# Только останься моим

Джоанна Рок

Пытаясь помочь родителям выплатить долг, Джессика устроилась работать официанткой. Однажды на роскошном приеме, обслуживая гостей, она опрокинула бокал шампанского на богатого красавца Оливера. А он, очарованный красотой девушки, предложил ей провести с ним вечер. Притяжение между ними оказалось настолько сильным, что Джессика, не в силах сопротивляться страсти, провела с Оливером ночь. На следующий день он предложил девушке стать его женой – правда, на время и за приличную сумму. Все просто – он женится и родные оставят его в покое. Джессика понимает, что встает на скользкий путь, но ей очень нужны деньги…

Joanne Rock

Make Believe Match

* * *

Все права на издание защищены, включая право воспроизведения полностью или частично в любой форме.

Это издание опубликовано с разрешения Harlequin Books S. Α.

Товарные знаки Harlequin и Diamond принадлежат Harlequin Enterprises limited или его корпоративным аффилированным членам и могут быть использованы только на основании сублицензионного соглашения.

Эта книга является художественным произведением.

Имена, характеры, места действия вымышлены или творчески переосмыслены. Все аналогии с действительными персонажами или событиями случайны.


Охраняется законодательством РФ о защите интеллектуальных прав.

Воспроизведение всей книги или любой ее части воспрещается без письменного разрешения издателя.

Любые попытки нарушения закона будут преследоваться в судебном порядке.


Make Believe Match

© 2023 by Harlequin Enterprises ULC

«Только останься моим»

© «Центрполиграф», 2024

© Перевод и издание на русском языке, «Центрполиграф», 2024

## Глава 1

Почти каждый вечер Джессика Льюис радовалась тому, что устроилась подрабатывать в кейтеринговую компанию. Хотя на приемах она разносила напитки, невольно заражалась праздничным настроением, охватившим ее родной городок Ройял. Пусть и мельком, она видела, как живут богатые и знаменитые. Подавая коктейли нарядным гостьям, как будто сошедшим со страниц модных журналов, Джессика представляла, как сама любуется закатом с бокалом в руке, а мягкий шелк ласкает ее кожу…

Называйте ее чудачкой. Но можно ли обвинять девушку в желании изменить свою жизнь?

Впрочем, сегодня все было по-другому. С самого утра, когда она нашла на комоде банковское извещение, настроение у нее испортилось.

– Джесс, твой заказ готов. – Еще один официант, студент старшего курса местного колледжа, ткнул ее локтем.

Сегодняшний прием устраивали в элитном гольф-клубе. Роскошный зал и примыкающий к нему крытый дворик на вечер наняла хорошо известная в Ройяле семья Ноубл. Ноублы не жалели расходов на свадьбу сына, автора бестселлеров Ксавье Ноубла, и Арианы Рамос, популярной актрисы и продюсера, создавшей собственную линейку продуктов для здорового образа жизни. Ни Ксавье, ни Арианы – Экса и Ари для близких друзей – на приеме не было. Жених и невеста обосновались в Лос-Анджелесе, что не помешало семье Ноубл устроить прием по случаю приближения важного события.

Джессика с интересом следила за местными новостями. Ей не терпелось попасть на этот прием и собственными глазами увидеть тех, о ком она узнавала из светской хроники. Но после финансового удара, ожидавшего родителей, жизнь богачей перестала ее интересовать.

Она подставила лицо под струю прохладного воздуха из кондиционера.

– Да-да, – машинально ответила она и посмотрела на поднос с пятью бокалами, пытаясь вспомнить, кто что заказал. – Сейчас.

– Ты хорошо себя чувствуешь? – Ее собеседник, здоровяк по имени Мэтт, которого иногда просили побыть охранником, встревоженно посмотрел на нее.

Оказывается, пять лет назад родители Джессики заложили их дом, чтобы помочь ей заплатить за колледж. Почему они не сказали, что им придется выплачивать такую огромную сумму? Она радовалась, что оплачивает магистратуру сама! А ведь можно было отдавать деньги родителям, чтобы они расплатились за дом…

Она не сможет учиться, зная, что родители едва сводят концы с концами! Значит, придется бросить учебу. А она так надеялась…

– Все хорошо, – с улыбкой ответила она, ненадолго забыв, почему она здесь, и недоуменно глядя на группу мужчин, которые шумно радовались чьему-то удачному удару. – А что?

Примерно половина собравшихся была одета для игры в гольф, а на второй половине были дорогие костюмы или невесомые вечерние платья. Обстановка была одновременно непринужденной и элегантной. Официанты разносили закуски, приготовленные модным шеф-поваром. Из дворика доносилась музыка. За пультом стоял известный диджей.

Мэтт взял со стойки свой поднос и поставил его на плечо. На сгибе локтя у него висело белое полотенце.

– Ты еще десять минут назад собиралась разнести напитки…

– Правда? Спасибо, Мэтт! – Джессика старалась вспомнить, кто какой напиток заказал. – Ну, я пошла.

Потерять работу сейчас, когда деньги нужны ей больше, чем когда бы то ни было, – значит проявить высшую безответственность.

Звон льда, засыпаемого в бокалы, хлопанье пробок и жужжание шейкера смешивались с безмятежным смехом и музыкой. От легкого рока диджей перешел к миксу кантри. Несколько человек поднялись на второй уровень и начали танцевать. Джессика старалась ни на что не обращать внимания. Ей нужно выполнить работу! Так… кто что заказывал? В одном бокале какая-то странная смесь на основе куркумы. Она направилась к своему столику и, широко улыбаясь, поставила четыре из пяти бокалов перед гостями. Похоже, они не заметили ее долгого отсутствия. Все живо обсуждали состязания по гольфу. Вспоминая, кто заказал шампанское, она озиралась по сторонам.

Решив, что пятый гость спустился вниз, Джессика направилась к лестнице…

И врезалась в стену.

– Уф-ф-ф… – совсем неизящно выдохнула она. Из груди как будто выкачали весь воздух.

Свободная рука метнулась вверх, но было поздно. Бокал с шампанским уже опрокинулся… на гостя.

Конечно, она врезалась не в стену, а в незнакомого мужчину, очень крепкого и мускулистого, в черном смокинге, который, наверное, стоил больше, чем ее машина…

Сегодня явно не ее день. Облила гостя шампанским… Ахнув от ужаса, она оглядела незнакомца с головы до ног. Заметила светло-каштановые волосы, зачесанные назад со лба, зеленые глаза, легкую щетину на подбородке… Он показался ей настоящим красавцем. В его глазах плясали озорные огоньки.

– П-простите, – выпалила Джессика, густо краснея. Глаза всех гостей – по крайней мере, тех, кто находился наверху, – были прикованы к ним. – Сейчас… У меня есть салфетки.

