услышать можно лишь,
Как месяц языком холодным лижет
Сладчайшее мороженое крыш

И леденцы замёрзших светофоров.
В предчувствии чудес весь мир застыл.
А ветер из космических просторов
Мне звёздную под ноги сыплет пыль.

Как кот вбегает в дверь холодный воздух,
Я снова дома. Не включая свет,
Гляжу в окно. И ждать чудес не поздно.
Их жду, как на признанье ждут ответ.

И кажется, конца нет ожиданью.
Но вот, свершилось чудо наконец,
Зажглась звезда, я загадал желанье,
И сон как Бог сошёл ко мне с небес.

Канун Рождества

Декабрьской ночи длится канитель,
Луна разлита в небе как сметана,
И свет её сочится сквозь метель
Как фары свет, идущий из тумана,

Как воздух на картине сквозь пастель.
Недвижна и беззвучна ночь глухая,
И дух зимы, устав крутить кудель,
На снеговой перине отдыхает —

На лапах ёлок, и на лентах рек,
На крышах и стогах, и в поле дремлет.
И одевая землю в белый мех,
Своим дыханьем целый мир объемлет.

О, дух зимы! Сплошное волшебство!
И кажется, что подо льдом и снегом
Всё умерло, а тут вдруг Рождество,
И мир рождается как Альфа и Омега.

Рождественские желания

Такая тишь, и неба бездна
Вся в огоньках дрожащих звёзд.
А на равнине поднебесной
За речкой тёмный лес замёрз,

И сладкая какая нега —
Закутавшись с ногами в плед,
Смотреть на бесконечность снега,
Секундам падающим вслед.

И в ледяной оправе стёкол,
В дыханьем отогретой мгле
Узреть хрустальные подтёки
Начала жизни на Земле.

И мыслью ход времён нарушить.
Какая это благодать —
Код генетический как душу
Во всём живущем угадать

И захотеть зверью и птицам,
И всем беспомощным помочь.
Сочувствие пусть постучится
Ко всем в рождественскую ночь.

За городом

Закончатся святки в срок, и когда наступит крещенье,
Пройдёт январь как с похмелья тропою лесной наощупь.
Жалея замёрзшие липы, словно прося прощенья
У них за мороз трескучий, он снегом оденет рощу.

Вдруг лопнет на речке лёд как будто арбуз перезревший,
Звук испугает ворон, их всех всполошив словно выстрел,
И в буреломе завоет то ль раненый волк, то ль леший,
Попавший в капкан, и поезд обдаст всю округу свистом.

Я встану, согрею чаю, намажу чем надо лыжи,
К буржуйке присяду, чтобы смотреть как займётся пламя,
Что, голода не скрывая, жадно поленья оближет.
Я тоже поем, оденусь, своими займусь делами.

Дохну на ладони паром, пройдусь в тишине звенящей.
Жизнь городская бредом покажется или похмельем,
А эта выздоровленьем окажется настоящим,
Коль не наскучит настолько, что город предстанет целью.

Мелом пишет зима

Наконец пришла зима
Тонет город в снежной дымке,
И под шапкой-невидимкой
Дремлют старые дома.

Белым красит снеговей
Ленту серого канала,
Чтоб она забинтовала
Раны памяти моей.

И снежинки мне в лицо
С неба падают и тают,
Или мимо пролетают,
Невесомые как сон.

Сверху, спрятавшись от глаз,
Кто-то сыплет чем-то белым.
Словно в небе пишут мелом,
Над задачкою склонясь.

Так крошась, слетает мел
С грифельной доски небесной.
Что там чертят, неизвестно.
Может, путь небесных тел?

Зима

Зима, декабрь, пригорок бел,
И небо – простынёй морозной,
Там тишина, где лес шумел,
И мир как будто только создан.

Прозрачен, ясен он и прост,
В нём свет струится ниоткуда.
Как будто разрисован холст
Углём древесным для этюда.

Вон вдалеке чернеет лес,
И тени на снегу подталом,
И мостик, что согнулся весь,
Спит под пушистым одеялом.

И полынья в ручье черна,
И роща, в белое одета,
На долгий сон обречена,
Хотя не ведает об этом.

Зимняя картина

«Ух» совиный слышится.
На реке в ночи
Звёздочки колышутся
Пламенем свечи.
Вот одна упала, и…
Сходит мгла с небес,
Ей как одеялами
Завернулся лес
И проснулся в инее
Словно в кисее,
Ниточками длинными
Кланяясь земле.

