Джейд Дэвлин, Ирина Смирнова
Дракон под прикрытием

Глава 1

– Да что ж ты творишь, старый ты хрен с ботвой! – Евгения Ниловна грохнула кастрюлей о столик на веранде и торопливо нашарила левой ногой убежавший шлепанец-крокс. – Опять! Мои гортензии!

Матвей Нестерович вынырнул из-под капота своей старой «Волги».

– Орешь громче, чем сигналка на машине, – буркнул он, надеясь, что соседка не услышит его ворчание через забор. Все же между ними было метров пять-шесть. – Я сто раз говорил, что это не мой пес, – ответил уже громко, оттирая руки промасленной тряпкой. – Это те коты, которых ты сама же и прикормила.

– Ну конечно! – возмущенно воскликнула Евгения, снимая передник и скручивая его в руках на манер боевого полотенца. – Зачем котикам мои цветы? Это твой Барбос! Вон, глянь только, опять подкоп под забор сделал, зараза ушастая! А кто вчера лаял как оглашенный? Я хочу покоя на пенсии, а не слушать фигурное гавканье ночь напролет!

Матвей насмешливо покосился на фартук соседки, но потом пожал плечами и подошел к забору, разделяющему их участки.

– Знаешь, Женечка, ты ж меня каждый день пилишь, как будто мы сто лет женаты. Что б я без тебя делал? – И он залихватски подмигнул. – Да и ты закиснешь без меня и моего пса. Вот вчера вы так бодро бегали по участку, глаз не отвести! Ты еще полотенцем размахивала, как эти… гимнасточки с ленточками, такие… м-м-м… в купальниках в облипочку.

– Пфффф! – Евгения аккуратно расправила свой фартук и повесила его на перила. Погладила ладонью, расправила завязочки, способные объять ее полноценный шестидесятый размер. – Гимнасточку нашел! Дождешься, вызову я врача и возьму справку о том, что твоя собака плохо влияет на мое давление. И в суд на вас подам, на обоих! Будете до гробовой доски мне каптоприл оплачивать.

– У тебя давление от переедания, спортом надо заниматься, – засиял мужчина всеми своими тридцатью двумя зубами, часть из которых по стоимости была золотой. Зато внешне они ничем не отличалась от настоящих.

Матвей Нестерович был еще вполне крепкий, широкоплечий, с густой седой шевелюрой, за которой следил так же тщательно, как за зубами. Он считался «первым женихом» среди деревенских пенсионерок. Любая из них с удовольствием скрасила бы его одинокую старость.

Но Матвей никак не желал остепеняться и делать выбор. Он вел себя, как залихватский гулена: поев в обед борща у Веры, на ужин шел на блины к Нине.

– Давай я за тобой утром зайду, прогуляемся часок по лесу, побегаешь за Барбосом. А к вечеру ушицу замутим? – предложил мужчина, со слишком уж равнодушным видом глядя на соседку.

– Ты смотри на него, гуляка нашелся! – всплеснула руками Евгения Ниловна и насмешливо приподняла густые темно-рыжие брови, отчего морщинки на широком лбу собрались неуместно-веселой гармошкой. – Опять ищешь, кому своих нечищеных карасей подсунуть? Не на ту напал! – В почти не выцветших к старости зеленых глазах мелькнули веселые искорки.

Она была единственной дамой в поселке, которая не привечала вдового соседа, а вовсе даже наоборот – ругалась с ним в хвост и гриву. Наверное, поэтому он и проявлял к ней больше всего внимания. Рыбак со стажем не мог упустить такую крупную добычу.

Сделав вид, что обижен, Матвей поднял руки вверх.

– Ладно-ладно. Никаких карасей. Давай вечерком попьем чаю с вишневым пирогом? Он так хорошо у тебя получается.

– Посмотрим на твое поведение. Гортензии чтобы к вечеру были в порядке! – Евгения развернулась с грацией королевского линкора и уплыла с веранды, бросив напоследок: – А то будет тебе вместо вишен пирог с тумаками!

Через полчаса, размешивая тесто, Евгения Ниловна с интересом наблюдала за соседом, усердно ковыряющимся в цветах на ее клумбе. Виновник бедлама, пес-Барбос, крутился возле хозяина. Матвей старательно исправлял последствия собачьего энтузиазма и время от времени что-то неразборчиво ворчал на четвероногого друга.

Закончив, мужчина резко выпрямился. Заметив в окне соседку, он игриво подмигнул ей и удалился к себе. Пожилая женщина только фыркнула, мельком оглядела клумбу, фыркнула еще раз, засунула пирог в духовку и занялась домашними делами.

На улице тем временем почти стемнело.

– Ну и где тебя носит, старый ты дурак? – недовольно пробурчала Евгения, поправляя уложенную вокруг головы рыжую с проседью косу.

На вытянутом, по-калмыцки скуластом лице женщины почти не было морщин, и она не без удовольствия разглядывала себя в зеркале. Еще вполне себе ягодка, пусть и не первой свежести. Так и сосед – огурчик ближе к маринованному.

Дела были переделаны, а Матвей все не шел. Беспокойство усилилось. Пожилая женщина подошла к окну и выглянула – не идет ли паразит?

Краем глаза она заметила странное свечение, исходящее будто из-под фундамента соседского дома. Неужто старый дурень опять проявляет допотопные фотопленки в своем подполе?

Но Евгения быстро поняла, что свет какой-то другой. Да и как можно было забыть о ее пироге?!

Встревоженная женщина схватила фонарик и направилась к дому соседа.

– Матвей! Ты там? – окликнула она, но никто не ответил. – Про пирог-то забыл, что ли?

В ответ ни звука. Даже Барбос не залаял.

Открыв калитку, ведущую на соседский участок, Евгения тут же ощутила под ногами дрожь. Испуганно замерев, она пару секунд обдумывала, что бы это могло быть и как правильнее действовать дальше. Вот только странный свет из-под фундамента становился все ярче, а земля тряслась все сильнее.

Внезапно тропинка под ногами исчезла, и женщина почувствовала, как падает в бесконечную бездну. Сначала она звала на помощь, потом просто кричала, долго, бесконечно долго. И наконец потеряла сознание.

В себя Евгения пришла от резкого холода. Лежать было неудобно, жестко, словно ее положили на голый камень. Она попыталась двинуться и тут же обнаружила, что руки и ноги связаны.

Еще не выветрившаяся после падения паника накатила по новой, но женщина усилием воли заставила себя подышать – медленно и ровно, как учил врач. И только потом открыла глаза. Несколько раз моргнула. Ничего себе… это что, у них под дачными участками вдруг образовалась такая карстовая пустота? Откуда?! Когда?!

В тусклом свете, пробивающемся сквозь трещины в потолке пещеры, Евгения разглядела фигуру человека – он сидел у противоположной стены, метрах в пяти от нее.

Мужчина. Молодой. Раздетый. А взгляд устремлен вдаль, как бывает, когда человек погружен в глубокие раздумья. Все тело незнакомца покрывали странные узоры, напоминающие древние руны.

Евгения пыталась его окликнуть, но из горла вырвался лишь хриплый шепот.

Мужчина медленно обернулся. Его длинные светлые волосы странно сверкнули в полутьме. Во взгляде серо-голубых глаз не было угрозы, скорее любопытство и недоумение.

– И что ты за хрен с ботвой? – прохрипела шокированная женщина.

Глава 2

– Ниловна? Ты, что ли? – Мужчина в изумлении уставился на соседку по несчастью.

Евгения открыла рот и забыла его закрыть. «Ниловну», произнесенную с этой характерной подковыркой, она узнала бы и на том свете. К тому же… голос-то знакомый. Молодой, но знакомый.

– Да ты, гляжу, совсем ошалел, старый ты дурень, – рассердилась она вдруг и попыталась трепыхнуться. – Развяжи меня! И прикройся, бесстыдник! – Не будь веревок, Евгения бы начала отмахиваться от приближающегося к ней обнаженного мужчины обеими руками. – Ты… ты как это вообще сделал?!

Тут до нее наконец дошло, что сосед не только голый, но еще и неприлично молодой. Прямо-таки пацан, лет двадцати-двадцати пяти, не больше.

– Поспать прилег после твоих гортензий, а проснулся уже тут. – Игнорируя возмущенно-оценивающие взгляды женщины, Матвей принялся ощупывать ее, выискивая узлы на веревке.

Его самого отсутствие одежды абсолютно не беспокоило. Зато он отвлекся на руны, потер их просто так, потом плюнул на палец и потер тщательнее. Убедился, что рисунок размазывается, удовлетворенно хмыкнул и с удвоенным усердием принялся ощупывать соседку.

– Ты за что хватаешься, охальник! – Евгения терпела молча только первые секунд тридцать, а потом опять принялась ругаться и брыкаться. – У меня руки связаны, а не сиськи, прости господи! Не трожь за задницу! Извращенец! Давно скалкой не получал?!

– Третий размер? – подмигнул Матвей. – Может, не развязывать тебя пока? – Он озабоченно нахмурился. – Ты и раньше прыткая была, хоть и ныла все время про давление. А теперь, кто знает, может, и не убегу уже?

– Ах ты… – И тут до Евгении окончательно дошло, что же не так с ее телом и ее самочувствием.

Во-первых, платье на ней было чужое. Вместо флисового халата с приличным рисунком и большими, удобными карманами – какая-то помесь дерюги с шелковой вышивкой. А во-вторых! Такой худой и грудастой она себя помнила минимум лет тридцать назад. Если не тридцать пять!

– Я тоже, что ли? – почти сомлев, тихо переспросила женщина, разом обмякнув в руках соседа и перестав сопротивляться. – Мать моя…

– О, гляди-ка, узел нашел, – слишком уж наигранно обрадовался Матвей. – Развязать бы его еще… Упс! – И мужчина растерянно уставился на зажатую в руках веревку, порвавшуюся буквально с первой попытки.

Евгения только моргнула от рывка. Но довольно быстро пришла в себя – жизнь научила реагировать на неожиданности. Тихонько выдохнув, женщина отпихнула соседа, ощупала себя от верхних девяносто с гаком до таких же нижних и принялась сосредоточенно отдирать от вышитого подола широкую оборку.

– Замотайся уже, несчастье. Простатит в твоем возрасте – не подарок! Ты знаешь, куда мы попали? Как отсюда выбраться?

– Как-то в твоей тряпке я не слишком представительно выгляжу, – недовольно проворчал Матвей после того, как соорудил из выданного куска ткани нечто типа набедренной повязки. – А куда мы попали, это вопрос не ко мне. Ты вот как здесь оказалась? Я-то дома заснул!.. – И мужчина озабоченно почесал густую русую шевелюру: – Иех, у меня там Барбос не кормленный!