Поставив поднос на пол, Джессика выпрямилась и достала из кармана черного фартука пачку бумажных салфеток.

– Не нужно, мисс, – произнес мягкий, как масло, баритон – а может, даже бас-баритон, – и она замерла, не донеся салфетку до его груди. – Я справлюсь сам.

Какой тембр! Она восхитилась его голосом, и страх немного уменьшился.

– Нет, позвольте, я помогу. – Ей нужно было оказать помощь, ведь столкновение произошло по ее вине! Она сегодня рассеянная… – Если сразу промокнуть пятно, смокинг еще можно спасти.

– В таком случае…

Он улыбнулся и поставил пустой бокал на соседний столик. Потом достал из кармана носовой платок.

– Да, так лучше, – согласилась Джессика, убирая салфетки в карман фартука и промокая пятно платком. – Ткань не расползется, когда промокнет.

Сообразив, что у слова «промокнуть» есть и другие оттенки смысла, она смутилась и покраснела еще гуще.

Наверное, он почувствовал ее смущение, потому что осторожно забрал у нее платок.

– Не стоит расползаться раньше времени.

Она скрестила руки на груди, понимая, что ее тело реагирует на этого мужчину самым недвусмысленным образом, и не только благодаря его сексуальному голосу.

– Вы надо мной смеетесь?

– Вовсе нет. – Он убрал платок в карман. – Просто улыбаюсь. Жаль, что девушка, подарившая мне самые приятные впечатления от сегодняшнего вечера, слишком занята, и нельзя угостить ее коктейлем в знак извинения.

Он внимательно оглядел ее форму – белую блузку с черной бабочкой и черную юбку. Его взгляд приятно согревал ее. Неужели он в самом деле думает, что сам виноват?

– Это я виновата – я налетела на вас.

– В самом деле? – Он изобразил удивление. – В таком случае мне повезло, что я еще стою на ногах. – Он многозначительно потер широкую грудь.

Из задумчивости Джессику вывел крик бармена снизу.

– Мне пора. – Она нагнулась за подносом. – Еще раз простите, мистер…

– Оливер Прайс. Для вас – просто Оливер, мисс…

– Джессика Льюис. – Она вздохнула. Он наверняка уже пожалел, что предложил ей выпить… – Для вас просто Джессика, Оливер. Моя смена заканчивается меньше чем через два часа. Если вы еще будете здесь, я компенсирую вам коктейль.

Она сама себя не узнавала. Почему она так сказала? Неужели ее предложение вызвано только желанием извиниться? Ее жизнь была загнана в строгие рамки: работа и учеба. Ей недоставало мужского общества. И потом, что плохого в одном коктейле?

Не дожидаясь его ответа, она побежала вниз. Дело не в том, что Оливер Прайс – обладатель роскошного голоса, похожего на расплавленный шоколад, который она готова слушать всю ночь напролет. Да, рядом с ним в ней проснулась женщина, но это не имело к происходящему никакого отношения.

Кроме того, радовала возможность выпить с симпатичным незнакомцем. Можно будет подумать о чем-то еще, кроме банковского извещения. А потом… она уже все решила.

Она не станет платить за следующий семестр магистратуры. Все сбережения отдаст родителям. Мечтам о дипломе музыкотерапевта придется подождать.


Оливер Прайс весь вечер не спускал с нее глаз.

Облокотившись о перила, он рассматривал бар и очаг под открытым небом, встряхивая последние кубики льда в бокале. Он без труда выделял в толпе Джессику Льюис. Она ловко лавировала в толпе гостей, слегка покачивая бедрами.

Широко улыбаясь, Джессика собирала со столов пустые бокалы, раскладывала подставки и салфетки. Ее «конский хвостик» подпрыгивал, когда она смеялась и шутила с гостями. Хотя на приеме было не меньше двадцати знакомых, с которыми он еще не разговаривал, он не отрываясь смотрел только на Джессику. Внизу заиграли зажигательную мелодию. Многие пошли танцевать.

Ничто не отвлекало его от Джессики. Даже беседуя с друзьями, он то и дело поглядывал на женственную официантку с глазами цвета летнего моря.

Оливер, руководитель международной маркетинговой компании «Нексус», которую он основал с компаньоном Николаем Уильямсом, предпочитал короткие связи без обязательств, которые не мешали работе. Он часто посещал филиалы компании в разных странах и не собирался заводить серьезных, долгих отношений. Обычно его партнершами становились дамы, как и он, сосредоточенные на карьере. Лишь иногда им хотелось развлечься.

Плохо, что он так зациклился на красивой официантке. Он помнил, как быстро билось ее сердце, когда она прижималась к нему. Помнил, как порозовело от смущения ее лицо. Судя по всему, она не сторонница секса без обязательств.

Обругав себя за неуместные мысли, Оливер решил, что пора уходить. Он и так задержался дольше, чем планировал.

Прошло уже больше полутора часов с тех пор, как он столкнулся с Джессикой. Она сказала, что ее смена заканчивается меньше чем через два часа. Завтра рано утром у него рейс в Нью-Йорк. Пора поблагодарить хозяев и уйти.

Через десять минут, поговорив с родителями Ксавье Ноубла, он направлялся к выходу, осторожно оглядываясь, чтобы снова не столкнуться с Джессикой. Пора выбросить ее из головы! Неожиданно путь ему преградила тоненькая блондинка в бледно-розовом платье.

– Так-так, Оливер Прайс! – Анабет Аккерман крутанулась на высоченных каблуках.

При виде ее у него сразу упало настроение. Анабет работала в конкурирующей маркетинговой компании в Далласе. Он очень надеялся, что сегодня не встретится с ней, хотя она и была знакома с Ноублами. Год назад у них была короткая интрижка, нарушившая плавный ход его жизни. Вначале ему казалось, что с ней можно хорошо провести время, но вскоре Анабет намекнула, что им следует перевести отношения «на следующий уровень». Его отказ ее совсем не обрадовал. У Оливера сложилось впечатление, что мужчины нечасто отказывают Анабет.

Она начала размещать в соцсетях их совместные фото, пытаясь убедить всех знакомых, что они вместе – даже после того, как они уже расстались. Мать Оливера – да что там, вся его семья – с удовольствием рассматривали фото, радуясь, что Оливер наконец-то готов обзавестись семьей. Узнав правду, мама страшно огорчилась.

– Здравствуй, Анабет. – Оливер вежливо улыбнулся и кивнул в сторону выхода: – Я как раз собирался уходить.

Она удивленно подняла светлые брови и капризно выпятила губы цвета фуксии. От резкого цветочного запаха ее духов он едва не задохнулся.

– Ты не можешь уйти, ведь я только что пришла!

Она подалась к нему, как будто собиралась рассказать ему какой-то секрет.

