Анна Платунова
Я не отдам тебе ребенка, дракон

ГЛАВА 1

Если бы я прочитала эту историю в книге или в статье на Дзене, я бы сказала: «Раньше надо было думать своей головой!» Или даже не так, грубее: «Сама дура виновата, нечего теперь сопли распускать!»

Очень легко судить со стороны чужие поступки, но только не тогда, когда твоя собственная жизнь катится под уклон с головокружительной быстротой.

Ободранные стены крошечной комнатушки, которую я сняла на ночь, обступали меня будто в ловушке. Из щелей дуло, так что я не стала снимать пальто, но все равно не могла согреться. Меня колотило то ли от холода, то ли от нервного перенапряжения.

– Твой отец тебя не получит, – прошептала я, положив руку на пока еще плоский живот. – Ничего не бойся. Ты со мной.

Я сбежала от этого гада летучего, но теперь мне совершенно некуда было пойти и не к кому обратиться за помощью. В чужом городе. В чужом мире…

А так все хорошо начиналось! Как в сказке!

Еще ни с кем и никогда я не испытывала в постели такого восторга, как с этим умопомрачительным мужчиной. И плевать, что знакомы мы были один день. Вернее, вечер.

Вечер в ночном клубе, куда меня затащила подруга Олеся.

Сообщения на Ватсап я стойко игнорировала – не было настроения куда-либо идти, так что призывы «Пойдем потусим в новый клуб, там круто!» пропадали впустую. Но Олеся была не из тех, кто сдается сразу: она перестала писать и позвонила.

На экране смартфона появилось жизнерадостное лицо подруги: я поставила на контакт снимок, который сразу напоминал мне, что надо десять раз подумать, прежде чем соглашаться на авантюры с этой безбашенной особой. На фото Олеся косила глаза к переносице и высовывала язык. И ведь ни за что не скажешь, что в обычной жизни Олеська вообще-то дизайнер интерьеров – серьезная девушка и хороший специалист.

– Ленка, – сказала она строго, когда я все же ответила на звонок. – Ты так и будешь себя мариновать дома до старости? Давно пора выбросить этого поганца Илью из мыслей.

– Я выбросила, – хмуро ответила я.

И невольно покосилась на кружку со смайликом, стоящую на полке, – кружку Ильи, которую он оставил, впопыхах собирая вещи. Жаль, очень жаль, что я не запустила ею ему в голову, когда узнала о том, что человек, которому я доверяла и за которого надеялась выйти замуж, изменил мне с девчонкой на два года меня младше. Илья познакомился с ней в интернете за месяц до того, как я обнаружила переписку в его ноутбуке. Он забыл закрыть страничку или оставил специально, надеясь, что я все узнаю? Признаться ему не хватило бы духа.

Странно, что у меня веки не слиплись от того приторного сиропа, которым поливали друг друга в переписке эти двое. «Ты мой пупсик», «Ты моя зая». Тьфу, мерзость.

Дальше все случилось как в сентиментальном заурядном романе. Я орала, рыдала, но втайне надеялась, что Илья бухнется на колени, чтобы вымолить прощение, скажет, что произошла ошибка, что любит он только меня. Я еще поплачу, но потом утешусь в его теплых объятиях… Илья молча собрал вещи, назвал меня истеричкой и никчемным созданием, сказал, что со мной скучно, что в постели я снулая рыба. И ушел.

Воспоминания выдернули меня из реальности, так что Олесе не с первого раза удалось вернуть меня на грешную землю.

– Ленка! Ленка, алло! Ты там что, уснула?

– Ушла в астрал, – буркнула я.

– Возвращайся давай! Пойдем сегодня в новый клуб, потанцуем, развеемся. Я не говорю, что тебе надо кидаться в новые отношения с головой, но ты хоть вспомнишь, что на Илье свет клином не сошелся: в мире полно других мужчин! И если хочешь – уйдем еще до полуночи. Мне завтра проект сдавать, так что выспаться не помешает.

Я вздохнула: отвязаться от Олеси все равно не получится, легче выбраться из дома на два часика, потом вернуться и предаваться скорбным мыслям на диване в компании пакетика чипсов и сериала.

– Ладно.

– Я заеду через час! – обрадовалась подруга. – Только умоляю, не надевай то унылое серое убожество, которое ты считаешь выходным платьем! Я помню, у тебя в шкафу с прошлого года висит то, фиолетовое, с открытыми плечами! И причесочку замути, реснички накрась! Лады?

Я не сдержала стон, а несносная Олеся, которая лучше меня знала мои мысли, злорадно захихикала. Я ведь действительно не хотела заморачиваться. Серое платье было удобным, теплым и, главное, неброским. Вполне подходящим для того, чтобы пересидеть в углу с коктейлем в руке, не привлекая к себе лишнего внимания.

– Фиолетовое, – ворчала я, забираясь в дебри шкафа. – Фиолетовое… Где же ты? А, вот!

Платье застегнулось на талии с трудом. Пора, пожалуй, завязывать с чипсами и лежанием на диване. Я каждый день давала себе обещание, что куплю абонемент в фитнес-зал или хотя бы начну заниматься дома, но пока обещания оставались лишь обещаниями. У работы фрилансера есть свои недостатки: можно не выходить из дома месяцами, не ухаживать за собой, жрать с утра до ночи фастфуд и толстеть.

Я сняла платье, надела утягивающее белье и застыла у зеркала в ванной, пристально разглядывая собственное отражение. Не красотка, но и дурнушкой меня назвать нельзя. Симпатичная девушка двадцати четырех лет от роду. Светлые волосы, тонкая бледная кожа, синие глаза. В театральной студии, куда я ходила в подростковом возрасте, мне дали роль Золушки, и справилась я на ура. Во всяком случае, еще долгое время после премьеры мальчишки из нашей труппы смотрели на меня влюбленными глазами и звали Принцессой.

– Ты принцесса, – сообщила я невыразительной девице. – Принцесса!

Да только вот верилось в это с трудом. «Снулая рыба! – выплюнуло подсознание голосом Ильи. – Никчемное создание!»

Глаза защипало, но я решительно сжала губы. Ну-ка, Ленка, вспомни, как ты умеешь привлекать внимание противоположного пола!

Я вытащила из тумбочки давно забытую там косметичку со всеми прибамбасами и приступила к делу. Тональник, тени, стрелки, острые, будто стрелы Купидона, черная тушь, яркая помада, капелька духов на запястья и за мочки ушей. Вот так тебе, Илья!

– Красотка! – воскликнула Олеся, подрулив на своем «Ниссане-Микро» прямо к крыльцу и распахнув дверцу. – Запрыгивай!

ГЛАВА 2

Ночной клуб Crystal Carnival открыли всего месяц назад неподалеку от центральной площади нашего провинциального города. И, конечно, он стал настоящим событием для Мартинска. Про сияющий огнями куб со стеклянными гранями, по которым скользили изображения диковинных птиц, растений и животных, даже сделали репортаж на центральном канале телевидения. Местный бизнесмен, когда-то уехавший из глубинки в столицу и заработавший там миллионы, теперь вернулся в родной городок, чтобы «показать людям лучшую жизнь», – как он сам сказал, улыбаясь в камеру.

Жители Мартинска не особо верили, что дело выгорит, но пока ночной клуб действовал и процветал.

Олеся с трудом отыскала место для парковки за пару кварталов от сияющего куба, и мы, надвинув на глаза капюшоны, поспешили по рыхлому снегу туда, где, приветливо распахнув двери, ждал гостей ночной клуб.

Оставили пуховики в переполненном гардеробе и зашли в квадратный зал, где гремела музыка и кружились цветные искры стробоскопов. Из-за зеркальных панелей на стенах зал казался куда больше, чем был на самом деле. По периметру стояли столы, в центре располагался бар с высокими стульями вдоль стойки, все остальное пространство было отдано под танцпол. Разгоряченные напитками и атмосферой этого места, гости отплясывали вовсю. Тела слились в единую многоголовую и многорукую массу.

«Зачем я согласилась?» – тоскливо подумала я.

Мне снова захотелось забиться в самый дальний угол, заткнуть уши, закрыть глаза и просидеть так все обещанные Олесе два часа.

– Пойдем-ка выпьем! – крикнула Олеська, стараясь переорать грохот.

Она схватила меня за запястье и поволокла за собой к стойке бара, рассекая толпу, словно маленький, но отважный ледоход. Не вырываться же?

Мы взгромоздились на барные стулья. Кошмар, кто только изобрел эти пыточные сооружения? На спинку не откинуться, подошвы туфель на высоком каблуке скользят по металлической подножке – не зацепиться. Я кое-как уселась: спина прямая, нога на ногу, вытянулась, будто аршин проглотила. Олеся протянула мне бокал с «Аперолем». Я вцепилась в него, как в спасательный круг, вынула трубочку и осушила в несколько глотков. В животе разлилось приятное тепло, а голове сделалось легко и воздушно.

– Давай еще по одному? – улыбнулась я.

Олеська подозрительно прищурилась.

– Ладно, подруга, еще по одному, а потом пойдем танцевать.

Музыка перестала давить на уши, толпа – раздражать, да и высокие стулья больше не казались изобретением инквизиции.

Я и не заметила, как разумная, взрослая, разочарованная в жизни и мужчинах девушка превратилась в восторженную девчонку без тормозов. Сначала мною двигало желание насолить Илье, пусть он и не видит, как лихо я отплясываю на каблуках, так что искры летят из-под ног. Ладно, это я преувеличиваю, конечно: искры были не более чем порождением светодиодов хитрой техники. Но это неважно. Я снова чувствовала себя не на двадцать четыре, а на восемнадцать лет. И будто не было тягостного разрыва, и соленых чипсов, политых моими слезами, и долгих одиноких вечеров.

«Как тебе такое, Ил… Илья? А?» – язвительно спрашивала я у бывшего, пусть он и не мог меня слышать.

Мои светлые волосы намокли от пота и начали закручиваться в спиральки – это ничуть не портило прическу, даже наоборот. Я перестала смущаться своего открытого платья, чей лиф подчеркивал грудь, и распрямила спину, не пытаясь спрятать бюст за скрещенными руками и сутулыми плечами, как в детстве. В шестом классе я дико его стеснялась, пока Олеська, с которой мы дружим с начальной школы, не призналась мне по секрету, что все одноклассницы мне завидуют.

«Значит, снулая рыба, да, Илюшечка?» – ехидно допытывалась я у воображаемого ненавистного предателя.

И пусть в ночном клубе, по обыкновению, большую часть посетителей составляли девушки, немногочисленные мужчины смотрели на меня все чаще и с нарастающим интересом.

Да вот беда – не было среди них никого, за кого мог бы зацепиться взгляд. Какие-то они все были… никакие. У иных, еще молодых, уже отросли пивные животики, у других на макушке виднелась лысина, а те, что посимпатичней, явились не в одиночку, а в компании спутницы. Ловить тут нечего. Да я и не собиралась. Я дала Олесе обещание развеяться, и я его сдержала.

Два часа пролетели незаметно. Время от времени мы с подругой возвращались к бару, чтобы освежиться и передохнуть. Я заказала себе очередной коктейль и неторопливо тянула его через соломинку, когда на соседний стул присел мужчина.

Он разительно отличался от большинства завсегдатаев ночного клуба. Я даже оторопела, и, как совсем недавно мужчины тайком косились на меня, так и я сама нет-нет да бросала короткие взгляды на незнакомца. И при этом, конечно, делала вид, что занята исключительно напитком и созерцанием разномастных бокалов, подвешенных над барной стойкой.

Я не могу сказать, что именно в мужчине притягивало мое внимание. Наверное, сразу все. Красивое лицо с волевым подбородком, четко очерченные губы – такие еще называют чувственными, – темные брови и аристократический прямой нос. Хотя откуда бы в нашей стране взяться аристократам? Это я насмотрелась британских сериалов. Лет ему было не больше тридцати, но он казался чуть старше из-за серьезного и строгого вида. Одет был незнакомец в стильный дорогой костюм из лоснящейся, искристой ткани. Он присел на пыточный стул с элегантностью, достойной королей (опять же, по моим романтическим представлениям), и щелкнул пальцами, подзывая бармена. Мои ноздри защекотал пряный древесно-мускусный аромат сильного самца.

«Ах!» – мысленно сказала я и втянула в себя половину бокала сладкой жидкости, чтобы хоть немного остудить огонь, побежавший по венам.

Мужчина чуть наклонил голову набок, заприметив меня боковым зрением. Его ноздри затрепетали, будто уловили вкусный запах. Я заозиралась: что тут может вкусно пахнуть? Здесь ничего нет, кроме меня.

Незнакомец резко повернулся и посмотрел мне в глаза.

Освещение и мельтешение разноцветных огней сыграли со мной забавную шутку: на миг мне почудилось, будто зрачки мужчины вытянулись в две узкие щелки, точно зрачки кота. Померещится же! Глаза как глаза. Правда, куда темнее привычных. Черные как ночь. Краси-ивые!

– Разрешите угостить вас напитком? – спросил мужчина, наклонившись ко мне во время паузы, пока один музыкальный трек сменял другой.

Его глубокий голос с хрипотцой пронзил меня насквозь и добрался, кажется, до самой печенки.

Я снова подумала: «Ах!», а вслух произнесла:

– Разрешаю.

ГЛАВА 3

Бармен приготовил мне новый коктейль, такой же, как тот, что я держала в руках. Незнакомец неторопливо потягивал коньяк из бокала, смаковал каждый глоток и, слегка прищурив глаза, скользил взглядом по моему лицу, по рукам и обнаженным плечам. Было в этом откровенном разглядывании что-то бесстыдное и будоражащее. От любого другого мужчины я не потерпела бы подобной наглости, но сейчас вместо того, чтобы встать и уйти, напоследок бросив что-то колкое, я смело рассматривала его в ответ.

Разговаривать мы не могли: снова грохотала музыка, но наши взгляды говорили яснее любых слов.

«Да что со мной? – в смятении думала я. – Никогда такого не было!»

Я с трудом сдерживалась, чтобы не начать обмахиваться салфеткой. Может, бармен что-то подмешал в коктейль? Но я тут же отмела эту мысль, потому что сердце начинало биться с утроенной силой и огонь разливался в крови лишь тогда, когда я глядела на незнакомца.

«Это неприлично – так пялиться! Да он ведь и сам… Плевать! Мы взрослые люди!»

– Как тебя зовут? – крикнула я, надеясь, что он угадает вопрос хотя бы по артикуляции.

Мужчина улыбнулся – стремительно и остро, сверкнули белые зубы.

– Арман.

Удивительное имя. Такое на самом деле существует? Даже если он выдал мне вымышленное – не все ли равно. Едва ли наше знакомство продлится дольше одного дня.

– А как звучит твое имя?

Какая-то неправильная конструкция. Кто так говорит: «Как звучит твое имя?» Может, он иностранец?

– Елена, – представилась я и лишь потом опомнилась, что назвала свое настоящее имя.

Пусть. Чего мне скрывать?

– Элени… – медленно повторил Арман.

Точно иностранец.

– Потанцуем.

Он произнес это слово не с вопросительной, а с утвердительной интонацией, словно не допускал мысли, что я ему откажу. Будто отдавал мне распоряжение. Это немного покоробило, но разум был затуманен алкоголем, музыкой и близостью прекрасного незнакомца, поэтому я отмахнулась от неприятного ощущения.

Арман, не дожидаясь моего согласия, встал сам и, подхватив меня за талию, легко поднял с инквизиторского барного стула, поставил на ноги. Он взял мою похолодевшую ладонь в свою – жаркую и большую, – повел на танцпол.

От этого прикосновения тысячи мурашек разбежались по телу. Под кожей зудело – сквозь меня словно пропустили электрический ток. Волоски встали дыбом.

– Ленка? – услышала я за спиной возглас Олеси.

Подруга отсутствовала несколько минут, а я за это время успела заарканить самого привлекательного мужчину в ночном клубе – можно понять ее изумление. Я откликаться не стала: Олеська все поймет, не маленькая.

Вокруг нас с Арманом само собой организовалось пустое пространство, так что мы могли двигаться с комфортом, не рискуя отдавить в танце чьи-то ноги или попасть рукой в глаз. В тот момент я не удивилась, почему посетители клуба отодвинулись и предпочли танцевать в еще большей сутолоке, чем рядом с нами. Или рядом с Арманом?

Мы встали с ним друг напротив друга. Музыка гремела и приглашала двигаться, но я замерла, разглядывая мужественное, волевое лицо моего визави. Замерла, будто кролик перед удавом…

«Глупости!» – одернула я себя.

Арман вдруг огладил мои плечи, провел вниз по рукам. Я едва не застонала от этой ласки. Невольно закусила губу, выгибаясь навстречу. Танцующие люди, блики огней, музыка – все отодвинулось на второй план. Мы будто были одни в зале. И, клянусь, на миг показалось, что платье испарилось и я стою перед Арманом обнаженная.

Он наклонился к моему уху, защекотал шею горячим – о, каким горячим! – дыханием.

– Танцуй, – тихо велел он.

И – ой, мамочки – нежно прикусил мне мочку уха, снова пустив по моему телу электрический разряд.

Я закинула руки на его шею, прижалась всем телом.

Еще никогда в жизни я не вела себя так смело в отношениях с мужчинами. Тем более с теми, кого видела впервые. Но сейчас тело будто сошло с ума. Да мне и не хотелось брать себя в руки и не хотелось, чтобы волшебство этого вечера развеялось.

Завтра я проснусь одна в своей уютной, но такой пустой квартирке, включу ноутбук и со вздохом открою файл с неотредактированным текстом, а воспоминание о ночном клубе постепенно станет тускнеть, бледнеть, пока совсем не выветрится из головы.

Однако сейчас я хотела танцевать. Хотела касаться этого мужчины. Хотела, чтобы он касался меня! И целовал!

– Поцел… – начала я, но не договорила, потому что Арман по первым звукам понял, о чем я прошу, и накрыл мой рот поцелуем.

Его губы обжигали и томили. Обещали небывалое наслаждение. Распаляли внутри меня неведомые до сегодняшнего вечера страсти.

– Поехали… – выдохнула я. – Поехали ко мне.

Он не удивился, не смутился. Сказал, будто так оно и должно было быть:

– Вызову такси. Поедем ко мне в гостиницу, ты не против?

Я не знала. Я против? Нет, сейчас я готова была ехать за ним хоть на край света. Я облизнула губы и покачала головой.

– Только предупрежу подругу…

Он кивнул:

– Я жду тебя у гардероба.

Едва Арман исчез с поля зрения, как на меня, точно фурия, налетела Олеська. Наверное, она все то время, пока мы целовались, стояла неподалеку и только и ожидала подходящего момента.

– Ты с ума сошла? – накинулась она на меня, когда я сообщила, что собираюсь провести ночь с Арманом. – Ты хоть знаешь, кто он? Откуда? Что собой представляет? Может, он маньяк! Может, он что-то тебе подсыпал?

Я прислушалась к ощущениям. Голова была на удивление ясной, будто я и не пила. Сейчас, когда Армана не было поблизости, я могла трезво оценить ситуацию, взвесить все за и против. И… Я все равно хотела с ним поехать. Безумие? Да. Но мне так надоело быть послушной девочкой, которая все всегда делает правильно!

– Ты когда-нибудь видела маньяков в таких дорогих костюмах? – Я попыталась свести все к шутке. – И таких красавчиков?

– Я вообще маньяков не видела! – отрезала Олеся и, внимательно приглядевшись к моему лицу, махнула рукой. – Смотри, Ленка, как бы потом не пожалеть! Опять ведь будешь реветь!

– Пф! Я понимаю, что это отношения на одну ночь, и ничего не жду.

Подруга покачала головой, но я уже видела, что она сдалась.

– Дурочка! Ты только голову-то не выключай! Предохраняйтесь там!

Я зарделась от сладкого предвкушения и чуточку – от смущения.

– Само собой, – проворчала я. – Я еще не совсем разум потеряла.

Отмотать бы жизнь назад и вернуться в это мгновение! Настучать бы себе по лбу – глупой идиотке! Разум она не потеряла! Да-да!

– Ладно, иди, – усмехнулась Олеся, поцеловав меня на прощание в щеку. – Нет, стой. Из гостиницы сразу кинь мне геолокацию. Я позвоню тебе через полчаса и спрошу, все ли в порядке. Если нужна будет помощь, скажи кодовое слово… М-м-м… Допустим, «лимонад». А если все хорошо, скажи «пицца».

– Пицца, – расхохоталась я. – Ты как себе это представляешь?

– Придумай что-нибудь! Ты ведь умная!

Арман ждал у гардероба, накинув поверх костюма длинное темное пальто. Он взял у меня номерок, помог одеться. Сам застегнул под подбородком пуговку моего пуховика, и от этой неожиданной заботы сделалось так тепло и приятно. Он не торопился. Прежде чем поднять капюшон мне на голову, мягко убрал прядь влажных волос с моего лба, мазнул кончиками пальцев по щеке, и я снова задохнулась от влечения.

– Такси ждет, – негромко сказал он.

ГЛАВА 4

Я и представить не могла, что в нашем провинциальном Мартинске существуют такие роскошные отели, как Royal Haven. Внешне малопримечательное трехэтажное здание изнутри напоминало королевский дворец, излучая благородную роскошь и респектабельность.

Дверь нам открыл швейцар.

– Добрый вечер, господин Райландер, – с достоинством поприветствовал он Армана.

Райландер? Вот как? Значит, я не ошиблась, предположив, что Арман приехал из другой страны.

– Удивительно, я не ожидала, что в городе есть люксовый отель, – прошептала я, слегка оглушенная окружившим меня великолепием.

– Он для… иностранных гостей, – загадочно хмыкнул Арман.

Лифт, поднявший нас на третий этаж, сиял позолотой и зеркалами. Я словно очутилась в фильме о жизни богемы. Это я-то, которая всегда считала пределом роскошества завтрак в маленькой кофейне за углом моего дома.

Арман ни на миг не отпускал мою ладонь, но сжимал некрепко, будто давал возможность в любой момент выдернуть ее и передумать. Я могла уйти прямо сейчас, но не хотела.

Я едва не забыла отправить Олесе геолокацию, как обещала, вспомнила в последний момент у дверей номера. Пока Арман вынимал из бумажника карту-ключ, я успела скинуть подруге точку на карте с местом расположения отеля.

Свет зажегся сам собой, едва Арман переступил порог. Просторный номер встретил нас кондиционированным воздухом и цитрусовым ароматом. Шикарные двухкомнатные апартаменты, но, увы, безликие, как все комнаты в гостиницах. Я ощутила легкое разочарование: эта комната ничего не скажет мне о ее временном хозяине. Чем занимается Арман? Что он любит в обычной жизни? Какие книги читает? Все это останется неизвестным.

Скорее всего, Арман в командировке в Мартинске и не мог бы пригласить меня к себе домой, даже если бы захотел. Но едва ли он захотел бы приоткрывать завесу личной жизни перед случайной знакомой, которую подцепил в ночном клубе.

Я ведь знала, на что иду: секс без обязательств. И все же сделалось немного не по себе. Яркий свет и прохлада гостиничного номера слегка охладили мой пыл. Я оглядывалась, размышляя, стоит ли расстегнуть пуховик – Арман повесил пальто на вешалку и в ожидании застыл рядом – или же развернуться и уйти восвояси. Мой прекрасный незнакомец не стал бы меня задерживать и вызвал бы такси, в этом я уверена.

Я возилась с пуговицей под подбородком и испытующе вглядывалась в лицо Армана. Видно, смотрела так пристально, что его губы дрогнули в улыбке. Улыбка была светлой, теплой, вовсе не опасной.

– Давай помогу, – негромко предложил он и положил ладонь поверх моих прохладных, слегка дрожащих пальцев. – Ты можешь уйти в любой момент, когда пожелаешь, но куда торопиться? Время детское. Выпьем по бокалу шампанского, раз уж мы здесь?

И это решило все.

На круглом стеклянном столике в ведерке со льдом ожидала запотевшая бутылка игристого вина. Бутылка вина, блюдо с фруктами и два бокала… Я мысленно вздохнула. Арман заранее знал, что кого-то да привезет из ночного клуба, – подготовился. Не я, так другая.

Он мастерски вынул пробку: раздался тихий хлопок, струйка прозрачного дыма поднялась к потолку. Плеснул на донышко обеих бокалов. Щелкнул пальцами, и яркое освещение в номере сделалось приглушенным, рассеянным, и, будто по волшебству, заиграла медленная музыка. Я смотрю, он все продумал!

– За неожиданное и приятное знакомство, – произнес короткий тост Арман.

Стенки бокалов соприкоснулись с хрустальным чистым звоном.

Я сделала крошечный глоток: горячительных напитков за сегодняшний вечер и так было достаточно, и я не хотела бы отключиться в самый неподходящий момент. Шампанское оказалось удивительно вкусным и, я не сомневалась, страшно дорогим.

– За незабываемую ночь, – предложил второй тост прекрасный незнакомец, и в его голосе прорезалась притягательная хрипотца.

Он отпил из своего бокала и вдруг, притянув меня к себе, поцеловал, разделив со мной глоток шампанского. Напиток защекотал небо. Язык Армана скользнул внутрь, будоража смелой лаской. По венам, подталкиваемый ударами сердца, потек электрический ток.

Поцелуй, поначалу осторожный и бережный, становился все более жгучим. Мы оба распалялись. Я все еще сжимала в руках бокал и, забывшись, едва его не разбила – он выпал из ослабевшей руки. Арман каким-то чудом успел перехватить его в воздухе, поставил на стол. Мы оба рассмеялись. И тут же оба резко замолчали, пожирая друг друга глазами.

Я торопливо принялась расстегивать пуговицы на его рубашке – маленькие, верткие, они не слушались пальцев.

В этот момент зазвонил телефон, который я оставила в сумочке, совершенно забыв об уговоре с Олесей. Я решительно игнорировала настойчивую подругу и продолжала целовать Армана, полагая, что Олеся все поймет и отвяжется. Наивная. Да Олеська мертвого из могилы поднимет, если ей будет нужно.

– Ответь, – улыбнулся Арман. – Я пока схожу в душ.

Я рванула молнию на сумочке, едва не выдрав ее с мясом, и рявкнула в трубку:

– Пицца!

Арман, стоящий на пороге ванной комнаты, удивленно изогнул черную бровь, но потом, кажется, догадался о нашем партизанском уговоре, белозубо улыбнулся и скрылся за дверью.

– Точно? – переспросила Олеся. – Что-то голос у тебя не слишком жизнерадостный.

– Да это потому, что ты позвонила в самый интересный момент!

– Ладно, ладно, извини, – торопливо произнесла она. – Позвони завтра!

– Обязательно!

Я нажала на кнопку отбоя и присела на краешек стула.

Сумасшествие! Что я делаю? Я все еще могу уйти. Но не хочу.

Арман оставил на столе свой мобильник, положил экраном вниз, и я от нечего делать разглядывала заднюю панель, на которой было изображение двух пересекающихся сфер: большой и маленькой. Так иногда схематично изображают солнечное затмение, когда диск Луны перекрывает Солнце. Внизу стояли три иероглифа. Я не знала ни китайского, ни японского, ни любого другого восточного языка, поэтому, конечно, не могла определить страну-производителя. Интересно, что это за марка смартфонов? Никогда таких не видела.

От размышлений меня отвлек щелчок замка. Арман появился в клубах пара в одном полотенце, завязанном на бедрах. С влажных волос срывались капельки воды и стекали по рельефным мышцам, по упругим кубикам пресса. С голым торсом он выглядел еще прекраснее, чем в дорогом костюме.

– Иди ко мне, – позвал он, приглашая в объятия.

Я замешкалась.

– Может, мне тоже в душ…

Но Арман не дал договорить, сгреб в охапку, покрыл лицо поцелуями. И я тут же провалилась как в омут, едва ощутив его прикосновения и его мускусный запах, который не смыл даже гель для душа.

– Не надо… – прерывисто шептал он, то прихватывая губами мочку уха, то спускаясь поцелуями ниже, к ямочке у ключицы. – Ты так сладко пахнешь… Элени…

Не помню, в какой момент фиолетовое платье скользнуло к моим ногам и осталось лежать на полу скомканной тряпочкой неподалеку от полотенца. На миг я устыдилась своего утягивающего белья, но Арман и вида не подал, что его что-то смутило. И, по-моему, он был озабочен лишь тем, чтобы поскорее избавить меня от одежды.

Мы рухнули на широкую кровать, с энтузиазмом продолжая целоваться. Последние сомнения растворились без следа. Я немного опасалась, что Арман не сможет сдержать свою страсть, накинется, как голодный дикий зверь, но в постели он оказался очень предупредительным и бережным.

Поцелуи Армана горели на коже огненными печатями, его ласки пьянили и распаляли. Я не сдерживала стонов и желала Армана так неистово, как никого и никогда прежде.

Только одна мысль не позволяла внутреннему жару разгореться в полную силу.

Я перестала принимать противозачаточные таблетки после того, как Илья ушел.

– У тебя есть презервативы? – выдохнула я, вспомнив наказ Олеси не терять голову.

– Нет, – ответил Арман как ни в чем не бывало, отрываясь от увлекательного дела – изучения моего живота кончиком языка.

– Но…

Я растерялась.

– Не волнуйся, Элени, – сказал он, и лицо его вдруг сделалось напряженным и сумрачным. – Не переживай по этому поводу. Я не могу иметь детей.

«Ты не обманываешь?» – рвалось с языка, но я его прикусила. Такими вещами не шутят, он мог бы выдумать сотню других вариантов, а я, распаленная и готовая уже на все, согласилась бы.

– Ладно… – прошептала я.

И это короткое слово решило мою судьбу.

ГЛАВА 5

Незабываемая ночь. Мы с Арманом никак не могли насытиться друг другом. И после короткой передышки, когда мы, покрытые капельками пота, замирали в объятиях друг друга, все повторялось сначала. Я каждый раз думала, что полностью измождена, выпита до дна, но стоило крепкому мужскому телу накрыть мое, как страсть вспыхивала с новой силой.

– Огонь… – шептал Арман. – Моя огненная Элени…

Губы припухли от поцелуев и чуть саднили, и внизу живота разливалась теплая усталость, но я все равно хотела Армана снова и снова. Вот тебе и «снулая рыба». Я и сама не ожидала от себя подобной пылкости. Видно, вовсе не во мне было дело: просто Илья не сумел разбудить во мне желание, а Арман смог. Теперь в постели я всегда и всех буду сравнивать с ним. Вот это я влипла!

Спустя вечность – за окном занялся хмурый зимний рассвет – я задремала, положив голову на плечо Армана. Он не спал, гладил и перебирал мои пальцы, лежащие на его груди. Я слышала, как размеренно и сильно стучит его сердце, то проваливалась в сон, то просыпалась. Не хотелось упускать ни одной секунды этой ночи, ведь она никогда больше не повторится.

Арман пошевелился и, поцеловав меня в макушку, начал осторожно выбираться из постели. Я, испугавшись, что все закончилось так быстро, поймала его пальцы.

– Полежим еще немного.

Арман посмотрел на стрелки дорогих наручных часов с прозрачным циферблатом.

– Через час у меня встреча.

Взглянул на меня и улыбнулся. Что он увидел? Взъерошенную, разморенную и сонную девицу? Уютную и теплую. Так или иначе, он вновь улегся рядом, взял в ладони мое лицо и накрыл губами губы. Однако это был уже прощальный поцелуй. Сердце болезненно сжалось, но я приказала ему заткнуться: «Так, Ленка, ты знала, на что идешь!»

– Минут десять у меня еще есть, – сказал Арман. – Ты не торопись, выспись как следует. Я дам распоряжение на ресепшен, чтобы тебе вызвали такси, когда соберешься домой. Тебе нужно будет только назвать адрес.

Он говорил и непроизвольно гладил мое обнаженное плечо, и я разомлела от этой легкой ласки.

– Ты приехал из другой страны? – решилась спросить я, потому что нестерпимо хотелось узнать об Армане хоть немного.

– М-м-м… Да.

– А по-русски говоришь отлично, совсем без акцента.

Арман хмыкнул и, как богач со стола подбрасывает косточку голодающему, соизволил выдать мне еще каплю информации о себе.

– Моя компания занимается светодиодными экранами. Медиафасады для Crystal Carnival поставлял я.

– О… – только и сумела произнести я.

Значит, светящиеся экраны со скользящими по ним изображениями диковинных животных и птиц, которые так потрясли жителей Мартинска, – его рук дело.

– А смартфоны? – Я кивнула на лежащий на тумбочке необычный мобильник. – Я таких раньше не видела. Тоже твои?

– Тоже, – не стал отпираться Арман.

Страшно представить, какими деньжищами ворочает его компания. Подцепила миллионера на свою голову. У него таких, как я, девиц-однодневок в каждом городе по десятку.

– Ты надолго в Мартинске? – спросила я, делая вид, что это дежурный вопрос из вежливости и на самом деле мне совсем-совсем не интересно, успеем ли мы увидеться снова в ближайшие дни.

– Вечером улетаю.

Таким же спокойным тоном говорят, например, в магазине, делая покупки: «Взвесьте мне полкило колбасы». Просто ответ. Просто констатация факта. В то время как мое сердце пропустило удар.

– Вечером улетаешь, – повторила я и тут же удивленно приподнялась на локте. – В смысле – улетаешь? У нас аэропорта нет.

Арман приоткрыл рот, закрыл, рассмеялся.

– Сначала на машине до Москвы, потом на самолете. Я обобщил.

– А!

Мы помолчали. Время безжалостно отсчитывало последние минуты. Арман гладил тыльную сторону моей ладони.

На его безымянном пальце не было обручального кольца. Не было и следа от него – мужчины в командировке частенько избавляются от этого атрибута, выдающего их семейное положение с головой, но Арман явно никогда не носил кольца.

Зато запястье, подобно браслету, охватывала необычная татуировка. Арман ведь серьезный бизнесмен и вот, гляди-ка, не гнушается татушками. Хотя, возможно, он сделал ее в юности и теперь прячет под манжетами строгой рубашки. Я пригляделась, надеясь запомнить, а потом поискать в интернете символы, но это снова оказались иероглифы – такие в памяти не удержишь.

Арман заметил мой интерес и поднес запястье ближе, давая возможность рассмотреть узор со всех сторон.

– Красиво. Что это значит?

– М-м-м… Если коротко: мое обещание, что я буду верен слову и завету предков.

Я снова приподнялась и, опершись ладонью на его грудь, будто в первый раз пригляделась к лицу Армана. Может, он с Востока? Обычно там приветствуют такие штуки. Спрашивать было бы невежливо. Да и не был он похож на арабского шейха или как их там называют? Лицо совершенно европейское, разве что глаза черные будто самая темная ночь.

Арман с легкой улыбкой смотрел на меня. Красиво очерченные губы так и манили. Я не стала сопротивляться желанию и коснулась их невесомым поцелуем. Арман ответил на него, но спустя мгновение со вздохом оторвался и решительно встал с постели.

– Пора идти.

Я лежала и смотрела, как он собирается. Гладкая ткань рубашки обхватила его широкие плечи, скользнула по коже. Я завидовала ей – этой рубашке: она будет касаться его тела весь день. Завидовала, хоть и понимала, как это глупо.

«Попроси мой номер телефона, – мысленно уговаривала я Армана. – Узнай адрес. Пообещай прийти. Ты не придешь, но мне будет приятно тебя ждать. Обмани. Я согласна…»

Арман молчал.

– Это была великолепная ночь, Элени, – сказал он, снимая с вешалки пальто. – Отдыхай.

И ушел.

ГЛАВА 6

Клин клином выбивают. Ночь, проведенная с Арманом, тараном вышибла из сердца последнюю привязанность к Илье. Я это поняла, когда зацепилась взглядом за любимую чашку бывшего и не почувствовала ни грусти, ни сожаления – ни-че-го.

И все бы хорошо, да только теперь пустующее место в душе прочно занял прекрасный незнакомец с черными глазами.

Права была Олеся, тысячу раз права, предупреждая меня, что я снова раскиселюсь. Да что за характер у меня такой? Неужели мне для счастья и полноты жизни необходим мужчина рядом? Разве современная девушка, самостоятельно зарабатывающая на жизнь, обязательно должна опереться на крепкое плечо?

Подруга бы меня не поняла. Посочувствовала бы, конечно, поддержала, но она всегда была сильнее меня и вовсе не переживала, если некому было согреть место в постели рядом с ней. Дизайнерские проекты приносили неплохие деньги, так что Олеся могла себе позволить ипотеку, машину и путешествия. В прошлом году зимой она и вовсе перебралась на несколько месяцев на Тайвань и работала удаленно.

Поэтому, когда ближе к полудню Олеся позвонила и спросила, все ли у меня хорошо, я преувеличенно бодрым тоном сказала:

– Да, развлеклась по полной. Сейчас приехала домой и буду отсыпаться. За ночь почти не сомкнула глаз. – И я многозначительно хихикнула.

Я не призналась, что, покинув номер, я словно вор прокралась мимо стойки ресепшн, надеясь остаться незаметной. Сама вызову такси – не разорюсь! Но видеть в глазах администратора красноречивый намек на то, что я далеко не первая девушка, которую привел в номер обеспеченный постоялец, было выше моих сил.

Я вернулась в однокомнатную квартирку, где жила вот уже третий год. Работа редактора, корректора и копирайтера позволяла снимать жилье в спальном районе города. Денег хватало на еду и вещи, но вот на первоначальный взнос на ипотеку никак не удавалось накопить.

Мама, живущая в пригороде, все звала меня вернуться. Мол, зачем лишние траты, когда ты можешь работать из дома. Твоя комната тебя ждет, письменный стол никуда не делся, поставишь на него ноутбук – и вперед!

Но у меня скулы сводило от одной мысли, что я вернусь домой и окажусь в полном распоряжении мамы. Она у меня неплохая, но очень любит руководить и опекать. Снова начнется: «Ты почему так мало ешь? Ты не так сидишь! Ты долго спишь! Когда ты уже познакомишь меня с женихом?» Возвращение в село, где я родилась и выросла, будет означать безоговорочную капитуляцию. А ведь, уезжая в педагогический институт, я поклялась себе, что любой ценой зацеплюсь в городе и докажу маме, что способна на большее.

Так что спасибо за предложение, мамуля, но я еще побарахтаюсь.

Я переступила порог и, не раздеваясь, опустилась в коридоре на банкетку. Расстегнула пуховик, скинула сапожки и какое-то время просто сидела, уставившись в пол.

В папке «Работа» меня ждал файл с текстом, который предстояло вычистить от ошибок. На кухне в раковине подстерегала немытая тарелка. На обед я собиралась запечь куриные крылышки, но вчера не успела вынуть их из морозилки, а потом события так закружились, что я про них и думать забыла. Придется снова сварить пельмени. Но сначала – выспаться! Глядишь, после сна впечатления утрясутся и сердце перестанет колотится как бешеное при одном воспоминании об Армане.

Какой же он все-таки удивительный мужчина: загадочный, притягательный, есть у него какая-то тайна.

Мелькнула малодушная мысль, что если Арман сотрудничает с хозяином ночного клуба, то рано или поздно он снова появится в Crystal Carnival. Я могу подкараулить его и сделать вид, что встреча произошла случайно…

Я тряхнула головой. Нет, я до такого не опущусь! Арман ясно дал понять, что продолжения отношений не будет, а значит, нужно выдохнуть и вернуться к привычной жизни. Надеть ее на себя, как удобные, разношенные тапочки.

Вот только после хрустальных туфелек Золушки, которые я примерила этой ночью, боюсь, обыденность покажется скучной и пресной.

Есть один проверенный способ – с головой погрузиться в работу. Тогда не останется времени на печаль и самобичевание: «Эх, Ленка, может, будь ты чуточку красивее и раскрепощенней, Арман спросил бы твой номер телефона!»

Я поспала пару часиков, приняла душ и села за ноутбук, завернувшись в теплый махровый халат.

– Ну-ка, на чем мы там остановились? – пробормотала я, открывая рукопись молодого талантливого автора, как я с иронией его называла про себя. – Гелла согласилась стать истинной дракона, но дракон уже принял зелье, которое убьет все эмоции и превратит его в бесчувственную деревяшку. Хм… И что, это кто-то читает? Драконы, истинные… Бр-р-р.

Любимое дело сегодня не приносило облегчения. Стоило на миг отвлечься, потереть глаза или изменить положение тела, как перед внутренним взором вставало лицо Армана, я как наяву ощущала его запах, а губы ждали поцелуев. Да что за наваждение такое!

…К счастью, даже самые сильные чувства со временем ослабевают. Дни бежали за днями. На центральной площади нарядили елку и залили каток: город готовился к встрече Нового года. Витрины магазинов украсили гирлянды и снежинки. Я, борясь с печалью, тоже решила подарить себе немножко праздничного настроения – потратила вечер на то, чтобы вырезать из бумаги фигурки Деда Мороза и Снегурочки. Приклеила их на оконное стекло, чтобы прохожие, подняв голову, могли полюбоваться и улыбнуться. Притащила ветки с елочного базара, поставила в вазу, украсила немногочисленными игрушками, которые скопились за несколько лет самостоятельной жизни.

В прошлом году мы с Ильей ставили живую елку, которую он купил под вечер 31 декабря, когда продавцы уже собирались закрывать продажу. Мы так радовались! Несколько разноцветных шариков и единственная гирлянда потерялись среди ветвей, но все равно это было волшебно – квартира пахла елкой, а мы с Ильей были почти как настоящая семья.

Кстати, вот эту игрушку – стеклянного снеговика в красной шапке – купил Илья. Я вынула ее из коробки и безжалостно выбросила в мусорное ведро! В новый год – без старых воспоминаний!

Олеся предлагала встречать праздник у нее, но я уже пообещала маме, что приеду ее навестить. Купила ей в подарок любимые духи. Прошлые закончились еще осенью, но мама не выкидывала пустой флакон, иногда снимала крышечку и нюхала, говорила, что это поднимает ей настроение.

Сама я в этот раз обойдусь без подарка.

Да только судьба нежданно-негаданно решила, что негоже оставлять меня без сюрприза…

Когда критические дни не пришли вовремя, я ничуть не забеспокоилась. Такое со мной иногда случалось: когда менялся климат, или в поездке, или если перенервничаю. Неделя туда, неделя сюда – привычное дело.

Но когда прошло десять дней и пора было собирать сумку, чтобы ехать в гости к маме, я немного встревожилась. Не хотелось бы вертеть в голове эту мысль все праздничные дни. Лучше я сейчас сделаю тест, выдохну и поеду со спокойной душой.

Я, наивная дурочка, ни разу не усомнилась в словах Армана о том, что он бесплоден. Зачем бы ему врать? Разве ему нужны проблемы и дети на стороне? Это не вязалось с образом серьезного бизнесмена.

Я купила в аптеке недорогой тест и, не дожидаясь утра, сразу сделала. Кажется, я немножко хитрила и пыталась себя обмануть: все знают, что тесты на беременность лучше делать утром, значит, вечером он мне ничего страшного не покажет.

Сначала проявилась одна линия, и не успела я успокоенно перевести дух, как рядом проступила вторая – бледная, тонкая, но вполне различимая.

– Что? – прошептала я и схватилась за щеки.

Стояла у тумбы в ванной комнате и смотрела-смотрела на тонкую бумажную полоску и ее приговор.

– Нет-нет… Не может быть!

Я подумала, что самый дешевый тест вполне мог оказаться испорченным. Да и дорогие тесты иногда показывают неверные результаты. Я сунула босые ноги в сапоги, накинула пуховик поверх домашнего костюма и выскочила на улицу без шапки. Аптека уже закрывалась, но я успела купить дорогой цифровой тест и упаковку, где лежали три бумажных теста.

– Чтобы наверняка? – сочувственно улыбнулась фармацевт. – По своему опыту знаю: если в первый раз показал положительный результат, то, скорее всего, он и останется. Но я тоже, помню, десять тестов купила сразу, никак поверить не могла. А сейчас дочь уже в садик ходит.

Ее слова вовсе не помогли! Когда я разрывала упаковку с цифровым тестом, руки ходили ходуном. Нет, Арман, нет! Ты не мог так со мной поступить!

На экране очень быстро появился плюс. Все еще надеясь, что я чего-то могу не понять – мало ли, ведь я делала такой тест первый раз, – залезла в инструкцию. Там была иллюстрация – видимо, для таких отчаянно надеющихся женщин, как я: плюс, или лучше сказать – «крест», обозначал беременность.

– Нет-нет-нет… – шептала я.

Но ни вселенная, ни тест, равнодушно являющий взору две перечеркнутые линии, не вняли моим мольбам.

Трясущимися пальцами я набрала Олесин номер. Я просто не знала, кому еще можно позвонить в этой ситуации.

– Олеся, я… – И захлебнулась слезами.

Подруга не сразу смогла добиться от меня внятных слов, а когда поняла, в чем дело, смачно выругалась.

– Вот ублюдок! Ленка, ну ладно он – сунул, вынул и пошел, но ты-то! Где была твоя голова?

– Он… Он сказал, что не может иметь детей.

За признанием последовала длинная пауза: наверное, Олеся закатывала глаза или смотрела на телефонную трубку в немом изумлении: «Как можно быть такой идиоткой?»

– Ох, Ленка, – сказала она наконец. – Ну дуреха! Сейчас приеду!

ГЛАВА 7

Не прошло и часа, как Олеся появилась на пороге моей квартиры с бутылкой вина и пакетом, где лежали мандарины. Обняла меня в коридоре и дождалась, пока я проревусь. Потом по-хозяйски отправилась на кухню. Зашуршал целлофан, забряцали столовые приборы в ящике.

Я, будто бледное привидение – видел ли кто-нибудь прежде привидения в шерстяных носках и с красным носом? – вползла следом.

– Где у тебя штопор? – осведомилась подруга, выставив два фужера и выложив мандарины в центр стола.

– Да ведь я… – Я растерянно кивнула на бутылку красного полусухого, не решаясь произнести вслух слово «беременна».

Будто от этого что-то изменится!

Олеся озадаченно посмотрела на меня, между бровей появилась складочка, как всегда, когда подруга хмурилась, чего-то не понимая.

– Но ведь ты избавишься от беременности, – сказала она.

Я плюхнулась на табурет, притянула к себе мандарин – лишь бы чем-то занять руки. Я еще не задавала себе вопроса, что буду делать с ребенком. Новость меня настолько оглушила, что я пока не вполне осознала, что, если ничего не предпринять, довольно скоро я из фрилансера, который с трудом сводит концы с концами, превращусь в мать-одиночку.

– Я пока не решила, что делать с беременностью, – выдавила я, стараясь не смотреть Олесе в глаза.

Она бы, столкнувшись с подобной ситуацией, ни на минуту не задумалась, как поступить. Ребенок случайный, нежеланный, папаня больше не объявится и помогать не будет. Чего тут думать?

– Так, ладно, – сказала подруга.

Она оставила бутылку в покое и включила чайник.

– Тогда по чайку.

Олеся поставила передо мной пузатую чашку, на которой был изображен толстый пушистый кот, – ручка чашки представляла собой его изогнутый хвост. Я гладила этот хвостик, словно хвостик настоящего котенка. Да я ведь даже домашнего питомца завести не решалась – такая ответственность! А тут ребенок!..

От горячего напитка поднимался пар. Я сделала глоток, и стало чуточку легче.

Олеська сидела напротив, уперев подбородок в ладонь, и ждала, пока я немного приду в себя.

– Может, этот незадачливый папаша оставил тебе номер телефона? – спросила она. – Ты знаешь, как с ним связаться? В конце концов, это и его ответственность тоже. Пусть хоть денег на аборт даст.

– Олеся!..

– Что? Решение, конечно, принимать тебе, но сама подумай, зачем тебе эта обуза! Я ни в коем случае не давлю…

– Ты именно давишь!

Подруга вздохнула и погладила меня по плечу.

– Извини.

Олеся единственная из моих нынешних подруг знала, что у меня никогда не было отца. В том местечке, откуда мы обе были родом, ничего не скроешь. Все соседи в курсе, что моя мама ездила на практику в другой город и вернулась с пузом. «Принесла в подоле, – шептались за спиной. – Беспутная». Она ходила гордая и смело смотрела всем в глаза. А ведь тоже могла бы решить проблему простым способом – никто бы и не узнал. И меня бы тогда не было на свете.

Я рассказала Олесе все, что выяснила про Армана. Что он сотрудничает с хозяином клуба, но неизвестно, появится ли снова. Телефона он мне не оставил, звонить не обещал.

– Надо связаться с этим… как его. Игорем Авильцевым – хозяином Crystal Carnival. Вытрясти из него координаты этого гада.

– Нет. Ничего мне от него не нужно! Ты правильно сказала: сунул, вынул, а на следующий день уже и имени моего не помнил.

«Элени…» – произнес в подсознании притягательный хриплый шепот, и я тряхнула головой, избавляясь от наваждения.

– Гордая, значит? Независимая? – завелась Олеся. – Ну нельзя так, Лен! Он же тебя поимел во всех смыслах! Обманул насчет бесплодия! Пусть теперь расплачивается!

– Не хочу! – твердо сказала я, глядя в стол. – Я сама справлюсь!

Мы с Олеськой повздорили, как частенько бывало: слишком разные у нас характеры. Я наслушалась, какая я упрямая, глупая, несовременная. Наверное, я действительно глупа и упряма – уж какая есть. Это моя жизнь, и решать мне!

А потом мы, как всегда, помирились. Олеська наделала бутербродов, заставила меня поесть, и, хотя мы продолжали дуться друг на друга, я была рада, что подруга не ушла, хлопнув дверью.

– Ладно, Ленка, – сказала она спустя время. – Если решишь оставить – вырастим твоего обормота. Ты не первая и не последняя мать-одиночка.

На душе сделалось очень тепло после этих слов.

– Я сама справлюсь, – буркнула я, не желая сдавать позиции. – Ты не обязана…

– Вот дурында, – сказала Олеська и обняла меня.

На следующий день, так ничего и не решив, я отправилась к маме. Наверное, расскажи я ей о своем непростом положении, она бы поняла и приняла меня. И снова настойчиво пригласила вернуться. Если я вернусь – назад хода не будет. Поэтому я молчала и только пожимала плечами в ответ на обеспокоенные вопросы: «Ты почему такая бледная? Почему аппетита нет?»

Оставить ребенка или нет? Эта мысль мучила меня с утра до вечера. С голода мы не умрем – продолжу работать из дома, не всем так везет. Однако кому потом будет нужна мать-одиночка с прицепом?

Иногда, лежа без сна на узкой кровати в своей детской комнате, я мысленно разговаривала с Арманом: «Если бы ты узнал, что я жду от тебя ребенка, ты бы вернулся? Ты бы захотел стать отцом и остаться с нами?» Порой я позволяла себе помечтать. Представляла, как возвращаюсь домой, а в подъезде на ступенях лестницы рядом с моей квартирой сидит Арман и держит огромный букет. Вид у него смущенный и виноватый… Я засыпала с этими сладкими мыслями, а просыпалась в реальном мире, где мой будущий ребенок не нужен никому, кроме меня.

А мне-то он нужен?

В ночь перед отъездом мне приснился странный яркий сон. Я стояла в огромной комнате на крыше небоскреба. Сквозь панорамные окна открывался потрясающий вид на мегаполис. Высотные дома, закованные в хром и стекло; между ними вилась лента монорельса. По ней бежал поезд, больше похожий на детскую игрушку, – три аккуратных зеленых вагончика. В небе парили гигантские птицы. Таких больших я, кажется, никогда еще не видела. Птицы ли? Я пригляделась внимательнее, но тут меня отвлек детский голос.

– Мама, – позвал он.

Я резко обернулась и увидела хорошенького мальчишку лет пяти. Темноволосый и темноглазый, он смотрел на меня с такой любовью!

– Мам, это я, – весело сказал он.

Я проснулась и поняла, что ни за что на свете не убью своего ребенка.

ГЛАВА 8

Удивительно, как меняется взгляд на мир, когда ждешь ребенка. Я совсем другими глазами смотрела на улицу, где ходила постоянно, и думала: «Вот здесь детская площадка, как раз недалеко. И ракета есть, малышу понравится!» В том, что у меня родится мальчик, я почему-то не сомневалась, хотя разве можно верить снам?

Еще я заранее выбирала дороги, по которым стану гулять с коляской, и впервые замечала, что не очень-то они удобные: где-то выбоины, где-то высокие бордюры. А вот магазин, куда я обычно забегала за продуктами, порадовал: к нему, оказывается, был пристроен пандус.

Я надеялась, что квартирная хозяйка не попросит меня съехать. Она предупреждала, что кошек и собак заводить нельзя, но младенец – это все же не домашнее животное. Помимо всего прочего, я снимала жилье несколько лет и всегда платила исправно.

«В этот угол, к стене, я поставлю кроватку, – представляла я. – Или лучше манеж?»

Где я возьму на все это деньги, я пока старалась не думать. Помечтать-то можно? В конце концов, первые полгода малыш вполне может спать в люльке от коляски или на кровати вместе со мной. Хотя я рисовала в воображении, что у сына есть все самое лучшее: кроватка с балдахином и бортиками, и обязательно с музыкальной каруселькой. Развивающий коврик, качели, пеленальный столик. А главное – моя любовь.

Я с трудом сдерживалась, чтобы не начать пачками скупать ползунки, пинетки и шапочки. Я подолгу бродила в магазине и перебирала одежки, которые казались совсем игрушечными.

«Так, Лена, остановись! – приказала я себе, уже было направившись к кассе с очаровательным матросским костюмчиком. – Ты даже не знаешь, кто у тебя будет! Может быть, это девочка!»

Я собиралась встать на учет по беременности на следующей неделе, но вряд ли на первом УЗИ назовут пол будущего ребенка. Еще будет время купить приданое для малыша – несколько месяцев впереди!

Еще я стала обращать внимание на то, чего замечать вовсе не хотела, – на счастливых отцов семейства. Гордые папаши, которые катили коляски или несли на руках свое чадушко. Поправляли им шапочки, натягивали на крошечные ладони рукавички и неловко укачивали, если дети начинали хныкать. Увидев очередного отца, гуляющего с малышом, я старалась пройти мимо как можно скорее. Ничего не могла поделать: мне становилось грустно. Ведь мой мальчик будет расти без отца.

Чипсы, лимонад, кофе и сладкие булочки остались в прошлом. Только здоровая еда! Благодаря тому, что я перестала хомячить гадости, в первые недели я даже похудела. Я со страхом ожидала, что меня вот-вот накроет токсикоз, но время шло, а чувствовала я себя прекрасно. Ну, спасибо, сынок, что не мешаешь маме работать и зарабатывать нам двоим денежки на будущее!

Я снова нравилась себе в зеркале: беременность оказалась мне к лицу. Увидел бы меня сейчас Арман…

Его имя и воспоминания о его поцелуях так и норовили просочиться в мысли, но я эти попытки пресекала.

Интересно, ты действительно думал, что не можешь иметь детей? Если так – ты многое потерял. Ты никогда не увидишь своего единственного сына, своего наследника! А вот я буду целовать его черные глазки и баюкать на руках.

И все же, как бы хорошо я ни выглядела, вселенский закон подлости не дремал и ждал момента, чтобы доставить мне очередную неприятность. Не понимаю, как это работает, но работает всегда!

Я теперь старалась каждый день выходить на прогулки: малышу полезен свежий воздух. Я надевала искусственную белую шубку и светлую вязаную шапку, за что Олеся прозвала меня Снегурочкой.

Однако в тот день, когда я вечером решила выползти в магазин за хлебом, мне было лень наряжаться, и поэтому я по-быстрому натянула привычный удобный пуховик и, накинув капюшон, вышла на улицу. Волосы стянула в хвостик, из которого выбивались пряди и падали на лицо. Хотела утром вымыть голову, но не успела – ладно, никто не увидит.

Как обычно, когда идешь за хлебом или за солью, невесть каким образом набирается полная корзина. И главное – все нужное! Я переложила покупки в пакет, взвесила его в руке и ахнула: какая тяжесть! Что поделать, придется тащить, мужика-то нет, который поможет.

«Кроме тебя, сынок, – привычно обратилась я к малышу. – Ты вырастешь и будешь мне помогать!»

И вот иду я по улице, медленно-медленно, чтобы не упасть. Волосы лезут в глаза, раздувшийся пакет в одной руке перевешивает меня на бок. Я пожалела, что не разложила покупки в два пакета, но возвращаться поздно.

До дома оставалась пара десятков метров, когда из-за угла прямо на меня вышли Илья и его новая пассия. Как ее там… Марина?

Они хохотали и перебрасывались снежками, не замечая никого вокруг. Я надеялась, что и меня не увидят. Бочком-бочком двинулась мимо. И тут – надо же такому случиться – снежок прилетел прямиком мне в голову, сбил капюшон. Волосы тут же намокли, колючие льдинки попали за воротник.

– Ой, простите! – пискнула Марина.

– Лена? – удивленно воскликнул Илья.

Проклятие! Я натянула на губы улыбку. В глазах Ильи я прочитала сочувствие, но такое, с подковыркой. Мол, бедненькая-бедненькая, идет одна, тащит тяжелый пакет, голова не мытая, физиономия не накрашенная.

– Рад тебя видеть! – очень неискренне сказал он и притянул к себе Маринку, царственно обняв за талию, будто давал понять: «Вот, полюбуйся, у меня все хорошо! Какая красотка рядом со мной!»

– Здрасьте! – пролепетала девица, а у меня аж челюсти свело от злости!

«Здрасьте!» Я ей что – старая тетка? Она всего на два года меня младше!

Я переложила пакет в другую руку, постаралась сделать это непринужденно, но средство для мытья посуды коварно стукнуло меня по коленке, и я крайне неграциозно зашаталась – спасибо, не упала.

– Что-то ты бледная какая-то, – продолжал Илья. – Может, стоит витаминов попить?

Маринка захихикала.

Я уже и забыла про эту черту характера моего бывшего: ему всегда и во всем надо было взять надо мной реванш. Он будто бы постоянно состязался со мной: зарабатывает больше, готовит лучше – и так во всем, даже в мелочах. Вот и теперь он словно втаптывал меня в грязный рыхлый снег, глядя сверху вниз с издевательской улыбочкой.

– Мне пора, – произнесла я и осторожно двинулась по кромке дороги, стараясь держаться подальше от влюбленной парочки.

– Я бы тебе советовал в следующий раз заказать доставку, – бросил Илья.

О, спасибо! Как же я проживу без твоих советов!

Я не успела уйти далеко, когда из-за поворота навстречу выехал черный автомобиль, чьи хромированные детали глянцево поблескивали в свете фонарей. Он резко затормозил, обдав Илью, ближе всего стоящего к проезжей части, волной серых брызг подтаявшего снега. Марина с визгом отскочила.

«Мгновенная карма!» – злорадно подумала я, Илью мне вовсе было не жаль: грязные брюки – не самая страшная кара за то, что он подло меня бросил.

А в следующую секунду я забыла, как дышать.

Дверца автомобиля распахнулась, и с пассажирского места вышел Арман. Вот это совпадение! Или нет? Судя по тому, что он направился прямиком ко мне, не обращая внимания на то, что ноги в ботинках на тонкой подошве проваливаются по щиколотку в снежную кашу, едва ли это было случайностью.

Я замерла, не в силах издать ни звука.

Арман был все так же великолепен, как и в первую нашу встречу. Я заметила, что и Маринка уставилась на него во все глаза. Илья нахмурился, не понимая, что связывает меня и мужчину в дорогом костюме.

– Давай сюда это безобразие, – сказал Арман, забирая у меня пакет.

Будто так и надо. Словно это обычное дело – объявиться спустя несколько недель.

– Как?..

«Как ты меня нашел?» – рвалось с языка, но это позже, наедине, когда Илья не услышит.

– Я скучал, Элени.

«Элени»… Он сводил меня с ума одним только произношением моего имени! Этот голос!

Арман взял мою ладонь – мою покрасневшую, с врезавшимися в кожу следами от полиэтиленовых ручек ладонь – и поднес ее к губам. У меня задрожали и подогнулись колени.

– Пойдем.

И снова в его голосе прозвучал приказ. Так говорят люди, которые вовсе не привыкли к отказам.

Арман оттопырил локоть, предлагая мне за него зацепиться, и безошибочно повел меня в сторону моего дома.

В голове крутились тысячи вопросов. И я их обязательно задам. Но каким же наслаждением стало напоследок увидеть вытянутое лицо Ильи!

ГЛАВА 9

Я не с первого раза попала ключом в замочную скважину, но наконец мне все же удалось отпереть дверь и пригласить нежданного гостя. Прихожая, когда там очутился Арман с его широкими плечами, в дорогом лоснящемся костюме и с умопомрачительным ароматом парфюма, показалась узкой и маленькой.

Я замешкалась, не зная, что сделать сначала – забрать пакет или снять пуховик? Или предложить Арману пройти? И куда? На кухню, где оставлена на столе коробка из-под печенья? Или в комнату, к незаправленной постели?

Сердце металось в груди, трепыхалось будто птица. Он правда здесь? Это не сон?

Арман стоял на пороге, спокойный, уверенный, молча ждал моего приглашения и держал пакет с таким видом, будто тот ничего не весил. Арман вышел из машины без верхней одежды, и даже верхняя пуговица рубашки была расстегнута, обнажая крепкую шею и яремную впадину между ключицами.

Не ведая, что творю, я уткнулась носом в эту теплую ямку, вдохнула будоражащий запах мужчины. Арман одним своим появлением снова сводил меня с ума.

А ведь он еще ни слова не сказал – зачем пришел и чего хочет. Может, он случайно увидел меня из окна автомобиля и решил помочь. Это вовсе не значит, что он собирается продолжать отношения. Я веду себя попросту глупо!

Вздохнув, я отстранилась, протянула руку к пакету. Но Арман вдруг разжал пальцы, и пакет грохнулся на пол, из него вывалилась консервная банка с горошком и укатилась под банкетку. Я вскинула удивленный взгляд. Наши глаза встретились, и его горели тем же яростным желанием, которое разлилось сейчас по моим венам.

Арман сжал мое лицо в ладонях, едва сдерживая страсть, а я потянулась навстречу и нашла его губы. Арман хрипло застонал. Нащупал молнию пуховика, рванул ее вниз. Черный пуховик присоединился к рассыпавшимся по коридору покупкам. Арман подхватил меня на руки, легко, будто пушинку, и понес в комнату.

Теперь оказалось весьма кстати, что кровать не заправлена. Не то королевское ложе, что предоставил в наше распоряжение отель Royal Haven, но какая разница – мы все равно стремились прижаться друг к другу теснее. Освобождали друг друга от одежды, путались в рукавах, не прерывая поцелуев.

Мое сердце пело от счастья. Арман скучал по мне: такое неистовое желание не подделать. А ведь он еще не знает про ребенка! Но это позже, позже…

Арман ненадолго оторвался от моих губ и пристально всмотрелся в мое лицо. Клянусь, этот уверенный в себе мужчина не мог взять в толк, почему настолько потерял голову.

– Моя огненная Элени… Что ты делаешь со мной? – выдохнул он.

Мне нечего было сказать, я знала лишь, что хочу его в ответ с той же неистовой силой.

Арман запустил пальцы в мои волосы и притянул меня к себе – сильно, властно и одновременно нежно. Невозможно было не покориться.

Он подмял меня под себя и накрыл мое тело своим, а я раскрылась навстречу, как цветок, давно изнывающий от жажды…

После всплеска неистовой страсти мы долго приходили в себя среди сбитых простыней и разбросанных, смятых вещей. Я лежала, устроив голову на плече Армана, водила кончиком указательного пальца по его груди и чувствовала себя так, будто вернулась домой после отлучки. Мой дом рядом с ним…

Заговорили не сразу. Я все крутила в голове, как же подступиться к главной новости. Вдруг Арман подумает, что это не его ребенок? Я с такой легкостью прыгнула в его постель, что он может заподозрить, будто я проделываю это с каждым. А у меня-то кроме Ильи и Армана больше и не было других мужчин.

– Арман, я… – произнесла я.

– Я тебя забираю, – сказал он одновременно со мной.

И снова с утвердительной интонацией: «Я тебя забираю. Точка».

У меня захватило дух. Так что, на самом деле бывает? Миллионер вернулся в провинциальный городишко за своей Золушкой и хочет забрать ее в новую роскошную жизнь?

– Погоди…

Как бы заманчиво ни звучало предложение, мне надо было подумать, взвесить все за и против. Я не могу вот так просто вырвать себя с корнями из привычной жизни. А как же мама? А Олеся? И он еще ничего не знает о беременности.

Арман переплел свои пальцы с моими и сказал строго:

– Чего ждать? Ты носишь моего ребенка. Твое место рядом со мной.

Я ахнула и рванулась из его объятий. Уставилась на Армана, который и не пошевелился. Он ответил мне невозмутимым взглядом.

– Откуда?.. – Губы ходили ходуном, и я прижала ладонь ко рту, пережидая приступ паники.

– Ш-ш-ш, иди ко мне. – Арман тихонько притянул меня к своей груди, обнял теплыми руками. – Все хорошо, не волнуйся. Твое волнение не на пользу нашему сыну.

– Сыну… – как сомнамбула, повторила я.

Может, я на самом деле сплю и Арман мне привиделся?

– Я тебе все расскажу, когда ты скажешь, что готова слушать. Что тебе поможет прийти в себя? Принести воды? Сделать чаю?

– Чаю… – пробормотала я.

Арман закутал меня в халат, нашедшийся тут же, в кресле, и, пока я, сидя на табурете у стола, переваривала новость о том, что он каким-то образом узнал о моей беременности, Арман распоряжался на кухне.

Было заметно, что ему нечасто приходится самому себе готовить. Прежде чем нажать кнопку на чайнике, он осмотрел его со всех сторон, как невиданное чудо техники. Пакетик с заваркой тоже вызвал его удивленный взгляд. Стало вдвойне приятно оттого, что Арман проявляет заботу обо мне, несмотря на то что чувствует себя неуверенно на кухне. Он даже чашку выбрал безошибочно – ту самую, с котиком.

– Как ты понял, что это моя любимая?

– Определил по запаху.

Я неуверенно улыбнулась: шутит? Лицо Армана оставалось бесстрастным.

Я вцепилась в чашку, как в спасательный круг, собираясь с силами для серьезного разговора, который, вполне возможно, перевернет мою жизнь.

– Ты прав, я беременна. И это твой ребенок, Арман! Ты не подумай, что…

– Я не думаю. Я знаю, что это мой ребенок, Элени.

Он придвинул табурет, сел напротив и взял мою руку.

– Я был уверен, что не смогу иметь детей. Это… долгая история. Ты подарила мне возможность родить наследника. Ты и представить не можешь, насколько важен для меня мой сын!

ГЛАВА 10

Слова Армана, что сын ему важен и нужен, прозвучали музыкой для моих ушей, но я все еще ничего не понимала. Как он узнал? Как нашел меня?

Арман внимательно наблюдал за моим лицом, видно, старался определить, готова ли я услышать правду.

– Так, – сказал он, – у тебя дома есть валерьянка? Пустырник? Сонник? Хотя сонник здесь не растет…

– Валерьянка есть, – пробормотала я.

Я купила себе пузырек с таблетками, когда после ухода Ильи начала плохо спать по ночам. Арман проследил за направлением моего взгляда и безошибочно открыл именно тот ящик, где хранилось лекарство. Откупорил крышку, понюхал и высыпал на ладонь сразу четыре желтых шарика.

– Вот, выпей. Ребенку не повредит.

Что за новости он собирается мне сообщить, что заранее пичкает валерьянкой?

– Теперь говори, – потребовала я, запив валерьянку чаем. – Чем дольше ты тянешь, тем больше я пугаюсь.

– Ты права.

Арман переплел свои пальцы с моими, унимая дрожь в моих руках, и спросил:

– Элени, ты в детстве любила сказки? Об эльфах, гоблинах? О драконах?

– Драконах? – опешила я от неожиданного поворота разговора. – В детстве любила, да. А к чему?..

– Но что если сказки возникли не на пустом месте и где-то рядом, в другом мире, гоблины, гномы и драконы – обычное дело? Попасть в этот мир сложно, но не невозможно, и кто-то из людей незаметно для себя мог перейти грань, а потом рассказывать истории, что в небе летают крылатые ящеры, а в бутонах цветов спят феи.

Я воззрилась на Армана в немом изумлении. Серьезный бизнесмен меньше всего походил на любителя сказок, да и вышел он из того возраста, когда верят в фей. Я подняла пузырек с таблетками: точно ли валерьянка? Похоже, я начала бредить.

Арман усмехнулся.

– Ладно, сказками тебя не убедить. А в параллельные миры ты веришь?

– Никогда не интересовалась, – призналась я. – Хотя недавно по РЕН ТВ смотрела передачу о рептилоидах. Некоторые исследователи уверены, что они живут среди нас.

Арман неожиданно расхохотался.

– Рептилоиды! – повторил он. – Отлично. Как нас только не называют!

– Кого – вас? – пролепетала я, совершенно сбитая с толку.

Неосознанным движением я закрыла ладонью живот, и Арман тут же сделался серьезен.

– Что же… Никакими другими словами этого все равно не объяснить, скажу как есть. Я – дракон. Я могу приходить в ваш мир из другого мира. Вернее, прилетать. На это способны только драконы.

– А? – прошептала я.

И потихоньку начала вместе со стулом отодвигаться к стене, подальше от Армана.

– Я не сошел с ума, Элени. – Арман будто прочитал мои мысли, но как иначе он мог истолковать мой испуг? – Посмотри мне в глаза.

Он подался вперед, и я как завороженная уставилась в его черные глаза. Арман медленно моргнул, и его зрачки удлинились, сделались ярко-желтыми, почти кошачьими.

Я вскрикнула, вскочила на ноги, охваченная первобытным ужасом. Наверное, что-то подобное чувствует маленький зверек под гипнотическим взглядом змея. «Бежать! Бежать! Спасаться!» – вопило подсознание.

Но далеко я не убежала. Арман перехватил меня за талию и усадил себе на колени, прижал, баюкая, к груди и гладил по спине, пока я не перестала рваться.

– Этого не может быть, – прошептала я. – Это какой-то трюк, да? Фокус?

– Нет, Элени. Просто прими это как данность. Драконы существуют, хоть и не в вашем привычном мире. Сделай-ка еще пару глотков чая.

Арман вложил в мои руки чашку и придержал, чтобы я не расплескала жидкость. Пока я пила, он осторожно положил руку на мой живот и прикрыл глаза, будто прислушиваясь к чему-то.

– Я чувствую его, – тихо сказал он. – Слышу биение его сердца. Знаю, что это мальчик. Так уж мы, драконы, устроены. Кровную связь ничем не перешибить. Когда я вернулся в ваш мир после отлучки, я сразу понял, что ты беременна. Все те дни, пока я тебя искал, меня мучил страх, что ты избавишься от ребенка. Спасибо, что сохранила его для меня, Элени.

«Я сохранила его для себя!» – хотела возразить я, но промолчала. Теперь нет никаких «тебя» и «меня», есть «мы». Я сохранила его для нас.

Удивительно, но, кажется, я довольно быстро смирилась с мыслью, что мой избранник – дракон. Не иначе как повлияли книги, которые я так часто редактировала. Подумаешь – дракон! Обычное дело!

– Как ты меня нашел?

– Зов крови. Наш сын еще очень мал, его голос едва различим, поэтому потребовалось так много времени. Почти три недели. Но чем больше он становится, тем лучше я слышу.

– И найдешь меня, где бы я ни была?

– Да, – улыбнулся Арман. – Но зачем мне тебя искать? Теперь ты со мной, и я тебя никуда не отпущу.

Я примостила голову ему на плечо.

– Я будто в сказку попала, – пробормотала я. – Пока не понимаю, как к этому относиться и что делать дальше.

– Я ведь уже сказал – я забираю тебя с собой, в свой мир. Ни ты, ни наш сын ни в чем не будете нуждаться. Я богат, влиятелен. В нашем мире драконы испокон веков занимают главенствующее положение в обществе.

Звучало все отлично, и все же грыз червячок сомнения.

– Я не знаю… Мне надо подумать, Арман. Так скоро это не решается. Здесь вся моя жизнь. Как я могу вот так просто ее бросить и отправиться неизвестно куда, даже с любимым мужчиной! Давай не будем торопиться.

Мускулы Армана затвердели. Он осторожно пересадил меня с колен на другой стул. Поднялся. Прошелся по кухне. Посмотрел в окно. Ушел в комнату; я услышала, как открывается дверь на балкон – такой маленький, что места хватало лишь для горшков с цветами. Арман вышел подышать свежим воздухом. Нелегко ему дался мой отказ.

Он вернулся на кухню уже одетый, сдержанный и хмурый. У меня закололо сердце. Что если он прямо сейчас уйдет?

ГЛАВА 11

– Элени, оденься и поднимись со мной на крышу, я хочу кое-что тебе показать.

– Хочешь показать, как превратишься в дракона? – пошутила я.

И по выражению лица Армана поняла, что попала в точку.

– Что, правда? А не боишься, что увидят?

– Меня видят только тогда, когда я сам этого хочу, – сухо произнес он.

Сердился на меня за мои сомнения.

– Хорошо, я провожу тебя, – согласилась я, чтобы сгладить размолвку.

Мне не хотелось, чтобы мы ссорились.

– Когда ты придешь снова? – не удержалась я от вопроса.

– Я теперь всегда буду рядом.

Что же, можно это считать обещанием, что Арман в скором времени вернется. Тогда и обсудим все спокойно, а сейчас мне нужно побыть одной, переварить новости, сшибающие с ног.

Я натянула брюки, свитерок, пуховик: на крыше сильный ветер, и погода испортилась, пошел снег. Арман заприметил на вешалке шапку и протянул мне.

В последний момент, когда мы уже поднялись на лифте на девятый этаж, я сообразила, что выход на крышу может быть закрыт. Я подергала ручку, и действительно, дверь оказалась заперта на замок.

– Похоже, тебе…

Арман мягко отстранил меня, ударил раскрытой ладонью по двери, и она, крякнув, просела в косяке, перекосилась и приоткрылась. Вот это силища.

Мы выбрались на заснеженную крышу, откуда открывался великолепный вид на город. Над головой сияли звезды, а вокруг, куда ни кинь взгляд, горели огоньки окон и фонарей, точно весь Мартинск превратился в мерцающую новогоднюю гирлянду.

Прохладный ветер защипал разгоряченные щеки, но в то же время освежил мысли. Я вдохнула полной грудью. Я приняла правильное решение: нельзя бросаться очертя голову в новые отношения. Пусть все развивается постепенно. Арман теперь знает, где меня искать, и прятаться я не собираюсь.

Я потихоньку подошла к ограждению. Удивительно, какой глубокий снег на крыше: я проваливалась едва ли не по колено. Приходит ли сюда кто-то, чтобы посмотреть на город с высоты? Как здесь тихо, так умиротворяюще красиво!

– Арман, погляди, как хорошо. Постой рядом.

Арман не произнес ни слова с тех пор, как мы поднялись на крышу. Все еще обижается? Он приблизился и встал за моей спиной, обнял за талию и прикоснулся теплыми губами к шее.

– Не бойся, Элени, я тебя не уроню, – негромко сказал он.

– Что?

И в следующий миг я завопила от ужаса и неожиданности. Могучая сила дернула меня вверх, так что заснеженная крыша сразу осталась далеко внизу. Руки Армана стянули талию будто стальным обручем. Да и не руки это уже были, а три черных когтя, которые надежно удерживали меня. Я сидела в огромной лапе, будто в костяной клетке. Арман нес меня аккуратно, но я все равно вцепилась в один из когтей, который перехватил меня поперек груди.

Ветер ударил в лицо, и я захлебнулась в его потоке, не в силах вздохнуть. Слезы брызнули из глаз. «Я сейчас умру!» – мелькнула обреченная мысль. Но тут же меня окутало тепло, и потоки воздуха перестали хлестать по щекам. Я очутилась в магическом коконе.

– Арман! – крикнула я, задирая голову. – Арман, отпусти меня!

Надо мной, закрывая небо, распластались смоляные крылья, такие большие, что я не видела их предела. Если бы кто-то посмотрел снизу, он бы не разглядел темную тень на фоне ночного небосклона. По чешуе дракона бежали всполохи, напоминающие отблеск звезд. Отличная маскировка для высшего хищника.

Он не слышал меня или делал вид, что не слышит.

Под моими болтающимися в пустоте ногами с головокружительной скоростью скользили дома, дороги и машины. Очень скоро окраины города остались позади и внизу потянулись белые поля, перечеркнутые тонкими полосками леса.

Внезапно полет замедлился. Крылья дракона с усилием рассекали воздух. Вокруг нас натянулась невидимая преграда. Еще один рывок, и она лопнула – по ушам ударил низкий гул. Из ночи и тьмы мы провалились в сверкающий день. Я зажмурилась от брызнувшего в глаза солнечного света.

Передо мной развернулась панорама города, увиденного мною во сне. Города из стекла и стали, ослепляющего своей непривычной красотой.

Арман устремил свой полет к небоскребу, что возвышался в центре города, будто неприступная скала. На плоской крыше оказалась оборудована площадка для посадки, как для вертолетов, – желтый круг с иероглифом в центре.

Арман завис над площадкой, поднимая мощными крыльями вихрь, который погнал по крыше ворох оставленных кем-то бумаг. Дракон спускался все ниже, ниже, осторожно и медленно, пока мои ноги не коснулись прорезиненного покрытия. Только тогда он разжал когти, и я, не устояв, упала на колени: я так сильно напрягала мышцы во время полета, цепляясь за коготь Армана, что они одеревенели.

Буря, поднятая взмахами крыльев, стихла. Тень, закрывавшая небо, исчезла. За моей спиной послышались шаги – обычные человеческие шаги.

– Вот мы и прилетели, Элени, – сказал Арман.

Как я не потеряла сознание раньше? Но сейчас перед глазами все поплыло, закружилось, и последним, что я помнила, был запах горячей резины, ударивший в нос, когда я растянулась на посадочной площадке.

ГЛАВА 12

Я потянула край одеяла, чтобы укрыться, но материя оказалась необычной на ощупь – гладкой и прохладной. Я сразу вспомнила похищение, стремительный полет сквозь ночь, чужой мир и распахнула глаза.

Я лежала на широкой постели в незнакомой комнате. Рядом со мной на краю кровати сидел Арман. В правой руке он держал смартфон и листал ленту большим пальцем, а левая лежала на моей талии. И непонятно, чего больше было в этом жесте – желания защитить? Или утвердить свою власть?

«Он украл меня!» – вспыхнула мысль.

Арман заметил, что я очнулась, улыбнулся и провел тыльной стороной ладони по моей щеке. Я отстранилась и сразу села, скрестила руки на груди.

– Ты украл меня! – повторила я вслух. – Как ты мог! Я ведь просила подождать!

Что-то не слишком-то много раскаяния появилось на лице Армана после этих слов. Хорошо хоть прекратил меня лапать.

– Я помог тебе принять решение, – сказал он, будто так и надо. – Так лучше для всех. Рано или поздно ты все равно согласилась бы лететь со мной, к чему тянуть?

Как у него все просто!

– А моя мама? – крикнула я. – Она с ума сойдет от волнения! А Олеся! Они ведь объявят меня в розыск!

Вместо ответа Арман протянул мне свой мобильник.

– Держи. Набирай маму и подругу. Скажи им, что у тебя все в порядке.

Я в недоумении уставилась на экран, где вместо знакомых букв горели иероглифы.

– А что? Так можно? Позвонить из другого мира…

– Можно, – усмехнулся Арман. – Я разработал специальное приложение для себя. Звони.

Дисплей в целом напоминал дисплей обычного смартфона с иконками приложений, но я не видела цифр. Арман это тоже понял, сказал: «Сейчас» и, нажав комбинацию клавиш, перевел экран в привычное моему взгляду состояние.

На память я знала всего несколько номеров – мамин, свой и Олесин, – и то лишь потому, что мы с подругой, приехав на учебу в Мартинск, в первый же день отправились за симками и специально выбрали похожие номера, отличающиеся только последними цифрами.

В трубке послышались приглушенные гудки, раздался щелчок, и любимый голос, в котором прорезались подозрительные нотки, произнес:

– Я слушаю. Кто там? Говорите.

Хорошо, что мама так и не отучилась отвечать на звонки с незнакомых номеров, а ведь я столько раз предупреждала ее о мошенниках. Но сейчас это сыграло мне на руку.

– Мам, это я, Лена.

– Леночка? У тебя номер изменился?

Я вскинула взгляд на Армана, который бесстрастно наблюдал за мной. Что мне ответить? Появится ли у меня свой телефон с приложением, которое позволит звонить маме из этого мира?

– Представляешь, утопила свой «самсунг», – бодро сказала я. – Звоню с телефона знакомого, если что, ты можешь написать сообщение на этот номер.

Я вопросительно вскинула брови, и Арман кивнул.

– Я тебе перезвоню, когда куплю новый телефон. У меня все хорошо, не волнуйся.

Еще пару минут я болтала о ничего не значащих пустяках, чтобы мама не заподозрила неладное. Олеся на звонок не ответила, оно и к лучшему: с ней я не смогла бы притворяться. Я наговорила голосовое сообщение, несла какую-то околесицу. Мол, искать меня не нужно, я уехала с Арманом в другой город, он любит меня и позаботится обо мне и сыне. Я пообещала звонить сама, как только обживусь немного на новом месте.

Я нажала отбой и вернула смартфон Арману. После того, как я передала весточку близким, на душе сделалось легче, хотя я по-прежнему злилась на дракона.

– Как ты мог? – повторила я вопрос.

– Как? – усмехнулся он. – Легко. Обернулся, схватил тебя и унес. Разве ты не читала в сказках, что драконы именно так и поступают с желанными женщинами? Это у нас в крови.

Ни тени сожаления! Он считал себя в своем праве! Я была потрясена до глубины души, а Арман наклонился и поцеловал меня. Он неожиданности я не успела отстраниться. Вкус его губ снова опьянил, несмотря на все мое бешенство и гнев. В душе взметнулся настоящий ураган чувств: я злилась на дракона и снова желала его. Как бы мне хотелось его простить и довериться!

– Ты моя, Элени, – удовлетворенно сказал Арман.

Он понял, что я сдаю позиции, и притянул меня к себе. Уронил на постель и склонился надо мной, скользя глазами по лицу, по изгибу шеи, по разметавшимся спутанным прядям. Очертил подушечкой большого пальца контур моих обветренных губ и снова обжег поцелуем.

– Ты в порядке, – одобрительно кивнул он.

В дверь постучали. Арман поднял голову и, могу поклясться, принюхался к нежданному посетителю. Кивнул и произнес вслух короткое слово на незнакомом языке.

В комнату вошла женщина, мне бросилась в глаза ее ярко-зеленая кожа. Женщина держала в руках бумажные пакеты, выглядевшие как упаковки из брендовых магазинов. Веревочные ручки одного из пакетов не выдержали и порвались. На ковер вывалилась женская кожаная сумочка, завернутая в полупрозрачную бумагу. В остальных, надо понимать, лежали предметы одежды, предназначенные для меня.

Сама незнакомка была одета в строгий темный костюм, ее черные жесткие волосы были собраны в высокую прическу, и, когда я привыкла к необычному цвету кожи, стало понятно, что женщина не молоденькая, – по человеческим меркам она могла быть ровесницей мамы.

– Маалра риела ваал, майнер Райландер, – сказала она на певучем наречии и, склонив голову, поздоровалась с Арманом, потом улыбнулась мне.

– Это Мина, – представил ее Арман. – Твоя помощница во всем. Обращайся к ней по любому вопросу. Пока ты спала, она успела приобрести все необходимое. Так ведь, Мина?

Мина отчего-то вздрогнула от вопроса, заданного дружелюбным тоном. Нервно улыбнулась и начала что-то быстро объяснять. Арман остановил ее властным жестом и произнес несколько слов, от которых светло-зеленая кожа на щеках Мины потемнела.

– Она говорит, что не смогла снять с тебя мерки, поэтому некоторые вещи, вероятно, придется поменять.

Я ошалело моргала и переводила взгляд с Армана на мою предполагаемую помощницу. Меня раздирало от тысячи вопросов, но я задала только один.

– Мы так с ней и будем общаться? Через тебя? Ты забыл, что я не знаю вашего языка.

– Не забыл, – мягко улыбнулся Арман. – У меня для тебя сюрприз.

«Еще один? – скептически хмыкнула я про себя. – Куда уж больше!»

Арман, сложив ладони лодочками, накрыл ими мои уши. В ушах зазвенело, да так громко, что я вскрикнула. Звон лопнул, как натянутая струна. Надеюсь, барабанные перепонки остались на месте!

– Я рада приветствовать вас в доме майнера Райландера, адари Элени, – произнесла Мина, и на этот раз я поняла все! Ну, разве что кроме слов «майнер» и «адари», что на языке этого мира, вероятно, означало «господин» и «госпожа».

Вид у меня, должно быть, сделался ошалевший, потому что Арман рассмеялся, радуясь, что сюрприз удался.

– Я ненадолго тебя оставлю, Элени. Мина поможет тебе переодеться, а потом я покажу дом.

ГЛАВА 13

Мина набрала мне ванну, пообещав, что, пока я купаюсь, она разложит вещи в гардеробе, подготовит их к примерке. Я не стала отказываться, решив, что мне нужна передышка от переполнявших меня эмоций.

В ванной комнате, по крайней мере, нет пугающего окна на всю стену, за которым открывается вид на современный город с высоты птичьего или, вернее сказать, драконьего полета. Я помнила, как Арман нес меня к высотке, возвышающейся подобно скале. Но где, если подумать, еще могли жить драконы, созданные для полета? Наверное, раньше они селились в замках на вершинах скал, а теперь замки заменили небоскребы.

Я погрузилась в теплую воду, где по поверхности плавали лепестки, а в воздухе стоял аромат роз. Обняла колени, огляделась.

Ванна, выполненная в виде цветка кувшинки, стояла на постаменте из розового мрамора. Рядом в корзине лежали полотенца, свернутые рулонами. Стены были отделаны бежевым мрамором с серебряными прожилками. В углу возвышался прозрачный куб стеклянной душевой кабины. Вдоль стены тянулась каменная столешница с встроенной в нее раковиной. Краны сверкали позолотой, и каждый квадратный сантиметр ванной комнаты вопил о богатстве и роскоши.

За прозрачными дверцами тумбы теснились всевозможные флаконы и коробочки с косметическими средствами. Сама ванная комната выглядела пусть и красивой, но безжизненной, будто я была первым человеком, который ее посетил.

Да и великолепная спальня, где я очнулась, ничего не сообщала о своем владельце. Арман живет в другом месте? Он хочет поселить меня отдельно? Может, так и принято в его мире, но меня это открытие неприятно задело. Я хотела засыпать и просыпаться рядом с Арманом, болтать перед сном о всяких пустяках, с каждым днем узнавать отца моего будущего ребенка все лучше.

«Ничего, всему свое время, – решила я. – Арману тоже нужно привыкнуть к мысли, что он больше не один…»

Когда я вышла из ванной, накинув шелковый халатик и завернув мокрые волосы в полотенце, Мина жестом пригласила меня подойти к распахнутым дверям гардероба. Блузки из струящейся ткани, платья, на вид простые и строгие, но говорящие о вкусе, висели на плечиках в одном из отсеков просторной гардеробной. На отдельной подставке для обуви расположились туфли: на высоком каблуке, на низкой подошве, туфли-лодочки.

– Не волнуйтесь, – поспешила успокоить меня Мина, неправильно истолковав мой растерянный взгляд. – Это только на первое время. Постепенно мы купим все необходимое.

Боюсь, чтобы заполнить все отсеки этого чудовищно огромного гардероба, всей моей жизни не хватит! Однако я лишь кивнула и пробормотала слова благодарности.

– Что наденете сегодня?

Мина посторонилась, уступая мне место у полок, но я смущенно покачала головой.

– На ваше усмотрение…

Моя помощница выбрала легкую блузку и юбку до колен. Выдвинула ящик, предлагая посмотреть белье.

У меня голова шла кругом. Несколько часов назад я возвращалась из магазина с тяжелым пакетом, размышляя о том, что приготовлю на ужин, а теперь стояла посреди шикарной комнаты и разглядывала кружевное воздушное белье.

«У меня еще появится время подумать обо всем, – снова сказала я себе. – Постепенно я привыкну».

Мина, увидев мое затруднение, сама подобрала подходящий комплект и предложила мне с вежливой улыбкой. Помощница оказалась мастерицей на все руки. Она высушила мои волосы, уложила их в пышную косу и, усадив меня у туалетного столика, нанесла на мое лицо легкий макияж.

– Кому принадлежит вся эта косметика? – спросила я, осторожно взяв в руки тюбик помады.

Я выкрутила его и поняла, что раньше помадой не пользовались. Пока ловкие руки Мины порхали над моей головой, я разглядывала содержимое ящика, заполненного, так же как тумба в ванной комнате, флаконами и коробочками.

– Это все принадлежит вам, адари Элени. Майнер Райландер велел подготовиться к вашему приезду.

Вот как! Значит, Арман, отправляясь в мой мир, заранее знал, что без меня не вернется! И мысли такой не допускал…

Как же много вопросов хотелось задать Мине! Если мне предстоит жить теперь в этом мире, нужно узнать о нем как можно больше.

– Я закончила, адари Элени. – Мина поправила выбивающийся из прически локон и слегка поклонилась.

– Спасибо…

– Вам не обязательно благодарить. Это моя работа.

Ничего себе порядочки!

– Мне бы все-таки хотелось вас поблагодарить, Мина. Или правильно обращаться «адари Мина»?

Щеки моей помощницы вновь потемнели от прилившей у ним крови. Кажется, я чем-то ее смутила.

– Нет-нет, просто Мина. К тому же «адари»… Это… – Зеленокожая женщина задумалась, подыскивая подходящий синоним. – Это скорее означает «возлюбленная».

– Хм…

Я не знала, как к этому относиться.

– А как у вас принято уважительно общаться к женщинам? Майнер Райландер – это ведь «господин Райландер».

– Да. Женщину его сословия мы называем «майра».

Наверное, пока я не вышла замуж за Армана, я не имею права называться «майрой». Стану ли я когда-нибудь майрой Райландер?

Потихоньку, с опаской, я подобралась к затемненному окну. Как высоко! Далеко-далеко внизу, по трассам, что отсюда казались не толще карандаша, мчались серебристые машины, крошечные, как жучки.

– Что там? – спросила я у Мины, указав на зеленую пену, в которой тонули шарообразные здания.

– Это городской парк.

– А там? – Я кивнула на зеленовато-голубую полоску воды на востоке города.

– Это море. Наш город-государство стоит на островах. Мы сейчас на самом крупном, Архее.

Я подошла ближе, положила ладони на прохладную поверхность окна.

– Здесь лето? – прошептала я.

– Здесь всегда лето, адари Элени.

Трудно поверить, что все происходит наяву. Но пальцы ощущали гладкость стекла, новые туфли-лодочки слегка жали, после ванны кожа пахла цветами. Это не сон…

– Мина, вы, кажется, не удивились, что я попала к вам из другого мира?

– Да, людей частенько заносит к нам. Сюда-то они легко могут пройти, а вот обратно – уже не получается. Нелегко им приходится без знания языка, нанимаются на самую черную работу, лишь бы не умереть с голода. Вам повезло, что хозяин позаботится о вас.

Мне не понравилась фраза «хозяин позаботится о вас». Понятно, что Арман – хозяин Мины, а не мой, но прозвучало сказанное так, будто он и мой хозяин тоже.

– Вы любите майнера Райландера, адари Элени? – тихо спросила Мина, стоя за моей спиной.

Люблю ли я его? Когда Арман обнимает меня, целует, гладит и шепчет нежные слова, кажется, что он лучший мужчина во всех мирах. Но Арман похитил меня, хотя я просила подождать. Разве так начинают отношения?

Я ничего не ответила.

ГЛАВА 14

– Она готова, майнер Райландер, – сказала Мина и я обернулась.

Арман зашел неслышно, как огромный кот. Как давно он наблюдает за мной?

Арман с одобрением разглядывал меня, наклонив голову, будто я была скульптурой или картиной, его ценным приобретением.

– Теперь ты в достойной оправе, моя Элени, – похвалил он усилия Мины, приблизился и запечатлел поцелуй на моем запястье.

Но тут же поморщился. Минуту назад я нанесла на кожу каплю духов. Неужели Арману не понравился их легкий цветочный аромат?

– Мина, что за дрянь? – сурово выговорил он помощнице. – Чтобы больше никаких духов, никакого парфюмированного масла и прочей гадости.

Мина бросилась к туалетному столику и выудила из ящика злосчастный флакон.

– Выкини! – приказал Арман, но ко мне обратился мягко: – Элени, нет ничего лучше твоего природного запаха.

Он привлек меня к себе, провел кончиком языка за мочкой уха, отчего меня обдало жаром и ослабели ноги. Армана не смущало даже присутствие Мины, словно она была предметом мебели.

– Нет, не сейчас, – прошептала я, отодвигаясь.

Арман не стал настаивать.

– Пойдем, я покажу тебе дом.

Он предложил мне опереться на его локоть, и я, поколебавшись, все-таки взяла его под руку. И очень скоро порадовалась, что не отказалась от опоры: дух захватило от открывшейся взгляду красоты.

Огромные панорамные окна шли по периметру верхнего этажа, отчего казалось, будто я шагнула прямиком на облака. Не могу сказать, что это приятное ощущение: в памяти еще жило воспоминание о стремительном полете.

– А если бы ты меня уронил? – спросила я. – Или я от испуга потеряла бы нашего ребенка? Об этом ты подумал?

– Наш сын – дракон, ему ли бояться полета, Элени, – улыбнулся Арман. – Зачем теперь об этом говорить, когда ты уже здесь.

Экскурсия только по первому этажу пентхауса заняла час. Или дольше? Я потерялась во времени. Гостиная с круглым столом и камином, домашний кинотеатр с рядом кресел, библиотека, видовая терраса с настоящими растениями и цветами. Бассейн под открытым небом со стеклянными бортиками: наверное, когда плаваешь, кажется, что плывешь по воздуху в невесомости.

На второй этаж вела лестница с прозрачными ступенями и поручнями – подниматься страшно. Однако со временем я привыкну.

– А где твоя спальня? – решилась я задать вопрос, мучивший меня с самого начала.

Арман указал подбородком наверх.

– Скоро мы поднимемся на второй этаж. Я тебя должен кое с кем познакомить.

– С кем?

Арман не ответил. Может, хочет представить меня помощникам? В пентхаусе кто-то должен поддерживать порядок, готовить еду, присматривать за техникой. Не сам ведь Арман занимается этим. Пару раз я замечала людей: женщина в коричневом платье и фартуке протирала пыль в гостиной, но тут же выскользнула, как только мы вошли в комнату. Другая безмолвно появилась, когда мы прогуливались по террасе, в тени деревьев, с чьих ветвей свисали грозди белых цветов. Она поставила на столик поднос с соком и стаканами и так же неслышно удалилась.

– Тебе здесь нравится? – спросил Арман, поглаживая мою ладонь. – Только попроси – и ты получишь все самое лучшее.

– Мне все нравится, но…

«Почему ты меня поселил в отдельной спальне?» – рвалось с языка, и все же я промолчала, позволив событиям развиваться своим чередом.

Арман подвел меня к лифту и рассказал, что на нем можно спуститься прямиком к выходу из небоскреба.

– Я видела из окна парк, – вспомнила я. – Погуляем там вместе?

– Я очень занят, Элени, – не стал обнадеживать меня Арман, и голос сделался строгим. – Сегодняшний день – исключение, я отодвинул все дела, чтобы перенести тебя сюда. Я постараюсь найти время в расписании, но не в ближайшее время. С парком что-нибудь придумаем! С тобой отправится Мина и кто-нибудь из охранников.

– Из охранников? – воскликнула я. – Получается, для того чтобы выйти погулять, мне нужно собрать с собой целую толпу сопровождающих? Я так не привыкла. Я не хочу гулять на поводке!

Арман резко развернул меня и взял за плечи, я съежилась под суровым взглядом.

– Привыкнешь, – отрезал он. – Или гуляй на террасе, здесь достаточно свежего воздуха!

Отличные новости, нечего сказать! Он хочет превратить меня в птичку в золотой клетке? Я представила вереницу одинаковых одиноких дней в роскошном пентхаусе, где и словом не с кем перекинуться. Разве что с Миной, но она ясно дала понять, что станет соблюдать дистанцию. Она наемная работница, а не подруга.

Однако прямо сейчас ссориться с Арманом не хотелось. Со временем я попробую отвоевать себе больше свободы. Если Арман меня любит – он поймет.

– С кем ты собирался меня познакомить? – примирительно спросила я.

Арман улыбнулся и повел меня к жуткой прозрачной лестнице. Я встала на первую ступеньку и закусила губу. Кошмар! Нога будто зависла в пустоте!

– Не бойся, Элени, – тихо произнес Арман. – Я не отпущу тебя.

Почему после этих слов вовсе не сделалось легче?

Пока я раздумывала над странным ощущением, теснившимся в груди, – тревога вместо покоя и доверия, – Арман подвел меня к раскладным дверям из темного дерева и матового стекла, двумя руками распахнул створки и жестом предложил пройти первой.

Я перешагнула порог и оказалась в овальной гостиной с полукруглым диваном, мягкими пуфами и пушистым ковром.

На диване нога на ногу восседала темноволосая девушка в обтягивающем блестящем платье. Она была очень хороша собой: глубокое декольте подчеркивало пышную грудь, роскошные черные волосы собраны в высокий хвост. Она водила ноготком с идеальным маникюром по экрану смартфона и недовольно кривила губы. Услышав звук раздвигающихся дверей, она нехотя оторвала взгляд от экрана и посмотрела на меня как на мышь.

– Сколько я могу ждать! – раздраженно сказала она Арману. – Я опаздываю на тренировку, а потом у меня запись к моему духонаставнику. Ты знаешь, как он необходим мне в этот непростой период жизни!

Я застыла столбом, ничего не понимая.

– Арман, – прошептала я. – Кто это?

– Кто это? – возвысила голос красотка, не дав Арману ответить. – Ты смеешь говорить подобным тоном?

Она нервно бросила телефон на диван и вскочила на ноги. Ногти на ее пальцах, клянусь, стали еще длиннее и острее!

– Рейнира, не подходи! – рявкнул Арман. – Сядь, успокойся. Мы все с тобой обсудили!

Рейнира зашипела, плюхнулась обратно и принялась сверлить меня ненавидящим взглядом.

– Рейнира, это Элени, – представил меня Арман. – Она родит нам долгожданного ребенка, так что сдерживай свой темперамент.

ГЛАВА 15

Меня будто ударили под дых. Сделалось физически больно. Я прижала ладонь к груди, к ноющему сердцу.

– Что это значит? – протолкнула я сквозь онемевшие губы.

Хотя задачка была проста и ответ лежал на ладони, я цеплялась за отчаянную надежду. Вот сейчас Арман привлечет меня к себе, поцелует, скажет: «Глупая, ты все не так поняла!»

Рейнира послушала Армана, больше не встревала и даже, видно, чтобы показать мою ничтожность перед ней, пренебрежительно уткнулась в смартфон, принялась печатать кому-то сообщение.

– Арман? – прошептала я.

У дракона сделалось совершенно непроницаемое лицо.

– Присядем?

– Нет! Я жду объяснений!

– Она ждет объяснений! – фыркнула под нос Рейнира, которая только делала вид, что происходящее ее не интересует.

У Армана дернулся уголок рта, мол, как меня раздражают эти несговорчивые девицы!

– Элени, познакомься, это моя жена – Рейнира. Она знает, что ты ждешь от меня ребенка, и готова принять его как своего, когда он родится.

Рейнира вскинула на меня быстрый победительный взгляд исподлобья и снова уткнулась в телефон.

– Ах… – вырвалось у меня.

Невозможно сразу осознать подобную подлость! Арман переспал со мной, изменив жене, сделал ребенка, а теперь унес в свой мир, чтобы забрать сына и присвоить себе!

Я покачала головой. Нет, нет… Нет!

– Нет!

Я развернулась и побежала прочь куда глаза глядят.

– Стой, Элени, – бросил Арман мне в спину.

Голос звучал спокойно! Чудовищно – хладнокровно! Ящерица! Проклятая ящерица!

Я стремглав слетела с лестницы, позабыв, что совсем недавно боялась висящих в воздухе ступеней. Бросилась к лифту. Заколотила ладонью по матовой панели. Когда Арман прикасался к ней, она загоралась зеленым цветом и лифт приходил в движение, но на меня она не реагировала.

– Элени…

Арман спустился следом и неторопливо двигался в мою сторону.

Я вскрикнула и со всех ног побежала на террасу, надеясь спрятаться среди деревьев, но в ухоженной оранжерее под открытым небом не было ни одного укромного уголка. Чувствуя себя загнанным зверьком, я укрылась за густыми ветвями, свисающими до земли. Прижала ладонь ко рту, чтобы не слышно было всхлипов.

– Элени, постой.

Когда Арман успел подобраться так близко? Я не слышала его шагов! Дракон вынырнул из-за ствола дерева, протянул руку, но схватил лишь воздух: я ускользнула в последний момент.

– Сколько можно бегать, Элени? Тебе не спрятаться от меня в моем доме. Давай поговорим, и я оставлю тебя в покое. Дам прийти в себя.

Я не желала с ним разговаривать и видеть его самодовольную драконью рожу! Буду убегать и прятаться, пока хватит сил! «А что потом? Станешь жить под диваном и по ночам выползать на кухню, чтобы разжиться остатками еды?» – едко поинтересовался голос разума.

Я выскочила в гостиную, завертелась на месте, оглядываясь. Куда дальше? Я заблудилась. Не помнила, в какой стороне моя спальня, где я хотела запереться. Я бросилась наугад по коридору и очутилась в библиотеке. Здесь и спрятаться негде – открытые шкафы с книгами, низкий круглый стол и мягкие кресла вокруг него.

Я кинулась было в обратном направлении, но порог библиотеки переступил Арман. Как он умеет настолько быстро перемещаться, идя так неспешно? У меня дыхание сбилось, а у него ни один волос не выбился из прически.

Все, что мне оставалось, – встать за высокой спинкой кресла, заслонившись им от Армана.

Дракон остановился в шаге, поднял ладонь, как дрессировщик, усмиряющий перепуганную зверушку.

– Давай поговорим.

– Да пошел ты!

И я, учитель русского языка и литературы по образованию, добавила словечки, которых никогда не употребляла в обычной жизни и не подозревала, что они есть в моем лексиконе.

Арман расхохотался. Его забавляла ситуация. Еще бы! Наверное, это невероятно смешно, когда перепуганная девчонка носится по дому, где он знает каждый уголок как свои пять пальцев.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.