# Бригада с запада

Александр Александрович Тамоников

Роман о напряженной работе специалистов уникального подразделения КГБ. От мозгового штурма при подготовке секретной операции до реальной схватки с коварным противником в любой точке земного шара – путь, который по силам только мужественным и преданным своему делу профессионалам.

1978 год. Полным ходом идет строительство Байкало-Амурской магистрали. Этим всерьез озабочены западные спецслужбы. Они готовят диверсионную группу, которая должна взорвать мост на одном из важнейших участков дороги. О готовящемся теракте становится известно руководству КГБ. Под видом столичной инспекции на стройку прибывает отряд спецназа «Дон» майора Вячеслава Богданова. Бойцам удается обезвредить противника. Однако в последний момент становится известно, что взрыв моста – это только часть вражеской акции, самая же кровавая ее фаза намечена в другом месте. На подготовку ответного шага у Богданова остаются считаные часы…

«Романы А. Тамоникова – о настоящих мужчинах, для которых понятия доблести, чести и долга – не пустой звук». – В. Колычев

Общий тираж книг А. Тамоникова – более 10 миллионов экземпляров.

© Тамоников А. А., 2023

© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2024

Все права защищены. Книга или любая ее часть не может быть скопирована, воспроизведена в электронной или механической форме, в виде фотокопии, записи в память ЭВМ, репродукции или каким-либо иным способом, а также использована в любой информационной системе без получения разрешения от издателя. Копирование, воспроизведение и иное использование книги или ее части без согласия издателя является незаконным и влечет за собой уголовную, административную и гражданскую ответственность.

* * *

> Романы А. Тамоникова – о настоящих мужчинах, для которых понятие доблести, чести и долга не пустой звук.

> Владимир Колычев

Общий тираж книг А. Тамоникова – более 10 миллионов экземпляров

## Пролог

Что такое Байкало-Амурская магистраль (сокращенно – БАМ), знает, пожалуй, всякий человек в России. Для старшего поколения это красивая легенда, вызывающая добрые воспоминания о той стране, которой больше нет, и о той жизни, которая также осталась в прошлом, равно как и страна. Для нового поколения это часть истории.

Впрочем, и ностальгические воспоминания, и наука под названием «история» – все это понятия не материального, а больше духовного свойства. А есть БАМ и вполне реальный. Стоит лишь взглянуть на карту российского Дальнего Востока, и вы увидите тонкую извилистую линию, берущую свое начало от озера Байкал и упирающуюся другим своим концом в Тихий океан. Это и есть БАМ. Он до сих пор еще не достроен, но тем не менее по нему идут поезда с различными грузами, идут также и пассажирские поезда. С запада на восток и с востока на запад… БАМ – это легенда и история, имеющие свое реальное воплощение, – можно сказать и так.

К строительству Байкало-Амурской магистрали приступали несколько раз – в разное время. И каждый раз по какой-то причине железную дорогу не достраивали. То нехватка средств, то война…

В последний раз попытка завершить строительство магистрали случилась в шестидесятых годах минувшего века. О, это была великая, можно даже сказать, грандиозная стройка! Старшее поколение помнит то время! Какие лозунги тогда звучали! Какие песни пелись! Сколько людей стремилось принять участие в строительстве легендарной магистрали! Какие у этих людей были счастливые, одухотворенные лица!

Это была, так сказать, поэзия Байкало-Амурской магистрали. А была еще и проза. В те годы Советский Союз, скажем так, был не в ладах со своим южным соседом Китаем. Страны готовились к войне друг с другом, и такая война казалась неминуемой.

По советской территории пролегала железнодорожная линия, соединявшая центральную часть страны с ее окраиной – Дальним Востоком. Это была единственная ветка, которая соединяла две части страны. К тому же она пролегала вблизи советско-китайской границы. Не надо быть стратегом, чтобы понять очевидную истину: в случае военного конфликта между СССР и Китаем Китай запросто мог захватить железнодорожную ветку и таким образом отрезать советский Дальний Восток от центральной промышленной части страны. Проблема усугублялась еще и тем, что никаких других дорог и магистралей – ни железнодорожных, ни автомобильных – в тех краях не существовало. Оружие, продовольствие, промышленную технику можно было доставить на Дальний Восток только по железной дороге, пролегавшей вблизи советско-китайской границы, и никак иначе.

Поэтому строительство параллельной железнодорожной магистрали, то есть БАМа, которая проходила бы северней, подальше от границы, было для Советского Союза просто-таки насущной необходимостью как в военном, так и в промышленном плане.

