Николай Лединский
Цвет судьбы. Откровения египетской мумии 2

Предисловие

Мужать, выздоравливая от детских незрелых иллюзий, мне довелось в те годы, когда главные книги Николая Рериха и Елены Блаватской, Андрея Платонова и Александра Солженицына, Карлоса Кастанеды и Леонида Мартынова читать российскому человеку было официально запрещено. В группе Хатха-Йоги, где я тайком от властей поправлял свое здоровье и развивал разум, опутанный сетями госпропаганды, перепечатанные «самиздатом» произведения лучших русских писателей и специалистов по эзотерическим знаниям Индии, Египта, Китая мы передавали из рук в руки.

Книги известного петербургского писателя Николая Лединского в ту эпоху не могли быть выпущены ни одним издательством нашего города, да и всей страны. Потому что в них написана чистая правда о человеке, его судьбе, его пути. Яркая, талантливая, совестливая правда.

Правда-учитель и правда-ученик. Как две стороны одной медали, не споря, но взаимно обогащая друг друга, слитые воедино, они продолжают из книги в книгу свой путь взаимного нашего ученичества, нескончаемый вопрос-ответ. Что делать? Кто виноват? Как обрести Учителя? Кто же на самом деле я – человек Земли, человек Вселенной? Одна из самых захватывающих тайн нашего сознания раскрывается перед тем, кто читает книги Достоевского и Судзуки, Лазарева и Лединского. Она парадоксальна, но по существу чрезвычайно проста. Сформулировать эту космическую теорему я позволю себе так. Если вы сумели осознать один из вечных человеческих вопросов как самый главный в своей собственной жизни, это значит, что ваше сознание, уважаемый читатель, уже в состоянии найти на этот вопрос свой личный и совершенно правильный ответ.

Но как же его найти, этот ответ? Каким способом? С чьей помощью? Кто подскажет, научит, выведет на дорогу душу, страстно желающую бессмертия? И снова разгадка-ответ перед вами. Чтобы ее обрести, стоит лишь перелистнуть страницу. Случайностей не происходит. В соответствии с законами развития сознания к вам пришла книга писателя Н. Лединского. Пришла именно потому, что суть ее – ответы на волнующие нас вопросы, которые помогают обрести в жизни цель, смысл и значение, необходимые для человека, ищущего путь к Истине.

Всем известно: самый компетентный ответ специалиста рождает у нас новые и новые вопросы. Вы спросите меня: неужели Николай Лединский всеведущ? Ответ мой будет для многих неожиданным. Всеведущи, как Вселенная, Вы сами, уважаемый читатель. Книги Лединского «всего-навсего» помогут вам найти путь к вашему собственному, то есть космическому всеведению.

На пути к этому «всего-навсего» Николаю Лединскому помог не только мудрый жрец Па Ди Ист, общение с тенью которого описано в книге столь явственно, а порой остроумно и пугающе, что у читателя буквально мурашки по телу бегут. Вместе с автором книги вы разгадаете притягательные для нас тайны Востока. Побываете в Германии, Израиле, Египте. Перенесетесь в Атлантиду, умом и руками своих гениальных жрецов подарившую человечеству ключ к будущим разгадкам бытия, открытиям и подвигам духа. В каждую главу, каждую страницу своей книги писатель вкладывает знания, добытые за двадцать, тридцать, пятьдесят веков до наших дней. Ему известны труды востоковедов, историков, медиков и тех сильных духом людей, чьи правдивые книги от нас с вами прятали много десятилетий.

Одну из подобных книг меня, помню, заставила прочитать моя одиннадцатилетняя дочь. Вернувшись вечером после занятий в группе Хатха-Йоги, я услышал, как девочка сказала матери: «Смотри-ка! У нашего папы над головой светится венчик. Серебристый такой. Как будто он белый тюльпан!». Вдруг оказаться тюльпаном мне, разумеется, понравилось. На следующем занятии я присматривался к своим «рерихнувшимся» одногруппникам и неожиданно замечал у одного ученика чуть брезжит над головой розоватое сиянье, у другого – золотистое, как у одуванчика, а третий – ну просто василек! Как я это вижу? Почему? После занятий мой приятель Владимир объяснил: «Ты видишь цвет биополя, ауру. Тебе надо развиваться. Только будь осторожен, а то «крыша поедет»» … Вскоре он принес мне очередной самиздатовский учебник для экстрасенсов, и я узнал, что означает «одуванчик», у каких людей над головой «василек», какие свойства души и характера выражают себя розовым или серебристым светом.

Сегодня я спрашиваю вас, читатель, и себя: на какой цветок были похожи головы тех людей, что прятали от народа мудрые книги и питались своей властью, как человеческой кровью? На розу, может быть? Или на ромашку? Навряд ли. Пожалуй, не стану я вам подсказывать верный ответ. Каждый может найти его сам. Если прочтет книгу Николая Лединского «ЦВЕТ СУДЬБЫ. ОТКРОВЕНИЯ ЕГИПЕТСКОЙ МУМИИ 2».

Замечу, что и о Гитлере, и о Сталине писатель рассказывает, описывая цвет их теней, то есть цвет тяжелых, опасных судеб. Но главные его герои – люди, чуждые политике, мирные, часто страдающие и стойко несущие свой крест. Как распознать «цвет» человека, как отличить своего друга от тайного врага и предателя? Оказывается, для этого вы можете научить себя ВИДЕТЬ того, кто рядом с вами, а не просто смотреть на него…

Научившись немного видеть своих сограждан, я, к своему удивлению, стал сочинять рассказы и повести гораздо толковее, чем «вслепую». Приходили дни, когда перо в моих руках начинало писать как бы само собой. Может быть, действительно само собой? Не знаю. На этот вопрос я буду искать ответ в новых книгах Николая Лединского, Ричарда Баха, а также известного петербургского писателя А. Б. и прекрасной поэтессы Н. П., которые тоже частенько не знают, кем на самом деле написаны их произведения – человеком, Богом или рублевой авторучкой. Чистого зрения вам, читатель! А главное – чистого сердца! Михаил Кононов, член Союза писателей.

Прожита жизнь и пройден весь путь, что судьбой мне отмерен,

В царство подземное я нисхожу величавою тенью.

Вергилий, Энеида. Пер. Р. Ошерова.

Пролог

Книга теней Па Ди Иста¹ *, изложенная в данной повести, в отличие, например, от Книги мертвых, записанной на древнеегипетских саркофагах и папирусах и тем самым канонизированной, существует только в потустороннем банке данных и неизвестна людям. Поэтому жрец излагает и толкует её без оглядки на предшественников, без древнеегипетской экзотики и частого упоминания богов и богинь, чего нельзя было избежать в повествовании «Совмещение пределов. Откровения египетской мумии 1», построенном на Книге мертвых.

Первоначально Па Ди Ист намеревался передать знания о тенях в виде притч, подобных библейским. Я сказал ему, что современным людям нужна более понятная форма изложения. И тогда жрец предложил… стихи.

Сразу хочу особо оговориться, что Па Ди Ист не считает свои стихи поэзией, он писал их, что называется, «как Бог на душу положит», и не стремился оттачивать. Его интересовали правильность и доступность излагаемых идей, а стихотворную форму он рассматривал всего лишь как своеобразный способ компактного философствования. Об этом он сказал двумя строчками:

В стихах наивных скрыта суть –

Пойми ее… когда-нибудь.

Па Ди Ист – не поэт, он – философ: надеюсь, понимания этой разницы достаточно, чтобы не осуждать древнего мудреца, выполняющего на земле тяжелую работу просветителя, в недостаточной поэтической одаренности. Моя задача состояла в передаче смысла пояснений к стихам Па Ди Иста и рассказу о нашем путешествии, во время которого, собственно, я и получил информацию о тенях.

Жрец наблюдал за ходом моей работы над книгой – видимо, он придавал ей особенную важность.

– Задавай вопросы, – требовательно заявлял он, появляясь возле письменного стола. – Я должен видеть, что ты не перевираешь меня.

Он интересовался рисунками, иллюстрирующими те или иные тени, большое значение придавал обложке… Па Ди Ист очень хотел, чтобы книга с его учением не затерялась бесследно среди огромного множества выпускаемых сегодня изданий, чтобы её заметили и прочитали как можно больше людей.

– Я смотрю на вашу жизнь, – говорил он мне, – со стороны и сужу о ней отвлеченно, а ты варишься в этом бульоне, и потому твои житейские знания и опыт, которым ты поделишься в своей работе, привлекут внимание.

– Этого мало, – заметил я. – Люди консервативны, и с большим трудом принимают знания, ставящие под сомнения их привычный уклад.

Жрец возразил:

– Но учение о тенях не отрицает жизни, которую вы ведете. Оно лишь раскрывает ее с несколько необычной позиции другого измерения.

Меня, конечно, заинтересовало, насколько важным считает Па Ди Ист передаваемое учение:

– Ты полагаешь, люди, прочитав книгу о тенях, переменятся?

– Нет, никакая книга сама по себе никого не переменит, – отвечал жрец. – Но я надеюсь, что дам людям пишу для самостоятельного мышления. Мне важно, чтобы они продолжили мои мысли, и при этом их продолжение свидетельствовало о том, что они правильно поняли и осознали сказанное мною. Всякая информация, данная вам свыше, ожидает правильной земной интерпретации.

– Учение о тенях мы получаем от тебя по решению Высшего сознания? – спросил я.

Па Ди Ист уклонился от прямого ответа: возможно, он сам не знает, возможно, между ним и Богом есть еще Кто-то… Он сказал так:

– Разнообразие теней – от Бога. Разноцветье мира, которое вы видите перед собой, не могло бы осуществиться, если бы не было разноцветья Высшего, невидимого для человека. Сначала была соткана лицевая часть ковра, а потом уже появилась изнанка – она не могла появиться на пустом месте.

«Лицевой частью ковра» Па Ди Ист называет потустороннюю (со стороны Бога) картинку земной жизни. «Изнанкой ковра» – наш мир. Он считает, что генезис растительности, животных и людей начался как раз с создания Богом царства теней «по ту сторону» от нас. Теневые субстанции как бы продавливались на отдаленные, периферийные слои сознания, одним из которых является планета Земля.

По мысли Па Ди Иста, родоначальник человечества Каин был «изгнан» Богом с более субстанционального слоя под названием «лицо земли» на менее субстанциональный под названием «земля Нод». Последняя есть не что иное, как наша планета в ее привычном для нас материальном виде. По сути дела, Каин был «изгнан» из нефизического мира в мир физический. Его отец Адам, хотя и выдворенный из рая, существовал все-таки па «лице земли» в астральном теле, Каин же имел обычную человеческую плоть. Таким образом, понятия «рай», «лицо земли» и сама «земля» в библейской терминологии означают разные ступени движения потока теней в направлении все большей материализации.

… Напоследок, прежде чем засесть за работу, я спросил Па Ди Иста, как он хотел бы назвать новую книгу.

– Я не хочу давать ей название, – ответил дух. – Это сделаешь ты сам. Я дал тебе информацию, которой ты вправе распоряжаться по своему усмотрению.

Итак, «Цвет судьбы. Откровения египетской мумии 2» – продолжение моих бесед с Па Ди Истом о смысле жизни.

Жрец любит слагать стихи. Я заметил это давно, почти сразу после нашего знакомства. Тогда я подумал, что таким образом он просто развлекает сам себя, поскольку мысли и настроение его стихотворений поначалу никак не соотносились с предметом его философских уроков. Но после того, как я обнаружил у себя дома клочок бумаги с четверостишием, написанным мной «механическим способом», я удивился:

– Зачем это?

– Учись стихотворству, – рекомендовал дух. – Во все времена поэты были самыми первыми перед Богом.

– Почему?

– Потому что они больше чем кто-либо иной жили душой. А перед Богом главное – взращивание собственной души.

Однажды во время очередного нашего общения он продиктовал мне следующие строки:

Путая приметы и советы,

Вы ложно судите, чтоб дальше ложно жить,

У тьмы прося как можно больше света,

У ненависти – больше сил любить…

На словах «у ненависти – больше сил любить» из темноты за спиной жреца вдруг раздался близкий троекратный свист: «Фьють – фьють – фьють…», как звук сработавшей па автомобиле сигнализации.

Мой учитель замолчал, обернулся, вгляделся в темноту и послал туда светящийся пучок своей энергии.

– О, мешают! Почему они начали так сильно копошиться?.. –недоуменно промолвил он.

– Кто они? – спросил я.

Па Ди Ист ответил односложно и неопределённо:

– Они…

Я понял, что вокруг духа жреца в потустороннем мире кружит целая огромная жизнь множества астральных существ, с которыми он, по-видимому, улаживает свои отношения примерно так же, как мы со своими соседями.

Бывает, что эти существа мешают нашему общению не шумом и свистом, а попросту всаживают мне в спину астральный нож – боль страшная. Потусторонней «мафии» не правится, что простому смертному открываются герметичные знания.