Оливер заметил Джессику Льюис. Она шла к выходу, на ходу надевая выцветшую джинсовую куртку.

– Джессика, подожди! – окликнул ее он, желая отделаться от Анабет.

Джессика обернулась.

Анабет слегка ослабила хватку.

Оливер поспешил высвободиться и поднял палец, прося Джессику подождать. Затем развернулся к стоящей рядом блондинке:

– Анабет, прости. Не хочу заставлять свою девушку ждать.

– Ее, что ли? – Тон Анабет не предвещал ничего хорошего.

Отмахнувшись, Оливер поспешил к Джессике. Он догнал ее на полпути к парковке.

Джессика шагала быстро. Он заметил, что несколько прядок выбились из прически.

– Ты серьезно? – спросила она.

Оливер заранее послал сообщение водителю. Тот ждал его в углу, там, где меньше машин.

– Что? – спросил он. – Надеюсь, ты не возражаешь, что я тебя остановил. Позволь тебя проводить.

Очутившись с ней рядом, он разглядел то, чего не замечал прежде. Россыпь светлых веснушек на носу. Крошечные серебряные серьги в виде нот. Точнее, одна из них была в виде скрипичного ключа…

Она остановилась под фонарем и скрестила руки на груди. Посмотрела на него вызывающе, хотя полные губы улыбались.

– Ты хотел меня проводить или тебе нужен был предлог, чтобы освободиться от блондинки, которая собиралась обвиться вокруг тебя, как боа-констриктор?

Он расхохотался.

– Не настаиваю на своем предложении, мистер Оливер Прайс. – Она смахнула прядь волос со лба. – Еще раз простите мою неуклюжесть. Я бы в самом деле угостила вас коктейлем в знак извинения, но заметила, что вы спешите.

Вспомнив, как он хотел уйти пораньше, чтобы избежать искушения, он невольно подумал, что их встреча была неизбежной. Как будто сама ночь вознамерилась свести их.

– Не извиняйся. – Он вспомнил, как выискивал ее взглядом в толпе. – А может, все-таки выпьем? Просто так, удовольствия ради?

Джессика долго смотрела на него с непроницаемым видом, изящно прикусив губу. Потом кивнула:

– Да, Оливер. С удовольствием!

## Глава 2

Через десять минут, сидя в баре роскошного отеля через дорогу от гольф-клуба, Джессика отпила глоток заказанного ею каберне.

– Ты всегда жила в Ройяле? – спросил Оливер, глядя на нее поверх своего виски.

Они сидели в отдельной угловой кабинке. В центре зала стоял рояль, на котором пока никто не играл. На столике горела розовая свеча.

– Нет. – Джессика чувствовала приятное покалывание, больше от его близости, чем от вина. – Мои родители переехали сюда из Эль-Пасо. Сейчас оба они работают на ранчо.

Хотя родителям Джессики очень нравилась их простая жизнь на лоне природы, они всегда поддерживали ее в стремлении получить образование и увидеть мир за пределами ранчо.

Приходя домой после работы, отец с удовольствием рассказывал ей о лошадях и о своей работе, было видно, что он совершенно доволен. В каком-то очень важном смысле родители чувствовали себя богатыми. Джессика восхищалась их простыми ценностями.

– А ты? Тебе тоже нравится такая жизнь?

Он подался вперед, и она мельком увидела в расстегнутом вороте рубашки его грудь. Представила, как ласкает ее, как ощупывает его мышцы… Почему ее так тянет к нему? Ничего подобного она раньше не знала.

– Она… не вызывает у меня неприязни, – осторожно ответила Джессика. В конце концов, речь шла о ее родителях! – Но мое истинное призвание – музыка.

– Ara, теперь я понимаю, откуда ноты. – Он дотронулся пальцем до ее уха.

Прикосновение было легким, едва ощутимым, но она так затрепетала, что он, наверное, заметил.

– Ноты? – От волнения у нее сел голос.

– Твои серьги. – Он тепло улыбнулся.

Сердце у нее забилось чаще. Ее пугали собственная реакция на него и то, как с ним оказалось легко разговаривать. Если она не будет осторожной, ее занесет. Одно дело – фантазировать, и совсем другое – действовать. Да, он поразительно красив, но она не собирается вступать в отношения, потому что все в ее жизни неопределенно.

– Я учусь в магистратуре на музыкотерапевта, – объяснила она, отодвигая пустой бокал. – Точнее, скоро возобновлю занятия.

– Ты решила отдохнуть от учебы? – Он внимательно смотрел на нее.

Ей показалось, что в его глазах сверкнул неподдельный интерес. Неожиданно для себя она рассказала ему все. Как родители помогли ей с колледжем. Как она гордилась, что сама накопила на магистратуру. Но сегодня она узнала, что им предстоит крупная выплата по ипотеке, и поняла, что должна им помочь.

– Ты не собираешься осенью возобновить занятия? – уточнил Оливер, проводя пальцем по запотевшему кувшину с водой, который официант принес им вместе с напитками. – Хотя музыка – твое призвание?

– Музыка подождет. – Она с горечью улыбнулась. – Сначала надо помочь родным.

– Джессика, ты поступаешь очень самоотверженно. – Он посмотрел на нее в упор. – Не каждый готов на жертву ради близких.

Несмотря на собственное признание, Джессика не спешила расспрашивать его и осторожно сказала:

– Ты наверняка поступил бы так же ради своей семьи, если бы им пришлось трудно… Ты в хороших отношениях с родителями?

– Очень. – Сев удобнее, он положил руку на спинку, совсем рядом с ее плечами. – Почти каждое воскресенье вся наша большая семья по-прежнему собирается на ужин. Мои сестры и брат давно обзавелись семьями, поэтому за столом обычно оказывается большая толпа.

– Значит, ты дядя Оливер? – Она попыталась представить, как этот безупречно одетый красавец сажает к себе на колени малышей, которые трогают его липкими пальчиками.

За рояль сел музыкант и заиграл джазовую мелодию. Она одобрительно закивала, хотя и понимала, что влечение никуда не делось. Наверное, она так бурно реагирует на Оливера Прайса из-за вина… С утра ничего не ела, и спиртное ударило ей в голову.

Она решительно отодвинула от себя пустой бокал.

– Да, у меня пять племянников и племянниц, – с гордостью ответил он. – Ради родных я бы сделал все, кроме одного… – Он помолчал. – Они хотят, чтобы я женился, как все остальные.

Джессика улыбнулась. Она и сама такая. Считала, что сначала надо сделать карьеру и только потом думать о замужестве.

– Неужели твои племянники и племянницы настолько ужасны? – улыбнулась она, надеясь сохранить легкость в разговоре.

