Валерий Шпаковский
Карибские маршруты – I

«The best way to predict the future – Is to create it».

Глава I. Карибы

Введение

Если наш уважаемый читатель уже ознакомился с содержимым предыдущих книг автора «Куба-любовь моя» и «Под парусами клиперов», то он сразу поймёт о чём пойдёт речь в новой книге, завершающей карибскую трилогию. Да, конечно, о Карибах, Карибских островах, Карибском море и обо всём том, что связано с этим прекрасным регионом мира.

Совершенно верно, подумает читатель; как когда-то пройдясь по Большому Харитоньевскому переулку в Москве и обнаружив там красивый дворец в старорусском стиле с шахматной крышей автор «заболел» историей рода князей Юсуповых и написал ныне очень популярную книгу «По следам князей Юсуповых». Так и теперь проработав почти четыре года на строительстве АЭС «Хурагуа» в Республике Куба в начале 90-х годов прошлого столетия автор также «заболел» Карибским регионом и решил посвятить всё своё свободное и несвободное время изучению истории, культуры и обычаев этого латиноамериканского мира и поделиться своими исследованиями с благодарными читателями.

Автор предложит читателю хронологическую последовательность своих посещений Латинской Америки в Карибском регионе и добросовестно обязуется описать все свои впечатления и воспоминания.

Помните в конце книги «Куба-любовь моя» автор писал, что он не прощается с Кубой навсегда после неудачного завершения строительства АЭС «Хурагуа» в Сьенфуэгосе, и улетая в самолёте над ночной Гаваной, он говорит ей:

«Аста ла виста Авана!» – до следующей встречи Гавана!

Следующей встречи с Островом Свободы автору пришлось ждать долго из-за нахлынувших сразу после возвращения на Родину различных жизненных проблем, своих личных и общих с Родиной переживавшей катаклизмы Перестройки, когда великая страна была опьянена идеями заезжих коммивояжёров. Приходилось после долгого заслуженного отдыха решать вопросы с дальнейшим своим трудоустройством, когда на монтаже атомных станций из-за отсутствия финансирования делать уже было нечего, а искать новых путей после студенческого распределения было как-то непривычно. Но пришлось. Пришлось перейти в дирекцию Курской АЭС и заниматься поначалу ремонтом реакторного оборудования, в том числе задвижек Ду-800 КМПЦ – контура многократной принудительной циркуляции после останова реактора, когда в их помещения был ограниченный вход из-за радиоактивного фона. Дозиметристы заходили первыми после останова реактора в помещения и делали карту-схему, в которой было указано, где какой уровень радиации и какое время там можно работать без вреда для здоровья. Затем состоялся неожиданный переход по решению «лихого» директора АЭС Гусарова В. И. в новую создаваемую велением времени внешнеэкономическую службу атомной станции.

– Раз ты только что из-за границы приехал, то и будешь заниматься зарубежными делами станции, – так решил тогда, мудрый директор.

Приходилось учиться в новой должности сразу всему и незнакомому для бывшего монтажника – протокольным мероприятиям, ведению переговоров и заключению контрактов, их сопровождению и выполнению обязательств станции перед Инозаказчиками. И иногда убеждаться в том, что партнёры наши так называемые их – эти обязательства иногда со своей стороны не всегда соблюдают. Но работа безусловно новая была интересная и требующая соответствующих знаний, которая потребовала получения дополнительного второго высшего образования в МГИМО МИД РФ, попадания в кадровый резерв концерна «Росэнергоатом» и последующий перевод Москву.

Только тогда, несмотря на бесчисленные зарубежные командировки жизнь немного «устаканилась» и в первый раз в 2004 году автор полетел в Латинскую Америку на свой юбилей в Бразилию. Где жил несколько дней в Рио-де-Жанейро в отеле возле пляжа Ипанема, а потом в туристическом местечке «Buzios”. Подымался на горы «Сахарная голова» и «Карвокадо» к фигуре гигантского Христа и побывал на знаменитом карнавале в Рио-де-Жанейро на легендарном Самбадроме. Сидя на высокой трибуне и сжимая в руках выданные пакетики с непромокаемыми плащами от возможного дождя и пачкой латексных презервативов для возможных случайных встреч, автор смотрел на многочисленных красивых танцовщиц – бразильянок в роскошных нарядах, стоящих и танцующих на медленно движущихся под оглушительную музыку огромных повозках – каросах и вспоминал скромно одетых, но не менее страстно танцующих на подобных карнавалах кубинок… Его тянуло на Карибы, море и на Кубу в частности! Ну или на какой-нибудь другой красивый и хороший остров с песком, лангустами и знойными креолками.

Итак, можно сказать, что перед читателем – самый полный и информативный современный российский авторский путеводитель по Карибскому региону, особенностью которого является лёгкий и временами ироничный подход автора к окружающей нас действительности. И это будут сухопутные путешествия и экскурсии, ведь морские приключения на Карибских островах автор уже ранее описал в книге «Под парусами клиперов».

Что такое Карибы, Карибика?

Легендарная Антилия, позже колониальная Вест-Индия, Карибы – это Карибский бассейн, субрегион Латинской Америки, который включает Карибское море и его острова, некоторые из которых окружены Карибским морем, а некоторые граничат как с Карибским морем, так и с северной частью Атлантического океана. Близлежащие прибрежные районы на материке часто также включаются в этот регион.

Так, например, девять карибских стран располагаются на материке: Мексика, Белиз, Гватемала, Гондурас, Никарагуа, Коста-Рика, Панама, Колумбия и Венесуэла. Другие 26 государств располагаются на отдельных островах. Исключение составляет остро Гаити, на территории которого находится две страны: одноимённая Гаити и Доминиканская Республика.

Карибское море – (англ. Caribbean Sea, исп. Mar Caribe), окраинное полузамкнутое море бассейна Атлантического океана, с запада и юга ограничено Центральной и Южной Америкой, с севера и востока – Большими и Малыми Антильскими островами. На северо-западе через Юкатанский пролив соединено с Мексиканским заливом, на юго-западе – с Тихим океаном через искусственный Панамский канал.

Площадь моря – 2 753 000 кв. км

Объём – 6 860 000 кв. км

Наибольшая глубина – 7 868 м

Средняя глубина – 2 500 м

Карта Карибского региона

На юге Карибское море омывает Венесуэлу, Колумбию и Панаму, на западе – Коста-Рику, Никарагуа, Гондурас, Гватемалу, Белиз и мексиканский полуостров Юкатан, на севере – Кубу, Гаити, Ямайку и Пуэрто-Рико, на востоке – государства Малых Антильских островов.

Пригоршней драгоценных камней чистой воды, красивой изогнутой линией поблескивающих в синеве моря – так смотрятся Карибские острова с высоты полёта или на странице цветного атласа. И лишь только при ближайшем рассмотрении они начинают сверкать разными красками и гранями: каждый из них самородок, каждый уникален от природы.

Многообразие природных особенностей на столь малом пространстве поразительно: тропические леса Ямайки или Доминиканы, кактусовые пустыни на Арубе. Местные жители – это потомки африканских рабов и европейских завоевателей, а ещё искатели счастья со всех концов света. Политически острова испытывают влияние, идущее с обеих сторон Атлантики. Экономически их поддерживает сахарный тростник, туризм и денежная аристократия. Каждый остров в Карибском море – это целый мир.

«Американское Средиземноморье» так иногда называют Карибику. Дуга Антильских островов, протянувшаяся на 3500 км от Кубы до Арубы, соединяет Северную и Южную Америки и укрывает тихие западные воды от бурных волн Атлантического океана. Понятие «Карибика» обычно употребляют именно по отношению к островам, но в более широком смысле оно относится и к побережьям сопредельных латиноамериканских государств.

История народов Карибского региона

В давней истории доколумбова заселения островов Карибского моря выделяют три основные группы народностей. Народы первой группы (палеоиндейцы) приплыли на острова в 5000–2000 годах до н. э. из Центральной или Южной Америки. Следующая группа, переселившаяся в 1000–5000 годах до н. э. из Южной Америки на Большие Антильские острова и остров Тринидад, создала месоиндейскую или сибонейскую культуру. Третья группа народов, которая появились в регионе, были индейцы таино, приплывшие в 300 году до н. э. из Южной Америки на остров Тринидад и оттуда поселившиеся на Малых и Больших Антильских островах, а немного позже карибы, мигрировавшие после 1000 года до н. э. из района дельты Ориноко и вытеснившие аравакоговорящих индейцев с Тринидада и Малых Антильских островов.

Последняя группа народов и дала современное название моря в период его открытия европейцами в XV веке. Испанские завоеватели поначалу исказили название этих племён и стали называть их «каннибалами». Новые земли, которые были именованы как Вест-Индия, также часто именовались испанцами Антильским морем, поэтому в некоторых европейских языках и старых морских картах также используется и это название.

История исследований Карибов

Основные географические открытия региона были сделаны и изучены Христофором Колумбом в ходе его путешествий. В течении первых двух экспедиций (1492 и 1493 гг.) им были открыты Багамские, Большие Антильские и северные острова Малой Антильской дуги. Третья экспедиция (1498) открыла остров Тринидад и залив Пария. Четвёртую экспедицию, которая длилась с 1502 по 1504 годы и стала для Колумба последней, мореплаватель направил дальше на запад в попытках отыскать проход в Индийский океан. За время этого путешествия были исследованы берега Гондураса, Москитов, Коста-Рики и Панамского перешейка, а также залив Москитов и северная часть Дарьенского залива.

Хуан де ла Коса, командовавший одним из кораблей первой экспедиции, по результатам путешествий Колумба, Америго Веспуччи (1497, 1498), а также Джона и Себастьяна Каботы (1497, 1498) составил в 1500 году первую карту Нового Света.

Продолжая исследования новых земель, испанский конкистадор Алонсо де Охеда открыл в 1499 году остров Кюрасао и озеро Маракайбо, а экспедиция под руководством Родриго де Бастидаса и Васко Нуньеса де Бальбоа исследовала устье реки Магдалены в современной Колумбии и около 1000 км побережья, включая Дарьенский залив и залив Ураба. В 1507 году Мартин Вальдземюллер по результатам исследований составил свой вариант карты мира, в котором впервые появилось название «Америка». Немного позже, в 1538 году, фламандский картограф Герард Меркатор издал карту, на которой весь новый континент именовался Америкой.

Большой вклад в изучение природы Карибского моря в конце XVII века внёс английский буканьер и исследователь Уильям Дампир. Немецкий путешественник и исследователь Александр фон Гумбольдт посвятил несколько лет (1799–1804) изучению географических, климатических и биологических характеристик региона (в книге «Куба-любовь моя» было описание небольшого музея этого исследователя в городе Тринидад).

В 1856 году во французском навигационном руководстве появилась точная карта Карибского моря, включавшая схему преобладающих течений. В 1873 году Карибское море изучалось в ходе британской экспедиции «Челленджера», после чего в 1877–1889 годах этот район более подробно изучался американцами. В период с 1972 по 1978 годы сотрудники NOAA – (National Oceanic and Atmospheric Administration – Национальное управление океанических и атмосферных исследований) провели точные сонарные измерения и составили первую современную батиметрическую карту Карибского моря и Мексиканского залива.

Датские и американские экспедиции с 1913 по 1930-е годы, включая исследования, проведённые Океанографическим институтом в Вудс-Холле с помощью корабля «Атлантик», в 1934 году положили начало систематическому изучению бассейна Карибского моря, которое продолжается по сей день. Появление в арсенале учёных аквалангов и исследовательских субмарин привело к увеличению научной активности во второй половине ХХ века.

Колонизация Карибских островов

Когда первые испанцы прибыли на Антильские острова, они были заселены индейцами таино, которые примерно в первом веке до н. э. мигрировали туда из Южной Америки. В 1492 году первая экспедиция Христофора Колумба высадилась на Багамах, пребывая в полной уверенности, что ими был открыт новый путь в Азию. На острове, получившем название Эспаньола (ныне Гаити), было основано первое испанское поселение, положившее начало вековому господству Испании в Карибском регионе.

С 1506 по 1511 годы с участием Эрнана Кортеса и Диего Веласкеса де Куэльяр острова Эспаньола и Куба были заселены, а местное население превращено в рабов. В 1517 году Франциско Эрнандес де Кордова открыл полуостров Юкатан, где испанцы встретились с развитой цивилизацией майя. Последовавшие затем экспедиции Хуана де Грихальва (1518) и Эрнана Кортеса (1519) положили начало завоеванию и колонизации Мексики.

Другие европейские империи также стали расширяться на запад, направляя свои корабли в Новый Свет. Первые британские колонии появились на Бермудских островах (1612), островах Сент-Китс (1623) и Барбадос (1627) и были затем использованы для колонизации других островов. Французская Вест-Индия также началась с острова Сент-Китс (1624), затем были основаны поселения на островах Гваделупа и Мартиника (1635). Британия и Франция также успешно отвоёвывали острова у слабеющей Испанской империи, в 1655 году под контролем англичан оказалась Ямайка, а в 1697 году французы захватили западную часть Эспаньолы. В XVII веке на островах Кюрасао, Святого Мартина, Аруба и ряде других появились голландские колонии, позже вошедшие в состав Нидерландских Антильских островов. Датские владения в регионе появились в 1672 году на островах Сент-Джон и Сент-Томас.

Европейские державы активно завозили африканских рабов и вывозили продукцию сельского хозяйства (табак, сахар, красители) и драгоценные металлы (золото и серебро), используя для этого даже специальные флотилии. Регион Карибского моря превратился в площадку торговли новыми для Европы товарами, что повлекло развитие пиратства.

Пираты Карибского моря

«Кто эти негодяи, сэр, назовите их фамилии».

Р. Стивенсон

Пиратский флаг «Весёлый Роджер»

Пиратство в Карибском море зародилось в XVII веке, основными центрами сбора пиратов, корсаров и буканьеров стали остров Тортуга и город Порт-Ройял. Одним из первых каперов на службе Королевы Великобритании был Френсис Дрейк, наиболее известный захватом испанского Серебряного каравана в порту Номбре-де-Диос в 1572 году. В 1634 году нидерландский пират Петер Стювезант захватывает остров Кюрасао, а позже основывает город Нью-Йорк. Дело Дрейка продолжил Генри Морган, который предпринял в 1671 году известный поход на Панаму и стал позднее вице-губернаторам Ямайки.

Эра пиратов Карибского моря – специфическое явление перераспределения сокровищ, наличных денег и товаров между участниками колонизации Америки в эпоху так называемого первоначального накопления капитала, – началось на рубеже XVI–XVII веков и завершилось в 1720-х годах после усиления борьбы флотов западноевропейских наций с пиратами. Расцвет пиратства пришёлся на 1700–1730 годы – это время называют золотым веком пиратства.

Наиболее распространёнными формами морского разбоя в Карибском море было пиратство, каперство, флибустьерство и рейдерство.

Пиратство – незаконный захват, ограбление или потопление гражданских морских и воздушных судов. В современном международном праве пиратство является преступлением международного характера. Определение пиратству и меры борьбы с ним регламентированы в Конвенции ООН по морскому праву 1982 года.

Каперство – осуществлялось каперами, корсарами, приватирами, частными лицами, которые с разрешения верховной власти воюющего государства использовали вооружённое судно с целью захвата торговых кораблей неприятеля (а иногда и судов нейтральных стран).

Флибустьер (фр. Filibuster, голл. – «вольный добытчик») – морской разбойник XVII века, грабивший главным образом, испанские корабли и колонии в Америке. Французские пираты, обосновавшиеся в первой половине XVII века на Антильских островах, трансформировали этот термин в «флибустьер». Флибустьер почти всегда был снабжён особой разрешительной грамотой. Она называлась «комиссией», или каперским свидетельством. Отсутствие комиссии делало флибустьера обыкновенным пиратом, поэтому флибустьеры всегда стремились её добыть. Она жаловалась, как правило, во время войны, и в ней указывалось, на какие корабли и колонии имеет право нападать её обладатель и в каком порту сбывать свои трофеи.

Рейдер – крупный надводный военный корабль, вспомогательный крейсер или переоборудованное специальным образом торговое судно, которые в одиночку или с малым сопровождением (не эскадрой) во время войны занимается нарушением вражеских коммуникаций, атакуя транспортные и торговые суда.

Карибское пиратство оказывало серьёзное воздействие на социально-экономическую и политическую ситуацию в Вест-Индии на протяжении нескольких столетий и. с одной стороны, способствовало разорению навигации, сельского хозяйства, ремесла и торговли одних участников колониального освоения Америки, а с другой стороны, приносило немалые выгоды тем, кто участвовал в грабительских предприятиях непосредственно или в роли покровителей и инвесторов.

Картина Говарда Пайла «Нападение флибустьеров на испанский корабль». 1905

Первыми в Карибском море появились французские пираты, наиболее известный из которых Франсуа Леклерк нападал не только на суда, но и на города. В 1554 году его помощник Жак де Сор разграбил город Сантьяго-де-Куба, а в следующем году захватил и сжёг Гавану.

Около 1625 года французские каперы, грабившие испанские поселения и испанские суда на Карибском море, овладели островом Сент-Кристофер (Сент-Китс) и образовали нечто вроде самостоятельного разбойничьего государства, находившегося под покровительством как Франции, так и Англии, которые видели в нём полезного союзника в борьбе с Испанией. Сюда сходились всего более французы, но также англичане, голландцы и другие, главной связью между его членами была страсть к приключениям, жажда наживы и ненависть к Испании.

В 1628 году нидерландский капер Пит Хайн неожиданно возле кубинского залива Матансас напал на испанский флот, который вёз сокровища из испанских колоний в Америке, и захватил почти без боя все испанские суда и огромную добычу Серебряного каравана. Командующий испанским флотом генерал дон Хуан де Басана за это поражение был позже предан суду в Испании и обезглавлен.

Каперы, которых называли флибустьерами, занимались отважными морскими грабежами, но в промежутке между ними возделывали плантации. В 1630 году они захватили небольшой островок Тортуга близ Гаити, с которого скоро были изгнаны, и значительную часть острова Гаити (принадлежавшего испанцам), откуда они совершали свои набеги. Сначала на Тортуге, а затем в городе Порт-Ройял на острове Ямайка существовало так называемое «Береговое братство», объединение капитанов с каперскими свидетельствами.

Дальнейшая история карибских флибустьеров может быть разделена на три периода. Первый, до 1671 года – период роста. Французское и английское правительства нисколько не мешали деятельности флибустьеров, даже покровительствовали ей; нередко наиболее прославившиеся флибустьеры получали назначения на губернаторские и иные высокие посты во французских колониях, а английские короли охотно жаловали им почётные титулы, в их внутреннее, чисто республиканское управление никто не вмешивался. В 1655 году флибустьеры утвердились ненадолго даже на американском материке.

В 1671 году флибустьеры под руководством англичанина Генри Моргана завоевали город Панаму. С этого времени начинается второй период (1671–85 годы) истории флибустьеров, апогей их силы. Завоевание Панамы дало им возможность укрепиться на западном берегу Америки и распространить свои действия на тихоокеанское побережье Америки от Калифорнии до Чили. В это время их чёрный флаг с мёртвой головой наводил ужас не только на испанские торговые корабли, плававшие у берегов Америки, но и на корабли других наций, даже на военные суда. В 1683 году флибустьеры под командой голландца Ван Горна разграбили Веракрус, в 1684 году – несколько городов в Перу, в то же время группа флибустьеров под начальством француза Грамона произвела значительные опустошения в Мексике.

Приблизительно с 1685 года начинается третий и последний период в истории флибустьеров – период довольно быстрого упадка. Он объясняется отчасти тем, что флибустьеры начали делаться неудобными не только для испанцев, но и для французов и англичан. Политическое значение их стало уменьшаться из-за их чисто разбойничьего характера, вследствие чего правительства, прежде покровительствовавшие им, начали относиться к ним враждебно. Содействовала этом и война между Францией и Англией, вызвавшая раздоры в среде самих флибустьеров. Последнее крупное их предприятие была попытка разграбить Картахену в 1697 году. В числе 1200 человек они взяли этот город, но подверглись нападению со стороны англо-голландского флота и после жестокого кровопролития были рассеяны. Затем они были разбиты в других местах и к началу следующего столетия начали совсем исчезать. Их поселения на Гаити вошли в состав французской колонии Сан-Доминго. В 1706 году на Багамских островах была основана неформальная Республика Пиратов. Там обосновались около 20 пиратских команд, в том числе отряд Чёрной Бороды. Деятельность этих пиратов сеяла хаос среди судоходства и торговли на Карибских островах, пока британский моряк Вудс Роджерс в 1718 году не прибыл в Нассау с королевским помилованием и не восстановил там британский контроль.

За этот заключительный период прославились пираты Чёрная Борода и Сид Боннет, действовавшие в Карибском море в 1716–1718 годах, а также Чарльз Вейн, чья карьера длилась с 1716 по 1718 годы. Прославленный Чёрный Барт, а также Джек Рэкхем и его подруги Энн Бонни и Мэри Рид орудовали в Вест-Индии до 1720 года. Важным источником сведений о биографии этих и других пиратов является книга Чарльза Джонсона, вышедшая в 1724 году под название «Всеобщая история грабежей и смертоубийств, учинённых самыми знаменитыми пиратами».

Среди поздних пиратов выделяется Роберто Кофреси, промышлявший в Карибском регионе в 1818–1825 годах, и Амаро Парго десять лет живший на Кубе и позже ставший пэром в Мадриде.

С биографиями и приключениями этих и других знаменитых пиратов Карибского моря читатель может ознакомиться в следующих главах этой книги, а также в предыдущей книге автора «Под парусами клиперов».

Как известно на тему пиратства в Карибском море было снято несколько фильмов, таких как «Пираты карибского моря», экранизация книги Рафаэля Сабатини о капитане Бладе. Также был снят сериал «Чёрные паруса», повествующий историю о капитане Флинте.

Флаг «Весёлый Роджер» пирата XVII века Джека Рэкхема

Пост колониальный период на Карибах

Ну и совершенно понятно, что весь этот лихой и свободолюбивый народ, расселившийся на благодатных островах, не терпел никакого диктата над собой. С XIX века начинается период выхода бывших колоний из своих империй. Первыми на дрожжах Великой французской революции восстали рабы во французской колонии Сан-Доминго и получили независимость в 1804 году. В 1821 году вторую половину острова Эспаньола освободили гаитяне, и уже в 1844 году на острове сформировалась Доминиканская Республика. Не пожалев собственный новенький линкор «Мэн», взорванный в бухте Гаваны США вмешались в гражданскую войну на Кубе и помогли ей получить независимость от Испании в 1899 году, правда позже ограничив её свободу знаменитой поправкой Платта.

Осмелев США стали играть доминирующую роль в Карибском регионе и просто поглотили остров Пуэрто-Рико, сделав его своим отдельным штатом. После отделения Панамы от Колумбии при участии США был построен Панамский канал, соединивший Карибское море с Тихим океаном. Канал был официально открыт 15 августа 1914 года и находился под контролем США вплоть до 31 декабря 1999 года. Кроме этого, в 1917 оду Дания продала свои заморские владения США, и они получили название Американские Виргинские острова.

С 1958 по 1962 годы большая часть контролируемых Великобританией островов были выделены в Федерацию Вест-Индии, которая потом распалась на отдельные государства. Главы государств и правительств стран-членов Ассоциации карибских государств 14 декабря 2001 года собравшись на острове Маргарита (Венесуэла) приняли «Маргаритскую декларацию», которая признаёт Карибское море общим национальным наследием и бесценным активом человечества. Декларация задаёт направления активности и сотрудничества карибских стран в вопросах торговли, туризма, транспорта и ликвидации последствий стихийных бедствий. На следующей встрече 29 июля 2005 года в Панаме члены Ассоциации подтвердили свои намерения.

Труднее всего приходилось заниматься сепаратизмом бывшим британским колониям, в которых любили Её Величество Королеву Великобритании. Большинство владений Королевы, как и большая часть её Содружества, состоит из небольшого островного государства. Бывшие колонии или протектораты добились независимости от Британии только во время правления Королевы. Таким образом, их связи с короной, как правило, более практичны и менее сентиментальны, чем у «старых» владений, хотя их привязанность к самой Королеве искренна и прямолинейна. Королева религиозна, стоит выше политики, обходится недорого, очень известна и является фигурой, которую другим странам, в общем-то, не хотелось обижать. Важен и тот факт, что поскольку она является их главой государства, они получают благодаря этому дополнительную степень влияния на бывшую колониальную державу. Когда в 2018 году за несколько дней до начала Лондонского саммита Содружества при Терезе Мэй грянул «Скандал с Виндрашем», многие ощущавшие обиду лидеры стран Карибского региона договорились встретиться один на один с Королевой и членами её семьи. Британский премьер-министр прекрасно понимал, что Королеве придётся выслушать от них.

«Скандал с Виндрашем» – был британским политическим событием 2018 года, скандал, связанный с людьми, которые были ошибочно задержаны, лишены законных прав, им угрожали депортацией и, по крайней мере, в 83 случаях, были ошибочно депортированы из Великобритании.

Британской общественности могла импонировать идея того, что Королева считается главой государства где-то ещё, но, как отметил Филипп Мерфи, Министерство иностранных дел рассматривал эти многочисленные монархии как потенциальный конфликт интересов. Он доказал, что тайная политика британского правительства была направлена на то, чтобы отговорить некоторые государства, которые вскоре стали независимыми, от превращения во владения. Один-два из них подобно Тринидаду и Тобаго, прислушались, они добились независимости в 1962 году, а четырнадцать лет спустя стали республикой.

Но большинство бывших колоний в Карибском бассейне, ранее известных как Британская Вест-Индия, предпочли сохранить суверенное государство. Самое значительное из них, Ямайка, была ещё колонией, когда Королева впервые посетила эту страну в начале своего большого турне после Коронации. В течение пяти лет Ямайка оказалась в центре усилий по превращению Вест-Индии в независимую федеративную нацию – движения, за которым внимательно следила сама Королева. Когда планы создания федерации потерпели крах, Ямайка, не теряя времени, стала добиваться независимости для себя, хотя и без особой склонности к республиканской конституции. С самого начала большинство жителей Ямайки чётко различали Британию и Королеву и продолжают делать это, несмотря на периодические призывы к учреждению республики.

Большинство небольших карибских колоний придерживались аналогичной точки зрения, исходя из того, что если британское правительство не станет уделять им того внимания, которого они заслуживают, то они предпочтут иметь возможность свободного доступа к самой важной фигуре в Британии.

Другие лидеры стран Карибского бассейна оказывались в аналогичной ситуации, разрываясь между желаниями избирателей (в основном среднего класса) заменить Королеву президентом и подлинной поддержкой со стороны народа монархии, которую считают старомодным, но непреодолимым заслоном парламентским правонарушениям. Некоторые республиканцы утверждали, что монархия не является защитой от чего бы то ни было, приводя в пример бессилие Королевы предотвратить вторжение Америки в Гренаду, одно из независимых владений Содружества. В октябре 1983 года президент Рональд Рейган приказал вооружённым силам США захватить контроль над островом, ссылаясь на опасения за несколько сотен граждан США после переворота, совершённого революционными силами, и казни (промарксистски настроенного) премьер-министра. Британское правительство не получило предупреждения об этом, США даже не проинформировали главу государства Гренады.

В 60-е и 70-е годы прошлого столетия по всему Карибскому региону прокатились церемонии провозглашения независимости, которые прекратились в начале 80-х. в таких местах, как Теркс и Кайкос или Британские Виргинские острова, не было особого стремления к независимости и всей связанной с ней неопределённостью, сохраняя уважение Королеве всех народов.

Два десятилетия спустя по всему региону вновь послышались голоса в пользу сепаратизма, вызванные нарастанием недовольства. Британию обвинили в медленной реакции и неадекватной помощи островам, пострадавшим в 2017 году от урагана Ирма. Местные жители указывали на несоответствие между расходами Великобритании на «белые» заморские территории, такие как Фолклендские острова и остров Святой Елены (незадолго до того получивший 250 млн. фунтов стерлингов на провальный план строительства аэропорта), и «чёрные» территории в Карибском бассейне (которым было выделено в общей сложности всего 32 млн. фунтов стерлингов на борьбу с разрушениями после Ирмы). И очередной член королевской семьи увидел в полночь спуск флага Британского Союза на очередном острове.