Зима в Астрахани

Ледок лежит уже на всём канале,
Скрипит под каблуками свежий снег.
Светло в душе. Ах, если бы вы знали,
Как долго снега не хватало мне.

Зима даёт надежду и возможность
Нам – всё, что не успели, наверстать,
Забыть тоску потерь, кумиров ложных
И вновь начать все с чистого листа.

Так ожидаю я преображенья,
Когда ложатся хлопья на лицо,
Как дети ждут подарков в день рожденья
И верят в сказки с радостным концом.

Хоть я уже давно не верю в сказки,
Дивлюсь как чуду звёздам на снегу.
Как будто взяв на подлавке салазки,
С бугра кататься снова я бегу.

Вновь чую запах снега и полозьев
И вспоминаю счастье детских дней —
И белый дым, и щёки на морозе,
Горящие на ледяном огне.

Я так теперь качусь по склону жизни,
Весь превращаясь в зрение и слух.
Одышка – это не старенья признак,
То от езды захватывает дух.

Декабрьский день

Секунды бегут кавалькадой.
Как будто был юным вчера.
Вот так за порой листопада
Идёт снегопада пора,

И лишь наблюдаю теперь я,
С потерями непримирим,
Как падают, падают перья
С пушистых небесных перин

И чиркают по капюшону.
Их гонит по свету пурга.
И известью недогашёной
Кипят под ногами снега.

Зимняя грусть

О замёрзших полозьев запах,
О печальный напев русских зим!
Пахнет снег на зелёных лапах
Пышных ёлок привалом лесным,

Конским потом и дымом синим.
Воздух в искрах и в искрах путь.
И плывут облака как льдины.
Мне бы с ними куда-нибудь!

Предновогодье

Свет наступает, отступает тьма,
Как будто изумруды и рубины
Цветут огнём гирлянды на домах,
В домах же всюду запах мандаринный.

Весь мир в предвосхищенье перемен
Дела забросил, позабыл дороги.
И вечер обещает новый день,
А нам – освобожденья от тревоги,

От всех забот и страхов, и долгов,
Что накопились и легли на плечи
Как скрывший землю толстый слой снегов.
Их разметает ветер в этот вечер.

Растают сразу дружно все они
В конце приготовлений этих колких
Как тьма, когда запрыгают огни
На купленных для ребятишек ёлках.

Светлая ночь

Я иду вдоль сугробов, вокруг тишина.
Прячу зябкие руки в карманы.
И луны не видать, вся, наверно, она
Молоком растворилась в тумане.

Ночь бела, и как утром светлы небеса.
И не хочется спать совершенно,
Только матовый свет впереди без конца,
И деревья в снегу по колено.

С крыш срывается белая колкая пыль,
Словно дым, раздуваемый ветром,
И дома, и деревья вокруг – словно фильм
Чёрно-белый из тени и света.

Ветер тянет и тянет свою канитель,
Снег искристый с ресниц я счищаю,
Задувает метель, завывает метель,
Белый пух в белых мух превращая.

Зимняя ночь

Чёрно-белая, бело-чёрная
Новогодняя эта ночь
Бахромой своей утончённою
Парк накрыла как шаль точь-в-точь,

Путь глазурью облила белою,
Пешеходов осыпав всех,
А деревья окоченелые
Приодела в пушистый мех.

И расцветила ярко улицы,
Что чудес небывалых ждут.
Стоит только чуть-чуть прищуриться,
Загадать, они тут как тут.

Ожиданьем всего хорошего
Ночь зажгла в моём сердце свет,
Душу мне отогрев замёрзшую
Зимней сказкой из детских лет.

С новым годом!

Предстоит сейчас вступить нам
В год открытий и находок.
Мы в предчувствии событий.
С новым счастьем, с новым годом!

Ничего, что скажет кто-то,
Что довольными быть нечем —
Будут новые заботы,
Но и радости и встречи.

Будут ссадины и боли,
Пораженья тоже будут,
Но потери и уколы
Сердце доброе забудет,

Лишь с потерей не смирится
Милых и незаменимых,
Остальное заживится.
Все желанья исполнимы.

И надежда остаётся,
И богатство дней прожитых.
Новый год на то даётся —
Что вам хочется, скажите!

