Константин Лазарев
Русская правда

Актуальность книги определена крахом СССР, а вслед за ним – всей системы общественных отношений. Чем он был обусловлен? Произошло это закономерно, и стоит использовать понятие «распад» или вследствие чьих-то виновных действий (умышленных или неосторожных) и следует использовать понятие «развал»?

Внезапность и кажущаяся легкость разрушения СССР привела многих к убеждению о том, что явление это было предопределенным. До сих пор большое число людей продолжают думать, что виновником всего является предатель Горбачев и, если все вернуть вспять, благополучное поступательное развитие России продолжится.

Так ли это?

Действительно, на первый взгляд может показаться, что развалила СССР «Перестройка» Горбачева. Как же иначе, если вначале для подавляющего большинства граждан было благополучие 70-х и начала 80-х годов, за которым пришла разруха и бедность 90-х. Раз между двумя этими событиями находилась «Перестройка», следовательно она явилась причиной.

Вместе с тем ругать во всем «Перестройку» несправедливо, ведь ее желало подавляющее большинство людей. Другое дело, что мало кто представлял, чем она должна была закончиться.

Сам Горбачев, вероятно, тоже имел очень смутное представление о том, какой должна стать новая действительность в СССР, что конкретно нужно делать с укладом экономики и с общественно-политическим устройством.

«Молодое» партийное руководство в отличие от старого ощущало, что проблема существует, но происходило это скорее интуитивно. Из этого следует, что ясного понимания того, что конкретно надо делать, у Горбачева не было. На это указывает использование им пустых слоганов-тезисов: «ускорение», «прибавить в работе», «наступать широким фронтом», «больше социализма, больше демократии», «повышать эффективность и качество, дисциплину и организованность трудящихся». Они максимально бессодержательны.

Аналогичная ситуация сложилась и с его «командой». В окружении Горбачева находились люди с прямо противоположенными взглядами на то, что и как надо делать: куратор и идейный вдохновитель вышеназванной концепции «Перестройки» Яковлев и защитник социализма Лигачев. Такой диссонанс не может быть объяснен мягкостью натуры Горбачева, как пытаются представить некоторые деятели. Вот мнение того же Лигачева: «Нередко приходится слышать, что Горбачев – слабовольный человек. Это не так. Это кажущееся впечатление»¹.

Все последующие события указывают на то, что концепция «Перестройки» либо была слишком радикальной, либо имела слабую теоретическую проработку. Фактически новой идеи не появилось, сплотить людей возле чего-то большого, но одновременно с этим понятного людям не получилось.

Однако, исходя из этого, не стоит спешить с выводами о том, что коммунизм является нежизнеспособной формой организации общества, что «Перестройка» не спасла бы СССР от краха.

В начале XX века коммунизм хорошо согласовывался с образом жизни большей части населения нашей страны. Именно поэтому он был принят народом. Иначе большевики не выиграли бы гражданскую войну.

В начале прошлого века главенствующей несправедливостью была эксплуатация крестьян и рабочих, которые в совокупности составляли около 95% населения страны. Партия большевиков представила быстрый и эффективный способ достижения справедливости – ликвидацию частной собственности как главной причины эксплуатации. Производство стало государственным, земля – общинной.

Поскольку национализация средств производства позволяла быстро достичь заявленных целей – устранить эксплуатацию одним человеком другого, понятие коммунизма стало неразрывно связываться с государственной собственностью на средства производства. Отношение к собственности было принято главным критерием, разграничивающим капитализм и коммунизм.

Применительно к тому историческому моменту теория Маркса, развиваемая Лениным, не вызывала сомнений. Следующие из нее основные (идейные) тезисы-лозунги находились на уровне потребностей и понимания причин несправедливости: «Землю крестьянам, фабрики рабочим».

Однако к 60-м годам произошло массовое переселение людей из деревни в города, кардинальным образом изменилось качество жизни советского человека: собственное жилье, канализация и водопровод, центральное отопление и электричество, возможность купить в достаточном количестве и ассортименте продукты в магазине. Все это не могло не привести к изменениям мировосприятия у большого числа граждан. При сохранении тех же традиционных общечеловеческих ценностей оно стало больше походить на западное.

Изменение образа жизни, изменение самой жизни, характера взаимоотношения между различными социальными слоями людей изменило фокус внимания: появлялись новые проблемы и новые потребности.

«По мере того как жизнь становилась все более и более городской, узкий набор крестьянских потребностей стал ограничивать, а потом и угнетать все более и более разнообразные части общества. Для них Запад стал идеальной, сказочной землей, где их ущемленные потребности уважаются и даже ценятся. О тех потребностях, которые хорошо удовлетворял советский строй, в этот момент никто не думал. Когда ногу жмет ботинок, не думают о том, как хорошо греет пальто.

На потребности нового, городского общества советское руководство «из стариков» ответило неправильно. Новые потребности были объявлены ненужными, а то и порочными.

Так был создан социальный конфликт. Потом он был искусственно преувеличен в массовом сознании, осознанно превращен в разлом и стал важным тараном, разрушившим СССР» 2 .

В 70-х годах революционные тезисы-лозунги уже не могли объяснить людям появившиеся новые факторы несправедливости, главным из которых, по-видимому, стал дефицит, отношение к которому с каждым годом обострялось на фоне критики привилегий руководящих работников КПСС.

Рост потребностей городского человека, особенно с ростом его осведомленности о том, как живется на Западе (многие видели это собственными глазами, освобождая Европу от фашизма, смотрели в иностранных фильмах), привело к росту спроса на новые виды товаров и услуг.

Это обстоятельство было замечено еще И.В. Сталиным: «Существенные черты и требования основного экономического закона социализма можно было бы сформулировать примерно таким образом: обеспечение максимального удовлетворения постоянно растущих материальных и культурных потребностей всего общества путём непрерывного роста и совершенствования социалистического производства на базе высшей техники.