В тоже время сэр Сонни Рэмфэл-бывший генеральный секретарь Мальборо-Хаус и Глава Содружества карибских государств вспоминал, что после победы кубинской революции на Кубе многие левые лидеры карибских островов старались встретиться с Фиделем Кастро. Об одной такой интригующей встрече поведал ему один из премьер-министров сепаратистских островов.

– В то время было очень важно было быть в милости у Фиделя, – вспоминает Рэмфэл. В ходе разговора тот премьер-министр пояснил:

«Я думаю, нам следует стать республикой!». – Ему казалось, что Фидель хорошо воспримет эту идею.

«Зачем? Разве Королева вмешивается в ваши дела?» – ответил ему Фидель.

Премьер-министр той страны ответил: «Нет».

«Тогда зачем это вам? Вы хотите быть местом дорогого островного туризма, а она хороша тем, что доказывает всем вашу стабильность. Зачем вам менять это?» – пояснил ему Кастро.

Елизавета II (Елизавета Александра Мария) – Королева Великобритании и Северной Ирландии и королевств Содружества (21.04.1926–08.09.2022)

– Итак, все те, кому до сих пор трудно понять, почему столько молодых наций, возникших из колониального угнетения и имперской зависимости, по-прежнему желают видеть британского суверена главой своего государства могут задуматься над столь невероятным фактом, что даже Фидель Кастро был её поклонником.

– Фидель был прагматиком, поэтому он и продержался так долго, – завершил свой рассказ сэр Сонни Рэмфэл.

Вероятно, именно поэтому Елизавета II – Королева Антигуа и Барбуды, Багамских островов, Барбадоса, Гренады, Ямайки, Сент-Китса и Невиса, Сент-Люсии, Сент-Винсента и Гренадин, а также материкового Белиза – продержалась ещё дольше пока не отошла в мир иной, после протокольной первой встречи с новым премьер-министром Лиз Трасс. А вот нового английского короля Карла III жители островов Карибского бассейна пока признавать не спешат. Они любили Королеву…

Флора и фауна Кариб

Растительность региона преимущественно тропическая, однако различия в топографических, почвенных и климатических условиях увеличивают видовое разнообразие. Пористые известняковые террасы островов, как правило, бедны питательными веществами. По оценкам учёных, в Карибском регионе произрастают 13 тыс. видов растений, из которых 6,5 тыс. являются эндемиками, например, гваяковое дерево (цветок, которого является национальным символом Ямайки). В прибрежных районах распространена кокосовая пальма, лагуны и эстуарии рек заросли плотными манграми (красное и чёрное мангровое дерево). На мелководье фауна концентрируется вокруг коралловых рифов, росту которых способствуют почти постоянная температура, чистая вода и небольшие изменения уровня солёности. В лагунах подветренных сторон рифов встречаются подводные поля морских трав. Всего в Карибском море встречается семь видов водорослей. Наиболее распространены талассия черепаховая и семейство цимодоцеевых, которые могут произрастать как совместно, так и одновидовыми полями на глубинах до 20 м. в солоноватой воде гаваней и эстуариев рек на глубине 0–2,5 м встречаются руппия морская. Представители трёх видов, принадлежащих роду Halophila, обитают на глубинах до 30 м, ареал этого вида Багамами, Флоридой, Большими Антильскими островами и западной частью Карибского моря.

На Кубе и некоторых других островах карибского региона очень распространено дерево сейба, иногда достигающее огромных размеров из-за толщины ствола и считающееся священным деревом для женщин, которые проводят возле него различные религиозные обряды с загадыванием желаний.

Животный мир

Морская фауна региона произошла от представителей Индийского и Тихого океанов, попавших в Карибское море до возникновения Панамского перешейка около 4 млн. лет назад. в Карибском море обитают примерно 450 видов рыб, в том числе акулы (акулы-бык, тигровая акула, шёлковая акула и карибская рифовая акула), летучие рыбы, морские дьяволы, оранжевоплавничный хирург, рыба-ангел, глазчатая рыба-бабочка, рыбы-попугаи, гуаса, тарпон и мурены. Во всём Карибском регионе производится промышленный вылов лангустов, сардин (у берегов Юкатана) и некоторых видов тунцов. Альбуловые, барракуды, марлины и ваху популярны у рыбаков-любителей.

Млекопитающие Карибского региона представлены 90 видами, встречаются кашалоты, горбатые киты и дельфиновые. у Острова Ямайка обитают тюлени и американские ламантины. Обитавший ранее в регионе карибский тюлень-монах считается вымершим, под угрозой вымирания находятся представители родного для региона семейства щелезубов.

Рептилии Карибского региона представлены 500 видами. На островах обитают несколько эндемичных видов циклур (игуан), широко распространён острокрылый крокодил. В регионе представлены несколько видов морских черепах, логгерхед, зелёная черепаха, бисса, кожистая черепаха, атлантическая ридлея и оливковая черепаха. Некоторые виды находятся под угрозой вымирания, их популяция. По оценкам учёных сильно уменьшилась с XVII века – число зелёных черепах снизилось с 91 млн. до 300 тыс. особей, бисс – с 1 млн. до менее чем 30 тыс. к 2006 году.

Все 170 видов амфибий, обитающие в регионе, являются эндемичными. Ареалы практически всех представителей семейств жаб, древолазов, квакш и свистунов ограничены каким-либо одним островом.

В Карибском регионе зарегистрировано 600 видов птиц, 163 из которых эндемичны для региона, например, тоди, кубинский шилоклювый дятел и пальмовыф чекан. Из эндемиков 48 видов находятся под угрозой вымирания: пуэрто-риканский амазон, кубинский погоныш, кубинский крапивник и другие. Антильские острова наряду с Центральной Америкой лежат на пути миграции птиц из Северной Америки, поэтому размеры популяции птиц подвержены сильным сезонным колебаниям. В лесах водятся попугаи, сахарные птицы и туканы, над открытым морем можно встретить фрегатов и фаэтонов.

Кораллы

В Атлантическом океане находятся около 9 % коралловых рифов мира. Их площадь составляет 50 тыс. кв. км, причём большая часть находится у берегов Карибских островов и Центральной Америки. Одним из самых изучаемых в последнее время явлений в регионе стало обесцвечивание кораллов. До 1980-х годов в Карибском море были широко распространены мадрепоровые кораллы, за последние 20 лет по антропогенным и природным причинам их популяция уменьшилась, а количество морских водорослей увеличилось. В 1983 году этот процесс обострился массовой гибелью морских ежей, которые питаются водорослями. Научные исследования рифов проводились с 1995 по 1998 год у побережья Белиза на крупнейшем в Северном полушарии коралловом барьерном рифе, а также в 2005 году у рифов в восточной части моря. Потепление Карибского моря (в результате глобального изменения климата) ставит под угрозу хрупкие экосистемы коралловых рифов – длительное превышение температурой воды значения 29 градусов приводит к гибели микроскопических водорослей зооксантеллы. Эти растения дают кораллам пищу и цвет, поэтому их гибель приводит к обесцвечиванию кораллов и нарушению всей экосистемы рифов.

В 2000 году около 30 % рифов Карибского моря считались уничтоженными или находящимися в серьёзной опасности по антропогенным причинам. В 2005 году процессы обесцвечивания ускорились – некоторые из карибских колоний кораллов полностью потеряли цвет, а 95 % подверглись процесса обесцвечивания. Ожидается, что при отсутствии дополни тельных действий по защите за последующие 10–30 лет погибнет ещё 20 % коралловых рифов. Обитатели рифов важны для таких видов туристической деятельности, как рыбалка и дайвинг, которые по оценкам 2000 года приносят региону 31–4.6 млрд. долларов США ежегодно.

Экономика

На берегах Карибского моря (в пределах 100 км от побережья) проживает более 116 млн. человек, основным источником доходов является туризм (15, 5 % всех рабочих мест региона). В рыболовецкой отрасли занято более 300 тыс. человек. Объёмы рыболовства оцениваются немногим менее полумиллиона тонн морепродуктов в год. Основные промысловые виды: карибские лангусты, стромбус гигантский, жгутиковые креветки, макрель-кавалла (королевская), испанская макрель, большая корифена (золотая дорадо), сериолы (желтохвосты) и другие. в Карибском регионе производится также сбор жемчуга.

Карибские курорты

Большинство туристов прибывают на Карибы из США, Канады, Великобритании и стран Евросоюза, но бывают и гости из России. Американский журнал «Caribbean Journal» ежегодно публикует лучшие Карибские острова для посещения.

В 2022 году в десятку лучших вошли:

1. Провиденсиалес, остров архипелага Теркс и Кайкос.

2. Антигуа и Бурбуда.

3. Грэйт Эксума, остров архипелага Багамские острова.

4. Сент-Томас, Виргинские острова. США.

5. Нассау, остров архипелага Багамские острова.

6. Бонайре.

7. Ямайка.

8. Сент-Китс и Невис.

9. Мидл Кайкос, остров архипелага Теркс и Кайкос.

10. Кайман-Брак.

В Карибском регионе около 40–50 аэропортов, некоторые из них совсем небольшие и частные, поэтому статистические данные и сайты отсутствуют. Самые загруженные международные аэропорты на Карибах:

1. Аэропорт имени Клейтона Дж. Ллойда, Ангилья.

2. Аэропорт VC Bird, Антигуа и Барбуда.

3. Аэропорт Королевы Беатрикс, Аруба.

4. Аэропорт имени Линдена Пиндлинга, Багамы.

5. Аэропорт Грантли Адамс, Барбадос.

6. Аэропорт LF Wade, Бермуды.

7. Аэропорт Густаво Рохас Пинилья, Колумбия.

8. Аэропорт Даниэля Одубера, Коста-Рика.

9. Аэропорт Хосе Марти, Куба.

10. Аэропорт Лас Америкас, Доминиканская Ремпублика.

11. Аэропорт имени Мориса Бишопа, Гренада.

12. Аэропорт Туссен-Лувертюра, Гаити.

13. Аэропорт Сангстер, Ямайка.

14. Аэропорт имени Луиса Муньоса марина, Пуэрто-Рико.

15. Аэропорт Принцессы Джулианы, Сан-Мартен.

Глава II. Куба, август 2006 г

«Ты давно не был здесь,

Мы всегда так живём!»

В. Высоцкий

Гавана. Отель «Севилья»

Август – пора отпусков. Собрался и автор наконец в долгожданный отпуск на далёкую Кубу. Август, конечно, не самый лучший месяц для посещения Острова Свободы, лучше нашей зимой туда летать, но что поделать, получилось – как получилось. Полетели всей семьёй, жена и дочь тоже давно мечтали посетить остров, где прошли знаменательные годы жизни.

Главный вход в отель «Севилья» на улице Трокадеро

И вот наступил тот замечательный день, когда, загрузившись с чемоданами в такси ранним утром мы поехали в аэропорт Шереметьево. Прошли все таможенные и прочие процедуры среди толп отпускников, улетающих в разные края света, посетили беспошлинные магазины, сделали покупки «продуктов» в дорогу и наконец совершили посадку на рейс № 333. Долгий 12-часовой перелёт Аэрофлота через Европу и Атлантику помогли преодолеть хорошая книга и отличный коньяк «Хеннесси» – и вот она – красавица Гавана. Знакомое чувство теплового удара при выходе из самолёта.

Из жаркой Москвы попали в раскалённую солнцем Гавану. Долгое ожидание и получение багажа, поиски заранее заказанного такси, далее поездка почти через весь город в центр на старинном зелёном Понтиаке с открытым верхом за 30 «куков» и наконец размещение в старинной гостинице «Севилья». Мы решили остановиться на пару дней в Гаване, нежели как многие туристы, уставшие после долгого перелёта сразу садиться в аэропорту в автобусы и ещё часа 2–3 ехать в Варадеро. В трёхместном номере на 9-м этаже нас встретили различные лебеди и прочие фигуры на кроватях, сплетённые из полотенец, цветы, тарелка с приветственными фруктами и три бутылки питьевой воды.

Кук – местная валюта (CUC или «чавитос»), так называемый конвертируемый песо, привязанный к доллару США, ходящий на территории Кубы совместно с неконвертируемым песо (CUP). Используется только для расчётов иностранными туристами и специалистами, при вылете из страны меняется в аэропорту на настоящие доллары или евро с налогом.

«Hotel Sevilla”– исторический отель, расположенный в центре Гаваны, он открылся 22 марта 1908 года. Поначалу это было четырёхэтажное здание в нео-мавританском стиле, которое спроектировал архитектор Арельяно-и-Мендосаоном, расположенное на улице Трокадеро, рядом с Пасео-дель-Прадо и Музеем изящных искусств, между набережной Малекон и Центральным парком Гаваны. Да, этот отель расположен почти рядом со знаменитым бульваром Прадо, любовь к которому и его историю автор описывал в своей книге «Куба-любовь моя».

Отель «Севилья» был приобретён Джоном Маканти Боуменом и Чарльзом Фрэнсисом Флином в 1919 году и переименован в отель «Sevilla-Biltmore».

В 1924 году компания «Bowman-Biltmore Hotels» пристроила огромное 10-этажное башенное крыло отеля с бальным залом на крыше, спроектированное известными архитекторами фирмы «Schultze & Weaver» из Нью-Йорка. С верхней террасы отеля открываются прекрасные виды на старую Гавану, в 20 номерах отеля расположены видовые балконы.

В 1939 году отель «Севилья-Билтмор» был приобретён итальянско-уругвайским гангстером Амлето Баттисти-и-Лорой. Организованное в отеле казино было тесно связано с мафиозной сетью Гаваны, будучи частично принадлежащим семье Траффиканте из Флориды. Казино было закрыто 1 января 1959 года после того, как Президент Кубы Фульхенсио Батиста покинул страну ночью, когда повстанческая армия Фиделя Кастро триумфально приближалась к Гаване, тогда в новогодние дни закрытию и разграблению подверглись почти все казино Гаваны. Владелец казино Амлето Баттисти-и-Лора успел укрыться в посольстве Уругвая.

Известный писатель Грэм Грин в своей книге «Наш человек из Гаваны» описывает отель, как место, где главный герой был завербован британской разведкой.

В настоящее время отель принадлежит кубинской государственной компании «Gran Caribe hotel group». Французский гостиничный оператор «Accor» взял на себя управление отелем в 1996 году, сначала своим подразделением «Sofitel», а затем другим подразделением Меркурий, как «Hotel Mercure Sevilla Havane». В январе 2019 года «Accor» перестал управлять отелем.

Несмотря на долгий перелёт и вроде как на должную начаться акклиматизацию мои спутницы не устали и налюбовавшись в окна 3- местного номера на знаменитую башню Баккарди, стоявшей напротив отеля с летучей мышью на шпиле потребовали прогулку по давно знакомому городу. Время было обеденное и спустившись на лифте со своего 9-го этажа наскоро перекусили в кафе на 1-м этаже возле ресепшна под музыку местного ансамбля, игравшего народные кубинские мелодии. Все стены вестибюля и холл-бара отеля были густо увешаны фотографиями в портретах и вырезками из старых газет о людях, некогда гостивших в этом отеле, видимо мне предстояло на досуге ознакомится с этими личностями. Возле колонн вестибюля стояли многочисленные женские скульптуры с крыльями и без оных из благородного мрамора. Тут же болтались с различными услугами гиды, чистильщики обуви, торговцы «левами» сигарами и прочий местный люд, зарабатывающий на иностранцах несмотря на то, что бдительная охрана вроде делала вид что разгоняет их. Высмотрев в этой толпе русскоговорящую кубинку в розовой блузке с табличкой в руках об услугах гида, мы быстро сторговались с ней о 2-х часовой экскурсии по старому городу за 20 куков.

Здание компании «Бакарди» с эмблемой фирмы на шпиле – летучей мышью

Абана Вьеха (Старая Гавана)

«Где-то мы уже это видели,

когда-то мы здесь уже были!»

Кубинского гида звали Роза, и эта Роза сразу повела нас налево от входа в гостиницу на легендарный бульвар Прадо к большим чугунным черным львам. Говорила Роза по-русски сравнительно хорошо, но с акцентом и иногда путалась в сложных словах, она когда-то училась в Москве на швею, но предпочитает сейчас работать гидом.

– А правда, что эти львы сделаны из металла старых английских пушек?

Роза этого факта не знала и быстро повела нас по бульвару к морю, доведя до старой крепости Сан-Сальвадор-де-ла-Пунта, она сообщила, что там сейчас расположен музей и повернула по широкой набережной Карлоса Сеспедеса (Avenida del Puerto) направо. Через пролив были видны другие крепости на противоположной стороне гаванской бухты, слева – крепость Эль Морро с маяком, а чуть правее – крепость Сан-Карлос-де-ла-Кабанья с мощными длинными бастионами. Дочь, балуясь заскочила на широкий парапет ограждения и пошла по нему покачиваясь стараясь держать равновесие.

– Смотри не свались в грязную воду залива с той стороны парапета.

– Она реально грязная, а море вроде чистое, – и испугавшись рядом пролетевшей большой чайки она спрыгнула с парапета.

– У берега здесь всегда мусор всякий болтается, его из гавани наносит.

Дошли по набережной до старых пушек, лежащих у стен не менее старой крепости Реаль Фуэрса (Castillo de la Real Fuerza) с символом Гаваны – Хиралдильей на башне. Эта крепость была построена в XVI веке и является старейшим военным сооружением в Гаване и второй по древности форт в Новом Свете. Крепость была построена для защиты города от пиратов и окружена широким рвом. С мощных крепостных стен и башен открывается волшебный вид на город и гавань. Внутри крепости сейчас устроен музей кубинской керамики с 1940 года и до наших дней гордо сообщила нам Роза.

Роза также рассказала печальную историю о Изабель де Бобадилья долго ждавшую своего мужа конкистадора Эрнандо де Сото, ставшего в 1538 году седьмым генерал-губернатором Кубы, открывшего реку Миссисипи и погибшего в 1542 году на Диком Западе Америки. Изабель все эти четыре года исполняла его обязанности губернатора и неплохо правила Гаваной и Кубой, и якобы каждый день подымалась на стены этой крепости и смотрела в море надеясь увидеть паруса возвращающихся из похода кораблей эскадры мужа.

Рядом находилась небольшая церковь Эль-Темплете, расположенная в небольшом неоклассическом здании. Роза рассказала, что церковь была построена в 1828 году и она напоминает о дне создания города Сан-Кристобаль-де-ла-Хабана. Колонна перед церковью обозначает то место, где в 1519 году под деревом сейба[1] была проведена первая месса и первое заседание правительства. Это событие является Национальным праздником и отмечается каждый год – 19 ноября. А дерево сейба считается с тех пор священным, люди приходят к нему, чтобы совершить обряд – надо обойти его три раза, бросить мелкую монетку в дупло под ним, загадать желание и будет тогда им счастье. Дочь решила тоже попытать счастья себе, но увидев выстроившуюся очередь в основном из женщин передумала.

Далее путь Розы лежал на уже давно нам знакомую старую площадь Пласа-де-Армас (Plaza de Armas). Эта великолепная площадь – сердце колониального центра Гаваны. Элегантная просторная площадь обрамлена барочными зданиями, окружённые пышной тропической растительностью. На лавочках и скамейках вокруг площади расположены книжные и антикварные развалы, которые привлекают многочисленных туристов. Эта площадь была спроектирована в XVII веке на месте старинной площади Майор – центра религиозной, административной и военной жизни Гаваны. В XVIII и XIX веках площадь де-Армас стала излюбленным местом прогулок богатых жителей Гаваны. В центре площади находится памятник Карлосу Мануэлю де Сеспедесу, кто не знает – это Апостол Свободы на Кубе.

В 1868 году богатый адвокат Сеспедес освободил своих рабов на плантациях сахарного тростника и объявил Манифест о независимости Кубы. Поместье Сеспедеса находилось в нескольких милях от городка Яра, где когда-то был сожжён конкистадорами индейский вождь племени таино Атуэй (популярная марка пива сейчас так на Кубе называется), поэтому манифест получил название «Клич из Яры». Через несколько дней Сеспедес и его единомышленники вынудили сдаться испанский гарнизон в городе Баямо. Это событие стало поводом для начала Десятилетней войны на Кубе, которая была первой попыткой добиться независимости от Испании и освободить всех рабов.

Этот факт нашёл отражение в Национальном гимне Кубы под названием «Баямеса», слова и музыку для которого написал один из соратников Сеспедеса Педро Фигуэредо:

«Смело в бой, патриоты Баямо!
Ваша Родина вами гордится!
Славной смерти не надо страшиться:
Смерть за Родину – вечная жизнь!»

На площади де-Армас и прилегающих к ней улицах находятся самые красивые здания и главные достопримечательности старого города, которые за последнее время стали реставрироваться. Пройдя через центр площади через многочисленные ларьки нумизматов и книголюбов, прорвались сквозь кордон разряженных в красочные платья креолок с цветами вышли к Дворцу капитан-генералов (Palacio de los Capitanes Generales). Здесь Роза заученным текстом просветила нас, что старинный Дворец является великолепным образцом колониальной барочной архитектуры. Дворец был построен в 1780 году для испанских губернаторов и президентов. Сегодня здесь – Исторический музей города Гаваны, где собрана большая коллекция мебели XIX века и предметов, относящихся к периоду испанской колонизации.

На улочках Старой Гаваны

Во внутреннем дворе под сенью гигантских королевских пальм стоит памятник Христофору Колумбу. Роза также сообщила, что в музее есть две основные достопримечательности – кенотаф из приходской церкви Ла Хиралдилья (La Giraldilla) – древнейшая бронзовая статуя на Кубе, снятая со шпиля крепости Реаль Фуэрса, изображающая Изабель де Бобадилью (сейчас там стоят копии, которых иногда сбивают ураганы). Вторая достопримечательность – музея, это Зеркальный салон, украшенный венецианскими зеркалами XIX века.

Выйдя из дворца, капитан-генералов Роза повела нас по пешеходной старинной узкой улочке Калье Офисиос (Calle Oficios). На этой улице на самом деле много великолепных колониальных зданий XVI–XIX вв., а также старинных магазинов, лавочек и аптек. Роза даже показала нам открытый музей старинных автомобилей, один из которых был полностью деревянным. По этой улочке мы вышли на следующую большую площадь де-Сан-Франциско (Plaza de San Francisco), где, призвав на помощь воображение можно было представить каким был здесь порт во времена испанского владычества, когда множество галеонов, гружёных золотом и другими товарами готовились к отплытию в Испанию. Эта площадь в андалусском стиле в древности была торговой, о чём сейчас напоминает здание старинной таможни (Aduana General de la República) и бывшая биржа (Lonja del Comercio).

На этой площади находится массивное здание в военном стиле, построенное в XVI веке и частично перестроенное в XVIII веке. Это монастырь Св. Франциска Ассизского с колокольни, которого открывается прекрасный вид на порт и город. В настоящее время здесь располагается концертный зал, где исполняется хоровая и камерная музыка, а монастырь превращён в музей церковного искусства. Рядом у стены монастыря стояла медная фигура бородатого нищего, городского сумасшедшего причём борода у него сверкала на солнце как начищенная. Роза сообщила, что по городскому поверью надо загадать желание и потрогать бороду нищего и будет вам счастье может быть когда-нибудь.

Центр площади украшает копия знаменитого «львиного» фонтана Альгамбры (Fuente de los Leones), находящегося в испанском городе Гранада. Фонтан был подарен городу в 1838 году, в течение многих лет он снабжал корабли, заходящие в порт чистой питьевой водой.

Потом Роза повела нас по длинной Бразильской улице (Brasil/ Teniente Rey), где показала старинный президентский вагон для поездок по стране, который Президенту Хосе Гомесу в 1912 году подарили американцы. Сейчас там был музей, и мы зашли внутрь вагона, чтобы оценить отделку красным деревом столовой с настоящими серебряными приборами, спальных мест, ванны и кабинета президента. Хорошо наверно было путешествовать по стране в таком вагоне, который тогда охлаждался при помощи сухого льда, в виду отсутствия кондиционеров.

На этой улице нам попалось какое-то театрализованное шествие – на ходулях в разноцветных шутовских нарядах шли клоуны или циркачи, развлекая публику, дочь сфотографировалась на их фоне, а они ей говорили комплименты:

– Ке линда! Ке бонита! (Какая красивая и симпатичная)

Да, блондинок здесь мало, затем мы вышли к знаменитому гаванскому Капитолию, который всегда был на ремонт. И сейчас опять! Давно хотелось посетить его, но видимо снова не судьба. Роза сказала, что справа от Капитолия находится гаванский Китайский квартал и показала здание табачной фабрики «Партагас». Пройдя мимо памятника Хосе Марти в Центральном парке Роза, замыкая круг привела нас опять в наш отель Севилья. Здесь мы с ней рассчитались и попрощались, вежливо отказавшись от будущих услуг, мол сами теперь погуляем.

В вестибюле отеля моё внимание привлекла старая фотография в рамке под стеклом улыбающегося человека в чёрных очках и шляпе – канотье. Это было фото знаменитого американского гангстера Аль Капоне, проживавшего некогда здесь в номере 515 незадолго до своей смерти от сифилиса в своём поместье в Палм-Бич.

Насмотревшись на гангстера и попив чаю в номере с московским печеньем усталые и довольные прогулкой, путешественники наконец легли спать.

Набережная Малекон

Проснувшись утром следующего дня, посмотрели в окна – Башня «Баккарди» была на месте в лучах восходящего солнца сверкала на шпиле летучая мышь. Собрались и спустились на лифте со своего 9-го этажа в ресторан на завтрак. В воздухе витал аромат кофе и свежей выпечки вперемежку с сигарным дымом. Весь зал огромного ресторана с распахнутыми окнами веранд был полон разноязычного народа, и мы расположились в небольшом зале кафе за стойкой ресепшна справа с небольшим настенным фонтаном в виде скульптуры девушки. Перекусив лёгкими закусками-тапас и кофе с выпечкой и фруктами вышли из отеля на прогулку по знакомой давно Гаване.

Справа от главного входа в отель Севилья через улицу Аграмонте было видно большое здание, подойдя к которому мы прочитали на табличке, что это Дворец изящных искусств, построенный по проекту архитектора Родригеса Пичардо. У входа в здание Дворца и музея (Museo Nacional de Bellas Artes de Cuba) стояла русская группа туристов и слушала своего гида, темнокожую пожилую кубинку. Она вещала о том, что экспозиции музея занимают площадь около 8 тысяч кв., где на постоянных выставках представлены 1200 предметов искусства, включая 300 лучших полотен кубинских художников. В общей коллекции музея насчитывается 17 тысяч единиц хранения, разделённых на различные блоки в хронологической последовательности, освещающей процесс развития культуры Кубы в целом. Блоки назывались – Искусство колоний, Период Модерна, Поворот Столетия, Современное искусство, где вместе с картинами и скульптурами экспонировались также гравюры и инсталляции.

Во Дворце-музее изящных искусств была размещена только часть коллекции, представляющая развитие культуры Кубы, вторая часть, включающая в себя шедевры мирового наследия, в том числе европейская живопись и скульптура, экспонируются в другом здании, во дворце Астурийского центра. Гид Тереза, так оказывается её звали, сразу предложила своим туристам разделиться для экономии времени на две группы и посетить эти музеи. Наш народ начал бурно обсуждать кому куда и зачем идти и кому чего хочется увидеть, раздавались уточняющие вопросы к гиду о том, в каких музеях имеются буфеты и продаётся ли там пиво.

Так как мы ни к какой группе этих туристов с Урала не относились и пива с утра пока не хотели, то развернувшись и перейдя улицу Трокадеро подошли к другому большому зданию из стекла, чуть левее теперь от нашей гостиницы Севилья. Ранее в 90-х годах, будучи в служебных командировках в Гаване, приезжая в столицу из Сьенфуэгоса, я часто проезжал мимо этого стеклянного павильона и даже пару раз останавливался здесь для его осмотра. Это здание хорошо смотрится издалека со всех близлежащих улиц и в нём всем сразу видно старое судно «Memorial Granma». Это знаменитая яхта «Гранма» (Бабуля), на которой Фидель Кастро и его сторонники-революционеры переправились в 1959 году из Мексики на Кубу. Вокруг яхты установлены ракеты, которыми был сбит американский самолёт Локхид U-2 во время Карибского кризиса и высадки в заливе Кочинос (Свиней), а также остатки самолёта и его двигатели.