– Мозги у тебя некормленые, неразвитые и вообще отсутствуют! – разбухтелась по старой привычке Евгения.

Она продолжала тщательно ощупывать себя и выкладывать на каменный пол разные, найденные в недрах платья, мелочи. Странные такие мелочи, больше всего похожие на набор для шитья. Крючок для вязания, иголки, ножницы… Но все это было непривычно крупное, тяжелое и грубо выточенное. А нитки напоминали золотую проволоку.

Но даже удивление не помешало ей ворчать:

– Барбоса он вспомнил… нет бы о людях побеспокоиться. Провалилась я сюда. Вот как калитку в заборе открыла, так и полетела в тартарары ко всяким извращенцам в лапы. А до того у тебя подпол светился!

Евгения хотела еще что-то добавить, но ее перебил странный громкий звук. Вздрогнув от неожиданности, женщина подскочила с пола и с трудом подавила порыв спрятаться за спину Матвея. Он хоть и вредный, но свой, привычный.

– Это еще что?! Это откуда?

– Сейчас разберусь. – Оглядевшись, мужчина подобрал увесистый камень, покрутил его, чтобы удобнее лежал в руке, и уверенно направился в сторону шума.

Евгения немного поколебалась, но потом устыдилась своей трусости. В конце концов, она современная эмансипированная пенсионерка или где? Поэтому, чуть приотстав на всякий случай, прокралась следом. Только пожалела мельком, что среди барахла в карманах не нашлось скалки. С ней было бы вообще не страшно.

Звук шел из темного прохода в углу. Но темнота была недолгой. За первым же поворотом стало светлее, так как в шагах десяти прямо по курсу зияла неровная круглая дыра в голубое небо.

Именно оттуда, сверху, кто-то громко и заунывно вопил:

– О, великий дракон! Осени ничтожных своей милостью! Яви свой прекрасный и грозный лик тем, кто принес тебе положенную жертву!

– Итицкая сила, – Евгения споткнулась и налетела на соседа со спины, – здесь еще и дракон?! Где?!

– Возможно, где-то поблизости. А может, это вообще фикция. Верят они в него, вот и орут. – Пожав плечами, Матвей постоял, задрав голову вверх и глядя в дыру, из которой по-прежнему были слышны чьи-то вопли.

Потом, повернувшись, он оценивающе оглядел женщину, присел, ухватил ее за лодыжку и поставил ступню себе на плечо. Евгения вскрикнула, покачнувшись сначала назад, затем резко – вперед и вцепилась экспериментатору в волосы, удерживая равновесие. Наконец решилась обхватить его за голову, а вторую ногу поставить на другое плечо. Но при этом так и осталась сидеть на корточках, зажмурившись и тихо повизгивая от страха, особенно когда Матвей выпрямился.

Однако спустя полминуты женщина осознала, насколько неприличная у них вышла поза, и попыталась отпустить голову наглого бесстыдника, чтобы выпрямиться. Раза так с пятого-шестого у нее получилось принять нечто, похожее на букву Г, и упереться в стену за спиной Матвея. Мужчина сразу же переместил свои руки от щиколоток под колени, скользя по коже, за что мысленно Евгения пообещала выписать наглецу по шее.

Балансировать на плечах было очень страшно. Но через несколько минут женщина сумела вцепиться обеими руками в каменный край и осторожно выглянула, словно белка из дупла.

– Них… ничего себе!

Глава 3

Оказалось, что это со стороны пещеры дыра выглядит, как окно в небо. А вот снаружи она наверняка смотрелась жутким жерлом неведомой бездны, находившимся выше площадки, на которой столпились завывающие товарищи. К дыре шла кое-как сколоченная из горбылей лестница, венчающаяся помостом, подозрительно похожим на эшафот.

Евгения ойкнула, нервно вздрогнув от страшного подозрения. Возможно, сюда приводили преступников и сбрасывали в пещеру на корм неведомому зверю.

– Что там? Да стой ты спокойно, а то уроню!

На самом деле Матвею на удивление легко удавалось удерживать на плечах удачно помолодевшую и полегчавшую раза так в три соседку. Гораздо больше его интересовало, что же происходит снаружи.

Евгения ему ответила бы… но не успела.

– О, Великий дракон! – взвыл рядом с дырой лохматый мужик в очень странной одежде. Больше всего крикун напоминал классического шамана. Как раз такими большинство людей эпохи интернета привыкло видеть работников бубна и мухомора в мультфильмах и роликах.

Постучав по камню большой колотушкой и добившись гулкого звука внутри горы, мужик вдруг резко сменил тон и устало поинтересовался:

– Великий, что же тебе не нравится? Может, девственница несвежая была? Явись, прошу. На нас идет армия железных чудищ. Если ты не спасешь свой народ, некому станет чтить твое имя!

– Что-то не торопится к ним их дракон, – проворчал Матвей.

– И слава богу! А то у меня появилось нехорошее подозрение насчет несвежих девственниц, – раздраженно прошипела Евгения. – Мне, между прочим, всего шестьдесят семь!

– То есть то, что ты девственница, не отрицаешь? И как тогда ты с Климом… – зашелся от смеха Матвей, стараясь гоготать как можно тише.

– С дуба рухнул? Какая девственность после двоих детей? – возмутилась помолодевшая пенсионерка. – Я себя несвежей считать отказываюсь, понял?!

Шаман, видимо, услышал их пререкания и замер со своей колотушкой наперевес. Потом снова воззвал:

– О, Великий дракон! Что ты желаешь? Тащите еще одну… Да прольется ее кровь на алтарь, во славу великого дракона!

– Итицкая сила! – Евгения с перепугу отпустила край каменной дыры и зашаталась.

Какая еще кровь?! Куда прольется?! Только не это!

– Эй, чего там? Девственницу тащат? Хорошенькая хоть?

– Я тебе дам, хорошенькую! – окончательно рассвирепела Евгения и свалилась прямо соседу на руки. – Совсем ошалел на старости лет?! Они сейчас тут кого-то резать на алтаре будут!

– И чего предлагаешь? Выскочить к ним? – Поставив женщину на землю, Матвей озабоченно нахмурился.

– Нет, выскакивать не надо, – чуть посомневавшись, качнула головой Евгения. – Эдак и нас за компанию прирежут. Давай, что ли, изобразим им дракона?

– У-у-у-у? – вытянув губы трубочкой, тихо подвыл Матвей, явно развлекаясь.

– Я сказала дракона, а не твоего Барбоса, – нервно хохотнула женщина. – Рычать надо. Наверное. Тут эхо-то хорошее.

– А с железными чудищами потом кто разбираться станет?

– Потом будет потом. Если нас сейчас пришибут, железные чудища будут уже не нашей заботой, – вздохнула предполагаемая девственница.

– Нас не пришибут. Пришибут какую-то местную девчонку, – с определенной долей цинизма напомнил Матвей. – Жалко, конечно… – подумав, признал он.

Их разговор прервали самым бесцеремонным образом – у самой дыры заорали, завизжали, и сверху посыпался песок. Словно кого-то волокли на помост к дыре, а этот кто-то верещал и упирался.

– Не прирежут! – вдруг догадалась женщина. – Просто скинут нам сюда еще одну… девственницу. Она увидит, что никакого дракона нет, и поднимет крик. Тогда нам точно мало не покажется!

– Ой, Ниловна, не ревнуешь ли ты часом? – приосанился Матвей, косясь при этом вверх, на дыру.

– Всю жизнь мечтала помереть с тобой в один день и один час! – огрызнулась Евгения. – Что делать-то? Давай хором рычать! Чтоб забирали свою жертву. У дракона перерыв на переваривание предыдущей!

– Вот насчет предыдущей ты хорошо придумала, – как-то подозрительно оживился Матвей и неожиданно ущипнул соседку за задницу.

– Ай! – в полный голос взвизгнула та, и стены пещеры усилили этот крик в сотни раз, исказив его до неузнаваемости.

– Ар-р-р! – поддержал ее Матвей, попытавшись изобразить что-то похожее на хищный рык.

В сочетании с визгом и эхом вышло неподражаемо и устрашающе.

Снаружи все смолкло.

– А-р-р! – воодушевленно продолжил рычать мужчина, протягивая руки к округлой заднице соседки. Но тут же получил по этим самым рукам.

Показав еще и кулак, для усиления воспитательного эффекта, Евгения безо всяких щипков взвизгнула – погромче и повыше. И еще. И еще. Дирижируя при этом рыками соседа.

– О, Великий! Тогда вторую мы скинем попозже, когда ты насытишься первой, – вклинился в эту какофонию радостный голос шамана. – Как раз посвежее отловим. Эта уж больно старая и тощая.

Услышав подтверждающий рык, снаружи сначала загомонили, но через какое-то время шум стих. Стало слышно, как в небе над горой звонко чирикает полуденная птичка.

– Надеюсь, дракон жрет раз в полгода, как удав, – предположила Евгения, отдышавшись. – И мы успеем разобраться, что за чудеса тут происходят, и как их прекратить. У меня пирог стынет, у тебя Барбос не кормленный. Домой надо!

– Барбоса завтра Ксюшка покормит. Обещала заехать, продуктов из города завезти, – как-то уж слишком рассудительно-обреченно, растеряв всю веселость, произнес Матвей. – А пирог жаль… Вкусные они у тебя.

– У меня все вкусное, – проворчала Евгения, тщательно скрывая то, как ей понравилась похвала соседа. Даже несмотря на тревожные обстоятельства.

– Надо б, кстати, найти, чем бы подкрепиться. А то ж я специально не ел, чтобы побольше влезло, – судя по ухмылке, к Матвею вернулся бодрый настрой.

– Кому что, а мужику лишь бы пожрать, – насмешливо фыркнула Евгения. – Тут драконы со всех щелей лезут, чудища какие-то железные, прочие пакости… Ладно, пошли хоть осмотримся. Пещера большая, может, где-нибудь еда и припрятана. Не все же аспиду девственниц лопать.

– Главное, далеко друг от друга не отходить, а то потом хрен найдемся. И воду бы… Воду даже важнее. – Приосанившись, Матвей устремился в один из боковых ходов, и Евгении ничего не оставалось, как последовать за ним.

Воду они нашли всего через полчаса блужданий по каменным лабиринтам. Пещера оказалась огромная – вся гора была пронизана ходами, словно сырная головка. Вот только долго радоваться находке не вышло. Потому что у каменного бассейна, куда по стене стекал целый ручей, обнаружился наконец настоящий дракон. Семи- или даже десятиметровый. Дохлый.