Сам Па Ди Ист тоже терпит подобные наскоки. Иногда его речь затрудняется, будто на него надели колпак. Тогда он говорит о своей усталости или прямо заявляет, что ему мешают, и переносит сеанс нашего общения.

Но он очень сильный дух, сильнее многих. Он очистил пространство вокруг меня, так что очень редко кто-нибудь из тех, кто находится на первых двух ступенях царства мертвых, включая души моих умерших родственников, осмеливается приблизиться ко мне без санкции жреца.

Покровительство Па Ди Иста позволяет мне существовать, не попадая под влияние сатанизма. Он отводит от меня опасные скопления темных энергий, желающих через открытый во мне информационный канал проникнуть на землю.

Дома, поздно вечером подойдя к настенному зеркалу, я увидел в нем себя в белом балахоне, с неподвижным, неживым лицом. В первую минуту у меня мурашки побежали по спине…

Странно: мое отражение двигалось независимо от меня и внимательно присматривалось ко мне.

– А, вот в чем дело… вот в чем дело, – мелькнула догадка.

– Ты кто? – грозно спросил я возникшую передо мной душу.

– Зачем тебе? – послышалось тихо в ответ, и я понял, что передо мной молодая женщина или даже девушка, должно быть, святая, поскольку от неё исходил молочный свет.

– Надо, – настаивал я. – Ты кто?

Она молчала.

– Ты святая? – спросил я опять.

– Нет.

– Богоматерь? – я пытался подсказать ей ответ, по-прежнему недоумевая, кто она и что ей надо.

– Нет, – монотонно отвечала незнакомка.

– Ты мой ангел-хранитель?

– Близко. Не надо мучить…

– Да я и не собираюсь тебя мучить, – возмутился я. – Ты сама пришла, напугала меня, а теперь еще и жалуешься. Ты помнишь, как тебя звали при жизни?

– Крестили Ольгой, – она, кажется, оттаяла.

– А отца твоего как звали? Помнишь?

– А то не помню. А ты помнишь, как твоего отца звали? – вдруг спросила она.

– Павел.

– Ну, так что тебе вспоминать?

– Значит, твоего отца тоже звали Павлом. А ты, получается, Ольга Павловна.

– Я и говорю: что тебе вспоминать? Зачем спрашиваешь?

– Хочу узнать, помнишь ли ты свою земную жизнь.

– А что мне ее помнить?

– Чтоб покаяться.

– Ты… не то говоришь. Тут другое: нет сил, чтобы уйти…

– Не можешь уйти к Свету?

– Так ведь сколько лет уже маюсь. Что-то не пускает: то ли не знаю, то ли не поняла… Все соседи уже ушли, и мне надо бы уйти, да вот не могу.

От Ольги повеяло холодом, и в тот же момент на лестничной площадке послышались шум, лай и в мою дверь стала скрестись чья-то собака.

– Вот видишь, псина меня чует, совсем рядом с вами, живыми, хожу. Нехорошо это, неправильно.

За дверью человеческие голоса мешались с удаляющимся хриплым собачьим лаем, видимо, хозяева оттаскивали за поводок вышедшего из повиновения пса.

– Хочешь, я попробую помочь тебе… – пожалел я девушку.

– Ничем ты мне не поможешь.

– Я схожу в церковь и поставлю свечку за упокой твоей души.

– Что церковь? Какая еще церковь? Мне твоя свечка не нужна. Не мучь…

– Помолюсь за тебя.

– Не надо.

Немного помолчав, она сказала нечто совершенно необычное.

– Ты вот что, если хочешь мне помочь, исправь мою ошибку.

– Какую?

– Ту, что не даст мне уйти.

– Говори.

– Передай моим родным записку, которую я тебе продиктую.

Я поспешил взять ручку, бумагу и записал с ее слов вот что: «В смерти моей прошу никого не винить. Все сделала сама. Оля Семаренкова. 15.3.11 г. 1, 50».

Далее она назвала адрес, по которому направляла свое предсмертное объяснение, увы, опоздавшее на добрую сотню лет: Санкт-Петербург, ул. Большая Морская, д. 29, кв. 36, Семаренкову Павлу Федоровичу и Семаренковой Наталье Григорьевне. В случае, если её родителей не окажется дома, Ольга просила передать записку ее дяде Петру Федоровичу Семаренкову по адресу: Санкт-Петербург, ул. Петра-апостола, д. 64, кв. 89.

«Там никого из них нет, они все давно умерли», – вертелось у меня в голове. Но я знал, что покойники теряют ориентиры во времени, и не хотел разочаровывать Ольгу невозможностью её запоздалого признания. Кроме того, я подумал, что с помощью Па Ди Иста смогу вызвать души её родителей и передать им содержание записки их дочери (вскоре я так и сделал).

Заручившись моим обещанием выполнить ее просьбу, девушка повеселела и, видимо, в знак благодарности сказала мне на прощание:

– Ты вот что, ты живи хорошо. Его слушайся, – она повела головой в сторону появившегося Па Ди Иста, – все мы служим…

Её фраза осталась неоконченной, но я понял: она хотела сказать «все мы служим Богу».

Мне странно, что люди не видят параллельного мира. Он здесь, рядом. Души умерших ходят среди живых, задевают их краями своих одежд, пытаются заговорить с нами. Они тут везде, в каждый момент нашей жизни, а мы проходим мимо них и сквозь них и считаем, что мы одни.

– Зачем мертвые приближаются к живым и наблюдают за ними? – спросил я у Па Ди Иста.

– А, эти… – небрежно проговорил он (жрец не очень-то считается с душами простых смертных). – Эти приходят сюда как на просмотр своих старых фотографий. Их влекут воспоминания. Но ты не бойся: они не опасны. Самое большее, что они могут себе позволить, это обменяться с тобой информацией.

Бывают моменты, когда я, насилу освободившись от материальных забот, навалившихся на меня, спрашиваю себя: «Зачем мы живем? Во имя чего?..» Хочется верить, что человек рожден для исполнения какой-то высокой цели. Но чем все заканчивается в нашей жизни? Заботы о хлебе насущном, рутина, пошлость пригибают нас к земле. Так что же, мы существуем для того, чтобы существовать?..

Па Ди Ист словно подслушал меня и отозвался:

– Как это ни обывательски звучит, но приходится сказать «да». Для чего же еще вы можете быть? История человечества – не сказка со счастливым концом. У вас, если взять вас как общее стадо, нет цели выше потребности ваших желудков.

Я тихо возразил:

– Но не все люди одинаковы…

– Все, что делает людей отличными друг от друга, – это различие комбинаций их плохих качеств, – сердито отвечал дух. – А хороших людей не бывает вообще.

– Разве мало таких, кто стремится стать хорошим?

– Это не желание стать хорошим, не преувеличивай. Это просто оправдание своего образа жизни. Человек никогда не захочет стать хорошим. Представь себе такого хорошего, что ему делать в вашем мире? Другие-то сожрут его, хорошего.

– В общем, верно, – согласился я.

– Потому-то и не хотят люди быть хорошими. Если жить по так называемой христианской морали: ударили по левой щеке, подставь правую, – нельзя выжить. Поэтому параллельно проповедуется прямо противоположное: тебя ударили, дай сдачи, умей за себя постоять. Так родители воспитывают своих детей. Так волки воспитывают волчат… Вы все прекрасно про себя знаете, только не хотите в этом признаться, – закончил он свою обличительную речь.

У меня вдруг притупились зрение и слух, по телу прошла судорога… дух жреца входил в меня.

Очнувшись, я обнаружил перед собой листы бумаги, исписанные моим необычайно корявым почерком. Это было начало Книги теней – пролог от Па Ди Иста.

Я закину в море невод –

Выловлю одну лишь тину,

Я закину в море невод –

Выловлю свою кручину.

Я бросаю невод долго –

Таково предназначенье.

Столько лет кидать без толку –

Нет конца моим мученьям.

Где стремление к познанью?

Где духовность, разум, воля?

Все исчезло в мирозданье,

Ветром разметалось в поле.

Пустота одна за мною,

Впереди – опять бесплодность.

Что ж, кидаю невод в море,

Сознавая непригодность.

Может, море зря мутилось,

Тучи темные сгоняя?

Ничего не получилось,

Только солнце зря сияет?

Иль ловлю я обреченно

То, что спрятано в пучине,

И о том не знают жены,

Не под силу то мужчинам?

Не под силу вам, двуногим,

Вдаль глядеть над суетою,

Разума у вас немного:

Глупость кличете судьбою.

Вечно хаос порождая,

Тайно ждете одобренья,

В темноте своей блуждая,

Принимаете решенья.

Президентов, депутатов

Напридумывали сами,

Чтобы подлый жил богато,

Чтобы глупый правил вами.

Под конец тысячелетья

Тает время для раздумья,

Но пусты, как прежде, сети,

Что кидаю в мир безумья.

Жаль бывает мне порою

Мир тщеславия разрушить,

Жаль атлантов, жалко Трою…

Что ж, спасайте свои души!

Смысл многих строк этого стиха был для меня непонятен, и я несколько дней подряд расспрашивал о нем Па Ди Иста. Вот что я выяснил.

«Море» – это вся масса людских сознаний, находящихся в данный момент на Земле.

«Невод» – попытка выявить те из них, которые отвечают принципам разума и духовного развития, свойственных атлантам, т.е. поиски в общем море людских сознаний таких, которые, по мнению Па Ди Иста, соответствовали бы требованиям, предъявляемым к ним их создателями атлантами (или Высшим разумом, что для Па Ди Иста одно и то же). Дух египетского жреца является своеобразным неводом: когда Па Ди Ист входит в помещение и видит там группу людей, ему не нужно вступать с ними в общение, чтобы понять, какие именно сознания перед ним: он мгновенно оценивает их по признакам, известным лишь ему одному. И вот тут, к великому сожалению и даже печали египтянина, он не находит среди ныне живущих никого, кто вызвал бы его интерес по меркам Высшего разума…

«Тина» – человеческое «эго». Па Ди Ист говорит, что миром правит эгоизм, и потому он вылавливает одну лишь «тину».

«Кручина» – Па Ди Ист был человеком на этой планете, и у него осталось право на эмоции. Пока что он горько разочарован, ибо ощущает себя на Земле гласом вопиющего в пустыне. В данном случае он опечален невозможностью найти среди людей тех, кто искренне устремлен к истине и способен принять его философию, берущую начало от атлантов. Он не находит то, ради чего направлен на Землю: силу духа, достаточно высокую и целеустремленную, чтобы воспринимать Слово свыше, и это тяжелой кручиной ложится на его сердце. Все его усилия для выполнения его земной миссии – без толку, считает Па Ди Ист. Дух людей не готов к ученичеству.

«Таково предназначенье» – Па Ди Ист прислан на Землю с миссией. За его спиной стоят еще более высокие духи, и все они – слуги Высшего разума. Следовательно, предназначение Па Ди Иста на Земле – искать учеников Высшего разума. Лично жрецу мы не нужны, мы – его тяжкий крест. И он с удовольствием, надо полагать, бросил бы нас, если бы позволили его Работодатели.

При обсуждении сложных вопросов, особенно когда речь касается Библии и Атлантиды, мой непосредственный наставник призывает себе на помощь более высоких духов. Поскольку они обитают далеко от земного плана, и я плохо их различаю и слышу, жрец исполняет роль передаточного звена между ними и мной, своего рода переводчика.

Среди высших сущностей, к которым Па Ди Ист обращался в моем присутствии, были Субстанция, упоминаемая мною в главе «Таинство» книги «Совмещение пределов» как посланник Бога, и атлант Кимерий, некогда явившийся египетскому жрецу в Гизе в физическом теле и описанный мною в главе «Трансцендентность» этой повести.

Субстанция находится на очень высокой ступени небесного царства и имеет власть над всеми живыми и мертвыми. В том числе и над Па Ди Истом. Она называет его рабом Божьим.

«Он – хороший раб», – Ее мнение о жреце.

До меня, как физического существа, Субстанции мало дела. «Ты похож на вишневую ягоду – кислый и с кровью», – таков итог Ее наблюдений за мной. Находясь в высших сферах, несоприкасаемых с землей, Она испытывает в отношении меня разве что развлекательное любопытство маститого ученого-исследователя, который вдруг заметил в микроскоп странную инфузорию…

Приблизившись, Она перво-наперво, забавы ради, указала на мой нос и спросила:

– Ты этим дышишь?

– Да.

– Вот этим вот! – Она рассмеялась. – Врешь!

– Дышу.

– Да врешь ты. Не ври. Ты шутишь. Ты не дышишь.

– Я материя, потому и дышу. А ты дух.

– Дух?

– Да, ты дух.

– А материя?

– Материя – это я.

– А я дух?

– Да, ты летать умеешь.

– Да. А ты нет.

– Я примитивный.

– Ты очень смешной. У тебя так много всего, смешно ужасно, – она опять звонко засмеялась. – Твоя эта… голова состоит из многих частей: раз, два, три, четыре, пять… А ты ее как, сам сложил?