Осмотрев яхту со всех сторон прозрачного здания с охраной у входа, через улицу Колон мы увидели величественное здание, бывшее до 1959 года рабочей резиденцией всех руководителей Кубы – Президентский дворец! Дворец был спроектирован и построен в 1920 году архитекторами Карлосом Марури и Полем Бело в стиле неоклассицизма. После Революции 1959 года в Президентском дворце были размещены экспозиции Музея Революции (Museo de la Revolucion). Здесь хранятся экспонаты, связанные с дореволюционной Кубой и войной за Независимость, конечно же главная экспозиция посвящена революционным событиям 1950–1960-х годов, от штурма казарм Монкада до окончательной победы Революции 1959 года.

Выйдя мимо Президентского дворца к улице Refugio (Убежище), свернули по ней налево и вышли на знаменитый бульвар Прадо (Paseo del Prado, Paseo de Marti). Среди старинных лавочек и развалов современных кубинских художников с картинами, ещё не попавшими во Дворец изящных искусств, пошли вниз к морю.

Мы вышли на старый бульвар где-то примерно в его середине, поэтому через два квартала рассматривая ветхие разной архитектуры здания с обеих сторон бульвара вышли к его завершающей площадке. Там в створе улицы, напротив парка Влюблённых (Parque de los Enamorados) стоит памятник кубинскому поэту и революционеру Juan Clemente Zenea, участнику борьбы против испанского владычества на Кубе и погибшему в 1871 году.

Крепость Сан-Сальвадор де Ла Пунта в Гаване

Рассматривая памятник, присели отдохнуть на старую лавку. Солнце начинало входить в зенит и палить нещадно. Вдруг на лавку к нам заскочил огромный рыжий кот, дочь машинально потянулась погладить его.

«Всё в этом мире суета, остановись – погладь кота!».

Напротив, нас на набережной Малекон возвышались стены старой крепости Сан-Сальвадор де ла Пунта (Castillo de San Salvador de La Punta) и был виден перед ней красивый обелиск генералиссимусу Миранда.

Крепость являлась частью оборонительной системы, образованной четырьмя крепостями, которые защищали порт Гаваны. Форт был спроектирован итальянским военным инженером Джованни Баутиста Антоне ли и построен в период с 1589 по 1600 гг. В колониальный период каждую ночь отсюда протягивали огромную плавучую медную цепь, состоящую из деревянных и бронзовых колец длиной 250 метров, которая доходила до Замка трёх Королей (Эдь Морро) (Castillo de los Tres Reyes del Morro), чтобы перекрыть вход в порт от кораблей противника. В середине XVIII века английский флот специально нападал на крепость Сан-Сальвадор де ла Пунта, чтобы разрушить эту оборонительную цепь.

В настоящее время в крепости находится Музей Крепости (Музей морской и подводной археологии), в котором представлены различные предметы с затонувших испанских кораблей, оставшиеся фрагменты цепи. коллекции старых монет, слитков драгоценных металлов, редких камней, оружия, посуды, приборов. моделей лодок, экспозиции кораблекрушений у этих берегов и информация о том, как работала работорговля в этих местах.

Подойдя к памятнику Миранде, который ранее, когда работал на Кубе и изредка бывал в Гаване, я тоже часто рассматривал красивую фигуру и долго не мог понять какое отношение этот венесуэлец имеет к Кубе, в отличие, например, от недалеко возвышающейся конной скульптуры Максимо Гомесу – известному герою военных действий за независимость Кубы. Много позже узнав историю жизни этого генералиссимуса и авантюриста, стало понятно почему благодарные, кубинцы поставили памятник этому человеку.

Интересная историческая личность!

«Патриотизм – это последнее убежище негодяя!»

Себастьян Франсиско де Миранда и Родригес де Эспиноза (28 марта 1750–14 июля 1816), широко известный как Франсиско де Миранда, был венесуэльским военным лидером и революционером. Хотя его собственные планы по независимости испанских колоний потерпели неудачу, он считается предшественником Симона Боливара, который во время испано-американских войн за независимость успешно освободил большую часть Южной Америки. Он был известен как «Первый универсальный венесуэлец» и «Великий универсальный американец».

Миранда вёл романтическую и авантюрную жизнь в общем политическом и интеллектуальном климате Эпохи просвещения, он был участником Войны за независимость США, Французской революции и испано-американских войн за независимость, кроме этого, он описал все свои приключения в дневниках, насчитывавших 63 тома в переплёте.

Миранда родился в Каракасе, провинции Венесуэлы в семье испанского иммигранта с Канарских островов, ставшего богатым и успешным купцом, а его мать была богатой венесуэлкой, поэтому он с детства получил хорошее воспитание в частных школах. В июне 1767 года Миранда получил степень бакалавра наук учась в Королевском и Папском университетах Каракаса. Позже он направился в Испанию и продолжил образование в Мадриде изучая современные языки для будущих путешествий, а его отец в это время продвинулся при дворе короля Карла III, доказав своё происхождение и получил соответствующий патент на аристократическое дворянство, но поимел за это злостных врагов среди креольской аристократии из-за своего происхождения.

В 1773 году отец Миранды передал 85 000 реалов серебряных монет, чтобы помочь своему сыну получить должность капитана в полку Принцессы. Первые сражения молодой Миранда провёл в войнах Испании против Марокко в Северной Африке. Его первый военный подвиг произошёл во время осады Мелиллы, когда испанцы смогли дать отпор султану Марокко Мохаммеду бен Абдаллаху, но наград и повышений за это Миранда не получил.

Затем Испания была вовлечена в войнах в США, чтобы расширить свои владения в Луизиане и Флориде, и Миранда направился на Кубу, где весной 1780 года в Гаване представился своему начальнику, генералу Хуану Мануэлю Кагигалу-и-Монсеррат. Здесь в Гаване будет его штаб-квартира откуда Миранда будет участвовать в осаде Пенсаколы на побережье Мексиканского залива, за что получит звание подполковника.

В 1781 году Миранда уже тайно оказался на Ямайке, где он занимался освобождением 900 испанских военнопленных и разведкой против Британии. Миранда самостоятельно участвовал в освобождении Багамских островов помогая американцам в войне за независимость против Британии, там он принял капитуляцию англичан, за что был арестован ревнивым местным испанским начальством. Но его кубинский шеф Кагигала рекомендовал повысить Миранду до полковника и освободить его. В это время Миранда изменил своё мировоззрение в отношении независимости испанских колоний в Америке и попал под подозрение испанской инквизиции, его опять захотели арестовать и отправить в Испанию.

Миранда сбегает в США, где общается с семьёй Ливингстонов, заведя роман с дочерью канцлера, встречается со многими важными людьми: лично с Джорджем Вашингтоном, Томасом Пейном, Александром Гамильтоном, генералом Генри Ноксом, Семюэлем Адамсоном, с которыми ведёт долгие споры о независимости. Миранда превратился в лучшего знатока сражений в Карибском регионе и начинает говорить о насущной необходимости освободить всю Испанскую Америку и создать новую большую независимую страну Колумбию!

15 декабря 1784 года Миранда покинул Бостон и направился в Лондон, там за ним следили испанцы, относясь к нему с подозрением за его сепаратизм. Миранда предпринимает европейское турне в Пруссию, Швецию, Норвегию. Испанский посол в Стокгольме потребовал экстрадиции Миранды, но он заручился поддержкой русского посла Андрея Разумовского, получив рекомендательное письмо императрицы Екатерины II, которая хотела воспользоваться услугами Миранды, для отправки русской эскадры к берегам Америки.

– Мы тут ещё долго будем стоять на жаре у этого памятника. – вдруг взбунтовалась дочь, нарушив торжественную тишину.

– А ты знаешь, что этот человек тоже был гражданин России?

– Нет, не может быть, это же было давно.

– Ну так слушай, Россия тоже давно была на карте мира.

Затем Миранда свободно путешествовал по Европе, включая Бельгию, Германию, Австрию, Венгрию, Грецию и Италию. Пройдя через турецкий Константинополь, он направляется в Крым, где как раз совершает своё знаменитое путешествие императрица Екатерина II.

В Крыму Миранду любезно принял влиятельный светлейший князь Потёмкин, который знакомит его с Суворовым А. В., а когда приезжает императрица он представляет его ей. Пребывание Миранды на Украине и в России длилось намного дольше из-за неожиданного для него гостеприимства и внимания оказанного русским двором и лично императрицей, когда она осознала опасности, окружающие Миранду, особенно приказ инквизиции о его задержании, она решила защитить его любой ценой. Императрица дала указание всем послам России в Европе оказывать ему помощь в любой форме и с большой осторожностью, чтобы защитить его от преследований на местах. Она продлила ему российский паспорт и представляет польскому королю Станиславу Понятовскому, который приглашает его в Польшу, где они будут обмениваться политическими и интеллектуальными взглядами на независимость стран Северной Америки, а король видимо думал о разделе и независимости для Польши.

Кстати, в Санкт-Петербурге «революционер, обласканный императрицей» жил на Большой Морской улице в доме генерала Василия Левашова, ныне «Дом Архитекторов», что напротив «Дома Набокова», которым некоторое время владела Татьяна Васильевна Юсупова, племянница Потёмкина, у неё недалеко был дворец на берегу Мойки (см. книгу «По следам князей Юсуповых»).

«Попытки похитить Миранду со стороны дипломатических представителей Испании провалились». Так заявил 4 августа 1789 года посол России в Лондоне Семён Воронцов, представив статс-секретарю Королевы Англии по иностранным делам Фрэнсису Осборну, 5-му Лидскому герцогу, Миранду не только испанским подданным, но и членом Российской дипломатической миссии в Лондоне.

Начиная с 1791 года Миранда принимает активное участие во Французской революции как Маршал де Камп, в обмен на обещание помощи в последующей реализации проекта освобождения испанских колоний в Америке. В Париже он дружит с жирондистами и служит генералом в революционной армии Шарля Дюморье в кампании при Вальми. Северная армия под командованием Миранды осадила и взяла Антверпен, но не смогла покорить Маастрихт, за что в феврале 1793 года Миранда был арестован и обвинён в заговоре против республики и по приговору Революционного трибунала чуть не угодил на гильотину. Его адвокат Клод Франсуа Шово-Лагард вёл свою защиту с таким красноречием, что Миранда был признан невиновным. Но Марат с якобинцами продолжали его преследовать, Миранду опять арестовали, и он выжил благодаря только тому. что Марат был вскоре убит, после чего наступили времена Террора. Миранда смог покинуть Францию, хотя полиция везде искала «перуанского генерала». Он ещё поучаствует в 1797 году в монархическом заговоре во Франции, пока опять не отправится в Нью-Йорк с планами выделения генерал-капитанства Венесуэлы от испанского владычества.

В Нью-Йорке Миранда встречается с Томасом Джефферсоном и в частном порядке начинает организовывать флибустьерскую экспедицию для освобождения Венесуэлы. 28 апреля 1806 года 200 добровольцев высаживаются с четырёх кораблей в местечке Окумаре-де-ла-Коста под первым венесуэльским флагом, который сконструировал сам Миранда. Однако испанцы были наготове, высадка не удалась, 60 человек были арестованы и 10 из них впоследствии повешены по обвинению в пиратстве.

Миранда встречается на британских островах Гренада, Тринидад и Барбадос с адмиралом Александром Кокрейном и заручается поддержкой Британии в войне против Испании и организовывает вторую попытку вторжения в Венесуэлу. Генерал Миранда высаживается с тринидадскими добровольцами в Ла-Вела-де-Коро, атакует и захватывает два испанских форта с 14 орудиями. Миранда пошёл дальше и захватил Санта-Ана-де-Коро, но испанцы подтягивают свежие силы и вытесняют войска Миранды, которые отплывают на остров Аруба. Испанцы обвиняют США и Британию в поддержке Миранды и предъявляют ему обвинения как пирату и предателю, приговорённому к смертной казни. Миранда после этого скрывается в Англии.

Венесуэла добилась фактической независимости в Великий четверг 18 апреля 1810 года, когда была создана Верховная хунта Каракаса и колониальные администраторы были свергнуты. Хунта отправила делегацию в Великобританию, чтобы получить британское признание, в которую входили будущие знатные люди Венесуэлы Симон Боливар и Андрес Белло, они встретились с Мирандой и убедили его вернуться на родину. В 1811 году состоялась торжественная встреча Миранды в Ла Гуайре с толпами простого народа и делегацией Верховной хунты во главе с Боливаром.

Миранда собирает вокруг себя группу единомышленников и создаёт ассоциацию «La Sociedad Patriotica» по образцу политических клубов Французской революции. 5 июля 1811 года он официально провозгласил независимость Венесуэлы и учредил республику, подписав первую Конституцию. Конгресс также принял созданный им жёлто-синий-красный трико лор как флаг Республики.

Но не все провинции Венесуэлы поддержали молодую республику, к тому же разразилось страшное землетрясение 1812 года и начался экономический кризис, в котором испанские власти обвинили Миранду и подготовили заговор против Республики. Миранда в ответ получил диктаторские полномочия и звание генералиссимуса для спасений Республики и начинает создавать унифицированную армию для противостояния королевским силам под командованием Монтеверде. Но непризнание его креольской аристократией, нежелание выполнять его приказы в силу неприязни, восстание чёрных рабов и наконец потеря крепости Пуэрто-Кабельо, которую защищал молодой патриот Боливар, приводит к его капитуляции перед Монтеверде.

После капитуляции Миранда с верными ему офицерами и соратниками отправляется в порт Да-Гуайра намереваясь уплыть на соседние острова для возобновления борьбы. Но в ночь на 30 июля Миранда при невыясненных обстоятельствах был арестован группой молодых офицеров во главе с пламенным патриотом Симоном Боливаром и передан испанским властям.

Франсиско Миранда (28.03.1750–14.07.1816) Президент Венесуэлы

Это было – Предательство!

Испанцы переводят его в крепость Пуэрто-Кабельо, где содержат в оковах и нечеловеческих условиях. Затем перевозят его в Пуэрто-Рико и, наконец в крепость Ла-Каррака недалеко от Кадиса, где у него случается удар, 25 марта 1816 года накануне уже спланированного побега, а 18 июля того же года он умирает в возрасте 66 лет.

Тем не менее даже в тюрьме этот человек не перестал бороться за справедливость и свободу. Он подготовил несколько документов в адрес различных испанских властей, в том числе Кортесам и даже королю Фернандо VII, где требовал равенства прав для американских венесуэльцев и коренных испанцев.

«Я терпеливо переживаю эту отвратительную несправедливость, потому что она должна обратиться на благо моей родины, чьи интересы мне всегда были так дороги» (1815).

Закончив свой рассказ о интересной исторической личности, чей монумент стоял перед нами, посмотрел на своих спутниц – жена смотрела на море, а дочь в тени памятника листала какую-то книжку в мягкой обложке с надписью: «Интересные фразы и выражения в русской классической литературе».

– Ну и что там пишут интересного в Вашей книге?

«Пьер Безухов был светский человек поэтому мочился духами!»

– Понятно, тогда идём на набережную Малекон, там не надо мочиться духами, там волны нас всех наверно обмочат…

В начале набережной, слева от крепости и памятника Миранде, как и 14 лет назад мы увидели знакомую мемориальную доску справа на парапете с напоминанием о том, что в 1903 году её начал строить первый американский губернатор Гаваны генерал Вудс. Идя по широкой и знакомой набережной, где оправа волновалось море и громко кричали огромные чайки, слева через дорогу (Avenida de Antonio Maceo), по которой изредка проезжали старинные американские автомобили и туристические автобусы, были видны красивые, но заброшенные дома различных архитектурных стилей. Иногда попадались и отреставрированные со свежей окраской. Хоть Старая Гавана и является достоянием ЮНЕСКО (Список всемирного наследия), но выделяемых средств видимо не хватает для полномасштабного ремонта всей длинной набережной. Мы все вместе решили, что за 14 минувших лет со времени нашего отъезда ничего не изменилось на Кубе, время не властно над ней. Те же американские санкции, из-за этого тот же дефицит товаров и карточная система, хождение нескольких валют сразу, старые раритетные кадиллаки на улицах и весёлый неунывающий народ Кубы.

Малекон (исп. Valecon- «волнорез», мол, набережная), официальное название улицы Авенида де Антонио Масео, представляет собой широкую эспланаду, состоящую из проезжей части и дамбы, которая простирается на 8 км вдоль побережья Гаваны, столицы Кубы, от устья Гаванской гавани в Старой Гаване, вдоль северной стороны района Центральной Гаваны и заканчивается в районе Ведадао. С началом экономических реформ на Кубе на Малеконе расцвёл частный бизнес. Мы проходили мимо ларьков с прохладительной водой, фруктами и мороженым, многие лавочки были закрыты так как торговали в основном в вечернее время, когда на Малекон высыпали тучи местных жителей. Днём по нему в основном бродили группы туристов, рыбаки и местные мальчишки-попрошайки «динеро» – денег у туристов.

Строительство Малекона началось в 1901 году во время временного военного правления США. Основной целью создания Малекона была защита Гаваны от моря и так называемых разрушительных американских «Nortes» – ураганов.

Чтобы отметить появление первого 500-метрового участка Малекона американская администрация построила кольцевую развязку на пересечении с улицей бульвара Пасео-дель-Прадо, которая, по словам архитекторов того времени, была первой построенной на Кубе из железобетона. Вот как оказывается, и американцы что-то строили и много на острове, который уже считали своим очередным штатом!

Перед кольцевой развязкой, где каждое воскресение в то время оркестры играли кубинские мелодии и был построен роскошный отель «Мирамар», который был очень модным в течение первых 15 лет независимости и который был первым, где официанты носили смокинги и жилеты с золотыми пуговицами.

Последующие кубинские правительства продолжали удлинять Малекон. В 1923 году он достиг устья реки Альмендарес между улицами «Л» и «Л» в Ведадо, где было построено посольство США, спортивный парк имени товарища Хосе Марти и далее отель Росита де Орнедо (нынешнее название «Сьера-Маэстра»). В этой гостинице в 90-е годы жили наши представители из торгпредства, и я часто в ней останавливался у друга Димы-бухгалтера (см. книгу «Куба-любовь моя»).

В 1957 и 1958 годах проезжая часть Малекона служила местом проведения Гран-при Кубы по автогонкам, а в настоящее время все ежегодные карнавалы проводятся на нём, на одном из них побывал и я, кажется в 1992 году. Малекон очень популярен у кубинцев, особенно среди тех, кто ограничен в средствах на развлечения. Бурная жизнь здесь бьёт ключом в основном в вечернее и ночное время, когда на набережной расцветает женская и мужская проституция.

Несмотря на то, что старые дома и дворцы, расположенные вдоль Малекона находятся преимущественно в плачевном состоянии, набережная остаётся одним из самых впечатляющих и популярных мест в Гаване для туристов.

Профиль легендарного Че Гевары на здании МВД Кубы

Отель «Насьональ»

«Город плывёт в море цветных огней.

Город живёт счастьем своих людей.

Старый отель, двери свои открой,

Старый отель, в полночь меня укрой!»

Потихоньку, обходя лужи на набережной и отворачиваясь от брызг волн с моря дошли до знаменитого отеля Насьональ. Остановились, напротив его, любуясь красивым зданием со стороны моря. Надо было как-то пересечь широкую Авениду, на которой не было видно никаких пешеходных переходов поблизости. Дочь опять уткнулась в свою книжку присев на парапет.

– Что там нового пишут?

«У Онегина было тяжело внутри, и он пришёл к Татьяне облегчиться!»

– Понятно. А как ты думаешь, любил ли Онегин Татьяну?

Дочь задумалась, вспоминая классику, а я, обнаружив, что по широкой Авениде никто не едет уже давно, быстро перевёл всю семью на противоположную сторону улицы к обрыву скалы на которой был расположен отель. Недалеко от отеля возвышался величественный двухколонный монумент «Monumento a las Victim as del Maine» («Погибшем при взрыве крейсера «Мэн»). Подошли к нему и осмотрели его, стараясь разобрать памятные надписи, обойдя его со всех сторон.

До сих пор не известна загадочная причина взрыва крейсера «Мэн» в гавани Гаваны в 1898 году. Неужели американцы тогда не пожалели свой военный корабль с многочисленным экипажем? Ведь этот своевременный взрыв послужил очень удобной причиной для развязывания войны США с Испанией, которая приведёт к потере ею своих колоний в Америке. (История взрыва и гибели этого крейсера более подробно описана в книге «Куба-любовь моя»).

Памятник был построен в 1926 году Феликсом Кабаррокасом и в период господства США здесь на острове. Он был увенчан куполом, на котором первоначально располагались статуя имперского орла с распростёртыми крыльями и три бюста американских политиков. И орёл, и бюсты позже были убраны во время Революции 1959 года, и была добавлена надпись, в которой говорится:

«Жертвам Мэна, которые были принесены в жертву алчности империалистов в их стремлении захватить остров Куба».

Обойдя отель по широкой засаженной величественными королевскими пальмами подъездной дороге, подошли к знаменитому отелю и прошли внутрь, как будто мы здесь поселились. Смуглый швейцар в сливочном костюме и цилиндре не обратил даже на нас никакого внимания. Мало ли здесь эстраньхерос-иностранцев бродит!? Ну и ладно. Мы дружно прошли в просторный вестибюль и стали рассматривать внутреннее убранство отеля, сохранившего прежнюю роскошь.

Отель Насьональ де Куба (исп. Hotel Nacional de Cuba) – историческая гостиница в Гаване, построенная в испанском эклектическом стиле, открылась в декабре 1930 года, была объявлена национальным памятником за его художественную и историческую ценность. Отель также получил награду «Память Мира», предоставленную ООН по образованию и культуре, став первым отелем, получившем такую награду.

В левом крыле здания пройдя в него из вестибюля мы увидели якобы танцевальный зал со статуей девушки, хотя ранее здесь располагалось популярное казино, бар и ресторан, которым владел известный американский мафиози Мейер Лански. Согласно статье из Кубинского информационного архива, в 1956 году, «бар обслуживали местные бармены, а казино управляли джентльмены из Лас-Вегаса». Это казино приносило Лански столько же наличных, сколько и крупнейшие казино Лас-Вегаса.

А далее располагался зал с фотографиями знаменитостей, побывавших здесь, а в баре стоял бюст певца Нэта Кинга Коула, которого в его первый визит даже не пустили в отель из-за чёрного цвета кожи. Рядом музыкальный автомат с пластинками на 33 оборота, на столе лежала гитара певца Питера Фрэмптона, с тех времён, когда он ещё играл и пел в составе легендарных «Bee Gees”. Кого здесь только не было! Политики, художники, учёные, конечно же известные бандиты итальянско-американской мафии – все знаменитости, запечатлённые на многочисленных фото в портретах, были некогда гостями этого отеля.

Одними из его самых известных постояльцев были Эдуардо VIII, Принц Уэльский, герцог и герцогиня Виндзорские, Уинстонн Черчилль, Джимми Картер, писатели Эрнест Хемингуэй и Ромуло Гальегос, Нельсон Рокфеллер, первооткрыватель пенициллина Александр Флеминг, боксёр Роки Марчиано, певец Фрэнк Синатра и киноактёры, такие как Марлон Брандо, Ава Гарднер, Рита Хейворт, Фред Астер и Педро Варгас, Жан Поль Сартр. Дочь вдруг застыла перед портретами наших Юрия Гагарина и Валентины Терешковой.

– Это космонавты из СССР, – на всякий случай напомнил ей.

Часть исторического значения отеля обусловлена также и тем фактом, что в октябре 1933 года во время знаменитого «Бунта сержантов» и военного переворота, устроенного Фульхенсио Батиста, 300 армейских офицеров укрылись в этом отеле. Здесь остановился тогда посол США Самнер Уэллес, и они рассчитывали на его поддержку, но к их негодованию, Уэллс поспешно покинул отель. А войска Батисты предприняли штурм отеля, офицеры долго сопротивлялись войскам, а когда у них закончились патроны капитулировали, выйдя во двор отеля с поднятыми руками, но они подверглись обстрелу по команде Батисты, 14 из них погибли на месте.

Отель «Насьонал» в Гаване

Другое историческое событие произошло в декабре 1946 года. когда американские гангстеры Лаки Лучано и Мейер Лански провели одну из самых важных встреч для своей американской мафии, в которой также приняли участие Санто Трафиканте-младший, Фрэнк Костелло, Альберт Анастазия, Вито Дженовезе, на которой состоялся концерт Фрэнка Синатры, хотя певец отрицал потом этот факт. Режиссёр Фрэнсис Форд Коппола изобразил эту конференцию в своём фильме «Крёстный отец-2».

Кстати, надо сказать, что создатель и глава Империи североамериканской мафии в Гаване был – РУССКИЙ человек. Да, Мейер Лански, еврей, родившийся в Гродно, на юге бывшей царской России – в то время польской территории – и привезённый родителями в Соединённые Штаты в 1911 году. Позднее он укоротит свою родную фамилию – Майер Суховлянский в Мейер Лански, чтобы она звучала более по-американски.

Среди портретов и музыкальных инструментов различных артистов на столе под стеклянным колпаком был расположен макет отеля. Оказывается, в основании плана отеля лежат два греческих креста. Большинство номеров отеля имеют прекрасный вид на океан, часть номеров смотрят в город. Его шесть этажей имеют по 74 номера и занимают площадь в 5912 кв.м. Восьмой (верхний) этаж включает в себя 66 комнат для гостей и площадь в 4675 кв. м. Декоративные элементы, колонны, облицовки стен выполнены из кораллового известняка. Отель был построен американской инженерной фирмой «Pardy and Henderson».

Осмотрев все внутренние достопримечательности, мы вышли во внутренний сад перед отелем, где располагалась зона отдыха и кафе. Неожиданно мы увидели две старинные огромные длинноствольные пушки производства немецких заводов Круппа, смотрящие своими жерлами в море. Я поначалу подумал, что это пушки с крейсера «Мэн», но ошибся. Сопроводительная надписью гласила, что эти пушки – остатки артиллерийской батареи «Санта-Клара», с 1797 года располагавшейся на этой удобной для стрельбы по вражеским кораблям в море позиции на холме Таганана. Батарею почти всё снесли при строительстве отеля, а часть её с двумя береговыми орудиями, датируемых концом XIX века искусно вписали в сад.

Заказав официанту напитки, лёгкие закуски-тапас и мороженое, мы присели передохнуть в красивые старинные ажурные кресла наслаждаясь прекрасным видом с холма на море. Закурив малую сигару марки «Коиба», которые любил Фидель и потягивая пиво, я прислушался к рассказу гида, остановившегося со своей небольшой группой туристов возле пушек рядом с нами. Оказывается, во время Карибского кризиса в 1962 году в этом саду на месте батареи Санта-Клара были установлены настоящие зенитные орудия для отражения возможного нападения янки с воздуха, а под отелем была построена большая сеть тоннелей, открытая для экскурсий, куда мы сейчас и пойдём. Это они пошли, а мы продолжали сидеть и отдыхать. Дочь опять листала свою книжку изречений классиков.

– Что там теперь интересного?

«Онегину нравился Байрон, поэтому он его повесил над кроватью!»

– Понятно, тогда пойдём дальше гулять по знакомым местам.

Отдохнув и доев мороженое, мы рассчитались и опять войдя во внутренний вестибюль отеля прошли мимо ресепшна, где бойко топталась весёлая кучка китайских туристов и вышли с другой стороны отеля в город. Слева от отеля тянулась длинная и шумная улица № 23 или Ля Рампа (Calle 23 La Rampa). Эта улица нам тоже была давно знакома, где в небольшой гостинице «Del Flores» когда-то была столовая для советских специалистов в Гаване, для посещения которой всем выдавали специальные талоны. Тут же была остановка местных автобусов или карос, наших старых «Камазов» с открытой платформой и ограждением для перевозки людей.

На том же месте с правой стороны улицы был и кинотеатр «Yara», в котором мы никогда не были, но его большое здание с вывеской было прекрасным ориентиром в центре Гаваны, если не считать громады 25-этажного с 572 номерами отеля «Havana Libre» возвышающегося чуть дальше с левой стороны Ля Рампы. Бывшее название отеля «Хилтон» и после революции в нём была резиденция Фиделя Кастро в номерах на 24-м этаже. Здание отеля ещё славится и прекрасной керамической фреской размером 640 кв. м украшающей фасад здания под названием «Carro de la revolucion» работы Альфредо Сосабраво.

Напротив, с правой стороны улицы был небольшой парк и в его центре расположено здание из стекла и бетона, выполненное в стиле постмодернизма – это знаменитая хеладерия «Коппелия» (Coppelia), то есть кафе-мороженое. Вокруг него, по всему парку, множество открытых площадок с коваными столами, за которыми наслаждаются мороженым в жаркий день посетители кафе.

