Елизавета Соболянская
Талисман дракона

Герои

Мирана Деррийская – дочь графа, старший ребенок в семье

Эрман Огнекрылый

Пролог

– Раз, два, три, четыре, пять, я иду тебя искать! – пропела я, спускаясь по узкой винтовой лестнице. – Я найду тебя, дракон, прогоню из дома вон… Поломаю чешую… Из хвоста сверну змею… Вырву когти и клыки, в масле сжарю языки… Ребрышки согну в дугу… Коли зла, я все могу!

Закончилась считалочка, а вместе с ней и лестница.

Я неторопливо осмотрела площадку и решительно толкнула дверь. Ожидаемо она не открылась. Я толкнула дверь еще раз, приложив немного магии. Дверь дрогнула, но устояла. Тогда я, не стесняясь, вынесла ее мощным ударом воздушного кулака и вышла во двор, волоча за собой громоздкий шлейф свадебного платья.

Во дворе никого не было. Звездное небо раскинулось над головой, и я на минуту засмотрелась – надо же, таких крупных сияющих звезд я никогда не видела. Судя по холоду, охватившему обнаженные плечи, я в горах. Где же еще разместиться драконьему замку?

Я немного отошла от двери и оглянулась. Башня. Приземистая, с широким круглым верхом. Наверху в узких окнах горел яркий свет – еще бы, именно там располагалась спальня новобрачных. Только вот дракон, заключивший со мной брак, принес меня в башню, буквально швырнул в окно и… улетел!

Я топнула ногой в атласной туфельке, вспомнила весь сегодняшний день и пообещала сама себе:

– Ну держись, гадина чешуйчатая! Ты еще пожалеешь, что испортил мне свадьбу!

Глава 1

В нашем мире мирно сосуществуют многие расы. Есть эльфы и гоблины, гномы и орки, русалки и сильфиды – сферы влияния поделены, торговые и брачные союзы заключаются постоянно, и, наверное, мы бы уже достигли равновесия и процветания, если бы… не драконы! Огромные чешуйчатые ящеры, долгоживущие, магически сильные, практически неуязвимые для оружия – и совершенно отбитые на всю голову!

Правда, отец уверял меня, что хулиганят только ящеры-подростки. Старые и мудрые драконы живут в горах, занимаются науками, иногда преподают в Академиях или ведут научные диспуты на симпозиумах. Однако мудрого и взрослого дракона я ни разу не видела, а от малолетних идиотов наше графство страдало не раз и не два.

Граф Дерр – мой отец – даже специальный фонд в казне завел «на устранение последствий».

Вообще, драконы обычно платили за свои шалости, но платили по-своему. Например, могли исполнить любое желание, но задумывать его нужно было очень-очень осторожно. Иногда после хулиганства сверху падали монеты, а иногда за ними приходилось плестись в горы, да еще и спорить в суде, доказывая, что дракон был не прав. В общем, опаснее всего драконы были своей непредсказуемостью, и я, как разумная девица, не желала иметь с ними никаких дел.

Впрочем, откуда в замке Дерр драконы?

Наши земли лежат в долине, подданные занимаются сельским хозяйством, и доход так скромен, что отец наезжает в столицу не чаще раза в год – чтобы принять участие в заседании Совета лордов и передать в казну налоги. В остальное время мы живем в замке и со стороны кажемся идеальной семьей. Матушка ведет хозяйство, отец разъезжает по арендаторам и фермам, братья еще малы, поэтому усердно занимаются в классе и на плацу. Я же училась быть как матушка – рачительной хозяйкой, верной супругой и доброй матерью.

Звучало все красиво. На деле же графиня Дерр занималась на плацу с сыновьями, как воин; писала научные трактаты, как ученый; и порой выпивала с охраной, как граф. Сам владетельный лорд ездил по арендаторам и фермам, но гораздо больше времени проводил в саду, ставя собственные эксперименты по выращиванию теплолюбивых южных растений в наших широтах.

Замком занималась я – с помощью экономки, дворецкого, старшей горничной и еще двух дюжин работников и слуг, постоянно проживающих в Дерре. Братья оставались на попечении учителя, достопочтенного Джея Лонга, а моя гувернантка, госпожа де Суисс, стала моей компаньонкой и помощницей.

Если кто-то думает, что я несчастна в родном доме – ничего подобного! Во-первых, меня всегда любили. Старшая дочь, единственная девочка из пяти детей, я первая получила от отца крохотную лопату с розовым бантиком и меч от матери с акульей кожей на рукояти. Во-вторых, мне позволяли учиться всему, что меня интересовало – я махала мечом, вышивала салфетки, лепила горшки, копалась в саду, ездила верхом… До семи лет мальчиков и девочек одевают одинаково: рубашки-платьица и панталончики. Матушка сама обожала штаны, колеты, рубахи и жилеты, поэтому и в одежде меня не слишком ограничивали до десяти лет. Потом в Дерр прибыла госпожа де Суисс и принялась лепить из «мальчишки-сорванца» барышню благородных кровей. Постепенно я нашла прелесть в платьях, танцах, уроках этикета и ученых беседах. Отец играл со мной в шахматы, матушка показывала малые алхимические опыты, братья подбивали на проказы, и жизнь моя была прекрасна, пока однажды отец не вернулся из столицы в особенно дурном расположении духа.