Понимали это все: и советское правительство, и китайское, и, между прочим, правительства стран Запада. Казалось бы – какое дело западным странам до строительства Байкало-Амурской магистрали? Где Запад, а где советский Дальний Восток? Однако же это были довольно-таки наивные вопросы. Было западным державам дело до советского Дальнего Востока, было! А значит, было дело и до строительства БАМа. Для многих западных держав Советский Союз был врагом – вечным, заклятым. И отчего бы такого врага не одолеть не собственноручно, а с помощью третьей стороны, скажем, того же Китая? И пожинать затем богатые плоды такой победы? А чтобы Китаю сделать это было легче, необходимо ему помочь.

Как именно? Например, помешать строительству Байкало-Амурской магистрали. То есть разрезать гигантскую территорию Советского Союза на две части. Простая и вместе с тем гениальная мысль. Если вывести из строя железные дороги, соединяющие западную часть СССР с ее восточной частью, то восточная часть таким образом окажется беспомощной и парализованной. Бери ее голыми руками со всеми ее неисчерпаемыми богатствами! Воевать с паралитиком – это так просто и так заманчиво. Тем более не своими, а чужими руками!

Итак, Китаю в его устремлениях захватить восточную часть СССР надо помочь. Совсем немного – сорвать строительство Байкало-Амурской магистрали. Погасить рвение советского народа и его энтузиазм! Сделать так, чтобы речи и песни советских людей умолкли, а сами строители-энтузиасты врассыпную побежали во все стороны со своей «стройки века» – как они ее называют! И тогда дело можно будет считать сделанным. Стройка будет остановлена, артерия, соединяющая территории огромной страны, будет перерезана. Останется только подождать, когда китайцы приберут к рукам другую артерию – ту железнодорожную ветку, которая проходит вблизи границы. Ну, за этим, думается, дело не станет…

## Глава 1

Кабинет был как кабинет – со стандартной мебелью, мрачного вида металлическим сейфом в углу, полузадвинутыми шторами, вентилятором с лениво шевелящимися лопастями под потолком. Единственное отличие от других подобных кабинетов – географические карты на стенах. Карт было несколько, они занимали сразу две стены. Все это были карты восточной части Советского Союза. Точнее сказать, не всей восточной части, а той, которая примыкала к советско-китайской границе. Карты были выполнены в разных масштабах, на некоторых из них были видны непонятные, разного цвета обозначения. Отдельным ярко-оранжевым цветом была изображена извилистая линия, начинавшаяся у озера Байкал и упиравшаяся в какую-то точку у побережья Охотского моря. На этой линии в нескольких местах значились другие непонятные обозначения, нарисованные красным цветом.

В кабинете было три человека – все мужчины среднего возраста. При внимательном взгляде легко можно было определить, что один из них начальник, а двое других – его подчиненные. У начальника было насмешливо-ироничное выражение лица, казалось, что он постоянно улыбается. Про себя подчиненные его так и называли – «смеющийся шеф». Или проще – «Веселый». На самом же деле начальник улыбался, а тем более смеялся исключительно редко. Это был въедливый, педантичный сотрудник разведки, и к своим подчиненным он относился так же въедливо и педантично.

– Вот, – сказал начальник, подходя к картам. – Это результат труда всего нашего отдела. Должен сказать, что труд был довольно-таки кропотливым и во всех смыслах непростым.

При этих словах подчиненные переглянулись между собой, а один из них даже усмехнулся едва заметной саркастической усмешкой. Дело в том, что любую работу, даже самую малозначительную, которую доводилось выполнять отделу, начальник непременно считал непростой и кропотливой. Даже если выполнять ее не составляло никакого труда.

– Да, именно так – дело оказалось кропотливым и непростым, – шеф, разумеется, заметил, как один из подчиненных усмехнулся. – Я всегда называю вещи своими именами! Прежде чем создать эти карты, нам пришлось провести большую работу. В нашем распоряжении оказались схемы и планы работ, которые русские производят на этом участке. Вы профессионалы и потому понимаете, что добыть такие планы – дело весьма нелегкое. Но наши люди их раздобыли…

Шеф помолчал, прошелся по кабинету и вновь остановился у развешанных по стенам карт.

– Кроме того, – веско произнес он, – при составлении этих карт использованы снимки наших разведывательных спутников. Что тоже, как вы понимаете, дело непростое. Так что ваш сарказм, Майк, – он взглянул на одного из подчиненных, – в данном случае неуместен. Я всегда называю вещи своими именами! – повторил он.

– Прошу прощения, – сказал на это Майк.

Но шеф, казалось, не обратил на эти слова никакого внимания. Его взгляд был устремлен на карты.