– Я этим не занимаюсь.

– Ну как же?.. А как ты собрался? Ты их сам это… нет?

– Нет.

– Ну хорошо. Ты скажи мне, ты вот такой, ты есть… А кто ты?

– Я называюсь человеком.

– Ты человек. А я?

– Ты дух.

– Я дух, ты человек. А что человек?

– Человек ходит на двух ногах.

Непонятно почему, но я очень забавлял и смешил Ее.

– Как? – чуть не прыснула Она. – Он передвигается этими, – Она показала на мои ноги, – двумя ногами?.. Врешь!

– Да не вру я. Ты зачем пришла ко мне?

– Почему «пришла»? Что такое «пришла»? Может, пришел? Или, может, пришли? А может, пришло? Я, ты, он, она, они – все это «мы».

Она замолчала и куда-то исчезла. Мне послышался скрип у меня за спиной. Я обернулся, но ничего не увидел.

– Ты здесь? Ты переместилась? – спросил я удивленно.

– Поищи, – раздалось весело в ответ.

– Я не знаю, где ты.

– Поищи меня. Не ленись. Я за тобой.

– Я не вижу тебя.

Она опять засмеялась.

– У тебя две дырки для глаз, и ты меня не видишь! А у меня нет дырок, и я тебя вижу.

– А что, интересно, ты видишь во мне?

– Что я в тебе вижу? Да многое!.. – посерьезнела Она.

– Что?

– Ты весь голубой. У тебя есть красные точки. Хочешь, скажу, где они?

– Да, скажи.

– Будешь лечить их. Не вылечишь, тогда плохо… Я сейчас уйду, мне надоело с тобой быть, а ты запоминай. Смотри, я показываю, но больше не проси. Горло… низ живота… правое колено…

Субстанция исчезла.

Это было нечто вроде осмотра высоким начальником своего хозяйства. Обычно Субстанция не общается со мной напрямую, но я знаю, что именно Она курирует мой контакт с Па Ди Истом, и знаю, что в отчаянных жизненных ситуациях Она может прийти мне на помощь.

Насколько я понял, Субстанция приводит в действие «схему», в которую включены Па Ди Ист и я: 1 («генератор») – Субстанция, 2 («включатель-выключатель») – Па Ди Ист, 3 («лампочка») – я, 4 – сопротивление, преграда между земным и неземным.

Попробую объяснить дальше поэтические строки Па Ди Иста.

«Где стремление к познанью?» Познание познанию рознь. Главное для человека, по мнению Па Ди Иста, – знать, как и зачем ему жить. Под «стремлением к познанию» жрец подразумевает страдание души от незнания смысла своей жизни. Именно отсутствие этих мук у современных людей озадачивает египтянина.

«Где… воля?» – спрашивает Па Ди Ист. Как ни странно, он считает, что у людей нет воли. То, что мы называем волей, т.е. способностью осуществлять свои желания, поставленные перед собой цели, он называет эгоизмом. Для Высшего разума воля – стремление к духовному познанию, развитию своего разума.

«Все исчезло в мирозданье» – определенные Богом познание, духовность, разум, воля исчезли вместе с гибелью Атлантиды.

«Ветром разметалось в поле» – «ветер» тут можно ассоциировать с людским мещанством. «Поле» – поколения людей. После гибели Атлантиды ее духовное наследие с течением времени было утрачено новой расой, отличающейся мелкими интересами и узким кругозором.

«Пустота одна за мною» – Египет, родина Па Ди Иста, некогда бывшая преемником цивилизации атлантов, сейчас превратилась в духовную пустыню.

Па Ди Иста очень угнетает, что великая древнеегипетская культура разбилась вдребезги. В современном Египте он испытывает чувство солдата, вернувшегося с войны в разграбленный и разрушенный дом. Древняя страна с ее великими достижениями в искусстве, науке, мировоззрении исчезла, а священные пирамиды используются исключительно в коммерческих целях.

«Впереди опять бесплодность» – пессимистическое мнение Па Ди Иста о будущей духовности людей.

«Сознавая непригодность» – Па Ди Ист рисует себя в образе прикованного к лодке рыбака, обреченного на неудачу.

«Море мутилось» – две тысячи лет назад Иисус Христос вошел в людское «море», взволновав его. Возможно, срок в две тысячи лет был дан человечеству для усвоения Евангелия. И вот на Землю прислан Па Ди Ист. Он разочарован увиденным: «Может, море зря мутилось…»

«Тучи темные сгоняя» – падение Римской империи под влиянием христианства.

«Солнце» – Бог. «Солнце зря сияет» – эмоциональное обличение людского неверия в Бога.

«Ловлю… в пучине» – двойной смысл: поиск материальных остатков Атлантиды в пучине океана и поиск следов Высшего разума в пучине невежественного сознания современного человечества.

«Не знают жены, не под силу то мужчинам» – речь идет обо всех людях, женщинах и мужчинах.

«Хаос порождая» – хаос порождается тем, что наше сознание не имеет никакой согласованной с планом мирозданья цели, не имеет ни одного из тех нравственных идеалов, что заповедованы нам в Библии. В результате всякое наше провозглашение веры в Бога является напускным, а всякое наше действие идет вразрез с Высшим порядком.

«Президентов, депутатов напридумывали сами» – дело в том, что любая существующая ныне власть – не от Бога. Так считает Па Ди Ист, который знал систему управления государством не только в Древнем Египте, но и в идеальной Атлантиде.

Что такое демократия (именно ее провозглашают высшим достижением управления)? Буквально – это власть народа. А теперь подумаем, имеет ли народ право управлять? – спрашивает Па Ди Ист. – И имеет ли он столько разума, чтобы безошибочно выбирать себе правителей? И может ли он, народ, решить, как ему жить дальше?.. Очень часто единогласное мнение большинства, на основе которого зиждется демократия, является неправильным, а отвергнутое по демократическим правилам мнение меньшинства или даже одного человека на поверку бывает правильным.

У атлантов в их государстве, кстати, не было никаких модных сейчас структур управления, как-то: законодательная и исполнительная власть, президент. У них все происходило гораздо проще. Царем они почитали человеческий разум. И потому страной правили наиболее выдающиеся ученые, которые одновременно возглавляли тот или иной, выражаясь современным языком, научно-исследовательский институт, а эти высшие посты занимали благодаря своим научным достижениям. Существовал так называемый Директорат восьми, состоящий из руководителей наиболее важных научно-исследовательских институтов, который и решал все вопросы, касающиеся жизни Атлантиды. Его решение было последним.

В этот Директорат восьми входили главы следующих институтов: социологического, охраны детства и материнства, физики, химии, биологии, истории, внешних отношений, внутренних отношений (это не аналог нашего МВД – чисто репрессивного органа; институт занимался определением и поддержанием правильного баланса сил и ресурсов в обществе). Таким образом, государством управляли ученые.

Никому в голову не приходило оспаривать решения Директората восьми. Хочешь оспаривать – один путь: добейся такого признания в ученом мире, чтобы тебя сочли достойным возглавить институт… Решения Директората принимались атлантами почти как Божьи законы.

Па Ди Ист считает, что никакого царя Атланта на самом деле не было. Так окружавшие Атлантиду народы звали директора внешних отношений. Не было в Директорате и председателя. Каждый из восьми высказывал в Директорате мнение, к нему внимательно прислушивались, и принималось общее беспристрастное решение.

«Чтобы подлый жил богато» – в современном обществе все покупается и все продается, поэтому богатство, в основном, у тех, кто наиболее изворотлив в обмане, шантаже, спекуляции, насилии и т.д. – в подлости, одним словом.

«Чтобы глупый правил вами» – деньги правят миром, а поэтому во властные структуры проникают не умные, а изворотливые. Ум по высшим меркам означает просвещенность, изворотливые же обладают хитростью. С точки зрения Высшего смысла, хитрый ум современных руководителей является просто идиотизмом.

«Под конец тысячелетья тает время для раздумий» – рубеж тысячелетий таит угрозу жизни на Земле, если не будет изменено людское сознание, – таково пророчество Верховного жреца Древнего Египта. Множество очагов военных конфликтов в настоящее время являются предвестниками нового всемирного кризиса.

«Жаль бывает мне порою мир тщеславия разрушить» – здесь Па Ди Ист рассуждает как часть Высшего разума. Это обычное смешение привычных нам местоимений в словах высших духов, для которых в потустороннем мире понятия «мы» и «я» часто не различимы.

«Спасайте свои души». Современные люди в своей массе материалисты. По-настоящему мы ценим разве что наши удобства, которые называем жизнью, поэтому духовность подменили ее суррогатами. По сути, вся культура направлена на обслуживание нашего материального потребления. Мы не занимаемся духовным самосовершенствованием, а приспосабливаемся к внешнему миру. Это – главное свойство нашего сознания. В результате земная цивилизация оказалась на первой, низшей ступени духовности. Этим нарушаются установления Бога – причина, по которой, кстати, были уничтожены Атлантида и Троя. И хотя предназначенное время исчезновения нашей цивилизации еще не пришло, вероятность конца уже существует – вероятность самоуничтожения. Есть ли у человечества шанс преодолеть этот очень опасный период своей истории? Такой шанс – в духовной переориентации. Просвет может появиться только в одном случае – когда мы самостоятельно захотим и сможем развить свое сознание.

Факт предпринятого Па Ди Истом рассекречивания Книги теней жрец объясняет решением «сверху»:

– Боги посчитали предрассудком утаивание от людей этих знаний. Они решили, что ваш умственный потенциал в принципе достаточен для понимания учения о тенях.

Главным среди богов Иерархии египтянин почитает Иисуса Христа. В земных делах он ставит Его вровень со Всевышним:

– Для исполнения твоего предназначения необходимо благословение Ра или Иисуса. И оно будет, наберись терпения. Сейчас Иисус внимательно слушает тебя, как профессор на экзамене слушает студента. Он может благословить тебя за ответ, но может и наказать.

Моим ответом Иисусу жрец считает восприимчивость, понятливость, послушание и усердие в его, Па Ди Иста, школе.

– Что ждет меня впереди?..

– Тебе пока не обязательно это знать, – парировал учитель мой вопрос.

Он не любит отклоняться от программы обучения и заглядывать в будущее.

Информация о моих беседах с Па Ди Истом распространилась в потустороннем мире быстрее, чем на земле. Словно сработал огромный небесный Интернет, и теперь все заинтересованные духи, начиная от самых древних и кончая новопреставленными, независимо от «национальности» и места последней реинкарнации, приблизились и наблюдают за мной. Некоторые, самые сильные из них, предлагают мне свою философию.

Бывший монах из Гималаев Мохареш позвал меня в Индию:

– Приди в наш монастырь Гум по дороге Дарджелинг, мы откроем тебе новые книги «Агни-Йоги».

Другой стоявший рядом с ним монах, судя по одежде, тоже индус, назвавшийся Фином Курейшем, процитировал несколько знакомых мне строчек из «Агни-Йоги» и строгим тоном почему-то добавил:

– Кому мы жизнь долгую даруем, тому мы спину гнем… Будь наша воля, мы могли бы утопить вас всех, как утопили атлантов. Лишь милостью Иисуса мы раздаем вам мирские блага на определенный срок.

Последователь Магомета Аята, в чалме и старой, будто истлевшей длинной одежде, напрямую не приглашал меня в Мекку, но вскользь сказал:

– И та, и эта идея – это разные потоки одного и того же сознания, которые пронизывают землю и снова уходят, а ты сам выбирай, какой поток твой, если хочешь совершить хиджру.

Я спросил у Па Ди Иста, что значат визит и слова этих странных духов индуизма и мусульманства. Учитель пояснил:

– Тебе пора в дорогу за Книгой теней: ее фрагменты разбросаны по всему миру… Вот они услышали про это и предлагают тебе свои маршруты. Но твой путь лежит не в гималайские монастыри и не в аравийские мечети.

Послушай, человек призван не к монашеству, не к тому, чтобы сидеть взаперти, а к мирской жизни. Монахи-отшельники обычно повторяют одно и то же по кругу. Пример – «Отец Сергий» Толстого, великолепно описано. Герой не смог вырваться за земные пределы, хотя и был хорошим иеромонахом.

Суть монашества прямо противоположна природе человека. Чтобы следовать своей вере, монахи усиленно занимаются умерщвлением собственной плоти: вериги, самобичевание… С позиции разума это нонсенс.

Что касается мусульманства, то оно не оригинально. Это круги от кинутого по воде камня христианства. Это отыгрыш христианства, его резонанс.

Магомет, в отличие от Иисуса, был человеком, а не Сыном Божьим. Потому в мусульманстве, заметь, на молитву сзывает мулла, человек, стоящий высоко на минарете, а в христианстве – церковный колокол, как бы звон с неба. Магомет, хотя и возвышался над другими людьми, был всего лишь передатчиком потока Высшего сознания, а не самим Высшим сознанием.

