Ян Ван Прат
Мара из Сыктывкара

«Бура вӧтась да эн кӧтась» – «Хороших снов и не обоссаться», на коми-пермяцком.

Это был последний корабль, на котором Марат работал инженером-электроником. Слово «последний» его не смущало ни разу, во-первых, он не лётчик, во-вторых, и без него коверкателей русского языка было до Юпитера и обратно, в-третьих, инженер-электроник очень на это надеялся . Денег он накопил достаточно, чтобы вернуться домой и помочь своим. Оставалось отпахать астрономический месяц до окончания контракта и найти рейс до Земли. Cкорее всего получится сначала до Москвы. Напрямую в Сыктывкар летали редко, хотя космопорт там был. Построили к юбилею республики, будь он неладен. Из-за этого космопорта…

– Мар-р-р-а, Мар-р-ра, идь с-сюда, почини вось здесь, – прошелестел начальник-центаврианец и поплыл, словно в сгущёном воздухе, к грузовым отсекам, призывно размахивая кислородными плавниками. Сквозь полупрозрачные стенки кожи просвечивали сосуды и капилляры с разноцветной, явно флюоресцентной жидкостью. Было чертовски интересно кровь это, лимфа, моча или какой-то иной вид центаврианского физиологического раствора. Не самые лучшие мысли для техника, который ксено-биологию проходил в начальной школе.

Марат, как главный и единственный технический специалист на этом богом забытом транспортнике, покорно проследовал за ним. С профессией ему повезло. Физик-ядерщик по образованию, он мог спокойно работать и техником, и программистом, и электроником, в космосе этого добра хватало. На космодромах подобных специалистов с руками отрывали, особенно инопланетные команды. У землян идеальная хватательная система в конструкции, встроенные пальцы с оптимальным расположением, способные как на тонкие действия, так и на силовые, чувствительная поверхность тела – причём как к текстуре, так и к температуре, и даже к статическому электричеству. Вон, кто-то там давным-давно блоху подковал. А мог бы коммутационный узел корабля ВЛК-17 перебрать наощупь. Тьфу. Планета технарей, блин.

В своё время Марат успел закончить Сыктывкарский технологический университет, когда ещё там факультет электроники и робототехники был; а вот недавно слухи донесли, что декана переманили в какой-то инопланетный ВУЗ на космическую зарплату. Как построили в Сыктывкаре космопорт, так и зачастили туда внеземные цивилизации, принялись местных специалистов высасывать. Инопланетяне туда явно не коми-пермяцкий прилетали учить, а исключительно за мозгами. Болтали, что иногда инженеров просто похищали и продавали в техническое рабство на пиратские корабли, но Марат не верил. Более надёжного рабовладельческого механизма чем деньги пока не придумали. Сам повёлся на их манящий металлический блеск. Вот и их декан факультета стал очередной жертвой..

«Любимый Виталий Евгеньевич, на кого ж ты нас покинул», – вздыхали ежегодно одногруппники на виртуальной встрече выпускников и запивали чайным грибом, любимым напитком любимого же преподавателя. И ведь не лукавили ни разу, и, правда, любимый. Научил их, непутёвых лентяев, как собрать из металлических обрезков, стальной стружки, проволоки и небольшой фантазии одноразовый пистолет, как рассчитать на коленке количество взрывчатого вещества для направленного сноса бетонной конструкции, и другим штукам, которыми только и можно было заинтересовать сибирских раздолбаев. На виртуальной пьянке все только и вспоминали, как декан мастерски обрисовывал перспективы (иногда с коми-пермяцким матом), а затем брал в руки мел со словами: «А ещё у нас есть вот такая формула…», и все благоговейно затихали. Нет, дело было совсем не в дисциплине.

Марат и сам с нетерпением ждал каждой практики, потом что Виталий Евгеньевич сначала всех долго гонял по теории, примерам, ждал, когда все соберут лабораторку по методичкам, и только под конец, до которого доживали лишь самый сильные, хитро ухмылялся, доставал груду деталей и махал рукой: «Айда, сейчас что покажу!»

Ну и мотивировать умел как не знай кто. Они как-то стояли с мальчишками в коридоре и шушукались, о том, что Витька из параллельной группы обещал их побить после лекций, думали, как сбежать, сдаться, спрятаться, в крайнем случае липовый гипс нацепить, как тут из-за спины раздался недовольный голос: “Иванов, хорош очковать! Ну-ка быстро пошёл и всех порвал! Устрой им там Сталинград!” Марат до сих пор вспоминал эту фразу, когда сомневался в своих силах, а потом шёл и “всех рвал”.

Транспортник как раз пролетал двести пятнадцатый сектор, они только что загрузились на Блуке, той планете, куда переманили декана, вот его и пробило на ностальгию. Говорили, местные одержимы идеей создать собственную систему образования не хуже, чем на Земле, чтобы следующее поколение блучан смогло, наконец, переломить дурную репутацию сектора. Соседство с Узмом, планетой, напоминающей изгрызенный кусок сыра, настолько она была источена шахтами и выработками, их совершенно не радовало. Как всем известно: где рудники – там и заключённые, криминал, бандитизм, уголовщина, потому даже в космопорт Блука можно было попасть лишь по пропуску, и получать груз следовало из-за решётки со шлюзом безопасности.

– Что там опять?

Они остановились у входа в грузовой отсек, центаврианец взмахнул плавниками и покрылся сиреневыми пятнами, что на межгалактическом означало «догадайся, мол, сама».

Техник втянул ноздрями и тут же понял проблему: – Опять фреон потёк?

Судя по накладной, они везли какие-то быстропортящиеся центаврианские деликатесы почему-то с Узма на Сириус и, естественно, весь ангар был заставлен холодильными установками, так что выяснить, где именно проблема – это надо будет постараться.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.