– Наоборот. Правда, старшая племянница на прошлой неделе пыталась угнать мой «ягуар» и врезалась в гараж… Я постарел на десять лет! К счастью, она не пострадала.

– К счастью, – согласилась она, машинально барабаня пальцами в такт мелодии, которую играл музыкант. Она поняла, как ей будет недоставать занятий. Она уже договорилась об осенней стажировке в местном хосписе – там ее навыки могли бы пригодиться по-настоящему. Кроме того, ей хотелось доказать своим родителям, что благодаря дорогому обучению она может помогать людям.

Оливер еще немного поговорил о своей семье. Потом она спросила его о работе. Она совсем не удивилась, узнав, что он предприниматель – владелец крупной маркетинговой компании с филиалами по всему миру. У них совершенно разная жизнь.

И все же…

Она не могла вспомнить, чтобы мужчина прежде оказывал на нее такое влияние. Настолько, что она невольно гадала, что было бы, если…

– Джессика! – Глубокий бас-баритон совсем рядом с ее ухом вывел ее из раздумий. Она поняла, что слишком долго молчала.

Приятное тепло от его голоса разлилось по позвоночнику, рассылая по всему телу стрелы удовольствия.

– Извини. Немного задумалась. – Тряхнув головой, она положила ладонь на серую столешницу. Голос Оливера Прайса недвусмысленно напоминал о том, как его обладатель действует на нее. Сегодня ей хотелось ненадолго отодвинуть от себя заботы.

Его взгляд упал на ее губы и задержался там. Сердце у нее забилось втрое чаще.

– Надо отвезти тебя домой, – отрывисто проговорил он, снова оглядев ее, а затем достал телефон и постучал по экрану. – Я не собирался так сильно тебя задерживать. Сейчас вызову водителя. Он нас заберет. Я тебя подвезу.

Неужели уже поздно? Джессика совсем забыла о времени, сидя рядом с ним в уютной отдельной кабинке. Тепло его тела и его близость заставили мечтать о том, о чем она почти не скучала в жизни. О мужских ласках. О сексе.

Когда она поняла, в чем дело, во рту у нее пересохло. Тело жаждало больше, чем просто разговора.

Все из-за долгого воздержания. Предыдущие серьезные отношения у нее закончились полтора года назад, и с тех пор она ни с кем не была близка. Постепенно она все реже ходила на свидания. Ей надоело натыкаться не на тех мужчин. Одних интересовала только физическая близость, другие все время, пока были с ней, тайно сидели на сайтах знакомств. Джессика внушила себе, что ей мужчина не нужен. И вроде было нормально…

До сегодняшнего вечера. Когда кожу у нее покалывало всякий раз, как он смотрел на нее.

– Я не против, – медленно ответила она, хотя мысли в голове путались. – Приятно было с тобой пообщаться, но я готова уходить, когда скажешь.

Пианист заиграл блюзовую вариацию «Лунной реки», добавив жара их разговору. Почти все столики оставались пустыми за исключением группы преданных фанатов, окруживших музыканта.

– Но прощаться на ночь совсем не обязательно. – Оливер накрыл ее руку своей. – Мне очень хочется познакомиться с тобой поближе.

Сердце у нее забилось так гулко, что она испугалась, что он услышит. Или увидит.

Он что, предлагает ей переспать?

– На что ты намекаешь? – спросила она, напомнив себе: одна из привилегий того, что тебе тридцать, – возможность требовать для себя большего. В данном случае – однозначного ответа от сексуального, загадочного красавца.

– Сам не знаю. – Он тряхнул головой, криво улыбнувшись. – Что означает одно из двух. Либо ты, Джессика, ударила мне в голову, либо виски… Наверное, и то и другое. Но я все же джентльмен и предлагаю безопасно доставить тебя домой. Мой водитель ждет.

– Спасибо, – пробормотала она, когда он выпустил ее руку и вышел из кабинки. Ее машина стояла через дорогу, но она не решалась садиться за руль после выпивки.

Через миг они вышли на улицу. Их окружала техасская ночь, воздух остыл на несколько градусов после того, как они сюда вошли.

Джессика глубоко вздохнула, надеясь немного протрезветь и отдышаться. К обочине подъехал черный внедорожник, и водитель в форме выскочил с водительского места, чтобы открыть для нее заднюю дверцу.

– Я сам ее усажу, Джейсон, – сказал ее спутник пожилому широкоплечему водителю с военной выправкой. – Нам понадобится еще минута.

– Конечно, босс, – ответил водитель и дружески кивнул Джессике. Потом снова скрылся с другой стороны внедорожника.

– А ты разве не поедешь со мной? – спросила она, не зная, почему они не садятся.

Ветер ерошил ей волосы, и она поняла, что ее хвостик, который она сделала на работу, совсем распустился. Она рассеянно заправила за ухо несколько прядей и развернулась к Оливеру лицом.

– Конечно, я провожу тебя, если захочешь, но я забронировал здесь номер на сегодня, потому что отель ближе к аэропорту, а завтра мне нужно рано на самолет. – Придерживая дверцу рукой, он защищал ее от очередного порыва ветра, срывавшего листья с ясеня у входа в отель. – А что будет дальше, зависит от тебя.

Мотор внедорожника тихо заурчал. Она заглянула в зеленые глаза Оливера, вдохнула аромат его лосьона после бритья. Ей захотелось прижаться к нему и глубоко вздохнуть.

Если сейчас она пожелает ему спокойной ночи, скорее всего, больше она его не увидит. Их жизни не пересекаются. Он владелец преуспевающей компании, а она… кто? Официантка? Теперь, после того, как нужно помочь родителям, придется работать на полную ставку.

При мысли о долгих месяцах впереди, о необходимости работать день и ночь, забыв о занятиях, ей стало тяжко. Захотелось еще хоть немного продлить удовольствие.

– В таком случае… – Джессика шагнула к нему и понизила голос, – я выбираю вот что.

Девушка провела пальцами по его подбородку, заметила, как потемнели его зеленые глаза, как он прищурился, пока она приближалась к нему. Осознав, что собирается сделать, Джессика словно получила удар в солнечное сплетение, и на миг застыла.

Не желая отказываться от своих желаний, она привстала на цыпочки и прижалась губами к его губам – потому что уже несколько часов мечтала об этом.

Оливеру удавалось сдерживаться лишь усилием воли. Больше всего хотелось заключить ее в объятия и притянуть к себе, почувствовать все ее женственные изгибы. Очень хотелось ласкать ее всю. Ее бедра прижимались к его эрекции, которая донимала его с тех пор, как она села с ним рядом в той проклятой отдельной кабинке. Легкий запах жимолости, идущий от нее, еще ласкал его ноздри. Когда она поцеловала его, он почувствовал ягодный аромат вина.