– Вот, – сказал он, указывая на карты, – это то, что русские называют главной стройкой пятилетки и даже стройкой века. Или, если убрать патетику и лирику, Байкало-Амурской магистралью. Впрочем… – он помедлил и по очереди посмотрел на каждого из подчиненных, – патетика в данном случае имеет некоторый смысл. Действительно, для русских это очень важное дело. Строительство параллельной железной дороги, которая должна проходить гораздо севернее, чем та, которая у них уже имеется! Джентльмены, вы, разумеется, в курсе тех отношений, которые в настоящее время сложились между русскими и китайцами. И вы понимаете, какую выгоду мы можем извлечь из этих отношений. Поэтому останавливаться подробно на этом вопросе я не стану. Скажу о другом…

Шеф, которого подчиненные называли «Веселый», вновь несколько раз прошелся по кабинету и опять остановился у карт.

– Скажу вот о чем, – произнес он. – Все изменится, если русским удастся построить магистраль. Все существенно изменится, и притом не в лучшую для нас сторону! Прошу ознакомиться с картами!

Оба подчиненных поднялись со своих мест и подошли к картам. Какое-то время они молча их изучали, а затем так же молча взглянули на шефа.

– Джентльмены, вам все понятно? – спросил шеф.

– Не совсем, – сказал один из подчиненных. – Карта – это еще не железная дорога. Насколько мне известно, русские пытались построить эту магистраль уже несколько раз. И каждый раз им это по разным причинам не удавалось. Почему же это у них должно получиться сейчас?

– Сейчас русские взялись за это дело основательно, – заметил шеф. – В настоящее время эта магистраль для них – вопрос жизни и смерти. Вы же знаете их отношения с Китаем…

– Насколько мне известно, – сказал второй подчиненный, – там очень сложные условия. Лес, горы, вечная мерзлота, болота… Вдобавок – большие реки. Кажется, никто еще не строил железную дорогу в таких условиях.

– Никто, – согласился шеф. – Но русские построят. Они… – шеф замялся, вспоминая нужное слово, – энтузиасты.

– Ну, – не согласился подчиненный, – на одном энтузиазме мост через реку не построишь и тоннель в горе не пробьешь…

– Русские построят и пробьют, – возразил шеф. – Для них энтузиазм – это движущая сила. Оружие! Майк, не стоит недооценивать врага. Не повторяйте ошибок предшественников. И где они теперь – те, кто недооценивал? Русские лбами пробьют тоннель в горе, голыми руками возведут мост через реку – но магистраль построят! Уверяю вас!

– Значит, задача у нас безнадежная, – хмыкнул Майк. – Как можно помешать тем, кто лбами пробивает тоннели?

– Ваша ирония не к месту, – вот уже во второй раз шеф с застывшей гримасой, напоминавшей усмешку, взглянул на Майка. – Любого врага можно победить. Значит, и русских тоже. Несмотря на их энтузиазм и всю их фанатичность. И наша с вами задача сделать это. Пока что не в глобальном масштабе, а лишь на одном отдельно взятом участке. На том месте, где они пытаются строить свою магистраль.

На этот раз подчиненные не сказали ничего. По опыту они знали, что коль уж шеф заговорил о грядущей победе, значит, у него имеются на этот счет кое-какие соображения. Дельные и выверенные соображения, можно сказать и так.

– Прошу внимательно взглянуть на карты, – сказал шеф. – Что вы на них видите?

– Разноцветные знаки, – сказал первый подчиненный. – Хотелось бы получить по поводу них подробные разъяснения.

– Вы смотрите в самую суть, – одобрительно произнес шеф. – Именно на знаки и следует обратить особое внимание. Итак, фиолетовым цветом на картах изображены места наиболее сложных участков на месте строительства предполагаемой магистрали. То есть это именно те места, где русские предполагают строить мосты, тоннели и прочие сложные технические сооружения. Повторяю: сложные и при этом весьма затратные! – шеф многозначительно поднял палец. – Как видите, таких мест довольно много. Прошу обратить внимание на те места, где рядом с коричневыми обозначениями имеются символы, обозначенные красным цветом. Как вы думаете, что это такое?

Вопрос был больше риторический, чем конкретный, поэтому подчиненные промолчали.

– Это наиболее уязвимые места на месте строящейся магистрали, – пояснил шеф.

– Что значит уязвимые? – уточнил Майк. – В чем их уязвимость? И почему мы должны именно на них обращать внимание?