– Не возродится, – констатировал Матвей, несмотря на вопли соседки ощупавший все найденное тело от головы до хвоста. И даже проверивший наличие дыхания.

Евгения сначала нервничала и ожидала, что чудовище сейчас откроет свои глазища, дыхнет на них огнем, и станут они как подгоревший пирог в духовке. Два пирога.

Но потом, поверив, что оживать никто не собирается, пригляделась, заинтересовалась, отошла подальше, снова подошла поближе. Сердце кольнуло от нехорошего предчувствия.

– Матвей! А что у него на шкуре? Тебе не кажется, что…

Глава 4

Разноцветная и отливающая металлическим блеском чешуя складывалась в рисунки, очень похожие на те, что украшали тело Матвея.

– Готовый ножик! – обрадовался мужчина.

– И готовое жаркое, – окинула дракона оценивающим взглядом Евгения. – Другой еды тут не видать. А туша мясистая – жаль, если пропадет. Вот только чистить ее посложнее, чем твоих карасей…

– Нам еще потом ее где-то жарить. – Прищелкнув языком, Матвей озабоченно взлохматил волосы. Была у него такая привычка, когда мыслительный процесс уж очень захватывал.

– Хм… жарить… Может, трением получится? Помнишь, Клим привозил палочки с веревочками из Африки, вы с ним еще баловались у мангала? – ностальгически вздохнула Евгения. – Ладно, пошли дальше. Вдруг еще чего полезного найдется.

Драконья пещера с бассейном оказалась самой обжитой в этом лабиринте. Как ни странно, тут было достаточно светло от каких-то флуоресцирующих гнилушек, затянувших потолок, и достаточно тепло от горячего источника. Кстати, ручей, впадавший в каменную чашу, не то чтобы кипел – можно засунуть руку и не обжечься, – но градусов сорок-сорок пять там точно было. Прямо не драконье логово, а готовый хамам.

У противоположной стены, где сырость уже не чувствовалась, на ровном каменном полу нашлась большая охапка довольно свежего сена. То ли спал тут дракон, то ли он вообще был травоядным, а придурки во главе с шаманами зря девственниц переводили, – этого уже не узнать.

– Ну итицкая сила! – Исследуя ответвления, Евгения споткнулась обо что-то, пригляделась и со всех ног рванула обратно из узкого лаза, зажимая обеими руками рот.

Почти сразу она налетела на Матвея, который тоже обходил залу по периметру, заглядывая во все щели, и старался не выпускать соседку из поля зрения.

– Там труп! Человеческий! – на всякий случай уточнила она.

– Уф, а то я решил, что здесь драконий склеп. – Нервно хохотнув, мужчина направился туда, откуда только что выскочила Евгения.

– Разлагается, – процедил он, сморщившись от запаха. – Похоронить бы…

– Тогда надо оттащить подальше. – В присутствии соседа Евгения быстро пришла в себя. Ее практичная натура возобладала над шоком и прочим бардаком. – Кажется, это женщина.

– Может, просто в дыру этим вопящим выбросить? Вот только дракон же ее якобы съел, – принялся рассуждать Матвей.

– Не погрызенная, – на всякий случай держась за руку мужчины и едва сдерживая тошноту, Евгения снова оглядела тело, – от чего тогда умерла?

– Может, стукнули чем-то, прежде чем скинуть? Или сломала себе что-то, когда падала? Или дракона нашла и от страха того… кончилась. Какая уже разница? Раз не съели, значит, тут никого, кроме дракона, не водится. Это хорошо.

Зажав нос, Матвей присел на корточки и внимательно осмотрел труп. Умершая выглядела лет на двадцать пять-тридцать, и иссиня-черные, до колен, волосы были ее единственной одеждой.

– Крысиных укусов тоже нет, – заключил мужчина, резко подскакивая и отходя на пару шагов. Даже в полутьме было заметно, что он слегка побледнел и сглатывать стал слишком уж часто.

– Вот и славно! – содрогнулась женщина. Крыс она боялась больше, чем шаманов, драконов и трупов вместе взятых. – Но тут ее оставлять нельзя.

– Да, жаркое из нее мы делать не станем, – брезгливо потряс головой Матвей. – Но таскаться с ней по пещере я тоже смысла не вижу. Хорошо лежит, никому не мешает.

– Если только поглубже в тупик затолкать, – Евгения невольно передернулась и покрепче вцепилась в руку соседа, – и камнями завалить эту нору…

Через полчаса оба вздохнули с облегчением, надежно замуровав погребальную камеру. Правда, мыслей из-за находки прибавилось. Их было столько, что они не держались в голове, а рвались наружу.

– Ты заметил ее руки? – не выдержала Евгения.

– Руки как руки. Только пальцы деформированы. – У Матвея, за свою долгую жизнь успевшего поработать и водителем, и строителем, и полицейским, нервная система стала крепче корабельных канатов. – Перетяжки еще и следы от уколов. Шипастое что-то постоянно трогала.

– Или иглой в них тыкала. – Порывшись у себя в карманах, Евгения вытащила тот самый странный «швейный набор». – А еще я заметила пару ожогов, характерных таких, от утюга.

Матвей на это заявление скептически нахмурился.

– Современные от древних формой не отличаются. Только начинкой, – тут же агрессивно подбоченилась женщина, приготовившись ругаться. – У меня подруга швеей в цеху работала. У нее такие же руки были, понял?!

– Понял, понял. – Матвей лишь ухмыльнулся, наблюдая за возмущенной соседкой.

У Евгении закралось нехорошее подозрение, что ему просто нравится ее злить. Всегда нравилось, гаду! Уровень школьника младших классов – дернуть за косичку и потом бегать по всей школе от разгневанной красотки.

– Паразит. – Желание поругаться поблекло. Женщина вздохнула и еще раз пощупала платье. – И какие выводы мы сделаем из этого открытия? – занудным голосом училки поинтересовалась она. Но ответа дожидаться не стала: – На мне платье той несчастной. Это ее иголки, ножницы и остальные странные штуки. Спрашивается, почему тело там, а платье здесь?

Матвей пожал плечами, но на платье посмотрел неодобрительно, с подозрением. Еще бы. Мигрирующая самостоятельно одежда кого хочешь напугает.

– И почему ты разрисован под дракона? – продолжила перечислять свалившиеся на них загадки Евгения. – У него-то природный узор на чешуе, вроде как у зебр и тигров на шкурах. А тебя кто и зачем расписал?

– Думаешь, кто-то выкрал тебя из нашего мира и переодел, а меня – раздел и раскрасил, как мандалу? Вот попадись мне этот весельчак!

Злобно фыркнув, Матвей огляделся. Но никаких весельчаков поблизости не пряталось, только два трупа.

– Нда, меня переодели в жертву, тебя перекрасили в дракона… – переиначила ту же мысль Евгения и поежилась, – надеюсь, это не означает, что ты должен меня сожрать.

– Нет, что ты! С кем я тогда ругаться буду? – Матвей попытался свести все к шутке, но настроение у соседей заметно подпортилось, а боевой дух выветрился.

– Успокоил! Слушай, а я вроде как проголодалась. – Евгения с удивлением отметила знакомые ощущения в животе.

А ведь всего лишь минут десять-пятнадцать назад она боялась, что вот-вот случится обратный процесс – не поглощения, а изгнания пищи из организма.

– Что ты там про готовый нож говорил? Пару стейков мы из этой туши точно выкроим.

Евгения уверенно направилась к дракону и вдруг резко остановилась, в ужасе уставившись на одну из огромных лап. Ей показалось, что та дернулась…

Глава 5

– Много ты понимаешь, – ворчала Евгения, ловко орудуя выдранной с корнем острой чешуйкой. – Окорок-окорок… Чтоб ты знал, самое мягкое мясо у четвероногих – вырезка. Та группа мышц…

– Выключай училку, – хмыкнул Матвей, наблюдая за стараниями соседки. – Меня интересует не теория, а практика. Слона бы уже съел, начиная с хобота!

– На практике у дракона четыре ноги? Четыре. Стало быть, от коровы он не слишком и отличается. Подумаешь, крылья. Ты огонь натер?

– Мозоли я себе натер… – огрызнулся Матвей, отбрасывая в сторону очередную сломанную палку. – У Клима специальные приспособления были, а не это вот… не пойми что!

– Сырым, конечно, тоже можно съесть, – с сомнением протянула Евгения, рассматривая тоненькие пласты драконьего мяса, нанизанные на сухую палочку.

К мужским капризам ей было не привыкать. Все они одинаково злые, когда голодные. И шутки про путь к сердцу на самом деле – суровая реальность.

За дровами им, рискуя жизнью, пришлось вылезти наружу. Благо толпа драконопоклонников свалила куда подальше, а сухостоя на лесистой горе оказалось предостаточно.

– Но я что-то волнуюсь. Мало ли какие у дракона паразиты?

Клим очень часто шутил, что изгнать из Евгении учительницу невозможно ни отпуском, ни пенсией. Это встроенная функция, не отключаемая.

– О! Идея! – неожиданно подскочив, Матвей быстрым шагом прошелся по пещере, внимательно глядя себе под ноги. Наконец, схватив два круглых камня, он с силой стукнул их друг об друга.

Раздался грохот, оглушающее эхо, яркая вспышка… и довольный смех огнедобытчика.

– Итицкая сила! – возмутилась Евгения, когда у нее перестало звенеть в ушах.

Хорошо хоть зажмурилась почти вовремя. Так, слабые искорки перед глазами мелькали, и все. Ну и от неожиданности едва не уронила импровизированный шашлык обратно в дракона.

– Предупреждать надо! Что это, динамит?

– Кремень! – Матвей с гордым видом повторил процесс, но уже рядом с импровизированным кострищем.

В этот раз Евгения лишь ненадолго отвела взгляд. И заметила, как после удара из несчастных камней посыпался песок, словно по ним кувалдой долбанули.

– Слушай… – Она озадаченно поморгала и осторожно уточнила: – А ты как себя чувствуешь?

– Бодро! – тряхнул головой Матвей, кружа возле костра и обустраивая импровизированную шашлычницу.

– Это я вижу, да. – Евгения осмотрела соседа от босых ног до набедренной повязки и выше. Потом задумчиво потыкала чешуйкой-ножом в разрез на хвосте дракона. – Дай-ка кое-что проверю…

И она попыталась выдрать одну из чешуек рядом с разрезом. С таким же успехом можно было попытаться перевернуть гору: чешуя вросла в шкуру намертво.