Матушка заметила это сразу. Как мудрая женщина и графиня, она дала ему поужинать в молчании и увела наверх, а на следующий день вытащила на плац и бросила меч:

– Рассказывай! – крикнула она, со свистом рассекая воздух собственным клинком.

– Король заявил, что Миране пора замуж! – отец взорвался беспорядочными и точными ударами, но матушка отскочила и подставила ему подножку.

Крутанувшись вокруг себя, отец уже спокойнее выдал серию ударов каскадом. Графиня кружила, периодически проверяя его защиту на прочность, и в какой-то момент сказала:

– И правда пора, ей уже двадцать лет!

Отец с яростью бросился в атаку и… свалился на утоптанный песок. Матушка ловко уселась верхом на его спину и, улыбаясь, добавила:

– Главное, чтобы его величество позволил нашей девочке сделать выбор!

Граф Дерр еще порычал, постучал кулаками в землю, потом сдался на милость графини, и мы все пошли пить чай.

Уже в утренней столовой отец объяснил, чем его так взволновали слова короля. Оказывается, ко Двору прибыла делегация драконов! Они привезли подарки и желали договориться с королем человеческих земель о выборе невест. Небывалое дело!

Браки с людьми многие расы считали неправильными, и тем не менее в каждом городе хватало полукровок разных рас, а порой и вовсе экзотических смесков вроде внучки орка и гоблина, а так же эльфийки и человека. Однако аристократы старались блюсти кровь и не смешиваться ни с кем. Если же возникала нужда в династическом браке, в него вступали младшие представители родов, но самая верхушка, что у эльфов, что у орков, что у людей, оставалась чистыми представителями своей расы.

И вдруг – драконы пожелали смешать свою кровь с людьми добровольно!

– Что-то тут не так, – поморщилась мама, – надо перечитать все, что есть в библиотеке, о драконах. Если они хотели просто красивых девиц, то их в любом городе отыскать можно, не обязательно даже официально к его величеству приезжать. Обедневших родов тоже хватает – по-тихому выкупить невест им никто не мешал. Значит, дело в чем-то другом!

Отец хмурился, но был пока слишком зол и раздражен, чтобы логически мыслить. А вот я принялась вспоминать легенды о драконах. Была в нашей библиотеке книга легенд о всех расах нашего мира. В детстве меня завораживали цветные иллюстрации и красиво выписанные буквы, потом я научилась читать и с интересом изучала легенды, сопоставляя с ними то, что я знала об эльфах, гномах, орках… Так вот про драконов там тоже было написано что-то важное.

Родители отвлеклись, обсуждая прием, на который король повелел собрать благородных титулованных девиц со всего королевства, а я потихоньку улизнула в библиотеку. Надо освежить в памяти легенды и подумать.

Глава 2

Именно в библиотеке меня нашла госпожа де Суисс. Эту достойную даму мама встретила во время загородной поездки. Просто увидела на сельской дороге бодро шагающую молодую женщину под зонтиком, с тяжелым саквояжем в руках. Остановилась, пригласила доехать до ближайшей стоянки дилижансов и спросила, откуда энергичная госпожа взялась в сельской глуши. Дама охотно, но сдержанно объяснила, что ее выписали письмом как воспитательницу для трех дочерей барона Виго, но у барона, помимо дочерей, обнаружилась крайне ревнивая супруга, которая просто отправила слишком молодую и привлекательную гувернантку обратно, отказав ей даже в селянской телеге.

– Что вы будете делать дальше? – осведомилась графиня Дерр, не открывая своего инкогнито.

– Доберусь до ближайшего города, поищу место в домах попроще или в пансионе. У меня хватает рекомендаций, но, к сожалению, мало средств.

– Достойно, – графиня задумалась, а потом устроила госпоже де Суисс настоящий экзамен, который моя будущая гувернантка с достоинством выдержала. Тогда мама и предложила ей новое место службы и меня в качестве подопечной. Но предупредила, что я совсем не сахарный ребенок и расту с младшими братьями. Госпожа де Суисс только улыбнулась и сказала, что она тоже росла с братьями, но это не помешало ей стать приличной юной барышней.

Первое знакомство у нас получилось запоминающееся. Меня выловили из пруда. Платье-рубашка в тине, панталончики и чулки в иле, туфли где-то плавают, а из кармана торчат лапки прихваченных с прогулки лягушек. Волосы, с утра заплетенные няней, давно потеряли все ленты, и выглядела я в итоге как чучело лохматое.

Графиня-матушка криво усмехнулась, когда меня увидела, но тем не менее представила:

– Госпожа де Суисс, позвольте познакомить вас с нашей старшей дочерью Мираной Деррийской.

Я присела в неуклюжем реверансе.

– Очень рада знакомству, юная госпожа, – дама мне улыбнулась искренне и с юмором, – полагаю, вам нужно уйти, чтобы привести себя в порядок к обеду. Если вы успеете немного раньше, я покажу вам энциклопедию, в которой написано, как называются ваши лягушки на латыни.

Это мне было очень интересно, и я тут же, получив разрешение матушки, понеслась к себе – умываться и менять платье. Вслед мне неслись аплодисменты графини:

– Браво, госпожа де Суисс, вы приняты!