Твой путь лежит не в Азию, а в Европу и на Ближний Восток. Там ты найдешь то, что тебе нужно.

В синем сумраке вечера за вагонным окном уплывал Варшавский вокзал Санкт-Петербурга. Па Ди Ист вез меня в Европу…

Я не знал, зачем еду, но доверял моему учителю.

– В этом путешествии, – сказал мне жрец, – будет подправлен твой дух. Подобно тому, как подправляют компьютерный файл.

Подправить мой дух, по плану Па Ди Иста, было необходимо для того, чтобы я адекватно воспринимал его все усложняющееся учение.

Жрец рассчитывал на меня как на связующее звено между ним и людьми.

Атлантида

Польша – первая из европейских стран, куда я приехал вместе с Па Ди Истом. В Варшаве жрец повел меня по улице, вымощенной плиткой, в католический собор Святого Станислава, с высокими готическими сводами и старинными витражами. При входе мой учитель чуть задержался, будто прислушиваясь к чему-то…

Оказалось, он просто пытался определить энергозаряженность толпы. Собор был полон, не протиснуться. Из-за тесноты я не мог отличить живых от мертвых и понять, кого здесь больше, тех или других.

– Угрожающий вид вашей цивилизации, – проронил Па Ди Ист, указывая мне на ужасные страдания присутствующих покойников. Большинство из них не понимали, где и зачем они. – После смерти человек не становится более просветленным, он остается на том духовном уровне, на котором его застала смерть.

По желанию кого-то свыше собрались вместе души умерших и ничего не подозревающие об их присутствии живые люди, и между ними получилось нечто вроде диспута.

Языкового барьера не существовало, поскольку сознание одно для всех.

В церкви присутствовали исключительно христиане, но самых разных направлений: католики, православные, лютеране, англиканцы, иеговисты, баптисты…

– Вот собрание душ, формирующих ваш общественный разум, – продолжил Па Ди Ист. – Послушай их мысли, чтобы составить общую картину информационного поля, наведенного над Европой. Тебе полезно.

Я достал блокнот и принялся машинально записывать все, что слышал вокруг…

На следующий день в гостинице «Hilton», где я остановился, под звуки арфы, раздававшиеся из уютного внутреннего дворика, я отредактировал свой конспект – получилось следующее.

Сначала вразнобой шелестели голоса находящихся на первой ступени царства мертвых:

– После смерти мне не пригодились ни моя профессия, ни мои деньги, ни мой дом, ни даже мой английский костюм…

– Никто из людей не хочет умирать. Но смерть – очевидная неизбежность. Из этого неприятного для людей противоречия они нашли своеобразный выход: делают вид, что смерти не существует. В действительности оказывается, что смерть неизмеримо больше жизни....

– У всех живых страх смерти. Поэтому люди не говорят о ней и сторонятся умирающих: когда настал мой час, и предсмертная тоска накрыла сознание, не нашлось никого, кто подержал бы меня за руку…

Потом я услышал другие реплики, тех, кто достиг второй и третьей ступеней и мог уже обобщать свои эмпирические наблюдения.

– В прошлом человек, созерцая мир, во всем видел Бога. Теперь мировоззрение разведено по углам этики, эстетики, идеологии…

– Нужно фундаментальное переосмысление религиозной веры…

– Нет веры в Бога у людей, чье сознание поглотил рынок. Ее редко встретишь даже среди тех, кто не участвует в рыночной борьбе…

– У нас могут быть собственные представления о вере, их надо оставить и принять высший авторитет церкви…

– Часто церковь вручает духовную власть не самым лучшим людям…

– Да, иерархи могут быть несовершенны, но сами общественные институты, которые они представляют, священны…

– Что такое христианская вера? Это канонизация морали, изложенной апостолами. Но человек в состоянии осознать себя и вне апостолов. Поэтому католик, например, допускает философию рядом с теологией, но неканоническую трактовку текста Библии считает причиной религиозных раздоров....

– Для православного ссылки на Писание означают, что вера толкуется неверующим, а религия становится наукой....

– О, это православие! Западному человеку ваши иконы чужды, а ваш ритуал кажется театральным действием…

– А я вам скажу, что Запад, смотрящий сверху вниз на православие, более склонен к предрассудкам, чем Россия!..

– Мы, живые и мертвые, с пеной у рта доказываем друг другу правоту православия, католицизма или протестантизма… Но Иисус приходил учить не дискутировать, а жить. Наши дискуссии беспредметны, пока мы не стали на почву реальности. Поскольку сейчас нет общего представления, что хорошо, а что плохо, единая концепция веры невозможна, и во главу угла должно быть поставлено полное раскрытие индивидуальных способностей человека. А чтобы такая свобода не вошла в противоречие со свободой других, ее надо ограничить непричинением вреда окружающим. Делать все, что хочешь, можно только до границы индивидуальной свободы другого человека....

– Для меня церковь – это безразличное пространство культурной отвлеченности. Никакой мистической морали вообще нет. Естественный разум, опирающийся на эмпирические знания, – вот единственная моральная ценность. А повредившиеся в уме интеллектуалы лишь навязывают свои галлюцинации и становятся проповедниками самых безосновательных культов....

– Всем христианам необходимо объединиться, чтобы противостоять секуляризованному миру. Почему уже сейчас половина верующих отказывается называть себя католиками, православными, баптистами, а называет себя просто христианами? Потому что экуминизм спасает единое тело Христа от расчленения перед церквами и сектами…

Наедине со мной Па Ди Ист подвел итог этому диспуту мертвых и живых.

– Глядя на них, задумаешься, где больше заблуждений: в безбожии или в подобной религиозности. Одни, принимая религию, принимают лишь те правила, которые сами навыдумывали и тщательно их соблюдают. Другие ищут себя в слепой заимствованной вере. Третьи – в теологии. Но смысл того, что и во имя чего они делают, накрепко закрыт от них, поскольку истина дается только расширением сознания, а последнее достигается самоочищением.

Главный изъян большинства ваших наивных теологических умствований – вы не признаете реинкарнацию. Считаете, что души творятся Богом в моменты физического зачатия. Это отнимает у вас всякое разумное отношение к своему саморазвитию: нет ни предназначения, заложенного в прошлой жизни, ни ответственности перед будущим воплощением. Поэтому все вы и на земле, и под землей ежедневно спокойно грешите и тут же просите у Бога прощения, надеясь таким образом обеспечить себе безнаказанность. Но прощает ли Он вас? Вот в чем вопрос.

Следовать за духом куда труднее, чем за живым учителем. Тот, кто учит меня, – всего лишь сгусток тумана: не подумай я о нем, и он останется незамеченным. У него нет физической возможности привлечь мое внимание.

Еще в России он жаловался:

– Ты почему-то очень не хочешь общаться со мной, хотя я уже несколько раз порывался к тебе обратиться: то тебе было некогда, то ты устал… Ты теряешь время, а мне бывает очень трудно достучаться до тебя. После работы ты просто невменяемый, впиваешься в телевизор и смотришь все подряд. В таком состоянии с тобой трудно говорить на духовные темы.

Однако и я не могу разговорить Па Ди Иста, если он того не хочет. Состоится беседа или нет – зависит в такой же мере от него, как и от меня. Хочет – он разговаривает, не хочет – никакие мои вопросы и проблемы не прервут его молчания.

Поэтому, когда я слышу в своем мозгу характерные щелчки разрядов энергии Па Ди Иста, напоминающие перестук молоточков, то беспорядочный, то мерный, как ход часов, я понимаю, что учитель создал вокруг меня поле для общения и мне надо поспешить уединиться.

Не всегда это удается. «Надо меня слушать, когда я хочу говорить», – ворчит в таких случаях Па Ди Ист.

Иногда я забываюсь и воспринимаю жреца как реально существующего человека. Я слушаю его десять, двадцать, тридцать минут… И только после его слов: «На сегодня я всё… У тебя есть вопросы?», когда он начинает на моих глазах трансформироваться в бесформенное облачко, я осознаю всю необычность этих сеансов. «Ну, давай, задавай вопросы!» – подчас очень сердито, видя мою растерянность, теребит меня жрец.

Обычно в этот момент меня душит сильный кашель: потусторонняя сущность удаляется, и происходит мое переключение на наш мир, редко удачное. Я не то, что не могу задавать вопросы, я дышать не могу.

«Сколько времени я жду, а ты ни о чем меня не спрашиваешь: мне скучно, я ухожу…» – бросает на прощание Па Ди Ист и растворяется.

Он не понимает моих психологических и физических трудностей общения с ним. Ему кажется, что мне так же просто возвращаться в свое тело, как ему в его мумию.

Чтобы дать ему возможность воспользоваться моим телом, мне надо освободить ему место. Трансформация длится минуты две. Я чувствую, что вдруг у меня начинают сужаться губы, впадать щеки, горбиться нос… Руки ссыхаются и чернеют. Я начинаю походить на… мумию Па Ди Иста. Он проникает в мое тело, принимая в нем привычную форму своей мумии и выдавливая меня. В этот момент я засыпаю (так мне кажется).

Очнувшись в номере варшавской гостиницы, я обнаружил в своей записной книжке новую главу Книги теней, посвященную Атлантиде.

Под оливковой прохладой, –

Шепчут духи Чичен-Ицы, –

Жили два народа рядом:

Люди-звери, люди-птицы.

А последние порою

Не людьми, богами слыли:

Жизнью жили неземною

Те, что над землей парили.

Прилетев по воле рока,

Молча говорить умели…

Их земля лежит далеко,

Там, где рифы, скалы, мели.

Сокровенное спасая –

Своей воли завещанье,

Люди-птицы, улетая,

Принесли вам на прощанье.

Вам остались чувство Света,

Сила мысли и стремленье

Осознать, где скрыто это –

О полете птиц ученье.

В этом было их призванье,

Смысла одухотворенье:

Всех баранов на закланье

Превращать в венец творенья.

Тяжек труд – очеловечить,

Меру разума отмерить,

Чтоб добро не покалечить,

Дать и зло, чтоб в Бога верить.

Их усилия порою

Были тяжки и бесплодны,

Создавали лишь героев

Мифов и былин народных…

Канули бесследно в Лету,

Подарив вам дальний Свет,

Бога Гора, бога Сета,

Птаха, Бастет и Сохмет.

Прежде чем приступить к разъяснению этого стихотворения, напомню, что наиболее авторитетное свидетельство о существовании в далеком прошлом (до XII тысячелетия до н.э.) сверхразвитой атлантидской цивилизации дал человечеству древнегреческий философ Платон (427-347 гг. до н.э.) в своих произведениях «Тимей» и «Критий».

Об атлантах упоминают также мифы о подвигах Геракла и хроники аргонавтов. Греческий философ Прокл (412-485гг.) сообщает о путешественнике Кранторе, который видел в египетском храме колонну, покрытую иероглифами: жрецы храма перевели содержание надписей, и оказалось, то была история Атлантиды, совпадающая с платоновской.

Сведения об Атлантидском государстве и его жителях, почитаемых другими народами за богов, могли дойти до нас куда в большем количестве, если бы не фанатизм, с которым адепты новых религиозных верований уничтожали эти сведения как языческие.

Косвенным указанием на общечеловеческий источник высокой культуры, находившийся, по-видимому, в районе нынешнего Атлантического океана, служит общность в календарях, легендах и постройках древних народов майя, шумеров, египтян, а также множество рукотворных следов по

всей планете инженерного, технического, научного характера, оставленных в те времена, когда, согласно ортодоксальной истории, гоминиды жили еще в пещерах.

Теперь подробнее о содержании стихотворения.

«Под оливковой прохладой» – речь идет об Атлантиде. Па Ди Ист утверждает, что на территории этого государства росли оливковые деревья.

«Шепчут духи Чичен-Ицы» – священный город древних майя Чичен- Ица (находится в Мексике на полуострове Юкатан) знаменит своими оракулами, которых, по заверению Па Ди Иста, направляли духи погибших атлантов. К этим духам при необходимости обращается и сам Па Ди Ист.

«Люди-звери» – существа, руководствовавшиеся животными инстинктами, неандертальцы. Вели начало от Каина.

«Люди-птицы» – атланты, ведшие начало от Сифа. Примерно пятьдесят тысяч лет назад на Земле в теплых широтах жили рядом неандертальцы и атланты.

Для атлантов, знавших тайну генного кода, не было проблемой создание любых живых форм. Некоторые из них имели крылья, как птицы, и могли летать. В христианской традиции память об этом сохранилась в виде образов крылатых ангелов.

«А последние порою не людьми, богами слыли: жизнью жили неземною те, что над землей парили». Атланты обладали запредельным, по нашим меркам, знанием, и у них был нечеловечески мощный разум. В этом смысле их нельзя назвать людьми. Они настолько поражали простых жителей Земли своими чудесными способностями, что те называли их богами.