Загадайте по желанью,
Мир устроен так, похоже,
Что в нём всё уж есть заране,
Что желать себе мы можем.

Надо лишь искать и верить,
Избегая всех напастей,
И тогда нам всем отмерит
Жизнь в подарок много счастья!

(1998)

Новогоднее утро

Я из окна гляжу на сад.
Там – опустело, неуютно.
Минуты спят, часы висят,
Устав, заснувшие под утро.

Сметаю старый год с крыльца,
И снег летит на белых крыльях.
Стучится новый год в сердца
К тем, кто их для других открыли.

Я ставни открывать иду.
Желает счастья и успехов
Прохожий в будущем году.
Я пожеланью вторю эхом.

Добры в минуты эти мы,
Готовы радостью делиться.
И в нашем сердце нет зимы,
В его ветвях щебечут птицы,

В его ручьях звенит вода.
Намёка нет на непогоду.
Пусть мир и счастье навсегда
Приходят вместе с Новым Годом!

(1994)

Январская ночь

Окрестность спит под лунным фонарём,
Сквозь лёгкую морозную патину
Гляжу в окно на зимнюю картину,
Написанную ночью январём,

Лёг снег на крышу под моим окном.
Во все концы, насколько видно глазу,
Там россыпи сияющих алмазов
Горят спокойным, неземным огнём.

И кажется, что снег – ночная тьма,
А искры в нём – словно на небе звёзды.
Созвездий и галактик вижу гроздья,
И крыша вся – Вселенная сама.

Долгие зимние каникулы

Новый год, дней пустых череда.
Не люблю тишину городскую,
А особенно в пасмурь, когда
У окна по работе тоскую.

Рядом – гению дома алтарь,
Где каминных часов шевеленье,
В рамках детские фотки как встарь,
И смотрю я на них в умиленье.

Сыновья, уже встав на крыло,
Счастье строить своё улетели,
Как же время так быстро прошло,
Оглянуться назад не успели.

Гений дома, спасибо тебе
За простое семейное счастье,
Ты приют мой надёжный от бед,
От тревог и душевных ненастий.

Затоплю для тебя я камин,
Воссоздам вид костра первозданный,
Из коллекции памятных вин
Я бутылку-другую достану

С датой той, когда молод я был,
И бокал я до края наполню,
И кого я когда-то любил,
Их, глоток за глотком, всех я вспомню.

Планы

Да, ещё впереди один месяц зимы,
Но с весенними планами носимся мы.
Я хочу, чтобы с планами нам повезло.
Бог над ними смеётся, но, знаю, не зло,

А вполне добродушно взирая на нас,
Он своё наказанье на после припас.
Забавляет его муравейник людской,
Что наполнен заботами, а не тоской.

То он плюнет божественной сладкой слюной,
То  смеясь, палкой ткнёт, что зовётся войной.
Как потешно на этих мурашек смотреть
И на их бестолковую жизнь или смерть.

Февраль

За окошком мороз,
За окошком февраль,
И погодный прогноз
В этот раз не соврал.

Я уткнусь в тёплый шарф,
Буду умным я впредь,
Осторожно дыша,
Чтобы не заболеть,

Буду снегом скрипеть
И стекляшками льда
И, зажмурясь, глядеть
На замёрзшую даль.

Буду как паровоз
Выдыхать белый пар
И февральский мороз
Принимать словно дар.

Февраль-бокогрей

День, играющий в зиму вчерашним снежком,
Снова мокрые доски на крыше пригрел,
И парит, но не птицей парит, а парком,
Что как дым, там, где снег почернел и сгорел.

Как прекрасен февраль, солнце греет бока
У собак, прикорнувших у каменных стен,
В небе ни облачка нет, и ни ветерка,
Лишь под пятками спряталась чёрная тень.

И на лицах прохожих румянец расцвёл,
И улыбки подёрнули лини губ.
Этот день в душах краски цветные развёл,
И надежды взошли как подснежник в снегу.

Щиплет щёки мороз, но на сердце легко.
Снова зимняя ясность настала в душе.
Хмарь и мутность вчерашние так далеко,
Что не могут и вспомниться даже уже.

Да и вовсе не хочется мне вспоминать
Грязь и пасмурь в ничто улетевших недель.
Я бы рад был сто дней на один променять,
Вот такой, где светло так в душе у людей.