В дальнейшем было много разного, но надо отдать должное моей воспитательнице, она не пыталась переломить мой настойчивый характер. Она лишь направляла меня, умела заинтересовать или вызвать на соревнование так, что уже к двенадцати годам я при необходимости превращалась в приличную девицу самого благонравного облика.

Позже, когда меня вывезли в свет – как и положено, в семнадцать, – госпожа де Суисс стала моей компаньонкой. Матушка ей всемерно доверяла, а сама графиня Дерр страшно не любила посиделки за чаем, собрания благотворительных комитетов и прочие светские дамские радости. Поэтому она появлялась на этих мероприятиях один раз – со мной и госпожой де Суисс, а потом говорила что-то вроде:

– Прошу прощения, дамы, супруг просил сегодня непременно быть к чаю, – и удалялась, оставив нас разбираться с делами.

– Тебе помочь, Мира? – наедине наставница называла меня просто по имени.

– Я уже нашла книгу, – отозвалась я, – теперь ищу то, что поможет мне понять мотивы драконов.

– Думаю, в столице уже знают, зачем к ним пожаловали крылатые, – с легкой улыбкой сказала госпожа де Суисс.

– Я тоже хочу знать! – уперлась я. – Вы же понимаете, госпожа София, что я не желаю быть бесправной добычей!

– Хорошо, давай подумаем, – компаньонка присела рядом, взяла лист бумаги и карандаш, чтобы не испачкать руки чернилами. – Драконы зачем-то прилетели именно к человеческому королю, при том, что им всегда рады у эльфов и сильфов.

– Всегда рады? – насторожилась я.

– Кровь драконов усиливает в эльфах воинственность и силу, а сильфам дает, помимо воздушных, обычные крылья, похожие на драконьи. Это тоже преимущество, поэтому, я слышала, драконьи посольства и в Лесу, и в Небесном граде принимают с большим теплом, а… плоды любви служат владыкам Леса и Града и вовсе не считаются изгоями.

– Значит, летающим ящерам нужно что-то именно от людей, – сделала я вывод, – Интересно, что?

– Ваш отец сообщил, что во дворец собирают всех незамужних благородных девиц со всего королевства, – задумчиво сказала госпожа де Суисс. – Чтобы назначить драконам пару невест, их не нужно тащить во дворец, достаточно написать приказ, в крайнем случае пригласить на аудиенцию отца девицы.

Я поежилась, но понятливо кивнула – в этом не было ничего нового. Только состоятельный и влиятельный отец мог защитить свою дочь от брака по приказу короля, да и то не всегда. Может, поэтому влиятельные люди мира сего предпочитали обручать детей с колыбели.

У меня, кстати, тоже был когда-то жених – виконт Честер, милый малыш с золотыми кудрями. Нас познакомили, когда мне было пять, а ему семь. Через год он подхватил красную лихорадку и умер прежде, чем ее распознали. Меня примерно год одевали в черное, что меня удивляло, а потом отцу посыпались предложения о новой помолвке, но тут матушка родила первого брата, и разговоров на эту тему стало существенно меньше. После рождения третьего братишки они и вовсе прекратились. Отец же не спешил заключать новый договор, давая мне определенную свободу выбора.

– Зачем королю собирать девиц в замке? Списки родов и невест у него точно есть, – проговорила я. – Для знакомства такой бал не подходит – слишком много народу. Так для чего?

Госпожа де Суисс задумалась и вдруг сказала:

– Помните, Мирана, как ваш отец выбирает животных на племя?

Такие вопросы юной деве задавать было неприлично, но я вспомнила – овец или коров загоняют в большой загон, и отец с лучшими скотниками осматривает всех животных с высоты телеги или холма поблизости. Потом стадо перегоняют в другой загон, а в воротах ставят специальные мерки – для измерения роста, объема и прочего. А за воротами – калитки. Большая часть животных идет в обычный загон, чтобы стать мясом, а «племенные» – в специальный. Их будут беречь, кормить и разводить с особенным усердием. И даже в бескормицу найдут для них пропитание, чтобы сохранить породу.

– Бал, чтобы проверить всех на… породу?

– Я слышала, что королевский маг создал арку, которая показывает, невинна ли девушка, которая через нее проходит. Что ему мешает создать арку, которая покажет другие признаки?

Я схватилась за голову и быстро перевернула несколько страниц:

– Кажется, я нашла!

Госпожа де Суисс заглянула в книгу и закусила губу:

– Боюсь, ты права, Мирана!

На картинке была изображена очередь из прекрасных дев, проходящих под девятью арками, увитыми цветами. В легенде этот строй назывался «шествие невест», а в самом тексте смутно говорилось о том, что раз в двести-триста лет молодые драконы собираются вместе и «получают награду от Провидения». Начинается это мероприятие шествием невест, а заканчивается то балом, то казнью. Легенда была старинная и передана кусками. В качестве иллюстраций к ней полагались те самые девы с арками, костер, в котором кто-то корчился, и дракон, разрубленный на куски. Вдохновляюще!

Мы помолчали.

– Что будешь делать? – осторожно спросила меня госпожа де Суисс, когда я закрыла и убрала книгу.

– Думать, – ответила я с легкой улыбкой. – Если я правильно поняла, тот высокопарный слог, которым автор пытался передать легенду, это награда или смерть для драконов. Девы не пострадали.