Кровь у него закипела. Однако он стоял неподвижно, прекрасно понимая: если сейчас он распустит руки, он возьмет ее прямо здесь, на заднем сиденье внедорожника.

– Джессика, – хрипло произнес он и взял обе ее руки в свои, не желая, чтобы она дотрагивалась до него, ведь он балансировал на краю пропасти. – Если это прощальный поцелуй, я за него признателен, но не думаю, что могу вернуть его, не желая большего. – Он облизнул сухие губы, заметив, что она пристально наблюдает за ним. – Но если поцелуй – начало чего-то большего…

Он не верил себе и потому не стал продолжать. От ее близости в нем разгорелся настоящий пожар.

Они стояли так близко, что он услышал ее тихий вздох.

Его заводило идущее от нее мягкое тепло.

– Это что, приглашение? – Она склонила голову набок, как будто задумалась. Она флиртовала с ним, еще больше распаляя его.

– Конечно! – Он боялся, что слишком сильно сжимает ей запястья. Но вся власть сейчас у нее. Она решает его судьбу одним кивком. Он заставил себя немного ослабить хватку, хотя их все равно притягивала друг к другу неудержимая сила. – Пойдем наверх, ко мне. Там мы продолжим поцелуй… к чему бы он ни привел.

У обочины стоял внедорожник с поднятой перегородкой. Водитель не слышал, о чем они говорят. От салона пахло кожей и лимонной полиролью. Джессика обхватила себя руками, как будто ей стало холодно. Они стояли одни у входа в отель, если не считать швейцара шагах в пятидесяти.

На той стороне улицы парковка гольф-клуба была еще заполнена машинами. Над полем возвышались прожекторы. Поле обнесли высокими сетками, не дававшими мячам вылетать за территорию.

Оливер тоже огляделся по сторонам. Ему нужно было сосредоточиться на чем-то, помимо стоящей совсем рядом соблазнительной женщины. Ее пухлые губы раздвинулись. От нее слегка пахло вином.

– Да, – сказала она наконец. – Начинаю думать, что я не случайно налетела на тебя там, на приеме. – Глубоко вздохнув, она поспешно продолжала: – Я никогда этого не делаю, но сегодняшний день не похож на другие. Завтра моя жизнь будет иной, но сегодня мне бы хотелось… хотелось… получить что-то и для себя.

Мысль о том, что она с его помощью намеревается отвлечься, была мучительной, как бы сильно он ни желал ее. Ему захотелось как можно скорее исполнить ее желание. Чем скорее он приведет ее к себе в номер, тем больше времени у него останется на близкое знакомство с нею. Он узнает, что заставляет ее вздыхать, а что – кричать от удовольствия.

– Обещаю, ты не пожалеешь, – сказал он, беря ее за руку. Постучал по пассажирскому окошку. Как только стекло опустилось, Оливер отпустил водителя. Затем он развернулся к Джессике: – Пойдем.

Они вошли через главный вход, увидели опустевший бар. Прошли мимо центральных лифтов. Подняться к нему можно было на отдельном лифте в западном крыле роскошного здания.

Заказывая номер, он не был уверен, что ему понадобится целый пентхаус, ведь он не собирался оставаться надолго, но теперь порадовался тому, что в его распоряжении просторные апартаменты с отдельной террасой и камином. Джессике будет там удобно завтра, после того, как он уедет.

Но сейчас думать о завтрашнем дне не хотелось. Впереди у них вся ночь.

Миг – и они остались одни в кабине лифта. Классическая музыка в наушниках была единственным источником звука, помимо их дыхания. Они молча поднялись на десятый этаж, в пентхаус. Он не прикасался к ней, понимая: стоит ему начать, и он не сможет остановиться. Зато, глядя на нее, он мысленно представлял, что сделает с ней, как только они окажутся за закрытыми дверьми.

Он снимет резинку с ее волос, полюбуется на то, как темные пряди рассыпаются по плечам. Расстегнет на ней белую блузку и поцелует каждый кусочек обнаженной кожи. Но сначала, прежде всего остального, он вернет робкий поцелуй, подаренный ею на улице.

– Ты как-то затих, – заметила она, когда прозвенел звоночек и кабина остановилась. – Надеюсь, не передумал?

Неужели он дал ей повод усомниться в своем желании?

– Как раз наоборот. – Он провел карточкой в замке. – Я изо всех сил стараюсь сдерживаться, чтобы ты не чувствовала себя в опасности.

Она улыбнулась, и пульс у него участился. Он получил нужное ему поощрение.

Он пропустил ее вперед. Включил свет в гостиной. В вазе на столе стояли свежесрезанные желтые тюльпаны, а на каминной полке – белые. Шторы цвета слоновой кости, которые вели на террасу, были задернуты, и в гостиной царил полумрак. На письменном столе стоял его открытый ноутбук, судя по всему, он бросил работу в спешке.

Она дернула себя за хвостик.

– Пока ты вызывал водителя, я написала подруге. Сообщила, где я и с кем. В общем, приняла обычные меры предосторожности. Если бы я чувствовала, что мне грозит опасность, меня бы здесь не было.

Вздернув подбородок, она вошла в гостиную.

Черная юбка облегала бедра, ткань мягко шуршала при каждом шаге. Он бы ничего не услышал, но в пентхаусе было очень тихо. Наконец-то они остались одни!

Оливер закрыл и запер дверь. Щелчок показался ему почти таким же эротичным, как женский вздох.

– Прекрасно. – Он положил карту-ключ на стол, снял смокинг и повесил на спинку кресла. Потом направился к своей гостье. Она любовалась тюльпанами. Провела пальцем по лепестку, наклонилась, чтобы вдохнуть аромат.

– Теперь, когда я заслужил твое доверие, надеюсь, ты будешь чувствовать себя не просто в безопасности, а гораздо лучше.

Он ждал, когда она выпрямится. Встретится с ним взглядом.

Он сразу заметил, что пульс у нее участился. Она тихо вздохнула, и он склонился к ней, уловив тонкий аромат жимолости.

– Да… – прошептала она. Они стояли так близко, что могли слышать дыхание друг друга. – Именно этого я хочу.

Он стащил резинку с ее густых темно-каштановых волос и, запустив пальцы в шелковистую массу, слегка запрокинул ей голову. Свободной рукой притянул к себе девушку.

На миг он снова увидел перед собой ее сине-зеленые глаза. Потом огонь, сжигавший его изнутри, поглотил его…

## Глава 3

Через две секунды Джессика поняла, что она серьезно недооценивала свое влечение к Оливеру Прайсу. Оно было не просто мощным.

Между ними вибрировала раскаленная энергия, готовая взорваться.