Морозный денёк

Над городом свет завис,
Теряясь в лохмотьях дыма,
Смотрю рефлекторно ввысь,
Где мчится планета мимо.

Четвероногих толпа
Бродит, ища добычу.
Двуногий обходит парк,
Зная их злой обычай.

Крылатый в ветвях сидит,
Чёрный и высокомерный.
За всеми внизу следит.
Он – ангел Ада, наверно.

Переменчивость погоды

В весну легко поверить тут,
Когда январь бесснежный, хмурый,
Как этим птицам, что поют,
Теплу обрадовавшись сдуру.

Холодный ветер лишь – взамен
Недолго длившихся морозов.
О неслучившейся зиме
Закапали с карнизов слёзы.

Тепло, и тонок серый лёд.
На склоне рядом с Лебединкой³
Слёт голубиный воду пьёт
С подтаявшей на солнце льдинки.

Но всем известен уж прогноз.
Язык арктический понятен,
И завтра будут прятать нос
Идущие по хрусткой вате.

Изменятся деревья в ночь
Вдоль Первомайского канала.
Оденутся они точь-в-точь
Как в платья белые для бала.

И как пирожные – дома
Снежок покроет слоем крема,
На пару дней придёт зима,
Словно в кулак смеясь над всеми.

И рано утром появясь
Перед мостом Адмиралтейским,
Узором на окне для нас
Своё закончит лицедейство.

Белый квадрат

Бесснежно так было недели подряд,
И снега мне не доставало,
И ночь как Малевич свой черный квадрат
В окне у меня рисовала.

А нынче с утра поседели дома
Вдоль вьющейся ленты канала,
И спряталась даль словно в белый туман,
А время замёрзло и стало.

Вдоль белых деревьев иду наугад,
И хлопья с ресниц осыпаю,
Снежинки на землю летят и летят,
Летят без конца и без края.

Я в сердце своём сохраню этот день
И путь без тропы и дороги,
И ветер, что сеет муку в решете,
И гонит позёмку под ноги.

Минуты – снежинки, столетье как лёд
Скользит под моими ногами,
И мир, пошатнувшись, куда-то плывёт,
Косою нашедши на камень.

Едва удержавшись на слабых ногах,
Кажусь сам себе неуклюжим.
Иду по запрятанным в белых снегах
Замёрзшим раскатанным лужам.

Вот так же таятся и в завтрашнем дне
Подставы, обманы, напасти,
Но, идя наощупь в сплошной пелене,
Надеяться нужно на счастье.

Как символ надежды на фоне утрат,
В загадку зимы посвящённый,
Мороз как художник свой белый квадрат
Рисует мне в раме оконной.

Волга

Вот на час стал день длинней,
И стала даль виднее,
Смотрю с пристрастьем как Линней,
Как Волга леденеет.

За ледоколом длинный хвост,
А к берегу поближе —
Микробы чёрные и мост
Сквозь линзу утра вижу.

Вот так, (на утреннем снегу
Они вполне заметны),
Я видеть рыбаков могу
Как на стекле предметном.⁴

Конец февраля

И вот февраль кончается опять.
Зима весне не хочет уступать.
То в небе солнечно и ясно, а то хмуро,
То тает снег, то намерзает лёд,
И вновь борьба упорная идёт,
Что видно по скачкам температуры.

А то вдруг шелестит дождь ледяной,
И падает хрустальною стеной,
И как глазурью покрывает землю
Прозрачной коркой утреннего льда,
А к полдню то ли солнце в лужах дремлет,
То ль в них искрится талая вода.

И воробьи чирикают вовсю,
Как птицы в расколдованном лесу
На возвращение тепла в надежде,
Но я-то знаю, что погода прежде
Среди зимы изменится не раз,
Коварно обманув и их, и нас.

Мечта о лете

Как хочется, чтоб было лето
С его жарою и прохладой,
С неповторимостью рассветов
И переполненностью сада.

Как хочется вновь очутиться
Там, где цветёт как омут время,
Где можно мне не суетиться,
Забот и страхов сбросив бремя,

Секундой наслаждаться каждой,
Срывать плоды с ветвей провисших
И с чувством гордости и жажды
Под лиственной зелёной крышей

Присесть почти в изнеможенье
На радужный садовый стульчик,
И молча наблюдать движенье
Куда-то дождь несущей тучи,

Напиться персиком медовым
Под звуки арфы комариной,
Как в детстве надышавшись вдоволь
Арбузами и кумарином,

Заснуть в тени большой черешни
И тихо плыть в реке забвенья,
И птиц невиданных нездешних
Сквозь сон прозрачный слышать пенье.