«Прилетев по воле рока» – по утверждению Па Ди Иста, эмбрионы будущих легендарных атлантов были доставлены на Землю еще более развитыми существами. Одни исследователи, например, Мерри Хуоп, называют прародиной атлантов двойную звезду Сириус. Другие, такие, как Грэм Хэнкок, склонны связывать пришельцев с созвездием Ориона.

«Молча говорить умели» – атланты обладали способностью телепатического общения друг с другом. Границу между разумными и животными существами они проводили именно по способности и неспособности к телепатии.

«Их земля лежит далеко, там, где рифы, скалы, мели» – Платон в «Тимее» констатировал кратко: остров Атлантида исчез, погрузившись в море. Более точное местонахождение затонувшей Атлантиды (которая по размерам была, скорее, материком, чем островом) до сих пор неизвестно. Возможно, это район Бермудского треугольника. Под «скалами» здесь подразумеваются подводные скалы.

«Люди-птицы, улетая» – означает: оставляя Землю, погибая.

«Чувство Света» – чувство, что существует Высший разум. Атланты дали людям веру в Бога. Библия говорит, что представление о Боге люди получили через Сифа и его потомков (Бытие, 4: 26).

«О полете птиц ученье» – Библия в части Ветхого Завета.

«В этом было их призванье» – известно, что цивилизации многих древних народов развивались под влиянием неких таинственных учителей, называемых богами. В Месопотамии – это Оаннеш (или Уан), в Мексике – Кецалькоатль, в Перу – Виракоча, в Египте – Осирис, в Китае – Хуан-Ди… Они научили туземцев ремеслам и искусствам.

«Всех баранов на закланье» – наши далекие предки, люди-звери, или неандертальцы, были лишены самосознания и действовали, как животные, по инстинкту.

«Чтоб добро не покалечить» – «мера разума» должна была быть таковой, чтобы люди, имея ограниченное земным опытом сознание, могли все-таки воспринимать обращенное к ним свыше абстрактное Слово.

«Дать и зло, чтоб в Бога верить» – то, что зло сопряжено «от противного» с поисками защиты у Бога и, следовательно, инспирирует религиозную веру, выражено русской поговоркой: «Пока гром не грянет, мужик не перекрестится». Если бы не желание спастись от зла, то о чем бы люди просили Бога? Лейтмотив всех молитв к Богу – спаси и сохрани! – свидетельствует, что вера в добро (или, другими словами, в Бога) зиждется на факте существования зла.

«Создавали лишь героев мифов и былин народных» – слабое сознание «людей-зверей» часто не находило связи с учителями-атлантами и потому воспринимало их ирреально. Судя по результатам, атланты не были поняты их земными учениками.

«Подарив вам дальний Свет» – атланты дали нам веру в Бога.

«Гор» – бог древних египтян, сын Осириса и Изиды. Олицетворял Высшее просветление и порядок.

Мне было интересно, что еще Па Ди Ист может сказать о Горе, ведь изображение этого бога помещено на саркофаге жреца.

– Как его изображали древние египтяне? – отозвался Па Ди Ист вопросом на мое любопытство.

– В виде сокола.

– Это понятно. А что они подразумевали под ним?

– Солнечный свет.

– Так вот, это подсветка. Бог Гор представляет собой Высшее сознание, которое высвечивает твои пороки. Высшее просветление разума. Когда ты проанализируешь какой-либо свой поступок, то бог Гор скажет тебе про него, был ты прав или неправ. Ты дашь себе оценку. Это твоя оценка. Каждый твой поступок оценивает бог Гор. Другими словами, если использовать христианскую терминологию, это Святой Дух.

– Святой Дух?

– Чему ты удивляешься? Тут нет ничего непонятного. Высшее сознание, нисходящее на Землю, сливается воедино с земным сознанием, тянущимся вверх. Образуется поток Святого Духа. Древние египтяне называли его богом Гором.

«Сет» – древнеегипетский бог пустыни и хаоса. Сет был братом и противником Осириса (а также противником Гора, сына Осириса), но оба служили богу солнца Ра. Поэтому древние египтяне почитали Сета наравне с Осирисом, Изидой, Нефтидой и Гором. У древних египтян Осирис и Сет хотя и извечные враги, но оба представляют позитивные силы. Недаром того и другого называли богами. Это отличается от учения христиан, где Бог и дьявол непримиримо разделены между собой. Однако дьявол, тем не менее, выполняет функцию карающего слуги Бога. Таков и смысл Сета.

«Птах» – бог древних египтян, покровитель строителей.

«Бастет» – древнеегипетская богиня радости и деторождения. Изображалась с головой кошки.

«Сохмет» – древнеегипетская богиня разрушения и возрождения. Жена бога Птаха. Изображалась с головой львицы.

«Подарив… бога Гора, бога Сета, Птаха, Бастет и Сохмет» – речь идет о том, что атланты явились родоначальниками цивилизации Древнего Египта, которая возникла не вследствие развития, а словно ниоткуда – была зрелой с самого начала. Более того: чем древнее египетская династия, тем выше ее научные и культурные достижения.

Боги-инструкторы, оставшиеся в Египте после катастрофы Атлантиды, пребывали там до тех пор, пока были нужны вновь нарождавшемуся человечеству. Постепенно они вымерли, и сама память о них исчезла.

Катастрофа

Из Польши я и Па Ди Ист перебрались в Чехию.

С крепостной стены Старой Праги открывался вид на крытые красной черепицей дома, издали похожие на грибы, утопающие в зелени улиц и дворов. Издали доносился мелодичный перезвон православных колоколов.

Я спустился вниз и пошел в направлении гостиницы «Albatros», рекомендованной мне еще в Петербурге одним моим знакомым, приезжавшим в Прагу по своим делам. Лица большинства прохожих выражали озабоченность. Как и в России, многие в Восточной Европе несут на себе тяжелый груз демократических перемен.

По указу президента В. Гавела центральная площадь города была переоборудована под сцену для выступлений ожидавшегося со дня на день американского поп-идола Майкла Джексона. Его огромная, высотой с пятиэтажный дом, пластиковая копия уже возвышалась рядом со стойками для прожекторов. Местные музыканты в национальных костюмах, человек пять, раскрыв на мостовой большой чемодан для пожертвований, развлекали плясовыми мотивами гулявших туристов. Стоявший в полосатой будке солдат, одетый в голубую форму, с красным бантом на груди, тоже предназначался для туристов, как и проехавший мимо веселый автобус, сделанный в стиле ретро, с рисованным бравым солдатом Швейком на двери кабины.

Я постоял у пивного ресторана, дивясь воображению его хозяина, который в качестве рекламы взгромоздил на черепичную крышу своего заведения груженную пивными бочками телегу, протиснулся сквозь толпу на уличном базаре, где молодая торговка, приметив во мне иностранца, пыталась продать какие-то сувениры, повернул за угол коммерческого банка, предлагавшего всем поменять доллары на кроны, и возле обувного магазина «Bata» спустился в подземный переход, чтобы перейти улицу. Вдруг стены и люди вокруг меня словно сдвинулись и поплыли, в голове послышался перестук молоточков, в глазах появились мерцающие звездочки… мир накренился, и я упал.

До того момента я был уверен в том, что Па Ди Ист полностью контролирует свое и мое положение, что он уже совершенно освоился среди живых и не поставит меня в неловкую и тем более – опасную ситуацию. Ведь он прилежно вел себя не только в стенах Эрмитажа рядом со своим убежищем – мумией, но и в других местах Санкт-Петербурга. Когда у него возникла идея заграничной поездки, я ни минуты не сомневался, что он в состоянии видеть материальный мир глазами отдающего себе отчет существа.

Но я ошибся. Хотя с каждым годом зависимость духа Па Ди Иста от мумии уменьшается, процесс его адаптации на земле все еще не закончился, и он вынужден время от времени возвращаться в свою физическую оболочку для энергетической подпитки. Надолго удаленный от мумии, он дезориентируется между двумя мирами, и космическое начало его сознания становится преобладающим. Тогда автомобили на улице могут показаться ему жуками-скарабеями, на которых ездят люди, а наши физические тела – ненужными наростами, мешающими человеческим душам. В той мере, в какой в нем преобладает космическое сознание, он не считается ни с моей личностью, ни с чьей-либо другой. Он все делает с позиций бесстрастной вселенской необходимости и таким образом может покалечить или погубить меня без всякого злого умысла.

Толстые бетонные своды пражского подземного перехода, соединенного к тому же с метрополитеном, когда я вошел под них, сработали как египетская пирамида, фокусируя космическую энергию. Мой учитель моментально оживился и, по-видимому, решил, что настало время очередного использования моего тела для передачи на землю Книги теней…

Я пришел в себя от того, что кто-то сильно тормошил меня за плечо. Я лежал навзничь поперек перехода, прислонившись головой к стене. Надо мной наклонилась женщина-полицейский с жезлом на запястье и белой сумкой на боку. Из-под ее форменной мужской фуражки свисали длинные волосы, закрывая пол-лица. Она коротко и неприветливо спрашивала меня о чем-то на чешском языке. За ее спиной маячили любопытствующие прохожие.

Я собрался с силами и поднялся на ноги. Не понимая вопросов полицейского, машинально мотал головой и пытался продемонстрировать, что в состоянии самостоятельно передвигаться. «Все хорошо, everything is o'k…» – твердил я поочередно по-русски и по-английски, надеясь отделаться от представителя иностранной власти без неприятных для себя последствий. И мне это удалось: женщина в фуражке лишь проводила меня цепким вопрошающим взглядом.

После этого происшествия я понял, что очень опасен момент, когда мой дух вытеснен из моего тела Па Ди Истом, а сам жрец еще не вошел в меня. Какое-то время тело остается пустым, никем не руководимым и может оказаться в критических обстоятельствах.

Придя в гостиницу, я почувствовал острую потребность в письменной работе. В тот день из неизвестного мне хранилища в моем подсознании как бы сама собой на бумаге появилась глава «Катастрофа». Выходит, Па Ди Ист в состоянии не только диктовать мне напрямую и пользоваться моей рукой для записи, но и хранить во мне информацию, как в компьютере.

Богу Нут Сохмет велела

Отступить на шаг от моря…

Чуть на землю солнце село,

Заметались птицы в горе.

Нут всего одним движеньем

Неумелым все разрушил.

Вместо Света отраженья

Увидали край у суши.

Как ужасен вопль отчаянья,

И конца кошмару нету......

Барка с мертвыми печально

Поплыла в эпоху эту.

Бились птицы, обжигаясь,

Их полет – комет паденье,

Из последних сил пытались

Миру передать ученье.

Но выплескивало пламя

Лишь остатки Атлантиды,

Лишь поруганное знамя,

Сказки о кариатидах.

В книге «Совмещение пределов» я уже приводил свидетельства катаклизма, случившегося на Земле примерно четырнадцать тысяч лет назад. Повторю их вкратце.

По всей планете можно найти следы этой катастрофы, остались они и в сказаниях разных народов.

Многие тексты говорят о том, что на небе появились огненные тела, которые с грохотом падали на землю. Падение сопровождалось землетрясениями и лавинами всеуничтожающего огня. Энергия его была космического происхождения и приближалась к энергии термоядерной реакции: в тысячелетних крепостях под названием Дундалк и Экосс в Ирландии, в древней Черной пагоде в Индии до сих пор заметно воздействие высочайших, необъяснимых обычными пожарами температур.

После огненных ударов и смещений земной коры наступило великое солнечное затмение. Оно продолжалось долго: по китайским преданиям, многие поколения людей рождались и умирали, не видя солнечного света.

Одновременно с великим солнечным затмением с неба обрушились огромные потоки воды и произошел колоссальный подъем уровня моря. К тому же появившиеся в результате землетрясений в океанах гигантские волны, цунами, достигая суши, сокрушали все на своем пути.

Почему до катастрофы год инков равнялся двумстам девяноста дням? Почему карта звездного неба, составленная в Древнем Египте, значительно отличается от современных карт? Почему древнеримский астроном Теренций Варрон утверждал, что Венера поменяла свой цвет, а астрономы Древней Иудеи считали, что когда-то местоположение планет Солнечной системы было другим?.. Очевидно, произошло нечто, сместившее ось и, быть может, орбиту Земли».

Древний «Кодекс Чималпопока», найденный в Мексике, засвидетельствовал: «Небо приблизилось к земле, и в один день все погибло. Даже горы скрылись под водой».

В «Кодексе Пополь-Вух» (Гватемала) сказано: «Был устроен великий потоп. Лик земли потемнел, и начал падать черный дождь; ливень днем и ливень ночью. Люди бежали в отчаянии. Они пытались залезть на вершины деревьев, но деревья сбрасывали их, люди искали спасения в пещерах и гротах, и они погребали людей. Так была завершена гибель расы, обреченной на уничтожение».

У индейцев Амазонки есть похожие воспоминания: «Сначала был страшный рев, потом грохот, потом все погрузилось во мрак, потом ливень и потоп».

Сохранились древние свидетельства африканцев о землетрясении, извержении вулканов, урагане, ливне и потопе.

