Борис Андреевич Калиничев, Тамара Ивановна Николаева
Балконы Санкт-Петербурга
Металлические кружева художественного декора XVIII–XX веков
370 авторских фотографий с топографическим указателем

В дачном кресле, ночью, на балконе…
Океана колыбельный шум…
Будь доверчив, кроток и спокоен,
отдохни от дум.

Иван Бунин

© Калиничев Б.А., Николаева Т.И., 2024

© «Центрполиграф», 2024

© Художественное оформление, «Центрполиграф», 2024

Вступление

История и судьба Петербурга, возникшего в устье державной Невы, таит великое и творческое начало. При пристальном изучении портрет города обретает новые черты. Совершенны и гармоничные не только его ансамбли, постройки, но и отдельные их элементы, среди которых значительную роль играют балконы петербургских зданий.

Балкон служит точкой притяжения внутреннего пространства дома и фасада, а иногда ансамбля улицы или площади. Этот эффект достигается взаимодействием архитектурно-пространственной выразительности, функциональной значимости, пластики и конструктивных приемов.

Слово «балкон» происходит от итальянского «balco» и означает площадку, вынесенную за пределы здания.

Совершенство балкона кажется врожденным, тем не менее оно слагается всего из трех элементов: плиты, ограждения и поддерживающей части (кронштейна). При этом архитектурная форма балкона может быть различна – строга и проста, или изящна и вычурно: детали ограждения, профили и орнаментация кронштейнов столь же своеобразны.

В литературе, посвященной художественному декору Петербурга, достаточно редко рассматриваются решетки балконов городских зданий, хотя они служат своего рода пластическим эхом веяний времени. В облике зданий металлический декор несет большое образно-символическое содержание, выполняя определенные художественные функции и зримо повествуя о характере эпохи и личных вкусах владельцев зданий.

Художественное литье и ковка как самостоятельная область промышленного производства начинали развиваться в России с конца XVII века. До середины XVIII века балконные решетки в Петербурге делали из кованого железа. Когда на смену ковке пришло чугунное литье, оно получило очень широкое распространение как экономически более доступное. В конце XIX – начале ХХ веков кованое железо вновь завоевало особое место в архитектурном декоре Петербурга, питая неутолимые творческие фантазии мастеров.

Металл (термин, произошедший от греческого слова «металлон» – рудник) умело плавили, заливали в форму, гнули, скручивали, ковали, чеканили, оставляя на врожденной красоте города незабвенный отпечаток его таинственной единственности.

Власть «расплавленного жаром» металла укреплялась растущей промышленностью, требованиями господствующих архитектурных стилей, животворящим мастерством архитекторов, скульпторов, кузнецов и литейщиков.

Металлический узор окаймлял балконы, графично выделяя оконные и дверные проемы. Городские улицы, площади, дома горделиво смиряли свой нрав перед тонким, изящным и резко очерченным декором, который в простоте и сложности, строгости и прихотливости был созвучен дару преображения.

Металлическое кружево мягко утопало в тонах северного городского пейзажа. Солнечные лучи и лунный свет бросали причудливые тени сквозь ажур рисунка, затейливость его извивов и подчеркнутость вертикалей металлических панно.

Стиль барокко, царивший в первой половине XVIII века, строго сохранял в декоре верность динамичным форам и ритмам. В этом отношении некоторые из решеток следовали западно-европейским образцам с использованием созвучия покровительствующих картушей со всполохами волютообразных завитков, спиралей, переплетений, пышных раковин. Выделяя особую органичную слитность материала с композицией и орнаментом решеток, отметим, что их силуэтам была свойственна объемность, характерная для барочных декоративных построений.

В последней четверти XVIII века под влиянием идей классицизма появляется стремление к властно-величавой простоте, геометризации форм. Дух стиля ощущается в преобладании четких ритмов и вертикальных членений, в плоскостных силуэтах. Особую роль начинает играть связь художественного металла с архитектурой здания или ансамбля, а также их окружения, что отвечало классическому принципу соподчиненности. В композиционных приемах доминирует симметрия, пропорциональность, повторяемость.

Многообразие чередующихся элементов сопровождается строго выверенными интервалами. К разряду канонических элементов решеток относятся стержни прямоугольного сечения, круги, встречные волюты, розетки, венки, гирлянды из листьев, цветов, плодов – все, что соответствовало привлекательному античному идеалу классицизма.