– Вопросы по существу, – ответил шеф. – На этих местах расположены важные объекты, имеющие большое значение для всей магистрали. И соответственно, для людей, которые строят магистраль. Причем, прошу заметить, все это готовые объекты, которые уже действуют или вот-вот должны быть запущены в эксплуатацию. Строительство большей части этих объектов, – продолжал шеф, – далось русским с большим трудом. Причины здесь разные, но в данном случае они для нас не важны. Важно другое: эти объекты имеют для русских огромное значение как в материальном, так и в моральном плане. Ну и, разумеется, в политическом плане тоже. И если их вывести из строя…

Шеф внезапно умолк и испытующе посмотрел на подчиненных.

– А теперь, джентльмены, я хочу услышать вас, – сказал он. – Как вы считаете, что будет, если названные мною объекты вывести из строя? Как на это отреагируют русские?

– Ну, – усмехнулся Майк, – энтузиазма в этом случае у них поубавится – это уж точно!

– Кроме того, – добавил другой подчиненный (его звали Михаэль), – русским будет нанесен значительный материальный ущерб. Потребуется долгое время и вложения значительных средств, чтобы восстановить выведенные из строя объекты. Думается, ни того ни другого у русских не будет, учитывая скорое столкновение Советского Союза с Китаем.

– Все правильно, – одобрил шеф рассуждения своих подчиненных. – Но вы упустили еще один момент, а это очень важный момент! Добавьте к разрушениям еще и человеческие жертвы. Много жертв – чем больше, тем лучше. И каковы же будут последствия? А таковы, что люди просто не пожелают участвовать в строительстве магистрали! Они начнут разбегаться и устраивать бунты! И в результате строить магистраль будет некому. Останутся лишь солдаты и заключенные, которые также участвуют в строительстве. У них, как вы понимаете, нет возможности уйти с магистрали или устроить бунт. Но таковых немного. А коль так, то ее строительство остановится на долгое время!

– Несмотря на лозунги, бодрые песни и энтузиазм, – хмыкнул Майк.

– Именно, – кивнул шеф. – Такова теоретическая подоплека предстоящей задачи. А теперь поговорим о ее практической части.

Шеф умолк и стал пристально глядеть на подчиненных. Подчиненные также молчали, ожидая от шефа дальнейшего продолжения разговора.

– Еще раз прошу обратить внимание на карты, – сказал наконец шеф. – А именно – на символы, обозначенные красным цветом. Их суть всем нам понятна, поэтому повторяться не буду. Скажу о другом: те объекты, которые на картах обозначены красным цветом, нам необходимо вывести из строя. В этом и заключается практическая часть порученной нам задачи.

– Что, сразу все объекты? – удивленно спросил Майк. – Их на картах никак не меньше двух десятков! Для этого нам надо объявить русским настоящую войну…

– Джентльмены, будем реалистами, – недовольным тоном произнес шеф. – Никто от нас не ставит такой непосильной задачи. То есть никакой войны для этого не потребуется. Все гораздо проще. Нужно лишь вывести из строя несколько объектов, а все остальное случится само собой.

– Кажется, у русских это называется эффектом домино, – усмехнулся Майк. – Уронишь одну костяшку, а все остальные…

– Именно так, – прервал его шеф. – Все остальные рухнут сами по себе. А если учесть, что люди – это все же не костяшки домино, то тем более разрушать сразу все объекты на магистрали нет никакой надобности. Для начала, я думаю, достаточно будет вывести из строя всего несколько объектов – самых значимых. Хватит двух.

– И каких именно? – поинтересовался Михаэль.

– Прошу взглянуть вот на эту карту, – сказал шеф. – Обратите внимание на этот объект. Это железнодорожный мост через реку Витим. Очень сложное инженерное сооружение! Наша разведка внимательно следила за его возведением. Представьте, джентльмены, что русские строили этот мост почти десять лет! И когда они его построили, это был для них настоящий праздник. Победа, как они провозгласили.

– Победа над кем? – не понял Майк.

– Не знаю, – пожал плечами шеф. – Просто все свои значимые достижения русские именуют победой. Может, над природой, может, над собой… Понять психологию русских – задача для нас практически невыполнимая. У русских своя логика. Хотя, на мой взгляд, полное отсутствие таковой… Но не в этом сейчас дело. Итак, мост. Его-то нам и нужно будет вывести из строя. Проще говоря, взорвать. Надеюсь, джентльмены, вы понимаете, что это будет значить для русских?

– Еще бы! – ухмыльнулся Майк. – В этом случае их победа превратится в поражение!

– Можно сказать и так, – согласился шеф. – Поражение со всеми вытекающими из него последствиями. Последствий же, насколько я понимаю, будет множество. И главное такое последствие – это сигнал. Возможно, именно от звука взрывов на этом мосту спящий дракон наконец проснется и пойдет на север… Надеюсь, джентльмены, вы правильно поняли суть моего иносказания?