Она сама не заметила, как очутилась у дубового стеллажа в углу гостиной. Пахло тюльпанами; она улавливала и аромат лосьона после бритья. Губы Оливера оказались требовательными, пытливыми и властными. Ее колени подогнулись, и она схватила его за плечи, чтобы не упасть.

«Я изо всех сил стараюсь сдерживаться, чтобы ты не чувствовала себя в опасности», – вспомнила она его слова. Теперь она точно поняла, что он имел в виду.

Жар, который разгорался в ней, обещал опасность. Его язык проник к ней в рот, гладил ее, отчего ей казалось, что ей тесно в собственной коже.

Миг – и он прервал поцелуй. Оба старались отдышаться.

– Думаю, тебе хорошо, иначе ты бы сказала. – Он оглядел ее с ног до головы.

– Да, – ответила она. – Мне хорошо… – Она уже поняла, что сегодняшняя ночь не будет похожа ни на какую другую. Можно позволить себе все, ведь этого мужчину она никогда больше не увидит.

– Правда?

– Правда. – Сообразив, что вцепилась в его рубашку, она разжала пальцы и начала расстегивать ее. – Так что сдерживаться ни к чему.

Его судорожный вздох напоминал голодное рычание. Подхватив ее на руки, он пошел в спальню.

Там было прохладнее – а может, у нее перегрелась кожа. Потолочный вентилятор медленно крутился над белой широкой кроватью, которая занимала большую часть комнаты.

Поставив ее на ноги, он принялся расстегивать на ней блузку. Она не отставала. Ей хотелось, чтобы их ничто не разделяло.

Они разделись бы быстрее, если бы он не останавливался после каждой пуговицы, чтобы поцеловать все открываемые места. Когда он лизнул ее в ложбинку между грудями, она забыла обо всем. Вцепившись пальцами ему в волосы, она удерживала его на месте. Он уложил ее на кровать и лег сверху. Ощутив его приятную тяжесть, она застонала от удовольствия.

– Ты само совершенство, – прошептал он. Его язык прошел по краю ее белого кружевного бюстгальтера, пальцы же продолжали расстегивать блузку.

– Будет еще лучше, когда мы все снимем, – пообещала она, пошевелив бедрами и прижавшись к его эрекции. Жаль, что нельзя мгновенно избавиться от юбки!

Он поддразнивал языком ее сосок через кружева бюстгальтера. Сосок набух и увеличился. Между ее ногами стало мокро. Она глухо застонала от сладкой боли, которая становилась невыносимой.

Расстегнув на ней блузку, он принялся ласкать ее голый живот; потом его ладонь скользнула ей под юбку. В трусики. Туда, где он был нужен ей больше всего.

Ах, как сладко!

Она выгнулась: сильнее, еще сильнее! Его губы пустились в путь снизу вверх, по груди к ключице и выше. Он лизнул нежную ложбинку у нее за ухом. Тем временем его пальцы внизу нашли нужный ритм.

– Оливер… – Она закрыла глаза. Напряжение нарастало.

Просунув в нее палец, он согнул его, и на миг все застыло. У нее за закрытыми веками засверкал яркий свет. Ее накрыло мощной волной, подхватило и понесло.

Оргазм сотрясал ее с головы до ног, все ее тело извивалось.

Через несколько секунд, придя в себя, она услышала его хриплое дыхание и вспомнила, что он по-прежнему балансирует на краю пропасти, что он еще голоден. Нужно доставить ему то же удовольствие, которое он только что подарил ей.

При этом он так и не снял с нее юбки!

– Твоя очередь, – прошептала она, положив ладони на его сильные плечи. Между ногами все промокло. – Хочу трогать всего тебя.

Он перекатился на бок, увлекая ее за собой. Теперь они лежали лицом к лицу.

– Я то же самое думал про тебя. – Он расстегнул молнию на ее черной юбке. – Хочу больше.

Она судорожно вздохнула и продолжила раздевать его. Стянула рубашку с его плеч и жадно посмотрела на его голую грудь. М-м-м…

Его тело, покрытое золотистым загаром, было твердым и мускулистым. Она провела ладонью от его шеи вниз, к брюкам, и невольно облизнулась.

– Джессика, лучше не смотри на меня так, особенно когда я так тебя хочу. – Не переставая ласкать ее, он снял с нее бюстгальтер.

– Ничего не могу поделать. – Она расстегнула его брюки. В ушах шумела кровь. На какое-то время все звуки вокруг стихли. – Хочу смотреть на тебя!

Он остановил ее, перехватив запястье свободной руки.

– Мне наверняка понравится то, что будет дальше, – тихо проговорил он. – Я хочу только тебя.

Ее потрясли его слова. Они доказывали: нелегко будет его забыть после того, как она уйдет. Безжалостно отогнав последнюю мысль, она встала, чтобы снять с себя остатки одежды. Оливер сделал то же самое. Он быстро достал откуда-то презерватив. Взяв у него пакетик, она вскрыла его зубами. Он наблюдал за ней, сидя на кровати. Она трепетала, предвкушая то, что вот-вот произойдет. Ее волосы растрепались на ветерке, шелковистые пряди разметались по плечам.

Наконец-то!

После долгого воздержания она вот-вот оседлает самого горячего мужчину из всех, кого она видела, и впустит его в себя, хотя они познакомились лишь несколько часов назад. Ни о чем другом она старалась не думать. Она не хотела все портить.

– Джессика, ты уверена? – спросил он. Его зеленые глаза словно видели ее насквозь. Он взял ее руку в свою и потянул к себе.

– Убеждена… – Она быстро надела на него презерватив и села на него верхом. Прижалась грудями к его груди. – Я хочу этого… Хочу тебя.

После того как она ввела его в себя на всю глубину, ее захватили ощущения, вытеснив все мысли. Он растягивал ее, заполнял ее, а все остальное стало не важным.

Потом он взял инициативу на себя: обхватив ладонями ее ягодицы, он приподнимал и опускал ее, проникая в нее все глубже. Стиснув зубы, она крепко держалась за его плечи. Как замечательно!

Она сжала пятками его бока. Иногда он останавливался, совсем ненадолго, чтобы поласкать языком ее соски или впиться в ее губы страстным поцелуем. Ни одна часть ее тела не оставалась нетронутой – в ней снова копилось напряжение. Желание не ослабевало, хотя он снова и снова входил в нее. Ей хотелось слиться с ним, стать одним целым.

– Оливер… – взмолилась она, и он приподнял ее, перевернул на спину и лег сверху. Фрикции участились. Стали мощнее.

Жар нарастал… она поняла, что больше не может ждать. Оргазм прокатывался по ней мощными волнами, сильнее, чем в первый раз. Она взлетала на волнах наслаждения.

Через миг он последовал за ней. Его хриплые крики смешивались с ее стонами. Она приоткрыла глаза; ей хотелось видеть его лицо, когда он дойдет до финиша. Глаза у него были закрыты. Он глубоко вздохнул и наконец вытянулся рядом с ней.