Тогда женщина уже готовым «ножом» стала кромсать кожу дракона вбок от прежнего разреза. И опять у нее ничего не вышло.

Даже голод на время притих – настолько сильно Евгению скрутило от любопытства.

– Видишь вон ту каменюку? Сможешь поднять?

– Может, и смогу. Особенно после того, как поем. – Матвей с недовольным видом наблюдал за действиями соседки, одновременно приглядывая за жарящимся мясом.

– Лентяй, – вздохнула Евгения. И принялась нарезать следующую порцию шашлыка.

– Кто б говорил, – насмешливо фыркнул мужчина. – Забирай давай уже готовое. Я сейчас от одного запаха слюной подавлюсь.

В целом обед удался. Правда, копилку со странностями Евгения пополнила необычайной прожорливостью соседа.

Матвей никогда на аппетит не жаловался, но сегодня съел раза в три больше своей обычной порции.

Зато дракона вроде бы совсем и не убавилось. Женщине даже показалось, будто разрез на хвосте стал меньше. Но это наверняка глюки. Типа привидевшегося ей недавно движения лап.

– Хм… интересно, как давно он сдох? – принялась размышлять Евгения, дожевывая последний кусочек вкусного, сочного, чуть солоноватого без всяких приправ мяса. – И как скоро протухнет? Было бы здорово, если бы никогда. Может, у дохлых драконов свойства такие. Антибактериальные.

– Во тебя от сытости в философию потянуло! – поглаживая живот, Матвей разлегся на сене, по привычке собираясь подремать после обеда.

– Какая тут философия, сугубый материализм, – отмахнулась Евгения, устраиваясь рядышком. – Если не испортится, нам этого мяса на пару лет сытой жизни хватит.

– Думаешь, мы тут столько продержимся? – сонно протянул мужчина, позевывая.

– Надейся на лучшее, а жопу готовь к неприятностям, – устроив голову на плече соседа и прикрыв глаза, хмыкнула Евгения.

– Гортензии посадишь у пещеры? – ухмыльнулся Матвей, при этом его рука как бы невзначай оказалась у женщины на талии.

Но, увы. Выспаться им не дали.

– Чертовы драконопоклонники! – ругалась Евгения, вслед за соседом пробираясь через узкий лаз в первую пещеру, а потом и к дыре в горе. – Чего им неймется? Уже ж митинговали сегодня!

Грохот по всей пещере стоял страшный, разговаривать было невозможно. Так что бубнила женщина скорее себе под нос, для души.

У дыры Матвей подсадил ее снова, отправляя лазутчиком «в верхний мир».

Там предсказуемо обнаружился виновник грохота – шаман с колотушкой, мерно стучавший по одному из камней.

Евгения почувствовала, что медленно свирепеет, как от вида истоптанных грядок с гортензиями. Было б под рукой полотенце, она б погоняла этого хмыря! Тем более на этот раз шаман явился без ансамбля, в гордом одиночестве.

– Чего надо?! – неприветливо рявкнула из дыры женщина, пользуясь тем, что эхо неузнаваемо коверкает ее голос. – Дракон закрыт на переучет!

Снаружи стало тихо. Когда Евгения снова осмелилась подтянуться на руках и выглянуть, никого поблизости уже не было.

А она-то уже представила, как с помощью Матвея берет в плен ошеломленного противника. Но что-то пошло не по плану.

– Может, до деревни доберемся? – предложила Евгения, практически вылетев из дыры на деревянную площадку, взлетев вверх, как с батута. – Выясним, чего им от дракона так срочно понадобилось? – продолжила она, сползая по горбылям вниз, на землю.

– Темноты только дождемся, – согласился Матвей, с прыжка сам легко подтянувшись из дыры и буквально перепрыгнув эшафот, как легкоатлеты свои препятствия.

За дровами они вылезали точно так же. Вот только тогда Евгения не отметила ни силищу, с которой ее подбрасывал вверх сосед, ни его ловкость. Зато теперь, после камней, сразу же насторожилась.

– Заодно одежды мне присмотрим и еще чего-нибудь полезного. – И Матвей под неодобрительным взглядом женщины поправил кружевную набедренную повязку. – Неудобно. Лучше уж совсем без нее.

– Я тебе дам без нее! – проворчала Евгения, оглядываясь. И через секунду победно присвистнула: – Полезное я, кстати, уже нашла! – Она с довольным видом потрясла той самой шаманской колотушкой. Видимо, служитель культа потерял с перепугу, когда убегал. – Звонок. Надо сломать понадежнее. Авось не скоро новый сделают.

– Точно дашь? – рассмеялся Матвей. – По голове, или мы о чем-то поприятнее?

– Тьфу, пошляк! – Вопреки нахмуренным бровям, глаза женщины смеялись. – Кто о чем, а вшивый о бане! Давай хоть дров наберем впрок, раз темноты ждем?

– Поспать не дали, без повязки не дали, так еще и работай… – Шутливо ворча, Матвей послушно принялся собирать раскиданные вокруг ветки.

Они как раз успели набрать еще костра на два-три, закидывая все добытое на эшафот, как вдруг Евгения заметила повышенную активность у подножия их горы.

– Что там? Опять делегация прет? – дернула она Матвея.

Почему-то было у нее подозрение, что зрение у соседа теперь заметно лучше, чем ее.

Это внешне они оба одинаково, до двадцати-двадцати пяти омолодились. Но при этом Евгении обычные человеческие возможности вернули, а соседа как-то уж очень круто проапгрейдили.

– Да. Копьями размахивают. Явно не за знакомство выпить хотят.

Глава 6

– Как ты себе это представляешь?! – пыхтела Евгения, пытаясь хотя бы стронуть драконью башку с места. Она изо всех сил дергала чудище за рога, но без особого толку. То есть на пару сантиметров повернула, конечно. И очень удивилась самой себе. Но потом припомнила молодость, авоськи с картошкой и огурцами для засолки, мат-перемат покойного мужа, который запрещал ей одной ходить на рынок и возвращаться в виде нагруженной верблюдицы… и перестала удивляться. Что русской женщине драконья башка? Потенциальный холодец, не больше.

– Одной чешуйкой мы ему шею до завтра будем пилить, даже с твоей силищей, – подсчитала она. – А тем временем ироды лохматые осмелеют и полезут в пещеру.

– О! Идея! Отойди!

Бесцеремонно оттерев Евгению от туши, Матвей обхватил драконью шею, резко сдавил, скрутил и рванул. Раздался треск костей и огромная голова повисла, держась только за шкуру. Правда, все руки у него оказались в крови – порезался об острую чешую.

– Осспаде, да что ж ты как ребенок! – разволновавшись, принялась сурово отчитывать мужчину Евгения. – На секунду отвернешься, уже убился! – Выдохнув первые пары возмущения, она потянула Матвея к водопаду и практически окунула его в теплую воду: – Перекиси тут нет, так хоть промоем под проточной… – И удивленно округлила глаза: смывалась не только кровь с ладоней, но и сами порезы! – Ух ты… волшебный источник, что ли? А чего тогда дракон сдох?

– От старости? – предположил Матвей, с интересом изучая свои руки. Кстати, вместе с порезами смылась и часть символов.

– Мне прочесть лекцию о том, что такое старение организма, и как на него влияет регенерация? – подбоченилась было Евгения, но тут же сама себя одернула: – Ладно, потом. Давай башку до конца отдирать. Ты бревно-то не забыл? – Хлопоча вокруг дракона, она очень напоминала взволнованную наседку.

Отдирать голову оказалось потруднее, чем ломать шею. Но в итоге Матвей и с этим справился, опять изрезав себе все ладони. Но тут он сам, под строгим взглядом соседки, пошел и помыл руки в источнике. А потом насадил драконью голову на большую толстую дубину. Именно ее находка и вдохновила попаданцев на мини-спектакль.

– На раз-два-три! – вдохновенным шепотом скомандовала Евгения, глядя, как зубастая рожа вот-вот высунется из дыры, словно кукла в детском спектакле. – Раз! Два! Три!

– А-р-р! Пошли вон! – забасил Матвей.

От его голоса, усиленного эхом, даже женщине, наблюдающей за спектаклем, стало не по себе. А уж неподготовленным зрителям тем более. Вот только отреагировали они не так, как ожидалось.

– А-а-а! Великий возродился! Теперь он нас точно спасет! О, Великий! – оглушающе завопило множество голосов. Судя по топоту, кто-то за стеной пустился в пляс или подпрыгивал от радости.

– Нам не придется покидать деревню… – краем уха услышала Евгения и насторожилась.

– Чего они там про возрождение несут? Скажи, чтоб сваливали! У нас же чучело!

– Прячьтесь! Я спалю все: и ваших врагов, и ваши дома… – разошелся Матвей. – Вы не дали мне поспать!

Он, может, еще бы что-нибудь выкрикнул, вот только голосовые связки не позволили. И мужчина сипло закашлялся. Эхо превратило это в страшный смех, от которого у Евгении мурашки пробежали по позвоночнику.

– О Великий… – Наверху странно притихли. – Ты недоволен нами?! Эй, тащите дар новому дракону!

– Что-то мне это не нравится, – подозрительно прищурилась сообщница по драконьей мистификации. – Знаем уже их дары. Небось опять…

Договорить она не успела, ибо все ее опасения подтвердил пронзительный женский визг где-то поблизости от пещеры.

А потом, безо всяких прелюдий, сверху мимо драконьей морды посыпался сначала песок, а потом в дыру влетела откормленная девица, со всего размаху грянулась о каменный пол, перестала орать и закатила глаза.

– Так вот от чего та портниха кони двинула, – несколько раз нервно сглотнула Евгения. – Изверги… Я отказываюсь замуровывать еще один труп!

– Вроде дышит. – Аккуратно прислонив инсталляцию из бревна и драконьей башки к стеночке, Матвей присел возле новой жертвы и поводил пальцами над девичьим лицом. – А давай ее в источнике замочим?

Не дожидаясь ответа, он перекинул тело через плечо и направился вглубь драконьей пещеры. Причем, судя по скорости, наличие достаточно пухленького фигуристого груза ему ничуть не мешало.

– Зачем?! – не сразу поняла Евгения, торопясь следом. Но потом до нее дошло. – Ааа… давай. Вон, у нее нога как-то неправильно вывернута. Коленкой назад. Вот и проверим, насколько вода живая.

Остановившись у источника, Матвей небрежно скинул девушку прямо в воду и уселся рядом на бортик бассейна.

– Как думаешь, сколько ей на восстановление понадобится?

– Судя по пузырям, минуты хватит, – хмыкнув, Евгения устроилась бок о бок с мужчиной, – чтобы утонуть. Голову-то над водой надо было держать.