Подчиненные разом кивнули.

– Теперь прошу взглянуть вот на этот символ, – указал шеф на карту. – Это поселок для строителей магистрали. Он расположен примерно в пятидесяти километрах к востоку от моста. Итак, поселок…

Представьте – раньше строители жили практически под открытым небом. Ну, или в палатках, что, по сути, одно и то же. А что такое жить под открытым небом в местах, где летом дожди, зимой снег, где вечная мерзлота, насекомые, звери… Скажите, джентльмены, сколько времени лично вы смогли бы прожить в таких условиях? Можете не отвечать, я отвечу за вас. Максимум неделю – и это несмотря на то что вы люди подготовленные и закаленные. А русские жили в таких условиях годами! Все, в том числе и женщины. И вот представьте себе поселок. Настоящие дома с крышей над головой и отоплением! Конечно, это довольно-таки примитивные жилища, так называемые общежития, в которых проживает множество людей и имеется минимум удобств, но в них тепло, и это главное! К тому же такие поселки имеют огромное символическое значение, что для русских весьма важно.

– И что же они символизируют? – не понял Майк. – Это же всего лишь сооружения, в которых можно укрыться от снега и дождя…

– Они символизируют заботу правительства о тех, кто строит магистраль, – возразил шеф. – Вообразите, лишь вчера вы ночевали под открытым небом у костра, а сегодня – под теплой крышей. Разумеется, вы правы, – шеф взглянул на Майка. – По меркам цивилизованного мира, это немного. Но русским многого и не нужно. Особенно когда они объединены некой общей целью. Некой задачей, которую они выполняют сообща. Тогда для них примитивное деревянное строение все равно что для вас, Майк, дворец британской королевы, – кажется, здесь шеф позволил себе усмехнуться, но из-за застывшей на его лице гримасы настоящую усмешку разглядеть было невозможно. – Ну а дальше, джентльмены, говорите вы…

– Дальше ясно, – сказал Михаэль. – Если мы уничтожим поселок, то начнутся недовольство, разброд, страх, а в результате люди станут уходить. К тому же их вера в заботу правительства изрядно пошатнется.

– Именно так, – согласился шеф. – На это и расчет. Все это – и взрыв моста, и уничтожение поселка – должно надолго остановить строительство магистрали. Согласимся, что это логично. Люди везде люди. Они не любят, когда взрывают и поджигают их дома.

– Из каких материалов построены здания в поселке? – поинтересовался Майк.

– Наша разведка сообщает, что из дерева, – ответил шеф. – Самый доступный и подходящий материал в тех местах. Не считая, разумеется, камня, но из камня строить сложнее и дольше. А русским надо, чтобы было быстрее и проще.

– А дерево очень хорошо горит… – ухмыльнулся Майк.

– Я рад, что вы смотрите в суть вопроса, – одобрительно произнес шеф. Он помолчал, несколько раз прошелся по кабинету и остановился перед подчиненными. – Итак, джентльмены, теоретическая и практическая суть предстоящей задачи вам ясна. Дело остается за малым… То есть уничтожить мост и поселок. Причем в самое короткое время. А вот как именно это сделать лучше всего – думайте. Вы профессионалы с немалым опытом. Завтра жду от вас готовых предложений. Встречаемся здесь же в такое же время. Я вас больше не задерживаю.

## Глава 2

На следующий день они встретились вновь.

– Итак, джентльмены, я слушаю ваши предложения, – сказал шеф.

Суть предложений заключалась в следующем. Майк и Михаэль предлагали отправить на магистраль две группы диверсантов. Одну – к мосту и другую – к поселку. Соответственно, первая группа должна взорвать мост через реку Витим, а другая – сжечь поселок. Как именно группы будут действовать на месте – это их дело: давать какие-то конкретные поручения в данном случае – дело бессмысленное. Кто знает, что может ожидать группу на месте? Впрочем, беспокоиться на этот счет нужды нет: состав групп должен быть укомплектован опытными специалистами, не раз уже выполнявшими подобные поручения в разных концах планеты.

– Допустим, – сказал на это шеф. – Но как группы доберутся до места?

– Разумеется, под прикрытием, – ответил Майк. – То есть, я хотел сказать, используя легенду.

– И какова легенда? – спросил шеф.