Джессика радовалась его тяжести. Он удерживал ее на месте. Напоминал о том, что все происходящее – не сон. Она в самом деле лежит в постели с сексуальным, мощным красавцем.

Которого она больше никогда не увидит.

Вспомнив, что расслабляться нельзя, она вздрогнула. Стало холодно. Она хотела получить удовольствие. Отвлечься от трудностей, которые ждали ее утром. С Оливером она получила все, что хотела, полной мерой. И понимала, что продолжения не будет.

Он сел, достал флисовый плед, лежавший в ногах кровати, и укрыл ее. Джессика думала, когда прилично будет уйти. Вдруг снаружи послышался громкий хлопок, за которым последовали свистки и радостные крики.

В ответ на ее недоуменный взгляд Оливер широко улыбнулся.

– Должно быть, сегодня салют. – Он уже встал и натягивал синие трусы-боксеры. – От нас открывается хороший вид.

– Салют?! – Она накинула на себя плед и встала.

Он надел рубашку, но застегиваться не стал.

Раздвинул шторы, открыв дверь на террасу.

– В приглашении на сегодняшнюю вечеринку намекали на фейерверк.

В небе мерцали алые огни. За ними – синие и желтые. Их гроздья рассыпались яркими лепестками, окрашивая ночь.

Джессика вышла за ним следом, чтобы полюбоваться зрелищем; обойдя плетеные кресла, встала у ограждения.

– Фейерверк? – Она покачала головой. Неужели в гольф-клубе напротив еще остаются гости? Раздался новый залп – и разноцветные огни расцветили небо над гольф-клубом. – Невероятно, они еще развлекаются! Неужели в такой поздний час можно запускать фейерверки?

Она посмотрела по сторонам: заметил ли кто-то, что они вышли наружу полуодетые? Но благодаря конструкции террасы невозможно было увидеть соседние балконы. Она оперлась о перила. Ночной ветерок трепал ей волосы.

– Ноублы превзошли сами себя. – Глядя, как очередная ракета взрывается в небе фонтаном белых брызг, Оливер заметно погрустнел. – У нас в Ройяле любят экстравагантные развлечения.

– А ты? – Она обрадовалась возможности отвлечься. Салют избавил ее от необходимости одной вылезать из постели, которую они, пусть и недолго, разделяли. – Ты как-то не очень радуешься.

– Не пойми меня неправильно, я очень рад за Ксавьера Ноубла и его семью.

Он развернулся к ней. Ракеты свистели в воздухе и рассыпались снопами разноцветных искр.

– Просто обычно у меня нет времени на разные приемы. – Он поправил на ней плед.

От его простого жеста у нее сжалось сердце. Прошло столько времени с тех пор, как у нее были близкие отношения, как кто-то вот так заботился о ней. Но она запретила себе думать о нем, напомнив, что они вовсе не в отношениях.

– Они, кажется, устраивают не один прием? – Сегодня во время работы она слышала, как ее сослуживцы обсуждали, кто и когда обслуживает гостей. – Я слышала, что скоро состоится вечеринка для молодых пар в Техасском клубе скотоводов.

Будущие молодожены решили не устраивать отдельных мальчишника и девичника. Они прилетят в Ройял за месяц до свадьбы и примут участие в общей вечеринке.

– Да, меня пригласили. – Он с задумчивым видом смотрел на фейерверк.

– Похоже, в отличие от остальных горожан, тебя свадебная лихорадка не захватила.

Он криво улыбнулся:

– Разве я не говорил, что в моей семье полно свах, которые теперь мечтают только об одном: чтобы я тоже обзавелся семьей? Вот уж кто в полной мере заразился свадебной лихорадкой!

Салют досмотрели молча. У нее в голове повторялись слова Оливера. Очевидно, ему тоже приходится нелегко, ведь он должен оправдать ожидания близких! Джессика напомнила себе, что сама она не станет для него бременем.

Ночь была замечательной, но пора прощаться и положить конец странному притяжению.


– Я вызову водителя. – Оливер гадал, что он сделал не так. Почему Джессика вдруг заторопилась? – И провожу тебя до дома.

Свидание стало невероятным, и он вовсе не спешил расстаться с ней. Но, как только закончился салют и они услышали далекие аплодисменты с той стороны улицы, Джессика сказала, что ей пора домой.

Он стал поспешно одеваться. Умом он понимал, что продолжения не будет, но еще не готов был распрощаться с ней… голова у него еще кружилась от их непонятного влечения.

– Не нужно. – Она надела юбку и, изящно изогнувшись, застегнула молнию. Она не стала заправлять блузку и оставила верхнюю пуговицу незастегнутой. – Моя машина припаркована через дорогу.

– Но мы оба пили. – Подойдя вплотную, он взял в руку подол ее блузки. Он подозревал: стоит ему дотронуться до нее – и они снова начнут срывать с себя одежду. – А мой водитель позаботится о том, чтобы ты благополучно добралась до дома.

Она прикусила губу, и он вдруг вспомнил, как ее пухлые губы целовали его меньше получаса назад… В нем снова проснулось желание.

– Машину заберешь завтра, – не сдавался он, хотя ему очень хотелось провести по ее губам пальцем, а потом впиться в них поцелуем. – А если тебе хочется побыть одной, я с тобой не поеду.

– Прости, ты прав. – Она покачала головой. – Нет, я не спешу от тебя отделаться. Просто у меня в голове прояснилось, и я лучше понимаю, что ты имеешь в виду.

Испытав облегчение, пожалуй слишком сильное, он выпустил ее блузку и огляделся, ища свой телефон.

– Отлично. Отправлю Джейсону сообщение. Мы подождем его внизу.

Телефон он нашел на столешнице в ванной, рядом лежал открытый бритвенный прибор. Беря телефон, он случайно сбросил что-то со столешницы на кафельный пол и услышал тихий звон. Интересно, что упало? Вряд ли бритва – слишком легкое…

– Вот, – послышался голос Джессики сзади. Обернувшись, он увидел, что она что-то достает из-под маленькой подставки для цветов. – Нашла!

Отправив сообщение, Оливер сунул телефон в карман брюк. Джессика держала двумя пальцами золотое кольцо.

Внутри у него все сжалось.

Он чуть не потерял фамильную драгоценность!

– Ух ты! – Подойдя, он взял у нее кольцо и внимательно посмотрел на него. – Слава богу, ты сразу его заметила!

– Похоже на обручальное! – Она посмотрела на него в замешательстве.

– Оно и есть обручальное. Фамильная драгоценность, которую в прошлом году подарила мне бабушка. Она думает, что с кольцом я скорее найду себе невесту. – Он невесело усмехнулся. Родственники откровенно давили на него.