Следовательно, обеспечение максимального удовлетворения постоянно растущих материальных и культурных потребностей всего общества – это цель социалистического производства; непрерывный рост и совершенствование социалистического производства на базе высшей техники – это средство для достижения цели. Таков основной экономический закон социализма». 3

Но далее в этой теории ни Сталин, ни последующие руководители СССР не продвинулись. Рост потребностей шел, а актуального способа решения проблемы его удовлетворения, который бы не уступал западному, найдено не было. К 80-м годам произошло следующее: «Страна стоит в очередях; живем в постоянном дефиците – от энергоносителей до женских колготок; жирует только военный сектор; накапливается технологическая зависимость от «Запада».⁴Такую оценку действительности, данную Горбачевым, приводит его биограф Андрей Грачев. В обществе стало формироваться убеждение, что советский строй является «неправильным», а переустройство на «западный манер» стало казаться единственно верным решением [Кара-Мурза].

Отсутствие адекватного теоретического ответа со стороны КПСС привело к дискредитации идеи и к замещению коммунизма капитализмом. Поскольку производили эту трансформацию бывшие комсомольцы, которые в силу объективных причин не имели глубокого опыта в рыночных отношениях, располагая только общетеоретическими знаниями, то закончилось все деиндустриализацией страны и превращением ее в поставщика сырья, от чего стало напрямую зависеть наше благосостояние.

Вопрос о том, какая модель общественно-государственного устройства наиболее разумна и целесообразна для нашей страны с учетом всех ее особенностей, не разрешен и до настоящего времени. Интересные идеи в обеих сферах не обсуждаются. Вся дискуссия сведена к тому, что одна часть общества полагает, что выбор сделан правильно и доказывает это, манипулируя статистикой, неадекватно сравнивая действительность с периодом 90-х годов и утверждая, что в стране эффективно действуют экономические и демократические институты.

Вторая часть предлагает вернуться к советской экономической модели с госпланом и государственной собственностью на оставшиеся основополагающие промышленные предприятия и доработать избирательное законодательство.

Лукавство первых заключается в том, что они сравнивают стабилизированный жизненный уклад 2000 – х годов с переходным периодом 90-х (нестабилизированным). В эти годы происходила перестройка экономики с административно-командного советско-коммунистического государственного устройства управления на рыночное. Чтобы понять, правильно ли мы сделали, перейдя от коммунизма к капитализму, сравнение должно быть со статистическими данными 80-х годов. Нельзя сравнивать благополучие жизни человека, устроившегося на новую работу, с периодом, когда он был безработным. В жизни мы так никогда не поступаем. Мы сравниваем то, насколько новая работа лучше старой. Ведь если увольнение происходит по собственной инициативе, то в подавляющем большинстве случаев это делается ради новой работы, о которой человек думает, что она лучше.

Там, где абсолютные цифры позволяли продемонстрировать превышение над показателями СССР, с удовольствием начинают сопоставлять с периодом СССР, используя прием неадекватного сравнения.

В качестве примера приведу данные об объеме отправленного на экспорт зерна. Утверждается, что в 2022 году на экспорт было направлено 60 млн. тонн зерна, выращенного и собранного в России. Одновременно с этим приводятся данные о том, что СССР постоянно закупал зерно за границей. В частности, в 1985 году ввезено 47 млн. тонн зерна.

Таким образом, формируется убеждение, что смена общественного уклада, произошедшая в 1991 году, демонстрирует свои очевидные преимущества – страна перестала закупать зерно и сама стала его продавать за границу.

Логическая уловка заключается в том, что, заявляя о росте экспорта зерна, не раскрывается его причина.

Она проста. Это историческое сокращение численности крупного рогатого скота (КРС). По данным Молочного союза России по состоянию на 2021 год, количество КРС в России составило 17,7 млн. голов. ⁵

В 1990 году поголовье КРС в РСФСР составляло по данным Федеральной службы государственной статистики – 57 млн. голов.⁶

Снижение более чем в 3 раза.

Следовательно, примерно в тех же пропорциях должна сократиться потребность в кормах, основу которых составляют зерновые культуры (ячмень, пшеница).

Зерно идет на корм не только крупного рогатого скота, но свиней, курей. И то и другое также существенно сократилось в численности.

Вот и появилось зерно для экспорта: за счет сокращения производства мяса и птицы.

Сторонники реставрации СССР фактически отказались от имевшихся на момент политического кризиса конца 80-х годов идейных основ, не смогли их развить применительно к новым изменившимся обстоятельствам, предлагали «поженить» капитализм с коммунизмом без объяснения того, в силу чего такая система может быть жизнеспособной и полезной для страны, чем существенно проигрывали в своей убедительности. В силу этого их политические предложения не разрешают ключевых недостатков капитализма, порождают множество проблем на будущее от предлагаемой диффузии двух систем.

Рассматривая обе позиции, вероятно, следует признать, что проблема эксплуатации, актуальная для дореволюционного периода, в целом решена. Национализация средств производства сыграла в этом ключевую роль. Но за прошедшее время в арсенале цивилизации появились инструменты, которые вполне способны компенсировать отказ от всеобщей государственной собственности на средства производства (капитала), как обязательного условия избавления от социальной напряженности в обществе вследствие эксплуатации. К ним можно отнести выработанную систему социальной защиты (пенсии и пособии), развитые органы прокуратуры с отработанными механизмами защиты прав, судебную систему и многоуровневую систему органов представительной власти.

Все они требуют существенных изменений. Но сто лет назад многих из них не было вовсе (например, пенсий), а те, что имелись, не были в достаточной степени развиты (например, прокуратура)либо вообще носили декоративный характер (Государственная дума и иные представительные органы).

Помимо чисто экономических аспектов устранению эксплуатации в настоящее время этому способствует и господствующая идеология: признание принципов демократии и социальной направленности в деятельности государства. Чего не было перед революцией 1917-го года.

Однако утверждение чисто капиталистического уклада имеет существенные политические и идеологические изъяны.

Система формирования органов государственной власти требует очевидных изменений. Каждые выборы в нашей стране сопряжены обвинениями в фальсификации результатов голосования. Политические партии организовывают самостоятельные формы контроля подсчета голосов, дублирующие подсчет избирательными комиссиями.

На просторах интернета можно найти огромное количество видеороликов, на которых запечатлено, как члены избирательных комиссий вбрасывают бюллетени в урны для голосования. Эти факты не добавляют доверия всей системе в целом. На сегодняшний день они игнорируются на основании довода о том, что в силу их количественной незначительности не способны повлиять на итоговый результат голосований. Однако избиратель не верит, что такие факты являются единичными.