– В строительстве магистрали, помимо строителей-профессионалов, участвуют и те самые энтузиасты, о которых мы упоминали вчера, – ухмыльнулся Майк. – То есть добровольцы. Это так называемые ударные бригады, состоящие в основном из студентов и молодежи. Причем это студенты и молодежь не только из Советского Союза, но и из других стран. Разумеется, все это страны так называемого социалистического лагеря.

– И что же? – спросил шеф.

– По сути, это и есть легенда, – пояснил Майк. – То есть под видом такой группы мы отправляем на магистраль наших диверсантов. Скажем, это будут добровольцы из Болгарии или Венгрии. Да хотя бы из Монголии. Монголы, оказывается, также большие энтузиасты… Документами прикрытия мы их обеспечим. По ним они беспрепятственно пересекут советскую границу и вместе с другими энтузиастами доберутся до места проведения диверсий. А уж там…

– Что будет там – об этот поговорим чуть позже, – сказал шеф. – Сейчас будем говорить о болгарах, венграх и монголах. То есть под каким прикрытием вы предполагаете отправить на магистраль наших диверсантов?

– Однозначного ответа, похоже, здесь нет, – ответил на сей раз Михаэль. – В каждом варианте имеются свои плюсы и минусы. Конечно, в каком-то смысле проще отправить на место, где мы рассчитываем провести диверсии, наших людей под видом монголов. Магистраль не так и далеко от советско-монгольской границы. Во всяком случае, гораздо ближе, чем от западных границ. Но… Для этого все наши люди должны, соответственно, иметь монгольскую внешность. Или, скажем так, подчеркнуто азиатскую. А к тому же знать еще и монгольский язык. Внешность – это не проблема. Мы бы вполне могли подобрать группу людей азиатской наружности. А вот с языком хуже… Среди наших людей, насколько известно, нет ни одного, кто бы мог изъясняться по-монгольски.

– Значит, болгары или венгры, – продолжил Майк. – С таким прикрытием проблем будет меньше. Есть у нас специально обученные люди из болгар-эмигрантов. Из них мы и сформируем группу. И, разумеется, обеспечим их соответствующими документами. Придумаем также, как их внедрить в состав настоящих болгарских энтузиастов. – Похоже было, что Майку чем-то понравилось слово «энтузиаст», и потому он часто его повторял к месту и не к месту.

– Допустим, – осторожно согласился шеф. – И что же дальше?

– А дальше наши люди вместе с истинными энтузиастами, – Майк вновь ввернул в разговор любимое словечко, – добираются до нужного места. Путешествие долгое, ну да что делать? Ну а добравшись до этого места, они приступают к действиям…

– С этого момента как можно подробнее! – потребовал шеф. – Со всеми нюансами. Надеюсь, вы их продумали, такие нюансы?

– Разумеется, – почти одновременно произнесли Майк и Михаэль.

– Я вас слушаю, – сухо произнес шеф.

– Нюансы таковы, – сказал Михаэль. – Как мы уже сказали, наши люди вместе с болгарами-строителями добираются до нужного места. Как именно они будут добираться – об этом, думаем, нам беспокоиться не нужно. Доставку к магистрали обеспечивает советское правительство. Практически из любых точек планеты: хоть из Монголии, хоть даже из Кубы. Соответственно, из Болгарии тоже.

– В этом деле Советы нам помогут – хотят они того или не хотят, – добавил Майк с усмешкой.

– Никакого оружия и взрывчатки наши люди с собой брать не будут, – сказал Михаэль. – Это очень рискованно. Им придется пересекать границу, а советские пограничники очень бдительны, и они профессионалы. Утаить от них личное оружие и взрывчатку – дело практически невыполнимое. Поэтому наши люди поедут с пустыми руками. Так будет гораздо надежнее.

– Допустим, – сказал шеф, и было непонятно, согласился ли он с таким предложением или против него возражает.

– Взрывчатку и стрелковое оружие, если оно им понадобится, наши люди должны добыть на месте, – пояснил Майк.

– И каким же способом? – спросил шеф.

– Способ простой, – стал пояснять Майк. – Особенно что касается взрывчатки. Дело в том, что на магистрали проводится много взрывных работ. Там, как мы знаем, весьма сложный ландшафт, поэтому без взрывных работ обойтись невозможно. А где взрывные работы – там и взрывчатка. Ну а добыть ее таким профессионалам, как наши люди, дело не такое уж и сложное.

– Дальше, – сказал шеф, и опять было непонятно, одобряет ли он такое предложение или он с ним не согласен.

– А дальше все просто, – на этот раз сказал Михаэль. – Впрочем, мы слегка забежали вперед… Позвольте я все изложу в хронологическом порядке.

Шеф молча кивнул.

– Итак, наши люди прибывают на место, – начал Михаэль. – Осматриваются, вникают в обстановку.