Китайские древние списки кратко дают ту же картину: «Опора неба обрушилась. Земля была потрясена до самого своего основания. Небо стало падать к северу. Солнце, Луна и звезды изменили путь своего движения. Вся система Вселенной пришла в беспорядок. Солнце оказалось в затмении, и планеты изменили свои пути».

Ясно, что все это говорит о страшной катастрофе. Какого времени?..

Двенадцать тысяч лет насчитывает Гольфстрим.

Возраст Ниагарского водопада определяется от десяти до пятнадцати тысяч лет.

Американские ученые сделали интересное открытие: следы жизни на всем Американском континенте странным образом обрываются в одиннадцатом-двенадцатом тысячелетии до нашей эры.

Древнейшие следы жизни на Скандинавском полуострове и в Англии также внезапно исчезают на этом рубеже.

В 1988 г. команда французского корабля, занимаясь ремонтом кабеля, проложенного по дну Атлантического океана, извлекла кусок скалы вулканического происхождения. Причем подобная стекловидная лава могла образоваться только при атмосферном давлении. Время погружения лавы в океан определили тринадцатым тысячелетием до Христа.

Из диалогов Платона «Тимей» и «Критий» следует, что Атлантида погрузилась на дно океана около одиннадцати с половиной тысяч лет до нашей эры.

Современные астрономы обнаружили в Солнечной системе астероидный шлейф, который образовался в результате взрыва планеты, находившейся вблизи Земли. Причем возраст астероидного шлейфа – четырнадцать тысяч лет.

Только ли поэтическая фантазия породила древнегреческий миф о боге Фаэтоне, который катался по небу в колеснице своего отца Гелиоса, запряженной огнедышащими лошадьми, и, не справившись с конями, слишком приблизился к Земле и вызвал на ней пожар? Тогда Юпитер, видя, что неискусный ездок может погубить Вселенную, поразил Фаэтона, и тот пал на Землю. Убитый горем Гелиос некоторое время даже отказывался освещать небесный свод.

В преданиях майя этот миф живет в виде легенды о Хуркале, в Индии – о Хаягриве. Не отголоски ли все они трагедии Атлантиды? Даже некоторые серьезные ученые распавшуюся на астероиды планету так и называют – Фаэтон.

Скорее всего, именно колоссальный взрыв в космосе вызвал катастрофу Атлантиды.

В пражской гостинице «Albatros» время было за полночь, когда Па Ди Ист разъяснил мне поэтические образы своего стихотворения.

«Нут» – это божество древнеегипетского пантеона, породившее небосвод.

«Отступить на шаг от моря» – сделать существование людей (море людских сознаний) менее зависимым от ближайшего космоса. Поскольку Нут олицетворяет небосвод, а Сохмет – разрушение, то, очевидно, речь идет о «перепланировке» космического окружения Земли с помощью взрыва. Как утверждает Па Ди Ист, атланты преднамеренно взорвали находившуюся рядом с Землей планету Фаэтон, чтобы улучшить климат.

«Чуть на землю солнце село» – осколок взорванного Фаэтона, громадный метеорит, сравнимый с видимым диском Солнца, упал на Землю.

«Нут всего одним движеньем неумелым все разрушил» – произошла ошибка в расчетах взрыва в космосе.

Приведу более ранние разъяснения Па Ди Иста.

В тот раз я задал жрецу вопрос, ответа на который пока не имел.

– Атлантида погибла от Высшей силы или причина ее гибели была естественной?

– Ни то и ни другое. Ошибка оказалась в расчетах.

– Каких? – удивился я.

– Используя сильную космическую технику, думали предостеречься от столкновения с находившейся рядом другой планетой Солнечной системы. Одновременно предполагалось улучшить земной климат.

– Они взорвали соседнюю планету?

– Да. Неуправляемый осколок разбитой планеты врезался в Землю. Атланты спровоцировали собственную гибель.

– Неужели дело всего лишь в технической ошибке?

– Не только. Можно сказать, что атланты погибли в результате своего утилитаризма, от сверхорганизованности. Мощное государство имело отлаженную систему наблюдения за ближним космосом и влияния на него. Но они не имели права распространять свою власть на стихию планет и метеоритов. Они могли вторгаться в нее, но не управлять ею.

«Вместо Света отраженья» – вместо благих последствий, улучшения жизни.

«Увидали край у суши» – двойной смысл: Атлантида затонула, и одновременно произошел всемирный потоп, поставивший на грань гибели все живое на суше.

«И конца кошмару нету» – катастрофа сопровождалась пожарами, ураганами, перемещениями земной коры, ливнем, затмением Солнца…

«Барка с мертвыми печально поплыла в эпоху эту» – души атлантов не погибли, они существуют и поныне (в «эту» эпоху) в параллельном мире мертвых.

«Их полет – комет паденье» – образное сравнение: видимо, многие атланты во время катастрофы сгорели в воздухе.

«Миру передать ученье» – погибая, атланты старались сохранить свое сознание в параллельном мире. С другой стороны, оставшиеся в живых посвящали себя обучению людей новой расы.

«Остатки Атлантиды» – Па Ди Ист считает, что на земле остались материальные следы Атлантиды.

«Поруганное знамя» – великая цивилизация погибла, по сути, из-за глупой технической ошибки.

«Сказки о кариатидах» – кариатиды, или карийские девы, жрицы храма Артемиды в Кариях в области Лакопике в Древней Греции, существовали в действительности, но разве мы верим сейчас, что они существовали? Они для нас – не более чем сказка, миф, как и почти все другие древние предания.

Кажется, самого Па Ди Иста угнетает вопрос: а куда делись атланты? Были и исчезли… Каждую ночь, проведенную в Праге, я видел, как он вновь и вновь вызывал в своем сознании картину катаклизма, погубившего Атлантиду: грандиозный смерч мгновенно окутывает многолюдный город, скалистую гору и небо, смешивая их в едином водовороте, похожем на колоссальный взрыв.

Обыкновенно Па Ди Ист всегда бесстрастен. Эмоции очень редко проявляются в нем. Гибель Атлантиды – один из этих редких случаев.

В том, что в руках у атлантов была энергия, способная взорвать целую планету Фаэтон, жрец не сомневался и привел в доказательство выдержки из Махабхараты о применении в древности ядерного оружия, оплавившего камни Черный пагоды в Индии…

На самом деле Па Ди Ист знает об Атлантиде гораздо больше, чем считает нужным передать людям. Он, например, проговорился, что духи атлантов не ушли к Богу, они существуют на одной из промежуточных ступеней к Нему. Из этого следует невероятный вывод: атланты должны реинкарнировать. Они возвратятся.

– Они вернутся в виде своей прежней цивилизации? – спросил я.

– Нет, другой… – Па Ди Ист не хотел откровенничать. – Заметь, я тоже вернулся, но совершенно иначе. Ты не спеши. До возвращения атлантов на земной план должно пройти еще триста-четыреста лет.

– Меня уже не будет, – вздохнул я.

– Да, и меня тоже, – отозвался жрец.

– Тебя? Ты можешь быть.

– Я могу. Но не знаю, захочу ли, если все будет продолжаться в том же духе…

«Если все будет продолжаться в том же духе» – это уже явный упрек нам, людям. Па Ди Ист не любит нас.

Он словно прочитал мои мысли и потому продолжил:

– Конец вашей цивилизации запланирован через много тысяч лет. Однако вы можете ускорить свою гибель. И симптомы этого уже есть. Своего Мессию вы превратили в фетиш и поклоняетесь Ему со всей неистовостью безумных. Возводите храмы, служите мессы… Этим вы считаете себя оправданными перед Богом. На самом деле ваше самооправдание – предвестник вашей гибели. Точно так же, как ваши жадность, похотливость, подлость, хамство, глупость, наивность, уход от реальности, болтовня на митингах и собраниях…

Больше всего Па Ди Иста возмущает наше поведение, прикрывающее злонамеренность притворными добродетельностью и набожностью.

– Самое разрушительное для вашего духа, – много раз говорил он мне, – это лицемерие.

Знавший атлантов при жизни и имевший с ними кровное родство, жрец за все долгое время моего общения с ним никогда ни в малейшей степени не присоединял себя к нашей человеческой расе. Наоборот, многие его высказывания наводили меня на мысль, что люди как духовные существа противны ему…

Так зачем он здесь?

Я думаю, затем, чтобы внушить нам чувство отвращения к самим себе, необходимое, как он считает, для нашего духовного возрождения и, в конце концов, – спасения.

Он еще надеется.

В Карловых Варах я пытался отдохнуть. Прекрасная средневековая архитектура, горы, деревья, целебные источники располагали к этому…

За мостом поверхность ручья рябила. Дальше вверх по течению стояла небольшая плотина, и вода, переливаясь через нее, поднимала белый бурун.

Темнело. На фоне синего вечернего неба отчетливо проступали черные силуэты колоннад, подсвеченные прожекторами. Невдалеке под навесом тихо струился Мельничный источник, самый крупный в Карловых Варах.

В конце пешеходной дорожки под освещенным стеклянным колпаком время от времени высоко вздымался фонтан гейзера. Он бил с большой глубины, оттуда, как сказал Па Ди Ист, где находятся атланты.

В этот момент я почувствовал, что мне трудно дышать… Прежде чем отключиться, сквозь равномерный стук в голове я услышал, как жрец сетует, что здесь ему мало кислорода. Откуда он мог знать? Неужели он дышал моими легкими?..

В путешествии я всегда носил с собой небольшую сумку, в которой лежали мои записные книжки с бесценными откровениями жреца. Что-то вроде дорожной писательской лаборатории. Я не хотел ничего забыть или пропустить из того, что говорил мне Па Ди Ист. Поэтому у меня даже на улице было все необходимое для «механического письма».

Вот строки, которые он оставил мне после сеанса в Карловых Варах (очевидно, они – продолжение его нелестных суждений о нашей цивилизации):

Где зло, там злость

Гуляет по проходам,

К гниенью трупному

Все мчится год за годом.

Где дьявол – пустота,

Пробел, затменье мысли,

И даже красота

Уродством станет быстро…

Разговор о гибели Атлантиды навел меня на мысли о моей несчастной родине – России, ведь она тоже гибнет…

Па Ди Исту не составило труда узнать мои чувства. И он высказался по этому поводу, как мне показалось, несколько неожиданно:

– Сейчас сознанием новой волны русских предпринимателей и политиков движет страх: страх не успеть поймать добычу и страх ее потерять. И это сознание, поскольку за ним стоят большие деньги, создает общество параноиков. Кроме того, массовое критиканство и безудержное неуважительное правдоискательство в отношении вашей истории разгневали души предшественников, живших на вашей земле.

Вы должны были пощадить свое прошлое. Знание всей правды о прошлом деморализует. О собственной истории говорят или хорошо, или никак. К этому призывает вас Библия: «Чти отца своего».

Как Ной проклял одного из своих сыновей, Хама, за то, что он насмехался над наготой отца, и благословил двух других своих сыновей, Сима и Иафета, за то, что они, отвернувшись, прикрыли наготу отца, так и прошлое либо проклинает, либо благословляет вас, в зависимости от вашего к нему отношения. Отсюда ваши беды. Библия не врет: умершие мстят живым за неуважение к ним.

Тени

В отличие от Польши и Чехии в Германии чувствуется знаменитая европейская цивилизация. Здесь больше красивых домов, автомобилей, автозаправок, ухоженных улиц и цветников, – во всем царит прославленный немецкий порядок.

Жрец предложил мне отправиться в город Вюрцбург, что недалеко от Нюрнберга. Там я встретился с фанатичными членами организации «Поклонники фараонов», своим названием, и не более того, заинтересовавшими моего друга-египтянина… Но не эта встреча произвела на меня наибольшее впечатление, а та, о которой я сейчас расскажу.

В Вюрцбурге Па Ди Ист повел меня в кафедральный собор. Мы вошли через правый портал. Красота интерьера поразила меня… Неожиданно я почувствовал прикосновение к моей руке. Необычное, не такое, какое бывает от живого, тепло вливалось в мою ладонь. Я повернул голову и увидел рядом с собой невысокую женщину, державшую меня за руку. Она была одета просто, но опрятно, в средневековое платье, и неподвижным взглядом смотрела прямо перед собой.

– Кто она? – пронеслось у меня в голове.

– Меня зовут Анна Смоляйгн, – незамедлительно последовал ответ, причем женщина даже не открыла рта.

Она повела меня туда, где сквозь огромные окна-витражи в собор лился мягкий теплый свет.

– В 1465 году меня публично сожгли на костре в Вюрцбурге, – продолжала она, – по ложному доносу моего соседа Вермерена. Распорядился схватить меня прелат Ганс Фридрих, а судил и приговорил к сожжению судья Дитрих. Сначала меня пытали колодками и «испанским сапогом», а потом сожгли на костре. Моя малышка Мария, грудной ребенок, осталась одна. Не пожалели ее… Лишь ты можешь восстановить справедливость, рассказать обо мне людям: я не была ведьмой. Мне очень надо, чтобы все узнали об этом. Тем самым ты освободишь меня от заземления, а людей – от моей мстительности.