С 30-х годов XIX века меняется характер требований к художественному металлу. На смену классицизму приходит эклектика или историзм. Он вбирает в себя арсенал элементов исторических стилей прошлых эпох. Приметой времени становятся открытия в технических областях, в частности, в металлургии, где совершенствуется обработка металла. Побуждая воображение, в декоре сосуществуют орнаменты растительного и геометрического характера с соблюдением стилистических особенностей готических, ренессансных, барочных, византийских и классических мотивов.

Разнообразию стилистических приемов сопутствовало использование усложненных способов литья. Знаменательным оказалось, что в различных районах появились балконы с решетками, выполненными по одной модели, что значительно удешевляло их изготовление. Среди петербургских заводов и мастерских особую популярность приобрели балконные решетки завода Сан-Галли.

Сложные, подчас перегруженные деталями, решетки балконов создавали картину внешнего подобия определенному стилю. Они словно вовлекали в мифологическую беспредельность пространства исторического наследия. В этих перевоплощениях было зашифровано их магическое воздействие.

В недрах эклектики в конце XIX века пророчески зарождался модерн, отрицавший всякое подражание и опиравшийся на новаторские достижения.

Поиск «дерзких», «роковых» форм, криволинейных очертаний, подчиненных основной идее сооружения, характерен для лучших образцов балконных решеток периода модерна. Особенно ощутимо выявлялась связь металлического декора с прикладным искусством начала XX века. Орнамент решеток чутко отражал черты новой торопливой эпохи, внося в торжество текучих легких линий ясное построение и лицедейскую игру ритмов. Доминанта декоративности модерна проявилась в ассоциациях с растениями, фантастическими существами, пауками, стилизованными птицами. Созданию такой нарочитости декоративных приемов, своего рода «масок», феерии форм способствовал возродившийся интерес к железной ковке.

В процессе развития стиля венценосный модерн приходит к лаконичным, рациональным решениям, в которых художественному металлу отводится все более утилитарная роль.

Итак, балконы, как и архитектура здания, претерпевают стилистические изменения, которые отражаются на их членениях и использовании материалов, преодолевая путь развития от изящно-причудливых форм барокко к строгим формам классицизма, от торжественно-помпезного ампира к насыщенным формам эклектики и изощренной необычности модерна.

Балконы легко преображаются с отказом от каменных ограждений и использования металлического декора, исполненного в технике ковки или литья. Их отдельные элементы – кронштейны – также видоизменяются, постепенно переходя почти в скульптурные украшения. При обращении к новому стилю они обретают сдержанную конструктивность или исчезают вовсе, как гротескный вызов, в период модерна.

Воздействие балкона на восприятие неосознанно несет элемент театральности. Это ориентация на контраст балкона со стеной и контраст самого материала – камня, чугуна – и штукатурки стены, обогащающих «сценическую» композицию фасада здания.

В развитии архитектуры, отражающем природную цикличность рождения и умирания, балкон остается наиболее загадочно-уютной частью здания, создавая визуальную связь между внутренним миром обитания человека и внешней средой, сохраняющей особую петербургскую событийность.

Барокко

Начало формирования стиля барокко относится к концу XVI века, когда на смену уравновешенному и рациональному в своей основе искусству Высокого Возрождения приходят экспрессивные, динамичные формы нового искусства. Наиболее краткое и емкое определение стиля дал автор «Жизнеописаний знаменитых живописцев, ваятелей и зодчих» Джорджо Вазари (1511–1574), назвавший его «прихотливым, причудливым, из ряда вон выходящим, новым». Современные словари указывают на происхождение слова «барокко» от португальского «baroco» – причудливый, неправильный, испорченный. Применительно к искусству XVII века им стали пользоваться только в конце XVIII века, когда отношение к искусству барокко изменилось и обозначение того или иного явления этим термином стало носить пренебрежительный оттенок. Лишь в XIX веке термин «барокко» стал общеупотребительным и утратил негативный характер.

Стиль барокко господствовал в западно-европейском искусстве на протяжении двух веков. Не даваясь в анализ региональных особенностей, можно отметить, что у барокко северных стран (Голландии, Дании, Северной Германии) более сдержанный характер, чем у барокко стран, расположенных на юге континента (Италии, Испании, Южной Германии).