Участвуя лично в ряде избирательных кампаний, встречаясь с гражданами, я постоянно слышал от них утверждения, что выборы ни на что не влияют, с их помощью ничего изменить невозможно.

Это убеждение очень опасно. Оно будет постоянно вносить внутриполитическую нестабильность и хаос, ослабляя качество управления во всей системе органов государственной власти.

Идеология – это еще одна очень существенная проблема, влияющая на выбор общественно-политического устройства, поскольку во многом она определяет характер повседневного взаимоотношения каждого.

Сутью жизни стала формула «каждый сам за себя» и «борьба всех против всех» (всеобщая конкуренция), а прикрывается это главным лозунгом капитализм – «все в твоих руках».

В основе коммунизма все-таки лежал общеправовой принцип справедливости, и это проявлялось во всем. «Добиться правды» мог каждый, поскольку это свойство лежало в основе легитимности власти КПСС. Именно в силу этого СССР остался в сердцах большинства советских людей «своим», народным государством. Можно даже высказаться так, что «бытовой» справедливости было в некотором смысле в преизбытке. Это проявлялось в стремлении к уравниловке в оплате труда, единые 6 соток дачного участка и прочие. Некоторые в этом видели несправедливость, но это не так. Просто справедливость сильно упростили, сведя ее только лишь к всеобщему равенству.

Все 2000-е годы отечественные идеологи капитализма пытались придумать национальную идею. Однако ничего, кроме идеи патриотизма, для замещения коммунистических идеалов подобрать не смогли.

Но одного патриотизма недостаточно для полноценного воспитания. Он не дает ответа на вопрос – что такое хорошо, а что такое плохо, почему надо уступать старшим и почему в стране много бедных, почему администрации детских садом постоянно понуждают родителей делать пожертвования и прочие. Огромное количество вопросов «почему?», на которые идеология патриотизма либо не ответит совсем, либо ответит неубедительно.

Патриотизм никому не нужен в быту. Он не актуален на работе, дома, в школе, в общественном транспорте, на дороге. Да и в повседневном межличностном общении он не востребован. В этих ситуациях людям в большей степени необходима справедливость. Везде. Даже школьники ждут от преподавателя оценки не с позиции патриотизма, а справедливой.

Органам власти патриотизм более выгоден. По своей сути эта идеология формирует обязанность и ответственность гражданина перед государством. Поэтому он был выбран в качестве фундамента в воспитательной работе.

В то же время справедливость как идеология обязывает уже государство. Простой гражданин ждет от него установления полицией, прокуратурой и судом истины. Он идет в эти органы за защитой, а государство ему говорит: у нас состязательный процесс, вот и постарайтесь сами справиться со своим обидчиком, а суд как арбитр выявит победителя в вашем соревновании.

Если государство будет со школы воспитывать в ребенке не только патриотизм, а основы справедливости, то ребенок вырастет настоящим патриотом. Но пока государству невыгодно провозглашать справедливость высшей ценностью в системе права, где истина не является целью правосудия. Если в сегодняшних реалиях начать в ребенке активно воспитывать основы справедливости, то, когда он вырастет и окунется в окружающую его действительность, ему будет в пору спросить: а где то, чему меня учили в школе, где справедливость?

Помимо прочего, патриотизм очень близок к национализму. Патриотизм – это преданность и любовь к своему отечеству, к своему народу. То есть в его основе лежит территориальный и национальный признаки. Своим признается тот, кто родился и живет на твоей территории и является русским. Вряд ли это разумная национальная идея для такой большой и многонациональной страны.

Одновременно с активным продвижением идеологии патриотизма велась критика либерализма. Однако, расписывая его признаки и характерные качества, я не встретил ни одного автора, кто бы приводил аргументы того, какие из них и почему являются вредными. Вся критика основывается на двух основных факторах:

– на способе подачи Западом своих ценностей, а не на их сути;

– на утверждении о том, что все теоретические признаки либерализма на практике переродились и теперь содержат совсем иные свойства.

В первом случае отвергается безальтернативность подачи либерализма, второй содержит критику практических издержек этой теории и попытку через это убедить во вреде его основополагающих свойств.

В качестве аргументов используются логические ошибки западных философов, которые выгодны для критики. Ярче всего дискредитируется фундамент либерализма – свобода. Для убедительности она делится на две формы: свободу от (чего-то) и свободу для (чего-то), предлагая использовать для них два разных английских слова – «liberty» и «freedom». «Liberty» подразумевает свободу от чего-то, отсюда как раз и происходит название «либерализм».

Уловка заключается в том, что суть понятия «свобода» пытаются интерпретировать как «хорошая» или «плохая». Но так рассуждать нельзя. Не бывает хорошего электричества, на котором можно готовить еду, и плохого, которым можно причинять боль человеку. Не бывает электричества «от чего-то» и электричества «для чего-то». В действительности, когда критики либерализма используют такие понятия, как «свобода от чего-то» и «свобода для чего-то», они говорят не о свободе как таковой, не о ее сущности, а о морали и нравственности: о том, что быть свободным без каких-либо обязательств – это аморально и безнравственно.

Наиболее радикальные критики выводят из своих заключений необходимость организации «Крестового похода против Западной цивилизации». В связи с чем возникает вопрос: что эти деятели могут предложить людям Западной цивилизации после того, как уничтожат либерализм?

В целом, все радикальные антилиберальные умозаключения носят бездоказательный характер. Это не философия, а фантазии, потому что в них нет причинно-следственных связей. Авторы не раскрывают, почему те или иные их заключения истинны, в силу каких конкретно обстоятельств или необходимости.

Таким образом, нельзя признать решенным вопрос общественно-государственного устройства нашей страны как с экономической точки зрения, так и с общественно-политической.

Не вполне ясной осталась любимая тема многих политических деятелей – коррупция. Этим явлением пытаются ненавязчиво объяснить временные трудности правильно выбранного пути. Коррупцию включают в повестку дня, когда становится сложно объяснить причину провала тех или иных государственно-значимых инициатив. Спекуляция на ней благодатно ложится на мировоззрение нашего народа, веками считающего, что причина всех бед в воровстве.