– Есть у меня подозрения, что мне ее голову в руки брать не надо, – с каменным лицом выдал Матвей и кивнул в сторону безголового драконьего тела.

– Мда… – не без внутреннего сопротивления согласилась Евгения. – Ладно.

Аккуратно сбросив с ног довольно удобные кожаные тапочки, похожие на помесь балеток с мокасинами, она подоткнула подол и полезла в воду. За волосы поймала несостоявшуюся утопленницу и аккуратно приподняла ее над водой.

– А ногу, наверное, сначала надо было вправить… итицкая сила! – И, не придумав ничего лучше, Евгения снова окунула пришедшую в себя и осмысленно вытаращившуюся на нее девчонку с головой. – Она глаза открыла! Что делать?!

– Могу стукнуть, – с сарказмом предложил Матвей.

– Не надо! – замахала на него руками Евгения. И понятное дело, отпустила в этот момент жертву. – Лучше потащили ее обратно и выкинем от греха на поверхность… Кажется, эта коза вполне уже вылечилась – вон как брыкается!

Пришлось потратить время на то, чтобы выловить паникующую девицу из воды и, пока не опомнилась, аккуратно тюкнуть ее по голове шаманской колотушкой. Если выжила при падении, значит, череп крепкий. Ударом больше, ударом меньше – уже без разницы.

– Не-а, не починилась. – Оглядев болтающиеся за спиной Матвея ноги девушки, Евгения разочарованно вздохнула. – Так что твои порезы из-за чего-то другого заживают.

На обратном пути она продолжала тихонько вздыхать, поглядывая на соседа и его ношу.

Конечно, ей было жалко девчонку. Но не оставлять же ее со сломанной ногой в пещере. И без того забот хватает. Источник оказался обычным, раны не залечивал. Раскрывать свои секреты и угощать местную жительницу мясом дракона – рискованно. Наверняка перепугается и натворит бед.

– Как она? Дышит? – поинтересовалась Евгения, уже стоя под дырой в небо. Судя по негромкому гулу, драконопоклонники пока не разошлись. – Давай ее выкинем и велим остолопам о девчонке заботиться, чтоб лечили и не обижали впредь?

– А может, лучше скажем, что невкусная? Вон, она вся мокрая и теплая, как будто ее дракон пожевал!

– И девицу сразу прибьют, – не согласилась Евгения. – Ты дракон, ты ничего не обязан объяснять. Выплюнул и велел лечить. Все.

– Окропленная слюной дракона… – тихо заржал Матвей. Эхо вяло откликнулось, и наверху напряженно притихли.

Глава 7

– Ну чего там? – уже не в первый раз недовольно пинала соседа Евгения.

Тот своими широкими плечами закрыл почти все оконце самой большой хижины в деревне. И не хотел уступать наблюдательный пост.

– Девчонка-то жива? Не пришибли?

Ответа она не расслышала, потому что где-то рядом во всю глотку заорал петух, а его гарем устроил политические дебаты с матерками. Кажется, хозяин курятника решил экстренно эвакуировать пернатых путем засовывания в мешок всех подряд.

В деревне вообще царила суматоха. Несмотря на глубокие сумерки, никто не спал: горели костры, везде торчали какие-то тлеющие головешки и наверченные на палки пучки промасленной пакли – факелы. Население орало, кудахтало и суетилось не хуже собственных кур. Кажется, народ всерьез принял указание дракона – валить куда подальше и отсидеться в буераках.

– Чай, говорю, пьет, – отреагировал на очередной пинок Матвей. – Ты ж не кобыла, чего так лягаешься?

– Раз чай пьет, значит, живая, – успокоилась Евгения, но тут же снова пихнула мужчину в бок. – Ну и хватит на чужие прелести таращиться! Мы пришли на разведку или где? Штаны за тебя я воровать должна? Или Пушкин?

– Чего сразу Пушкин? – С неохотой отрываясь от своеобразного реал-ТВ, Матвей осмотрелся и тут же ринулся к одному из ближайших заборов.

Евгения с недоумением потрусила следом и только через несколько метров поняла, что именно так привлекло мужчину.

Кто-то или еще не успел, или вообще позабыл снять развешанную на заборе одежду, среди которой были и штаны, и рубахи, и даже пара платьев.

– Может, по одному комплекту со двора будем красть? – у Евгении опять не к месту проснулась совесть. Она дернула за свисающий рукав стыренной рубахи и вздохнула: – Домотканая. Новая. В деревне одежда стоит дорого.

Ее самобичевание прервала овца. Самая настоящая. С испуганным блеянием скотина выскочила из-за угла и с ходу врезалась женщине пониже спины. Обе взвизгнули почти в унисон, но шарахнуться друг от друга не успели: у хозяйственной дачницы закончился запас человеколюбия и порядочности. Она живо развернулась и вцепилась агрессорше в длинную шерсть.

– Баранина! Пряжа! Явно ничья! Вяжи ее!

Матвей, увидев живого врага, воодушевился, позабыв на время про одежду. Но поступил очень непрактично, тюкнув несчастную овцу по черепу. К счастью, легонечко…

– Вот балбес! – Глядя на рухнувшую скотинку, Евгения тяжко вздохнула. – Ну и тащи теперь сам. Так бы на привязи пошла, глядишь, и еще парочка бы за ней увязалась…

Тут женщина случайно заглянула через ближайший плетень и страшно заинтересовалась:

– Смотри, хозяева сбежали, а сковородка осталась! Прелесть! И вон тот горшок ничего себе! А ну-ка, подсади!

– Нам мешок надо, литров на сто пятьдесят, – заржал Матвей, быстро натягивая на себя штаны и рубаху. – Платье запасное берем?

– Бери все! – отмахнулась Евгения. Она уже сама кое-как вскарабкалась на плетень и зорким взглядом окинула брошенное подворье. – Самое широкое узлом у ворота свяжи, вот тебе и мешок!

– Слушай, а ты через калитку входить не пробовала? – поинтересовался Матвей, после того как собрал с забора все вещи и присоединился к чахнущей над найденными сокровищами соседке. – Удобнее же…

Евгении было не до ехидных подколок. Она дорвалась до посуды и материлась себе под нос, поминая неряху-хозяйку. Постыдилась бы – воры придут, а у нее сковорода в нагаре и вся утварь липкая, как с помойки! Даже ухват кривой.

Женщина так увлеклась полезным скарбом, что незаметно для себя зашла дальше, чем рассчитывала, – за угол приземистой мазанки. И только тогда поняла, что обстановка вокруг изменилась.

Все драконопоклонники скрылись в кустах на другом краю деревни, но вместо них к деревне приближалась новая компания. На конях, в железных шлемах и панцирях!

– «Тефлонские» рыцари, что ли? – озадаченно уставился на железную конницу Матвей, резво затягивая соседку обратно за угол. – Ты тут спрячься где-нибудь, я в разведку… А лучше хватай свою сковородку, горшок, и марш в пещеру!

Вопреки обыкновению, Евгения решила не спорить. Всему свое время, в том числе и скандалам. В момент опасности самое умное, что может сделать правильная женщина – не путаться у мужчины под ногами. Так что мешок с посудой через плечо, руки в ноги и огородами, огородами! Ох, овцу-то в переулке забыли… жалко!

– Береги себя! Только попробуй пропасть, с того света достану!

За соседа Евгения, конечно, волновалась. Но он же не попрет в одно рыло на толпу рыцарей? Да, силушки у него прибавилось, но ума же вроде как не отбавилось. Самосохранение по-прежнему присутствует.

А ее забота – крепкий тыл и жареная драконятина. Или отварная, ради разнообразия.

Проводив соседку, Матвей ринулся к лесу, со стороны которого и скакали рыцари. Бежать было легко, как в молодости. Дома, заборы, деревья мелькали перед глазами, словно он гнал на машине, причём по кольцевой.

Матвей даже пожалел, что нельзя мчаться по дороге, прямо на коников. Вот бы они удивились, если бы на них на огромной скорости наскочил один единственный мужик. Хотя даже если из-за кустов на них напрыгнуть, сработает эффект неожиданности.

Отчаянная идея ввести противника в ступор крепко засела в голове Матвея. Пришлось даже остановиться и подождать, пока выветрится. Благо конница довольно бодро двигалась навстречу.

Рыцари ехали молча. Оно и понятно, в таких коробах, как на них, сильно не поболтаешь. Вот дурни! Нет бы снять и наслаждаться свежим ночным воздухом… Запахи травы и листвы одуряющие, цикады стрекочут, красота!

Матвей решил пропустить врагов вперёд, и пробежаться потом за ними. Так проще, чем скрытно двигаться за молчаливыми угрюмыми всадниками, цель которых заранее известна.

К тому же мужчина заметил под ногами кустики с ягодами, по вкусу похожими на голубику. Сорвав лист побольше, он ненадолго отвлекся от слежки, чтобы собрать соседке подарок.

Евгения очень любила ягоды и фрукты – свежие и замороженные. Просто так и в выпечке. Есть и готовить.

За вишнёвый пирог Матвей прощал ей почти все недостатки. Ну не бывает идеальных людей! Зато бывают идеальные пироги.

По ощущениям прошло меньше минуты, когда мужчина выпрямился и глянул на дорогу, по которой буквально только что двигалась конница. Но рыцари словно испарились или свернули не туда.

Чего им на горе могло понадобиться? Не дракона же они будить поскакали? Или как раз наоборот, всей толпой на типа честный бой? А там вместо дракона Женька!

Забыв про ягоды, Матвей помчался на всех скоростях в сторону пещеры. Но не успел.

– А-а-а! Отпусти, падлюка! На тебе! И тебе!

Глава 8

До пещеры Евгения не добежала. Она же не лошадь, тем более вверх по склону.

А вот лошади с этой задачей справились. И притащили на себе консервные банки с мечами и злыми намерениями.

Еще секунда, и фиг бы кто ее выковырял из драконьей норы. Но увы. Примчавшиеся по тропе ироды спешились на скаку и кинулись на нее втроем. В одного она швырнула чугунок – очень метко, прямо в поднятое забрало. Второго отоварила сковородкой по шлему. Да так, что звон на весь лес.

А вот третий зашел с тыла и схватил Евгению железными ручищами поперек туловища, отрывая от земли и сдавливая так, что дышать стало невозможно. Зато орать получилось. А потом за спиной раздался грохот. И дыхание сразу вернулось. Вместе с русским-матерным. Евгения шустро отбежала в сторону и заорала:

– Так их!!!