– А я, пожалуй, напишу своим знакомым в столицу, чтобы узнать, что делают другие знатные фамилии… – решила София.

– Думаю, это важно… Попрошу маму и отца о том же самом!

Мы покинули библиотеку – госпожа де Суисс поспешила к себе, чтобы написать письма знакомым компаньонкам и гувернанткам, а я поспешила к родителям. Бал назначили на день осеннего равноденствия, до него оставалось более трех месяцев, и я надеялась успеть разузнать все, что только возможно.

Глава 3

Письма разлетелись по стране уже на следующий день. Отец, мама, госпожа де Суисс и я писали каждый день новые в надежде найти хоть что-то, что позволит мне не ехать на королевский бал. Увы. Король разослал официальные приглашения с приписками – девицам явиться хоть пешком и голыми и не сметь выходить замуж до того, как бал состоится. Нарушивших приказ ожидали страшные кары – вплоть до смертной казни!

Родители мои переглянулись, повздыхали и решили, что на бал ехать все же надо, слишком уж круто заваривалась столичная каша. Однако к любой напасти следовало подготовиться. Матушка вместе с госпожой де Суисс припомнили несколько подобных мероприятий, которые случились не так давно.

Знатных девиц собирали во дворце, когда старшая дочь короля вышла замуж в дальнюю страну. Высокие рода не желали отдавать дочерей во фрейлины, зная, что они, скорее всего, не вернутся и не принесут своим семьям ни связей, ни денег. Вот и устроил король череду праздников, на которые собрал девиц рангом пониже – дочерей нетитулованных дворян, рыцарей, обедневших баронов и виконтов. Тогда принцесса выбрала дюжину девиц, а остальных выдали замуж по приказу короля. Хитрый монарх существенно сэкономил, устроив сразу полсотни свадеб в один день, по своему разумению «освежив кровь» некоторых знатных фамилий.

Припомнив свершившиеся тогда браки, графиня и компаньонка пришли к выводу – сват из короля плохой. Практически все браки были чудовищно неравными, и ничего хорошего из них не получилось. Многие молодые жены умерли после рождения наследника, несколько удалились в обители, а одна выбросилась из окна после первой брачной ночи. Король, конечно, наказал слишком ретивого супруга денежным штрафом, но юную леди вернуть было уже нельзя.

Больше повезло фрейлинам. Брак принцессы сложился удачно, и со временем почти все они вышли замуж по собственному выбору или по воле принцессы. В любом случае никто из них не вышел в окно и даже не умер родами – в Ролландии магов-лекарей было больше, чем в Арундэле.

Еще раз девиц собирали на череду приемов, когда искали жену младшему принцу. Старший был женат на заморской принцессе, а младшему искали невесту на родной земле. Вообще, король хотел ограничиться «золотой дюжиной», но, к его величайшему изумлению, в самых родовитых семьях не нашлось невесты, подходящей младшему принцу. Либо малы – трех-пяти лет, либо просватаны. Король ярился – его младший отпрыск слыл гулякой, картежником и пьяницей, вот и не стремились «золотые рода» родниться с королевской семьей. Пришлось собирать девиц из семей попроще.

Ко всеобщему удивлению, герцог Мантуанский женился на дочери военного коменданта одной из приграничных крепостей, уехал с женой на пустошные земли, взялся разводить овец, завел сады и живет благополучно, ожидая то ли третьего, то ли четвертого сына. А девиц, привезенных на отбор, выдали замуж, позволив, правда, выбирать самостоятельно. Часть молодых семей уехала в Пустоши вместе с герцогом.

Матушка и госпожа де Суисс разобрали по косточкам и эти браки и решили, что они точно были более счастливыми. Хотя бы потому, что из всех молодых жен умерла только одна, и та от болотной лихорадки.

Я слушала их беседу и сделала свой вывод:

– Наш добрый король считает благом выдавать девиц замуж. Значит, всех приглашенных дев ждет та же участь?

– Думаю, да, – вздохнула мама. Ей очень не нравились браки по принуждению, и она точно не хотела устраивать такие браки для своих детей.

– Если избежать этого нельзя, может, подумаем, кто может на мне жениться, чтобы не вызвать гнева короля? – предложила я.

Мама чуть чаем не поперхнулась.

– Очень разумная мысль! – поощрительно улыбнулась мне госпожа де Суисс. – Возможно, получится договориться с кем-нибудь так, чтобы устроить свадьбу сразу после отбора? Не думаю, что его величество будет праздновать свадьбы в день приема, все же требуется некоторая подготовка.

Мама ухватилась за эту идею, и мы с интересом занялись составлением списка потенциальных женихов. Госпожа де Суисс подсказала нам, что удобнее использовать карточки – сразу будет видно и титул, и положение, а если еще карту взять, то и с земельными наделами можно подгадать.

В принципе, как старшая дочь графа, я неплохо котировалась на брачном рынке. Наличие пятерых младших братьев снижало накал – титул и земли было кому наследовать, зато у меня было приличное приданое, я неплохо выглядела и, с точки зрения нашего замкового лекаря, была здорова и способна родить здоровых детей. Не так уж мало плюсов.