Медведев Д.А. буквально с первых дней своего президентства объявил о общегосударственном, национальном плане по противодействию коррупции в нашей стране, назвав ее одной из самых острых проблем, главной угрозой для существования государства: «коррупция разлагает деловую среду, снижает дееспособность страны, отражается на ее имидже, подрывает доверие граждан к власти».

Вместе с тем коррупция имеется во всех странах. Ее размеры – это чисто условные категории. Большинство стран тщательно скрывает это явление. И доказательством этому являет то, что борьба с ней присутствует в программах всех партий и политических движений всех стран. То и дело в СМИ появляются публикации о коррупционных скандалах в правительствах и иных органах и учреждениях Западной Европы и США.

Это как минимум доказывает, что коррупция не является тормозом развития, ведь нельзя признать, что страны «большой семерки» не развиты.

Однако, очень многие проблемы в экономике сегодня склонны списать именно на коррупцию, называя ее причиной инвестиционной непривлекательности. С этим утверждением нельзя согласиться.

Например, Китай – одно из наиболее динамично развивающихся государств мира. Несмотря на наличие коррупции, сумело достигнуть стремительного экономического роста.

Подтверждение изложенному можно найти на примере России. В свое время впечатляющих масштабов достигали иностранные инвестиции в нефтяную и газовую отрасль Сахалина. В то же время структура органов власти в этом субъекте федерации такая же, как и в других регионах страны, а, следственно, и уровень бюрократии и коррупции не может быть меньше. Тем не менее, это не отпугнуло иностранных инвесторов. Почему?

Потому, что себестоимость добычи нефти и газа на Сахалине существенно ниже, чем в среднем по стране и в соотношении с получаемой выручкой делает добычу там эффективной. А коррупция только на руку коммерсантам. Она позволяет быстрее и опять же эффективней решать возникающие в текущей деятельности проблемы.

Официальные власти периодически приводят примерные размеры коррупции. Так, «В Кремле заявили о краже каждого десятого рубля при строительстве "Восточного"». То есть речь может идти примерно о 10%. Что это значит в масштабе всей экономики страны, даже если предположить, что от каждой бюджетной суммы крадется 10%?

Представьте, что из семейного бюджета в 50 000 руб., глава семьи будет припрятывать 5 000 руб., станет ли это причиной всех их бед? Нет. Причина всех бед в том, что бюджет семьи должен быть больше не на 5 000 рублей, а в разы. И если муж будет не 5 000 рублей припрятывать, а найдет работу на 100 000 рублей и спрячет из них 10 000 руб., то жизнь семьи изменится к лучшему, независимо от уровня «коррумпированности» мужа.

По прошествии 3-х лет Медведев Д.А. в интервью газете «Ведомости» признал почти полное отсутствие успехов в борьбе с коррупцией, выделив, однако, как достижение в борьбе с коррупцией появление антикоррупционного законодательства впервые за всю тысячелетнюю историю России. Однако, активные инвестиции в страну не прекратились. С того времени они продолжались вплоть до 2014 года, и прекратились отнюдь они не по вине коррупции.

Вместе с тем мысль о том, что коррупция является главной угрозой существования государства – это, без преувеличения, совершенно правильная мысль, но совсем по другой причине. Человеку, стремящемуся только лишь к собственному благополучию, чужды интересы общества. Кто из чиновников сегодня способен поступиться выгодой во имя справедливости? И более важный вопрос: в силу чего он это будет делать?

Корни коррупции находятся в психологии и решить их только с помощью ряда специальных законов невозможно. Выработать у людей антикоррупционную модель поведения только с помощью законов нельзя. Традиционно считается, что общество должно управляться не только властью закона, но и нормами, правилами поведения, нравственными убеждениями, силой примера.

Добиться экономической мотивации у должностных лиц к тому, чтобы не совершать коррупционных преступлений, – это вообще равносильно тому, чтобы тушить пожар бензином.

Коррупция – это психология. Коррупция – это мотив. Коррупция – это современная мотивация жизни подавляющего большинства членов нашего общества. Коррупция – это стремление к личному благополучию. Сегодня личные интересы провозглашаются приоритетными по отношению к общественным. Из всех СМИ прямо либо косвенно пропагандируется идея личного успеха. Ведь гораздо проще и быстрее стать благополучнее самому, чем приложить усилие к благополучию общества и стать благополучным через благополучие общества.

Коррупция произрастает на почве коммерциализации общественных отношений. Сущность коммерческих отношений – это стремление получить выгоду. В природе выгоды не заложено стремление к справедливости, а скорее наоборот, поскольку если обмен справедливый (а в жизни в подавляющем большинстве случаев так не происходит), то он, скорее всего, будет не выгодным. Вот истинная причина коррупции. В силу этого искоренить коррупцию невозможно. Борьба с ней должна строиться исходя из данного понимания.

Чрезмерная коммерциализация общества – это самая лучшая питательная среда коррупции. Изменить ситуацию в рамках принятой идеи существования общества и государства, а, следовательно, привести коррупцию к минимальному уровню невозможно. Поэтому всякая борьба с ней в настоящих условиях является фикцией, популизмом, что, собственно, и подтверждается признанием Медведева о полном отсутствии успехов в этом направлении.

Капитализм или Коммунизм?

Классический взгляд на эти два явления отталкивался от отношения к собственности. Большая советская энциклопедия отмечает следующие главные признаки капитализма : частная собственность на средства производства и эксплуатация наёмного труда капиталом.

Дополнительными признаками капитализма то же издание называет товарно-денежные отношения, общественное разделение труда, обобществленное производство, превращение рабочей силы в товар, присвоение прибавочной стоимости, создаваемой наемным работником.

Я предлагаю рассмотреть иные признаки двух этих теорий, которые, как я полагаю, являются фундаментальными и из которых затем с необходимостью возникают разные экономические формации: частная и общественная.

Начало формирования капиталистического государства относят к середине 17-го века, при этом признается, что капиталистические отношения существовали уже в Древней Греции и Древнем Риме.

Так что же такое капитализм, когда он появился и самое главное – ПОЧЕМУ?