С конца XVII века законодательницей архитектурной моды становится Франция, где при Людовике XIV складывается Большой стиль Короля-Солнца, соединивший в себе элементы классицизма и барокко. В творениях лучших мастеров Большого стиля органично сочетаются помпезная величавость и утонченное изящество.

В России стиль барокко приходит в начале XVIII века. Петр I, начиная строительство новой российской столицы, хотел придать ей облик европейского города. Поэтому на первом этапе Петербург проектировали и строили почти исключительно архитекторы-иностранцы. Выходцы из разных стран Европы, вместе со стилем барокко они принесли в русскую архитектуру и особенности своих национальных школ, но, как справедливо замечает И. Грабарь, их деятельность в Петербурге редко бывала продолжительной. Судьба итальянского зодчего Д. Трезини сложилась по-иному. Приглашенный русским дипломатом в Голландии Матвеевым, он вместе с мастеровыми людьми приезжает в Санкт-Петербург уже осенью 1703 года. Архитектор проработал в городе на Неве около 30 лет, создав архитектурные шедевры европейского уровня. Именно на его «образцовом» проекте дома «для именитых» (1716) можно увидеть изображение первого петербургского балкона. К сожалению, построек этого типа с трезиниевскими балконами не сохранилось, но получить о них представление можно по решеткам здания Двенадцати коллегий (1722–1732 гг., В.О., Менделеевская линия, 2).

Прежде чем перейти к рассмотрению балконов барокко, необходимо остановиться на общих принципах построения их ограждений. Создавая композиции балконных решеток, архитекторы обычно использовали такие элементы, как волюты и картуши, стилизованные раковины и акантовые листья. Часто в центр балконного звена они помещали изображение герба или вензеля владельца дома.

Технология изготовления барочных решеток оставалась практически неизменной на протяжении всего времени существования стиля. Бóльшая часть решеток изготовлялась кузнечным способом, т. е. из раскованных металлических полос собиралась композиционная основа будущей решетки сравнительно простого рисунка. На эту основу с помощью заклепок крепились рельефные детали, выполненные из мягкого «ковочного» железа в технике выколотки. Они имели сочную, выразительную пластику, и после их золочения решетка приобретала торжественный и праздничный характер.

Решетки балконов на здании Двенадцати коллегий полностью отвечают перечисленным особенностям барочных ограждений. Композиция фронтального звена строится вокруг расположенного в центре овала, заполнение которого на большинстве решеток к настоящему времени утрачено. Лишь на одном из звеньев в овале сохранился двуглавый орел – государственный герб России. К овалу примыкают валюты и петли, соединенные между собой через кольца и небольшие металлические шары. Кое-где на упруго изогнутых волютах еще держатся накладные акантовые листья. На торцевом звене небольшое центральное кольцо перекрыто крестообразной розеткой. Площадка и кронштейны балкона в первоначальном виде не сохранились. Во второй половине XIX века здание Двенадцати коллегий подверглось значительной реконструкции. Тогда же были заменены площадки балконов – теперь их поддерживает двутавровая металлическая балка, а конструкции кронштейнов скрыты гипсовыми лепными оболочками. Эти технические приемы стали применяться только во второй половине XIX века.

Два других здания с балконами, созданными в первой четверти XVIII века, находятся в Петродворце. Балконные ограждения дворца Марли (1720–1723 гг., арх. И.-Ф. Браунштейн) по стилистике очень близки к решеткам здания Двенадцати коллегий. Тот же овал в центре большого звена, только вместо орла в него помещена монограмма Петра I, а позолоченные одноглавые орлы расположены справа и слева от центра композиции. Отличается балкон дворца Марли и более сложной формой площадки, которая опирается на резные дубовые кронштейны.

По-своему уникальны балконы петергофского павильона «Эрмитаж». В январе 1724 года Петр I повелел сделать на строившемся павильоне два дубовых балкона, как на корабле «Ингерманландия». Ажурные деревянные решетки и дубовые кронштейны выполнили резчики Н. Севрюков и В. Кадников. Решетки вставлены в металлические рамы и закреплены в трехчастном звене балконного ограждения. Декоративные детали позолочены. Своеобразие этой решетки заключается в том, что резьбой по дереву искусно имитирован металл. Пластика решетки сочная, выразительная, гораздо объемная, чем на кованых решетках этого времени. По общему характеру деталей решетка предвосхищает литье из чугуна середины XIX века.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.