Матвей нашёл применение своей силушки. Он энергично молотил кулаками по головам рыцарей, стараясь при этом не стать жертвой обрезания, так как обозлённые железяки пустили в ход мечи. Вот только они или не успевали ими пользоваться, или была какая-то иная причина, почему до сих пор на мужчине не было ни царапины. Только рубашку порвали, паразиты. И Матвей светил на них голой мускулистой грудью со странными рисунками.

Евгения отползла чуть дальше в кусты, чтобы не мешать соседу, но сковородку держала наготове.

Враги все прибывали и прибывали, со страху ей показалось, что на гору влез весь отряд железных иродов. Банок двадцать, не меньше!

Евгению так и подмывало броситься Матвею на помощь, но она боялась его отвлечь и подставить под удар. Разозленный сосед и без нее неплохо справлялся, гася хулиганов направо и налево.

– Суть дракона! Живым брать! – проорал кто-то со стороны тропы. – Сети готовьте!

Повинуясь приказу, железноголовые отхлынули от рассвирепевшего мужчины к коням. Но почти сразу вернулись, волоча в руках что-то, смутно похожее на огромные рыболовные сети.

Окружив своего единственного врага, они дружно накинули на него эту гадость. Мгновение, и Матвей оказался спеленут, словно куколка шелкопряда.

– Ах вы! – взвыла женщина, ринувшись было в битву со сковородой наперевес. Но тут же осела обратно в кусты от громкого рыка соседа:

– Сидеть! Прибьют же!

Евгения закусила губу до крови, глядя, как супостаты волокут свою добычу вниз по тропе. Часть из них шла следом, а часть осталась на площадке. Те, что пострадали меньше, помогали оглушенным собратьям прийти в себя и встать на подгибающиеся ноги.

– Хрен вам с ботвой, – зло прошипела женщина, выискивая взглядом хоть одного паразита, которого можно будет взять в заложники и вытрясти побольше сведений. Куда они потащили Матвея?! Зачем?! Что еще за «суть дракона»?!

Подходящий объект нашелся почти сразу. Бедолага сначала огреб чугунком в забрало, а потом Матвеевым кулаком по шлему. Поэтому тихо валялся в кустах, не подавая признаков жизни. Причем валялся очень удачно – на спине.

Рыча и матерясь сквозь зубы, Евгения вцепилась в идеально подходящий для перетаскивания тяжестей рыцарский плащ и медленно, стараясь не сильно звенеть железной униформой, поволокла добычу подальше за камни, чтобы остальные гады не увидели. Авось обсчитаются.

Зато если стуканутый выживет, она придумает, как развязать ему язык.

– А как же драконье сердце? – Один из рыцарей озабоченно посмотрел в дыру, и тут же брезгливо тряхнул консервной банкой на голове.

– У нас есть суть дракона. Магистр будет доволен, – отмахнулся другой.

Несмотря на всеобщую задницу, Евгения тихо и нервно хихикнула, глядя, как враги покидают поляну.

Похоже, оба героя не горели желанием влезать в своих железных нарядах через эшафот в пещеру. И то верно, вдруг там живой дракон? Дохнет огнем, и готово – жареные рыцари в собственном соку. Это вам не на безоружных людей нападать, извергам!

Интересно… а у ее пленной консервы была лошадь? Может, не увели вместе со всеми? Надо поискать. Причем срочно.

Евгения отвлекалась как могла, чтобы не завыть белугой, размазывая слезы по физиономии. Матвей был для нее единственным близким человеком в этом непонятном, гадком и чужом мире. Потерять его оказалось очень страшно. Очень… Без Клима она осталась в своем родном мире. Там был дом, дети, друзья. Матвей. А тут все чужое. И вообще…

Нет уж! Никому она своего соседа не отдаст. Облезут! Перебьются! Ироды еще пожалеют… да где же эта чертова лошадь?!

Рыцарская скотинка нашлась ниже по склону, в стороне от основной тропы. Она спокойно паслась у какого-то куста, объедая с него крупные фиолетовые цветы.

Евгения была так зла, что даже не подумала бояться огромной кобылы, затянутой в помесь кольчуги с попоной. Когда-то в молодости она пару лет занималась конным спортом и даже не все с тех пор позабыла. Так что лошадь была поймана за узду, получила ладонью по храпу и пошла за женщиной обратно к драконьей пещере. Там она почуяла хозяина и совсем перестала упираться.

Привязав кобылу к дереву возле бессознательного тела, Евгения уселась рядом и всхлипнула. Но тут же решительно вытерла глаза подолом, высморкалась в свисающую с седла тряпку и принялась стаскивать с пленного шлем. Где он тут… должна быть застежка, правильно? Или завязка… Ррррр! Где там драконья чешуйка? Перерезать нафиг все кожаные крепления, да и все!

Она не остановилась, пока не ободрала с бессознательного тела все железяки до последней. Потом мстительно посопела и принялась раздевать пленного дальше. Голыми мужиками в ее возрасте не удивить, а тот, кто останется без одежды, связанный и в незнакомой обстановке, будет чувствовать себя уязвимым. Самое то для вдумчивого допроса с пристрастием.

Руки и ноги супостату она связала его же веревкой – нашла в седельной суме.

Лошадь тихо фыркала и нюхала своего хозяина, не мешая женщине рыться в поклаже. Кровью от того не пахло, команды отбиваться он не давал. О, кстати! Оторвав от рыцарской рубашки полоску ткани, Евгения соорудила кляп и повязку на глаза – на всякий случай.

Еще с полчаса ушло, чтобы перетащить совсем молоденького и все еще бесчувственного парня поближе к дыре. Сначала, кряхтя от усилий, затянуть его на эшафот, а потом спустить на веревке внутрь. Спуститься по той же веревке самой. Вспомнить, как ловко ловил ее Матвей. Повсхлипывать. В очередной раз обозлиться. Пристукнуть затрепыхавшеся было тело сковородкой. Перебазироваться в пещеру к бассейну. Сбегать обратно к дыре и приволочь оттуда драконью голову. Мысленно пометаться между моральным и реальным устрашением. Выбрать второе. Вынуть кляп, снять с глаз парня повязку и устроить его прямо напротив оскаленных в предсмертной судороге зубов. Пусть, как очнется, оценит улыбку твари.

И только после этого Евгения позволила себе выдохнуть и замедлиться. Но все равно еще раз проверила, надежно ли связан «лыцарь». Вроде все правильно – руки за спиной, к ним притянуты лодыжки и удавка на шее. Интернет и кинематограф – великое дело. Осталось дождаться, пока гаденыш придет в себя. Водичкой его полить… Раз дышал все то время, пока она его таскала – значит, очнется. Головы у здешнего населения крепкие.

Совсем скоро пленный завошкался и замычал. А потом, не открывая глаз, простонал:

– Магистр… магистр… не ешьте его!

Глава 9

– Говори, гад, куда Матвея потащили?! Что еще за суть дракона? Зачем вам сердце?! Кто такой магистр, и где его искать?!

Пленный лишь нечленораздельно мекнул что-то, пребывая на грани потери сознания – только теперь от ужаса. Раздетый, связанный, в лицо скалится дохлый дракон, а вокруг мельтешит сумасшедшая баба, у которой руки по локоть в крови и с подола тоже кровь капает.

Это Евгения нашла себе дело, чтобы не бесцельно страдать, пока «лыцарь» очнется. Она вспомнила про то самое сердце дракона и в запале, без посторонней помощи, одной острой чешуйкой распотрошила тушу от перерезанного горла до легких.

Шкуру не разрезала, на это у нее адреналина не хватило, а добралась до внутренностей через пищевод ящера. С трудом определив, где именно там сердце, она безжалостно его выдрала. Раз за этой пакостью целый отряд снарядили, может, получится обменять ее на Матвея?

Парень пришел в себя, когда с потрошением было покончено, и ему досталась лишь разгневанная и забрызганная кровью красотка. Но бедолаге и этого зрелища хватило. Больно хрупкая нервная система у местных рыцарей.

– Отвечай, гаденыш! А то я тебя сама сожру, прямо с костями! – встряхнула несчастного Евгения, оставляя на нем кровавые отпечатки. – Ты еще подумай, кто из нас страшнее: я или дракон. Он-то быстро слопает. Ам – и все. А я люблю долго развлекаться с едой!

– Н-не н-надо… – проблеял бедолага, закатывая глаза. Только при каждой попытке уплыть в нирвану ему на голову выливали горшок воды. Теплой, правда. Но все равно действовало.

– Надо, паразит такой, надо. Я задала вопрос! Считаю до трех. Кто не ответит, я не виновата. Начинаю жрать с самых нежных частей! – Хищно прищурившись, Евгения ткнула пальцем жертве ниже пояса. – Опять? Да чтоб тебя… Обморок считаю за попытку побега и приступаю к трапезе!

– Не надо, госпожа! – наконец-то внятно взвыл парень, извиваясь в веревках, словно гусеница. – Я все скажу!

– Начинай, – величественно разрешила женщина, вытирая окровавленные руки грязным подолом.

Драгоценная внутренность дракона лежала на бортике бассейна, словно на разделочной доске, и влажно поблескивала.

– До магистра дошли слухи, что здешний дракон давно не покидал свою пещеру, и нас отправили добыть его сердце…

– Дожили! – Евгения подбодрила рассказчика легким пинком в бедро. – Может, у него отпуск, простуда, депрессия… беременность, в конце концов. Три дня из пещеры не рычал – всё, приперлись добивать, супостаты! Ну и зачем вашему магистру сердце понадобилось?!

– Тот, кто съест сердце дракона, станет всемогущим. – Судя по изумлению в глазах пленного, он только что изрек прописные истины.

– Тьфу, извращенцы! Дикари!

Нет, они с соседом тоже молодцы. И драконий шашлык ели, и трупу голову оторвали. Евгения сама голыми руками только что выпотрошила тушу. Но все это было «другое».

– А Матвея зачем утащили? Тоже съесть?! – От таких мыслей женщина ощутила приступ дурноты, но вида не показала.

– Он избранный! Суть дракона! – Благоговение в голосе рыцаря слегка успокаивало. Хотя кто этих фанатиков знает? Могут и в процессе преклонения слопать. – После его перерождения у ордена будет свой дракон.

– На развод? На убой?! – ужаснулась Евгения, прикрыв рот ладонью. Потом, опомнившись, той же самой ладонью залепила парню подзатыльник. – Какая суть?! Какой дракон?! – возмущенно засверкала она глазами. – Что за ахинею ты несешь, идиот! Я Матвея сто лет знаю, он обычный человек!

– На нем знаки призыва, – болезненно поморщился рыцарь. – И в нем сила дракона.

– Эти каракули, что ли? – озадачилась женщина. – Вот говорила же: лезь в бассейн, отмывайся. Нет, всё доверил великому «потому»… – И, прервав ворчание, деловито уточнила: – Так зачем магистру дракон?

– Знаки призыва уже сработали, выбрав его сутью. Смывать их бесполезно, – опять с удивлением выдал очередную общеизвестную истину парень и мечтательно прищурился: – А с помощью дракона, да еще и перерожденного, наш орден сможет захватить остальные! Стать единственным…

Евгения злорадно хмыкнула:

– Так вам Матвей и дался. Обломится ваш орден. Наши мужики своих-то магистров не особо слушают, не то что посторонних.

– В ордене есть средства, чтобы выдрессировать любого – и зверя, и… – с гордостью ляпнул пленный и тут же испуганно прикусил губу.

– Типун тебе на язык, придурок! – Рассердившись, Евгения снова залепила бедолаге подзатыльник. – Говори, как добраться до вашего ордена!

Примерно через час женщина выбралась на поверхность. Огляделась на поляне – где-то тут остались валяться похищенные из деревни вещи. Их надо было найти. В путь лучше отправиться приличной дамой, а не помесью мясника и вурдалака.

– Эй! Ты избранная?.. – окликнули вдруг из кустов.

– С чего вдруг?! – Вздрогнув, Евгения обернулась на голос, ухватив поудобнее сковородку.

– Других живых женщин возле драконьей пещеры не бывает, – из зарослей осторожно высунулась голова знакомого шамана.

– Может, и избранная.

Популярное в фэнтезийных книжках слово почему-то раздражало. Евгению перекосило, еще когда пленный рыцарь так Матвея обозвал. А уж за то, что это обзывательство к ней применили, вообще убила бы!

Нет уж! Они с соседом были честно избранные в правление дачного кооператива, а теперь их избрали не спросясь. И хоть бы куда-то в приличное место…

– Ты глас нового дракона? Чего он желает? Чего ты желаешь? – угодливо засуетился шаман, радостно потирая руки.

Ну, логично: если есть избранная, значит, и дракон целенький где-то неподалеку. И получается, все тут уже в курсе, что старый умер. А вот о том, что новый похищен консервными банками, мужики-то и не знают.

– Чего желает дракон? – задумчиво прищурилась Евгения. – А подожди-ка здесь, скоро вернусь.

Она подхватила найденный мешок, закинула его на эшафот, забралась по горбылям, съехала по веревке вслед за скинутыми вниз вещами, предусмотрительно обмотав руки тряпками. И постаралась при этом снова не раскиснуть, так как неудобный способ без Матвея становился уже привычным.

Но долго сетовать на судьбу боевая дачница не умела. Тем более если дел по горло.

Пленный во время ее отсутствия отполз подальше от драконьих зубов и попытался перетереть веревку о подходящий камень. Получил в очередной раз по затылку и в ужасе зажмурился, когда Евгения, не стесняясь невольного зрителя, разделась и полезла в бассейн мыться.

– Можешь не благодарить, – хмыкнула она десять минут спустя, натягивая чистое платье и под него – полотняные мужские штаны в качестве нижнего белья.

Потом подошла к малиновому от смущения парню и хихикнула, оценив его реакцию:

– Ну-ну. Да все понятно, не тушуйся. Ты такую красоту не скоро увидишь, если вообще повезет. Давай, повернись задом кверху… Да не ойкай! И не дергайся! Тоже мне, девственник невинный нашелся. Никто тебя насиловать не собирается, даже не надейся!

В конце концов Евгения отрегулировала веревочные путы на пленном так, чтобы он мог встать и самостоятельно просеменить к выходу. Ибо хватит на ее горбу ездить.

– Эй! – У дыры женщина притормозила рыцаря за веревки и задрала вверх голову. – Ты еще здесь?

– Слушаем тебя, избранная, – осторожно откликнулись снаружи.

– Молодцы! Сейчас я вам еще одну не съеденную жертву верну! У дракона от нее изжога…

И, повернув парня к себе, покрутила у него перед носом кулаком:

– Ни про суть, ни про сердце, ни про то, что ты здесь видел, никому и никогда, а то сдохнешь в муках, понял?!

Глава 10

– Кормить! – строго наставляла Евгения. – Проверять! Чтоб веревки не перетер. Он уже пытался. Если помрет – дракон будет недоволен. Если сбежит – тоже!

– Угу, – вздохнул шаман, глядя, как пленника утаскивают вниз по тропе. – А того… на пользу деревне задействовать можно?

– На какую такую пользу? – тут же насторожилась женщина, но сразу отмахнулась. – Хотя… даже знать ничего не хочу! Барахло его, главное, не трогайте. Железяки за ним придут. Деньги упаковали? Мешок собрали?

– Упаковали, – совсем приуныл шаман.

«Глас дракона» выпотрошила его личную кубышку. Больше ни у кого из жителей серебряных монет не нашлось, а медяки хитрая избранная забраковала. Тяжелые и дешевые. Так, взяла немного, горсточку.

– Вы хотите вернуть суть до перерождения или нет? – прикрикнула Евгения.

Переговоры с шаманом принесли ей многие знания и многие печали.

Самое важное – в этом мире существовало два вида драконов.

Чаще всего это были обычные рептилии. Драконицы откладывали яйца в приглянувшейся пещере и улетали по своим делам. Когда малышу приходило время вылупляться, мать возвращалась занести еду. Потом навещала еще несколько раз и в итоге бросала ящереныша в самостоятельную жизнь.

Дикари же специально лазали по горам, находили такие яйца, перетаскивали поближе к своей деревне, приручали вылупившегося зверя и жили себе, не зная забот.

– Привыкли только девок по соседям воровать и выезжать на драконьей шее. Как вас еще не пришибли за такие дела!

– Дракон же…

– Дракон не повод для свинства. Все. Я пошла. Лошадь где?

Рыцарскую, как меченую иномарку, она оставила драконопоклонникам. А взамен взяла спокойную кобылку с меланхоличной мордой и несколько раздутым пузом. И не позарится никто, и быстрее, чем пешком.

Карту она рисовала сама, вслушиваясь в путаные объяснения пленного и обстоятельные – шамана.

Тропа в долину все равно одна, а там налево. Не заблудится. Магазины со скидками и распродажами она и по менее понятным объяснениям подруг находила! А торговый центр в шесть этажей, это вам не средневековье с одним замком на горизонте.

– Вы, избранная, если кого встретите, главное – не кланяйтесь, – принялся наставлять ее в дорогу шаман. – Тогда подумают, что знатная дама, и с вопросами не полезут. Платье-то мы вам хорошее нашли, из дорогих… – работник культа снова тяжко вздохнул, – и плащ…

Вот ведь гад! Наверняка же рассчитывал все это продать и пополнить свою кубышку.

Евгения даже гадать не хотела, кому раньше принадлежала эта одежда. Сейчас не до сантиментов. Стиранное – и ладно.

Брать с собой «пажа» из деревенских женщина категорически отказалась. Тут бы одного Матвея выручить, не хватало о втором дурне беспокоиться!

В общем, поход на драконоборцев начался неплохо. Бодро, при полных седельных сумках, годной экипировке и воинственном настрое. Хоровое подвывание вслед Евгения решила счесть за пожелание удачи.

Она мысленно подсчитала время и расстояние, на которое могли ускакать похитители дракона. Рыцари сорвались в галоп – так торопились. Но кони не механизмы, и долго так скакать не смогут. Значит, весь отряд должен остановиться на отдых. Плюс раненые и прочие стукнутые.

Так что есть надежда догнать паразитов до того, как Матвея запрут в каком-нибудь подземелье, из которого его потом не выковыряешь. Лучше им сбежать заранее, в пути.

Суть дракона, надо же! Как этого… дурня угораздило так вляпаться?

Сути встречались редко и появлялись в пещерах, где совсем недавно умерла старая рептилия. После перерождения они оставались разумными. Из обильного потока девственниц выбирали себе избранную, которая жила с ним и говорила от его имени, потому что драконья пасть для членораздельной речи была не приспособлена.

Поэтому в спектакль с говорящей головой никто из дикарей не поверил, но зато обрадовались зарождению сути. Это же означало, что у них будет даже не Великий, а Величайший дракон. Окропленная слюной дракона жертва лишь укрепила их надежды.

Избранная оказалась, правда, злая и жадная. Последняя мысль отчетливо светилась в глазах шамана. Но Евгения планировала занимать эту должность до последнего, безо всяких перевыборов.

Кобылка двигалась неторопливой, уверенной рысью и, судя по равнодушно-философскому выражению морды, могла так скакать до вечера. Тем более так долго передвигаться им не понадобится.

По словам шамана, у подножия гор находится маленький городок. Таверна для зажиточных путников располагается там поближе к центру, и рыцари наверняка в нее заглянут. Так что можно будет разжиться сплетнями и сверить «навигатор».

Сердце дракона Евгения запихнула в кожаный бурдюк, чтобы не промокало, а сверху, для презентабельности, замотала тряпкой, похожей на шелковую парчу. Теперь оно тряслось в одной из седельных сумок.

Если не получится выручить Матвея хитростью, может, удастся выкупить? Приручат они ящера или нет, это еще бабка надвое сказала. А могущество – вот оно, на блюдечке. Осталось только приготовить.

Уже в таверне Евгения поняла, как опростоволосилась с медными монетами. Что поделать, здешний курс валют ей никто не показывал. Полный обед на «чистой половине» таверны стоил всего два медяка. А комната, захоти она здесь переночевать, обошлась бы еще в четыре.

Серебром светить не следовало – это женщина просекла сразу. Пристукнут в темном углу, и конец спасательной миссии.

Зато, когда знатная гостья попросила проводить ее в комнату только для дам, удалось подслушать весьма интересную новость.

– Сам племянник магистра! Такой мужественный! А красавчик…

– Красавчик, тоже мне. Бабник, каких свет не видывал. За каждым подолом волочится.

– Да и пусть! Зато за поцелуйчик целый серебряный подарил!

– И сиськи помял за те же деньги. Солома, вон, из-под юбки сыплется!

– Такой обходительный господин. Даже к служанкам по-доброму. А уж какой он, говорят, со знатными дамами… эх.

– Рылом не вышла для знатной дамы. Радуйся серебряному и молись, чтоб в подоле не принести. Бесстыдница.

Евгения сразу прикинула, что раз солома все еще сыплется, значит, сиськи мяли совсем недавно. И вряд ли племянник магистра мог оказаться в каком-то еще другом отряде. Значит, она на верном пути и отстает совсем немного.