Нобелевский лауреат по экономике, австрийский философ, социолог Ф.А. Хайек первым необходимым фактором для зарождения капитализма считает появление частной собственности, а затем свободы (то есть частичного разрушения предшествующих традиций). Сам процесс зарождения считает спонтанным появлением новых нравственных традиций в области рыночной конкуренции.⁷

Действительно, частная собственность приводит к необходимости принимать частные, самостоятельные решения. Допустим, ранее кружка находилась в общей собственности. Переход ее в индивидуальную собственность порождает необходимость принятия в отношении нее решений новым собственником: где хранить, чем мыть, кому и как разрешить ею пользоваться.

Но такое использование кружки еще не дает технологического развития, поскольку не происходит появления новых знаний. Обществу (коллективу) свойственно руководствоваться традициями, которые по своей сути консервативны, поскольку не являются чем-то новым, а являются старым опытом, причем не всегда рациональным, порой приводящим к разорению. Даже в отношении появившейся частной собственности принимаемые решения в традиционном обществе будут основываться на тех же знаниях, которые применялись в отношении коллективной. То есть кружка будет использоваться так же, как она использовалась, находясь в коллективном пользовании. Для возникновения новых знаний о возможном использовании кружки необходима индивидуальная свобода, чтобы выйти за границы традиций. Новый собственник должен преодолеть ограничения, накладываемые коллективом, и узнать, что в его кружке, например, можно продавать кофе. Таким образом, только лишь появление частной собственности недостаточно для технологического рывка. Необходим более высокий уровень свободы для получения новых знаний. Вот этот процесс, «свобода – знания», развиваясь по нарастающей, привел к опережающему развитию западной цивилизации.

Эта особенность может быть признана уникальной, поскольку нельзя считать, что свобода является врожденным человеческим феноменом.

С позиции сегодняшнего дня свобода кажется настолько естественным явлением, что создается впечатление, что так было всегда. Но это не так. Первобытный человек не был более свободен, чем современные люди. Существует мнение, что он был абсолютно свободным человеком, что у него имелась свобода в форме незанятости, независимости и возможности выбора, то, чего большая часть человечества, особенно западного, якобы лишилась. Из этого выводится заключение, что свобода как явление существовала очень давно.

Данное утверждение нельзя признать убедительным.

Общепризнанным фактом является то, что с древнейших времен человек жил родоплеменным способом. Группа людей одного рода проживала совместно на одной территории. Алгоритм повседневной деятельности был обусловлен традициями, выработанными в предшествующие периоды. Свободно и самостоятельно, то есть в понравившийся ему момент выбрать незанятость первобытный человек не мог. Это было возможно только в установленные традицией коллектива периоды дня, недели, месяца, года. Соответственно, в этой части воля индивидуума контролировалась обществом и может быть признана несвободной.

Свобода в форме независимости была равноценна гибели. Коллектив обеспечивал более высокую степень выживаемости.

Свобода в форме выбора была невелика. Повседневная жизнь человека была очень проста, в связи с чем редко возникало моментов, в которых требовался выбор. Как правило он уже был предопределен традициями, а, следовательно, коллективом.

В итоге свобода в форме возможности быть незанятым, независимым и иметь возможность широкого выбора появилась относительно недавно.

Из сказанного можно прийти к заключению, что отсутствие свободы подавляло инициативу, и этим обусловливалось медленное технологическое развитие первобытного общества.

Имеются все основания полагать, что господствующее в обществе отношение к собственности не является причиной появления новой общественной формации, как это предлагает марксизм. Скорее всего, изменение отношения к собственности стало следствием изменения общества к свободе, а не причиной.

По мнению Хайека, капиталистический порядок возник независимо от чьего-либо замысла, чем превосходит любые сознательные планы человека. Однако из этого не следует считать, что он случаен, как это предлагается, например, теорией синергетического марксизма.

Появление капитализма, скорее, закономерно, чем случайно, и традиционному обществу еще предстоит побороться за свое существование с ним, чем надеяться на то, что произойдет обещанная Марксом смена формаций. По Хайеку, капитализм естественен по своей природе (этот вывод делается из его утверждения о самоорганизации капитализма), в силу этого он очень устойчивый.

Почему же тогда К.Маркс пришел к убеждению, что капиталистический уклад ожидает неизбежный крах?

Его главным логическим аргументом является наличие противоречия между общественным характером производства и капиталистическим присвоением. Такое положение приводит к противостоянию между собственником и наемным работником. Противостояние неизбежно приведет к поражению частного собственника, которое будет выражено в изменении отношения к собственности, переходу от частной к общественной форме.

Факультативными причинами краха капитализма считаются противоречия между производством и потреблением, проявляющиеся в периодически повторяющихся экономических кризисах.

По мнению Маркса, противостояние (антагонизм) между собственником и наемным работником обусловлено несправедливостью безвозмездного присвоения прибавочного продукта (прибавочной стоимости), создаваемого наемным работником. Примером, которым он кратко объясняет суть своей теории, является производство 10 фунтов пряжи. Стоимость средств производства, хлопка и веретён, образующих составные части стоимости 10 фунтов пряжи, равна 12 шиллингам. Для этого потребуется 6 часов рабочего времени из 12-часового рабочего дня. Стоимость рабочего дня (12 часов) составляет 3 шиллинга. Всего – 15 шиллингов. Маркс исходит из того, что цена этих 10 фунтов пряжи на рынке равна 15 шиллингов, что соответствует сумме, затраченной на производство (авансированному капиталу).⁸

Далее Маркс рассуждает, что у собственника есть в распоряжении еще 6 часов рабочего времени, за которые наемный рабочий изготавливает то же количество пряжи, затратив на него те же 12 шиллингов стоимости средств производства, хлопка и веретён.

«Второй период процесса труда, – тот, в течение которого рабочий работает уже за пределами необходимого труда, – хотя и стоит ему труда, затраты рабочей силы, однако не образует никакой стоимости для рабочего».⁹ К такому заключению Маркс приходит в связи с тем, что всю дневную заработную плату в 3 шиллинга он уже отнес на первую половину дня и учел в себестоимости 10 фунтов пряжи, произведенных рабочим «до обеда».