Минусов, правда, тоже было немало. Их мне озвучила как-то двоюродная тетушка, заехавшая в гости на месяцок. Во-первых, я была дерзкой и неприлично самостоятельной для леди благородных кровей. Во-вторых, я увлекалась мужскими делами – фехтованием, скачками, расходными книгами, географией и историей нашего мира. В-третьих, я была слишком высокая, и рядом со мной мужчина не мог почувствовать себя защитником и силачом. Там были еще «в-четвертых», «в-пятых» и прочие, но я их уже не слушала.

Я сидела за письменным столиком и составляла список черт, желаемых в моем будущем супруге. Сделать так мне посоветовала госпожа де Суисс. С ее точки зрения, мужчину нужно было выбирать, как лошадь – зная родословную, стати и возможности. И чтобы не выбрать тяжеловоза для конкура, следовало определиться – для чего старшей дочери графа Дерра муж?

Глава 4

Список получился длинным. Мне хотелось, чтобы человек, которого я выберу, был человеком благородным. Тут ни матушка, ни госпожа де Суисс возражать не стали. Правда, обе попытались уточнить – что я имею в виду.

– Истинное благородство может явить и бедный человек, – признала я, – но для меня важно, чтобы мой будущий супруг не обижал слабых, не смеялся над калечными, уважал старость и не пренебрегал детьми.

Дамы сочли объяснение достаточно подробным. Знатное происхождение было, конечно, необходимым условием, но тут в моем распоряжении был отец. Граф, как сюзерен, мог наделить зятя титулом, выделив ему землю. Поэтому хотя бы в теории можно было рассматривать и молодых небогатых офицеров, и чиновников, и ученых магов. Впрочем, маги были особой категорией – они считались дворянами, даже если родились на скотном дворе.

Как только зашла речь о магии, я встрепенулась:

– Матушка, а ведь девицы знатных родов отличаются от селянок не только внешностью и образованием!

Графиня на мгновение застыла, поставила чашку и поморщилась:

– Ты права, Мирана, об этом мы и не подумали…

Дело было в том, что в нашей стране магически одаренные люди рождались в основном в среде аристократии. Если же дар проявлялся в селянских детях, их спешили принять в род младшими, чтобы разбавить кровь и добавить в копилку рода новый дар. У других рас все было иначе. У эльфов, например, магией владели абсолютно все. Магией леса, земли, растений. Редких неодаренных в давние времена убивали, сейчас же просто изгоняют. У гномов, напротив, маги были редки и потому не ценились. Гномы больше уважали мастеров, создающих шедевры без магии. У сильфид все владели магией воздуха, она была необходима им для жизни, но больше никакой. Так же и русалки – все умели управлять водой, и только. Драконы в основном обладали магией огня, а люди – люди были универсалами.

Столько направлений магии, сколько существовало в человеческих землях, не было больше нигде. В среднем человек выращивал растения хуже, чем эльф, управлял ветром хуже сильфид, а огнем хуже драконов, зато один человеческий маг мог сочетать в себе все эти таланты, пусть и не особенно сильные.

– Магически одаренные девы знатных родов, – вздохнула графиня, – думаю, Мирана, тебе нужно выбрать одного-двух кандидатов, готовых на тебе жениться, несмотря на гнев короля!

Я серьезно кивнула, соглашаясь. Мне не хотелось связываться с драконами! Совсем!

* * *

Через несколько дней мы выбрали дюжину кандидатов, и матушка разослала приглашения на вечер, посвященный дню рождения отца. Предлог был хорош, ведь такие приемы планируют заранее. А то, что дюжина приглашений «запоздала», никто и не узнает! Во всяком случае мы надеялись, что королевские дознаватели не обратят на это внимание, потому что в наш замок прибыл королевский гвардеец с приказом – присматривать за мной и сопроводить на прием во дворец, когда настанет срок. Впрочем, гвардеец мне попался благоразумный. Он представился отцу и матушке, вручил распоряжение и приглашение во дворец, а потом ушел в казарму и появлялся рядом со мной только во время трапез. Меня это более чем устраивало – кузины, живущие поблизости, жаловались, что их «надзирающий» имеет дурную привычку ломиться к ним в комнаты, «чтобы проверить, что девицам ничего не угрожает», а еще всюду бродит за ними, отпуская невежливые комментарии.

Я готовилась к папиному дню рождения особенно тщательно – понимала, что придется знакомиться и общаться с большим количеством потенциальных женихов. Ведь не только матушка и госпожа де Суисс продумали подготовку к визиту на королевский прием. Многие матери сыновей смекнули, что будет лучше заранее присмотреть невесту и сообщить о выборе королю или хотя бы королевскому распорядителю. Драконы улетят, а выгодные партии останутся! Так что я приказала горничной разложить все мои парадные платья, решая, которое стоит надеть?

Конечно, девицам полагались платья светлые, нежные, без особой отделки и украшений. Но белый мне категорически не шел, голубой делал странной, розовый превращал в грязнулю, а желтый простил. Поэтому одно платье у меня было золотистое, второе – палевое, а третье вообще цвета шоколада с золотой тесьмой. Госпожа де Суисс заглянувшая ко мне, чтобы помочь с выбором, сказала:

– Не стоит демонстрировать богатство сразу, нам ведь не нужны охотники за приданым?

Я с ней согласилась и выбрала палевое платье, отделанное атласными лентами. Мило, нежно и очень по-девичьи. Прическу мне сделали тоже простую, украсив лентой и маленькими золотыми шпильками-звездочками.