Вот только догнать на ее кобылке рыцарских коней все равно нереально, даже если загнать несчастную вусмерть.

Порывшись в кошеле, Евгения нашла там еще несколько медяков и уверенно направилась к трактирной стойке.

– Любезный, не подскажете, есть ли какой-то более короткий путь к мосту через Арак? – Название протекающей под горой широкой реки несколько раз упоминали и пленный, и шаман.

– Что, хотите посмотреть на пойманное чудовище? – с ехидством поинтересовался трактирщик.

– Дело у меня к достойным господам, – спокойно пояснила Евгения и так улыбнулась, что мужчина поставил недотертую кружку на стойку и разулыбался в ответ. – Подскажете? Вы же наверняка тут самый… – она сделала паузу, во время которой глубоко вздохнула, – знающий!

Как говорится, дала природа большую грудь – будь благодарна и пользуйся по назначению. Эту нехитрую истину Евгения постигла еще в первой молодости.

– Не сомневайтесь, госпожа! – засиял трактирщик. – Сейчас планчик вам нарисую, мигом у моста окажетесь. Главное – не торопитесь сильно, а то по этой тропе редко кто ездит. Беда случится – на помощь только волки придут.

Глава 11

Рвать платье было жалко. Да еще и трудно – неизвестная швея постаралась на совесть, снабдив декольте двумя рядами намертво пришитых шелковых кружев. Пришлось плюнуть на все и самую капельку подрезать в стратегических местах чешуйкой.

Еще труднее оказалось заставить горскую кобылку изобразить бешеный галоп. Спасло только то, что почти вплотную к переправе рос лес, а тропа через него сворачивала к реке так, что скакать пришлось всего несколько десятков метров.

Зато орать Евгения начала заранее, стараясь делать это как можно более музыкально. И соблазнительно. Хотя что такого соблазнительного в женском визге? Это могут понять только мужчины.

В общем, представление удалось. Не совсем так, как она планировала, но…

Никто не хотел, конечно, сбивать с ног самого блестящего рыцаря. И падать на него сверху не собирался. Зато подрезанное декольте лопнуло как по заказу – чуть ли не до пупа!

– О боги! – прохрипел мужик, на которого выпало сокровище третьего с половиной размера.

«…..ть!» – не очень-то романтично подумала Евгения, с размаху приложившись животом и грудью об железо. Ей было так больно, что даже стараться что-то изображать не пришлось. Прикрыв глаза, она повисла тряпочкой на чужих доспехах. И даже не сразу начала оглядываться из-под полуприкрытых ресниц. Сперва позволила укутать себя в чей-то плащ и потаскать на руках через поляну. К концу прогулки немного отпустило, и навыки опытной дачницы дали о себе знать: расположение грядок с рыцарями… тьфу, остановившихся у переправы коней, телег и железноголовых Евгения надежно срисовала в память. Но где же Матвей? Почему его нет?

– Моя лошадка… моя бедная лошадка… – простонала она наконец, вяло пошевелившись у рыцаря в руках. – Нас напугал какой-то зверь…

– Не бойтесь, госпожа, теперь вы в безопасности, – успокоил Евгению бегающий с ней мужик, стаскивая с головы свою железную кастрюлю. – Поймать лошадь дамы! – рявкнул он, даже не оборачиваясь, и сразу трое рыцарей погремели ловить несчастную коняшку, которая и сама уже вернулась к переправе. Еще бы: тут хозяйка, у хозяйки вкусные сухарики и яблоки, а что заскоки временами случаются – так у кого их нет?

Евгения томно подняла ресницы и посмотрела на «спасителя» взглядом раненой лани. А хорош, стервец.

Как она, однако, четко в цель попала – прямо в племянника магистра. У него явно самые богатые доспехи в отряде, а еще смазливая рожа мультипликационного принца.

– Кто вы, прелестная незнакомка? – Мужчина с трудом оторвал блудливый взгляд от скрывшегося под плащом пышного сокровища и посмотрел в лицо спасенной женщины.

Легенда была придумана давно, вместе с шаманом, и с учетом местных нюансов.

– Ах, господин рыцарь… я всего лишь несчастная жертва, предназначенная в дар чудовищу… Мне удалось бежать, но, боюсь… – Евгения старательно припомнила, как ей не нравится новый мир, как страшно за Матвея, как все еще больно почти всему телу от удара… и слезы на ресницах повисли совершенно не притворными «алмазами».

– О, вам не следует больше бояться! – почти дословно повторился племянник. – Вы под надежной защитой лучшего из отрядов Храма Оазиса Упокоения! А старое чудовище мертво. – И мужчина изобразил на лице гордую загадочность, намекающую, что он лично приложил руку и меч к случившемуся.

– О-о-о! – Евгения непритворно закатила глаза. – Неужели?! Так вот почему…

– Почему что? – предсказуемо спросил рыцарь.

– Ох… я не смею надоедать моему спасителю всякими глупостями. Позвольте выразить вам глубокую благодарность и более не обременять своим присутствием. – Во время этого спича Евгения не сделала даже попытки слезть с мужика.

– Ваш небесный хранитель доверил нам заботу о вашей безопасности. И наш долг проводить вас до конечной цели и вручить опекуну, отцу, брату или… мужу, – последний вариант племянника не очень устраивал, – в целости и сохранности. Но сначала нам следует выполнить долг перед Храмом.

– Ах, добрый рыцарь… мне, право, так совестно… но я сирота, – залепетала Евгения, подхлопывая при этом ресницами. – Все мои родные погибли по вине чудовища, соседи забрали наши земли и вернуться мне некуда. – Точнее, есть куда, но об этом лучше не сообщать, и вообще у нее совсем другие планы. Прокатиться до ордена и по дороге устроить диверсию с побегом. – Правда, батюшка оставил богатое приданое в одном из монастырей, но его получит только мой муж, после того, как мы с ним обвенчаемся.

Совсем нищенкой и бесприданницей выставлять себя не стоило. А то есть риск получить серебряный за помятые верхние богатства и отправиться не солоно хлебавши прочь. Лучше пусть относятся как к временно неприкосновенной кубышке с серебром и шикарными сиськами.

Судя по всему, даже плененная суть дракона не смогла перевесить суть бабника. Евгения не протестовала. В основном потому, что племянник магистра распустил павлиний хвост по максимуму. И удачно решил впечатлить грудастую сиротку пойманным чудовищем.

Конечно, начал он с туманных намеков на собственную доблесть.

– Мой отряд победил множество чудовищ и их головы возложены к ногам прекраснейших из женщин.

– Ах… – впечатлилась Евгения и потихоньку продвинула намек: – Жаль, что чудище из горной долины не попалось вам на клинок. Это ужасный дракон! Питающийся только юными незамужними девушками!

На самом деле плевать дракон хотел на девственность жертвы. Он был просто дикой тварью… Ладно, полудикой, так как дед текущего шамана вырастил ящера с младенчества, обучив кое-каким командам.

Только собачка из хищной рептилии вышла не очень дрессированная. И жрала зверюга с удовольствием всех подряд, заодно охраняя свою территорию.

Дикари подкармливали своего дракона любыми подвернувшимися под руку бабами, чтобы тот не напал на деревню с голодухи. А в случае вторжения чужаков тормошили и прятались.

Хитрозадые гады…

– Почти все ящеры любят прекрасных и юных девушек, – плотоядно улыбнулся рыцарь, облизывая губы и опять пялясь на завлекательные формы, надежно укрытые плащом.

– Я так боюсь! Вдруг то чудище гонится за мной? – вздохнула всей грудью Евгения. – Ведь меня принесли ему в жертву, и мой побег его разозлил. Может, лучше я вас покину, чтобы не навлечь беду? – мокрые ресницы трогательно вздрогнули.

Логики в словах Евгении было маловато. Ровно столько, сколько положено глупенькой красивой девушке.

Ведь рыцарь уже предложил ей защиту. Но пусть еще поуговаривает! Что легко дается – мало ценится. Заодно проникнется трепетностью души и недалекостью красавицы. Это же первые признаки идеальной жены!

Глава 12

– Никто не станет вас преследовать, прекрасная госпожа! Старое чудовище мертво, а то, что придет ему на смену, будет под контролем нашего ордена!

Евгении очень повезло, что в этот момент племянник магистра смотрел не на нее. Иначе бы он заметил, как с лица прекрасной госпожи сползла маска тупенькой красотки.

Она наконец-то разглядела, что на телеге, стоящей поодаль за всеми шатрами, спеленутый, словно мумия, лежал Матвей. И Евгении категорически не нравился его отсутствующий взгляд, устремленный в небо. Словно сосед не в себе.

Впрочем, неудивительно. Судя по всему, драконоловческие изверги все то время, что волокли свою добычу, ни разу не дали ему ни попить, ни поесть. Про другие естественные нужды тем более никто не вспомнил. Сволочи…

– Не бойтесь, госпожа, он не вырвется, – по-своему понял ее ступор рыцарь. – Это настоящее сокровище. Он вскоре переродится драконом, но намного разумней обычного. Главное, найти его избранную.

Матвей на телеге вздрогнул. Или Евгении это только показалось? Она-то сама мысленно сделала стойку. Избранная?

– Наш орден много лет сражается с дикими чудовищами, – продолжал разливаться соловьем племянник магистра. Ему нравилось рисоваться перед дамой. – Множество рыцарей погибло в битвах. Но моему отряду сопутствовала удача! Мы добыли даже не сердце дракона, а саму его суть. Когда он обратится, все юные послушницы будут готовы принести себя в жертву…

Итицкая сила! Опять девственницы?! Только теперь настоящие, а не выловленные по окрестным деревням несчастные несвежие тетки?

– Дракон обязательно выберет себе одну из них, они чисты и прекрасны. И тогда он будет делать все, что велит эта дева.

Евгения лихорадочно размышляла под неумолчный стрекот рыцаря: то есть этих не сожрет, уже хорошо. А что тогда дракон будет делать с этим девственным пультом управления? Он же… он же ящер. А она человек.

Так! Все загадки потом. Сейчас надо вытаскивать Матвея и драпать обратно в горы. До того как несчастный обрептилоидится и ему подсунут какую-то постороннюю бабу. Которая еще и станет им командовать!

Евгению буквально передернуло от отвращения. Это ее сосед! Только ей позволено шпынять его по поводу и без, переругиваясь в свое удовольствие. Третья лишняя!

Сегодня же ночью, когда отряд сделает привал, надо попробовать размотать дурацкие сети и сбежать. Шаман и его деревня – тоже не подарочек. Но все равно лучше орденских!

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.