Анна поведала мне свою историю средневековой давности, до сих пор не дающую ей покоя.

Город Вюрцбург на юге Германии тогда не был большим городом. Обычный для своего времени немецкий городишко. На центральной площади, мощенной камнем, стояла ратуша, а от нее веером расходились узкие улочки с маленькими глинобитными домишками. На окраинах люди вспахивали огороды и пасли скот.

Анна жила в доме, за которым начинался лес. Она была из простой крестьянской семьи. После смерти родителей ей достались небольшой земельный надел, корова и пять овец… Подрабатывала она шитьем.

Анна была верующей женщиной. Как и все в городе, по воскресеньям посещала церковь. Ее муж утонул в реке, оставив ее с грудным ребенком. Он был уже немолод, и замуж за него Анна выходила не по любви.

Многие люди, живущие в сельской местности, естественно, умеют ухаживать за животными, знают их повадки, но не каждый сможет вылечить заболевшую корову или лошадь. Редко кто знает и целительную силу растений, хотя все видят их постоянно. Анна Смоляйгн как раз знала целебные свойства трав (эти знания передавались в ее роду из поколения в поколение) и использовала их при лечении людей и домашнего скота.

Все бы ничего, если бы речь не шла о средних веках, когда по всей Европе свирепствовала папская инквизиция. Тогда доносительство, продиктованное завистью, было очень распространено. И у этой умной женщины неожиданно появился враг. Она вылечила корову одного соседа, а вот корова другого соседа, Вермерена, после ее лечения все-таки умерла. (Хотя причина была в том, что за помощью к Анне обратились слишком поздно.) Обычный случай, за который грех обвинять. Но тут обвинить было очень выгодно: можно было разжиться чужим имуществом. Дело в том, что папская курия забирала себе только половину имущества казненных инквизицией слуг дьявола, а другую половину передавала тем, кто помогал их разоблачению. Кроме того, Анна жила без мужа и родственников, потому заведомо казалась легкой жертвой…

И сосед, корову которого спасти не удалось, написал донос местному прелату. Дескать, такая-то женщина занимается колдовством. И что она способна уничтожать скот и насылать погибель на людей. Уж очень он зарился на пристройку Анны (после казни он таки ее получил).

Прелат Вюрцбурга Ганс Фридрих распорядился схватить Анну Смоляйгн. Пришли за ней в дом поздно вечером люди с факелами, она как раз кормила ребенка…

При обыске в ее убогом жилище обнаружили множество трав, которые она хранила в глиняных горшочках. Это несомненно указывало на то, что она была ведьмой. Одним из доводов против нее был… ее рыжий кот. Другим знаком ведьмы сочли большую бородавку на ее левой щиколотке.

После этого провели еще более доскональный осмотр тела Анны. Обрили все волосы на голове, раздели донага и тщательно обследовали. В качестве свидетелей присутствовало человек двадцать зевак – все желающие. Отметину дьявола в виде трех шестерок искали, привязав Анну к стулу, даже в интимных местах… Не нашли.

Зато дополнительной «уликой» стала найденная ореховая палка. Следователи сочли, что на ней Анна совершала ночные полеты. Нашелся и котел, а он был в каждом доме, – колдовской инструмент. В качестве магического зеркала, как решили присутствующие, Анна использовала стеклянную бутыль синего цвета, хранившуюся у нее в сундуке. Не нашли только специального ножа Агам с магическим символом на рукоятке, которым ведьмы чертили магические круги во время шабаша.

Еще одним доказательством причастия к нечистой силе явилась найденная под кроватью деревянная фигурка апостола с отбитой головой. Якобы Анна сознательно изуродовала христианского святого… Но эту фигурку светло-желтого цвета хозяйка подобрала у своего крыльца. Возможно, ее подбросили. Женщина подняла ее по глупости, из женского любопытства, хотела получше разглядеть. А дома забросила. И вот при обыске фигурку нашли и понесли в суд инквизиции.

Началось следствие. Допрашивали Анну Смоляйгн, как это было положено, в пыточной камере члены суда и сам главный судья города Вюрцбурга Генрих Дитрих с помощниками.

– С каких пор ты стала ведьмой? – спросил Анну Дитрих, надеясь быстро сломить молодую женщину.

– Я не ведьма! – воскликнула Анна. В ее глазах читалось искреннее недоумение по поводу всего, что с ней происходило, и надежда, что вот-вот ее отпустят домой к беспомощной дочурке.

Судья кивнул, и палач крутанул ручку дисков. Женщина закричала от страшной боли в пальцах.

– Моя доченька, моя Мари, – вырвался у нее из груди материнский вопль.

– Давно ли ты служишь дьяволу? – повторил свой вопрос Дитрих.

– Да, да – я ведьма… – выдохнула Анна сквозь стон. – Мне больно, отпустите меня.

– Скажи, каким образом ты стала ведьмой?

– Моя мать, покойница, меня научила травам и всему.

– Кого ты избрала своим инкубусом? Как его зовут? – допытывался судья.

– Я не знаю, кто это. Я не знаю… Я не…

Палач по знаку судьи опять заставил Анну закричать от боли.

– Его зовут… зовут, – залепетала она, уже не помня себя, – кажется, Парцел.

– Кто твой покровитель среди демонов? Чем ты поклялась ему платить? Как ты исполнила свое обещание? – вопросы сыпались один за другим, так что Анна едва успевала сообразить, о чем ее спрашивают, и либо отнекивалась от всего, либо говорила первое, что приходило в голову, только бы избежать пыток.

Сначала ее руки и ноги зажимали в деревянных колодках, потом ее стегали кнутом, привязав к высокой перекладине, а к концу допроса Дитрих распорядился обуть ее в подсыхающую кожу – «испанские сапоги».

– Где ты имела связь со своим инкубусом? Чем он тебе платил?.. – судья и его помощники попеременно изводили вопросами истерзанную, перепуганную, находящуюся в полуобморочном состоянии Анну. – Какую болезнь и на кого ты навела? Зачем ты это сделала? Какие животные погибли от твоего колдовства? Кто твои сообщники? Какие люди присутствовали на шабаше? Определил ли дьявол срок твоего пребывания ведьмой?..

Поскольку Анна все время путалась или не знала, о чем ей говорить, натасканный в таких делах один из членов суда подсказывал ей ответы. Чтобы избежать пыток, женщина все их повторила.

На третьи сутки Анну заставили подписать протокол допроса.

На основании материалов обыска и протокола допроса суд инквизиции

города Вюрцбурга под председательством Генриха Дитриха вынес приговор: ведьму публично сжечь на костре на городской площади.

Беспристрастных, выдерживающих критику доказательств ее колдовства не было, но они по тем временам и не требовались. Достаточно было доносчику сказать, что он видел, как она летала на шабаш.

Соседи и знакомые Анны, которых она бесплатно лечила, вызванные в суд в качестве свидетелей, не знали, что делать. Некоторые были бы и рады ее защитить, но именно ее добродетели, как ни странно, были бы истолкованы в поддержку смертного приговора: демонологи расценивали их как маскировку последовательницы сатаны.

К тому же защищать Анну перед всесильной инквизицией было опасно для самих защитников. В то время заступничество за ведьму означало почти пособничество ей, поскольку действовала булла римского папы Иннокентия VIII, предписывавшая: «Пощадивший же ведьму сам должен быть казнен».

По дороге на костер осужденную полагалось бить плетьми. Когда били Анну, у нее из груди сочилось молоко. Она была кормящей матерью.

В душе она чувствовала страшную несправедливость, совершаемую над нею: как же так, ее, невинную, мать грудного ребенка, убивают!.. Больше всего она страдала потому, что оставила на произвол судьбы свое беспомощное дитя, она была уверена, что без матери дочь погибнет.

Но по счастливой случайности малышка осталась в живых. Одна старая еврейка, жившая неподалеку, после того, как люди с факелами увели Анну в тюрьму, прокралась в ее дом и унесла плачущего ребенка к себе. Это спасло девочке жизнь: она либо умерла бы от голода, либо потом за ней пришла бы обезумевшая толпа, сопровождавшая на площадь осужденную Анну, чтобы бросить и «ведьмино отродье» в костер.

В этой толпе почти каждый нес за спиной или на плече вязанку хвороста для костра… В то время казнить ведьму казалось развлечением.

Печальную историю Анны Смоляйгн я продолжу потом, а теперь я вспомнил, что именно в Вюрцбурге получил от Па Ди Иста очередную главу о тенях.

Я уже говорил, что иногда информация записывается Па Ди Истом в моем подсознании, как в ячейках компьютера. Так случилось и в этот раз, вскоре после моего знакомства с духом Анны… Словно кто-то невидимый включил пульт дистанционного управления, и перед моим внутренним взором монотонно пошел незнакомый текст – как потом выяснилось, продолжение начатой мной книги.

Не было из тьмы спасенья…

Только в тени есть отрада,

Тень служила повтореньем

Жертв, не вышедших из ада.

И сошли на землю тени,

Прежде живших отраженья,

Был узор сплетен с уменьем,

Вновь пришедшим в наставленье.

Не постигнуть человеку

Свою силу в одиночку:

Вместо капли дали реку,

Вместо точки – многоточье.

Собирает цвет двуногих,

Тех, что будут, есть и были,

В звенья, что удел немногих,

Отделяя их от пыли.

Звенья собраны в соцветья:

Врозь – ничто, а вместе – знанье,

Диссонанс вел к лихолетью,

Гамма – к сути пониманья.

Их законом было Слово,

Тьма души – всегда разруха.

Все, что создано, – не ново,

Нету новостей для Духа.

Все сошедшее ранимо,

Как любовные признанья,

Только то сопоставимо,

Что едино в мирозданье.

Тень познать, уйдя от скверны, –

В том судьбы определенье:

Нужно вам всего лишь верно

Вникнуть в смысл Откровенья.

Жрец пояснил.

«Тени» – это проекции (призраки) людей в загробном мире. Они образуются микролептонами, разновидностью элементарных частиц, подобных электронам, позитронам, нейтрино. Живой человек неотделим от своей микролептонной тени. Он окружен ею, как скафандром, погружен в нее, вокруг него постоянно мерцают эти невидимые обычным глазом микролептонные звездочки. После смерти человека тень самостоятельно существует в потустороннем мире и через некоторое время путем реинкарнации возвращается оттуда обратно на землю. Это то, что мы обычно называем бессмертной душой.

Тень отлична от биополя и ауры.

Что такое биополе? Энергия, исходящая от физического тела. Это силовое поле, подобное магнитному. Всякая живая клетка животного и человека излучает биополе, но мертвая клетка такого свойства не имеет, и потому со смертью биополе исчезает. Что такое аура? Это световое проявление биополя.

Микролептонная же тень не имеет отношения к телу, она отражает силу духа. Это субстанциональный, основополагающий и совершенно незнакомый нам вид материи (а все ли существующие на Земле виды материи мы знаем? Не так давно, например, мы открыли для себя плазму).

Я уже писал о тенях.

На том свете душа представляет собой отпечаток двух видов энергии человека: биологической и духовной. Биологическую можно назвать биополем, а духовную – совестью. Биополе исходит от физического тела некоторое время после смерти человека. Совесть не зависит от тела, она формируется сознанием.

Совесть неистребима. После смерти человека она может вернуться на землю, а при достаточно большом своем накоплении может пройти все двенадцать часов ночи. Именно она дает вечную жизнь. Для ясновидящего она материальна и состоит из микролептонов – мельчайших светящихся частиц.

В отличие от биополя совесть не несет на себе никаких следов эмоций. В ней запечатлеваются только высшие стремления, то, что человек во всех своих перевоплощениях наработал для Космоса.

Все знают, что на изображениях египетских фараонов и сфинксов всегда присутствуют загадочные «головные уборы». Я высказал учителю предположение, не микролептоны ли совести это. Па Ди Ист согласился и продолжил:

– Для древних египтян понятие совести имело сакральный смысл. Правда, совесть называлась иначе – тенью. Считалось, что она – неотъемлемая часть человека, и с уничтожением тени (например, Пожирателем теней) то же самое происходит и с ним. Каждое абстрактно мыслящее существо, а на Земле – это человек, имеет свою личную тень.

«Не было из тьмы спасенья» – из тьмы катастрофы.

«Тень служила повтореньем жертв» – сознание, получаемое современными людьми через их тени, является отражением посредством этих теней сознания самих атлантов. Микролептонная оболочка в ноосфере Земли оставлена нам атлантами.

«Не вышедших из ада» – под словом «ад» понимается катастрофа.

«Узор» – порядок размещения и существования теней в зависимости от их цветового окраса.

«В наставленье» – тень не говорит человеку ничего явно, но она действует подспудно, определяя наклонности его «я». Она заставляет человека искать свое место в жизни, а по сути – свое место в узоре теней.