Дочь даже радостно вскрикнула при виде его видимо вспомнила это место из её детства. И как нас тогда организованно возили на автобусах из Сьенфуэгоса, где мы строили атомную станцию АЭС «Хурагуа» в Гавану на экскурсии. При этом часто высаживали именно здесь в этом парке, родители с детьми сразу выстраивались в большие очереди, чтобы получить пластиковые вазочки с разноцветными шариками мороженого и хрустящей вафлей внутри. Ассортимент шариков был тогда невелик – шоколадный, клубничный, ананасовый, банановый, но их главное достоинство – интенсивный нежный сливочный вкус, прекрасно освежающий в жаркую погоду. Ну и говорят, что делается оно только из натуральных продуктов и по рецептам московского мороженого. К вазочке с шариками мороженого полагался всегда бесплатный стакан питьевой воды. Так как мы недавно перекусили, то стоять в очереди не стали за мороженым, а потоптавшись у кафе и поностальгировав побрели дальше томимые воспоминаниями и жарой. Если здесь свернуть налево от отеля Гавана Либре, то можно попасть на улицу Сан-Лазаро, упирающуюся в Университетский городок, расположенный на высоком холме с широкой величественной каменной лестницей, поднимающейся к зданию Университета Гаваны, основанного в 1728 году. Но мы побрели прямо по улице Ля Рампа и через пару кварталов на перекрёстке с улицей «J» набрели на оригинальный памятник Дон-Кихоту в небольшом парке его имени. Мы подошли ближе, чтобы рассмотреть его, даже начали спорить, был он или нет 14 лет назад.

– Был, вот надпись, что он поставлен в 1980 году, просто мы тогда мимо него быстро проезжали, не замечая его в окнах автобуса, а пешком не доходили.

Центральный вход на Мемориал Колон

На коническом постаменте, кажущийся ажурным памятник изображает измождённого, нагого Дон-Кихота, в одной лишь шляпе, покрывающей растрёпанные волосы, поднявшего на дыбы худющего своего коня Росинанта, с вздыбленной гривой и развивающимся хвостом.

– Сервантес наверно сильно бы удивился такой интерпретации своего героя, – пошутил я.

Мемориал Колон

«Раньше боялся, что могут забыть, теперь боюсь, что могут запомнить!»

Пройдя ещё пару кварталов по 23-й улице, мы пришли к фундаментальному забору ограждавшего огромное «сементерио»-кладбище Колон (Necropolis de Cristobal Colon). Мы поначалу не собирались туда идти, хотя ни разу там не были, но много слышали. Но тут у главного входа притормозил автобус и из него вышла большая группа испанских туристов с гидом, который повёл их к кассам, где быстро приобрёл видимо заранее приготовленные билеты и раздал их своим туристам. Жена вдруг захотела пойти и посмотреть тоже, мы уже знали хорошо какие бывают роскошные и красивые мавзолеи и усыпальницы на католических кладбищах. Подойдя к кассам, приобрели входные билеты за 5 кубинских песо и прошли внутрь, тут же крутилась маленькая симпатичная смуглая девочка лет пяти – дочь кассирши, жена вручила ей пару конфет, та довольно улыбнулась и пролепетала:

– Муча грасиас, – а потом долго ходила за нами следом, пока её не позвала назад мать.

Пройдя на территорию кладбища пошли вслед за группой туристов прислушиваясь к пояснениям гида и рассматривали красивые обелиски вокруг. Рядом с центральным входом располагалась главная католическая церковь. А от неё ровными квадратами расходились улицы номерные с 1 по 18, и перпендикулярно им буквенные от А до N. Конечно, сам Христофор Колумб тут никогда не покоился, просто названа эта юдоль скорби и печали его именем, общей площадью 56 га. На кладбище около 2 млн. могил (именно таково сейчас население Гаваны), оно было основано в 1886 году. Проектировал его испанский архитектор Каликсто де Лойра. Главный вход венчает статуя из каррарского мрамора, символизирующая Веру, Надежду и Любовь, созданная в 1904 году.

Кладбище Колон им. Христофора Колумба (Некрополь Колумба), объявлено на Кубе Национальным Памятником и считается одним из важнейших монументальных архитектурных кладбищ в мире. Известно своей впечатляющей религиозной иконографией и сложными мраморными скульптурами, которых на нём насчитывается более 500, в том числе 23-метровый пожарным погибшим при тушении большого пожара 17 мая 1890 года, и два памятника в память бейсболистов – игроков Кубинской лиги, возведённые в 1942 и 1951. С февраля 1898 года по декабрь 1899 на кладбище находились останки американских моряков, погибших при взрыве крейсера Мэн, приведшим к началу Испано-американской войны. Затем они были перезахоронены на Арлингтонском национальном кладбище.

Монумент у часовни Чудотворной Ла Милагросы

Испанская группа туристов шла впереди, и гид громко объявлял о знаменитостях, покоившихся здесь: Сантьяго Альварес – кинорежиссёр, Мануэль Бетанкур-кардинал, Хуберт Бланк – композитор, Хосе Рауль Капабланка – чемпион мира по шахматам (а вот про его русскую жену – гид ничего не сказал!), Хосе Мигель Гомес – президент Кубы, Максимо Гомес – герой гражданской войны (огромный памятник ему стоит на Малеконе перед тоннелем), Харрисон Хейвес – конгрессмен из США, Хосе Лима-поэт, Альберто Корда – фотограф, Мартинес Рубен-революционер, Уильям Александр Морган – кубинский революционер американского происхождения «Команданте Янки» (его авантюрная история жизни описана в книге «Куба-любовь моя»), Армандо Марсано – игрок Главной лиги бейсбола.

В самом сердце кладбища на углу улиц Calle 1 и F, находится самая известная и часто посещаемая часовня – Часовня Амелии Гойре-де-ла-Ос (Capilla de Amelia Goyre de la Hoz), широко известная как Ла Милагроса-Чудотворная (La Milagrosa). Согласно легенде, эта женщина умерла при родах, и её безутешный муж посещал гробницу несколько раз в день, прежде чем войти он всегда стучал одним из металлических колец в пантеоне, и уходя, он возвращался назад, чтобы смотреть на неё как можно дольше. Годы спустя её останки были выкопаны и Амелия была не повреждена, что является признаком святости в соответствии с католической верой, а ребёнок, который был похоронен у ног матери, оказался у неё на руках. В результате Ла Милагроса стала местом духовного поклонения, и тысячи паломников посещают её могилу каждый раз в надежде осуществить свои мечты. Согласно традиции, посетители часовни стучат в кольцо перед входом в пантеон и уходя, возвращаются обратно. Испанская группа дружно выстроилась в очередь, чтобы совершить этот обряд, а мы пошли далее. Ещё одна известная гробница принадлежит Эдуардо Чибасу (Eduardo Chibas), лидеру Православной партии. Чибас был неутомимым борцом с политической коррупцией и совершил самоубийство в знак протеста во время радиопрограммы обращаясь ко всем честным кубинцам поддержать восстание против диктатуры Батисты в 1951 году. Во время его похорон молодой Фидель Кастро заскочил на его могилу и произнёс зажигательную речь осуждающую власть диктатуры.

Закончив обход центральной части и осмотр известных достопримечательностей, указанных в кратком путеводителе, медленно возвращались к главному входу. Жена была под большим впечатлением от печальной истории о Милагросе, а дочь постоянно снимала своим «Кодаком» бесчисленных ангелов и купидонов на многочисленных памятниках. На выходе нам улыбнулась на прощание знакомая смуглая кассирша, а её весёлая дочь получила очередную конфетку.

Тропикана

«Ах, кабаре, кабаре, кабаре.

Этот сон, чарующий и странный…»

Танцовщица у входа в «Тропикану» в 50-х годах 20-го столетия.

На такси вернулись в свой отель «Севилья», чтобы отдохнуть и переодеться, так как вечером нас ждал поход в знаменитое шоу-кабаре «Тропикана», билеты на посещение, которого с ужином и трансфером по 75 куков мы приобрели в отеле ещё утром. Нас при этом предупредили о своеобразном дресс-коде при посещении этого шоу, что нельзя на него приходить в джинсах, майках и кроссовках, чуть ли не «Black tie».

«Для тех, кто в «Тропикане» не бывал, надо сказать, что это было не просто кабаре. О, «Тропикана»! Это было пленительное убежище нашего грешного общества. Вообразите, себе; самые обольстительные мулатки Кубы, самый большой на острове зал для игры в бинго, опьяняющая возможность выиграть 10 000 песо, наироскошнейший ресторан с самыми восхитительными и утончёнными блюдами и наконец, казино с самым впечатляющим игровым оборотом в Гаване! Вот чем была «Тропикана» 50-х годов на Кубе».

Энрике Сирулес

На трансфере вечером из отеля доехали до Calle 72A, где расположено знаменитое кабаре. На входе у нас проверили билеты, выдали программки, сказали, что фото и видео съёмка внутри запрещена, чем очень расстроили дочь и показали наши места. На столе уже стояли бокалы с приветственным шампанским и лёгкие закуски-тапас. Среди гостей шоу рядом толкались наши соотечественники, видимо распорядитель предусмотрительно посадил нас среди русских туристов. Начало шоу было в 22–00 и ещё было достаточно времени, чтобы прогуляться по холлу, саду и полюбоваться статуей девушки-танцовщицы и прочитать программку с описанием истории создания популярного на весь мир кабаре.

Современная танцовщица у входа в «Тропикану»

В 1939 году в столице Кубы на территории пригородной собственности Регино Труффины группа предпринимателей во главе с неким Виктором де Корреа арендует здание «Вилла Мина». Они открывают ночной клуб «Beau SITE» («красивое место»), впоследствии ставший визитной карточкой и одной из самых посещаемых достопримечательностей Кубы. Под таким названием заведение просуществовало около года.

Уже в 1940 году режиссёр и шоу-хореограф кабаре Серхио Орта услышал премьеру песни «Тропикана» в клубе в исполнении Альфредо Брито, композитора и флейтиста. Орта так был пленён и песней, и её исполнением, что предложил Корреа переименовать заведение в «Тропикану». С 1941 года заведение работает под новым названием. Вскоре «Тропикана» превратилось в место веселья и азартных игр для богатых и избранных. В 50-е годы 20-го столетия американцы, отдыхая на Кубе, часто посещали кабаре, а Гавану назвали «Карибским Лас-Вегасом», а главари мафии соревновались друг с другом за право владения этим прибыльным бизнесом.

Заведение поделили на две части. Для музыкальных шоу и спектаклей предназначалась часть здания под названием «Acros de cristal» («стеклянные арки»). Зал с крышей имеет кондиционеры, вмещает 500 гостей. В нём проводятся не только концертные и танцевальные программы, но и модные показы, конгрессы, пресс-конференции. Вторая часть названа была как «Bajo las estrellas» («под звёздами»), что тоже не случайно. Эта зона веселья находится под открытым небом. Здесь проводились представления, вошедшие в историю музыкального мира. Открытая терраса окружена пышным лесом, а вместимость зала составляет тысячу человек.

Ночной клуб занимает огромную территорию, окружённую тропическими деревьями, чем напоминает экзотический ботанический сад. Сцена кабаре помнит выступления звёзд с мировым именем: Бола де Ниэве, Селии Крус, Дамасо Перес Прадо, Тито Пуэнте, Риты Монтанер, Нэта Кинг Коула, Джозефины Бейкер и др.

Джазовые композиторы, певцы, виртуозы музыки в стилях сальса и мамбо, танцовщицы со всего мира делали имя «Тропикане» много лет. И до сих пор они продолжают творить магию танца, музыки и света на подмостках популярнейшего кубинского шоу.

Шоу началось вовремя и на нас обрушилась в полной мере вся эта магия танца, музыки и света. Я раньше был уже здесь один раз на этом шоу, когда ещё работал на Кубе в далёких 90-х, а вот мои дамы нет. Они сидели зачарованные и пытались разглядеть всех проплывающих и пролетающих мимо нас танцовщиц, дочь даже пыталась из-под стола как-то незаметно фотографировать эту феерию без вспышки. Звуки маракасов и румбы менялись мощным тутти барабанов и горнов. Соблазнительные мулатки пересекали навесные мосты, спускались по волшебным лестницам, соскальзывали по перилам, и всё это было в сопровождении дыма, шума, гама, треска, всполохов огня, бликов света и теней на фоне естественных декораций из невероятных по форме пальм и цветов под открытым небом с живописной драпировкой из ковра сверкающих тропических звёзд.

Танцовщица «Тропиканы»

В шоу участвовало 12 певцов, 12 солистов-танцоров и балетная группа из 60 человек, 6 акробатов, оркестр из 38 музыкантов, ансамбль народных музыкантов из 9 человек, хор из 14 певцов.

Этот пылающий костёр страстей и танцев завершился ровно через два часа, я только успел допить свой ром и докурить сигару «Монтекристо», а мои спутницы наконец обратили внимание на блюдо с кусочком лангуста и рисом. Ещё с полчаса мы наслаждались послевкусием деталей шоу и пережёвыванием остатков пищи, но надо было вставать из-за стола, так как уже наступило время обратного трансфера в отель. Мы с трудом нашли на переполненной стоянке свой автомобиль с надписью – отель «Севилья». Усталые, но довольные быстро доехали в свой отель и долго не могли уснуть, обсуждая все перипетии увиденного концерта.

Бары Хемингуэя

«Мой мохито в «Ла Бодегита»,

мой дайкири в «Эль Флоридите!»

Утро. Солнце. День чудесный. На прикроватной тумбочке лежала раскрытая книжка дочери с афоризмами, заглянул в неё:

«Под старость лет его приковало к постели раком».

Однако! Звучит не очень жизнеутверждающе. Хорошее с утра настроение почему-то начало портиться. Спустились на завтрак в ресторан отеля, из окон которого, сквозь обильную листву парковых деревьев-открывался великолепный вид на Президентский дворец и яхту «Гранма», за мутными стёклами. На завтраке сразу привлекли внимание и порадовали бокалы с шампанским, пирамидой установленные на входном столе. Настроение сразу вернулось в прежнюю радостную форму, что мол день, грядущий нам, готовит?

Утро надо начинать с бокала шампанского, даже это полезно, доказали британские учёные. Не всегда правда по утрам оно стоит на вашем столе. А как бы было хорошо для органов внутренней секреции если бы оно стояло каждый день! Когда пьёшь утром шампанское кажется, что кто-то тебе улыбается. Это же здорово, что кто-то тебе улыбается с утра, как например вон та брюнетка за противоположным столом.

– Куда сядем? – спросила жена, прервав мои мысли и мечтания о хорошем.

– Да вот здесь поближе к столику с шампанским.

После завтрака решили прогуляться по городу сами, вспомнить, так сказать, давно забытые места. Также по бульвару Прадо поднялись наверх к Центральному парку и старой гостинице с таким же названием. Постояли и полюбовались роскошной барочной архитектурой отеля «Инглатерра» и стоящего рядом с ним здания Большого театра и далее Капитолия. Следуя указывающему персту Хосе Марти (как шутят кубинцы, он указывает дорогу в знаменитый бар «Флоридита») вышли на улицу Монсеррат и оказались рядом с этим баром. Здание розового цвета сразу бросается в глаза. Казалось, что ноги сами привели меня сюда по старой памяти. Зашли внутрь, утром народа туристического было ещё мало, но бармены в фирменных красных плащах активно открывали бутылки с ромом, священнодействовали за барной стойкой и выдавали «на-гора» подносы, заставленные бокалами с широким верхом, наполненные белой жидкостью со льдом и трубочкой.

– Вау, а это что такое? В наше время этого не было.

Эрнест Хемингуэй с Мэри Уэлш в баре «Эль Флоридита»

В углу зала слева от барной стойки сидел вполне узнаваемый бородатый мужчина средних лет. Это был писатель Эрнест Хемингуэй, не живой конечно, а бронзовый. Сквозь прищуренные глаза светилась лёгкая улыбка и явное приглашение составить ему компанию. Перед ним стоял тоже бронзовый бокал, и бармены наливали туда его любимый коктейль – дайкири. Ну как было отказать мэтру. Желающих выпить с ним было много, пришлось даже отстоять небольшую очередь. Пробившись к нему и заказав дайкири за 6 куков и, прочитал табличку, что эту бронзовую фигуру изваял в полный рост скульптор Хосе Вилья Соберон в 2003 году. Понятно, три года назад значит. Раньше здесь была просто табличка с указанием любимого места писателя в баре, где он постоянно сидел. Полистав меню бара, убедился в том, что там отражены вкусы писателя, в нём фигурируют медальоны из свинины под названием «Папа и Мэри» – это блюдо писатель очень любил. А тарелка с морепродуктами и рыбой здесь и вовсе называется недвусмысленно «Великое блюдо Хемингуэя»! Может ради рекламы?

Однажды в 1932 году зайдя сюда, Хэм попробовал ледяной коктейль дайкири и полюбил это место. Писатель теперь ровно в 10 часов утра каждый день появлялся в дверях бара, садился на одно и то же место и просил сделать ему «тот самый лучший в мире дайкири». Легенда американской литературы всегда просил двойную порцию и по специальному рецепту: ром, грейпфрутовый сок, лимон, лёд и обязательно без сахара. Его рекорд был вечером выпить 13 двойных дайкири и уйти из бара на своих ногах. Его пристрастие к алкоголю здесь уже было не страшной напастью, а маленькой слабостью. Попробуйте «перепить» писателя. Пока это сделать не удалось никому.

Бар открылся впервые в 1817 году под названием «Серебряный ананас», но со временем американские туристы уговорили хозяина переименовать его в «Эль Флориду» (El Florida), но кубинцы прозвали его ласкательно «Эль Флоридита» (El Floridita). С 1917 года бар становится на путь известности, потому что именно в это время сюда устроился на работу каталонский иммигрант Константино Рибалайгуа Верт. Внутренняя обстановка и оформление бара не менялись с 40-х годов прошлого столетия. Всего лишь через 4 года Константино Верт стал владельцем «Флоридиты». С 1930 года в баре стали подавать замороженный коктейль «Дайкири», создание которого приписывают именно Константино. Несмотря на некоторую путаницу с авторством, напиток быстро стал популярным. Тогда же здесь открыли школу бартендеров (кантинерос), в которой обучали барменов приготовлению фруктовых соков и коктейлей на основе кубинского рома.

Выпив со своими спутницами знаменитый коктейль и затем дважды повторив я, как и писатель смог обрести внутреннюю гармонию с самим собой в этом месте и даже хотел здесь остаться подольше и потребовать продолжения банкета у музыкантов, игравших популярные кубинские мелодии у входа. Но мои спутницы жаждали продолжения пешеходных путешествий, и мы пошли дальше. Вдруг у меня в голове возник план. Дело в том, что я знал о другом увлечении великого Хэма, а мои спутницы пока этого не знали.

Выйдя из «Флоридиты» мы сразу свернули на пешеходную улицу Обиспо (Obispo) и через пару кварталов вышли к отелю «Амбос Мундос», в котором жил когда-то Хемингуэй и отсюда он ходил в любимый бар утром и вечером поужинать, где он любил знакомиться с посетителями, слушать и осмысливать их рассказы. Некоторые истории входили потом в его книги, и именно здесь он писал тогда свой знаменитый роман «Старик и море».

«Пиши пьяным – правь трезвым!». Таков был его девиз. Может быть последовать ему? Хорошо, подумаем, когда придёт время писать мемуары.

Далее по улице Обиспо мы дошли до «Casa de Africa». В этом якобы африканском доме XVII века демонстрируется всё, что имеет отношение к жизни различных этнических групп, привезённых на Кубу в качестве рабов. Здесь можно увидеть картины, изображающие жизнь на плантациях, предметы афро-кубинских культов и инструменты пыток. По иронии судьбы музей разместился в здании, где на первом этаже раньше была табачная фабрика, на которой трудились рабы, а на втором этаже жила семья богатого плантатора.

Фасад кафедрального Собора Св. Христофора в Гаване

Тут же в этом квартале расположен Каса де – ла – Обра-Пиа (Casa de la Obra-Pia) – «Дом Благотворительности». Богатый испанский дворянин, живший здесь в XVII веке каждый год, давал пяти сиротам богатое приданое, чтобы они могли либо выйти замуж, либо уйти в монастырь. Это жёлтое здание построенной в 1665 году по праву считается одним из лучших образцов кубинской барочной архитекторы. В настоящее время в доме сохранена обстановка XVII–XIX вв.

С другой стороны этого квартала на улице Lamparilla расположен дом Симона Боливара, соратника и предателя Миранды. Возможно, он хотел занять его место и стать ключевой фигурой в истории Южной Америки борясь, как и Миранда против испанского колониального владычества. Что ему позже и удалось сделать, получив от народов великое звание «Освободитель». Когда-то великий революционер жил в этом доме. Сегодня здесь устроена выставка, рассказывающая о его жизни. Здесь же демонстрируются предметы венесуэльского искусства.

Чуть далее на улице Mercaderes расположен отель «Conde de Villanueva», в тихом дворике этого отеля расположено идеальное место для отдыха от суеты и жары шумных улиц Гаваны. В XVIII веке здесь жили графы де Вильянуэва, поставлявшие в Европу табак и способствующие строительству железных дорог на Кубе. Сейчас в отеле расположен табачный магазин, которых в Гаване немеряно и отличный ресторан для иностранцев, где мы и откушали обеда креольской простой пищей-чёрная фасоль, белый рис, жареная свинина, кому-то морепродукты и холодное пиво марки «Атуэй».

Далее я сделал хитрый финт и повёл своих спутниц быстрым шагом по улице San Ignasio, где через пять кварталов привёл всех к Кафедральному собору Святого Христофора. Барочный фасад этого собора считается национальным достоянием Кубы. Это одно из красивейших зданий Латинской Америки. По обе стороны фасада высятся две башни (западная в два раза уже восточной, потому что их строили разные архитекторы на протяжении 75 лет). С каждой башни открывается прекрасный вид на город, если на них подняться. Мы не поднимались, потому что дамы мои уже устали, да и рядом была конечная точка моего хитрого плана о которой даже не догадывались мои спутницы.

Свернув рядом на улочку Emperado, мы оказались у цели, к которой я стремился, то есть у дверей, перед которыми толкались толпы туристов не менее знаменитого другого любимого бара Хемингуэя под названием «Ла Бодегита дель-Медио» (La Bodeguito del Medio).

Если спросить любого жителя Гаваны: «Какой бар у вас в городе самый весёлый?», вам непременно назовут в числе прочих и это заведение.

Этот небольшой бар обладает уникальной атмосферой, в которую я решил временно вселить себя и своих спутниц. Ловко протолкавшись сквозь толпу туристов у барной стойки на входе, мы зашли во внутренние маленькие залы, где располагались сидячие места со столиками и где можно было спокойно посидеть, заказав себе не менее знаменитый другой коктейль писателя «Мохито». Помните поговорку Хэма, который приходил сюда обедать:

«Мой мохито в «Ла Бодегита», мой дайкири в «Эль Флоридите!»

Стоит мохито здесь 10 куков, что дорого, но, как говорят в Одессе, а что вы хотите в таком месте? В местах, где любил проводить время Эрнест Хемингуэй, цены выше, чем в среднем по Гаване. Тут невольно вспоминается пассаж Джером К. Джерома о том, что в Англии в каждом пабе вас скажут, что именно здесь пила эль королева Елизавета, и, если верить хозяевам баров, может сложиться впечатление, что Её Величество всё своё правление пребывала в барах в состоянии лёгкого алкогольного опьянения,

Стены этого бара были украшены подписями знаменитых и не очень людей, где иногда попадались надписи и на русском языке. Предложив своим спутницам погулять по залам и почитать надписи поспешил заказать себе второй мохито.

Для правильного приготовления коктейля «Mojito» надо взять высокий стакан, смешать в нём половину столовой ложки сахара, сок половины лайма и размятые листья мяты. Добавить в стакан 1,5 унции (43 г) светлого сухого рома, кубики льда и долить содовой воды. Дополнительно украсьте свой стакан листьями мяты и соломинкой, сейчас модны стеклянные. Успев заказать и выпить третий мохито вышел вместе с уставшими бродить по залам среди шумных туристов своими спутницами на улицу и повёл их назад в наш отель «Севилья».

По дороге объяснил дочери, что в принципе Дядя Хэм «водил обезьянку», то есть пьянствовал по треугольнику: утром – выходил из отеля «Амбос Мундос» в бар «Флоридита», где он, так сказать, завтракал легко «смачивал» горло своим любимым коктейлем для дневного рывка. Потом возвращался в отель и «творил». То есть писал книгу «Старик и море». На обед он ходил в «Бодегиту» где обедал и «разминался» мохито, а потом опять возвращался в отель и опять «творил» своё творчество. А на ужин он опять тихо брёл во «Флоридиту» и крепко там сидел в своём углу выпивая по 13 дайкири, правда конечно не каждый вечер, а то так и спиться можно, но печень у него тогда уже заболела. Иногда между пьянками и творчеством он выходил в море на рыбалку, чтобы «затрофеить» очередного марлина. Ещё случались у него тогда и любовные романы, но это уже другая история, о которой мы расскажем позже. Когда же Хэм переселился за город в купленную виллу он всё равно не пропускал ни единого случая, чтобы посетить свои любимые бары. Вот жизнь была какая у него здесь на Кубе – прекрасная!

Выходя из бара, послушали небольшой оркестр, игравший лихие кубинские мелодии, а какой-то местный высокий дедуля периодически выхватывал из толпы симпатичных туристок и пытался научить их начальным приёмам сальсы, на стене рядом с баром висела большая клетка с певчей птицей.

Вернувшись в отель, мы отдыхали в номере, собирались в завтрашнюю дорогу, потом поднялись на крышу отеля, где был бассейн и долго купались в нём рассматривая сверху прекрасные виды Гаваны. Вечером долго я бродил в вестибюле и лобби отеля разглядывая различные фотографии знаменитостей, развешанные в большом количестве на всех стенах.

Варадеро

«Небо надо мной, небо надо мной —

как сомбреро, как сомбреро!

Берег золотой, берег золотой – Варадеро!

Куба-далеко, Куба-недалеко! Куба-рядом!»

Утро. Солнце, через окно, светит прямо в глаз. День чудесный будет наверняка! Зарядка на балконе. Сборы на завтрак. Дочь упаковывала в рюкзак свою книгу, спросил, что там нового, она наугад открыла страницу и прочитала:

«Трактор мчался по полю, слегка попахивая!»

– Понятно. Так, а Онегин-то любил Татьяну? Какой ответ: да, всегда или иногда?

Дочь задумалась, мол затрудняюсь ответить, боюсь ошибиться, вот вернусь домой и перечитаю заново классика.

На пляже отеля «Sol Palmeras» в Варадеро

На завтраке не было почему-то шампанского. Почему? Странно! Даже слегка расстроился. К хорошему привыкаешь быстро. Видимо его не каждый день подают, а по праздникам. Интересно какой вчера был у кубинцев праздник?

После завтрака, забрали вещи из номера, спустились вниз, сдали ключи от своего трёхместного апартамента в ресепшн и получили номер машины-трансфера, который был назначен на 11–00, водитель которой – пожилой кубинец уже топтался рядом. Загрузились в наши «Жигули» 7-й модели и покинули гостеприимный отель. Водитель выехал на параллельную бульвару Прадо улицу Жульетты (Zulueta) и возле монумента Максимо Гомесу нырнул в подземный тоннель под гаванью Гаваны, выехав из которого мы почти сразу оказались уже за городом.

Миновав массивное здание стадиона слева, водитель взял курс на северо-восток в направлении полуострова Икакос, где расположен всемирно известный кубинский курорт Варадеро. Кондиционер, конечно, не работал в машине, но водитель открыл все окна и в принципе было комфортно ехать за 60 куков и «с ветерком». Дорога в общей сложности заняла два с половиной часа по хорошему шоссе вдоль моря с короткой остановкой в городе Матансас. При въезде в Варадеро нас встретил, как и 15 лет назад, когда мы первый раз побывали здесь, большой железобетонный краб, стоящий на своих клешнях слева от дороги и въездное КПП.

