Константин Томилов
Безымянные

Посвящается мне самому – ленивому и трусливому бездельнику.

"– Я сказала, отвечай – да или нет! На простой вопрос всегда можно ответить «да» или «нет», по-моему, это не трудно! – завопила фрекен Бок.

– Представь себе, трудно, – вмешался Карлсон. – Я сейчас задам тебе простой вопрос, и ты сама в этом убедишься.

Вот, слушай! Ты перестала пить коньяк по утрам, отвечай – да или нет?

У фрекен Бок перехватило дыхание, казалось, она вот-вот упадет без чувств. Она хотела что-то сказать, но не могла вымолвить ни слова.

– Ну вот вам, – сказал Карлсон с торжеством. – Повторяю свой вопрос: ты перестала пить коньяк по утрам?"

(Карлсон, и таки, и паки, паки, развлекается)

Пролог

Господь сказал Моисею: того, кто согрешил предо Мною, изглажу из книги Моей; итак, иди, [сойди,] веди народ сей, куда Я сказал тебе; вот Ангел Мой пойдет пред тобою, и в день посещения Моего Я посещу их за грех их. (Исх.32:33-34)

Ctrl+A

– Так! Давайте ещё раз сначала и по порядку! – жестко проговорил менее старый из двоих плешивых горбоносых иудеев, – и попрошу, на этот раз, без истерик.

– Ну, а в самом то деле, – чуть всхлипывая заоправдывалась библиотекарша, – ведь я же Вам нисколечко не грубила, просто спросила, – бросила исподлобья взгляд на ухмыляющегося 'совсем старика', и как обжегшись об мерцающие красными угольками, непроглядно чёрные глазищи, заикала и затряслась как от озноба.

– Ай! – раздосадовано махнул рукой Старший Храмовник и предложив "напарнику", – Михаэль Яковлевич, действительно, давайте Вы сами, а то и вправду она или обосрётся, или сдохнет от перепугу. А я, пока что, вместе с Соломоном…, – повернувшись к стоящему над газетной подшивкой старенькому раввину, – Шломо, дружище, что Вы там раскопали?

– Нет-нет! Юлий, Вы себе даже не пг'едставляете! – раввин не отрываясь от чтения, вытащил изо рта яростно пережёвываемую бороду и возздел вверх руки, то ли молясь, то ли поправляя сползающую на глаза широкополую чёрную шляпу.

– Что? Что там такое? – сочувственно засюсюкал голосом образцовой еврейской матери Будущий Восприемник и подошёл к вновь углубившемуся в чтение тощей стопочки полутрухлявых газетных листов ученику, готовящемуся к Реинкарнации.

Оставшийся наедине с сотрудницей отдела редких книг и документов Храмовник, порывшись в кармане модного английского драпового пальто, вытащил оттуда какой-то пузырёк и отвинтив крышку сунул под нос всхлипывающей и одновременно икающей библиотекарши:

– Не бойтесь! – успокоил рванувшуюся  было в сторону библиотекаршу Михаэль Яковлевич,– это не опасно, это просто для того, чтобы Вы в чувство пришли, никто Вас тут насмерть отравить не собирается!

Послушно втянувшая в себя исходящий из пузырька запах библиотекарша, несколько раз чихнула в медицинскую маску, которую до этого держала в руках трясущихся от смертельного ужаса, и успокоившись вновь залопотала:

– Поймите! Как Вас? Михаил Яковлевич? Ах, всё-таки, товарищ полковник! Ну, простите, но всё-таки Вы же можете напрямую этого человека допросить, ведь все сведения о нём в базе данных есть, без регистрации кто бы его сюда запустил?

– Да что Вы опять заладили? – недовольно поморщился якобы сотрудник госбезопасности, – конечно мы его допросим. По всей форме допросим, если найдём конечно.

– Ах, вот оно в чём дело! – совсем успокоилась и поумнела сорокалетняя непривлекательная женщина, – так бы сразу и сказали. Зачем было так пугать меня? – вновь обиженно покосилась в сторону склонившихся над газетами и что-то увлечённо обсуждающих стариков.

– Простите моего старшего коллегу, – без малейшего чувства вины, высокомерно и снисходительно проговорил "полковник", – но Вы же понимаете, что не стоит давать указания генералу госбезопасности, который подчиняется только лично президенту. Но давайте вернёмся к нашему делу. Значит его интересовали газеты именно за июль месяц?