В совокупности за один рабочий день собственник затратит 24 шиллинга стоимости средств производства (12 + 12), хлопка и веретён + 3 шиллинга стоимости рабочей силы и произведет 20 фунтов пряжи. Итого его расходы составят 27 шиллингов. Получит за них 30 шиллингов. Прирост капитала составит 3 шиллинга стоимости рабочего времени, которые собственником безвозмездно присваиваются.

Эти 3 шиллинга Маркс характеризует следующим образом: «…это стоимость, создаваемая неоплаченным трудом наёмного рабочего сверх стоимости его рабочей силы и безвозмездно присваиваемая капиталистом»,¹⁰ называя их ПРИБАВОЧНОЙ СТОИМОСТЬЮ. Из этого следует, что прибавочным продуктом будет то количество пряжи, произведенное во второй половине рабочего дня, которое приходится на 3 шиллинга. «Ту часть продукта, в которой выражается прибавочная стоимость, мы называем прибавочным продуктом».¹¹

На этом незатейливом примере и строится вся концепция неизбежности краха капитализма. Осознание несправедливости присвоения этих 3-х шиллингов, произведенных наемным работником, должно, по мнению Маркса, привести к смене господствующей формы собственности с частной на коллективную.

Далее из соотношения стоимости рабочей силы (3 шиллинга) и присвоенной стоимости (еще 3 шиллинга) Маркс выводит степень эксплуатации. В данном примере она будет соответствовать 100% (3 к 3-м = 100%).

В приведенной логике не все так очевидно как с природой прибавочной стоимости, так и с тем, кто ее создает. Неестественность заключается в том, что Маркс без необходимости делит рабочий день надвое, но при этом не делит также надвое дневную стоимость рабочего времени, перенося всю ее стоимость только на первую половину дня. Таким образом, выражаясь математическим языком, к разных сторонам уравнения он применяет разные правила.

В большинстве случаев (особенно в современном мире) взамен обещанной заработной платы наемный работник отдает (другими словами, продает) работодателю свое рабочее время. Рабочий день имеет конкретную продолжительность. Исходя из нее, определяется производственный план выработки продукции. В случае с пряжей – это не 10 фунтов, а 20 фунтов за весь день.

Однако истина в том, что в примере Маркса наемный работник трудится 12 часов и получает вознаграждение в 3 шиллинга за весь день, а не за половину дня. Следовательно, когда работник произведет в первой половине рабочего дня 10 фунтов пряжи, оплаченная стоимость его труда составит 1,5 шиллинга и за вторую часть то же самое. То есть, производство еще одной партии пряжи в количестве 10 фунтов во второй половине дня не происходит безвозмездно.

Итоговая стоимость (себестоимость) продукта по сумме будет соответствовать той, что определил Маркс: 12 + 12 + 3 = 27 шиллингов. То есть ровно столько, сколько собственник потратил из своего постоянного и переменного капитала, выражаясь в терминологии Маркса. Следовательно, наемный работник не создаст прибавочной стоимости. Она появится только после того, как собственник сумеет реализовать 20 фунтов пряжи по цене, определенной Марксом в 30 шиллингов. Таким образом, 3 шиллинга прибавочной стоимости (30-27=3) придет к собственнику от рынка, то есть от тех же рабочих, служащих, других собственников, но никак ни от работника, производившего пряжу.

Маркс умышленно сузил предикат суждения: там, где необходимо рассматривать в качестве предмета исследования рабочий день целиком, он сократил его до половины, чем привел к ложности суждение.

В этой логике усматривается благородное стремление Маркса обнаружить (найти) несправедливую сущность капитализма. Однако эта логика и стала причиной краха СССР.

Очевидным является то, что наемный работник, создавая в процессе труда продукт, не сможет создать более того, что изначально задано количеством капитала. Задействованное количество капитала определяет необходимое количество продукта. Таким образом, создание неоплаченного прибавочного продукта невозможно. Ему не из чего появиться, труд наемного работника не к чему будет приложить. В этом случае продолжительность его рабочего дня будет сокращена.

Количество потраченного капитала на производство продукта определяет его себестоимость, которая включает в себя в том числе и стоимость труда. Она равномерно распределятся на все количество произведенного продукта. В этой связи труд, потраченный на производство продукта, в любое время является оплаченным.

Маркс разделяет понятия «норма прибыли» и «норма прибавочной стоимости», поскольку так получается ярче представить степень эксплуатации. Исключая из расчета постоянный капитал, простое математическое действие дает более выдающийся результат. При учете постоянного капитала формула дает степень эксплуатации 18%, без него – 100%.

Поскольку в процессе производства не существует прибавочного продукта, то и использовать термин «прибавочная стоимость» в том толковании, которое предлагает Маркс, нельзя.

Прибавочной стоимостью будет то, что собственник капитала получит сверх того, что было затрачено на его производство, в том числе сверх стоимости труда наемного работника, то есть это прибыль. Она зависит от существующей продажной цены или, в терминологии Маркса, меновой стоимости. По существу, Маркс говорит о норме прибыли в современной терминологии.

Но наемный работник не формирует продажную цену. По большому счету, ее не формирует даже собственник, нанявший наемного работника. Цена определяется спросом, который формируется другими такими же наемными работниками собственниками (потребителями) при покупке продукта на рынке. Из этого можно утверждать, что прибавочная стоимость формируется рынком и собственник не присваивает ее как часть труда наемного работника, а получает ее от рынка в качестве своего вознаграждения за имеющиеся у него новые знания, благодаря которым он сумел опередить в конкурентной борьбе.

Я полагаю, что все наемные работники интуитивно это понимают. Поэтому крайне редко встретишь требования митингующих (возможно, и никогда не встретишь) о справедливом распределении прибавочной стоимости (прибыли). Всегда речь идет только о повышении заработной платы и иных социальных требований. Кто-то скажет, что это и есть форма требования справедливого распределения прибавочной стоимости. Но это не верно. Требования о повышении заработной платы никогда не ставятся в зависимость от размера полученной собственником прибавочной стоимости. Они всегда выводятся из сложившейся стоимости содержания работника и его семьи.