Главный курорт на Кубе всегда пользуется огромной популярностью, 19 км побережья полуострова Икакос, «пальцем», вытянутым в море, где размещены главные отели Варадеро, соединены с основной частью острова мостом. Этот мост является своеобразным КПП – контрольно-пропускным пунктом в кубинский «рай» для иностранных туристов. Простым кубинцам пересекать этот мост в «рай» нельзя. Все кубинцы, которых вы встретите в Варадеро, работают в туристическом бизнесе по обслуживанию иностранных туристов. Здесь абсолютно безопасно, комфортно и очень красиво. Честно говоря, откровенно жаль некоторых туристов, которые отдохнув пару недель здесь толком настоящей Кубы и не увидят. Многочисленные роскошные отели одинаковы практически на всех модных курортах мира.

Развитие полуострова началось в начале ХХ века, когда несколько семей из близлежащего города Карденаса построили здесь летние резиденции. Варадеро продолжает бурно развиваться и сегодня. Многочисленные иностранные компании с радостью вкладывают большие средства в совместные предприятия. Сегодня здесь насчитывается 30 тыс. гостиничных номеров и этим возможности полуострова не исчерпываются. Варадеро – отличное место для семейного пляжного отдыха. Ого, даю рекламу!

Сюда приезжают, чтобы поплавать, позагорать, позаниматься водными видами спорта, а вовсе не для знакомства с достопримечательностями. Впрочем, для тех, кто хочет получить какое-то представление о настоящей Кубе организовываются в отелях многочисленные экскурсии. Полуостров представляет собой нескончаемую цепь отелей, магазинов, кинотеатров, спортивных центров и ночных клубов. Здесь можно покататься на велосипедах, чтобы познакомиться с окрестностями, но особых исторических и архитектурных достопримечательностей здесь нет, если не считать знаменитую «Villa Xanadu» или «Дом Дюпона». Южная часть Варадеро возле одноимённого городка считается менее респектабельной. Самые роскошные международные отели расположены в северной части полуострова, рада там и комаров больше, и оттуда в городок и бар «Beatles», где часто по вечерам играют рок-группы, придётся ехать на такси. Там же, в бело-голубом шале постройки начала ХХ века. расположен Муниципальный музей, рассказывающий о истории Варадеро. Любители природы могут посетить Национальный заповедник Пунта Икакос и парк Хосон, славящийся своим живописным озером с фламинго.

Тихо шурша шинами колёс, водитель притормозил у главного корпуса отеля «Соль Палмерас», расположенного в середине полуострова и помог выгрузить нам вещи из багажника. Отельный Белл-бой быстро отвёз их на своей сверкающей медью тележке к ресепшну и пригласил нас туда.

Отель «Соль Палмерас» (Sol Palmeras 4*)

«Только мены вы сегодня совсем не замучьте.

Оставьте немного на завтра!»

Когда мы ещё в Москве выбирали приличный отель в Варадеро, и планировали своё долгожданное путешествие на Кубу, то долго перебирали различные варианты отелей, читали отзывы туристов в Интернете и «купились» на следующую рекламу именно этого отеля:

«Приготовьтесь насладиться самым весёлым отдыхом в этом гостеприимном отеле с обслуживанием по системе «всё включено». Отель расположен рядом с пляжем и предлагает комфортабельные номера в главном здании и нескольких бунгало. Он окружён большими бассейнами с красивыми тропическими садами и предлагает невероятную развлекательную программу для отдыхающих семей, а также возможности для романтических поездок, свадеб и церемоний обновления клятв. Каких клятв, не понятно? Свадебных обещаний, типа жить вместе долго и счастливо и умереть в один день?

В курортном комплексе имеется несколько ресторанов, баров и кафетериев, в которых подают блюда кубинской и международной кухни. Для гостей отеля предусмотрены специальные преимущества в находящемся рядом гольф-клубе «Варадеро», а также помещения для проведения мероприятия, возможности для занятий водными идами спорта и вечерние шоу-программы. В отеле действуют правила, запрещающие курение, и он идеально подходит для отдыха на чудесных пляжах Кубы».

А где мне курить сигары?

Морально мы были готовы ко всему так как уже имели опыт проживания на Кубе, пусть и 15 лет назад, но гостеприимство, общение и общий «пофигизм» кубинцев нам был уже давно известен. Поэтому если бы не было унитаза в туалете номера мы бы особо не удивились.

Бунгало на берегу отеля «Соль Палмерас»

При заселении возможно, выручило моё желание общаться на испанском, так как кубинцам очень нравится, когда иностранцы стараются говорить на их родном языке, пусть и с ошибками. Поэтому мы быстро получили по уже ранее оплаченным ваучерам ключи от номера в главном корпусе. Весёлая кубинка на ресепшне Камилла пожелала нам хорошего отдыха и подмигнула мне, мол давайте уже – начинайте наслаждаться. Vamos a la Playa acer amor!

Носильщик поднял наши вещи на четвёртый этаж, помог открыть номер № 4056 пластиковой картой, показал, как включать телевизор и кондиционер и многозначительно застыл у входа, протянув руку в ожидании tips-чаевых. Жена терпеть не могла таких условностей, но я успел сунуть ему в руку какую-то мелочь, как позже оказалось российскую, но он её взял и исчез.

Мы разобрали лебедей, скрученных из полотенец на кроватях, разложили вещи, приняли душ, нашли функционирующий унитаз, осмотрели мини-бар, сейф и кофеварку с чайником, переоделись и пошли озирать окрестности. Между корпусами отеля был расположен внутренний бассейн, где весело плескались дети и великовозрастные молодые балбесы различных национальностей, звучала часто и русская речь. Отель был на первой линии у лазурного моря, что порадовало, и мы вышли на пляж, где я не преминул возможностью сразу искупаться, что опробовать в первый раз море. Мои дамы гулять вышли без купальников, поэтому пока я резвился в море, они сидели на топчане в тени пальм рассматривая пляжные навесы на деревянных грибках, как обычно из пожухлых пальмовых веток и листьев, спасательную вышку с флагштоком, прибрежное кафе и бар-разливочную с бесплатной раздачей пива и рома по той самой турецкой системе «all inclusive».

Пройдя по пляжу вдоль линий бунгало вышли к ресторану «La Panchita» и далее к соседнему большому и некогда самому популярному отелю «Melia Varadero». Там встретили знакомого попугая в клетке в центре холла, с которым фотографировались лет 14 назад, когда этот отель только открылся и был супермодным. Интересно, как долго живут попугаи? Британские учёные доказали, что разные виды живут подолгу, но минимум лет 20–25. Значит это был тот самый попугай! Он даже радостно каркнул при виде нас, наверно вспомнил, как тогда маленькая дочь пыталась дёрнуть его за хвост.

Чуть дальше по берегу моря располагался отель «Melia Las Americas” и торговый центр «Plaza America», от которого вернулись в свой отель на голубом мини-паровозике, который постоянно передвигается по этому маршруту развозя туристов вдоль линии отелей.

В принципе окрестности отеля нам понравились, сходив на ужин, который тоже оказался вполне приемлемым, мы успокоились и настроились на хороший отдых. На вечернее шоу, которые здесь проходили каждый день мы не пошли, а обнаружив среди телевизионных программ наличие российских каналов посидели у телевизора и проверили как идут дела на родине, а затем стали укладываться спать на новом месте.

Но успокоились мы видимо рано! Дело в том, что для дочери была предусмотрена третья кровать в 2-х местном нашем номере 321, но это оказалась не кровать, а простая раскладушка, которая была продавлена и ужасно скрипела при каждом движении. Кроме этого, в жаркую тропическую ночь хотелось охладиться кондиционером, но он ужасно гремел и дул в одну сторону, а именно на кровать дочери, причём регуляторы у него не работали.

Выключишь – жарко и душно, мокрые простыни. Включишь – холодно быстро становится так, что коклюш можно подхватить или кашель с бронхитом. В конце концов – дочь не выдержала и ушла спать в ВАННУ! Да, не смейтесь именно в ванну. Хорошо, что она там была большая. Захочешь спать – не так свернёшься! Разместила там удобно матрас и простыни с подушкой и легла, там ей даже было прохладно и удобно в маленькой туалетной комнате с окошком, в которое заглядывал Млечный путь. Нам с женой было плохо, потому что в туалет ночью не сходишь! А ближе к утру из внутреннего двора, куда выходили наши окна начали раздаваться звуки разгружаемых машин, видимо с продуктами, крики и громкие переговоры сонного персонала. Это была ужасная ночь!

Поэтому, даже не почистив зубы, и не позавтракав, мною утром с большими искренними претензиями был атакован ресепшн с весёлой администраторшей Камиллой.

– Ке проблема, амиго? Но преокупе. Кьерес бунгало серка плайя? Асефальто пагар сьен-100 кук и я. (Какие проблемы, дружище? Не рви нэрвы. Хочешь переселиться в отдельное бунгало на берегу возле пляжа? Доплати всего 100 куков и будь счастлив) – радостно погасила она одной фразой все мои проблемы и возмущения, которые могли дополнительно сорваться с языка.

Доплатил и получил ключи от бунгало № 406, в который на автотележке помог мне отвезти наши вещи, впопыхах собранные в покидаемом ненавистном номере, дежурный Белл-бой. Двухэтажное бунгало нам сразу понравилось, в нём можно было даже спать на первом этаже, где была гостиная комната с диванами, креслами и кухней, а на втором этаже были сразу три спальни, так что каждому было где расположиться, не считая удобной веранды на входе, на которой было удобно курить вечерние сигары. Единственный может быть недостаток, что это бунгало было расположено почти в конце всего ряда подобных построек, и нам было ближе дойти до соседнего отеля «Мелиа Варадеро» с почти родным попугаем, чем до собственного главного корпуса с рестораном. Мы позже даже иногда выходили к этому отелю и на голубом паровозике ехали на ужин в свой. А может это обстоятельство было и достоинством – прогуляться вдоль берега можно не спеша, хотя с поздних танцев и дискотек дочь ворчала, что далеко возвращаться.

Ну вот быт наконец наладили, и мы начали осваивать пляж. Пляж – как пляж. Что мы пляжей разных не видели? А кубинские, да ещё в Варадеро они почти все идеальные. За рядом наших отельных бунгало тянулась тонкая полоса стройных пальм и мангровых кустарников и сразу начиналась пляжная полоса с исключительно белым мелким песком. Нам надо было только пройти в охраняемую зону нашего пляжа, где как говорится кипела пляжная жизнь. А если выйти сразу на пляж напротив нашего бунгало, то там был ровный берег без навесов и топчанов, зато можно было посидеть на песке в гордом одиночестве мечтая о чём-нибудь хорошем, когда приспичит конечно, и, если не потревожит проходящий от отеля к отелю торговец местными сувенирами.

Располагались мы обычно на трёх сдвинутых топчанах под грибками – навесами укрытых пальмовыми ветками, конечно, недалеко от бара-разливочной с ромом и пивом-сербесой. В тропиках на жаре надо много пить жидкостей и желательно безалкогольных! Рядом с баром небольшое пляжное кафе располагалось, где на обед давали лёгкие закуски из морепродуктов и жареной рыбы. Можно было даже на обед в общий ресторан главного корпуса не ходить, а перекусывать на пляже, что я часто и делал, хотя мои спутницы постоянно ходили переодеваться в бунгало потом торжественно идти на общую комиду – кормёжку.

Голубой паровозик с вагончиками для перевозок туристов между отелями

Также часто я плавал по долгу в море с ластами и маской, ружья подводного своего в эту поездку не стал брать, как знал, что живности морской в пляжной зоне будет попадаться мало.

Как правило на второй-третий день на пляже все соседи тебе уже знакомы или по крайней мере они уже примелькались как-то.

– А знаете ли, что в Гренландии нет ни одного зелёного поля, поэтому её не берут в ФИФА.

– А в футбол-то там играют?

– Наверно, по снегу бегают, как и мы зимой.

Это общались между собой русские пацаны, постоянно игравшие на пляже в футбол недалеко от волейбольной площадки под руководством спортивного аниматора Хулио. На второй день они стали располагаться для отдыха от футбола и общения в непосредственной близости от нашего лежбища. Жена сделала вывод, что их внимание привлекает наша дочь.

– Надеюсь, что не ты, дорогая. Дорогая сделала вид, что обиделась.

– Ты обиделась?

– Нет.

– Сильно?

– Да.

Дочь в таких случаях, стараясь избежать излишнего внимания пацанов обычно сразу или уходила в море, или утыкалась в свою книжицу с изречениями.

– Что там нового?

«Чацкий вышел через задний проход и подпёр дверь палкой!»

В это время засвистели своими свистульками девушки-аниматоры и стали приглашать всех пляжных дам заниматься аэробикой. Дочь с женой пошли к ним, а я через некоторое время посетил бар-разливочную, где поинтересовался у смуглого молодого бармена Хосе, как у него обстоят дела с наличием присутствия различного рома и готов ли он мне его налить с дополнительной парой коктейлей «Куба либре»?

– Всегда готов! – ответил он мне по-русски.

– Молодец, смотри буду приходить и беспокоить тебя часто.

– Там бьень, также – «Всегда готов», – повторил он как наш советский пионер.

После ужина остались в большом зале на представление местных аниматоров, но оно было с каким-то явно выраженным сексуальным уклоном. А так как мои дамы плохо понимали такие шутки на испанском, что сразу предпочли уйти в своё бунгало № 406 стуча каблуками по тротуарным плитам дорожки вдоль линии бунгало.

Дом Дюпона

«Тщеславие – это любимый из грехов!»

На следующий день в связи с тем, что вчера сильно обгорели на солнце, решили себя любимых поберечь и после завтрака просто прогуляться по берегу. Вышли опять к соседнему отелю «Мелиа Варадеро», побродили по его берегу моря с карстовыми пещерами, в которые можно было заглядывать сверху через специально проделанные и ограждённые колодцы и видеть внизу плещущиеся волны. Дочь посидела в красивой белой беседке, видимо сделанной для свадебных церемоний и принимая затем разные красивые позы потребовала себя сфотографировать, причём на старый фотоаппарат Полароид, из которого сразу выползают готовые цветные снимки. Этот аппарат мы приобрели 14 лет назад, когда ещё работали на Кубе и дочь хотела купить к нему дополнительный запас картриджей с моментальной фотобумагой, которые в настоящее время были в дефиците.

Осмотрели большой бассейн отеля и маленький его пляж, да хоть отель этот и 5*, а вот пляжная зона у него никудышная. Вдали метрах в 300-х за пляжем на горе виднелась роскошная вилла, это был знаменитый Дом Дюпона. Решили пойти к нему пешком по берегу, а не вокруг по объездной дороге от торгового центра. Спустились на пляж, сняли обувь и босиком побрели по песку мимо редких туристов под навесами, так как весь народ этого отеля в основном тусовался у большого бассейна. Прошли короткий пляж, обулись и поднялись на гору к роскошному зданию. Ранее мы уже бывали здесь и не раз, поэтому для тех, кто не знает ничего о Доме Дюпона рассказываем:

«Жил да был когда-то французский фабрикант Ирене Дюпон де Немур, был он по образованию химиком и в Первую мировую войну нажил он себе огромное состояние на торговле динамитом. Став капиталистом, он перебрался в Америку и там продолжал заниматься бизнесом торгую зажигалками, авторучками и, пардон, нейлоновыми чулками. В 1926 году, как и вся североамериканская мафия он тоже обратил свой взор на солнечную Кубу и начал скупать свободные участки земли на полуострове Икакос к северу от городка Варадеро. Платя по четыре сентаво за квадратный метр территории, он вскоре скупил почти весь полуостров. На полученных 180 акрах земли были девственные нетронутые прекрасные морские пляжи протяжённостью 8 км. Начав строить дачную инфраструктуру, он, конечно, потом продавал участки гораздо дороже – по 120 песо! Умный и тщеславный был этот миллионер.

Старый фотоаппарат «Полароид» с моментальными снимками.

Ну вот, и была у этого капиталиста дочь-красавица, вернее у него было четыре дочери, но речь шла о красавице и как положено красавицам приходит время, что они выходят замуж. Кроме того, что Дюпон закатил пир на весь мир, он тайком построил роскошную Виллу под названием Ксанаду (Villa Xanadu) в Варадеро на берегу Атлантического океана и подарил её в качестве свадебного подарка молодожёнам. Но счастливая пара прожила в этом гнёздышке даже не весь медовый месяц, а всего лишь пару недель, как грянула Великая Кубинская революция 1959 года и красивую дачу национализировали. Молодожёны с гостями и родителями улетели с Кубы на последнем самолёте в новогоднюю ночь. Вот такая печальная история!»

Дополнительно надо заметить, что Вилла Дюпона стала тогда первым городским особняком курорта, до этого там жили как на наших дачах в определённый период времени года. название особняка «Ксанаду» он взял по имени изумительного дворца из «Кубла Хана» С. Тэйлора. По тем временам ничего столь шикарного и современного в здешних метах не было.

Архитекторами виллы стали Коварракос и Говантес, и при строительстве виллы Дюпона они применяли самые новые материалы и технологии. Например, в цемент каменщиками примешивалось козье молоко, чтобы придать ему особо мягкий блеск. Здесь было 11 спален с собственными ваннами, три просторные террасы, семь балконов, гараж на 7 авто и собственная пристань. При четырёх этажах были даже старинные лифты. Дюпон поставил в доме самый большой частный орган во всей Латинской Америке, что вылилось ему в 111 тыс. долларов США. Механизм располагался в подвале, и орган мог играть как автоматически, так и с помощью человека. Благодаря особой системе труб звуки органа были слышны на террасе и в холле, но не тревожили гостей в спальнях. Также в доме была телефонная связь.

На внутреннюю отделку американец тоже не поскупился: дорогое красное дерево для потолков, лестничных перил и колонн везли из Сантьяго-де-Куба, а ванные были облицованы ценным итальянским и испанским мрамором. В винном погребе Дюпон собрал отменную коллекцию вин, а близ виллы устроил поле для гольфа. Когда все работы были завершены, общая сумма вложений в особняк составила 1,3 млн. долларов США, а для его обслуживания понадобился штат из 76 человек. Сады вокруг виллы были засажены кокосовыми пальмами, авокадо и папайями, а для создания экзотической атмосферы сюда специально завозили разноцветных какаду.

После революции здесь открыли сначала школу, а потом знаменитый и по сей день ресторан «Лас Америкас». Здесь любили играть в гольф в местном гольф-клубе с полем на 18 лунок и пить ром покуривая сигары Че Гевара и Фидель Кастро.

Почётным гостем на открытии ресторана «Лас Америкас» в 1963 году стала Валентина Терешкова, гостившая на Кубе с официальным визитом, и в тот же день, как ни странно, в США умер 85-летний Дюпон.

Мы вышли к главному входу Виллы, как внимание жены привлекли уроки гольфа, которые на поле рядом давали инструктора гольф-клуба юным спортсменам. Она осталась на поле, махнув рукой, мол я там внутри уже была, а мы с дочерью зашли в знакомую красивую дубовую дверь.

Никто нас там не остановил и не потребовал купить входные билеты для свободного осмотра здания за 3 кука. Видимо нам повезло или сегодня был для свободных посещений. Мы осмотрели зал пустого ресторана на 1м этаже и небольшую библиотеку, старинные фолианты которой мне запомнились ещё с первого визита сюда 15 лет назад. Все стены были украшены старыми картинами хороших мастеров в богатых рамах. Погуляв по первому этажу на лифте с правой стороны, здания поднялись на третий этаж, где находился панорамный бар с прекрасным обзором бушующих волн океана в окна с обрамлением колоннами из чёрного дерева.

Зашли и осмотрелись в большом зале бара. Несмотря на вроде бы раннее предобеденное время бар работал. Какая приятная неожиданность! Ну а как же у колодца и воды-то не напиться? За Дом Дюпона! Надо обязательно, и мы заказали бокал дорогого и редкого рома «Матусалем» для автора и дочери его коктейль дайкири, затем удобно расположились в высоких креслах у открытого окна. Закурив короткую сигару «Коиба» под ром в тёплом бокале и общаясь с дочерью, я смотрел на штормящие волны внизу.

Вдруг неожиданно раздался звук саксофона. Оказывается, и лабухи, то есть музыканты местные были на месте или просто решили порепетировать в дневное время. Высокий худощавый пожилой саксофонист страстно впился губами в мундштук своего инструмента и выводил томную мелодию Синатры «It’s a wonderful day», при этом он оставил на эстраде аккомпанирующего ему тихо ударника и подошёл к нам. Наклонившись над дочерью всем свои видом, он показывал, что играет только для неё и кивком головы пригласил её на танцевальный пол в центре зала. Моя скромная дочь, не привыкшая к такому вниманию, зарделась, покрывшись красным здоровым румянцем и умоляюще уставилась на меня, мол что делать? А что делать, плясать надо.

– Ну иди и потанцуй, не отказывай себе ни в чём, ты на отдыхе.

Она отвернулась к окну и крепко схватила трубочку коктейля выпив его почти одним глотком вместе с кусочками льда. Музыкант не терялся. Видимо и не таких сударынь он раскалывал, и заиграл другую знаменитую мелодию «Бесаме, бесаме мучо». Вот под эту мелодию дочь не выдержала и вышла на танцпол перед эстрадой в углу зала и потопталась там в одиночестве размахивая подолом широкой белой юбки, а вернувшись потребовала, чтобы я оплатил услуги музыканта. Само собой разумеется, сунув, как положено в трубу саксофона купюру в 5 куков мы допили свои напитки и покинули гостеприимный бар.

Дом Дюпона или «Villa Xanadu», далее по берегу отель «Мелиа Варадеро»

В винные погреба подвала дома Дюпона решили не спускаться, вспомнив, что там очень прохладно, вышли из здания. Жена на поле осваивала клюшку для гольфа лихо размахивая ей под команды тренера гольф-клуба, которому сейчас принадлежит Дом Дюпона.

После обеда сходили на пляж и искупались. Ни дня без моря на море-океане! Рядом с нашими топчанами сразу засуетились вчерашние пацаны-футболисты, деланно громко что-то обсуждая и бросая взгляды на дочь. Заводилой у них был видимо шустрый блондин Олег. Мы прислушались к их разговорам, явно направленным в нашу сторону.

– Летом мы с пацанами обычно ходили в походы с ночёвкой, и с собой брали только самое необходимое: палатку, картошку и Марью Ивановну.

– А мне вот моя девушка как-то сказала, что хочет, чтобы я стал плохим парнем. Чтобы это значило?

Дочь в чёрных очках на пол-лица перестала читать свою книгу и навострила уши, но продолжения этой темы не последовало, и она решила освежиться в море, в котором чуть не утонула лет 15 назад, когда её подхватило продольное прибрежное течение (см. книгу «Куба-любовь моя»).

– Я вам ещё покажу, – вдруг завопил Олег, за долбав друзей своими детскими фото из телефона, он вырвался из общего круга компании и побежал по песку высоко поднимая ноги в море вслед за дочерью.

Увидев, что я закурил сигару ко мне подошёл флегматичный здоровяк-спасатель весь день, сидевший на своей вышке под зонтом, сообщил мне, что его зовут Карлос и сходу предложил мне купить коробки «левых» сигар любой фирмы. Ответил ему, что нас предупреждали не брать сигар с рук, так как там вместо прекрасного кубинского табачного листа может быть накручена сладкая банановая шкурка. Карлос возмутился очень и оглядываясь по сторонам тихо на ухо мне сообщил, что это его родственники таскают прямо с фабрик. Причём сразу со всех, подумал я.

– Эсперате, деспуэс, – подожди, потом мол перед отъездом куплю.

После ужина зайдя на ресепшн спросил у администратора Камиллы, как мне взять на пару дней машину на прокат?

– А донде бас и порке? Далеко поедешь и зачем?

– Кинсе аньос антес сой мучо трабахо ен ла СЕН и асефальто бускар ме ихос, – 15 лет назад я работал на атомной станции в Сьенфуэгосе и мне надо поехать туда поискать своих детей.

Камилла весело захохотала на весь зал и громко поделилась такой новостью со своими товарками. Сняв копию с моих водительских прав, сказала, что завтра утром будет для меня самая лучшая макина – машина на всём полуострове.

Автопробег

«Ударим автопробегом по бездорожью и разгильдяйству!»

Всем доброе утро, а у кого не доброе, то удобряйте!

После завтрак на ресепшне Камилла, мило улыбаясь выдала мне ключи от машины, взяла плату за три дня аренды по 50 куков в день, выдала справку о проживании для выезжающих за пределы Варадеро и сказала, что бензобак полный. А машина вон стоит на парковке за отелем у маленького арендного офиса, при этом смеясь полюбопытствовала много ли детей своих собираюсь найти в Сьенфуэгосе.

– Мучо. Много. Сколько найду-все мои, – отшутился от неё.

– Даже если будут чёрненькие, – ехидно уточнила Камилла.

Махнув ей рукой, пошёл собирать вещи в небольшое путешествие, которое планировали совершить уже давно, ещё в Москве мечтая посетить те места, где жили и работали 15 лет назад.

Машина оказалась марки «Фольксваген-Гольф» белого цвета с механической коробкой передач и красными номерами для иностранцев Т13313. Номер почему-то жене не понравился, мол как ехать в дальнюю дорогу с такими номерами, а дочь попыталась немного поводить машину, усевшись за руль. Так как дома она ездит на своей «Хонде» с автоматом, то естественно на «механике» не смогла переключить скорости нормально. Услышав ужасный скрежет в коробке передач, быстро согнал дилетантку с водительского места. Загрузив вещи в багажник, получив дорожные документы на машину в офисе, расселись в машине – дочь с видеокамерой рядом со мной спереди, а жена разглядывала окрестности с заднего места.

«Командовать парадом буду я!»

Выехав с парковки на центральную дорогу на полуострове «Autopista Sur”, быстро доехали до городка Варадеро и КПП на мосту. Никто нас там не проверял, охранники, увидев красные номера на машине сразу потеряли к нам какой-либо интерес. Проехав по дороге «Via Rapida” городок Карденас, мы взяли курс строго на юг по дороге «Carretera Cardenas Coliseo”, вспоминая как ездили здесь раньше когда-то на моей служебной «Ниве». За прошедшее время ничего здесь не изменилось. Время не властно над Кубой!

Дорог как не было, так и нет! Сплошное бездорожье! Были только одни направления. Вернее, дороги были, но плохие и без указателей. В городках ещё имелось на центральных дорогах асфальтовые покрытия, а в провинции Матансас в основном галечные шоссе. Приходилось ехать и иногда по дороге останавливаясь в городках Лимонар и Ховельянос спрашивая нужное направление или ехать по памяти и наитию. Городок Pedro Betancourt мне был до боли знаком, когда-то я в нём долго петлял полвечера пытаясь в темноте без фонарей на улицах выбраться на южное шоссе.

Потихоньку доехали до центральной автотрассы Аутописта Насьонал, роскошной и широкой двухсторонней дороге, пронизывающей всю Кубу от Пинар дель Рио на западе до Сантьяго-де-Куба на востоке. На неё ещё когда-то военные кубинские самолёты садились для тренировки, сам видел, врать не буду. Но проехаться по ней нам пришлось недолго. До поворота на юг в направлении на Хагуэй Гранде и Гуама, короче на полуостров Сапата. Встречный ветерок дул в открытые окна машины, играла музыка, дочь периодически снимала на камеру пролетающие мимо окрестности, а жена периодически спала на заднем сиденье. Красота!

Карта-схема автопробега по кубинским дорогам

Как пишется в путеводителе, взятом в арендном офисе отеля, «в этом районе Кубы туристов ждут самые разные развлечения, что выгодно отличает полуостров от других туристических центров. Главные достопримечательности здесь – это природный парк, отличные места для занятия водными видами спорта и ныряния с аквалангом, по-моему, на Кубе везде есть эти отличные места для ныряния, хоть на бесконечных пляжах севера на Атлантическом береге, хоть на коралловых рифах Карибского моря на юге.

Отдельно в путеводителе упомянули залив Кочинос-Свиней – место, где когда-то пытались высадиться оппозиционные борцы с режимом Фиделя Кастро. Полуостров Сапата считается самым малонаселённым районом Кубы. большую его часть занимают болота и леса. Однако на этих болотах раскинулся самый интересный природный заповедник Карибского бассейна. Сюда как магнитом тянет любителей природы».

Посмотрел в зеркало заднего вида, что-то и спереди, и сзади не было видно этих любителей природы, даже вообще никаких не любителей не врагов, мы ехали по шоссе в гордом одиночестве. Кстати, с преступностью на Кубе всё благополучно, так как ее практически нет, особенно в провинции, а полиция везде работает хорошо.