Серое время года

Серый цвет как занавеска,
Неба нет, одна печаль,
И обмолвиться мне не с кем,
И бесцветных дней не жаль.

Город в пепельном тумане
Как Помпеи погружён,
Скрылись тени, стёрлись грани
И как будто умер он.

На душе словно в Помпеях —
Серые как пепел сны,
Жду, когда их все развеют
Тёплые ветра весны.

И когда, залив всё светом,
Солнце оживит поля,
И в наряде разноцветном
Выйдет вся в цветах земля.

(2000)

Зимние метаморфозы

Так весь февраль: то слякоть, то мороз,
В вечерний час, медлительный и длинный,
В моём окне меняются картины.
И всё там – результат метаморфоз.

То виден светофор сквозь серый снег,
Что красит путь то в красный, то в зелёный,
А плоскость крыш мне видится белёной
Как бровки и деревья по весне.

То как от слёз размазаны огни
И фейерверком льются с каплей каждой
Как акварель вниз по бумаге влажной
Все по стеклу оконному они.

Машины лавой красною текут,
Зелёному огню спеша навстречу,
А в небе в честь Творенья мира вечный
Горит, горит, не падая, салют.

От красоты мой глаз не устаёт.
Вот так пейзаж ночной у нас расцвечен,
В той мере он изменчив и извечен
Как смена настроений и погод.

Конец зимы в Астрахани

Сверкает морозный воздух,
Лежит на канале снег,
Под крышей сосулек гроздья
Задумались о весне,

Кораллы белесых веток
Роняют в вечерний час
Хлопьями белого света
Остатки зимы на нас.

Белым все белы деревья,
Белы дома и дымы,
И солнце, озябнув, дремлет
На самом краю зимы.

Оттепель

После бесснежных морозных дней,
Ну наконец-то, ноль.
И это слово сегодня мне
Звучит как некий пароль.

Смертью казался ещё вчера
Момент замерзанья воды.
Сегодня он значит – пришла пора,
Когда растопляются льды.

Ещё к весне не качнулись весы.
Лишь точка таянья льда.
И капля воды на сосульке блестит
Холодная как звезда.

О возрождении

Короче ночь, длиннее сны
И дни длинней и полновесней.
Рукой подать уж до весны
И взглядом до страны небесной,

Где как послания плывут
Над нами тучи кучевые
И нас с собою вдаль зовут
Словно народы кочевые.

И мы, доверившись мечтам,
По небу с ними в жизнь иную
Плывём, надеясь, что уж там
Нас чаша горькая минует.

Не говори мне, что пройдут
Минуты грёз и наслажденья,
Что всё напрасно было тут.
Хочу я верить в возрожденье.

Ведь возрождаются весной
От тёплого прикосновенья
Деревья в глубине лесной
Как будто бы по мановенью.

Так стих мой где-то зазвучит,
Молчанье вечное нарушив,
И тёплой памяти лучи
Пробудят дремлющую душу.

И я в потомках возрожусь,
Глазами их вновь мир увижу,
И в новом мире окажусь,
И к солнцу истины поближе.

Смена месяцев

Горит костёр – горячая звезда,
На свет и тьму движенье Землю делит,
И месяцы – апостолы сидят
И слушают как проповедь метели.

А дни летят и падают как снег,
И в памяти минуты жизни тают,
И чёрные деревья о весне
Как мы о воскресении мечтают.

И воскресают как Христос весной
И, пережив мороз и снегопады,
Готовы после долгих зимних снов
Вдруг зацвести и стать тенистым садом

Иль рощей, иль дубравой шумной стать,
Дав кров в листве поющим звонко птицам
И, службу солнцу отстояв, опять
На время в кучи сучьев превратиться.

Так месяцы – природы короли,
По очереди покидают сцену.
Идёт Февраль – владыка всей земли
Назад к костру, а Март – ему на смену.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Почему Вёсну, а не весну? Потому что в веснушках

Вернуться

2

Dead morose – мертвенно угрюмый

Вернуться

3

Лебединое озеро в центре Астрахани

Вернуться

4

Стеклянная пластинка, часть микроскопа.

Вернуться