Кроме того, утверждения Маркса не объясняют, что происходит в том случае, когда собственник не получает прибавочной стоимости по результатам своей коммерческой деятельности, работает в убыток или разоряется. Из его логики следует, что в эти периоды противостояния между собственником и наемным работником не должно происходить, поскольку отсутствует момент несправедливого присвоения прибавочной стоимости. Такие периоды могут длиться годами, поскольку собственник, не получая от рынка прибавочной стоимости, компенсирует это кредитами, ранее накопленным собственным капиталом или превращением частного капитала в акционерный путем дополнительной эмиссии акций.

Противоречия между собственником и наемным работником находятся в другой плоскости и не столь ярко выражены, поэтому не приводят к революциям. Во многом они обусловлены необходимостью подчинения внутреннему распорядку и трудовой дисциплине.

Из этого следует, что неизбежность краха капитализма не является очевидной и остается только слабо доказанной гипотезой. Логическая ошибка Маркса в примере с пряжей объясняет причину, по которой пролетарские революции не произошли в тех странах, в которых он ожидал: в промышленно развитых. Все они произошли в отстающих, аграрных. Никто пока не предложил логического объяснения этого. Вместе с тем причина кроется в том, что, вопреки утверждению Маркса, наемный работник не производит прибавочной стоимости. Произведенная им стоимость является НЕОБХОДИМОЙ и оплачивается собственником капитала безусловно, входит в состав себестоимости. Таким образом, не формируется антагонизма на почве безвозмездного присвоения прибавочной стоимости, следовательно, не возникает революционной предпосылки.

В промышленности получение прибыли (прибавочной стоимости) не находится в прямой зависимости от количества затраченного труда рабочего. Он не имеет возможности произвести продукта больше, чем обусловлено размером вложенного капитала.

В то же время, в сельскохозяйственной отрасли, основанной на крестьянском способе ведения хозяйства, производство прибавочного продукта ярко выражено и находится в прямой зависимости от количества затраченного работником труда. Можно вспахать пашню один раз, а можно – два. Во втором случае всходов будет больше.

Кроме того, крестьянин не продает свое рабочее время. Он выступает собственником выращенного или произведенного им продукта. Когда помещик отбирает его часть, для крестьянина становится очевидным, что происходит безвозмездный отъем его труда. Заработную плату тут никто не платит. Крестьянин не продает свое рабочее время. По этой причине изъятие прибавочного сельскохозяйственного продукта происходит жестким способом, обеспечиваемым государственными механизмами принуждения. В России это обстоятельство нашло особенно острое проявление в форме крепостничества, необходимого государству для изъятия и так малой доли прибавочного продукта, производимого крестьянином. Антагонизм крестьян с помещиками, выражавшийся во всеобщем крестьянском требовании национализации земли, оказался реальнее, чем прогнозируемое Марксом противостояние рабочего с собственником капитала.

Исследователи работ Маркса уже давно отмечают в них многочисленные ошибки и недочеты. В частности, критики Маркса отмечают, что его теория содержит «1. …непоследовательное, в значительной мере, одностороннее применение закона единства и борьбы противоположностей к отношениям между двумя основными классами буржуазного общества.

2. Маркс недооценил роль частной трудовой собственности в реализации сущностных сил человека.

3. Маркс переоценил роль крупного производства в экономике общества, значение процесса вытеснения мелкого производства крупным.

4. Маркс ошибочно считал, что социализм несовместим с товарно-денежными отношениями.

5. Маркс недостаточно внимания уделял закону спроса и предложения.

6. Предметом исследований у Маркса являются производственные отношения и производительные силы, а влияние окружающей среды и природных факторов не учитывается».¹²

К этим доводам следует отнестись более внимательно. Они являются убедительными и в силу этого требуют от современных марксистов соответствующих опровержений, а не общих слов и выражений в духе пропаганды советского времени. Очень часто заявляя, что марксизм не догма, однако далее ничего нового не предлагают, снова полностью возвращаются к Марксу.

Возможно, что эти пробелы в теории и привели к ошибочному заключению о неизбежности краха капитализма и его смены коммунизмом.

В чем же сущностная причина устойчивости капитализма? По мнению историков, он уже существует несколько сот лет. Уже одного этого обстоятельства достаточно, чтобы начать сомневаться в выводах Маркса.

Нет оснований полагать в неизбежность краха капитализма и в силу иных причин. Его устойчивость обусловлена главным природным свойством – свободой. Насколько свобода присуща современному человеку, настолько устойчива западная цивилизация. Экономические кризисы и безработица не привели к естественной (внутренней) смене формации и скорее всего не приведут.

Более того, жизнь показывает, что потенциал капитализма еще далеко не исчерпан. Это на примере деятельности губернаторов-коммунистов неожиданно продемонстрировал тот, от кого меньше всего ожидаешь – Коммунистическая партия Российской Федерации. На одном из пленумом, проходившем 21.10.2023, выступали губернаторы Клычков (Орловская область), Коновалов (Хакасия), Локоть (мэр Новосибирска). Все они отчитались в очень значительном росте как уровня жизни населения, так и в росте экономик своих регионов. Коновалов отметил, что строить жилья стали даже больше, чем в советское время. Выступивший руководитель сельскохозяйственного предприятия «Совхоз имени Ленина» Грудинин сообщил, что за 30 лет производительность труда в его предприятии выросла многократно. Урожайность картофеля увеличилась со 120 центров с гектара до 360, надои молока с 2,5 тонн до 12 тонн за год с одной коровы. Но ведь все это – достижения капиталистической экономики: западная техника, западная технология, западные семена, западные методики управления персоналом и чисто капиталистический характер отношений.

При этом необходимо учесть, что управление регионами происходило в классической капиталистической среде: при соответствующих законодательстве, частной собственности на капитал, конкурентной рыночной экономике, жизненном укладе общества, основанном на постоянной конкуренции всех против всех, необходимости самому заботится о благополучии, росте платности всей социальной сферы и минимальной помощи со стороны государства.

Правильнее признать, что в мире присутствует две общественные формации: традиционное и современное общество. Поскольку общество, основанное на безудержном стремлении к свободе, хронологически появляется после традиционного, выделяясь из него, то в любой момент времени своего существования оно будет современнее по отношению к традиционному что во времена Древнего Рима, что в Новое время. В связи с этим взамен наименования «Капиталистическое» его правильнее именовать «Современное».