Дочь продолжала читать путеводитель о том, что район вокруг лагуны Тесоро объявлен национальным парком Монтемар (Grande Parque Nacional de Montemar). Это крупнейшая экосистема острова. Здесь можно прогуляться по девственному лесу, продолжала вслух вещать дочь, полюбоваться пышной тропической растительностью, манграми, болотными растениями и птицами с разноцветными плюмажами. На этом слове дочь задумалась, затем продолжила, что здесь нечего опасаться даже самым боязливым туристам: на Кубе нет ядовитых змей и хищных животных. Ну вот не преступников, не гадов всяких!

– А что крокодил, разве не хищное животное, – вдруг проснулась на заднем сиденье жена.

Мы как раз приехали в местечко La Boka, недалеко от городка Гуама, заставленное туристическими автобусами. Здесь располагалась индейская деревня Вилья Гуама, по улочке которой бродили смуглые кубинцы в набедренных повязках с перьями в голове и копьями в руках, они видимо изображали вождя племени Таино, некогда населявших Кубу по имени Атуэй, сожжённого испанцами на костре. Рядом с индейской деревушкой, где хижины стояли на сваях, а индейцы плавали на каноэ находилась крокодиловая ферма с кафе, где даже кормят крокодиловыми шашлыками.

Решили остановиться здесь и перекусить крокодилом, когда ещё случится такая возможность? Для этого купили входные билеты на крокодиловую ферму, где сначала походили среди толп восхищающихся и восторгающихся туристов между ограждённых частоколом зон естественного обитания крокодилов, то есть в болотах. Дочь не устояла перед желанием и выстояла небольшую очередь для фотографирования с маленьким крокодильчиком с перевязанной пастью, чтобы невзначай не цапнул красивых туристок, которого смуглый дрессировщик быстро накидывал на шею или вручал в руки всем желающим сделать эффектное фото.

На крокодиловой ферме в местечке Ла Бока

После этого нас запустили в кафе и вручили подносы с тарелками жареного крокодилового мяса, мягкими свежими булочками и холодной колой. Ну вот сбылась мечта идиота – съел крокодила, ничего особенного оказалось, на вкус похож на курицу. Или может повара вместо крокодила на кухне куриц резали и быстро жарили? Да нет, зачем, ведь крокодилов на Кубе много, а кур, наоборот мало. На столиках в кафе лежали листки с информацией о том, что эта крокодиловая ферма была основана в 1962 году, она самая крупнейшая на острове и то, что благодаря усилиям местных учёных удалось сохранить 16 видов этих рептилий, которым угрожало полнейшее уничтожение. Вот как, оказывается предки всех крокодилов могли съесть!

Плайя Хирон

«Жалкие эпигоны великих предков!»

Перекусили крокодилом, передохнули и опять Командор автопробега дал команду экипажу Фольксвагена, Антилопы Гну или «Ласточки» – Вперёд! Как машину назовёшь – так она и поедет!

А впереди нас ждал Залив Свиней! Как говорится свинью подложили по дороге незаметно.

Залив Свиней (Bahia de Cochinos) – это большой залив со множеством пляжей и живописных уголков. Главные достопримечательности – Плайя Ларга, Калета-де-Росарио и пещера Куэва-де-лос-Песос. Туристы приезжают сюда для того, чтобы увидеть место неудачного вторжения контрреволюционеров, а также поплавать с маской или аквалангом.

Те из читателей, кто не скроет своего искушения и найдёт другую книгу автора «Куба-любовь моя» смогут в полной мере ознакомиться с описанием этих мест, историей Кубы в целом и историей вторжения противников Фиделя в частности. Даже и о том, как советских специалистов, строящих атомную станцию «Хурагуа» неподалёку отсюда, возили сюда семьями по выходным дням на экскурсии и пляжный отдых в Плайя Ларга.

Выехав с крокодиловой фермы в городке Palpite миновали правый поворот на знаменитый на юге пляж Playa Larga и повернули налево в сторону города Sopliliar, где наконец увидели мутные воды Залива Свиней и конечно же Карибского моря. Ну вот – дорога от Атлантики до Карибского берега Кубы с короткой остановкой на ферме составила для нашей «Антилопы-Гну» всего три часа. Теперь мы ехали вдоль залива посматривая направо на его коралловые рифы, которые здесь подходят близко к берегу иногда сливаясь с ним. На дороге здесь даже появились указатели на Плайя Хирон.

Исторической место! Когда-то местную деревушку назвали в честь печально известного пирата Жилберто Хирона обитавшего в этих местах.

«Зеркало терпения» («Espejo de paciencia») – это эпическая поэма на испанском языке, написанная в 1608 году Канарским поэтом Сильвестром де Бальбоа, считается первым литературным произведением, написанным на Кубе. Впервые оно было напечатано в 1838 году в журнале «El Plantel» после того, как писатель Хосе Антонио Эчеваррия нашёл его между полками библиотеки «Общества друзей страны». В поэме описаны реальные события, когда в 1604 году в порту Мансанильо провинции Гранма, что на юге острова, епископ Кубы дон Хуан де Лас Кабесас Альтамирано, совершавший паломническое путешествие на ферму в Яре был похищен французским пиратом Жильберто Хироном. Известный пират намеревался получить огромный выкуп за своего знатного пленника. Но не тут-то было! Собралось огромное народное ополчение в городе Баямо (о нём поётся в кубинском гимне, но по другой причине) для боя с корсарами. В этом бою чёрный раб по имени Голомон в сабельной абордажной схватке побеждает Жильберо Хирона и отрубает ему голову. Епископа спасают, народ празднует и ликует, спеша на мессу, а раба освобождают. Ура! Всем выдают рома и сербесы.

В Музее военной техники Плайя-Хирон

Ну вот и приехали в Плайя Хирон, где тоже решили сделать остановку и вспомнить старые места, где я когда-то познакомился и подружился с канадским миллионером-пенсионером Майком Гого. Спидометр на машине показал 161 км от Варадеро, а стрелка указателя топливо только чуть качнулась влево, это порадовало. Экономный, однако этот Фольксваген оказался – на самом деле народный автомобиль и не только для немцев.

Прошли сразу на пляж, заполненный туристами, где Командор автопробега решил искупаться и освежиться, снимая усталость от дороги. Дамы просто отдыхали на лавочке оглядывая туристов и местную публику, потягивая прохладительные напитки. Этот пляж ещё прославился как место решающей битвы между революционными войсками Фиделя Кастро и поддерживаемыми США кубинскими эмигрантами. Битва состоялась 17 апреля 1961 года, в самый разгар «холодной войны». 1400 кубинских эмигрантов, подготовленных и вооружённых с помощью ЦРУ, высадились на кубе в целях свержения режима Кастро. Их поддерживала американская авиация, разбомбившая военные базы на острове. Но силы вторжения встретили ожесточённый отпор со стороны армии Кастро, поддерживаемой добровольцами из числа местного населения, и атака эмигрантов захлебнулась. Они рассыпались по болотистой местности всего полуострова Сапата, откуда их выбивали и арестовывали ещё неделю спустя.

Битва в Заливе Свиней – весьма значительное историческое событие. Молодая Кубинская республика смогла отстоять свою независимость и нанести унизительное поражение силам президента Кеннеди. Стало ясно тогда, что сердца кубинцев целиком на стороне Революции.

Здесь располагается Музей военной техники, захваченной кубинцами у «гусанос» (червяков) – так называли на Кубе высадившихся эмигрантов. Здесь также можно ознакомиться с различными документами и посмотреть фильм, снятый во время вторжения и послушать кубинские революционные песни.

Кубинский фолк-певец Сильвио Родригес сочинил песню «Playa Giron», посвящённую рыбакам в лодке с тем же названием, в которой он работал с 1969 по 1970 год. Позднее эта песня вошла в альбом «Dias y Flores» («Дни и цветы»), изданной в 1975 году. Однако тема Плайя Хирон имеет двоякое значение, это касается как лодки, так и конфликта, выигранного кубинскими правительственными войсками. Не путать с «Prelude Giron», ещё одной известной песней Сильвио Родригеса, которая также затрагивает проблему вторжения в Залив Свиней.

Походили по Музею, сфотографировались у танков и самолётов, послушали революционные песни и поехали опять в путь-дорогу, дальше на Сан Блас. Вдоль всей дороги от Плайя Хирон у берегов Карибского моря стояли небольшие Стеллы-памятники погибшим здесь героям Революции во время вторжения на остров жалких эпигонов великих предков.

Сьюидат Нуклеар

«Impossible is possible!

Невозможное – возможно!»

Следующей нашей остановкой была Калета Буэна, небольшая лагуна среди коралловых рифов на берегу Карибского моря. Залив Свиней мы уже весь почти проехали. В это место мы тоже раньше часто приезжали на отдых, прозрачная с чистой водой глубокая лагуна соединялась с морем маленьким проходом, поэтому в ней вода всегда была тихая даже во время больших штормов. Ранее здесь было почти безлюдное место, а сейчас построены красивые въездные ворота, небольшое кафе-ресторан для туристов, какие-то спортивные сооружения. Вспоминались мои удачные рыбные охоты в здешнем море за лагуной с подводным ружьём и поездки сюда на служебной белой «Ниве» просто для организации отдыха семьи.

Поностальгировали и поехали далее, уже оставалось совсем немного до нашего городка Сьюидат Нуклеар, в котором мы жили, когда работали на Кубе и который являлся целью нашего сегодняшнего автопробега. На удивление выехали на хорошую асфальтовую дорогу, которой ранее не было, это была Карретера-дорога на Сьенфуэгос. Ранее здесь были сплошные колдобины и ямы, как у нас где-нибудь на границе областей. Значит что-то понемногу делается на Кубе, даже дороги ремонтируются! Проехав немного по этой хорошей дороге, мы повернули направо на Carretera de Juragua. Наша дорога! До боли знакомая!

Детская площадка в городке советских специалистов Сьюидат Нуклеар

Мы ехали, объезжая огромный залив Сьенфуэгос, чьи воды блестели сквозь мангровые заросли с левой стороны дороги. Вскоре впереди показался с правой стороны дороги купол атомного реактора первого блока бывшей атомной станции, по-научному – его контаймента[2]. Железобетонный купол постепенно приближался и вскоре потянулись станционные постройки, КПП и въездные ворота на территорию АЭС за ограждением из колючей проволоки.

Помню кубинским инженерам очень нравилась информация в проекте атомной станции, что контаймент рассчитан даже на падение самолёта. Они всё пытались выяснить какого? Большого Боинга или чего поменьше.

– Вот здесь ты работал? – спросила дочь.

– Да, это с краю административные здания, а наши «прорабки» – рабочие вагончики ТМУ – тепло монтажного управления были дальше возле самого реактора.

– А почему не достроили станцию?

– Почему, почему? По – кочану. Спросить у Ельцина надо было. Денег не давал на строительство, а у кубинцев их тоже не было. Ты всё сняла на видеокамеру?

– Ой забыла включить, – ответила дочь сжимая небольшую видеокамеру «Sony» в правой руке.

– Спасибо, родная.

Проехав территорию атомной станции со всеми вспомогательными постройками и зданиями километров через пять, повернув с дороги направо, наша «Антилопа-Гну» наконец въехала в наш атомный городок Сьюидад Нуклеар, где мы жили и работали в течение трёх с лишним лет в начале 90-х годов прошлого столетия.

По знакомой главной дороге городка проехали к большой автостоянке, зажатой между 4-х этажными домами советских некогда специалистов. Остановился на знакомом месте, где я всегда парковался на своей служебной «Ниве», когда здесь работал. Перед нами был наш бывший дом № 1, на котором, как и прежде продолжала висеть табличка на русском языке «Дом образцового быта». Вышли из машины и посмотрели на знакомый балкон и окна квартиры на 4-м этаже с правой стороны подъезда. Дочь всхлипнула и заплакала, утираясь платочком, у жены тоже что-то подозрительно блестели глаза за стёклами затемнённых очков. Мне тоже стало почему-то грустно, сразу захотелось выпить пива или рома.

Теперь в этих домах жили кубинцы, некоторые из них уже выглядывали из окон. Мы зашли в «родной» подъезд, где на 1-м этаже дочь когда-то расшибла себе лоб о железные перила, сбегая сверху вниз за почтой. Поднялись на «свой» 4-й этаж, но стучаться в знакомые двери квартиры не стали. Просто грустно постояли рядом. что-то вспоминая и вздыхая или всхлипывая наматывая сопли на кулак.

– Интересно, а рисунок Микки Мауса на стене в моей комнате сохранился или нет? – вдруг нарушая скорбную тишину спросила у кого-то дочь.

– Ну для этого надо зайти внутрь и посмотреть, но мы решили не тревожить новых хозяев если они даже дома и не сыпать себе соль на раны.

Выйдя из подъезда, увидели группу кубинцев около нашей машины с красными номерами для иностранцев. Один из них показался мне знакомым. Он тоже узнал меня и подойдя ближе, пожал руку и сказал, что когда-то работал в строительном управлении и помнит меня как Руководителя Тепло монтажного управления.

Звали его Хорхе и жил он теперь в нашем доме, который после отъезда «всех начальников» (в нашем доме № 1 жили в основном руководители различных служб стройки и будущей эксплуатации АЭС) дом начали заселять кубинцами. Как он сказал, после закрытия АЭС в посёлке ещё лет 10 оставалась группа наших специалистов человек 20 занимавшихся консервацией технологического крупнотоннажного оборудования. Хорхе ещё рассказал, что иногда сюда приезжают на таких же машинах с красными номерами бывшие строители АЭС, видимо отдыхавшие на курортах Кубы. В последнее время даже зачастили высокие комиссии из Москвы на предмет возврата в Россию технологического оборудования, завезённого из Союза для 2-го блока и хранящегося на складах станции.

В ответ коротко рассказал ему, что, вернувшись с Кубы работал уже не тепло монтажником, а в Дирекции Курской АЭС организовывал международную и внешнеэкономическую службу. Стараясь поддерживать контакты с Кубой, продолжал общаться в Москве с бывшем работодателем, компанией ЗАЭС – Зарубежатомэнергостроя и давал ответы на запросы их представителей из Гаваны о возможности поставок на Кубу различного оборудования и материалов. Как бывший участник строительства АЭС «Хурагуа» участвовал в работе смежных комиссий в Москве по возможному «размораживанию» проекта и продолжению строительства. Однажды даже планировался мой приезд сюда на площадку АЭС Хурагуа с делегацией АСЭ – «Атомстройэкспорта» и смежных организаций для осмотра, хранящегося здесь на консервации крупнотоннажного оборудования (корпуса реактора, парогенераторов, насосов и теплообменников), но в последний момент этот визит не сложился почему-то.

Предложения Курской АЭС для работ на Кубе

Хорхе расчувствовался воспоминаниями и предложил подняться к нему в квартиру, чтобы посмотреть старые фотографии. Оставив своих дам бродить вокруг старого почти родного дома, поднялся к нему на 2-й этаж, где ранее жил директор нашей школы из Воронежа. Хорхе сразу предложил выпить рома у него на кухне, но я сказал, что за рулём, хотя по опыту знал, что на Кубе это не проблема, никто тебя на алкоголь за рулём проверять не будет и в трубку дышать заставлять тоже не будет. Но от прохладного пива в жаркий день не отказался и попросил Хорхе не суетиться с закусками, мол мы скоро поедем в Сьенфуэгос. Отметили встречу и стали смотреть старые фотографии в большом и толстом альбоме. Оказывается, у Хорхе в строительном управлении, где на фото из его альбома я увидел много знакомых кубинцев и русских специалистов контрпарой был Юра Масейко – шустрый украинец из Запорожья, проработавший здесь более десяти лет в несколько контрактных заездов и который уехал назад на Украину всего года три назад. Были у этого «свидомого» видимо какие-то особые отношения с кубинским местным руководством, которые ему постоянно продлевали контракты.

Контрпара – метод работы технического содействия, когда к советскому инженеру прикреплялся кубинский для его обучения, натаскивания и руководства.

Спросил у Хорхе про своего контрпару, кубинского инженера, учившегося в СССР в МЭИ по имени Монтесино. Тот его знал и сообщил, что Монтэ почти сразу после массового отъезда наших специалистов покинул стройку и уехал в Гавану к родителям со своей русской женой. Теперь они оба преподают в гаванском университете, она-русский язык, а он-основы строительно-монтажных работ крупных энергетических объектов. Ну вот значит не пропали даром мои уроки и годы совместной работы. Наш знаток кубинской истории Монтэ стал всё-таки преподавателем, как и мечтал, правда не истории Кубы. Это благодаря ему в книге «Куба-любовь моя» уделено много внимания именно истории острова! Закончив смотреть альбом и допив пиво, мы с ним вышли опять во двор некогда, Дома образцового быта.

Дочь, в это время наматывая слёзы и сопли на кулак ходила с видео камерой и снимала детскую площадку, на которой играла в детстве. На площадке даже сохранилась большая ракета за декоративным забором вроде кремлёвской стены, которую сделали наши монтажники. Жена сопровождала её показывая, что ещё дополнительно снять на память. Попрощавшись с Хорхе, присоединился к ним и предложил прогуляться по городку.

Мы прошли к школе детей советских специалистов, где в первом классе училась дочь. Сейчас она была закрыта, кубинские дети в нашем городке учились в своей школе. Закрыт был и знаменитый бар «У Анжелы» для «советикус-амигос», стены которого ещё помнят наверняка буйные застолья, лихие попойки и горячие праздники по различным поводам. Погуляв по нашему небольшому городку, вернулись к машине, возле которой теперь толкалась кубинская молодёжь, одобрительно посматривавшая на дочь. Сели в машину и медленно проехали с нашей парковки налево к проливу и причалу возле старой рыбацкой деревушки на берегу моря.

– Ну вот, а говорили, что никогда больше не побываем здесь, – сказал я своим спутницам с ещё заплаканными глазами, невозможное оказывается – возможно.

У причала стояла старая крепость «Хагуа», построенная ещё первыми испанцами для защиты от нападений карибских пиратов поселений, расположенных в глубине большого залива с таким же названием.

Старая крепость Хагуа на берегу Карибского моря

Посмотрели на отель «Пасакабайо», расположенный на противоположном берегу узкого пролива, по которому туда-сюда ходила небольшая барка с открытой палубой для перевозки людей, и на которой когда-то сами часто плавали в магазины этого отеля для различных закупок. В основном, конечно, за алкоголем, кто-то брал американские виски, мне тогда нравились испанские коньяки, ведь положенных по кубинской карточной системе снабжения специалистов 6 бутылок рома в месяц явно было недостаточно для русского человека.

На наше удивление старую крепость Хагуа отреставрировали и даже сделали в ней небольшой музей. В наше время там были просто красивые развалины куда бегали играть наши мальчишки. Купив билеты, мы зашли по подвесному мосту в старую крепость в сопровождении гида, говорящего по-русски. Это была худенькая женщина по имени Сараи, некогда учившаяся в Союзе на биолога. Она провела нас на верхнюю площадку артиллерийской батареи, старые пушки которой своими жерлами хищно уставились в сторону входа в залив со стороны Карибского моря. Заглянули в круглую смотровую башню с бойницами для аркебуз караульной охраны, типичную для всех старых испанских крепостей. Сараи рассказала, что крепость была построена за семь лет по проекту военного архитектора Хосе Тантете в 1738 году по приказу испанского короля Филиппа V, за сто лет до основания города Сьенфуэгос. Крепость Хагуа в то время стала третьей по значимости на острове после крепостей в Сантьяго и Гаване. Даже знаменитый пират Френсис Дрейк не смог её взять штурмом и прорваться в залив для грабежа испанских поселений.

Также гид рассказала старинную легенду о несчастной любви, дух таинственной дамы до сих пор бродит по ночам вокруг крепости пугая местных рыбаков. Закончила она свою короткую экскурсию сообщением, что старушка крепость («Castillo de Jagua») имела с самого своего основания красивое и длинное название «Нуэстра сеньора де лос Ангелас де Хагуа». Поблагодарив Сараи за интересную экскурсию и дав ей незаметно в руку купюру в пять куков, мы спустились со стен крепости к парковке, где стояла наша «Антилопа-Гну» возле огромной испанской пушки-карронады, на которой когда-то мы фотографировали дочь.

АЭС «Хурагуа»

«Атомная станция – это вам не прсто станция!»

Попрощавшись с гидом явно скучавшей по редким туристам, сюда заезжающим сели в машину, и поехали в город Сьенфуэгос. Дело было уже к приближающемуся вечеру, и пора было где-то искать ночлег. В нашем городке была отельера для гостей и одиноких специалистов, но она зияла теперь разбитыми дверями и пустыми окнами.

Ехали назад опять мимо территории атомной станции, и я напомнил дочери о её обязанностях кинооператора и фотографа. Она поспешно взяла в руки свою видеокамеру и начала снимать приближающийся купол реактора, который теперь был у нас с левой стороны движения и ей было неудобно снимать. Пришлось остановиться на обочине дороги напротив реактора и выйдя из машины снять на видео его подробнее, а также и станционную инфраструктуру. Охраны какой-либо вокруг не было видно, как раньше и все ворота были закрыты, хотя Хорхе в разговоре заметил, что со станции иногда вывозят официально или воруют различные металлоконструкции.

Поехали дорогой в Сьенфуэгос, объезжая огромный залив справа, при этом я рассказывал своим спутницам историю кубинской АЭС.

Недостроенная АЭС Хурагуа на Кубе

Интерес Кубы к мирному использованию ядерной энергии проявился в 1956 году, когда между Кубой и Соединёнными Штатами было подписано «Соглашение о сотрудничестве относительно гражданского использования атомной энергии». Это соглашение предполагало возможность дальнейшего сотрудничества обоих государств в сфере проектирования, строительства и эксплуатации атомных электростанций. Это соглашение было подписано при тогдашнем президенте Кубы Фульхенсио Батисте, позже свергнутого в результате Кубинской Революции в 1959 году. Соглашение было фактически аннулировано во время Карибского кризиса в октябре 1962 года.

В 1967 между СССР и Кубой были достигнуты соглашения о предоставлении Кубе исследовательского реактора в экспериментальных и учебных целях, а также помощь в монтаже и эксплуатации ядерного оборудования. В 1975 году СССР и Куба подписали соглашение о «Сотрудничестве в области мирного использования ядерной энергии» и «Учреждении прямого научно-технического сотрудничества в области использования атомной энергии». В 1976 году был подписан Договор о строительстве двух энергоблоков с реакторными установками типа ВВЭР-440/318 мощностью 440 МВт каждый. Атомную станцию предполагалось разместить в южной части провинции Сьенфуэгос около местечка Хурагуа. Проектирование выполнялось под руководством В. В. Соболева в Ленинградском отделении Всесоюзного государственного научно-исследовательского, проектно-конструкторского и изыскательского института «Атомэнергопроект» (ныне ОАО «СПбАЭП»). При успешном завершении строительства только первого энергоблока станции Куба смогла бы обеспечить более чем 15 % своих потребностей в электроэнергии.

Строительство первого энергоблока станции началось в 1983 году, второго в 1985 году. Большая часть оборудования и материалов для строительства АЭС поставлялось СССР в соответствии с двухсторонними соглашениями об экономическом сотрудничестве. В строительстве станции участвовало несколько тысяч советских специалистов (в момент наибольшего присутствия количество специалистов доходило примерно до 2000, не менее трети из них приезжали с семьями), которые проживали в посёлке Хурагуа или «Сьюидад Нуклеар». В строительстве посёлка на начальном этапе принимали участие строители из Болгарии и ГДР. Первоначально планировалось, что окончание строительства и ввод в эксплуатацию первого энергоблока будут осуществлены в 1993 году, позднее срок сдачи был перенесён на 1996 год.

Однако планы окончания строительства были сорваны из-за распада СССР и разрушения экономических связей между Кубой и новой Россией. Поскольку Куба не имела ни технической, ни экономической возможности в одностороннем порядке закончить строительство АЭС, будущее станции было под вопросом.

5 сентября 1992 года кубинский лидер Фидель Кастро объявил о приостановке строительства АЭС «Хурагуа» из-за финансовых трудностей. Готовность на 1992 год первого энергоблока АЭС «Хурагуа» составляла порядка 95–97 %, готовность второго энергоблока – 25–30 %.

Рассказывая эту печальную историю, оставил за спиной удаляющийся купол первого энергоблока и пустил при этом скупую мужскую слезу. Объехав огромный залив Сьенфуэгос через полчаса, мы въехали в сам город, который тоже неплохо давно знали. Поэтому сразу поехали через весь город на другой его конец в Пунта Горда, где находился отель «Хагуа». Припарковавшись на отельной автостоянке, прошли в ресепшн и с облегчением узнали, что свободные места есть и мы быстро оформились за 150 куков-баксов. Уставшие от впечатлений и дороги быстро заселились в номер на третьем этаже, с балкона которого, открывался прекрасный вид на залив и видный вдалеке на противоположном берегу купол атомной станции. Слегка помятые долгой дорогой и впечатлениями, но довольные путешествием легли спать.

Отель «Хагуа» в Сьенфуэгосе

Сьенфуэгос

«Город – ста огней!»

Проснувшись утром под лучами восходящего солнца, долго обсуждали, что посмотреть в Сьенфуэгосе. Хотелось осмотреть все знакомые места, но надо было и про обратный путь не забывать. Дочь опять достала свою книгу.

– Я эту книгу не читал, но я её уже осуждаю! Что там нового?

«Онегин уходил от Татьяны шагами полными печали!»

После завтрака вышли с дочерью на парковку перед отелем, жена замешкалась в номере со сборами. Перед нами напротив отеля стоял красавец-дворец в мавританском стиле – это был знаменитый Palacio de Valle, построенный в 1917 году. Дворец принадлежал богатому аристократу Оклико дель Валле Бланко и был построен в форме марокканской касбы, украшенной многочисленными орнаментами, башенками, разноцветной плиткой и лепниной.

Подошли ближе, у входа почесали мраморных львов за ухом и заглянули внутрь. Там работала симпатичная горничная, протирая полы мокрой шваброй с длинной ручкой. На вопрос, можно ли зайти на время внутрь и посмотреть убранство дворца, она согласно кивнула головой. Вот дела! Раньше сюда вообще невозможно было попасть, сам пробовал несколько раз. А тут на те пожалуйста проходите. Забыв про жену, вошёл внутрь, потянув за собой дочь. На первом этаже был расположен большой вестибюль – гостиная с роялем и столовая с большим столом персон на двадцать, по красивой витой мраморной лестнице поднялись на второй этаж. Там было много боковых комнат, заставленных старинной лаковой мебелью, на стенах висели картины в дорогих позолоченных багетах.

Дочь аккуратно всё снимала на видеокамеру. Можно было выходить на балконы и проходные галереи вокруг всего здания. Красота! Сверху с балкона увидели на парковке жену, растерянно смотревшую по сторонам, окликнули и позвали к себе, она в ответ только махнула рукой, мол сами выходите. Ну вот сколько раз ходил вокруг этого Дворца Валле и вот наконец попали внутрь и осмотрели все его достопримечательности, да ещё сняли всё на камеру, во многих дворцах это удовольствие запрещают или разрешают за отдельную плату. Поблагодарили горничную, сказав ей что она чудесно выглядит, та довольная похвалой зарделась, а мы с дочерью вышли на улицу. Дочь начала бурно рассказывать маме о том, что мы видели во дворце. Вышли с территории отеля и медленно пошли налево от отеля по длинному бульвару, тоже, как и в Гаване здесь называвшемуся Прадо.

Как известно город «ста огней» Сьенфуэгос, один из немногих на Кубе, который был основан не испанцами, а французскими эмигрантами во главе с Доном Луисом д, Клуэ в 1819 году под первоначальным названием Фернардина-де-Хагуа (Fernardina de Jagua). Современное название город получил в 1829 году, но до сих пор продолжает нести в себе тонкое французское очарование. Часто ошибочно считается, что город переименовали в честь героя Кубинской Революции команданте Камило Сьенфуэгоса, погибшего в авиационной катастрофе. На самом деле город назван был так в честь испанского генерал-капитана (губернатора) Кубы Хосе Сьенфэгоса Ховельяноса.

(Palacio de Valle), Дворец Валье в Сьенфуэгосе

После начала испано-американской войны 11 мая 1898 года Сьенфуэгос был с боем захвачен войсками США. В 1924 году численность населения города составляла около 74 тысяч человек.

В 1925 году на Национальном рабочем конгрессе в Сьенфуэгосе была создана Национальная конфедерация рабочих Кубы.