Когда я спустилась, чтобы встать рядом с мамой и отцом на время встречи гостей, матушка похвалила мой выбор, а отец покачал головой:

– Как ты быстро выросла, Мирана! – и вздохнул.

Гости прибыли дружно – и с первых же минут на лестнице я поняла, что приглашение на королевский прием взбудоражило не только высшую аристократию, но и вообще всех дворян. Практически каждая приглашенная пара прихватила с собой племянника, сына, внука, кузена или дядюшку-холостяка. Мужчин в толпе точно было в два-три раза больше женщин, и матушка попросила госпожу де Суисс срочно предупредить кухню и увеличить количество закусок на фуршетных столах. Отец только хмыкал, знакомясь с каким-то невероятным количеством молодых людей из самых дальних провинций. А уж их уверения в преданности и горькие сожаления о скромности службы и дохода!

Поначалу я была ошеломлена таким наплывом потенциальных женихов, но матушка шепнула мне, что не каждой девице удается порыться в женихах, как в конфетах, и я взглянула на ситуацию с юмором.

– Господин де ла Файет, – кланялся нам молодой человек самого скромного облика.

– Очень порочная конфетка, – шепнула нам с матушкой госпожа де Суисс, – по слухам, все горничные его столичного дома – девицы из «веселых» кварталов.

Я недоверчиво взглянула на строго одетого господина, а отец со вздохом подтвердил:

– Известный в столице сластолюбец, счастье, что второй сын спускает содержание, и только.

Следом поднимался очень высокий юноша с длинным носом и печальными глазами. Что-то в нем было такое привлекательное, что заставляло смотреть еще.

– Конфетка с ликером, – вздохнула госпожа де Суисс.

– С ликером? – прищурилась матушка.

– Моя горничная болтала со слугами гостей в гостинице и узнала, что молодой человек заказывает у аптекаря пасту, чтобы мазать свой нос и не выдать пристрастие к спиртному слишком красной и блестящей кожей!

Мы с матушкой переглянулись, и… она, небрежно взмахнув веером, чуть задела галантного кавалера по носу. После многочисленных извинений гость отошел, а матушка сняла к кончика веера каплю плотной белой пасты:

– Вот и ответ, – сказала она, – не подходит!

Мы простояли на ступенях почти два часа, встречая гостей, обсуждая «конфетки» и тихо хихикая под прикрытием веера. Госпоже де Суисс впору было служить в канцелярии тайных дел короля – ее служанка, наши лакеи, дворецкий и экономка собрали сведения обо всех гостях мужского пола, и я порой провожала гостя удивленно-растерянным взглядом, любуясь превосходным внешне молодым человеком, имеющим очень неприглядную «начинку».

К завершению второго часа отец со вздохом признал, что бедный или не имеющий протекций молодой человек все же лучше, чем пьяница, развратник или каббалист. Темная магия в королевстве официально была запрещена, но в столице процветали тайные общества, желающие с помощью кровавых ритуалов приобрести влияние, деньги и женщин. К счастью, в замке была установлена защита против таких молодчиков, и ошарашенные гости наблюдали за тем, как пара внешне благонамеренных молодых людей кубарем скатилась с лестницы, не успев подняться на площадку, на которой мы стояли.

Устало улыбнувшись последнему гостю, матушка подала сигнал дворецкому, и через минуту из зала раздались звуки музыки. Прием начался!

Глава 5

Отец, как виновник торжества, прошел в зал и поблагодарил собравшихся за то, что приняли его приглашение. Потом все подняли бокалы, поздравляя графа Дерра, а отец, поставив бокал на поднос, пригласил маму на танец. Я залюбовалась ими и не заметила, что ко мне устремилось сразу пять кавалеров, желающих пригласить меня на танец. Я было растерялась, но в голове мелькнули характеристики, которые этим блестящим щеголям дала госпожа де Суисс, так что я скромно улыбнулась и приняла руку ближайшего. Посмотрим, так ли все на самом деле, как удалось узнать?

Первым со мной танцевал виконт де Комбре – очень стройный и подвижный молодой человек, второй сын графа Пемброка. Он ловко повел меня по кругу в полонезе, живо играя лицом и говоря комплименты. Очень милый кавалер, вот только мы были в перчатках, как и положено по этикету, и если я права, белая лайка на руках моего кавалера скрывает неприятную сыпь – след дурной болезни. Маги-лекари лечат почти все, но некоторые болезни оставляют следы, которые невозможно убрать сразу.

На половине круга я мило улыбнулась и спросила «в лоб»:

– Виконт, а после свадьбы вы продолжите посещать дешевые притоны?

Мой спутник побледнел, потом внезапно разозлился:

– Приличной супруге незачем знать, где проводит время ее муж!

– В таком случае мне заранее жаль вашу будущую жену, – честно сказала я. – Надеюсь, вы не станете свататься ко мне или к моим родственникам. Следы от «любовной проказы» сходят долго.