– Возможно, какое-то время им придется поработать на строительстве, – вставил Майк. – Проявить энтузиазм…

– Именно так, – сказал Михаэль. – Необходимо будет легализоваться. Лучшего способа, чем участие в строительстве магистрали в качестве рабочих, не придумаешь. Тем более что на магистрали, скорее всего, присутствуют специальные наблюдатели. Я имею в виду сотрудников КГБ. Магистраль, прежде всего, имеет военное значение, поэтому сотрудники КГБ просто обязаны там присутствовать. Ну а легализовавшись и усыпив бдительность КГБ, наши люди должны приступить к выполнению поставленных перед ними задач.

– Здесь мы предлагаем вот что, – продолжил Майк. – Группа должна разделиться на две части. Одна часть занимается мостом, другая – поселком. Обе акции должны состояться одновременно – так сказать, для пущего устрашения и большего политического эффекта.

– Давать нашим людям какие-то исключительно конкретные поручения, – сказал Михаэль, – думается, смысла нет. Диверсанты должны действовать в соответствии с обстановкой.

– Мы сейчас говорим не о тактике, а о стратегии, – дополнил Майк. – Тактика должна вырабатываться на месте с учетом всевозможных обстоятельств, которые отсюда нам попросту не видны. Ну да ничего страшного в этом нет. Наши люди – профессионалы высокого класса. А потому они легко приспособятся к любым обстоятельствам и извлекут из них необходимую выгоду.

– И что же дальше? – спросил шеф.

– А дальше – все, – развел руками Майк. – Дальше – сумятица, волнения и, как следствие, экономическая и политическая нестабильность у Советов. И, разумеется, приостановка строительства магистрали на неопределенный срок.

– Как вы намерены вывести наших людей из игры? – спросил шеф.

– Тут все будет зависеть от того, как сложится обстановка на месте, – сказал Михаэль. – Уходить с магистрали сразу же после того, как дело будет сделано, неразумно. Потому что это обязательно вызовет подозрения. Поэтому какое-то время наши люди должны оставаться на месте. Да и куда можно уйти из тех мест? На Запад? Каким, спрашивается, образом? Аэропортов поблизости нет, поезда не ходят… А если и ходят, то лишь специальные, а это означает под контролем КГБ или каких-то других силовых структур. Идти на юг с целью пересечь границу Монголии или Китая? Тоже не выход. Во-первых, далеко, во-вторых – пограничники.

– Да и что они там будут делать, в Монголии? – покрутил головой Майк. – Монголия – это не наша территория… Поэтому после выполнения задания наши люди какое-то время должны оставаться на месте.

– Но не просто оставаться, а действовать, – дополнил слова Майка Михаэль. – Возможно, если представится удобный случай, устроить еще какую-то громкую акцию. В том хаосе и неразберихе, которые непременно возникнут после взрыва моста и поджога поселка, взорвать или поджечь еще что-нибудь не такая уж и сложная задача. Впрочем, это – как получится. Главная задача наших людей после совершения акций будет заключаться в другом. Во-первых, это сбор и систематизация различной информации. Уверен, что там, на строящейся магистрали, есть много чего такого, о чем мы пока не знаем, но что, безусловно, будет представлять для нас интерес. Это, повторяю, первое. А второе – наши люди должны будут вести определенного рода агитацию среди строителей магистрали.

– А именно? – спросил шеф.

– Агитацию в смысле «все пропало, спасайся, кто может, вот до чего довело нас советское правительство своими авантюрами», – пояснил Майк. – Как говорят сами русские, подбрасывать дров в костер. Проще говоря, сеять панику и неуверенность. Ну, а где паника и неуверенность, там и мятежные настроения. А где мятежные настроения – там, разумеется, не может быть и речи о какой-то осмысленной работе.

– Для этого наши люди должны знать русский язык, – заметил шеф. – Хотя бы некоторые из них.

– Разумеется, – ответил Майк. – Многие болгары прекрасно умеют говорить по-русски. Так что это не вызовет никаких особых подозрений там, на магистрали.

– Ну а дальше будет видно, – сказал Михаэль. – Дальше ничего конкретного предположить просто невозможно. Дальше может быть все, что угодно. Может быть, даже война Советов с Китаем. Поэтому в такой обстановке наши люди должны будут действовать на свой страх и риск. Возможно даже, все они будут разоблачены. КГБ умеет это делать… Что ж, в этом случае мы лишимся десятка профессионалов, только и всего.

– Впрочем, и в этом случае мы также сможем извлечь некоторую выгоду, – сказал Майк.