5 сентября 1956 года в Сьенфуэгосе началось восстание военно-морского гарнизона против диктатуры Фульхенсио Батисты, но оно было подавлено. В сентябре 1958 года в городе начинается новое восстание и Сьенфуэгос освобождает шедший походом из Тринидада легендарный «команданте-янки» Уильям Морган, американский авантюрист, поверивший в Кубинскую Революцию и чью могилу мы видели на Мемориале Колон в Гаване.

В 2005 году исторический центр города был внесён в список Всемирного наследия ЮНЕСКО.

Мы медленно шли по бульвару Прадо, как возле нас неожиданно остановилась повозка с навесом от солнца, запряжённая лошадью и с темнокожим возницей-кучером не на облучке, а на лавочке. Местный извозчик весело предложил прокатиться всего за три кука до центра города. Мысленно прикинув, что идти пешком долго по наступающей жаре не комильфо, согласились и залезли в повозку, где разместились на узких лавочках застеленный ковриками. Возница лихо свистнул и лошадь неспешно зацокала подкованными копытами, периодически она поднимала хвост и густые комки навоза смачно плюхались на мостовую. Водитель наш при этом весело смеялся и пел песни, и шутил, звонил в колокольчик на навесе, стараясь этим отвлечь наше внимание от естественного процесса, при этом он успевал называть достопримечательности по сторонам, мимо которых мы проезжали.

Сьенфуэгос называют «Жемчужиной юга Кубы» и это не удивительно, ведь этот город покоряет путешественников благодаря сочетанию элегантности его культурного французского духа и приветливости, характерной для карибов. Город был центром торговли сахарным тростником, табаком и кофе и стал первым выдающимся примером архитектурного ансамбля, в котором отразились распространявшиеся с XIX века в Латинской Америке идеи модернизации, коммунальной гигиены и упорядочения градостроительства.

Доехали мы на своём экипаже до Центрального парка имени товарища Хосе Марти и покинув повозку пошли гулять по знакомой площади. Здесь всё было в порядке, ничего не менялось с того времени, как мы уехали: небольшая триумфальная арка со львами у входа в парк, памятник герою кубинского народа Хосе Марти с приветственно поднятой рукой как наш Ильич, металлические лавочки, циферблат солнечных часов с картой острова на мозаике мостовой в центре парка, старое и толстое дерево сейба. Дочь сходила и согласно старой легенде, как и в Гаване тоже здесь загадала желание, три раза обошла вокруг дерева и бросила в дупло монетку. Местные мальчишки смотрели на неё, весело что-то обсуждали, один из них спросил, откуда мы. Наверняка после ухода туристов они собирают все монетки из дупла дерева.

Сидели на лавочке и угощались мороженым, когда рядом раздался громкий вопль. Маленький темнокожий и кудрявый мальчишка бежал впереди собственного визга размазывая сопли по симпатичной мордашке. За ним бежала, тяжело дыша и покачивая необъятным бюстом полная мамаша. Оказывается, пацану не хватило места для поездки по парку в маленькой тележке, в которой уже сидело четверо малышей, и одетый в клоунский наряд дрессировщик-возница уже собирался понукать в дорогу большого козла с длинной седой бородой и колокольчиком на шее, запряжённого в эту повозку.

Повозки на улицах Сьенфуэгоса

– О, а я этого козла помню, – вдруг заявила дочь доедая мороженое, – вы меня на нём в детстве здесь катали. Интересно, а как долго козлы живут, может это тот же самый козёл? Из детства.

– Козлы живут долго, – авторитетно и безапелляционно заявила жена, видимо она это точно знала из жизненного опыта.

Прошли вокруг площади и убедились, что красивый Театр Томаса Терри (Teatro Tomas Terry) стоит на том же месте, что и раньше. Собор Непорочного Зачатия (Catedral de la Purisima Concepcion) тоже был там, где и раньше и даже сверкал свежей побелкой.

За Домом Культуры имени Бенджамина Дуарте свернули на пешеходную улицу с сувенирными лавками и начали изучать различные поделки местных мастеров. В Провинциальный музей заглядывать не стали, так как бывали в нём раньше на экскурсиях, и не спеша прошли мимо Губернаторского дворца. Вышли на самый длинный бульвар на Кубе тоже Прадо, как и в Гаване и потихоньку пошли назад, разглядывая старые достопримечательности и примечая что-то новое. Набережная залива в Сьенфуэгосе тоже называется Малекон, но гораздо короче, чем в Гаване. Дочь забралась на широкий парапет ограждения мостовой бульвара от воды, прошлась по ней и вспомнив детское фото на этом месте потребовала фотосессии.

Дойдя до красивого здания Морского клуба Сьенфуэгоса, зашли в открытую дверь и прошли в ресторан со столами, стоящими на открытой площадке с видом на залив и видневшимся вдали куполом АЭС. Ресторан был открыт несмотря на вроде бы уже послеобеденное время. Мы заказали салаты и лангустов с рисом и подливом, прекрасно пообедали запивая пивом все эти прелести на свежем воздухе.

«Пили пиво, ели раков и улыбались друг другу!»

Вернулись в свой отель Хагуа и отдыхали на веранде балкона. Вечером после ужина сходили прогуляться в зону отдыха Ла Пунта на крайней точке небольшого мыса, выходившего в залив острым клином с белоснежной беседкой у кромки воды.

На следующее утро после завтрака рассчитались с администратором отеля, загрузили свои вещи в багажник машины и наш белый «Фолькс» или Антилопа-Гну с красными номерами медленно выехал с гостеприимной парковки отеля Хагуа. Вместе решили проехать в сторону отеля Пасакабайо, с которым тоже было связано много воспоминаний, для этого выехали из города на южную сторону миновав знакомое здание Российского Консульства и поехали в сторону Карибского моря вдоль залива.

Вот и знакомый отель, остановились на парковке и прогулялись по его территории, спустились вниз к причалу, от которого уходили барки: маленькая с открытой палубой – на наш противоположный берег в городок Сьюидат Нуклеар, и большая крытая в Сьенфуэгос. Помнится, нам нравилось «ходить» на этих барках по субботам на сьенфуэговский овощной рынок – меркадо. Поднялись на высокие смотровые площадки отеля, с которых открывался прекрасные виды: налево – на Карибское море, прямо-наш городок с торчащей водонапорной башней и вдали куполом АЭС и правее-рыбачья деревня, и старая крепость Хагуа с ещё мощными и грозными бастионами своих стен, возле которых когда-то рыбачили в глубокой воде пролива с лодок. В заливе был остров, где базировались тогда наши подводники и служащих там матросов даже в увольнения на берег не пускали, и они с завистью посматривали на нас из укрытий на острове, когда мы плавали с местными рыбаками весело перекрикиваясь по-русски и по-испански.

Спустились вниз к бассейну отеля во внутренним дворе и прошлись по магазинам и сувенирным лавкам, купив открыток с местными видами на память. Далее поехали по берегу моря налево и километров через десять миновав фароль-маяк приехали в другой отель на берегу под названием Ранчо-Луна, куда тоже раньше часто приезжали на отдых на автобусах вместе с семьями советских специалистов, организованных кубинской стороной. Припарковались у небольшого по сравнению с Хагуа отеля и вышли на живописный пляж, где я не преминул искупаться в Карибском море. Пока я обсыхал на палящем солнце мои дамы погуляли по пляжу и в магазинчиках отеля, потолкавшись там с разноязычными туристами, которых здесь было не много. Всё-таки бесконечные песчаные пляжи Варадеро привлекательнее южных с коралловыми рифами редких пляжей Карибского моря.

Отсюда мы уже поехали назад, миновали аэропорт Сьенфуэгоса и правый поворот на Санта Клару, по хорошей асфальтированной дороге выехали на автотрассу Аутописта, где в знакомом местечке Aguada de Pasajeros сделали техническую остановку, как всегда. Вернее, как когда-то ранее при поездках на моей служебной «Ниве». Достопримечательностью этого местечка Агуада был старинный американский паровоз, навеки застывший на рельсах около небольшого ресторана и магазинов с парковкой.

Здесь всегда останавливаются туристические автобусы, и мы ранее, когда ездили по делам в Гавану и обратно всегда останавливались здесь перекусить, заправиться и отдохнуть.

Далее уже по знакомым городкам, перечисленным ранее поехали на север, возле Педро Бетанкурт на просёлочной дороге купили с десяток больших королевских манго у крестьянина, торговавшего своим урожаем. Не спеша добрались в город Карденас и въехали через КПП на мосту в Варадеро. Там у стилизованной под старину башни остановились и сделали фото по просьбе дочери на металлических конях «Рыцаря печального образа» Дон Кихота и его слуги Санчо Панса. Затем доехав до парковки своего отеля Соль Ралмерас завершили этот знаменательный для нашей семейной истории автопробег и путешествие на юг острова.

Набережная Малекон в Сьенфуэгосе

Сдавая ключи от машины администратору Камилле, получил от неё сразу вопрос в лоб, она явно жаждала новостей:

– Bueno, que encontraste a tus hijos? – Ну что нашёл своих детей?

Приложив палец к губам, показал ей взглядом на эспосу-жену, мол подробности потом.

Довезли вещи до своего бунгало, сходили на ужин, а на танцы не пошли. Устали, посидели на веранде слушая цикады и разглядывая звёзды в ночном небе, а потом пошли спать, под звуки кубинских танцев с вечернего шоу, начавшегося в соседнем отеле «Мелиа Варадеро».

Ламантин

«Бывают же ещё чудеса на свете!»

На следующий день на пляже было видно, что народ без нас явно скучал. Молодые футболисты во главе с блондином Олегом нарезали круги с футбольным мячиком вокруг дочери и расположившись неподалёку от нас вели умные на их взгляд разговоры:

– А когда и у кого после рождения открываются глаза на действительность?

– У коров – сразу, у котов – через шесть дней, у собак – через десять дней, у мужиков – после свадьбы!

– Говорят, что чем больше женщину мы меньше, тем меньше больше нас она!

– А когда у мужчин наступает переходный возраст?

– Когда одной бутылки уже мало, а одной бабы уже много.

– Понятно, когда смешно – тогда не страшно!

– Смех продлевает жизнь.

Соседние по топчанам российские женщины пытались выяснить у жены, где это мы пропадали три дня, а потом охали от восхищения от её рассказов и уже жутко завидуя посылали своих мужей занять очередь по аренде машин. Охранник Карлос, сделав обиженный вид сказал, что он подумал будто я уехал совсем, обманув его, пришлось всё-таки купить у него коробку сигар «Ромео и Джульетта» из-под полы по цене в два раза дешевле чем в фирменном магазине.

– Я Вам ещё покажу, – закричал белобрысый Олег, выбегая из женского туалета на пляже перепутав буквы «Н» и «М».

(«Mujer» – в переводе с испанского – женский, «Hombre» – мужской!)

Его друзья гурьбой со смехом летели за ним.

«Да уж, сколько людей у нас болтается без присмотра!» – подумалось вдруг.

На пляже было как на пляже и, чтобы было веселее я, достав свои ласты и маску отправился на долгий заплыв в море. Отплыв достаточно далеко от пляжной прибрежной песчаной полосы, на дне которой практически ничего не просматривалось, кроме мелкого мусора, женских прокладок и чьих-то трусов. Далее уже попадались небольшие островки коралловых рифов, среди которых были видны следы проползавших недавно здесь по песку ракушек. Поныряв немного с задержкой дыхания на глубину метров пять нашёл несколько крупных ракушек, но не стал их брать, класть было некуда, ведь со мной в этот раз не было привычного пробкового круга с сеткой, фалом и куканом для рыбы. А вот пару маленьких ракушек красноватого цвета, под названием «варадерки» с красивым перламутровым лоном я взял с собой. Вынырнув из воды, продулся и стал рассматривать свой улов. В это время почувствовал сзади мягкий толчок в спину и какой-то глухой звук. Оглянулся и чуть не обосрался с испуга, захлебнулся, едва не утонул и даже немного остекленел от вида… От вида этого необычного морского обитателя. Сколько нырял и плавал ранее, охотился с подводным ружьём в этих местах и кажется, что вроде всё уже видел здесь. Ан нет. Оказывается, не всё. Пока эти мысли проносились у меня в голове морской неизвестный мне обитатель вёл себя вполне миролюбиво и, кажется, опять попытался дружески боднуть меня своей волосатой крупной мордой, ласково урча при этом мне что-то. Ну ладно если не кусается и не кидается пусть живёт, подумал я, но вспомнив что подводного ружья у меня с собой нет стал внимательнее разглядывать этого подводного чудика.

Тюлень – не тюлень, но очень похож. Большая волосатая морда плавно переходит в туловище без ярко выраженной шеи, на нижней части морды, уже вполне симпатичной присутствуют крупные и мясистые губы, которыми чудик пытался меня достать. На носу были видны крупные ноздри, а управлял чудик своим большим почти трёхметровым грузным телом с помощью ласт, которые ловко изгибались и веслообразного хвоста. Закончив визуальный осмотр, я осмелился погладить чудика по толстой коже спины, на что он игриво ловко перевернулся в воде и поплыл рядом со мной на спине, сопя, урча и посвистывая. Так мы с чудиком поплавали вместе минут двадцать похлопывая друг друга ластами по плечам и тыкаясь мордой при этом чудик похрюкивал от удовольствия общения, а потом он также неожиданно, как и появился – исчез, подмигнув мне прищуренными глазами на прощание. Как Карл сон в детской сказке. Он уплыл, но обещал наверно вернуться!

Просто американский ламантин

Доплыв до берега и разбирая свои снасти на топчане, спросил у подошедшего опять со своими «левами» сигарами охранника Карлоса о своей встрече в море с неизвестным милым животным. Карлос как местный абориген и моряк авторитетно заявил, что этот редкий морской зверь называется – ЛАМАНТИН! Ничего себе! Я про таких даже и не слышал.

Ламантины – (лат. Trichechus) – род больших водных млекопитающих монотипного семейства Trichechidae из рода сирен, иногда их называют морская корова. Эти травоядные животные обитают на мелководье и питаются водной растительностью.

Ни хрена себе! Это значит я с сиреной плавал. Такой большой и толстой, как корова. Давно мечтал об этом. Но представлял её другой – красивой девушкой с хвостом из древнегреческой мифологии.

Ламантины отличаются от представителей семейства дюгоневых (Dugongidae). А это ещё кто такие? Формой черепа и хвоста они отличаются друг от друга: хвост ламантина имеет форму весла, в то время хвост дюгоня – форму вилки. На ластах есть плоские ногте подобные копытца, напоминающие слоновьи. Что-то я их не разглядел.

Одной из уникальных черт, объединяющих ламантинов со слонами, является постоянная смена коренных зубов, в целом нехарактерная для млекопитающих. Шейных позвонков у ламантина не семь, как у большинства млекопитающих, а шесть.

Ламантины имеют массу от 400 до 550 кг и среднюю длину от 2,5 до 3 м (самки, как правило, больше и тяжелее до 3,6 метра и 1775 кг). При рождении детёныш имеет среднюю массу 30 кг.

Существует три-четыре современных видов ламантинов:

– Амазонский ламантин,

– Американский ламантин,

– Африканский ламантин,

– Карликовый ламантин.

Американские ламантины обитают в Вест-Индии, на побережье Карибского моря от Флориды до Бразилии, это вымирающий вид. Хотя ему не страшны никакие естественные хищники, но экспансия человека, охотившегося на него из-за жира и мяса, уменьшила его естественную среду обитания в прибрежных областях. Охота на них сейчас запрещена. Многим ламантинам наносятся повреждения от винтов моторных лодок, и они часто гибнут после заглатывания рыбацких сетей.

Хорошо, что я был без подводного ружья, а то с испугу бы пальнул в милого чудика. Хотя охота на лангустов здесь тоже местным запрещена, а мы их в своё время по сто «хвостов» привозили с рыбалок.

Народ потянулся с пляжа на обед и сиесту. Мои дамы тоже решили пойти в главный корпус, а я решил остаться и зайдя в ресторанчик на берегу встал в очередь с подносом на шведский стол. Взял себе жареной рыбы с рисом и салаты, выбирая нарезки фруктов в холодильной камере услышал фразу одного из наших ребят-футболистов:

– О, а я возьму папайю, она мне ещё год назад в Таиланде понравилась.

– Не вздумай говорить это слово «папайя» кубинцам, просто молча возьми этот фрукт с общего блюда, – решил я поучить жизни молодёжь.

– А почему?

– Потому что этим словом на Кубе называется женский половой орган, а фрукт этот здесь называется – Frutobomba – Фрутобомба. Запомни.

– Вот здорово. Бомба. Грасиас.

Пацаны после обеда играли в футбол с испанскими сверстниками. Аниматоры устроили, что-то вроде мини-турнира по футболу между командами туристов из разных стран. Видимо на смену волейбольному недавно закончившемуся, на той же площадке, где сняли сетку. молодёжь с громкими криками гоняла мяч, стараясь забить его в маленькие как в хоккее ворота. Наши пацаны победили. Ура! Дочь с женой после обеда задержались в очереди в Интернет-комнату.

Вечером собираясь в бунгало на ужин и потом на вечернюю культурную программу дочь наряжаясь крутилась перед зеркалом:

– Мне нравятся мои бёдра в «Глория Джинс»!

Культурная программа сегодня включала в себя сначала какую-то викторину, на которую аниматоры старались затащить побольше зрителей, выдавая шутки, вопросы и репризы на разных языках. Подтолкнул дочь. мол иди поучаствуй:

– А вдруг я там что-нибудь ляпну?

– Ну и ляпай, только уверенно, тогда это будет точка зрения!

На вечернем концерте, когда после народных кубинских танцев волосатый или в парике певец бился в истерике мордой о микрофон изображая Элвиса Пресли, она вдруг решила, что сидящая недалеко от нас немка очень похожа на подругу моей незабвенной молодости из ГДР (см. книгу «Байрон»), которую она видела на фотографиях в дембельском альбоме. Теперь уже дочь меня подталкивала, мол иди и поговори с ней, может вдруг это та Хейди. Еле отбился, вернее началась дискотека и она устремилась в круг танцующих.

Допивал уже третий коктейль Мохито чередуя с Дайкири и Пинья Колада, когда дочь натанцевалась с футболистами разных команд и мы пошли под звёздным небом в свой дальний бунгало. Дочь тихо, стараясь не скрипеть продавленными ступенями деревянной лестницы поднялась на второй этаж, где уже спала уставшая жена, а я присел на веранде закурил сигару от Карлоса (надо же их проверять) и раскрыл книгу.

В Гаване в книжном магазине нашлась книга на русском языке «Мафия в Гаване» писателя Энрике Сирулеса, ну и я, конечно, немедленно купил это произведение с таким многообещающим названием. Тихими вечерами на веранде бунгало под бокал рома потихоньку читал эту увлекательную историю про жизнь американской мафии на Кубе. В этот вечер я наткнулся на описание угощений во время сходки главарей североамериканской мафии, проходившей в 1946 году в гаванском отеле «Насьональ» под руководством Лаки Лучано и Мейера Лански:

Памятник Хосе Марти в Сьенфуэгосе

«В роскошные апартаменты заказывали не чёрную икру, бифштексы и шампанское, а изысканные блюда из перчёных раков и улиток, доставленных с южной Антильской гряды, грудки фламинго на углях, жаркое из мяса черепахи в лимонном соусе с чесноком, креветки из Кохимара, кусочки меч-рыбы на вертеле или восхитительные отбивные из оленины, присланные министром-скотоводом из Камагуэя. Иногда даже подавалось – сочное таинство с ни с чем не сравнимым вкусом – мясо ЛАМАНТИНА, редкой морской коровы. И, конечно же, всё это сопровождалось превосходными сортами рома многолетней выдержки, гаванскими сигарами «Монтекристо», пивом «Атуэй» или «Тропикаль».

Вот оно что! Оказывается, мой чудик, это ещё – и сочное таинство с не сравнимым вкусом! Обалдеть. Правда здесь ламантина назвали коровой, а не сиреной!

Как бы его попробовать?

Есть теперь к чему в жизни стремиться…

Аста ла виста Варадеро

«Лень – это просто привычка

отдыхать до того, как устанешь!»

День шёл за днём под ослепительным солнцем Кубы. Отдыхать – не работать! Лениво валялись на пляже и гуляли по берегу. Дочь в это время дочитала свою книгу:

«Анна Каренина задумчиво сдвинула глаза и удавилась!»

Неожиданно на очередном завтраке здесь тоже подали шампанское! Наш народ таскал по три бокала к себе на столы, а то и больше. Себе, жене, опять себе – и за того парня. Камареро-официанты еле успевали наливать дешёвый испанский брют. Наверно случился может праздник какой-то? Как потом выяснилось этот праздник жизни был организован в честь заезда большой испанской туристической группы из Барселоны.

Наши русские пацаны выиграли в финале по пенальти мини-чемпионата по футболу у немцев. Перед игрой они жутко волновались и мандражировали, боясь мастеровитых тевтонов и блондин Олег «заводил» свою команду речёвкой в стиле рэп:

«Что кричали татары, напав на Русь?

– Нас ОРДА!

– А что отвечали русские?

– А Нас РАТЬ!»

Спасателю Карлосу я заказал найти коробку настоящих сигар «Cohiba – Коиба», серии робустос длиной 124 мм, которые любит «смолить» Фидель Кастро.

Коиба – слово древних индейцев ТАИНО, которое обозначает пучки табачных листьев, что Колумб впервые увидел на Кубе.

Я плавал в ластах и трубкой с маской подолгу в море забираясь далеко от буйков пляжа отеля, ограничивающих купание, несмотря на отчаянные свистки Карлоса с его спасательной вышки, который конечно свистел больше для проформы и для начальства, а я плавал и искал своего чудика. Но ни большой морской коровы, ни прекрасной сирены с хвостом мне больше в море не попадалось, попадались только редкие стаи тунца и пара-тройка хищных барракуд вдали от берега, а вблизи – только мелкий мусор и порванные презервативы.

Гуляли после обеда по берегу налево от нашего отеля опять к дому Дюпона и дальше, и направо к другим отелям по берегу. А однажды я предпринял марш-бросок по берегу с видеокамерой в руках за Дом Дюпона в начало полуострова, где находится старенький отель «Интернасьонал» с мраморным Колумбом на пляже, куда нас возили на экскурсии много лет назад с АЭС Хурагуа. Искупался и поснимал на старом пляже на видео все старые достопримечательности и Колумба с его мраморными моряками в особенности. Вечерами мы иногда не ходили на развлекательные программы, уже изученные на прошлой неделе, и играли под яркими звёздами и мерный шелест прибрежных волн на веранде своего бунгало в кубинское домино из больших деревянных плашек, купленных в сувенирном магазинчике отеля.

Солнечные пляжи Варадеро

По Домингосам-воскресеньям на вечернем пляже устраивались факельные шоу с танцами и плясками и обращениями к Колумбу (а не Нептуну), сидевшему на троне аниматору в красивом средневековом испанском наряде с аркебузой в руках. На какие-то только мужские танцы жена с дочерью выталкивали и меня в общий круг танцующих мужиков вокруг большого костра на пляже.

«Что я вам, Спиноза там какой-нибудь, чтобы ногами кренделя выделывать».

В толпе наблюдающих за файер-шоу услышал разговор двух русских женщин за своей спиной:

– А Ваш мужчина вам сказал: «Я люблю тебя» до или после секса?

– Для!

Когда штормило море, и Карлос поднимал на своей вышке красный флаг мы осваивали большой бассейн отеля, находящийся на внутренней территории среди его корпусов с парой баров с прохладительными напитками и ромом. Жена часто оставалась вечерами в бунгало, когда мы с дочерью уходили на развлекательные программы, она смотрела телевизор, когда там выступал с очередной зажигательной речью лидер страны Фидель Кастро. Он ей нравился, вернее, его длинные выступления. Уходим мы на танцы – она сидит и смотрит Фиделя, приходим мы с танцев – она спит, а Фидель всё ещё говорит. Сходили на все заказные ужины по системе заказов «А-ля-карт» в испанский и итальянский рестораны, а также в рыбный на берегу «La Panchita» на лобстер-парти, недалеко от нашего бунгало.

Однажды на пару дней наши русские пацаны-футболисты куда-то пропали. Потом выяснилось, что они ездили на двухдневную экскурсию в Гавану, когда вернулись они на пляже живо обсуждали подробности своей поездки. Сидя недалеко от них на топчанах под навесом, можно было услышать, что кроме посещений музеев, набережной, крепостей и баров Хэма они ещё захотели попробовать местных мучач.

– «Я вам ещё покажу!» – громко кричал Олег, убегая от чернокожих сутенёров, забравших у него деньги, а оплаченной услуги не предоставив. Другим, кто не обращался за помощью сутенёров, а договаривался сам с мучачами на Малеконе повезло больше, но их поражали антисанитарные условия куда их приводили и скорость общения в процессе соития.

– Я в порыве страсти сорвал с неё трусы через голову. а там даже кровати не было…

– Зато ты в отличие от Олега пришёл снаружи – помятый как пельмень, а внутри – довольный как слон.

Мне кажется, что дочь тоже прислушивалась к этим разговорам, хотя демонстративно нарочито при их появлении уходила купаться в море.

За день до нашего отъезда вся Куба отмечала 80-летний юбилей своего лидера Фиделя Кастро, который вроде как болел, когда мы прилетели, но сегодня он выступил с большой речью значит со здоровьем всё нормально, хотя на экране телевизора он выглядел немного похудевшим и выступал он не 5 часов, а намного меньше. По такому знаменательному поводу был всенародный праздник по всей стране и пиво с ромом лились рекой везде!

Всё хорошее когда-нибудь кончается, подошёл к концу и наш двухнедельный отпуск. В завершающий день узнав, что мы скоро уезжаем бармен Хосе в кафе на берегу наслушавшись моих рассказов за барной стойкой, пожарил мне большую рыбу-парго и отдельно принёс мне блюдо на топчан объявив всем, что я бывший подводный пескадор – рыбак, и потом весь день предлагал коктейли. Спасатель Карлос весь день сопя на своей вышке плёл из свежих и зелёных пальмовых листьев красивую шляпу и вечером преподнёс её жене, пришлось купить у него 4-ю коробку сигар «Монтекристо». Аниматор Хулио за то, что я однажды постоял на воротах в команде наших пацанов на футболе вручил мне сувенир – бейсбольный мячик. Администратор Камилла, отмечая меня в списках отъезжающих назавтра весело ржала над моими поездками в поисках детей на Кубе и на прощание поцеловала меня в щёчку, за то, что в анкете оценки услуг отеля я поставил высший бал за работу ресепшна.

Вечером мы с дочерью совершили прощальную прогулку по берегу и долго ждали закат солнца снимая его на камеру. Ждали вечерний закат долго, а нырнуло красное солнце в море очень быстро, мы чуть не прозевали этот момент, когда красный круг постепенно тонул на горизонте. По ТВ уже поздно вечером смотрел разные новости: от выборов в Туркмении после смерти Сапармурада Ниязова, до военной операции Израиля на юге Ливана, ядерных испытаний в Северной Корее и загадочных смертей бывшего президента Югославии Слободана Милошевича в Гааге и бывшего сотрудника ФСБ Александра Литвиненко в Лондоне.

На следующий день после завтрака, оставив типс-чаевые нашей постоянной камареро-уборщице Амелии, покинули своё бунгало и пошли на автобусную парковку возле отеля. Там при посадке в автобус в аэропорт Гаваны я нисколько не удивился что в нашей группе отъезжающих оказались и наши пацаны-футболисты во главе с блондином Олегом. Ехали по знакомой дороге с технической остановкой в Матансасе, где народ брал в кафе прощальные коктейли и кокосы с отрубленной макушкой и воткнутой трубочкой для сока.

Эксклюзивный ром «Матусалем»

Проехали Гавану по объездной дороге и в аэропорт Хосе Марти приехали к обеду, а вылет вечером, но регистрация на московский рейс уже началась.

Получили посадочные талоны на рейс № 332 Гавана-Москва и сдали свой багаж, перевеса не было, прошли те времена, когда с Кубы вывозили тонны ракушек и чучел крокодилов. В аэропорту после прохода пограничного контроля и получения штампа в паспорте находились небольшие магазины дъюти-фри, народ в них скупал сигары, кофе и ром, а потом шёл менять ставшиеся куки на настоящие доллары. Среди привычных бутылок рома Гавана Клаб и Сантьяго-де-Куба обнаружил на полке дорогой ром Матусалем, который любит сам Фидель и с удовольствием купил его. Потом долго ждали посадки на самолёт в переполненном зале ожидания с закусочными и кафе посередине и неработающими туалетами. Вернее, они работали просто там воды не было. В самолёте расселись по своим местам и приготовились к долгому перелёту. После взлёта все прильнули к иллюминаторам, где уже в ночной темноте сияли внизу огни красавицы Гаваны.