С момента выделения современного общества из традиционного обе этих формации развиваются параллельно. При этом нельзя считать традиционное общество отсталым, стоящим на месте. Оно тоже развивается. Последними его теориями развития следует как раз признать теорию коммунизма. К ее особенности можно отнести то, что движущей идеей стала не свобода, а справедливость. Отношение к справедливости является ключевым, сущностным отличием традиционного общества от современного. Когда Маркс указывал на присвоение собственником капитала прибавочной стоимости, он фактически говорил о естественной несправедливости. В свою очередь, капиталистическая философия предлагала считать справедливостью закон – гражданский кодекс, позволяющий присваивать прибавочную стоимость не тому, кто ее производил, а собственнику капитала. Далее произошла подмена понятий: коммунизмом стали считать предложенный Марксом способ его достижения – общественную собственность на средства производства, а не цель – восстановление справедливости.

Следствием такого понимания вопроса является вывод о том, что государства не развиваются по определенному сценарию, в котором все они рано или поздно должны пройти все стадии и прийти к одной финальной форме общественно-политического устройства. Коммунизм не является формацией, которая должна непременно сменить капитализм, поскольку является самостоятельной идеей развития традиционного общества. Однако то обстоятельство, что в качестве его базового признака было избрано отношение к собственности, привело в тупик поиск решения проблем потребления в 80-х годах и временной потере национальной идеи. Только через поиск причины появления капитализма возможно правильное понимание природы традиционного общества, его места в мировой цивилизации и направлений его дальнейшего идеологического развития.

«Эффективный частный собственник» против государственной собственности.

Теоретической основой разрушения СССР стало утверждение, что частная собственность эффективнее государственной. Однако это утверждение является только предположением. Многое зависит о том, какие исторические периоды мы рассматриваем.

Эффективность, как и иные понятия, имеет количественную и качественную характеристику.

Количественный показатель гораздо важнее качественного. Если вас кормить очень качественной пищей, но в недостаточном количестве, то через некоторое время вы умрете.

В части количественной характеристики ни одно частное лицо не способно привлечь такое количество ресурсов, каким обладает государство.

Только государству были под силу такие масштабные проекты, как, например, создание систем орошения или обороны.

Еще не так давно частник был способен самостоятельно совершить научные открытия. Но сегодня любое открытие, особенно фундаментального характера, требует гигантских ресурсов, которые никогда не окупятся. Такие достижения западного общества, как интернет, компьютер не являлись следствием «эффективности частного собственника», а разрабатывались в государственных учреждениях, доведенные ими до возможности внедрения и переданные частнику на конечной стадии.

Многочисленность банкротств частных компаний может также свидетельствовать о том, что частная собственность не носит явного преимущества в эффективности над государственной.

На чем базируется утверждение о бо́льшей эффективности частного собственника? Фактически – на примате личной заинтересованности собственника.

Личная заинтересованность – это только мотив, причем один из многих существующих. Для достижения превосходства в качестве управления ее недостаточно, о чем лишний раз свидетельствует количество банкротств среди частного бизнеса.

На микроуровне частный собственник действительно может быть эффективнее государственного за счет личной заинтересованности. Однако это происходит только тогда, когда он лично вовлечен в экономическую деятельность: сам выполняет работу, оказывает услугу. Этот эффект происходит от одного из самых действенных способов воспитания – собственного примера. То есть частный собственник, желая быть лучшим, старается за счет своего ума или повышенной трудоспособности выполнить какую-то работу в большем объеме либо с меньшими затратами. Если у него есть коллектив, то ему необходимо передать такое же желание остальным. Лучшим способом в этом является личный пример.

Эффективность этого способа подтверждена всеми работами и исследованиями в области воспитания. Но даже этого недостаточно. Для достижения высокого качества управления необходима совокупность трех основных факторов: первый – личный пример, второй – авторитет, третий – забота о персонале.

Я думаю, все согласятся, что если начальник требует от вас чего-то, то каждый из нас будет работать более добросовестно, если то, что от вас требует руководитель, он же сам будет неукоснительно соблюдать. Если при этом он будет относиться к вам с уважением, то вызовет у вас в качестве ответной благодарности хотя бы небольшое чувство ответственности, а это как раз то, что и требуется от работника в первую очередь. Ответственность заставляет человека разобраться в предмете своего труда, что в свою очередь приведет к осознанию необходимости профессионального роста. Рост профессионального уровня приводит к поиску новых способов решения профессиональной задачи, то есть к творчеству. Как правило, это более экономичные варианты, ведущие к росту эффективности.

Возможен иной вариант. Обладая личной заинтересованностью, можно относиться к наемным работникам с безразличием, по принципу «незаменимых людей нет», полагая, что профессионализм можно купить. Такая модель поведения формирует риски.

Во-первых, купить действительно профессиональную рабочую силу не так-то просто. Здесь одних денег недостаточно.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Грачев.А. Горбачев. Человек, который хотел как лучше. C.180.

Вернуться

2

Кара-Мурза. С.Г. Советский проект и крах СССР. Революция и контрреволюция вчера и сегодня.

Вернуться

3

Экономические проблемы социализма в СССР» (газета «Правда» 3—4 октября 1952 года).

Вернуться

4

Грачев.А. Горбачев. Человек, который хотел как лучше.С.179.

Вернуться

5

https://vetandlife.ru

Вернуться

6

https://www.gks.ru

Вернуться

7

Хайек Ф.А. Пагубная самонадеянность: ошибки социализма. М.: Новости, 1992.С.18.

Вернуться

8

Маркс К., Капитал., т.1, С.200-202

Вернуться

9

Маркс К., Капитал., т.1, С.229

Вернуться

10

https://bse.slovaronline.com/32527-PRIBAVOCHNAYA_STOIMOST

Вернуться

11

Маркс К., Капитал., т.1, С.241

Вернуться

12

Бельзецкая А.А. Критика трудовой теории стоимости Карла Маркса / Минск: Изд. центр БГУ. 2011.С.203-210.

Вернуться