Виконт едва удержался, чтобы не бросить меня посреди танца, но, к счастью, круг завершился, и меня тут же пригласил господин Тич – младший сын барона Тича. С ним мы попали в «карусель» из четырех пар, в которой нужно было каждые двенадцать тактов меняться партнерами. Мне это было только на руку. Младший Тич ничем особенным не отличался – в скандалах не участвовал, по борделям не гулял, но страстно обожал лошадей. Я умела ездить верхом и, как любая аристократка, могла поддержать разговор на тему пород, выездов и скачек, но… За десять минут танца с переменой партнеров господин Тич успел вывалить на мою голову столько информации о лошадях, что я призадумалась – готова ли я слушать такие спичи за завтраком, обедом и ужином?

Танец за танцем я общалась с охотниками за приданым, сластолюбцами, равнодушными, занудами, гуляками… Вырвавшись из круга гостей, я отошла в сторону и, взяв с подноса бокал с вином, укрылась за портьерой у окна. Минуты через три ко мне подошла госпожа де Суисс:

– Нелегко пришлось? – спросила она, набрасывая мне на плечи воздушную, по виду кружевную шаль. На деле шаль была связана из шерсти альпак, скрученной с шелком, и грела не хуже плаща.

– Софи, – я говорила негромко и сочла возможным обратиться к своей дуэнье по имени, – почему я вижу в этой толпе блестящих кавалеров только ложь, сластолюбие и грязь?

– Потому что ты еще не поняла, что идеальных людей не существует, – пожала плечами компаньонка.

– А мама и папа?

– К их поведению и привычкам ты присмотрелась с детских лет, а они привыкли друг к другу. Поверь, не каждый мужчина допустит в супруге самостоятельность, привычку носить штаны, иногда выпивать бренди и ругаться, как конюх, упав с лошади.

Я поежилась. Все так. Знакомые мне матроны обычно занимались хозяйством, рожали детей, сплетничали и соревновались в дороговизне нарядов и украшений. Мама очень отличалась от сестер отца, тетушек и прочих родственниц. Но папа ее, несомненно, любил, уважал и оберегал. Как и она его.

Я вздохнула и отчиталась:

– Пообщалась практически со всеми новичками, наиболее достойными мне показались господа ля Нэж, де Троллон и Пардиз, но, возможно, мы просто мало о них знаем.

– Я уточню, – госпожа де Суисс нашла в толпе взглядом моих кавалеров и прищурилась. – Не стой здесь долго, Мирана, матушка уже спрашивала, где ты.

Я тоскливо посмотрела в окно – на блеск факелов, на рельеф замковой стены, и, оставив шаль на плечах, двинулась в гущу гостей. Танцевать я больше не хотела, но ведь можно сесть за карточный стол и поболтать с претендентами за «мушкой».

Увы, карточная игра меня тоже разочаровала. Кто-то был чересчур азартен и несдержан на язык, кто-то не утомлял себя счетом карт и очков, кто-то вообще считал, что женщины глупы, и за стол, крытый зеленым сукном, садятся лишь для флирта. Проиграв пригоршню мелкого серебра, я оставила картежников и вернулась к танцам. К счастью, настало время танцев медленных, церемонных и торжественных. В них, не стесняясь, выходили в круг и господа в солидных летах, и дамы с детьми. Эти танцы считались сложными и доступными лишь для старшего поколения, но молодежь тоже принимала в них участие. Обычно дочери танцевали с отцами, сыновья с матерями, и эта часть бала порой была особенно зрелищной, пусть и очень размеренной.

Меня пригласил отец. Я вздохнула с облегчением и послушно присела в книксене, а потом подала руку, чтобы папа вывел меня в центр круга.

– Испугалась? – отец красиво поклонился и изогнул руку. Я снова присела и ровно так же подняла кисть, чтобы покружиться рядом с ним, едва соприкасаясь кружевными воланами.

– Скорее растерялась, – ответила я, снова кланяясь.

– Значит, никто не привлек особенного внимания?

– Никто, – призналась я. – Папа, почему большая часть кавалеров кажется или глупыми юнцами, или жестокими негодяями?

– Потому что ты слишком серьезно отнеслась ко всему этому, – с легкой улыбкой отец поднял наши руки над головой, едва касаясь кончиками пальцев, и мы снова разошлись, чтобы поклониться друг другу.

К завершению танца я улыбалась – папа сумел отвлечь меня, а еще сказал, что, если я не выберу жениха, он обручит меня со своим секретарем. Обычный, но немного занудный молодой человек был благонадежен и невозмутим. Я вздохнула и согласилась, что это не такой плохой вариант – я останусь жить в замке Дерров, и в моей жизни мало что изменится. Но… оставалось столько вопросов!

Вскоре прием закончился, и мы устало сели в малой гостиной – поужинать. Матушка разрешила замученным слугам поставить простые блюда на стол и уйти. Братья вяло ковырялись в тарелках – трое младших уже спали, их вообще не пустили на прием, а двое старших немного покрутились вначале, пока встречали гостей, а потом наблюдали за танцами с галереи, и как я подозреваю, не только наблюдали, но и проказничали.

Когда еды на тарелках поубавилось, матушка взяла бокал с бренди и спросила:

– Мирана, тебе кто-нибудь приглянулся?

Я огорченно покачала головой.

– Что ж, время еще есть, надеюсь, его величество не станет спешить, – попыталась оптимистично вздохнуть мама.

Отец вздохнул не так легко:

– Сегодня ко мне подошли два десятка господ с желанием обсудить возможный брачный контракт.

– Было что-то интересное? – подняла брови матушка.