Аста ла виста – до следующей встречи Варадеро, Гавана и Куба, мы ещё обязательно вернёмся сюда!

В самолёте народ спал, читал и пьянствовал. Наши знакомые по Варадеро пацаны бродили между рядами разминая ноги и однажды блондин Олег, набравшись наглости и смелости:

«Тварь я дрожащая или право имею!»,

проходя мимо наших кресел, наклонился к дочери и предложил ей прогуляться по салону, и он ей погадает на руке, мол он умеет. Но тут вдруг жена выдала такую тираду, что дочь безвольно повисла на ремне кресла, которое уже хотела отстегнуть, а Олег удалился быстро с таким взглядом, в котором читалась его любимая фраза «Я вам ещё покажу…». Видимо жена тоже слышала разговоры на пляже о их гаванских похождениях. Так вот неожиданно закончился неудавшийся курортный кубинский роман дочери. А мне казалось, что это начало прекрасной дружбы…

«Не гадайте на любовь – всё решают небеса!»

А автор всей этой истории выпил рому, воткнул в уши наушники и до самой Москвы дремал и слушал кубинскую музыку и песни несравненной Омары Портуондо с её альбома «Nuestro Gran Amor». Любителям джазовой музыки на испанском языке кто не слышал её – рекомендую найти и послушать.

Известная джазовая исполнительница Omara Portuondo родилась в 1930 году в Гаване на Кубе. В молодости была певицей и танцовщицей в знаменитом «Tropicana Revue», с 1950 года в течение 15 лет выступала в составе певческой группы «D” Aida». Гранд-дама кубинской джазовой музыки прославилась исполнением меланхолических болеро и песен Сильвио Родригеса в 1960-х годах. Соло карьера певицы начинается в 1967 году, когда она выступает в международных турне вместе с американским певцом Nat King Cole, французской певицей Edith Piaf, и не забывая родную кубинскую сцену поёт вместе с известной джаз-группой «Bueno Vista Social Club» и снимается в одноимённом фильме Вима Вендерса.

Что не говори, а популярную на Кубе песню «Команданте Че Гевара» Омара исполняет очень душевно и жалостливо, аж плакать хочется…

Адмирал Пит Хайн

«Лучше проиграть со своими,

Чем выиграть с чужими!»

Пит Питерсон Хайн (иной вариант Хейн) или Пит Хейн-старший (нидерл. Piet Pieterszoon Hein), голландский адмирал Вест-Индской Компании и Соединённых провинций, герой восьмидесятилетней войны в Нидерландах, прославленный капер.

Пит Хейн родился в Делфсхавене (теперь это часть Роттердама) 25 ноября 1577 года в Южной Голландии. Его отец Питер Корнелисзоон Хейн владел недвижимостью в Делфте и в конце своей жизни стал капитаном конвойного судна.

Ещё будучи подростком, Пит Хейн стал моряком, уже в возрасте двадцати лет в 1598 году он вместе с отцом был захвачен в плен испанцами и почти четыре года был гребцом на галерах в Слейсе (Фландрия) и в Кадисе, пока в 1602 году не был освобождён в результате обмена на испанских военнопленных. Однако, уже в 1603 году он вновь попадает в плен к испанцам в Вест-Индии. В качестве галерного раба Хейн несколько лет провёл в Гаване на Кубе и Санта-Марте в Колумбии.

В 1607 году Хейн поступил на службу в Голландскую Ост-Индскую компанию и отправился в Индийский океан, где флот компании безуспешно атаковал португальские форпосты в Мозамбике, а также блокировал Гоа и Малакку. Вплоть до мая 1611 года Пит Хейн служил в Индонезии и на Молуккских островах.

Только спустя пять лет Хейн вернулся на родину, уже будучи капитаном. Он плавал в Атлантике и Средиземном море, пока в 1618 году его корабль не был задержан венецианцами. В течение двух лет он находился на службе у Венеции, но в 1621 году покинул венецианский флот и вернулся в Нидерланды.

Адмирал Пит Питерсон Хайн (Хейн) (25.11.1577–18.06.1629)

Хейн поселился в Роттердаме и в 1622 году даже стал членом местного городского самоуправления, при этом он не имел гражданства этого города, чему способствовал его родственник Авраам Янсзоон де Реус – один из трёх бургомистров города.

Позже Хейн стал командовать личным кораблём, он оперировал в Атлантике и на Карибах занимаясь контрабандой, после чего быстро разбогател.

Ещё в 1621 году Пит Хейн был принят во вновь созданную Голландскую Вест-Индскую компанию. В его каперском свидетельстве было предусмотрено ведение каперской войны против Испании и её колоний, проведение торговых операций и колонизация территорий в пределах границ, установленных Хартией от 3 июня 1621 года. В 1623 году Хейн был назначен вице-адмиралом и под его руководством голландская эскадра приватиров занялась уничтожением испанских кораблей в Карибском море.

В конце 1623 года адмирал Якоб Виллекенс и вице-адмирал Пит Хейн во главе эскадры из 26 вымпелов с 500 орудиями и 3300 человек экипажа направились в Бразилию, с целью завоевания Бухты Всех Святых. В 1624 году вместе с адмиралом Йоганом Уилкеном, его флотилия атаковала португальскую Бразилию, они выиграли эту битву и захватили город Байя (ныне Сальвадор) – столицу колониальной Бразилии и вывезли добычу на 11 трофейных португальских кораблях.

В 1624 году Хейн покинув Бразилию, направился к Африканскому побережью, совершив трансатлантический переход, Хейн в начале июня 1626 года вернулся в Карибское море в районе Барбадоса, а потом направился к западной оконечности Кубы – мысу Сан-Антонио.

Вест-Индская компания покровительствовала пиратству, и, хотя Хейна современные историки называют пиратом, он был всё-таки капером, так как его республика находилась в состоянии войны с Габсбургами и его действия в Карибском море против испано-португальских сил делали его популярным на родине. Конечно, некоторые приватиры вели себя не лучше обычных пиратов, но Хейн соблюдал строгую дисциплину на своих кораблях и резко пресекал любые проявления недисциплинированности среди экипажей своей эскадры. Кроме того, он никогда не был капером-индивиду алом, так как под его командованием находился значительный флот боевых кораблей.

Главной целью Хейна был так называемый Серебряный флот Испании, за которым он охотился на протяжении нескольких лет. Он перенёс район крейсерства в воды Бразилии, в начале марта 1627 года его корабли вторглись в бухту Байи. Обстреляв город Хейн захватил и потопил 26 торговых судов, после чего пошёл на юг, к Кабо Фриу. Всю весну и лето 1627 года он оперировал на морских коммуникациях у бразильских берегов и в июне снова потревожил Байю, а осенью с большой добычей (в основном сахар, табак и шкуры) вернулся на родину. За этот круиз длившийся 18 месяцев компания наградила Хейна золотой цепью и медалью.

В апреле 1628 года Хейн получил назначение на должность адмирала и генерал-капитана флота, насчитывавшего 31 судно со 129 бронзовыми и 550 железными пушками, на их борту разместилось 2300 моряков и 1000 солдат, заместителем Хейна был утверждён адмирал Хендрик Корнелисзоон Лонк.

В 1628 году Хейн вместе с флаг-капитаном Витте Корнелисзооном де Виттом вышел на перехват испанского флота, вёзшего сокровища из своих американских колоний в Мексике, Перу и Филиппин. К ним позже присоединилась эскадра вице-адмирала Джооста Банкерта, а также пират Мозес Коэн Энрикес. Часть испанского флота в Венесуэле была предупреждена о грозившей опасности, но другая половина из Мексики продолжила свой путь, не подозревая о угрозе. У кубинского побережья в заливе Матансас эскадра Хейна внезапно напала на легендарный флот и захватила в результате скоротечного боя испанские суда и огромную добычу. В руки победителей попали сокровища, включавшие 177 329 фунтов серебра, 135 фунтов золота, тысячу жемчужин и разнообразные дорогие товары, такие как индиго и кошениль. Нападение кораблей Хейна было настолько стремительным и неожиданным для противника, что стрельбы практически не было – и обошлось без кровопролития. Голландцы не взяли в плен испанцев, а наоборот дали достаточно запасов, чтобы те могли добраться до Гаваны. Командующий испанским флотом рыцарь ордена Сантьяго-де-Компостелла, генерал дон Хуан де Бенавидес-и-Басана, за это поражение был приговорён в Испании к смертной казни и после скорого суда-обезглавлен.

Победа Хейна стала крупнейшей каперской операцией за всю историю во всём Карибском бассейне. Чистая прибыль Вест-Индской компании составила около 7 млн. гульденов, моряки получили 950 тысяч, директора компании – 70 тысяч, сам Хейн – 7 тысяч гульденов. Пятая часть добычи пошла на пользу государству. Руководство компании смогло выплатить акционерам в 1629–1630 годах дивиденды в размере 75 %. Стоимость взятой Хейном добычи равнялась 2/3 стоимости годового содержания всей голландской армии, что позволило профинансировать её военные действия в течение восьми месяцев и дало возможность захватить мощную крепость Хертогенбос.

Пит Хейн вернулся в Нидерланды в 1629 году, где был провозглашён национальным героем. Глядя на восхищённую толпу, встречающую его, с балкона ратуши города Лейдена он заметил бургомистру:

«Теперь они прославляют меня, потому что я приобрёл богатство без малейшей опасности, но раньше, когда я рисковал своей жизнью в открытом бою, они даже не знали, что я вообще существую…»

Хейн стал первым и последним адмиралом, захватившим столь значительную часть испанского «Серебряного флота» из Америки.

Из-за конфликта с руководителями Вест-Индской компании 26 марта 1629 года он перешёл на государственную службу в чине лейтенант-адмирала флота Голландии и Западной Фрисландии, став таким образом, фактическим Верховным главнокомандующим голландского флота Конфедерации. В этом качестве Пит Хейн-старший принял участие в военной экспедиции против испанских корсаров, базировавшихся в Дюнкерке.

Старый гобелен «В морском порту»

В море он встретился с тремя корсарами из фламандского порта Остенде. Хейн смело направил свой флагман между двумя вражескими кораблями, паля из пушек с обеих бортов. Спустя полчаса в самый разгар сражения вражеское ядро угодило ему в левое плечо, 52-летний корсар-герой Питер Хейн-старший был убит на месте.

Тело погибшего флотоводца доставили в Аудекерк (Делфт) и похоронили в усыпальнице Старой церкви. Позже прах его поместили в мавзолее, а на одной из площадей в его честь был воздвигнут памятник.

Его именем называются корабли Военно-морского флота Нидерландов, а также назван тоннель Пит-Хейн, проходящий в Амстердаме под главным каналом.

Глава III. Доминикана, февраль 2009

«Поставил автор цель благую,

лечить испорченность людскую!»

Джонатан Сфивт

Доминиканская Республика – это?

Доминикана – так принято говорить в просторечии, а на самом деле это – Доминиканская Республика (исп. Republica Dominicana) – государство в восточной части острова Гаити (Карибское море), который Христофор Колумб открыл 5 декабря 1492 года, и на прилегающих островах, среди которых самыми крупными являются Саона (у юго-восточного побережья острова Гаити), Каталина (у южного побережья), Беата (у южно-западного побережья) и Кайо Левантадо (у северо-восточного побережья). Весь остров Гаити входит в состав архипелага Больших Антильских островов.

Доминикана имеет единственную сухопутную границу с территорией Республики Гаити, которая находится в западной части острова и занимает 36 % территории, а по другую сторону пролива Мона находится страна Пуэрто-Рико. Географически по карте остров Гаити является как бы продолжением «крокодила» Кубы.

На юге Доминиканская Республика омывается водами Карибского моря, а на севере – Атлантическом океане. Большая часть страны покрыта густой растительностью, насчитывающей более 500 видов растений. Такого количества великолепных водопадов, как в Доминикане, нет больше нигде в мире: 50-метровый Эль-Сальто-Химено с невероятной природой вокруг, Балнеарио-де-ла-Конфлуэнса для любителей экстрима, Эль-Сальто-де-Байягате, Балнеарио-де-ла-Гуасарас, Эль-Лимон и многие другие.

Самая высокая вершина острова – пик Дуарте (3087 м).

Большую часть своей истории (до признания независимости) эта испанская колония была известна как Санта-Доминго в честь её святого заступника Доминика. Жителей называли «Dominicanos» – доминиканцы, как прилагательное от «Доминго» и революционеры назвали свою независимую страну «Ла Република Доминикана».

История

До конца XV века территорию современной Доминиканской республики заселяли индейские племена. После открытия острова Гаити в 1492 году Колумб назвал эти земли «Эспаньола». Затем началась история колониального покорения Америки. В начале XVI века испанцы колонизировали остров. После этого на остров стали претендовать Великобритания и Франция. В 1697 году был подписан Риксвикский мир, по которому западная часть острова отошла к Франции, а восточная осталась у Испании. После начала войны Франции с Англией и Испанией весь остров был оккупирован французскими войсками.

В 1804 году на острове вспыхнула Гаитянская революция, в результате которого французские колонизаторы были изгнаны. В 1808 году Испания опять вернула себе восточную часть острова. В 1821 году в результате освободительной войны Санто-Доминго освободилось от колонизаторов, но в 1822 году вновь попало под контроль соседней Республики Гаити. В 1844 году произошло антигаитянское восстание, и в восточной части острова была провозглашена Доминиканская Республика и её первым президентом стал Педро Сантана. После провозглашения независимости в стране начался длительный период политической и экономической нестабильности.

Сантана, утративший поддержку населения, в поисках выхода из сложившейся ситуации попросил Испанию аннексировать в 1861 году Доминикану. В 1865 году началось восстание против испанского правления под руководством Грегорио Луперона. Повстанцы получили поддержку Гаити и начали действовать на севере и западе страны в результате испанцы были окончательно изгнаны. Экономическая ситуация в стране оставалась нестабильной, и президент Баэс повёл переговоры о присоединении страны к США.

В 1869 году он сумел пописать с госсекретарём Стюардом договор о включении Доминиканской республики в состав США. Однако в 1871 году американский сенат отказался ратифицировать его. Странно, однако! Почему это Штаты отказались прирастать новой территорией, ведь такими делами они в те времена успешно занимались.

Последовала серия переворотов в стране, в 1882 году генерал Улисес Эро провозгласил себя президентом, а в 1899 году его убил Рамон Касерес, ставший сам президентом.

Карта-схема расположения Доминиканской Республики на острове Гаити

В феврале 1905 года США взяли под контроль финансы и таможню Доминиканы. В республике продолжались государственные перевороты. 19 июля 1911 года президент Рамон Касерес был убит. В апреле 1916 года в стране вспыхнуло очередное восстание, на подавление которого США послали свои войска и 5 мая 1916 года Доминикана была оккупирована.

В 1924 году американские войска покинули Доминикану, но США сохраняли экономический контроль над ней. В 1930 году президентом страны стал Рафаэль Трухильо по прозвищу «Шеф» (исп. El Jefe), который правил страной вплоть до своей гибели в 1961 году. Тридцатилетняя «Эра Трухильо» в Доминиканской республике считается эпохой культа личности и кровавой диктатуры, его правительство проводило репрессии по отношению к оппозиции, проводилась дискриминация гаитянских иммигрантов. Это о нём госсекретарь США Корделл Халл сказал знаменитую фразу:

«Он, быть может, и сукин сын, но он наш сукин сын».

Во время Второй мировой войны Доминикана присоединилась к союзникам, но участия в боевых действиях не принимала. Доминиканская республика в 1938 году была одной из немногих стран, которая на Эвианской конференции во Франции высказалась в защиту евреев, и единственным из 32 государств, которое изъявило готовность принять большое количество беженцев, а именно до ста тысяч человек.

Вот где евреям из Германии и Австрии могло быть счастье! Почему же в мае 1939 года океанский лайнер «MS St.Louis» под руководством капитана Густава Шрёдера, вёзшего 950 еврейских беженцев из Гамбурга, не причалил в порту Санто-Доминго, а направился на Кубу и США, где в высадке на берег беженцам было отказано? Стоит только догадываться, может быть тогда это «Путешествие проклятых» закончилось бы более благополучно… Условия военного времени воспрепятствовали прибытию большого количества беженцев на Доминикану, а прибывшие после войны уехали в другие страны, сейчас в стране проживает не более 200 евреев, большинство из них в столице.

В 1959 году для свержения диктатуры Трухильо в страну прибывали даже кубинские революционеры, которые подняли восстание на Кубе против диктатуры Фульхенсио Батисты, завершившееся победой Революции, и вот они решили помочь своим соседям, следуя заветам Великого Ильича о экспорте революции, но их попытка поднять восстание была пресечена. В 1960 году Трухильо оказался замешан в покушении на венесуэльского президента Ромула Бетанкура. Организация Американских Государств ввело против Доминиканы эмбарго на поставки нефти и грузовых автомобилей. В условиях нарастающего политического и экономического кризиса 30 мая 1961 года Трухильо был убит, попав в засаду в собственном автомобиле Шевроле на автотрассе близ города Сьюидад-Трухильо, названного в его честь. Он стал жертвой заговора генералов Хуана Томаса Диаса и Антонио Имберта Барреры, роль ЦРУ в организации убийства до их пор является предметом дискуссий. Сын диктатора, мечтавший возглавить страну, уплыл с острова на яхте с телом отца, похороненным позже на кладбище Пер-Лашез в Париже.

«То, что рыба гниёт с головы – это оправдание конца!»

Президентом страны стал Хоакин Балагер, который уже в январе 1962 года был свергнут и бежал в США. После проведённых выборов в декабре 1962 года президентом стал Хуан Бош, который стал проводить коренные реформы и подготовку национальных кадров. 25 сентября 1963 года Бош был свергнут в результате очередного военного переворота, организаторы которого заклеймили его как коммуниста. Хорошо, что не убили!

Некоторое время страной руководил гражданский триумвират, пока 24 апреля 1965 года в стране произошло военное восстание во главе с полковником Франсиско Кааманьо, который потребовал возвращение к власти свергнутого Хуана Боша. Восставшие заняли Санто-Доминго и Кааманьо был назначен временным президентом, но против него выступила часть армии, поддерживавшая триумвират. Новая хунта во главе с генералом Э. Вессина двинула на столицу танки и авиацию. Вот какие горячие креольские парни!

25 апреля президент США Линдон Джонсон отдал приказ о начале интервенции американских войск в Доминикану. Интервенты захватили прибрежные районы столицы и всё побережье страны, 30 апреля было заключено перемирие. В результате американского вмешательства гражданская война в стране была прекращена.

В июне 1965 года были проведены президентские выборы, победу на которых одержал Хоаким Балагер. В сентябре войска США покинули Доминикану, президент Линдон Джонсон аргументировал вторжение желанием предотвратить взятие острова под контроль коммунистическими элементами. В 1970 и 1974 годах Балагер переизбирался на президентский пост. Выборы 1978 года выиграл Антонио Гусман Фернандес от созданной партии левой ориентации ПРД. В общем дальше в истории Доминиканы создавались другие партии, и президенты выбирались и уходили на покой без стрельбы, убийств и покушений, и она стала нормальной президентской республикой.

39-й Президент Доминиканской Республики Рафаэль Леонидас Трухильо Молина (24.10.1891–30.05.1961)

Доминиканская Республика имеет дипломатические отношения с Российской Федерацией (ранее с СССР с 1945 года). в марте 1991 года была достигнута договорённость об обмене послами, по совместительству, и с тех пор количество российских туристов, посетивших Доминикану увеличивается год от года в разы.

Туризм

Собираясь посетить свою вторую карибскую страну, я тщательно изучил разные рекламные проспекты, и они гласили о следующем:

«Доминиканская Республика – это тропический рай с белоснежными пляжами, где зажигательные латиноамериканские ритмы, невероятно вкусный ром и ароматный кофе станут спутниками вашего отдыха.

(Ну насчёт рома и кофе они наверно загнули, эти напитки везде невероятно хороши и ароматны. Главное сколько и с кем выпить!).

В этой удивительной стране, которую так часто изображают на самых ярких и красивых открытках, можно прикоснуться к практически не тронутой цивилизацией экзотической природе, получить истинное наслаждение от местной кухни, попробовать настоящие премиальные сигары, понаблюдать за разнообразным животным миром и морскими обитателями и конечно, расслабиться от городской суеты под тенью пышных пальм.

(Опять что-то не так. Открытки в любой стране яркие и красивые. Прикоснуться к экзотической природе можно и в Подмосковье, заблудившись в лесу в поисках грибов, бродить в отчаянии без компаса и навигатора и кричать «Люди-помогите». Жрать захочешь – получишь истинное наслаждение от любой кухни, даже в чайхане. Сигары разве что, но думаю кубинские-то получше будут. В московском зоопарке тоже разнообразный животный мир есть, вот разве что насчёт морских обитателей там не очень. Да, верно, барракуд там нет. Ну насчёт расслабиться от городской суеты это мы умеем в любых условиях делать).

«Пить и гулять – да других забот не знать!

Это наша российская так сказать, родовая черта».

Доминиканцы с большим радушием относятся к туристам и помогут сделать отпуск максимально весёлым и незабываемым. Ни один путешественник не устоит перед звуками динамичной бачаты, жгучей сальсы и задорной маренге, которые так любят демонстрировать местные жители, увлекая за собой гостей страны.

(Ну, к туристам наверно с большим радушием относятся в любой стране, даже в Гренландии, они ведь все с деньгами приезжают. А увлечь туриста можно куда угодно и звуками шотландской волынки, под ламбаду и фразу «Бамос а лп плайя асер амор» – Пойдём на пляж и займёмся любовью!).

Красочные пейзажи и мангровые чащи, небесно-голубой цвет океана и пустынные лагуны, пляжи с нежнейшим «молочным» песком и удивительные коралловые рифы привлекают в Доминикану огромное количество молодожёнов со всего мира, которые хотят провести свадебную церемонию или медовый месяц в окружении роскошных видов и экзотичной фауны.

(Вот тут, конечно, не поспоришь, коралловых рифов под Наро-Фоминском не найдёшь, и разные вкусные креветки там не плавают. Но всё равно – хорошее дело БРАКОМ не назовут!).

Любители достопримечательностей могут посетить исторический центр доминиканской столицы Санто-Доминго, который занесён в Список всемирного наследия ЮНЕСКО. Местная архитектура здесь действительно роскошна – многие постройки сохранили свой первозданный вид. А в современной части Санто-Доминго находятся всевозможные магазины, кафе и рестораны, где тоже можно весело провести время.

(Ну ладно уговорили. Если даже исторический центр столицы занесён в списки – значит надо ехать, истории разные мы любим, и весело провести там время, это конечно обязательно будет).

Пляжи

Сказочные пляжи (ну, конечно, а какие же ещё, но думаю, что они не сильно отличаются от кубинских, рядом ведь) Доминиканской Республики протянулись на 1288 км. И они достаточно разнообразны: от комфортабельных общественных с лежаками и беседками до затерянных диких уголков, где можно полностью слиться с природой и забыть о городской суете.

Самые популярные курорты Доминиканы расположены в восточной части острова. Большинство отелей сконцентрировано на пляже Баваро в Пунта-Кане. Прибрежная полоса с мелким белым песком протяжённостью 5 км и пологий спуск в воду привлекают семьи с маленькими детьми. Молодёжь выбирает этот курорт благодаря наличию баров и дискотек, а дайверы исследуют коралловые рифы, затонувшие корабли и подводные пещеры.

В 20 км от Баваро находится удивительный дикий пляж Макао. Здесь можно взять уроки сёрфинга или посидеть в уютном кафе, наслаждаясь свежими морепродуктами.

На полуострове Самана находится живописный пляж Ринкон, откуда виднеются изумрудные холмы, покрытые лесами. Сюда можно отправиться на экскурсии и насладиться великолепными видами. На закрытой территории «города миллионеров» Кап – Кане, который находится недалеко от Пунта – Каны, расположен широкий пляж Хуанийо, где влюблённые любят проводить свадебные церемонии и фотосессии.

Пляжи на восточном побережье Доминиканы

В закрытой бухте на севере Доминиканы есть удивительный пляж для отдыха с детьми – Диаманте. Здесь никогда не бывает волн, а прозрачность воды просто поражает. В курортном районе Ла Романа можно отдохнуть на пляже Минитас. Для отдыхающих здесь предлагаются разнообразные водные виды спорта, расслабляющий массаж и прокат катамаранов и снаряжения для снорклинга.

(Ну это снаряжение, допустим, мы возим всегда с собой вместе с ружьём для подводной охоты. Ну ладно хватит уговаривать, я вроде уже, как и согласился, осталось только собраться и подумать, как побывать на этих замечательных пляжах, вернее на всех, конечно, не получится, но что-то выбрать надо).

Hotel «Barceló Bavaro Beach 5*»

«Ясность – это одна из форм полнейшего тумана!»

Мюллер

На работе как-то случайно возникла у нас в коллективе небольшая тусовка из любителей дайвинга. Правда в отличие от дайверов Кости и Димы, любивших нырять с аквалангами и фотоаппаратами для подводных съёмок всяческой флоры и фауны, автор предпочитал нырять на охоту с подводным ружьём, иногда просто для уничтожения этой самой флоры и фауны или, другими словами, для добычи приза. Своим ружьём, давно проверенным итальянской марки «Mares Cyrano», пневматическим с гарпуном 7 мм и регулировкой мощности, максимальное давление в ресивере – 30 атм., названным кстати в честь Сирано де Бержерака из-за формы этого самого ресивера, автор был вполне доволен. Ружьё это было компактным 70 см длиной, и оно удобно размещалось в большой специально купленной дорожной сумке для подводных снастей с ластами и масками. Конечно, оно не было таким длинным и мощным как когда-то на Кубе и его нельзя было сравнить с навороченными «Векторами» или «Пеленга сами», но пострелять из него под водой в своё удовольствие было вполне возможно.

Вот только пострелять под водой в последнее время стало практически нигде невозможно из-за любителей борьбы с природой, вернее за природу. С моими ребятами-дайверами мы как-то ныряли в Египте на знаменитом коралловом рифе Рис-Мухаммед в Красном море утыканным подводными камерами для слежения за туристами-дайверами. Так там не то, что пострелять в рыбку какую-нибудь, а даже просто дотронуться до рифа нельзя было, вдруг отломаешь какой-нибудь кусочек. Если отломаешь и тебя «вычислят» потом по морде маски и, гиду-дайверу, то штраф в 1000 евро будет тебе реально обеспечен. Похожие строгости были на Маврикии и Сейшелах, но там хоть можно было договориться с хозяином катера, арендованным для морской рыбалки троллингом, остановиться и бросить якорь где-то в ему известном хорошем месте на рифах и понырять с ружьишком своим пару часов.

Во Вьетнаме, Таиланде и Китае можно было свободно нырять с ружьём, но там моря почти все и везде мутные. А вот на Лазурном берегу в каком-нибудь городишке Жуан-ле-Пен на юге Франции выбежишь ты рано утром на пробежку на набережную рано утром подышать свежим морским воздухом, а тут бац! Возле казино из воды вдруг вылезет мужик в гидрокостюме и с подводным ружьём волоча за собой по песку кукан с парой-тройкой тунцов или рыбы – дорады белой. Можно значит охотиться в морской воде прямо в центре города на муниципальном пляже Жуанита! Или вот, к примеру, в нашем Сочи гуляешь себе ты как-нибудь на солнышке по набережной в районе Имеретинского квартала и радуешься жизни, как вдруг тоже неожиданно вылезет из моря пловец весь в снастях, ружьём подводным с парой плоских камбал на кукане или катрана небольшого черноморского тащит по гальке и воде ломая ноги булькая на ходу, стекающей с него водой. Он тебя радостного такого ещё и обматерит в придачу если ты его и добычу исподтишка сфотографируешь.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Сейба – хлопковое дерево (лат. Ceiba pentandra), тропическое дерево семейства мальвовых. В естественных условиях произрастает в Мексике, Центральной Америке, Карибских островах и в тропиках Западной Африки.

Вернуться

2

Контаймент (от англ. Containment) – герметичная оболочка (гермозона) – пассивная система безопасности энергетических ядерных реакторов, главной функцией которой является предотвращение выхода радиоактивных веществ в окружающую среду при тяжёлых авариях.

Вернуться