– Да, именно так, – согласно кивнула библиотекарша.

– Точно не июнь?

– Нет. Он очень отчётливо об этом сказал. Но у нас и обычные подшивки либо поквартальные, либо годовые или полугодовые, а газеты за восемнадцатый год так и вообще их совсем ничего.

– Ну, это понятно. Значит Вы эту папку ему принесли и он что?

– Ну и он, вроде бы не торопясь, но как-то очень быстро, было даже ощущение, что он не в первый раз это делает. Причём не в первый раз именно эту пачку газет изучает. Быстро, быстро так порылся переворачивая верхушки листов пока не дошёл до какой-то определённой даты. Потом аккуратно так, бережно даже, всю стопку перелистанных в сторону перевернул, присел на краешек стула и зачитался…

– Очки менял? – скрипучим голосом прервал повествование библиотекаря "генерал", отвлекшийся от изучения газет и разговора с раввином.

– Да, – ошеломлённо вздрогнула от неожиданного вопроса и воспоминания женщина, – я ещё удивилась, вроде бы молодой совсем парень, а двое очков, для зрения и для чтения, как у стариков…

– Про то фотографировал он, что-либо, или нет, Михаэль Яковлевич, можете даже не спрашивать, – завершил дознание Старший Храмовник, похлопывая по плечу раввина и кивая ему в сторону входной сейфовой двери, – всё, дорогой, пошли уже.

– А что? Почему? – включился в разговор бородатый старичок, заискивающе заглядываясь в безобразное лицо "генерала".

– Да милейший! Вы ж слышали сами только что! Он очки менял, то есть, одевал очки для ЧТЕНИЯ! – гоготнул Старший Храмовник и подмигнул понимающе кивнувшему "полковнику".

Все трое, не прощаясь, покинули враз опустевшее помещение. Потянувшаяся было за ними, как ведомая на аркане невольница, очнувшись, остановилась у захлопнувшейся перед носом двери и глубоко втянув в себя воздух облегчённо выдохнула. И тут же, встревоженно  принюхалась:

– А что это? Что за вонища? Это что, они так напердели что-ли? Надо проветрить…, фууу! Ну и вонища! Не продохнуть.

––

– Юлий! – взволнованно, даже как-то заполошенно, воскликнул старенький раввин, когда все трое уселись в чёрный, "наглухо" тонированный "мэрс" с госномерами от вида которых сотрудники ДПС обмирают от ужаса, – а почему бы и в самом деле не допг'осить ЭТОГО? Ну, того, котог'ый такую опасную для нас инфог'мацию "г'аскопал"? И, вообще, как так получилось, что столько лет, напечатанное в этой эсэг'овской газетёнке, буквально у всех на виду и никто до сих пог'…

– Ну, во-первых, драгоценный Вы мой, – по отечески снисходительно "замурлыкал" Старший Храмовник, – всё на свете проконтролировать просто невозможно; во-вторых, никто, стопроцентная гарантия!, до сих пор на эту статейку внимания не обращал. Почему? А потому, что, для того, чтобы понять ту информацию, понять в истинном её свете, необходимо связать её с сегодняшними, современными событиями. Что, именно, ЭТОТ и сделал…

– Изьятие этого документа, я так понимаю, Юлий Самуэльевич, для нас уже бессмысленно? – вмешался в разговор  сидящий на переднем сиденье "полковник".

– Само собой, Михаэль Яковлевич, – пожал плечами Начальствующий, – какой смысл, если информация, содержащаяся там, уже СЧИТАНА, и ПРОЦЕСС уже запущен? Так вот, Шломо, – повернулся снова к внимательно слушающему его раввину, – ни мне, ни Михаэлю Яковлевичу, даже и близко к НЕМУ приближаться нельзя!

– Почему?! – удивлённо вытаращился старый Соломон, – с вашими то ПОЛНОМОЧИЯМИ, и чисто земными, госудаг'ственными! И с мистическими, котог'ыми вы, оба, облечены от Светозаг'ного…

– Потому что, – кисло и желчно поморщился "генерал", – именно из-за этих, мистических, обретённых нами после каббалистической реинкарнации свойств, нам и надо держаться от НЕГО как можно подальше. Потому что ОН, нас ЧУЕТ, и мы для НЕГО – ДОБЫЧА!

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.