– Если считать интересным желание ограбить мою сокровищницу, отрезать изрядный кусок земель и прихватить фамильные драгоценности на сдачу, – хмыкнул граф.

– И что ты сказал этим прохвостам?

– Что моя дочь мне так дорога, что я никогда не отпущу ее! – пафосно сказал отец, и мы дружно захихикали.

Между тем госпожа де Суисс успела поболтать с экономкой и натравить нашу болтушку Кайю на тех, кто поджидал хозяев в кухне. Барон ля Нэж оказался нищим разгильдяем, которого в жизни интересовали только охота, собаки и ружья. Его лакеи были самыми оборванными в нашей уютной трапезной для слуг и при этом уверяли, что оделись в лучшее, собрав уцелевшие части ливрей со всего персонала охотничьего замка барона. Де Троллон был вполне приличным молодым человеком, но желание срочно жениться было вызвано необходимостью дать приданое шести младшим сестрицам, а также содержать мать-вдову. Одно жалованье мелкого чиновника в округе графства Дерр никак не помогало в решении этой проблемы. К тому же отец де Троллона вынужден был распродать фамильные земли, так что всей собственности у семьи осталось – маленький особнячок в столице провинции Дерр – Дерристоуне, да образование, которое успел получить этот молодой человек.

– Помощь ближнему благое дело, – хмыкнула матушка, – но шесть сестер и сварливая свекровь в придачу? Это чересчур!

– Ты уверена, мама, что госпожа де Тролллон сварлива?

– Поверь мне, детка, вдова без перспектив, до сих пор не нашедшая возможности заработать, сварлива, ленива и глупа, – покивала графиня. – Шесть дочерей! Да это можно было хотя бы кружевную мануфактуру устроить тайно!

Я поморщилась, но с матушкой согласилась. Примеров даже в нашем замке хватало – бабушка Перье была вдовой с десятью детьми, когда пришла к моему отцу, и предложила шить недорогие сандалии из тонкой кожи – на лето. Идею ее муж подсмотрел у эльфов, но эльфы за свою обувь драли бешеные деньги, а супруг бабушки Перье придумал кроить такую обувку из обрезков, и получалась она легкой, удобной и дешевой. Зная, что в замке Дерр шьют легкие доспехи и обувь солдатам, женщина рассудила, что секрет ее мужа может помочь семье, и поделилась им с графом.

Отец дал добро, зарегистрировал патент на сандалии и велел кожемякам отдавать обрезки вдове. Она усадила всех детей кроить и шить, да и сама без дела не сидела, и сейчас ее уже взрослые дети продают сандалии по всему королевству. Горожане с охотой их покупают, ведь в летнюю жару ничего лучше нет. Да и дети очень любят удобные и легкие «эльфийские» ботиночки с вышивкой и узорами. Сама вдова живет в большом красивом доме и вместе с парой невесток расписывает детскую обувку или особенно мягкие сандалии из кожи для барышень.

– Господин Пардиз, – тут госпожа де Суисс нахмурилась, – производит приятное впечатление, слуги опрятны и любезны, карета новая, но… какой-то он подозрительный! – сделала вывод моя компаньонка.

– Подозрительный? – насторожилась мама.

– Да, графиня, обратите внимание, он не увлекается вином, картами или женщинами, не ездит на охоту, отлично танцует, фехтует и ведет дела. Ах да, и еще его карета новая!

Я нахмурилась, не понимая:

– Новая карета?

– Детка, молодые люди часто покупают себе прогулочные экипажи, двуколки, фаэтоны, но карета – это наследие предков. Даже если она старая и страшная. Новая карета может означать две вещи – либо пожар в каретном сарае, либо новый род, недавно получивший дворянство. Это неплохо, но хорошо бы знать, за какие заслуги оно получено. Я, пожалуй, отпишу дядюшке Альфредусу, он должен знать.

На этом маленькое семейное заседание было окончено, и все разошлись по спальням.

Глава 6

Депеша от дядюшки Альфредуса пришла срочной магической почтой через три дня. Прочитав письмо за завтраком, матушка покачала головой – господин Пардиз оказался шпионом! Папа сразу нахмурился и резко отодвинул чашку.

– Так вот почему он был такой идеальный! – обрадовалась я. – Теперь я знаю, как вычислить шпионов!

Родители поулыбались, но мою проблему это не решило. Впрочем – оставался еще секретарь отца. Он как раз завтракал с нами, и я осторожно к нему присматривалась. Если честно, я едва отличала этого юношу от мебели – он всегда был тих, спокоен и вежлив. Носил серые сюртуки, свитки с бумагами и пучки магических перьев на поясе. Смотреть на сира Граньо как на мужчину я и не пыталась. А теперь мне стало интересно – какой он вообще?

Увы, наблюдение за завтраком никакой новой информации мне не принесло. Немного расстроенная, я отправилась в сад – нужно было осмотреть отцветающие пионы, опрыскать их от тли, а потом решить, как разместить между ними горшки с зацветающими розами – чтобы темная листва пионов оттеняла нежные бутоны роз. Не успела я заговорить с садовником, как у ворот раздался шум. Оставив распоряжение, я торопливо прошла по садовой галерее и через холл вышла к дверям донжона. Там переминался с ноги на ногу гонец с королевскими гербами на одежде. Рядом стоял хмурый отец, читая послание.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.