– Поясните подробнее, – потребовал шеф.

– Допустим, КГБ и впрямь удастся выявить и арестовать наших людей, совершивших диверсии на магистрали, – сказал Майк. – Что ж, замечательно. В этом случае они должны будут говорить, что к нам они никакого отношения не имеют, а действовали по заданию китайских спецслужб. В этом случае отношения между Советами и Китаем, безусловно, испортятся еще больше. Что нам и нужно.

– Да, но Китай будет это отрицать, – заметил шеф.

– И что с того? – пожал плечами Майк. – Пусть отрицает, сколько ему заблагорассудится. Кто Китаю поверит? Советы так уж точно не поверят.

– Да, но что тогда станется с нашими людьми? – спросил шеф. – На войне как на войне, – Майк еще раз пожал плечами. – Впрочем, мы обнадежим наших людей. Скажем, что выменяем их по дипломатическим каналам. В конце концов, – добавил он, – это их работа, на которую, насколько мне известно, они согласились добровольно. И за выполнение которой им обещано немалое вознаграждение. Да потом – еще далеко не факт, что КГБ их непременно изобличит. Безусловно, в КГБ работают профессионалы, но ведь и наши люди также профессионалы. Так что речь здесь идет всего-навсего о профессиональном риске. А он присутствует в любой работе. Я так думаю, – Майк ухмыльнулся, – что энтузиасты на магистрали рискуют ничуть не меньше. Одно только жительство в палатках, когда под тобой вечная мерзлота, чего стоит!

– Вот, собственно, и весь наш план, – подвел итог разговора Михаэль. – Остаются сугубо практические моменты, с которыми мы справимся без затруднений.

– Что ж… – неопределенно произнес шеф и стал ходить по кабинету.

Ходил он довольно-таки долго, не говоря при этом ничего. Майкл и Михаэль также молчали и ждали, что шеф скажет и что он решит.

– План мне понятен, – сказал наконец шеф. – И особых возражений он не вызывает. За исключением одного момента. Это очень важный момент. Это момент одновременно и психологического, и политического свойства. И вы, джентльмены, этот момент упустили.

Майкл и Михаэль по-прежнему молчали: по опыту они знали, что в таких случаях шефа перебивать не следует, он сам скажет все, что сочтет необходимым.

– Да, это очень важный момент! – заговорил наконец шеф. – Точнее сказать, целых два важных момента! Рассмотрим их по порядку. Сколько людей вы намерены отправить на магистраль?

– Десять, – ответил Майк. – Больше рискованно. Чем больше людей, тем больше вероятность их разоблачения. Мы считаем, что десять – наиболее оптимальное число.

– Десять, – сказал шеф и повторил, будто пробуя это слово на вкус: – Десять… Десять человек, которые, прибыв на место, должны будут разделиться на две группы… Одна группа должна будет взорвать мост, а вторая – отправиться за двести километров, чтобы поджечь поселок. Пять человек на мост, и еще пять – на поселок… Джентльмены, вам не кажется, что это маловато?

– Да, но риск разоблачения… – попытался возразить Майк.

Шеф раздраженно махнул рукой.

– Мост – серьезный объект, – сказал он. – Весьма серьезный… Наверняка и подобраться к нему будет нелегко. Я убежден, что он серьезно охраняется. А потому взорвать его впятером – дело весьма затруднительное, если не сказать – невыполнимое. Кому-то нужно будет закладывать взрывчатку – причем сразу в нескольких местах, кому-то – быть в охранении. Я уже не говорю о том, что прежде необходимо будет ликвидировать охрану моста. И как со всем этим справиться впятером? Джентльмены, вы не задавались всеми этими вопросами? Вижу, что не задавались. А следовало бы! – назидательно произнес шеф.

Он умолк и вновь стал ходить по кабинету – такая у него была привычка. Находившись, он продолжил свою повелительную речь:

– То же самое я могу сказать и о поселке. Разумеется, это задача проще хотя бы потому, что там-то никакой охраны, скорее всего, не предвидится, но тем не менее необходимо и в этом случае учитывать возможные непредвиденные риски. И справиться впятером с такими рисками – дело непростое. Даже если ваши люди и впрямь профессионалы высокого класса. Ведь поджигать придется не одно здание, а, я думаю, добрых два десятка зданий. И это впятером? Джентльмены, я призываю вас быть реалистами.

Майк и Михаэль переглянулись. Они чувствовали и понимали, что шеф куда-то клонит. Знать бы еще куда. Наверняка у него есть свой собственный план, оттого он и затеял столь долгую подробную речь. И точно, шеф повел разговор дальше: