Шин Да Хэ
Роза для Принца

Пролог

Все случилось июньским вечером в субботу, и Пак Хи Джу прекрасно запомнила этот день. Тогда “Бла-Бла” был забит битком, и внутри стояла невыносимая духота. По ушам била грохочущая музыка, пол жутко вибрировал под ногами, а в воздухе повис густой коктейль из пота, алкоголя, сигарет, да и, наверное, еще чего похуже. Из зала раздавались истеричные крики, в комнате слева за стеной послышался треск бьющегося стекла, а после него прокатился страшный гогот. Она тут же нервно сглотнула, остановилась, но, набрав в легкие побольше воздуха, проследовала за крепким мужчиной по слабо освещенному коридору.

Раньше ей не приходилось бывать в таких местах, и, будь ее воля, она бы никогда не переступила порог этого злачного заведения, где сновали не внушающие доверия личности. А ведь могла бы сегодня остаться дома и в уютной компании старичка Блютнера¹ учить этюды Черни². Если бы знала, чем обернется такое приключение, то ни в жизнь бы не согласилась помогать на этом дурацком музыкальном фестивале. Да еще и бесплатно…

– Это здесь! – крикнул ей мужчина в черной футболке, остановившись напротив покосившейся двери.

– Что? – оглушенная музыкой, громко переспросила она. – Здесь?

– Выход найдешь сама, – бросил следом он, и, развернувшись, удалился.

Хи Джу вошла в комнату, очень отдаленно напоминающую гримерную: высокий столик с зеркалом в непонятных разводах; по центру разместился диван, который, судя по состоянию, много чего успел повидать на своем веку; тут же был низкий стол, куча бутылок с недопитым алкоголем и парочка пепельниц, из которых вываливались окурки.

Громко чихнув от едкого запаха сигарет, Хи Джу принялась бродить по комнате и высматривать черный кейс, постоянно спотыкаясь об мусор и разбросанные по полу вещи. Стараясь лишний раз ни к чему не прикасаться, она внимательно осматривала каждый угол и тихо ворчала себе под нос. Кощунство, не иначе, оставлять здесь настолько хрупкий и благородный инструмент! Скорей бы найти флейту и убраться отсюда подальше, где от такой музыки, наверное, сам Моцарт уже в сотый раз переворачивался в гробу.

Спустя десять минут под завалами одежды показался знакомый футляр. Прижав его крепко к груди, Хи Джу с довольным лицом поспешила на выход. Уткнувшись в телефон, она попутно набирала сообщение недотепе-музыканту о том, что миссия завершилась удачно, но внезапно на всем ходу в дверях врезалась в чью-то грудь. От удара Хи Джу свалилась на пол, кейс с телефоном полетели следом. Коснувшись ладошкой ноющего от боли носа, она зашипела и подняла голову, чтобы высказать все свое недовольство, но замерла, широко распахнув глаза…

Музыка и крики вдруг стихли. Сердце на мгновение остановилось, а потом заколотилось как сумасшедшее. Темные выразительные глаза, подведенные черным карандашом; светлые волнистые волосы, обрамляющие бледное лицо; полные идеально очерченные губы и татуировки, густо покрывающие его руки и обнаженную грудь. Незнакомец, окинув ее коротким незаинтересованным взглядом, прошелся до противоположной стены, ловко вытащил из чехла гитару с синим корпусом и исчез так же быстро, как и появился, оставив после себя лишь шлейф древесных духов.

А дальше все было как в тумане. Хи Джу даже не поняла, как поднялась на ноги, собралась и вместо выхода каким-то образом очутилась за сценой. Мобильный в руке разрывался от звонков и сообщений, музыка грохотала, но она, словно приклеенная к полу, стояла и заворожено за ним наблюдала. Да, в этот день Пак Хи Джу впервые влюбилась…

Не прошло и недели, как она разузнала о нем почти все, кроме настоящего имени. Черный Принц. Фанаты прозвали его так, потому что парень был красив как бог, но при этом вместил в себя всевозможные земные пороки. Почти каждый второй писал на форумах о том, что курит он как паровоз, ругается как последний сапожник и безмерно пьет по вечерам соджу³. Не говоря уже про татуировку в паху, пирсинг в языке и про то, что каждый вечер в его койку прыгает новая красотка.

Он выступал в “Бла-бла” каждую первую субботу месяца вместе со своей рок-группой “Черная Роза”, которая очень быстро набирала бешеную популярность. От него, как оказалось, сходила с ума добрая часть девушек только ее института, не считая остальных, кто приходил полюбоваться на прекрасный юный цветок Хондэ⁴. И теперь втайне ото всех, а особенно от дяди, в злачный клуб наведывалась и она, чтобы хотя бы издалека посмотреть на прекрасного Принца…

Глава 1

День поначалу ничем не отличался от других, не считая того, что уже как неделю в Институте Современных Искусств не утихали разговоры про скандал с учителем, которому пришлось уволиться. Об этом шептались на каждом шагу и при любом удобном случае, а замешанная в нем студентка И Джон по-тихому забрала документы и уехала, перестав отвечать на звонки.

Хи Джу, как староста третьего курса, торопилась в кабинет к профессору Киму, который просил зайти к нему для обсуждения какого-то очень важного и срочного учебного вопроса. Меньше всего бы ей хотелось опять говорить о том, о чем сама знала только по нелепым и обрастающими новыми подробностями слухам, или, что еще хуже, снова выслушивать про успеваемость нерадивых одногруппников.

Перед тем как зайти, она, конечно же, воспитано постучалась, несколько раз потопталась с ноги на ногу, чтобы выждать время, а затем легонько надавила на ручку и скромно вошла. Профессор Ким сидел за своим столом и, судя по тоненькой засохшей струйке слюны в уголке рта, еще не до конца проснулся после дневного сна. Хи Джу поздоровалась и отвесила ему поклон.

– Студентка Пак! – закряхтел он в своем большом кожаном кресле. – Очень вас ждал, очень ждал. Присаживайтесь!

Она послушно опустилась на стул и принялась кусать губы, приготовившись выслушивать за всех и вся.

– Я тут случайно наткнулся на списки вашей группы, и знаете что?

Он вытянул к ней подбородок, но Хи Джу только вопросительно уставилась на него, хлопая ресницами.

– А то, студентка Пак, – не дожидаясь ответа, продолжил он. – Что у нас числится студент. Именно, только числится, потому что никто его не наблюдает на занятиях. Как так? Он же совершенно испортил нам всю статистику замечательной группы! Вашей группы, к слову сказать! Что вы на это мне скажете, а? Студентка Пак?

Хи Джу опустила глаза в пол. Она и сама это прекрасно знала. Все студенты под ее кураторством обычно не приносили проблем, кроме одного персонажа – Ли Тэ Джуна. В начале учебного года, опять же по слухам, он несколько раз появился, отлежался с капюшоном на голове в последнем ряду, а потом бесследно исчез из учебных стен. Его имени почти никто не знал, не говоря уже о том, что никто и не помнил, как он выглядел. Кто-то говорил, что он милый мальчишка-брюнет, кто-то, что высокий хмурый чудак. Показания у всех опрошенных свидетелей расходились.

– Студентка Пак, даю вам очень важное поручение. Очень важное! Нужно немедленно отыскать его и привести в институт! – профессор выговорил это на одном дыхании и покраснел от нехватки воздуха. Откашлялся. А затем снова продолжил. – Он же пропустил тьму материала! Какой кошмар! Этот мальчишка уже одной ногой стоит на отчисление… О чем он думает, интересно? В нашей-то стране – и без образования!

Профессор стал что-то бубнить себе под нос о том да о сем, об образовании, конечно же, и про биржу труда не забыл упомянуть.

А потом он внезапно задумался и, выпучив на нее свои маленькие глаза через золотистую оправу очков, прошептал:

– А может он того… Помер?

Хи Джу пожала плечами. Ей-то почем знать, что с ним? Она уже несколько раз прокляла его в голове за то, что ей приходится сидеть в этом душном, в прямом и переносном смысле, кабинете.

– Будем надеяться, что нет, – сам себе ответил профессор и уставился в папку с личным делом. – Я свято верю, что у него уважительная причина. Ну, знаете, как бывает: молодежь оставляет учебу, чтобы позаботиться о больных родителях. Или, на худой конец, черт не туда повел… В любом случае, что бы там ни было, студентка Пак, каждый заслуживает второй шанс. Вы же со мной согласитесь?

Хи Джу едва хватило сил удержать на месте бровь, норовившую от возмущения подскочить наверх. Как красиво он сейчас говорил – а в прошлом году не позволил ей пересдать экзамен на оценку повыше. У нее теперь, знаете ли, профессор Ким, из-за вас тоже статистика среднего балла подпорчена. Второй шанс, говорите?

И пока она, сидя на стуле, боролась с растущим чувством несправедливости, профессор продолжал что-то говорить. А говорить он очень любил, особенно о том, что в жизни столько всего повидал и в силу возраста набрался большого опыта. Да и советы любил раздавать, как и всё взрослое поколение в этой стране.

– Вы, студентка Пак, не так давно вступили в замечательную и ответственную должность старосты. Проявите себя! Держите, – он протянул ей клочок бумаги, и она потянулась обеими руками, чтобы взять его. – Адрес и телефон, который нашли в его деле. Сходите, проведайте, предложите помощь!

– Профессор Ким, – наконец, заговорила Хи Джу со всей отточенной за годы вежливостью. – А если он больше не хочет учиться? И поэтому не посещает занятия.

– Тогда пускай придет и напишет заявление, – подытожил мужчина, сложил руки в замок и качнул в такт своим словам головой.

Хи Джу подержала недолгую паузу, быстро сосчитав в уме до десяти. Ну так, чтобы ненароком ничего лишнего не ляпнуть.

– Да, хорошо, – согласилась она, хотя абсолютно не горела желанием заниматься поиском пропавших без вести.

Хи Джу встала со стула, сжала с силой в руках записку, и, поклонившись, уже собралась выйти в коридор, как профессор решил вдруг спросить:

– А как продвигается ваш конкурсный проект?

– Готовлюсь, профессор Ким, – ответила она.

– Прекрасно! А кому посчастливилось быть с вами в паре?

Хи Джу вздохнула, поджала губы и на пол тона ниже произнесла:

– У меня будет сольное исполнение.

– Хм… А ведь это не по правилам, студентка Пак!

– Так случилось, профессор Ким, что все очень быстро распределились. Пришлось готовиться самостоятельно.

Хотя это было не совсем так. Просто никто не захотел кооперироваться с ней из-за слишком ответственного подхода. Но об этом упоминать не стоило.

Профессор радостно хлопнул в ладоши.

– Вот с ним, – он указал подбородком на листок в ее руке, – и подготовьте его! Обязательно, студентка Пак, обязательно в паре!

Хи Джу, поклонившись, вышла из кабинета и устало выдохнула. Тут же, убедившись, что вокруг нет преподавателей, громко выругалась на весь коридор:

– Чертов Ли Тэ Джун!

Целую неделю Хи Джу не выпускала из рук телефон, пытаясь отловить “пропажу”. Она слала ему тысячи сообщений в Какао⁵, где они оставались непрочитанными, звонила ему даже ночью, просыпаясь в холодном поту от страшных снов, где находила замерзший труп на улице. Спасибо за мысль профессору…

Когда первый этап плана провалился, она решила сходить по указанному адресу и стучать в дверь, пока не выломает ее, но, как оказалось, стучать было некуда. Да, там стоял трехэтажный кирпичный дом, но квартиры под таким номером не существовало. Она опросила всех соседей, что были дома, но те только беспомощно разводили руками. Пианистка спустилась вниз со второго этажа по лестнице, вышла из здания и кинула взгляд на подвальное помещение, закрытое на замок.

Хи Джу опустилась рядом с дверью на корточки и стала перебирать идеи того, что делать дальше, не переставая про себя ругаться на этого недотепу. Она решила, что когда его найдет, а она это сделает уже принципиально, то отвесит ему хорошую оплеуху и пускай силой, даже грубой, но потащит его за шиворот в институт и отомстит за свои бессонные ночи.

Просидев так пару часов, Хи Джу заметила, что начало темнеть, а вслед за этим и резко холодать. Она спрятала нос поглубже в теплый розовый шарф, потерла ладошки, чтобы согреть их, и думала, думала, думала… Но, как назло, ни одна умная мысль так и не пришла. Помимо красивой мести, конечно же. В животе громко заурчало, зубы застучали от холода, и она тоскливо вздохнула.

– Хи Джу? – позвал ее кто-то, заставив поднять глаза.

Перед ней стоял Кан Сан Хо, староста и выпускник курса композиции, который был удивлен не меньше ее самой. В одной руке он держал нагруженный продуктами пакет из минимаркета, а другой держался за лямку кожаного чехла гитары за спиной.

– Сонбэ⁶? Привет, – встала на ноги Хи Джу и отвесила ему небольшой поклон. – А что ты здесь делаешь?

– Тут живет мой друг, – ответил он. – Мы планировали ужинать. А что ты здесь делаешь?

– Я ищу Ли Тэ Джуна. Мне дали адрес, но, кажется, он неверный.

– Тэ Джун? – округлил глаза Сан Хо. – Что этот парень опять натворил?

Она уже настроилась, чтобы поведать о своей нелегкой судьбе, но не успела, потому что, как только открылся ее рот, из-за поворота вышла троица парней и направилась прямо к ним.

Пак Хи Джу словно облили кипятком: внезапно стало очень жарко, дыхание перехватило, а коленки задрожали. Сейчас, да, да, именно сейчас в ее сторону уверенно шагал, хотя нет… Скорее, величественно плыл он – тот самый Черный Принц. Серые облегающие худые и длинные ноги штаны, разорванные на коленках. Черная кожаная куртка с металлическими шипами на рукавах и воротнике, надетая поверх обычной белой футболки. Держа в руках сигарету, он выпустил струю дыма в воздух, и, покосившись на Сан Хо и Хи Джу, спросил:

– Это еще кто?

Ах! Ну какой у него голос – точно бархат, приятно и мягко касался метающихся от паники мыслей Хи Джу.

– Она ищет Ли Тэ Джуна, – загадочно улыбнулся Сан Хо и посмотрел на окаменевшую рядом с собой пианистку.

Принц хмыкнул, подошел к ней ближе, откинул с лица светлые волосы и стрельнул окурком в ближайшую стену. Хи Джу, сделав глубокий вдох, почувствовала знакомый запах духов и мяты.

– Чего надо? Ли Тэ Джун – это я, – холодным тоном сказал он, а Хи Джу, совершенно не готовая к такому повороту событий, сильнее вжимала голову в плечи и считала бешеные удары влюбленного сердца…

Глава 2

Пак Хи Джу стояла с открытым от удивления ртом и не могла оторвать взгляд от любимого кумира и самого непутевого студента своей группы в одном лице. Того и гляди, у нее бы скоро потекли слюни, если бы не Сан Хо, вернувший ее с небес на землю.

– Ты в порядке? – спросил он, коснувшись ее плеча.

Пианистка неуверенно кивнула головой и, немного придя в себя, вспомнила, зачем пришла. Она решила, что стоит сейчас забыть о том, что перед ней Принц (ну или хотя бы попытаться), и пообщаться с ним как староста, потому что Тэ Джун уже ковырял ключами в замке двери, ведущей в подвал. Хи Джу сжала кулаки, расправила плечи и смело шагнула к нему навстречу.

– Ли Тэ Джун, – начала она, но голос задрожал от волнения, как и коленки. – Ты в курсе, что за свою непосещаемость стоишь в списках на отчисление?

Тэ Джун на секунду обернулся на нее, затем снова повернулся к двери и, пнув ее тяжелым ботинком внутрь, коротко ответил:

– Да плевать.

Хи Джу опешила. Она совсем не ожидала услышать такой неудовлетворительный для нее ответ. Двое других парней и ее сонбэ, сбившись в кучку в стороне, о чем-то между собой перешептывались.

– Это еще не все, – не отступала она и сорвала с себя шарф, потому что стало невыносимо жарко. – К твоему сведению, мы с тобой должны сделать конкурсный проект. В паре.

– Твои проблемы.

– Но это очень важно! Почти как прослушивание.

– Сказал же, твои проблемы, – повторил он.

– Но если бы ты мог хотя бы…

– Да ты чего ко мне прилипла? – вскипятился Тэ Джун, повысив голос.

Его темные глаза стали больше, брови сдвинулись к переносице, ноздри вздымались. Он подошел к ней ближе и, грозно взирая с высоты своего роста, добавил:

– Я ведь ясно дал понять, что мне это неинтересно, поэтому… – Он сделал короткую паузу и взглянул ей прямо в глаза. – Проваливай отсюда!

К горлу подступил ком, и Хи Джу печально наблюдала за тем, как он просто развернулся и направился обратно к подвальной двери. Она шмыгнула носом и начала глубоко и медленно дышать, чтобы не дай бог перед ним не расплакаться. Все мечты и планы разваливались, как хрупкий песочный замок. А больнее всего даже то, что она была в него влюблена, и поэтому никак не могла понять – за что же так жестоко с ней обошлась судьба? Наверное, в прошлой жизни она предала свою страну, не иначе.

– Тогда, – крикнула она ему вдогонку, – я останусь сидеть здесь, пока ты не передумаешь!

Хи Джу с гордо поднятой головой прошлась до стены, присела на корточки, сложила на груди руки и принялась смотреть куда-то вдаль. Тэ Джун и бровью не повел, а просто спустился вниз по ступеням. Двое парней, что пришли с ним, поплелись следом. Даже Кан Сан Хо, кинув сочувствующий взгляд и пожав плечами, скрылся за дверью.

И вот Хи Джу осталась совсем одна в темном переулке. В животе снова заурчало, от голода начали путаться мысли, и она уже пожалела о том, что поставила этот чертов ультиматум…

Вот надо же было так бездумно ляпнуть? Теперь никуда не деться – придется сидеть и ждать, когда Тэ Джун соизволит выйти и поговорить. Если, конечно, к тому времени она не двинет кони от голода или от холода, а может и от двух напастей сразу.

По району гулял противный ветер. Он не стеснялся забираться к ней под легкое осеннее пальто, и Хи Джу пришлось снова намотать себе на шею шарф, греть дыханием ладошки. Кругом была тишина, людей почти не наблюдалось. А ведь если ее тут найдет какой-нибудь местный маньяк, то никто, как ей подумалось, не услышит ее последних вздохов. К голоду и холоду стал медленно подбираться страх…

Чтобы хоть чем-то себя отвлечь, Хи Джу прикрыла глаза и стала напевать под нос ноктюрн Шопена⁷, представляя себя дома – в тепле и уюте, после прекрасного ужина из горячего кимчи-ччиге⁸ со свининой, сидящей за старичком Блютнером. Хотя, нет, лучше наваристый сундэ-кук⁹… А может, лучше пульгоги¹⁰? Нет, тогда уж тушеный с овощами говяжий кальби¹¹…

– Я почему-то так и подумал, что ты все еще здесь, – улыбнулся Сан Хо и протянул ей под нос термокружку.

Хи Джу открыла глаза, принюхалась и жадно схватилась за угощение. Это был обычный горячий шоколад, но сейчас он показался ей самым ароматным и вкусным из всех, что она когда-либо пробовала в своей жизни.

– Спасибо, – довольно причмокнула она. Всего глоток оказался спасением от голодной смерти.

– Тебе стоит пойти домой, – сказал Сан Хо, сунув руки в карманы легкой клетчатой ветровки. – Мне правда жаль, но с Тэ Джуном бесполезно разговаривать на счет учебы, он давно на нее забил.

Хи Джу расстроилась, ее сонбэ сейчас убивал в ней последнюю крохотную надежду на то, что у нее могло бы получиться уговорить Принца помочь ей хотя бы с проектом.

– Совсем-совсем? – переспросила она, на что тут же получила отрицательный ответ.

Пианистка понуро уставилась в кружку и вздохнула. А ведь как бы было здорово, если бы Тэ Джун согласился; она могла бы видеть его гораздо чаще, чем раз в месяц на концерте. Кто же знал, что у этого Принца такой ужасный характер?

– Хотя… – вдруг заговорил Сан Хо, закусив губу. – Мне пришла одна идея…

– Правда? – посмотрела она на него большими полными надежды глазами.

– Да. Только есть одно условие, вернее два. Первое – это довериться мне, и я все устрою, – Сан Хо второй раз за вечер загадочно улыбнулся.

– Отлично, – обрадовалась она. – А какое второе?

– Ты будешь должна мне желание.

Хи Джу нахмурилась, уставившись на него.

– Что еще за желание? Что-то неприличное?

Сан Хо рассмеялся, обнажив белоснежные ровные зубы.

– Ничего смешного! Ты знаешь, сколько просмотров набрало то видео Хо Гюна на Ютуб? Миллион! Ми-лли-он! Это же треть населения Инчхона¹²!

– Он теперь звезда, как и мечтал. И, кстати, Хо Гюн знал, на что идет, когда соглашался, – развел руками он.

– Серьезно? Знал, что будет бегать голым в женском общежитии? Хо-о-оль¹³! Сумасшедший… Я, конечно, хочу стать знаменитой, но точно не такой ценой!

– Ладно-ладно. Для тебя все будет прилично, даю слово, – пообещал он и протянул ей руку.

Надо скрепить уговор. Хи Джу еще несколько секунд раздумывала, стоит ли ему доверять. С одной стороны, он же был из очень приличной семьи. Хотя, с другой, в тихом и интеллигентном омуте те еще черти обычно водятся… А вдруг повезет? На крайний случай, если придется сделать что-то позорное и сыскать сомнительную славу, она уедет в горы к монахам, побреется налысо и остаток дней будет молиться об искуплении грехов. Решено! Хи Джу смело пожала ему руку, закинув весь свой здравый смысл на дальнюю полку.

– Отлично, – обрадовался Сан Хо, а затем сразу достал из кармана мобильный телефон, набрал номер и поднес его к уху. – Тэ Джун, хватай Мён Су и Мин Гю, мы идем ужинать, я угощаю…

Стоило ли говорить, насколько был недоволен Тэ Джун, когда узнал, что сегодня в их компании будет еще один рот? Вернее, гость. Но Сан Хо не так часто выступал спонсором, а когда им был, это значило, что они могли съесть по двойной порции свиной шеи или, реже, мраморной корейской говядины. Поэтому, махнув на нее рукой, согласился. И Хи Джу, пребывая на седьмом небе от счастья, хитро переглянулась с Сан Хо, еще не представляя, насколько начинает меняться ее привычная рутина…

Глава 3

– Я не пью! – возразила пианистка, когда четверо парней подняли маленькие рюмки. По столу тут же прокатилась громкая волна негодования.

– Тут нет такого слова, Хи Джу, – сказал великан, которого звали Мён Су. Подкачанный, с широкими плечами, он был ростом, наверное, под два метра. Да и голос у него был таким низким, словно он разговаривал с ней из-под земли. – Ты вообще в Корее живешь или где?

– А может, она несовершеннолетняя? – предположил Мин Гю, самый младший и миловидный, с копной черных волос со стрижкой боб. Он принялся внимательно разглядывать ее, поглаживая пальцами свой подбородок. – Им нельзя пить.

– Ты дурак? – обозвался на него великан. – Она же сказала, что учится вместе с Тэ Джуном, значит, они должны быть одногодками.

– Точно! – хлопнул в ладоши Мин Гю. – Значит тебе… Двадцать?

– Мне двадцать два, идиот! – фыркнул на него рядом сидящий Тэ Джун.

– Правда? – наивно удивился тот. – Хён¹⁴, ну ты же знаешь, у меня с математикой чисто платонические отношения! У нас так и не наладился со школы контакт.

– С такими успехами ваш семейный магазин разорится быстрее, чем ты его унаследуешь, – тем же недовольным тоном добавил Тэ Джун и закинул ногу на ногу.

– А вот и нет! Перед тем, как я его унаследую, то обязательно женюсь на умной девушке.

– Думаешь, такая пойдет за тебя замуж? – спросил Мён Су.

– Конечно! Я же такой обаятельный! – Мин Гю посмотрел на Хи Джу, обхватив ладонями щеки. – Правда же, нунним¹⁵?

Несмотря на свой невысокий рост и худощавое телосложение, Мин Гю был полон очарования – карие глаза искрились, беззаботная улыбка вечно до ушей. Поспорить с ним было сложно, поэтому она одобрительно кивнула. И удовлетворенный ее ответом макнэ¹⁶ потянулся к тарелке с сырым мясом, которую поставила на стол пожилая хозяйка ресторана.

– Эй! Ты сейчас все спалишь, и мы опять останемся голодными! – стукнул его по руке Мён Су и, выхватив мясо, принялся сам раскладывать его на гриль, закатав рукава огромной толстовки до локтей. А когда оно оказалось на решетке, то схватил со стола рюмку. Остальные ребята последовали его примеру.

Хи Джу нервно сглотнула, когда на нее в ожидании уставились три пары глаз. Тэ Джун лишь искоса поглядывал, молча возмущаясь тому, что она вообще сидит за их столом.

На гриле подрумянивалось мясо, запах еды щекотал ноздри, желудок от голода приклеился к позвоночнику… И как быть? Как-то раз она сделала глоток шампанского на вечере выпускного и потом не могла сообразить, в какой стороне находится нужная ей ветка метро, а когда нашла, то уснула в вагоне и уехала в депо… Хи Джу взяла стопку в руки, долго с серьезным выражением лица что-то высматривала сквозь стекло, принюхивалась, но запаха не выявила.

– Нунним, это делается вот так, – Мин Гю поднес рюмку ко рту, запрокинул голову и выпил. Затем громко треснул стопкой по столу, улыбнулся и довольно прошипел. Ребята тут же ему зааплодировали.

– Вот видишь! Это не отрава, – покачал головой Мён Су. – Твоя очередь, Хи Джу!

Пианистка мешкалась. Она крутила в руках стопку, словно приценивалась, с какой стороны будет вкуснее.

– Пей! Пей! Пей! —начала скандировать парочка Мён Су-Мин Гю и стучать ладонями по столу, да так громко на весь небольшой ресторан, что на них начали оборачиваться люди. А тут еще и под столом прилетел пинок ногой от Сан Хо, который взглядом напомнил о том, что обещала довериться. И сейчас нужно было выпить – его подбородок указал на полную стопку в ее руке.

– О, боги, – закатил глаза Тэ Джун и, устав дожидаться, пока Хи Джу, наконец, решится, выпил. Затем схватил несколько кусков мяса и невозмутимо запихнул себе в рот.

Он так легко с этим справился, что Хи Джу последовала его примеру – запрокинула голову и выпила… Но после у бедняги так сморщилось лицо, словно ей пришлось умять целый лимон.

– А нунним крута! – подмигнул ей Мин Гю, разливая по второму кругу.

– Опять пить? – испугалась она.

– Снова, – пробасил великан и поднял свою рюмку. – Саджанним¹⁷, еще две соджу, пожалуйста!

– Две? – ужаснулась Хи Джу, и идея пойти с ребятами на ужин уже отзывалась плохим предчувствием.

– Нунним, ты тоже считаешь, что двух мало? – спросил Мин Гю и стукнул великана по плечу. – Надо было заказывать сразу пять!

Хи Джу выпила второй шот и снова скривилась. Ребята засмеялись, им так понравилась ее реакция, что они сразу налили ей еще. Даже Тэ Джун улыбнулся, но буквально на секунду, чтобы никто не заметил.

– Так значит, ты пианистка? – спросил ее Мён Су, схватив со стола самый большой кусок кимчи.

– Ага, – Хи Джу подметила, как согрелись пальцы, а в животе приятно потеплело.

– Какое совпадение! У нас в магазине есть замечательное немецкое пианино пятьдесят второго года. Нунним получит от меня хорошую скидку, – стал рекламировать ей Мин Гю. – Но только сегодня и только сейчас!

– Ты сегодня очень много болтаешь, – цокнул великан.

– Я всегда много болтаю, – передразнил его Мин Гю с набитым ртом. – Мне надо налаживать бизнес. Мне нужны деловые контакты. Много контактов.

– Бизнесмен из тебя так себе, – вступил в разговор Сан Хо. – Откуда у студентов такие деньги на антиквариат?

– Она может быть из таких же чеболей¹⁸, как и ты, – ответил макнэ.

– Сан Хо – чеболь? – удивилась Хи Джу.

– Нет, я не чеболь. Не обращай внимания, Хи Джу. У Мин Гю еще проблемы с корейским языком, поэтому не верь всему, что он болтает, – ответил Сан Хо.

– Но ты же богатый! – не унимался тот.

– Это разные вещи.

Мин Гю на несколько секунд завис, и за столом стало непривычно тихо.

– А вы, ребята, – великан указал подбородком на нее и Сан Хо, сидевших рядом, – хорошо знаете друг друга?

Мён Су решил использовать то время, пока его друг набирал в Нэйвере¹⁹ слово “чеболь”.

– Немного, – ответил Сан Хо. – Хи Джу не так давно предложили стать старостой, и я первое время помогал ей осваиваться.

Мён Су и Мин Гю коварно переглянулись.

– И вы еще не встречаетесь? – спросил макнэ с ехидной улыбкой.

– Нет, – помотала головой она. – Почему мы должны встречаться?

– Да вы же типичная парочка из дорамы²⁰! – ответил ей Мин Гю. – Хи Джу, ну разве тебе не нравится Сан Хо? Он красивый, богатый и почти с хорошим образованием!

– С каких пор ты заделался свахой? – внезапно подал за столом голос Тэ Джун, который до этого тактично молчал и ел.

– А что такого? Я просто хочу устроить личную жизнь нашего Сан Хо, – без задней мысли ответил он. – Не у всех, знаешь ли, такие успехи, как у тебя!

Хи Джу от смущения готова была сползти под стол, поэтому, чтобы не отвечать на вопросы, выпила третий шот. А после него заметно повеселела и расслабилась, стала отвечать на шутки и шутила сама. Было весело всем, кроме Тэ Джуна, который, наевшись, сидел с недовольным выражением лица, наблюдая за нетрезвой пианисткой.

Дальше пошла четвертая стопка соджу, за ней пятая. После шестой Хи Джу уже смутно соображала, не поняла, в какую минуту отключилась и что было дальше, зато точно запомнила, какими веселыми оказались ребята, каким добрым с ней был Кан Сан Хо и самым красивым Тэ Джун…

… С трудом разлепив глаза, первое, что увидела Хи Джу – это прекрасного Принца Тэ Джуна, который мирно сопел рядом на боку, обхватив подушку руками. Спящий и умиротворенный, он был так прекрасен, что она могла бы смотреть на него вечно. Захотелось коснуться его растрепанных светлых волос, провести ладонью по обнаженному торсу…

Так, стоп! Голый торс? Ли Тэ Джун?

Резко вскочив, Хи Джу осмотрелась, разглядывая незнакомое помещение, похожее на бункер: бетонный пол, исписанные баллончиком серые стены и плакаты, куча мусора на полу. Заглянув под одеяло, она пришла в ужас, что вместо вчерашнего темно-зеленого платья на ней была только какая-то мятая футболка с нижним бельем. Черный бюстгальтер одиноко висел на ручке электрогитары в другом конце комнаты. Ох, а если ко всей картине еще добавить полураздетого Тэ Джуна? Пак Хи Джу не придумала ничего лучше, чем завопить во весь голос…

Глава 4

– Чего орешь, ненормальная? – недовольно рявкнул Тэ Джун и швырнул в Хи Джу подушкой, а затем повалился обратно на нагретое место в надежде досмотреть сладкий сон.

– Черт! Черт! Что я тут делаю? – запаниковала она и обхватила руками ту самую подушку, поджав под себя ноги.

Но лежащее рядом тело отказывалось отвечать на поставленный вопрос. Принц лишь повернулся на спину, продемонстрировав обнаженное тело со всех сторон, отчего Хи Джу зависла и открыла рот. Она рассматривала каждый участок его тела: выступающие ключицы с глубокими ямочками, выпуклую грудь, которую покрывали черные каллиграфические буквы на незнакомом языке, по рельефному животу струились замысловатые орнаменты и узоры, а на руках красовались цветы, переплетаясь с нотами и струнами гитары… Ну когда еще выпадет шанс посмотреть на все так близко и бесплатно? Она готова была поспорить, что далеко не каждая фанатка удостоилась сего божественного зрелища. Вот так удача! И все беспокойства сразу ушли куда-то на второй план.

– Ты так и будешь на меня пялиться? – сонным голосом спросил Тэ Джун, не поднимая век.

Хи Джу очнулась, покраснела и тут же отвернулась, хватая зубами подушку от прилива гормонов.

– И слюни подбери! – с раздражением бросил он и выхватил буквально изо рта у нее постельную принадлежность.

Тэ Джун с трудом поднялся с кровати, по-видимому уже не надеясь на лишний час сна, прошелся до мини-холодильника в противоположной стороне комнаты, вытащил оттуда бутылку с водой и принялся пить. У Хи Джу резко пересохло во рту, и она непроизвольно высунула язык, не спуская с него глаз.

– Воды? – наконец-то решил предложить он.

Пианистка закивала головой. Тэ Джун вытащил из холодильника еще бутылку и кинул в ее сторону. Он, наверное, надеялся, что она ее поймает, но не тут-то было: ударив ее по голове, бутылка скатилась на пол.

– Да ты просто катастрофа, – закатил он глаза и продолжил пить, не обращая на нее внимания.

Хи Джу вскочила с кровати, натянула короткую футболку себе до колен, подползла на корточках за бутылкой, схватила ее, вернулась обратно в кровать и, прикрыв себя одеялом, принялась утолять жажду, пока Принц ходил из угла в угол, сверкая торсом.

– Может, ты оденешься? – спросила она, потому что трезво мыслить, когда он тут расхаживал в таком виде, было ну абсолютно невозможно!

– Раздевайся, – сказал он.

Хи Джу испуганно округлила глаза. А когда Тэ Джун подошел к кровати, то еще больше потянула на себя одеяло.

– Что ты собрался делать?

– Переоденься, – он подобрал с пола ее вещи, а затем швырнул на кровать. – Моя футболка на тебе. Снимай, и я оденусь.

Хи Джу схватила платье, колготки, бюстгалтер и запихала все под одеяло.

– Отвернись! – попросила она.

Тэ Джун посмотрел на нее и поднял бровь:

– Не льсти себе.

– Но я же стесняюсь!

– Вчера бы так стеснялась.

– А что было вчера? Как я вообще тут оказалась?

– Ты не помнишь? – удивленным тоном спросил он.

Она расстроенно помотала головой.

– Вообще ничего?

– Нисколечки.

– А ты тот еще монстр в постели, – устало вздохнул он и лениво потянулся.

Хи Джу попыталась вспомнить, что же произошло под конец вчерашнего вечера, но сколько бы не старалась, этот кусок словно молотком выбило из памяти, поэтому она опустила голову и заплакала. Ей вовсе не хотелось провести так свою первую взрослую ночь – ничего не чувствуя, без красивых и романтичных воспоминаний, просто напившись как девушка легкого поведения. И зачем она стала пить этот соджу и послушала Сан Хо?

– Ты чего ревешь? – спросил он и осторожно прилег на кровать.

– Потому что все случилось не так, как мне хотелось, – всхлипнула она, глотая слова. – А ты просто воспользовался моей слабостью!

– Что? Ты вообще о чем? – Тэ Джун бросил на нее недоумевающий взгляд.

– Мы же переспали! Ты сам сказал, что я монстр в постели!

– С ума сошла? Ты чего придумала? Я имел ввиду, что ты била меня во сне!

Хи Джу мгновенно подняла голову, всматриваясь в хмурое и недовольное, а собственно, обычное лицо Тэ Джуна. Плакать расхотелось, и довольная улыбка расплылась по лицу.

– Погоди, а как тогда я оказалась в твоей футболке?

Тэ Джун измученно вздохнул и прикрыл лицо рукой, давая понять – какой для него сложной выдалась вчерашняя ночь. Хи Джу, конечно, не помнила того, как выпила почти бутылку соджу, а через несколько минут упала лицом в стол и не могла прийти в себя – как только ребята ни старались и чего только не пробовали. Мин Гю и Мён Су, как назло, очень торопились домой, Сан Хо и вовсе убежал одним из первых после важного звонка. Это в десять-то вечера! Пообещав друзьям, что не оставит ее в таком состоянии, Тэ Джун был и сам не совсем трезв, но все же, в отличие от Хи Джу, твердо держался на ногах… Правда, до тех пор, пока не потащил ее на своей спине. Ее адреса он не знал, сколько ни пытался спрашивать, поэтому просто понес к себе домой. И он дошел, вернее дополз, с увесистым телом на плечах. Кинув ее на кровать, Тэ Джун снял с себя куртку и повалился рядом, страдая от преждевременного радикулита.

Но на этом все не могло закончиться просто так – через полчаса пианистка проснулась и пришла в себя, но, к сожалению, не протрезвела. Заявив, что не привыкла спать в такой одежде, она начала раздеваться и раскидывать по комнате вещи, поэтому Тэ Джун стянул с себя футболку и набросил на нее, чтобы не щеголяла нагой. И даже потом ночь подготовила еще парочку сюрпризов: пару раз его ударили кулаком по лицу, пару раз ногой в живот и один раз выпнули с законного места на пол…

– Прости, – виновато поджала губы Хи Джу, дослушав рассказ. – Я же говорила, что не пью…

– Прости? – поднял он бровь и выпучил глаза. – “Прости”? Это все, что ты можешь сказать в свое оправдание? Да после ночи с тобой, меня будут посещать кошмары еще месяц! Откуда ты вообще свалилась мне на голову?

Он резко встал с кровати и тут же схватился за больную поясницу, что-то недовольно бубня себе под нос.

– Я искала тебя по просьбе профессора Кима. Он очень надеется, что ты вернешься и продолжишь учиться, – Хи Джу пыталась натянуть капроновые колготки под толстым слоем одеяла.

– Можешь передать, что не вернусь, – сказал Тэ Джун, слоняясь по комнате.

– Тогда может сам ему об этом и скажешь? – фыркнула она, все еще не оставляя попыток одеться.

– Нет, – отрезал он.

Хи Джу зашипела, поглядывая за ним краем глаза.

– Ладно, – вздохнула она. – Но мне очень-очень нужна твоя помощь с конкурсом!

Пианистка сложила руки в молитвенном жесте и изобразила жалобное лицо.

– Даже не начинай, – отмахнулся он и достал из куртки, которая валялась на полу, пачку с сигаретами.

– Но это вопрос жизни и смерти! Придут важные люди из музыкальных обществ, это же такой шанс попасть им на глаза! Я готова сделать все что угодно… Я даже сделаю все сама. Тебе просто нужно будет прийти в институт и подыграть мне. Один разок, ну?

– Нет, – снова коротко ответил он.

– Нет, нет, – перекривила она. – Ты вообще другие слова знаешь?

Тэ Джун сделал вид, что не услышал. Хи Джу вновь приуныла, наблюдая за тем, как он сел на диван и прикурил. Ему, может быть, и плевать, а вот что делать ей? Еще и занятия сегодня пропустила, первый раз в своей жизни, между прочим! Ах, что же на это скажет дядя?..

Дядя! Хи Джу не пришла ночевать домой, значит, дело дрянь. Дядя Хван поднимет такой скандал из-за ее отсутствия! Он, наверное, уже обзванивает все ближайшие больницы с моргами в ее поисках.

– Черт! – она рывком откинула от себя одеяло и включила максимальную скорость: вскочила с кровати и начала переодеваться, позабыв о стеснительности.

– Кстати, – сказал Тэ Джун, с ехидством поглядывая на неё. – Я и не думал, что ты настолько в меня влюблена…

В ушах резко зазвенело, и она, громко сглотнув, повернулась к нему в надежде, что послышалось.

– Ты сказала, что любишь меня. Весь вечер признавалась после каждой рюмки. Неужели я настолько неотразим? – ухмыльнулся он и довольно провел пятерней по растрепанным волосам.

Хи Джу тысячу раз про себя прокляла вчерашнюю ночь, хуже которой уже ничего не могло быть. Тэ Джун теперь знает о ее чувствах, будет болтать и потешаться с друзьями. Как она теперь будет смотреть им в глаза?

Не попрощавшись, она выскочила на улицу и помчалась домой, взывая о помощи ко всем Богам, каких только знала…

Дома Хи Джу подверглась подробному допросу где и как провела ночь, но перед этим дядя покричал, прочитал нотации и подметил то, что его дорогая племянница стала куда-то надолго уходить и уделять меньше времени игре на фортепиано.

Придумав по пути историю, она в красках рассказывала о своем путешествии и про встречу старых школьных друзей. Вообще-то, она не любила врать, и не особо умела, но перед дядей всегда откуда-то брался этот талант, который использовался, хоть их было-то: раз-два и обчелся. Но сегодня, признаться, был финиш – она впервые ночевала не дома, а в койке малознакомого рокера, от которого была без ума.

Когда дядя ушел на репетицию, Хи Джу со спокойной душой пообедала (наконец-то), а затем села за пианино в гостиной комнате, как обычно делала после занятий. Но что-то пошло не так: она постоянно сбивалась, отвлекалась под напором навязчивых мыслей. В голове были не до-ре-ми-фа-соль бемоль, а разукрашенный торс и темные глаза Ли Тэ Джуна.

– Да что б тебя! – с силой она надавила пальцами по клавишам, и на весь дом раздался режущий уши звук.

По-хорошему, стоило бы забыть встречу с прекрасным Черным Принцем, прошлую ночь и спокойно продолжать жить, но… Но нет! Она просто так не могла сдаться, после стольких стараний ради своей будущей карьеры. А ведь еще и сделку заключила с Сан Хо. Кстати, стоило бы узнать как продвигаются успехи.

Хи Джу схватила лежавший на краешке инструмента телефон и напечатала:

“Привет, сонбэ. Есть ли уже новости на счет того, о чем мы вчера договорились?”

Сан Хо, на удивление, быстро прочитал сообщение и ответил:

“Привет, Хи Джу. Пока нет, стоит немного подождать. Нужен подходящий момент.”

Это расстроило. И как долго нужно ждать? А вдруг так ничего и не получится?

Захлопнув крышку пианино, Хи Джу упала на диван и мечтательно заулыбалась. Ей до сих пор не верилось в то, что сегодня она спала рядом с Тэ Джуном. Просто спала, буквально в полуметре, а возможно, даже, ближе. А еще, она теперь знает где он живет. Значит, пока нет вестей от Сан Хо, придется действовать самостоятельно по плану “А”. Довольная собой Хи Джу вскочила и пошла собираться…

Глава 5

Постучав в знакомую дверь, пианистка терпеливо ожидала ответа, оглядываясь по сторонам. Но, к сожалению, внутри была тишина. Она достала из кармана телефон, посмотрела на время и облокотилась на стену. Что ж, ждать Тэ Джуна уже стало входить в привычку. Как и то, чтобы, коротая, напевать песенки под нос.

Ей повезло, потому что на этот раз пришлось потоптаться каких-то пятнадцать минут – из-за поворота появилась знакомая фигура. В черных джинсах и того же цвета высоких ботинках, в кожаной куртке с цепями. Тэ Джун держал в руках пакет из минимаркета, слушал музыку в наушниках, и, конечно, курил сигарету.

Увидев возле подвала Хи Джу, он с несчастным выражением лица простонал и попытался сделать вид, что не замечает ее.

– Тэ Джун! – она радостно помахала ему рукой.

Он специально сделал музыку громче, выудил из кармана ключи и с каменным лицом вставил их в замок. Открыл дверь, собрался спуститься и закрыть ее за собой, но Хи Джу, толкнув его к стене, проскочила и первая побежала вниз.

– Эй! – сердито крикнул он, в гневе срывая наушники.

Но ответа не последовало, поэтому Принц, хлопнув дверью, ринулся следом и узрел Хи Джу, которая сидела на его диване и невинно хлопала ресницами.

– Ты в курсе, что это частная собственность?

– О! Ты меня слышишь? – обрадовалась она. – Подвал, кстати, не может быть частной собственностью.

– Я плачу за него аренду, – его губы недовольно изогнулись.

– Ох, правда? Как неудобно получилось! – наигранно удивилась она и схватила со стола журнал. Полистала его и тут же захлопнула, залившись краской.

– Ты что, из этих… Сасэн²¹? Имей в виду, что я и полицию могу вызвать за вторжение!

– Хм, будет очень интересно, – прищурилась она. – Что ты им скажешь? Что одна из лучших студенток Института Современных Искусств с кристальной репутацией самовольно ворвалась к сомнительному рок-музыканту в подвал? Они, скорее, поверят мне, когда я скажу, что это ты меня сюда затащил.

Тэ Джун аж поперхнулся от такой наглости.

– Да что тебе нужно, черт возьми?

– Всего лишь помощь с конкурсным проектом.

– Сумасшедшая, – прошипел он и небрежно бросил пакеты рядом с ней на диван. – Зря теряешь время.

– Возможно, – подмигнула она и расслабленно откинулась назад. – Но я так просто не сдаюсь.

– Можешь ходить сколько хочешь, но у тебя ничего не выйдет, – добавил он, скинув с себя куртку.

– Именно это я и собираюсь делать, – широко улыбнулась она.

Тэ Джун уже пожалел о том, что сказал секунду назад, а Хи Джу полезла изучать пакет с продуктами.

– Ты ешь только рамён²²? Он же вредный! Хоть иногда бы питался нормально!

Тэ Джун показательно промолчал и потер пальцами переносицу.

– А зачем так много алкоголя?.. Сколько ты пьешь в день?.. На утро же дикое похмелье!.. Омо²³! А может у тебя депрессия? Ты поэтому так много пьешь?

– Да помолчи! – повысил он тон. – Ну почему ты такая шумная?

– Грубиян! – нахмурилась она, скрестив на груди руки.

У Тэ Джуна на скулах заходили желваки. Он подошел к дивану, вытащил из пакета бутылку соджу и бутылку пива, поставил перед ней на стол, а сам присел напротив.

– Из-за тебя мои планы на вечер полетели к чертям, поэтому тебе придется со мной выпить, – он достал парочку стаканов с полки под столом.

– А есть другие варианты? – со страдальческим лицом уточнила Хи Джу.

– Если составишь мне компанию, то я, может быть, подумаю над твоей просьбой.

– Серьезно? – оживилась она. – Правда подумаешь?

– Я же сказал “может быть”, – подчеркнул он и стал разливать: наполовину наполнил стаканы пивом, а потом до краев разлил туда соджу.

Пианистка взяла в руки стакан, снова поглядела на него и принюхалась. Сделала маленький глоток, скривилась и поставила на стол.

– Нет-нет-нет! – замотал он головой. – До дна!

Сделав глубокий вдох, она зажмурилась и героически осушила стакан. Лицо в ту же секунду скривилось в недовольную гримасу, а Тэ Джун на это коварно усмехнулся.

– Гадость какая! – Хи Джу почувствовала, как ноги вдруг стали легче, чем обычно. – И сколько надо выпить, чтобы ты подумал?

– Все, что я купил, – ответил он.

– С ума сошел? Тебе мало было вчерашней ночи?

Тэ Джун, чуть подумав, кивнул головой.

– Верно. Тогда сыграем?

– Во что?

– В пьяные игры.

– Ты забыл? Я не пью, поэтому не умею. Это будет не честно!

Тэ Джун закатил глаза.

– Да откуда ты вообще… Ну хоть “камень-ножницы-бумага” знаешь?

Она утвердительно кивнула.

– Значит, играем!..

После часа игры, улыбалась и смеялась уже не только Хи Джу, но и Тэ Джун, потому что с большим отрывом проигрывал. Ему пришлось выпить гораздо больше того, на что рассчитывал.

– Ты снова проиграл! – обрадованно вскочила с дивана Хи Джу, повертев зеленой крышкой от соджу у него перед носом. Ей удалось оторвать удочку в пробковой игре²⁴, в которую они решили сыграть как только бутылки опустели. Тэ Джун цокнул, стукнул кулаком по дивану, но спорить с правилами не стал и тут же осушил бокал до дна.

– Как же тут душно! Надо сходить прогуляться, ик! – пианистка помахала у себя возле лица руками и, пошатываясь, схватила пальто. Тэ Джун, на удивление, с ней согласился.

Он встал и принялся искать свою куртку по всему подвалу, пока Хи Джу пыталась справиться с дурацкими пуговицами. Провозившись с ними, как ей показалось, очень долгое время, она плюнула, затянув потуже шарф, да так, что чуть не задохнулась. Откашлялась и поднялась по ступенькам, придерживаясь за плывучие стены.

Тэ Джун вышел следом спустя минуту, а после еще пять ковырял в замочной скважине ключом, пытаясь попасть в отверстие.

– Куда идем? – спросил он, достав пачку сигарет.

– За мороженым! – ответила Хи Джу и, крепко схватив Тэ Джуна под локоть, вразвалочку с ним побрела к оживленной улице.

Глава 6

– Какое к черту мороженое?

– Банановое, – промурчала она, прижавшись к нему телом.

Хи Джу высматривала по сторонам розовую витрину и вела за собой Принца. Голова приятно кружилась, и периодически ее шатало из стороны в сторону, а Тэ Джун, как привязанный к ней маятник, качался вслед за ней.

Стоило ей заметить знакомые большие сине-розовые буквы, как она прибавила скорость и потащила его через толпу, задевая плечом прохожих. Растолкав нескольких человек в магазине, ожидающих своей очереди, она втиснулась в самое начало, и, наплевав на возмущения позади, уставилась большими глазами на Тэ Джуна.

– Чего? – недоумевал он.

– Мороженое! – потребовала она, дергая его за рукав.

Тэ Джун вдруг почувствовал себя очень неловко – люди продолжали негодовать, да и еще эта назойливая пианистка прилипла под боком. Только чтобы поскорее отсюда уйти, он достал из заднего кармана штанов парочку смятых купюр и протянул их бородатому мужчине за прилавком. И еще на всякий случай накинул на себя капюшон, воровато оглянувшись по сторонам.

– Банановое, – попросил он и еще сильнее согнулся под весом Хи Джу, рука которой тянула его вниз. – Эй, ккомтакчи²⁵! Ты отлипнешь сегодня от меня?

– Неа, – довольно высунула язык Хи Джу. – Сегодня точно не отлипну.

Тэ Джун удрученно вздохнул, забрал у продавца мороженое, небрежно всучил ей рожок и поспешил покинуть магазин.

– Тэ Джун, – сладко протянула она, прижимаясь головой к его плечу. – А я же говорила, что ты очень красивый?

– Раз десять за сегодня, – фыркнул он.

– Ах! Ну как с этим прекрасным лицом у тебя в комплекте такой ужасный характер? – спросила она и откусила мороженое вместе с вафлей. – Вот поэтому у тебя и нет хорошей девушки.

Тэ Джун покосился на нее, подняв бровь.

– У меня не поэтому ее нет. А потому что мне не нужны отношения.

– Правда? – удивилась она. – Это почему?

– Потому что с вами, девушками, много проблем. Вы слишком шумные.

Хи Джу обиженно надула щеки.

– Пффф! Как будто с вами легче! Думаете только одним местом.

– Эй! Не надо обобщать!

– Да кто бы говорил!

Парочка, шагая, сердито уставилась друг на друга, совершенно позабыв о том, что навстречу им тоже шли люди.

– Смотри куда прешь! – выругалась незнакомка, столкнувшись плечом с Хи Джу.

– А у самой глаза на затылке? – огрызнулась она и удивилась сама себе.

Вообще, Пак Хи Джу редко вступала в такие перепалки, считая, что легче извиниться и пройти мимо, чем раздувать ненужную никому ссору. Но сейчас в ее голове командовал выпитый алкоголь, поэтому, лишившись страха и, скорей всего, совести, она чувствовала себя как никогда смелой.

– Что ты сказала? – возмутилась та и отпустила руку мужчины, с которым шла.

Незнакомка принялась размахивать руками и кричать на всю улицу, обсыпая неприличными фразами Хи Джу, у которой глаза от такого словарного запаса становились все шире и шире.

– Эй, сумасшедшая, просто заткнись и иди дальше, – перебила ее Хи Джу и продолжила наслаждаться десертом.

– Заткнись? – оскорбилась она. – Ты это мне сказала? Щибальнё²⁶!

– А ну, повтори! – встала на дыбы Хи Джу. После такого-то обращения.

– Эй, Ккомтакчи, – одернул ее Тэ Джун. – Прекрати, извинись и пошли пить кофе.

Но Хи Джу пропустила его слова мимо ушей и сделала шаг вперед к невоспитанной девице, отпустив рукав, за который держалась всю дорогу. Тэ Джун, схватив ее за шарф, потянул обратно к себе.

– Заканчивай! – повторил он раздраженно и повернул ее лицом к себе.

– Тэ Джун?

Пианистка снова развернулась в сторону девицы, которая, кажется, была очень даже знакома с Черным Принцем. Он же стал присматриваться, пытаясь на пьяную голову понять, откуда знаком голос.

– Ох, черт! – поморщился он и закусил губу, когда вспомнил.

– Тэ Джун! – тон незнакомки поменялся с истеричного на мелодичный в долю секунды. Она подошла ближе, потеряв интерес к Хи Джу, и вообще позабыла о том, что в стороне стоял ее спутник, решающий важные дела по телефону. – Почему ты не перезвонил? Я так ждала!

Хи Джу мотала головой то влево, то вправо: то на Тэ Джуна посмотрит, то на эту разукрашенную слепую курицу. А когда та подошла к нему слишком близко и взяла за руку, то округлила глаза так, что, казалось, они у нее выпадут из орбит – настолько ее возмутила подобная выходка!

– Ын Ха, а что происходит? – послышался грубый бас над ухом.

Ростом с Тэ Джуна, но крупнее по телосложению, мужчина наскоро закончил свой телефонный разговор и подошел ближе. Тэ Джун понял, что дела совсем плохи, когда тот принялся разминать кулаки.

– Погоди, это что, с этим ушлепком ты развлекалась, пока я решал дела в Пусане²⁷? – спросил он, но его вопрос остался без ответа.

Разглядывая как эта выскочка “Ын Ха” держит Принца за руку, внутри Хи Джу разлилась кипящая лава. Поэтому, совсем не подумав, она подошла к сопернице и со шлепком влепила остатки мороженого ей в лицо. Вопль, который раздался после, наверное, долетел до самого Пусана.

– С ума сошла? – закричала в истерике Ын Ха, стирая с лица тональный крем в пять слоев вместе с мороженым.

– Руки не распускай! – ответила ей Хи Джу, отряхивая ладони с невозмутимым видом.

Мимо нее что-то промелькнуло, и Тэ Джун резко отлетел в сторону. Воспользовавшись тем, что все отвлеклись, вспыльчивый пусанский мужчина заехал ему кулаком по лицу. Тэ Джун устоял, сплюнул на асфальт кровью и резко протрезвел. Глаза у него моментально вспыхнули, и он тут же бросился в ответ.

Парни сцепились между собой, хватались за кожаные куртки друг друга, пока прохожие с криками отпрыгивали в стороны. Тэ Джун неплохо уворачивался от летевших на него тумаков, демонстрируя неплохие навыки в уличных драках. А его соперник, хоть и был медлительнее, но, так или иначе, превосходил в силе. Пусанец схватился за рукав Тэ Джуна, дал ему коленом в живот, и он согнулся. Хи Джу, наблюдавшая со стороны, не могла позволить этому громиле нанести следующий удар, поэтому шустро подскочила сзади и со всей силы пнула сапогом ему между ног.

Раздался вопль во второй раз, уже хриплый и низкий. До Хи Джу долетели обрывки ругательств на диалекте, но разобрать их было сложно, потому что его хорошо подкосило – он схватился за драгоценное место руками и рвано дышал от болевого шока. Она осталась безмерно горда собой, потому что Тэ Джун, наконец, был в безопасности. Но, не так надолго, как бы хотелось. Мало того, в опасности оказалась она сама, когда пусанец с красным от гнева лицом нацелился на нее, чтобы проучить.

У Тэ Джуна резко включился джентльменский инстинкт, как только он увидел, куда направилась эта гора с мышцами, и заехал ему со всей силы по щеке. Брызнула кровь – кольца у Принца сработали как верные кастеты. Все началось по-новой, когда они снова вцепились друг другу в куртки.

Хи Джу подбежала к Ын Ха и схватила ее за волосы, решив отомстить, раз уж подвернулся случай поучаствовать в уличной драке. А то, кто его знает, когда она еще сможет так весело провести время?

Но, откуда не возьмись, послышались сирены полицейских машин, быстро приближающихся на место драки. Ли Тэ Джун все никак не мог отвязаться от назойливого ревнивого бойфренда бывшей подружки, чтобы убежать, а Пак Хи Джу даже не придала этому большого значения, не понимая чем все это может обернуться…

Глава 7

Отрезветь получилось быстро, еще в машине. А теперь Пак Хи Джу сидела с краю на темном жестком диванчике в полицейском участке, поглядывая на Тэ Джуна, который развалился в противоположной стороне. Он почти лежал, широко расставив ноги, и нервно теребил спутавшиеся волосы.

Несмотря на то, что Хи Джу оказалась в полицейском участке за нарушение общественного порядка впервые, нервничала она вовсе не из-за этого, а из-за Тэ Джуна, который был очень и очень зол. Приходилось сидеть тихо, резко не шевелиться и не издавать звуков, чтобы бомба замедленного действия в метре от нее не рванула на все здание.

В это же время прямо перед ними за столом сидел юный хорошо сложенный офицер, который записывал показания господина Нам с рассеченной щекой. Ын Ха сидела рядом: вооружившись миниатюрным зеркалом, она вытирала расплывшуюся по лицу тушь и разыгрывала трагедию. При виде нее у Хи Джу на языке вертелась словесная гадость, высказать которую, она, конечно же, в трезвом уме позволить себе не могла.

– Этот мелкий ублюдок, – пусанец ткнул пальцем в Тэ Джуна, – спал с моей девушкой! Да я еще мало ему врезал!

– Господин Нам, прошу воздерживаться от оскорблений, – в который раз повторил ему полицейский, постукивая ручкой по столу.

– Я же не виноват, что у тебя в штанах ничего нет, кроме кредитки, – кинул в его сторону Тэ Джун. Кажется, от стресса он совсем потерял инстинкт самосохранения.

Господин Нам встал, опрокинув стул, и сжал добела кулаки.

– Ах, ты-ж, кусок мусора! – оскорбленный, он снова бросился к нему.

Хи Джу тут же вскочила с места, заслонив собой Тэ Джуна, но господин Нам, на ее счастье, даже не успел добежать до дивана – его тут же повалили на пол офицеры, скрутили, надели наручники и увели куда-то за угол в другое помещение.

– Такая смелая? – спросил Тэ Джун.

– Что? – обернувшись, переспросила она.

– Если бы ты меньше размахивала руками, то нас бы здесь не было, – ответил он и резко перевел на нее взгляд из-под нахмуренных темных бровей.

– Мне бы не пришлось, если бы ты меньше спал с кем попало.

Глаза Тэ Джуна грозно сверкнули. Он провел языком по корочке запекшейся крови на губе, на скуле багровел синяк, над бровью, как и на костяшках пальцев, блестели свежие ссадины. Ему, конечно, хорошо сегодня досталось. Но ведь и она не сидела без дела – в кармане лежал трофей в виде клока черных женских волос, которые оказались нарощенными. Да и вспомнить как господин Нам почти опустился перед ним на колени благодаря ее смекалке. Хи Джу обиженно отвернулась и снова села от него подальше, на самый-самый край.

– Ох, Ли Тэ Джун, Ли Тэ Джун, – обратился к нему полицейский за столом. – Давно не виделись! А я, признаться, уже начал волноваться.

Парень в форме широко улыбнулся, выпрямился, после чего перевел внимание на Хи Джу, невинно хлопавшую ресницами.

– Госпожа Пак, – продолжил он. – Вас-то как угораздило связаться с ним? Вы же, вроде бы, выглядите прилично. Пак… Хи Джу? – прочитал он имя на пластиковой ID²⁸.

Она кивнула головой, но окинула его коротким презрительным взглядом, ибо не ему судить с кем ей водиться.

– Ну, что же, – подытожил офицер, – на первый раз обойдемся предупреждением, но в следующий – придется уже отвечать по всей строгости закона и заплатить штраф. Не думаю, что вам, госпожа Пак, нужны проблемы в институте. Тэ Джун, тебе стоит поблагодарить подругу.

Но Тэ Джун, громко фыркнув, показательно отвернулся в сторону.

– А теперь, госпожа Бэк Ын Ха, пообщаемся с вами, – полицейский обратился к девушке, надувающей пузыри из соплей.

– Хи Джу! – закричал кто-то громко до боли знакомым голосом, и пианистка испуганно округлила глаза.

На пороге застыл дядя Хван, переводя дух после нелегкой для его возраста пробежки. Волосы у него на лбу слиплись от пота, губы плотно сжались, на груди перекрутилась лямка от чехла со скрипкой, накинутой в спешке. Узрев любимую племянницу, он бросился к ней.

– Ах, ты ж, негодяйка! – господин Пак принялся лупить ее маленькими ладонями по чем попало и до куда мог дотянуться.

Хи Джу вскочила с места и стала бегать между столами, чтобы избежать участи быть наказанной прямо в участке. Весь состав дежурных офицеров, наблюдая за ними, посмеивался, а Тэ Джун, подняв пятую точку с дивана, решил вмешаться и ходил следом за господином Паком.

– Аджосси²⁹, не бейте ее! – вступился он, схватив его за край куртки. – Она просто выпила сегодня лишнего.

– Что? – возмутился дядя Хван. – Так ты еще и пила? Ну, держись!

Поняв, что сболтнул лишнего, Тэ Джун закусил губу и тут же согнулся, получив под дых от господина Пака.

– Аджосси, – говорил он, пытаясь выпрямиться. – Не ругайте ее!

– Да какой я тебе аджосси? – дядя Хван остановился и поднял голову на парня, который вырос прямо перед ним. Он просканировал его снизу вверх, оценив крашеные волосы, подведенные глаза, одежду как у последнего бродяги из подворотни. Господин Пак пришел сначала в ужас, а потом в крайнюю степень негодования. – А ты еще кто такой? А что на тебе надето?

Тэ Джун резко побледнел.

– Какой позор! – брызгал слюной дядя. – Это с ним ты болталась весь вечер?

Крепко схватив племянницу за рукав, уже не знавшую куда себя деть от стыда, господин Пак обратился к молодому полицейскому за столом:

– Офицер, мы же свободны?

– Конечно, – еле сдерживаясь от смеха ответил тот, протянул ему ID студентки и указал рукой в сторону выхода.

Дядя Хван потащил за собой Хи Джу, которая прикрывала ладошкой лицо и еле за ним поспевала, но тут же встретилась лбом с дверным косяком и столкнулась с влетевшим в помещение Сан Хо, который, отвесив им поклон, поспешил внутрь.

– Не отставай, – командовал дядя, ускоряя шаг и не оглядываясь на племянницу. – Ну, я тебе дома покажу!

Добравшись до дома, господин Пак набирал пароль на входной двери, пока Хи Джу, приготовившись ко всем наказаниям на свете, терпеливо и молча ожидала своей участи.

– Надо же, – не переставал возмущаться он, – как испортилась! А с кем повелась? Айгу³⁰! На него даже смотреть противно, тьфу!

Для пущей убедительности он плюнул в пол и, надавив на ручку, распахнул дверь, из-за которой вырвался запах гари.

В гостиной играла танцевальная поп-музыка, в коридоре витал дым, а из кухни пахло жареным кимчи³¹. Ну, или тем что от него осталось.

– Вернулись, наконец! – показалась из гостиной фигура пожилой дамы с ярким лавандовым цветом волос.

– Бабуля? – только и успела промямлить Хи Джу, наблюдая за тлеющей в руках женщины сигаретой…

Глава 8

Застыв на пороге, дядя Хван и Хи Джу с изумлением смотрели на женщину, опирающуюся о косяк двери в гостиной. Она сделала затяжку, с особым наслаждением выдохнула дым, а затем без смущения стряхнула пепел на деревянный пол.

Короткие волосы, чуть прикрывающие увешанные сережками уши, на руках несколько серебряных колец с разноцветными камнями и кричаще-красного цвета ногти; в потертых джинсах и черной растянутой футболке с группой “H.O.T.”³² в их лучшие годы (когда в моде еще были те странные прически).

– Мама! – завопил дядя Хван, схватившись за голову.

Толкнув племянницу в дом, он захлопнул дверь и швырнул верхнюю одежду на близ стоящее трюмо. Хи Джу скинула обувь, закрыла руками нос и побежала по лестнице на второй этаж открывать окна.

– Ох, Хван, не ори! И так голова гудит, лучше поищи мне таблетки, – бабуля вернулась в гостиную, где на пианино ее ожидала початая бутылка макколи³³ с алюминиевой чашкой. – Знаешь кого я встретила в автобусе по пути в Сеул? Эту пройдоху Мин Сук! И она еще жива, стерва! Пришлось с ней пить в том миленьком ресторанчике возле Аняна³⁴, куда мы с тобой ходили в прошлом году. Ну, ты же помнишь?

Дядя Хван крякнул ей в ответ что-то невнятное, бегая в панике по квартире.

– Да она от зависти чуть не задохнулась, пока жевала саннакчи³⁵! Я ей про вас рассказала… Хван, ты какой-то нервный. Айгу, совсем не рад меня видеть?

Господин Пак истерично усмехнулся. А может быть, наоборот, всплакнул.

– Как знала, как знала! Вы же без меня тут совсем со скуки помрете, – рассмеялась она и затушила окурок в цветочном горшке.

– Действительно, – с сарказмом вставил он, убирая с Блютнера все то, что его оскверняло на кофейный столик рядом. – Тебя только тут не хватало, Хи Джу и так уже пошла по наклонной…

– Ах, наша милая, наша яркая Звездочка Хи Джу! – с нежностью в голосе произнесла она. – А что сделала моя любимая внучка?

Дядя Хван носился с освежителем по всей комнате, пытаясь избавить жилище от запаха не то табака, не то спаленного до углей кимчи.

– Пила и гуляла с испорченным до мозга костей мальчишкой! Ужас! – негодовал он, размахивая руками.

– Айгу! Какая радость! – обрадовалась бабушка, сложив руки в замок. – Неужели у нее, наконец-то, появился молодой человек? Да еще и нормальный! Хи Джу!

Не прошло и минуты, как Хи Джу залетела в комнату.

– Звездочка моя! – припала она к внучке, обнимая ее за плечи. – И кто этот счастливчик, про которого он говорит? Давно встречаетесь? Я хочу знать все-все!

– Все не так, – замотала головой Хи Джу. – Дядя как всегда преувеличивает. Мы просто гуляли.

– В полицейском участке? – господин Пак остановился, упер руки в бока, а затем резко выбежал из гостиной.

– Я же уже объяснила, это была самозащита! Мы не лезли в драку первыми! – протестовала она, а затем перевела взгляд на бабулю. – Тэ Джун и я делаем вместе проект к конкурсу.

– Проект по пьянству? – послышался громкий голос с кухни. – Что бы я его даже близко с тобой больше не видел!

Бабуля недовольно цокнула в его сторону и махнула рукой – что с него взять? Совсем ничего не понимает в женских сердечных делах.

– Красивый? – шепотом спросила бабуля.

Рот Хи Джу непроизвольно растянулся в широкой улыбке.

– Очень красивый! – вполголоса ответила она, залившись краской.

Бабуля аж подпрыгнула на месте от радости и чуть не завизжала на весь дом, но вовремя прикрыла ладошкой рот.

– Я-то уж боялась, что в сорок лет ты выйдешь замуж за этот кусок дерева, – она постучала по крышке пианино. – Я хочу с ним познакомиться. Приводи его завтра же к нам!

– Не думаю, что смогу, – с досадой сказала Хи Джу также тихо, боясь, что их разговор подслушивает дядя. – Мы не встречаемся.

– Так он тебе нравится? Или нет?

– Конечно нравится, но… Он… Он такой красивый, знаменитый, стильный, а я… Это просто невозможно!

Лавандовая бровь бабушки подпрыгнула вверх.

– Это кто же тебе вдолбил такую дикую глупость? – фыркнула она.

Она подвела внучку к дивану, вместе с ней присела и взяла ее за руки.

– Звездочка, этот мир такой скучный, если жить в нем по правилам, которые когда-то кто-то придумал. Я больше чем уверена, что придумали их те, у кого просто ничего не получилось. Это я тебе говорю как Хан Со Ра!

Эх, ей бы столько уверенности, сколько она видела у бабушки.

– Очень сомневаюсь в том, что я ему хоть как-то интересна, – грустно вздохнула Хи Джу.

– А ты уже спрашивала?

– Спросить? Вот так в лоб? Ну, нет, у меня не хватит на это смелости.

– У тебя-то? – нахмурилась бабуля. – А ты точно моя Хи Джу?

Хан Со Ра прищурилась. И ее глаза, неровно подведенные темным карандашом, почти совсем скрылись из виду.

– Я даже не припомню случая, когда моя Пак Хи Джу так легко опускала руки. А сейчас, когда дело касается любви, ты просто так сдашься?

И правда, Хи Джу всегда шла до конца – вгрызалась в учебники и сдавала на отлично экзамены, до потери сознания бежала школьные марафоны, лучше всех продавала черствое печенье на фестивалях. Но почему совсем по-другому с чувствами?

– Ах, это сложно! – выдавила она.

– Языком до локтя достать сложно, – с деловитым видом сказала бабуля. – А все потому, что он предназначен для других целей. Ты даже не представляешь, сколько бы в мире решилось проблем, если бы люди стали больше разговаривать.

Со Ра легонько похлопала ее по плечу. Как же много в ней было теплоты и заботы, которой порой так не хватало Хи Джу. Ее лицо, покрытое мелкой сеткой морщин, не было затуманено тревогами, темные глаза всегда излучали уверенность. Она еще не встречала в жизни человека, настолько влюбленного в жизнь, как ее бабуля Со Ра. Ей можно было рассказать обо всем, несмотря на полувековую разницу в возрасте.

– Я попробую, – неуверенно сказала Хи Джу.

– Ну и прекрасно! – оживилась Со Ра и встала с дивана. – Пойду, теперь поболтаю с любимым сыном… Хван, а где мои деньги?

Бабушка ушла на кухню и начала о чем-то спорить с дядей, а Хи Джу поплелась к себе в комнату на второй этаж, чтобы предаться отдыху после тяжелого и длинного дня. Свалившись на кровать, она услышала, что на телефон пришло сообщение.

“Встретимся завтра в кафе в 6 вечера. Тэ Джун”.

Короткое, но такое волнующее послание, от которого сердечко забилось чаще, и Хи Джу попыталась как можно скорее уснуть, чтобы наступило то самое “завтра”.

Глава 9

Прибыв на место встречи, Хи Джу взяла кофе и принялась терпеливо ждать. Она целый день не могла усидеть на стуле, наблюдая за дурацкой медленной стрелкой на часах. А потом еще четыре часа вертелась у зеркала, перемерив пол гардероба и рисуя тонкие линии над веком.

– Уже здесь? – вырвал ее из мыслей знакомый низкий голос.

Тэ Джун присел напротив, а Хи Джу, уставившись на него влюбленным взглядом, улыбнулась. Сегодня он был особенно прекрасен – уложенные вьющиеся волосы, на веках блестели темные переливающиеся золотом тени, пухлые губы соблазнительно приоткрыты. Ах, настоящий Черный Принц! Уже и плевать, что он опоздал на каких-то тридцать минут.

– Я согласен сделать с тобой проект, – сразу к делу перешел он.

Хи Джу непроизвольно открыла рот и несколько раз поморгала, не веря своим ушам.

– Что? – на всякий случай переспросила она, ну а вдруг ей это все померещилось.

– Я помогу тебе с проектом, – повторил он, поправив волосы. – Но за одну услугу. Ты, помнится, говорила, что готова сделать все что угодно?

Язык Хи Джу – враг Хи Джу. Скоро она так задолжает услуги каждому встречному в Сеуле. Хоть рот скотчем заклеивай.

– И что ты хочешь?

– Поможешь сдать экзамены.

Хи Джу уронила челюсть на стол. Какой-то странный сегодня день. Кажется, по новостям с утра что-то передавали про сильные магнитные бури.

– Экзамены? Ты же говорил, что тебе плевать.

Тэ Джун потеребил в ухе серебряную сережку в виде креста, пытаясь сообразить, как короче ответить на вопрос.

– Планы поменялись. Так что, согласна? – спросил он, поглядывая на часы. – Я тороплюсь, решай быстрее.

Да это же праздник как-то! Она не только выступит с ним на конкурсе, но и еще сможет его видеть гораздо чаще.

– Согласна! – сверкая от счастья, сказала она. – А ты куда?

– На выступление. Сегодня же суббота, или ты забыла? – Тэ Джун недовольно покосился на нее, встав из-за стола.

– Точно, – хлопнула она себя по лбу. – А я ведь могу прийти?

– Как хочешь, – пожал плечами он и, развернувшись, быстрым шагом поспешил удалиться.

Значит, помощь с экзаменами. Миссия, на первый взгляд, казалась невыполнимой. Он же почти не посещал занятия в учебном году, не говоря уже о том, чтобы что-то учить. Она достала телефон и записала все то, что понадобится: лекции, учебники, тесты… Ох, да как вообще протянул до третьего курса?

Когда кофе было выпито, Хи Джу поспешила в район Хондэ, чтобы успеть на концерт. Она купила билет и встала ближе к толпе фанатов, ожидавших открытия дверей клуба “Бла-Бла”. Большинство из них, конечно же, составляли девушки: стильные, красивые, в кожаных куртках, плащах, в обуви на высокой платформе. Пестрели волосы всех цветов и оттенков – синие, зеленые, красные, фиолетовые, черные, радужные. Хи Джу взглянула на свое светло-голубое пальто, на носки белых сапог, на маленькую бежевую сумочку через плечо. Поставь любую из них рядом с Тэ Джуном, они бы смотрелись гармонично. А поставь рядом с ним ее, Пак Хи Джу, все бы только рассмеялись.

– Леди, а ты не ошиблась адресом? Библиотека, вообще-то, в другой стороне, – с ехидством спросила девушка позади.

– Нет, – ответила Хи Джу и пожалела, что перед концертом не догадалась выпить пару рюмок соджу для храбрости. Тогда бы точно смогла подсказать нахалке верную дорогу.

Хи Джу вдруг впервые стало не по себе. Нет, она и раньше слышала похожие комментарии в свой адрес, когда приходила сюда, но никогда не обращала на них внимания. Ей просто нравилось ходить и слушать его. Она была рада тому, что может любоваться им издалека.

Когда открылись двери, Хи Джу нагло растолкала фанатов, одной из первых залетела в клуб и безумно была горда собой, потому что успела занять место у сцены, в третьем ряду. А когда клуб заполнился, то свет погас, и толпа взревела от криков.

Первые сорок минут, как обычно, играли две другие группы. Она видела их впервые – новички, которые часто менялись. Последними выступали ребята из “Черной Розы”, потому что были самыми популярными, и большинство людей приходили слушать именно их. Они выделялись красивыми и сложными гитарными соло, которые почти всегда исполнял сам Тэ Джун.

– Добрый вечер! – наконец раздался голос из темноты, который она могла узнать из тысячи других. – Сегодня вечером с вами группа “Чёрная Роза”. Начнем!

С первым ударом барабанов вспыхнули софиты, громко заиграла музыка и на сцене предстали четверо прекрасных парней. Дыхание у Хи Джу перехватило, адреналин погнал кровь по венам, заставляя сердечко бешено колотиться от волнения. “Shine for you” – как же она любила эту песню, которую они часто играли первой. Ведь именно она покорила всех, кто сейчас стоял в зале и подпевал, включая и ее саму. Знавшая наизусть слова, она приковала взгляд к сцене и легонько шевелила губами.

Тэ Джун, конечно же, был самой яркой и главной звездой вечера. Сколько она помнила его выступления, он всегда тщательно подходил к своему сценическому образу. И сегодня не стало исключением – черная кофта-сетка на голое тело, узкие штаны с портупеей и ботинками на платформе. Длинные пальцы ловко и быстро перебирали струны синей гитары, а глубокий баритон заставлял тело приятно покрываться мурашками. Ни у кого в зале не было сомнения в том, что Ли Тэ Джун был рожден для того, чтобы сиять на сцене.

Ах! А какой у него взгляд – холодный, проницательный, сдержанный. Встретившись с ним глазами, Хи Джу вдруг показалось, что он ей подмигнул, хотя скорей всего это было ее воображение и сверкающие повсюду софиты.

Здесь же был и великан Мён Су, динамично лупивший длинными палочками по медным тарелкам. Вместо широкой толстовки на нем была темная футболка по размеру, светлые обтягивающие джинсы, а черные густые волосы взъерошены. Ходил по сцене и обаятельный макнэ Мин Гю – в разодранной разноцветной жилетке с шипами и кокетливой улыбкой на устах. У этого парня определенно был свой круг фанатов, который по большей части состоял из девушек постарше.

А перед Хи Джу… Она сначала не поняла и не признала того, кто стоял на сцене перед ней, поэтому внимательно присмотрелась и широко раскрыла от удивления рот… Сан Хо? Да не может такого быть! Разве этот парень в драных джинсах и в свободной майке мог быть ее сонбэ? Да еще и с татуировками на груди и руках! В голове у нее словно что-то сломалось, а взгляд застыл до той поры, пока сонбэ в знак приветствия не помахал ей со сцены рукой. И толпа позади взревела от его внимания.

Как только закончилась финальная песня, исполненная “Черной Розой” на бис, Принц, промокнув пот со лба белоснежным полотенцем, швырнул его в зал в сторону Хи Джу. Она, совершенно не собиравшаяся ловить драгоценный трофей, оказалась в эпицентре жестокой борьбы. Визжащие девушки буквально повалили ее на пол, раздирая тряпку на кучу маленьких частей. Тэ Джун замешкался и уже был готов спрыгнуть, чтобы спасти Ккомтакчи, но Сан Хо отреагировал быстрее – он моментально оказался внизу, а за ним, будто из стен, выросли шестеро мужчин, да каждый размером с большой добротный шкаф, освобождая путь. Они, растащив фанатов, сжали кольцо; в зале стало непривычно тихо, когда Сан Хо подхватил ее на руки и понес в гримерную. А остальные ребята, вежливо попрощавшись с залом, удалились…

– Эй, Хи Джу, ты жива?

Она подняла тяжелые веки и увидела напротив себя Сан Хо. Все те же подведенные темным цветом глаза, на оливковой коже плеча улыбался карточный джокер, по груди струились цветочные узоры, уползая куда-то под майку. Значит, ей не приснилось. От такой близости и его пристального взгляда стало неловко, поэтому она повернула голову в сторону и осмотрелась – знакомое мрачное помещение с тусклым светом на потолке, где повсюду валялись обертки от еды, пустые бутылки, бумажные стаканы. А сама она лежала на стареньком прожженном от сигарет диване, из которого норовились в любую минуту выскочить корявые пружины.

– Ну слава богу, – с облегчением выдохнул Сан Хо и поднял голову на друга, стоявшего около стены с отстраненным видом. – Тэ Джун, не делай так больше, в следующий раз все может закончиться печально.

Тот недовольно цокнул и достал из кармана телефон, изображая занятость.

– Как себя чувствуешь? – Сан Хо протянул бутылку с водой.

Хи Джу привстала и сделала глоток.

– Как с войны, – пошутила она.

– Нунним просто потеряла сознание от Тэ Джуна, – воскликнул Мин Гю на всю комнату. – Она же в него влюблена!

– Хи Джу, не переживай, каждый концерт кто-то да падает из-за него в обморок. Сегодня эта честь выпала тебе, – пошутил великан, покрутившись на стуле.

Как же ей хотелось сейчас провалиться сквозь этот диван куда-то в темное и очень глубокое место, чтобы не лежать здесь, сгорая от стыда. Дурацкий соджу, от него одни проблемы.

– Давайте не будем об этом, – попросила она, прикрывая пылающее лицо ладошками.

– Нунним, а пойдем с нами выпьем? – предложил Мин Гю, присев к ней на диван. – Мы после концерта всегда отмечаем выступление.

Хи Джу, вспомнив чем все закончилось в прошлый раз, быстро и отрицательно замотала головой. Не хватало еще что-то выболтать и снова очутиться в чужой постели.

– Никакого алкоголя, – ответил вместо нее Сан Хо. – Сегодня ей нужен хороший отдых.

– А ты, хённим³⁶? Пойдешь с нами? – надул губы макнэ.

– Я провожу ее домой. Так что сегодня без меня.

Сан Хо привстал с дивана, достал из кожаной сумки свитер и зашел за ширму, чтобы переодеться.

– Предатель, – проворчал Мин Гю и повернулся в другую сторону. – Хён, ну ты же нас не бросишь?

– Я тоже пас, – ответил Тэ Джун, застегивая чехол гитары. – Я буду готовиться к экзаменам…

В комнате повисла мертвая тишина, и все, кроме Хи Джу, мигом развернули головы в сторону Тэ Джуна.

– Погодите, – первым нарушил молчание Мин Гю. – Все это слышали? Или только у меня какие-то проблемы со слухом?

– Я тоже это слышал, – пробасил удивленный Мён Су.

– Так, внимание, это массовая галлюцинация. Здесь кто-то распылил газ, нужно срочно эваликурироваться!

Тэ Джун закатил глаза и, закинув на плечо гитару, ответил:

– Корейский учи, балбес! Да, я буду заниматься. А тебя, – указал он пальцем на Хи Джу в полу-лежачем положении, – жду завтра днем у себя.

– Еще один предатель, – обиженно кинул взгляд на дверь Мин Гю, когда она закрылась за Тэ Джуном. – Скоро мы будем встречаться только в видеочатах на Соллаль³⁷… Мён Су?

Великан устало потрепал себя за волосы.

– Ну как я могу тебя оставить? Чтобы ты потом всю ночь ревел в подушку…

Мин Гю вскочил с дивана и стал танцевать посередине комнаты от счастья, что не придется пить в одиночестве. Сан Хо же поманил за собой Хи Джу, и они вышли из здания через черный вход.

По субботам район всегда пестрел яркими огнями до самого рассвета. Острые и пряные запахи ползли по улицам от стоек с горячей едой, возбуждая аппетит. Слышалась музыка из колонок – то выступали начинающие музыканты и артисты, собирая вокруг себя любопытную толпу с надеждой на признание и аплодисменты. Да и люди были повсюду – ходили по тротуарам, стояли в очередях в известные клубы, наслаждались едой и делились друг с другом новостями в переполненных ресторанах и кафе. Хондэ всегда оживал ночью.

Хи Джу и Сан Хо свернули с главной улицы на соседнюю, где людей было меньше, и неторопливо брели в сторону автобусной остановки. Рядом с ней теперь шагал привычный ей сонбэ. Он переоделся, расчесался, смыл с себя макияж и стал снова похож на обычного студента Института искусств – в простой неприметной куртке и бас-гитарой за спиной.

– Сильно испугалась? – спросил он.

– Если честно, то даже не успела. Все случилось так быстро, что… Ну а потом удар и темнота.

Хи Джу дотронулась пальцами до небольшой шишки на голове и, почувствовав легкую боль, зашипела.

– В следующий раз будь осторожнее, – сказал он, оглядываясь по сторонам. – О! Мое любимое кафе.

Сан Хо остановился напротив стеклянной двери, на которой висел плакат с сезонными предложениями.

– Я надеюсь, ты не откажешься от чашки кофе с десертом из сладкой картошки? Тут ее готовят просто отменно.

Прозвучало заманчиво, поэтому она кивнула, и они вошли. Сан Хо быстро сделал заказ и предложил присесть на втором этаже, где было гораздо уютней, да и вид на улицу лучше. Он выбрал столик возле окна, над которым было густое искусственное дерево, увешанное крохотными сияющими огоньками. И как только Хи Джу сняла с себя пальто и присела в кресло, парень накинул ей на плечи плед, а сам, сбросив с плеча гитару, приземлился напротив.

– А зачем плед? Не холодно же.

– Это создает домашнюю атмосферу, не так ли? – подмигнул он и принялся нарезать картофель на мелкие части.

– И правда, – согласилась она, после чего сильнее в него закуталась.

Мягкая, горячая, с золотистой корочкой, приправленная цветочным медом и специями – только от одного вида рот наполнился слюной, поэтому Хи Джу угостилась первой и, прожевав, прикрыла веки от удовольствия.

– Это очень вкусно!

– Я же говорил, – улыбнулся Сан Хо. – В детстве мама часто готовила сладкую картошку, поэтому я ее очень люблю. А еще здесь очень удобно заниматься.

Хи Джу сделала глоток черного кофе. Сан Хо же отдал предпочтение молочному капучино.

– Сонбэ, я бы никогда не подумала, что ты можешь играть в рок-группе, – сказала она и схватила последний кусочек с тарелки.

– Правда? – слегка удивился он, смотря на нее. – И почему же?

– Не знаю. Ты выглядишь слишком… Как бы лучше сказать… Правильным? Примерным? А твой макияж и татуировки… Если честно, я была в шоке!

Сан Хо рассмеялся, обнажив зубы. Он уронил локти на стол и придвинулся ближе.

– Мне не идет?

– Идет, даже очень, – ответила она, убирая прядь волос за ухо. – Просто

очень… Неожиданно.

– Тогда все в порядке. Люблю удивлять людей.

Хи Джу, заметив как смотрит на нее Сан Хо, засмущалась. На этаже кроме них уже никого не было, и с приглушенным светом в зале эта обычная, казалось бы, встреча, начала напоминать свидание.

Сан Хо ей всегда нравился. Нет, не как парень, а как наставник. Рассудительный, спокойный, умный, с ним было приятно пообщаться или спросить совет. Да и чего скрывать – Сан Хо был привлекательным. Сейчас он сидел перед ней в теплом светлом пуловере, который идеально сочетался с его темно-каштановым цветом волос. Дать бы ему сейчас тапочки вместо ботинок, то парень стал бы точно выглядеть совсем по-домашнему.

– И как давно играешь в группе? – спросила Хи Джу.

– Лет пять, кажется, – ответил он. – Мы тогда еще с Тэ Джуном учились в школе.

– Вы ходили в одну школу?

– Да, но я был на класс старше. Тэ Джун перевелся к нам и поначалу был очень хмурым и неразговорчивым.

Хи Джу непроизвольно наморщила нос.

– Ты сказал об этом почему-то в прошедшем времени. Он и сейчас такой, разве нет?

– Ох, нет-нет, он стал гораздо добрее, поверь, – поспешил возразить он. – У Тэ Джуна было тяжелое детство, поэтому не стоит его строго судить.

У Сан Хо был мягкий, в меру низкий голос. А когда он улыбался, то на правой щеке у него появлялась милая ямочка. Если бы Хи Джу пришлось описать его одним словом, то она бы не задумываясь ответила “теплый” или “уютный”. Совершенная противоположность Тэ Джуну.

– Вы настолько разные, что я совсем не могу представить то, как вам удалось сдружиться.

– Все просто, – махнул рукой Сан Хо и улыбнулся. – Мы подрались.

– Подрались?

– Как-то после занятий мы решили выяснить отношения. В итоге: я с разбитым носом, а он с подбитым глазом, разговорились и пошли пить лимонад в парк… Видела бы ты лицо моей мамы, когда потом мы пришли ужинать ко мне домой!

– Как сложно! – рассмеялась Хи Джу. – Хорошо, что в женской дружбе по-другому. Одной должен нравится G-Dragon³⁸, а другой Тэ Янг³⁹.

– В этом есть смысл, – согласился он. – Значит у тебя с подругами разный вкус на парней?

– С подругой, – поправила она. – После школы она уехала учиться в Америку, а когда я поступила, то была слишком занята учебой, чтобы заводить новые знакомства.

– Понимаю, – кивнул он. – И тебе не одиноко из-за того, что она далеко?

Хи Джу задумалась. Определенно она знакома с этим чувством. Все его испытывают, вне зависимости от того, сколько людей записано в телефонных контактах.

– Может… Иногда? – неуверенно ответила она. – Но в этом случае я просто сажусь играть. Когда вспоминаешь о своей мечте, то с грустью справиться легче.

Сан Хо улыбнулся, пригубил кофе и перевел взгляд в окно, где кипела ночная жизнь, а здесь, в кафе было тихо и спокойно, словно в другом мире.

– Сонбэ, – обратилась она к нему, и парень тут же плавно повернул к ней голову. – Ты же знаешь, что Тэ Джун согласился мне помочь с конкурсом? Вчера я видела тебя в участке. Это ты?

– Я ведь обещал, – ответил он.

– Как у тебя получилось?

Карие глаза Сан Хо как-то загадочно на нее посмотрели.

– Это не важно. Разве недостаточно того, что ты подготовишь проект как хотела?

– Да, но я должна тебе желание. Что ты хочешь?

– Всему свое время, Хи Джу, обсудим позже, – ответил он и встал из-за стола. – Уже поздно, пойдем!

Сан Хо подал ей пальто, одел куртку, повязал вокруг шеи шарф и накинул на плечо гитару. И парочка, покинув кафе, быстро затерялась на улице в толпе…

Глава 10

Погода стояла прекрасная. На ясном безоблачном небе сверкало солнце, освещая мягким светом просыпающийся город и пожелтевшие верхушки деревьев. Осенняя листва стелилась ярким ковром под ногами, переливаясь яркими красками – медным, золотым, алым. Ветер, легкий и ласковый, трепал волосы Хи Джу, собранные в густой высокий пучок на макушке и разносил по округе запахи кофе, свежеиспеченного хлеба и сливочных круассанов из французской кофейни; доносился аромат жареных каштанов, которые готовил за передвижной стойкой седовласый аджосси.

Хи Джу шла по улице и мечтательно оглядывалась по сторонам в приподнятом настроении. Даже если бы сегодня случилось землетрясение с наводнением, с ее лица бы не сошла эта милая улыбка, потому что она направлялась заниматься с Тэ Джуном.

Но чего стоило отпроситься у дяди, чтобы сделать проект – она слезно обещала не задерживаться и наплела, что встреча будет обязательно в людном кафе. Дядя Хван очень сильно переживал, что племянница может подвергнуться всевозможным приставаниям со стороны этого жуткого рокера, который, по его мнению, только и думает о том, как затащить ее в постель.

Хи Джу свернула с главной дороги, прошла парочку кварталов и почти добралась до места назначения – за углом находился знакомый дом с подвалом. Но оттуда навстречу ей вышла девушка, щеголяя в короткой мини-юбке длинными ногами. В глаза бросились колготки, а точнее поехавшие на них от колен стрелки, и ярко-коралловая помада на губах. Она поправила длинные волосы и прошла мимо нее с таким довольным видом, словно только что выиграла сто миллионов вон⁴⁰ в лотерею. Хи Джу с подозрением на нее оглянулась, но зашагала дальше.

Подойдя к серой двери, она хотела постучаться, но заметила, как та была не заперта, поэтому спустилась вниз и осмотрелась: на столе валялись цветные обертки от снэков, стояла переполненная окурками пепельница, бутылка недопитого белого вина и пара бумажных стаканов, где на одном из них виднелся красный отпечаток губ. Ну и стоило упомянуть разбросанные повсюду вещи и незаправленную кровать, чтобы даже дурак понял то, что у Тэ Джуна явно была нескучная ночь, плавно перетекающая в день.

На Хи Джу вдруг свалилась какая-то досада, и настроение резко упало. Она небрежно скинула с себя пальто, присела на диван, но как только заметила бесхозный пластиковый пакет, то схватила его и принялась убирать со стола, чтобы это безобразие, которое они оставили после себя, хотя бы не мозолило глаза.

– Пришла?

Тэ Джун только-только вышел из душа с полотенцем на шее. Со светлых волос стекала вода, на лице застыл привычный безразличный взгляд. Даже в простой одежде без макияжа и укладки он умудрялся выглядеть безупречно. Футболку, правда, надеть не догадался, но спасибо хоть про штаны не забыл, только спустил их низко на бедра.

– Не мог бы ты одеться? – попросила она, шмыгнув носом.

– Ах, да, ты же стесняешься, – ухмыльнулся он и бросил на нее короткий взгляд.

Тэ Джун схватил первую попавшуюся футболку с кровати, надел ее и продолжил сушить волосы полотенцем.

– По пути сюда я встретила девушку. От тебя вышла?

– От меня.

Тэ Джун развалился на диване с телефоном в руках, закинув ноги в тапочках на стол. Краем глаза Хи Джу заметила, как он зашел в приложение и начал отвечать на сообщения в Какао.

– И чем вы с ней занимались? – спросила она, хотя сама не поняла зачем, ведь все и так было понятно.

– Как будто сама не догадываешься, – ответил он, не отвлекаясь.

В груди у Хи Джу неприятно кольнуло. На глаза наплыл туман, и как ни кстати появился этот дурацкий насморк. Почему же так больно и обидно? Она ведь и раньше знала о том, что он тот еще бабник, но не придавала этому значения. Может все дело в том, что после разговора с бабушкой появилась надежда?

– Значит, такие девушки в твоем вкусе?

Бабуля права, нужно просто спросить. Но сердце так сильно колотилось от волнения, а ладошки вспотели, словно на улице до сих пор гулял душный июль, а не прохладный октябрь. И почему в этих любовных делах все так сложно? Ей было бы легче сдать внеочередной экзамен – там-то уж все даты с запятыми давно были вызубрены наизусть. А тут с трудом приходилось подбирать каждое слово.

– Не только, – сказал он, и у нее промелькнула надежда, но быстро погасла. – Но длинные ноги в приоритете.

Тут Хи Джу точно в пролете. Она кинула пакет с мусором ближе к двери и присела на мягкий скрипучий стул напротив Тэ Джуна.

– А как же внешность? Характер?

Она стала доставать из сумки конспекты и делать вид, что чем-то занята, чтобы не выглядеть слишком подозрительно. Тэ Джун же оторвался от телефона, развернул голову в ее сторону и прищурился.

– С чего вдруг ты спрашиваешь?

Не прокатило. Хи Джу уже пожалела, что не додумалась прочитать парочку просвещающих книг по любовной теме, чтобы быть подготовленной.

– Просто интересно, – соврала она, поджав губы.

– Да ну? – усмехнулся он. – А, может, ты хочешь узнать нравишься ли мне?

Сердце отскочило куда-то в пятки. Что-ж, так даже лучше, не пришлось долго ходить вокруг да около. Она смущенно подняла на него взгляд и неуверенно кивнула головой. Но отвечать Тэ Джун не торопился, будто специально тянул время. Он ехидно улыбнулся, а его темные глаза игриво заблестели.

– Такие как ты совсем не в моем вкусе, – после паузы, наконец, произнес он.

В груди у Хи Джу снова что-то кольнуло. Услышать такое, словно ножом по сердцу провести, особенно от того, в кого сильно влюблен.

– Некрасивая?

– Слишком простая. И очень шумная…

Хи Джу принялась снова копаться в сумке в поисках чего-то, хотя и сама не понимала чего. Просто надо было срочно чем-то занять руки, глаза и желательно мысли, чтобы не показывать ему то, как сильно ее задели эти слова.

Простая. Слишком простая. Шумная. Они крутились в голове на повторе как назойливая кей-поп песня. Она не должна злиться, потому что он сказал ей правду. Горькую, но правду. Через время, как все говорят, становится легче, поэтому стоило сосредоточиться на цели, ради которой она здесь.

Хи Джу сделала глубокий вдох, и, сдержанно улыбнувшись, сказала:

– Тогда – к делу!

Тэ Джун несколько раз непонимающе поморгал глазами. Она так резко переключилась, что привела его в легкое замешательство. Искра во взгляде пропала, напыщенное самодовольство тоже. Он неохотно убрал со стола ноги и снова вошел в свой привычный образ холодного городского парня.

– Нужно подготовить композицию собственного сочинения длительностью примерно две-три минуты. Из обязательных условий – она должна быть оригинальной, в исполнении двух или более человек. Это, по словам профессора, будет давать понимание того, как мы готовы работать в команде.

Тэ Джун внимательно слушал, откинувшись на спинку дивана. А Хи Джу положила на стол свои труды.

– Здесь, – она указала подбородком на нотную тетрадь в милых стикерах перед ним, – мои наработки. Не знаю, захочешь ли ты их использовать.

Рука Тэ Джуна потянулась к ней. Он принялся листать ее и читал заметки, оставленные на каждой странице.

– Хорошо, – кивнул он. – Это все?

– Чтобы достойно выступить, нужно отрепетировать. В институте есть специальные комнаты, мы могли бы записаться туда.

– Нет, – отмахнулся он. – У меня нет на это времени. Выучи свою часть, и сыграем на конкурсе.

Хи Джу нахмурила брови.

– Как ты себе это представляешь? Вы с ребятами тоже учите каждый свой кусок, а потом встречаетесь на концертах? По-твоему, это так работает?

– Тогда приходи и репетируй здесь.

– Ах, прости, я совсем забыла, у тебя же под матрасом совершенно случайно завалялось пианино!

– Черт, ты же пианистка… – он устало прикрыл глаза. – Почему ты не выбрала скрипку или флейту? Сейчас было бы гораздо меньше проблем.

– А почему ты не выбрал другой институт? – цокнула она. – У меня бы их тогда вообще не было…

Тэ Джун посмотрел на нее осуждающе, а она сердито уставилась на него в ответ.

– Ой, не знаю, – раздраженно замотал он головой. – Позвони тогда Мин Гю, у него был синтезатор.

Хи Джу собиралась сказать что-то в ответ, но услышала из сумки звонок. Выудив оттуда телефон, она провела по экрану пальцем и ответила.

– Сейчас? – воскликнула она удивленно. – Да, конечно… Понимаю, я прибегу в ближайшее время. До встречи!

Как только она закончила, то встала на ноги и в спешке набросила на себя пальто.

– Ты куда? – опешил Тэ Джун.

– Сан Хо срочно нужна моя помощь на благотворительном вечере, – ответила она.

– И ты так просто уйдешь? А как же наши занятия?

Хи Джу повязала вокруг шеи розовый шарф, спрятала телефон в карман и закинула сумку на плечо.

– Я еще ничего не успела подготовить, поэтому конспекты принесу в следующий раз, – она уже подошла к выходу, чтобы уйти, но решила добавить, – ах да, и синтезатор Мин Гю сам к тебе не телепортируется, к сожалению.

– И когда будет следующий раз?

– Спишемся, – бросила она, поднялась по лестнице и скрылась за дверью.

Застегивая на ходу пуговицы, Хи Джу бежала к автобусной остановке, пока Тэ Джун, оставшись один с ее тетрадью в руках, пытался понять, на что и почему так сильно злится…

На улице давно стемнело, стрелка часов перевалила за десять вечера. Где-то вдалеке слышались музыка и громкие голоса, а тут, на почти безлюдной улице гулял прохладный вечерний воздух. Вдоль дороги выстраивались в ряд фонари, отбрасывая теплый свет на дорогу и невысокие дома с оградой из красного кирпича, которые плотно жались к друг другу.

День выдался насыщенным, хлопотным, и Хи Джу чувствовала как ноют мышцы ног от беготни на мероприятии. Поэтому она шла медленно и неторопливо, а рядом с ней в такт шел Сан Хо в легкой кожаной коричневой куртке с парочкой небольших бумажных коробок в руках.

– Тебе необязательно было тащиться в такую даль, чтобы помочь мне донести еду до дома, сонбэ.

– Я же должен был тебя как-то отблагодарить за то, что ты сорвалась в свой выходной, – улыбнулся он. – У тебя были сегодня занятия с Тэ Джуном? Как все прошло?

Непроизвольно вырвался тяжелый вздох. Пока она работала, то смогла на время забыть о том, что услышала утром. Но теперь, когда мысли были ничем не заняты, воспоминания вернулись. Хотелось как можно скорее добраться до кровати и нырнуть под теплое одеяло, чтобы уснуть и снова не думать об этом хотя бы во сне.

– Мы только обсудили, что потребуется сделать. Надеюсь, успеем вовремя.

– Ты зря переживаешь, – приободрил ее Сан Хо. – Если это касается музыки, то Тэ Джун ужасный перфекционист. Знала бы ты, сколько раз на репетициях он бьет Мин Гю за то, что тот не может нормально сыграть свою партию и бездельничает. Порой, он становится слишком одержимым… Вы, кстати, в этом очень похожи!

– Ну не настолько уж… – цокнула она.

– В прошлом году ты неделю жила в репетиционной. Что ты тогда готовила на выступление? Венгерский танец Брамса?

– Точно, – усмехнулась Хи Джу. – Я тогда еще вывихнула палец и ужасно переживала, что провалюсь…

Ах, какие прекрасные были времена! Тогда ее голова была занята только музыкой, бесконечными репетициями и учебой. А сейчас каждый день там был он – это волновало и раздражало одновременно. Да и какой теперь толк от этой дурацкой влюбленности, если ее все равно отвергли? Как жаль, что до сих пор для людей не придумали кнопку-переключатель, чтобы не чувствовать себя так подавленно.

– Сонбэ, а я слишком простая?

Сан Хо озадаченно на нее посмотрел.

– В каком это смысле?

– Ну… Когда ты смотришь на девушку, и понимаешь, что она простая. Слишком обычная, чтобы быть замеченной.

– А-а-а! Вот ты про что, – закивал он и задумался. – Нет… Не думаю. По мне, не так важно выделяться внешним видом, гораздо хуже быть простым изнутри. Пустым… Может, ты и выглядишь обычной, но только на первый взгляд.

Несмотря на то, что Сан Хо был другого мнения, увы, легче от того, что это сказал он, не стало.

– Спасибо, сонбэ, – Хи Джу натянула на лицо улыбку, когда они остановились напротив дверей ее дома – с кирпичной оградой и кованным черным козырьком. – И за еду тоже, спасибо.

– Хи Джу!

На всю улицу кто-то позвал ее, и они повернулись. Хи Джу присмотрелась и увидела вдалеке дядю Хвана, который бежал к ней со всех ног с большим бумажным пакетом.

– Я купил твое любимое мороженое! – господин Пак, запыхавшись, вместо бега перешел на быстрый шаг. Хи Джу же успела понервничать – в его возрасте такие пробежки сулили попаданием под капельницу.

Когда господин Пак оказался рядом с ними, то тут же стал с подозрительностью разглядывать парня, который был выше его на полторы головы.

– Дядя, позволь, я тебе представлю моего сонбэ, это…

Однако Сан Хо, сделав шаг вперед, поклонился и решил сделать это сам.

– Здравствуйте. Я – Кан Сан Хо, друг Хи Джу. Тоже учусь на отделении прикладной музыки.

Дядя Хван задумчиво вполголоса повторил за ним несколько раз имя, наклонил голову набок, затем на другой, не сводя с него глаз. Хи Джу и Сан Хо с недоумением переглянулись.

– Кан Сан Хо! Неужели? – наконец после паузы воскликнул он. – Это ведь ты сын господина Кан Сок Бина?

– Вы знаете моего отца?

– Айгу! Ну конечно! Мы знаем друг друга уже больше двадцати лет. В последний раз мы с ним виделись на концерте в честь дня Благодарения в… Кажется, это был прошлый… Нет-нет, точно позапрошлый год! Ох, господин Кан Сок Бин, Кан Сок Бин… Теперь с ним не так-то просто повидаться за чашкой кофе как в старые добрые времена! Как его здоровье?

Сан Хо держался достойно – внимательно слушал, кивал в такт, не перебивал и вежливо отвечал.

– Всё хорошо. Спасибо, что интересуетесь его здоровьем.

– А, собственно, чего мы стоим? Хи Джу, живо беги ставь чайник! – махнул ей рукой дядя и с неподдельным восторгом подхватил под локоть Сан Хо. – Как удачно-то! Знал, что обязательно наступит особенный случай, чтобы попробовать цветочно-мандариновый чай с острова Чеджу⁴¹.

Сан Хо, возможно, и хотел бы отказаться, но так ничего и не успел сказать, потому что дядя Хван настойчиво сопроводил его в дом.

Господин Пак быстро разложил посреди гостиной на пестрый ковер низкий стол, усадил за него студента и постоянно бегал на кухню, чтобы проследить, правильной ли температуры племянница вскипятила воду. Хи Джу нарезала дольками большие желтые груши, вытащила из коробок закуски с мероприятия – тарталетки с креветками, французский твердый сыр на шпажках с виноградом и кусочками ананаса, картофельные мини-крокеты; выложила на блюдо торт-мороженое, которое принес дядя. А когда быстро накрыла на стол, то присела рядом с Сан Хо на мягкую подушку.

Легкий травяной чай согревал желудок, а бесконечная болтовня дяди Хвана отвлекала от навязчивых мыслей. Он, как обычно, стал вспоминать события десяти, а то и двадцатилетней давности, рассказывая о том, как познакомился с господином Кан Сок Бином, как они выпивали ночью саке во время оркестрового тура в Осаке⁴² в первом попавшемся изакая⁴³ и чуть не подрались с назойливым и до чертиков пьяным японским господином.

– Господин Кан так много говорил про тебя в нашу последнюю встречу, – дядя Хван сделал глоток из маленькой кружки. – Показывал твои фотографии, и я все мечтал с тобой познакомиться… Какой у него вырос сын – талантливый, примерный, скромный, – пока дядя Хван рассыпался в комплиментах, то поглядывал краем глаза на Хи Джу, а в конце еще и многозначительно кашлянул.

Захотелось закатить глаза, потому что было понятно к чему он клонит. Но вместо этого она просто улыбнулась, представив его лицо, если бы увидел татуировки Сан Хо, тщательно скрытые под кашемировым свитером с длинным рукавом.

Беседа шла хорошо, и ничего не предвещало беды, до тех пор, пока из комнаты не вышла бабушка, а вернее выплыла, имитируя лунную походку под музыку, которая играла у нее в маленьких проводных наушниках. День у Со Ры определенно выдался насыщенным и интересным – цвет волос, который с утра еще был лавандовым, сменился на огненно-рыжий. И, кажется, она успела пробежаться по магазинам, чтобы купить себе молодежную толстовку с юными ребятами из какой-то новой кей-поп группы.

– Омо! – удивилась она, снимая наушники. – У нас гости?

– Бабуля, будешь с нами чай? – спросила Хи Джу.

– Конечно! Ну и к чаю можно что-то покрепче, Звёздочка, – Со Ра тут же спустилась на мягкую подушку рядом с сыном, который, как стало заметно по лицу, напряженно сглотнул.

– Ба… Бабуля? – шепотом повторил Сан Хо с огромными глазами.

В тот момент его челюсть почти скатилась на пол, но он быстро ее подобрал, неуверенно натянул на лицо приветливую улыбку и пытался делать вид, что ни капли не удивлен. Хи Джу в это время успела сходить на кухню и вернулась, поставив перед бабушкой чашку и бутылку с макколи.

– Ну до чего же красивый молодой человек! – восхитилась Со Ра. – Пришел знакомиться с будущими родственниками?

Сан Хо, который в этот момент делал глоток чая, поперхнулся им и закашлялся, а Хи Джу смущенно опустила голову. Ей бы сейчас очень пригодилась та самая суперспособность, когда можно превратиться в жидкое состояние и незаметно улизнуть, чтобы не чувствовать себя так глупо. Нет, она очень любила бабушку, но порой от её прямолинейности было много проблем.

Дядя громко кашлянул, от неожиданности естественно. Он выпучил свои маленькие глаза и переводил взгляд с Сан Хо на Хи Джу и обратно раз, наверное, десять.

– Бабушка, это мой сонбэ, и мой друг, – сквозь зубы проговорила она и легонько стукнула бабулю ногой под столом.

Но Со Ра абсолютно без смущения продолжала буравить заинтригованным взглядом гостя.

– Стойте, я ничего не понимаю, так это Принц или нет? – спросила она.

– Что еще за Принц? – голова дяди тут же развернулась в ее сторону.

Наверное, в настолько неловкой ситуации Хи Джу еще не оказывалась, не считая, конечно же, пробуждения в чужой постели. Отмотать бы время назад и отправить Сан Хо домой еще до момента, когда их нагнал дядя.

– Нет, к сожалению, я не он, – вежливо отшутился тот.

– Да кто это? – не унимался от любопытства дядя. – Что за секреты?

– Ой, – махнула на него рукой Со Ра. – Тебе знать не обязательно.

– Еще как обязательно! – воскликнул он. – В собственном-то доме!

– Хватит ворчать так, словно семьдесят исполнилось тебе, а не мне!

– Должен же хоть кто-то быть серьезным в нашей семье и подавать правильный пример молодежи?

– Да ты такой же зануда как и моя почившая свекровь! – с раздражением буркнула Со Ра. – Даже после смерти не дает мне покоя, стерва…

Хи Джу устало опустила голову. Дядя Хван и бабуля часто начинали спорить на ровном месте, и иногда это могло продолжаться часами. Они были слишком разными, как огонь и вода, и когда оказывались надолго под одной крышей, то вероятность ссор возрастала в разы. Она-то уже привыкла и почти не обращала внимания, но вот перед Сан Хо стало неловко. У него, наверное, все обеды и ужины проходили под интеллигентные умные беседы, где фоном играла музыка из оперы Чайковского или симфонии Гайдна.

– Прости, – тихо шепнула она и виновато закусила губу.

– Что? Ты о чем? – спросил он, повернувшись к ней.

На его лице, вопреки ожиданиям, не было ни капли смятения или разочарования. Совсем напротив – Сан Хо довольно улыбался, поглядывая на то, как пререкаются между собой взрослые.

– А я уже почти забыл как это… – задумчиво произнес он. – Спасибо, Хи Джу. За то, что напомнила, как выглядит настоящий семейный ужин…

Глава 11

– Чертов Тэ Джун, – бубнила себе под нос Хи Джу, пытаясь справиться с тяжелыми веками, так и норовившими унести ее в мир снов. Она всю ночь думала о Принце, ненадолго засыпала и видела сны, где ее любовь занималась неприличными вещами со всеми знакомыми ей девушками, а она, вместо того чтобы возмущаться, аккомпанировала им на антикварном синтезаторе Мин Гю…

Пианистка прилегла на парту в надежде подремать хотя бы десять минут в перерыве между этими дурацкими лекциями. А еще, как назло, профессор О говорил так тихо и медленно, что оставалось только клевать носом и прятаться за спиной высоченного одногруппника.

– Хи Джу, – кто-то постучал ладошкой по деревянному столу, заставив подскочить на месте.

– По голове себе постучи! – огрызнулась она и посмотрела на фигуру, выросшую перед ней.

На краешек стола приземлился Чон Мин Хёк, ее одногруппник и главный бабник курса. Вот уже который год этот парень бегал за ней в надежде заполучить ее невинность, ведь, как считали все студенты, Пак Хи Джу спит только с учебниками. Ходил даже слушок, что Мин Хёк уже попробовал на вкус всех девушек своего потока, но, естественно, кроме одной.

Он был вполне симпатичным парнем: высокий, спортивного телосложения, с большими карими глазами, аккуратным маленьким лицом. Только вот красавчик был заносчивым и самовлюбленным, а отказы Хи Джу сильно били по его самооценке и репутации. Собственно, поэтому он никак не мог оставить ее в покое уже долгое время.

– Чего надо? – спросила она, исподлобья взглянув на его уложенные гелем волосы.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Blüthner – производитель фортепиано и роялей, расположен в Гросспёзне (Лейпциг, Германия). Является одной из старейших семейных компаний по производству фортепиано.

Вернуться

2

Карл Черни – австрийский пианист, методист и композитор чешского происхождения; считался в Вене одним из лучших преподавателей игры на фортепиано.

Вернуться

3

Корейская водка, обычно изготавливается из зерна или сладкого картофеля.

Вернуться

4

Студенческий тусовочный район Сеула возле университета Hongik.

Вернуться

5

Корейский мессенджер “Kakao Talk”.

Вернуться

6

Обращение к старшему по опыту коллеге. Используется как на работе, так и в учебных заведениях.

Вернуться

7

Ноктюрн Ми бемоль мажор № 2, Op 9. Композитор Фридерик Шопен.

Вернуться

8

Наваристое рагу из кимчи, свинины или морепродуктов, тофу и лука.

Вернуться

9

Наваристый суп из кровяной колбасы.

Вернуться

10

Блюдо корейской кухни из тонких промаринованных в сладком соусе ломтиков говядины.

Вернуться

11

Ребрышки (кор.). Блюдо корейской кухни, приготовленное из ребрышек свинины или говядины с использованием маринада. Может готовиться как на гриле, так и в тушеном виде.

Вернуться

12

Портовый город в Южной Корее, где находится самый крупный международный аэропорт.

Вернуться

13

Экспрессивное выражение, которое может передавать широкий спектр эмоций от шока до разочарования, зависит от контекста. Например, “Ого!”, “О, боже!”

Вернуться

14

Старший брат (кор.). Обращение используется только среди мужчин. Может использоваться как в семье по отношению к братьям, так и среди близких друзей.

Вернуться

15

Формальное обращение юношей/мужчин к старшим по возрасту девушкам/женщинам, с которыми их связывают уважительные, но не деловые отношения.

Вернуться

16

Самый младший участник в группе или коллективе.

Вернуться

17

Начальник, босс, директор (кор.)

Вернуться

18

Крупная южнокорейская корпорация, которая находится в руках у одной семьи. На сленге обозначает “влиятельный и неприлично богатый наследник”.

Вернуться

19

Поисковик в Южной Корее. Как Google.

Вернуться

20

Азиатский телесериал.

Вернуться

21

Поклонник звезды, особенно фанатично любящий своего кумира и способный ради него на нарушение законов.

Вернуться

22

Лапша быстрого приготовления.

Вернуться

23

Экспрессивное выражение, выражающее удивление наподобие “Ох! “,“Ого!”, “Офигеть!”. Зависит от контекста.

Вернуться

24

Популярная корейская алкогольная игра, где используется крышка от Соджу и прикрепленный к ней стержень. Стержень скручивают, игроки по очереди щелкают по нему пальцами до тех пор, пока он не оторвется. Правила игры в компаниях могут отличаться: где-то выигрывает тот, кто отрывает стержень, а где-то, наоборот, проигрывает.

Вернуться

25

Прилипшая жвачка (кор.)

Вернуться

26

Шлюха, блядь (кор.)

Вернуться

27

Крупный портовый город в Южной Корее, второй по величине после Сеула.

Вернуться

28

Удостоверение личности.

Вернуться

29

Дядя или дяденька (кор.). Уважительное обращение к мужчине среднего или более старшего по возрасту.

Вернуться

30

Экспрессивное выражение, которое может передавать широкий спектр эмоций: от “Ох!” и “Ах!” до “О, боже!” и “Ничего себе!”. Зависит от контекста.

Вернуться

31

Острая квашеная капуста.

Вернуться

32

Южнокорейский бой-бэнд, созданный в 1996 году компании SM Entertainment. Считаются первой айдол-группой K-pop.

Вернуться

33

Традиционное корейское рисовое вино.

Вернуться

34

Город в провинции Кёнгидо, Республика Корея. Расположен в 20 километрах к югу от Сеула.

Вернуться

35

Популярное блюдо корейской кухни из свеженарезанного осьминога, который макают в кунжутное масло и едят сырым.

Вернуться

36

Более уважительная форма обращения “хён”. Может использоваться, например, к зятю, наставнику, уважаемому человеку, главарю банды.

Вернуться

37

Корейский лунный новый год, который отмечается по восточному календарю.

Вернуться

38

Квон Джи Ён, южнокорейский рэппер, автор песен, певец, лидер и участник группы “Big Bang”.

Вернуться

39

Южнокорейский певец, участник группы “Big Bang”.

Вернуться

40

Вона – южнокорейская валюта. В 2014 году 1 000 корейских вон примерно равнялись 1 доллару США.

Вернуться

41

Самый большой остров и самая маленькая провинция в Южной Корее.

Вернуться

42

Крупный портовый и торговый город в Японии.

Вернуться

43

Японский неформальный бар, куда обычно приходят выпить и поесть после работы.

Вернуться