Тень человека не просто существует, она взаимодействует с другими тенями. Причем существует и взаимодействует абсолютно независимо от воли и сознания человека.

Например, мы часто без видимой причины, вроде бы ни с того, ни с сего впадаем в подавленное состояние. Ни воля, ни сознание не влияли на психику, а тень, столкнувшись с какой-то другой тенью, повлияла, создала определенный эмоциональный фон.

Иногда человек начинает переживать из-за вещей, по жизни совершенно далеких от него, или вдруг ощущает в себе прилив сил и творческий подъем. Нет логического объяснения этому. Как нет логического объяснения многому другому в психике и поведении людей. Однако, если знать, что эмоции и желания часто порождаются не только разумом, но еще и тенью, невидимой и трудно представимой, то можно попытаться найти причину.

Разно заряженные тени, сталкиваясь, не воспринимают друг друга. Вот наиболее правильное объяснение беспричинной ненависти между людьми. Беспричинной нелюбви. Беспричинного раздражения. Отторжение может происходить даже тогда, когда люди прилагают большие внешние усилия, чтобы сблизиться. Добро рассыпается, а на его месте неуклонно растет черная неблагодарность.

Пока что люди общаются друг с другом совершенно вслепую. Женятся, работу ищут, партии и государства создают – все вслепую. В результате оказывается, что муж не понимает жену, а жена мужа, коллеги по работе имеют разные цели, а лидеры партий и государств предают своих выборщиков. Примеры можно приводить до бесконечности. Наука и философия бессильны объяснить хоть мало-мальски вразумительно подобные вещи.

А дело в том, что тени, по сути, являются руководителями всех процессов, происходящих в человечестве. Вместе с тем люди практически ничего не знают о своих тенях…

Как работает водяная мельница? Больше половины ее лопастей не видны под водой. Но именно на них действует сила, дающая движение всему колесу.

Так и сила теней, воздействующая на людей, – у нее есть своя логика, не имеющая ничего общего с человеческой. Но, тем не менее, это – самая что ни на есть «железная» логика. Это логика камня, брошенного вверх: он обязательно должен упасть на землю. Это логика самого естества мироздания, ткущего свои узоры.

Взаимодействие человека с тенью подобно согласованию различных законов в физике: диффузии и конвергенции, волновой и квантовой теорий. Иногда такие законы удается увязать, иногда из-за ограниченности знаний – нет. То же самое и в отношении теней, природа которых совершенно незнакома людям, однако определяет всю их жизнь.

Можно сравнить земную жизнь людей с изнанкой ковра, сотканного из теней. На земле их узор проявляется лишь отдельными нитями и узелками. Счастье, если человек по этим нитям и узелкам сумеет разгадать рисунок, несчастье – если не сумеет…

Если бы нам удалось с помощью каких-то аппаратов и приборов правильно идентифицировать и группировать тени, это стало бы причиной невероятных преобразований в человеческих отношениях.

«Не постигнуть человеку свою силу в одиночку» – для осуществления своего предназначения на Земле человек должен найти своих соседей в спектре (узоре) теней, только тогда его собственная тень будет реализована.

«Вместо капли дали реку» – каплей было маленькое человеческое «я», которое, попав в окружение родственных теней, превратилось в мощную реку. Взаимодействие родственных теней всегда оставляет за собой плодотворный след. Собственно, все процессы, происходящие в человечестве, вытекают из такого взаимодействия. Например, если сознание художника попадает на узоре в окружение теней ясновидцев и женского начала жизни, оно может стать сознанием Леонардо да Винчи или Микеланджело. Если тень философа будет окружена тенями правдолюбцев и ясновидцев, она может дать нового Платона.

Взаимодействия могут быть безобидными. Например, при соприкосновении теней эстетов с тенями жизнелюбов может возникнуть всего лишь никому не опасная энергия садоводов. Часто люди подсознательно стремятся вызвать подобного рода энергию, создавая так называемые кружки по интересам. Не обязательно, что тени в этих кружках одинаковые. Они просто обладают магнетическим притяжением друг к другу. Именно магнетическое притяжение рождает энергетический эффект, как правило, непредсказуемый для людей, хотя, если знать принципы взаимодействия теней, ничего непредсказуемого здесь нет.

Но взаимодействие теней может быть и опасным. Например, если тень разрушителя реагирует с тенью эстета, на поверхности общественной жизни может образоваться выброс в виде анархического движения (анархия – это не разрушение в чистом виде, а отрицание по эстетическим соображениям).

Управлять общественными процессами достаточно просто, если подобрать себе команду сподвижников на основании сходства теней.

«Вместо точки – многоточье» – вместо конца – продолжение, вместо одной земной жизни – многократное ее возрождение в реинкарнациях. Реинкарнация позволяет теням совершенствоваться, менять свои свойства. Например, новая тень притягивает к себе другие тени. Это свойство микролентонного новообразования.

С возрастом, по мере прохождения все большего числа реинкарнаций, тень становится плотнее. А плотная тень обладает свойством влиять на другие, менее плотные тени. Причем не посредством притяжения, как новая тень, а посредством самоизлучения.

На земном плане это свойство проявляется как «властвование умами». Старая тень и ее носитель, человек, являются своего рода излучателями: заряжают другие тени и других людей. Человек с такой тенью притягивает окружающих к себе по непонятным для них, да и для самого излучателя причинам. Кроме того, он обладает ясновидением и бывает большим мудрецом. Его мудрость обусловлена тенью, излучающей большой поток энергии. Он видит других людей насквозь, знает каждого, кто чего стоит.

«Цвет» – каждая тень имеет свой цвет.

Что такое цвет в природе? Преломление солнечного луча в среде, плотность которой отлична от плотности воздуха. Так же и цвет тени – это преломление луча Космического сознания сквозь микролептонную оболочку человека. В зависимости от плотности и качеств лептонного газа Космический луч, проходя через него, создает в восприятии ясновидящего определенный цвет.

Цвет тени указывает на место ее носителя среди людей.

У каждой тени свой жизненный путь, и он предначертан. Если тень занимает чужое место, то она приносит несчастье как самому человеку, так и людям, которые его окружают. Тень нельзя программировать, ей нужно следовать. Только тогда человек избежит жизненных потрясений.

Спектр цветов теней следующий: красный, розовый, коричневый, оранжевый, желтый, фиолетовый, синий, голубой. Но нельзя думать, что одна и та же тень проходит по порядку все цвета. Она не перетекает из одного цвета в другой.

«Собирает… в звенья» – попарное сочетание теней по признаку дополнения их цветов: красный и розовый, розовый и коричневый и т.д.

«Пыль» – тени, не нашедшие своих дополнений, не соединившиеся в звенья.

«Звенья собраны в соцветья» – более редкие, но зато и более счастливые звенья, состоящие из двусторонних дополнений: например, розовый цвет в сочетании с красным и коричневым. Они названы соцветиями. Все такие соцветия, замыкаясь в цепи, образуют полный цветовой узор.

«Врозь – ничто, а вместе – знанье» – в одиночку человек не в состоянии приблизиться к истине, постичь ее он может, только найдя свое место в узоре.

«Диссонанс вел к лихолетью» – цвета, далеко отстоящие друг от друга по спектру, но сведенные вместе, вызывают взаимное противодействие их земных носителей. Гармоничное же сочетание цветов, их гамма способствует не только жизни людей в мире и согласии друг с другом, но и «сути пониманья».

«Их законом было Слово, тьма души – всегда разруха» – основой теней является не материя, а дух. Они существуют по законам Высшего разума. Любой эгоизм или насилие (тьма души), попавшие на узор, губят не только ту тень, в которую они проникли, но и окружающие ее тени, т.е. целые звенья и соцветия, и таким образом разрушают узор.

Есть два основных полюса: тени с положительными и тени с отрицательными зарядами.

Положительно заряженная тень действует на благо людям. Пока живет человек с такой тенью, у окружающих людей все ладится, а с его смертью начинаются несчастья. Подчас при жизни его принимают за сумасшедшего или юродивого. Однако то, что на земле может казаться сумасшествием, в царстве теней может быть наиболее ясной, чистой мыслью. Это не означает, что каждый сумасшедший – просветленная личность, но среди так называемых «сумасшедших» были и есть такие, кого считают ненормальными потому, что их мысли, продиктованные тенями, кажутся людям чересчур парадоксальными… Мы сами не понимаем, почему иногда тянемся к некоторым таким «дурачкам»: жалеем, кормим, содержим их. Подспудно чувствуется, что от них исходит благоприятный поток энергии, что они – своего рода талисманы.

Примером отрицательно заряженных теней являются тени бандитов, маньяков, убийц. Они обычно несут окружающим людям различные беды: болезни, пожары, стихийные бедствия, падеж скота… Причем сам бандит или убийца часто не осознает свою связь с этими неприятностями и даже ужасается им. Тень действует помимо его сознания. Умирает такой бандит – для людей наступает неожиданное облегчение, атмосфера вокруг разряжается.

Заряд тени может быть положительным или отрицательным, а между этими полюсами располагаются многочисленные градации.

Каких теней больше, положительных или отрицательных? Количество отрицательно заряженных теней может быть больше, но по плотности и магнетической силе они несомненно уступают положительным теням.

«Все, что создано, – не ново» – восьмицветный спектр теней современного человечества создан по образу и подобию основных типов сознаний атлантов.

«Все сошедшее ранимо» – тени и их узор легко повреждаются и разрушаются грубым земным прикосновением: эгоизм мыслей и поступков, насилие, страх, стресс, страдания моментально деформируют и видоизменяют микролептонные образования.

«Только то сопоставимо, что едино в мирозданье» – цвета теней сопоставимы только в изначально заданном сочетании: красный, розовый, коричневый, оранжевый, желтый, фиолетовый, синий, голубой. Единство узора поддерживается в такой же последовательности. Нет сопоставимости у теней, взятых из разных частей спектра.

«Тень познать, уйдя от скверны, – в том судьбы определенье» – свои судьбы люди смогут определять только тогда, когда осознают, что ими правит теневой узор. Каждый и все вместе должны следовать своему направлению. Так дано. Нельзя понять причины существующего цветоделения теней, надо принимать его как данность. Как данность надо принимать и направленность личной тени, и к ней приспосабливать свою деятельность. Волюнтаризм, игнорирующий особенности личной тени, приводит к дестабилизации личности.

Па Ди Ист поведал мне, что тени, о которых пойдет речь в этой книге, правят миром, они из управленческого звена. Но есть и смешения основных цветов.

Палитра человеческих теней, на самом деле, огромна. У каждого человека, по сути, свой собственный оттенок. Причем при сильном взаимодействии с другой тенью человек может поменять цвет своей тени. Бывает, про человека говорят: он мудр и невозмутим потому, что много пережил в своей жизни. Это неверно. Мудрость и невозмутимость происходят от улучшения тени.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

* Па Ди Ист на древнеегипетском языке означает «Тот, который ищет». При жизни в XII в. до н.э. он был Верховным жрецом всех храмов Египта и обладал сверхзнанием. В возрасте сорока трех лет умер в Гизе.

В 1827 г. русский купец Анастас Аверов привез из Египта и подарил «Египетскому Музеуму» при Академии наук в Петербурге его мумию в трех деревянных саркофагах, помещенных один в другой. После Октябрьской революции 1917 г. мумия жреца вместе с саркофагами быта передана Эрмитажу.

И вдруг оказалось, что она может вступать в контакт с людьми… Я уже писал об этом:

«Сознание Па Ди Иста представляет собой некую непроницаемую капсулу в мировом потоке сознания. Сначала она ушла далеко от земли, а теперь вернулась: видимо, завершился цикл её странствования. Вернулась, чтобы дать людям представление о них самих.

Его дух устремился к земле, когда в Египте со вскрытием его саркофага в пирамиде Менкаура потревожили основание шахты, по которой он поднялся в дальний Космос. С момента смерти три с лишним тысячи лет назад он ни разу не проходил реинкарнации, поэтому он напрямую возвращается из Древнего Египта к нам. Ему потребовалось всего несколько десятков лет, чтобы освоиться в земной ноосфере, в современной цивилизации и в русском менталитете. Сейчас он прекрасно видит и различает материальный мир и людей» (повесть «Совмещение пределов. Откровения египетской мумии 1»).

«Па Ди Ист – своего рода тоннель, связывающий тот и этот миры. Безусловно, непривычно думать о том, что рядом с нами в Эрмитаже от мертвой иссохшей мумии, насчитывающей три тысячи лет, свободно отделяется ее живая копия в виде некоего разумного существа, способного передвигаться, проходить сквозь земные тела и, что самое поразительное, разговаривать и учить. Если это так, то перед нами совершенно новый вид материи. Обычно мы отождествляем его с бессмертными душами людей. В научной литературе мельчайшие частицы этих материальных сгустков получили название микролептонов» (сборник писем «За советом к мумии»).

Вернуться