Он еще тогда не хотел брать кольцо, но бабушка была непреклонна. Она вручила ему кольцо при всех родных во время воскресного ужина. Мама, его брат и сестры очень обрадовались. Они начали стучать ножами по бокалам, как будто уже находились на свадьбе.

В конце концов он сунул кольцо в карман, а потом переложил в футляр с бритвенным прибором – и благополучно забыл о нем. До сегодняшнего дня.

– Значит, ты не шутил и у них действительно свадебная лихорадка, – сочувственно заметила Джессика. – Хотя кольцо очень красивое.

– Тебе нравится? – Он взял ее за руку. – Тогда знай: когда я сделаю тебе предложение, вся моя семья будет в восторге. – Он подмигнул ей и, не дав отдернуть руку, надел кольцо ей на палец. – Хотя бы только ради того, чтобы оно было в безопасности. Готов поспорить, у тебя помолвочное кольцо моей бабушки сохранится лучше, чем у меня.

– Конечно, – согласилась Джессика, гладя бриллианты подушечкой пальца. – Но вряд ли семья Прайс обрадуется ненастоящей невесте. Тем более официантке, которая еще ничего не добилась в жизни.

Закрыв раздвижные двери на террасу, где они любовались салютом, Оливер взял карту-ключ, готовый выходить.

Жаль, что все так быстро закончилось. Их так тянет друг к другу, что вряд ли он о ней забудет. Но нужно считаться и с ее желаниями.

– Мои родные – не снобы, – заверил он. Похоже, она немного стыдится своей работы, хотя недавно ясно дала понять, что ей нравятся приземленные, простые ценности ее родителей. – Они ни за что не станут презирать человека, который занят честным трудом.

На самом деле он подозревал: если он представит Джессику своей невестой, родители придут в восторг. Она добрая и трудолюбивая. Независимая. А самое главное – она местная.

Родители давно мечтают, чтобы он осел в родном городе и не летал по всему миру, проверяя работу многочисленных филиалов.

– Я вовсе не обзывала их снобами. – Она покачала головой, вертя кольцо на пальце. – Скорее, дело во мне. Жаль, что с учебой придется подождать…

Она сняла кольцо с пальца и протянула ему. Он вспомнил: кажется, ей придется отложить магистратуру, чтобы помочь родителям. Жаль, что нельзя убедить ее ставить свои желания на первое место. Кто-кто, а он понимал, как велики могут быть ожидания семьи.

Может быть, именно поэтому он не сразу забрал кольцо.

– Может, оставишь его пока у себя? Ненадолго, пока я не вернусь из поездки? – Он не собирался заставлять ее снова видеться с ним, но это было до того, как она перевернула его жизнь, поднявшись к нему в номер.

– Нет, не могу, – возразила она, кладя кольцо ему в ладонь и сжимая его пальцы в кулак. От ее простого прикосновения внутри у него все забурлило.

– Я вернусь, как только проведу встречу. Через день или два… А если кольцо побудет у тебя, нам придется снова увидеться. Ты ведь не станешь отрицать, что между нами вспыхнула искра?

Обвив рукой талию девушки, он притянул ее к себе и поцеловал. Медленно. Нежно.

Когда он отстранился, ее глаза оставались закрытыми еще довольно долго. Он почти поверил, что снова увидит ее.

– Да, искра вспыхнула. – Она криво улыбнулась, но сердце у него упало: он заранее знал, каким будет ее ответ. – Но я не думаю, что нам стоит видеться еще.

Ему хотелось спросить, почему. Наверняка она скажет, что против одноразовых встреч. Наверное, в этом дело… или в том, что весь следующий год ей придется работать день и ночь.

Такая перспектива его совсем не радовала. Он не скрывал разочарования. Жаль, что они не встретились в другое время. Тогда, возможно… Нет, глупости!

– Но я не забуду ни тебя, Джессика, ни нашу ночь. Надеюсь, ты тоже.

Еще раз быстро поцеловав ее, он достал телефон и бумажник. Обняв ее за талию, он проводил ее вниз, где их ждал Джейсон. Он проводит ее до дома, а дальше… каждый из них пойдет своей дорогой.

Однако он невольно чувствовал, что, распрощавшись с Джессикой, он совершает ошибку, о которой вскоре пожалеет.

## Глава 4

На следующий день Оливер сидел на заднем сиденье «рейнджровера» и вбивал в смартфон заметки к очередному совещанию. Он только что провел успешную встречу с важным новым клиентом. Теперь водитель вез его на встречу с вице-президентом нью-йоркского филиала. Нужно убедиться, что все готово к слиянию с более мелкой компанией.

Проезжая по Бруклинскому мосту и глядя на сверкающую поверхность Ист-Ривер, он понимал, что должен радоваться.

Однако думал он только о ночи с Джессикой Льюис. Интересно, как она сегодня себя чувствует? Удалось ли ей забрать свою машину с парковки гольф-клуба? Вспоминает ли она о нем? И дело не только в страстном взаимном влечении. Утром он увидел афишу нового бродвейского мюзикла и невольно задумался, что бы о нем сказала Джессика. Ему очень хотелось выяснить, какие у нее музыкальные вкусы.

Глупо, ведь он ее больше не увидит. Не стоит забивать себе голову тем, как за ней ухаживать. Как ее завоевать. Ни к чему гадать, что ей больше нравится – мюзиклы или опера, кантри или хип-хоп.

Завибрировал его телефон, и он обрадовался предлогу отвлечься от назойливых мыслей. Правда, взглянув на экран, он понял, что его ждет видеозвонок от родителей. С тех пор как его сестра научила их звонить в Фейстайм своему маленькому сыну, мама предпочитала и с ним тоже связываться таким способом. Убедившись, что перегородка между ним и водителем поднята, он ответил.

Мама и папа широко улыбались. В руках у них была газета – неужели «Ройял Газетт»? На обоих были одинаковые синие тренировочные костюмы, которые они надевали на вечерние прогулки. Оба казались радостно взволнованными. После папиного инсульта они стали уделять больше внимания своему здоровью.

– Поздравляем! – хором воскликнули они.

– Кого вы поздравляете? – Оливер пришел в замешательство. Он осторожно укрупнил газету на экране. – У вас такие лица, словно вы ждете нового внука. Кто-то вас опять порадовал? – Он произвел мысленные подсчеты. Кто может ждать ребенка? Его брат Рид с женой? Или сестра Кейт? Она ясно дала понять, что родителям не придется долго ждать очередного внука.

– Тебя, Оливер! – воскликнула мама, подходя ближе к планшету, стоявшему на каминной полке. – Мы с твоим папой очень взволнованы. Мы узнали, что ты нашел свою единственную!