Мира Мерино
Песнь Неваэ

Там желчь была и вой небес,
Там потемнел кровавый лес,
Там от любви остался пепел,
На этом пепле я воскрес…

«Из семи звёзд, образующих созвездие Семи Мудрецов, первыми на ночном небе восходят Пулаха и Крату. Говорится, что лунный дом, через который пройдёт по этим звездам небесный мередиан, соединяющий север и юг, будет управлять созвездием Семи Мудрецов в это время. Семь Мудрецов останутся связанными именно с этим лунным домом на сто человеческих лет.

Когда великие мудрецы созвездия Саптариши перейдут из Магха в Пурвашадху, Кали войдёт в полную силу».

Шримад Бхагаватам.

© Мерино М., 2024

От автора

Дорогой читатель! В этом мире все мы с Вами связаны одной нитью. Если посмотреть сквозь стены материи и времени, если быть очень внимательными, то можно увидеть, как повсюду вьются эти невидимые, но прочные, ало-жемчужные нити. Они заплетают судьбы в узлы и в узоры различных форм, они соединяют небо и землю, пространство и время, звёзды и сердца. Посмотри сейчас пристально на меня и на себя. Ты меня совсем не знаешь, а я тебя, но прямо в эту секунду волшебная нить пролегла от моего сердца к твоему через эту книгу. Так, совершенно негаданно, когда мы рождаемся, мы соединяемся с разными людьми, через них ещё с кем-то, и ещё, и ещё… Это подобно мерцанию огоньков в большом городе, когда наблюдаешь эту картину с высоты птичьего полёта. В этом понимании можно увидеть нас, как единый организм, у которого тоже есть отдельные органы, но в целом каждый из них необходим друг другу для того, чтобы в единой синастрии, служить ему для его проявления в этом мире. Так если на одной точке планеты происходит какое-то происшествие, мы это чувствуем и это отражается на нашем состоянии. Ты можешь возразить и сказать, что судьба незнакомых тебе людей безразлична. Да, ты хочешь, чтобы так было. Мы вообще хотим ни от кого не зависеть. Для этого мы бежим в большие города, чтобы там затеряться среди бетонных домов и бесконечного метро. И нам это почти удаётся. Но есть одна любопытная деталь, которая выдаёт нас. Даже если мы не хотим здесь никого знать и любить, сострадать и чувствовать, наше сердце с этим не согласно. А все потому, что оно не принадлежит нам. И вы это можете заметить по одной простой вещи. Чем бы вы в этом мире не обладали, какие бы ваши желания не исполнялись, даже если вы король или королева, президент или первая леди, новоиспечённая жена или муж, а может вы находитесь на белоснежном острове, где-то у бирюзового океана или даже если вы обеспечены на три поколения вперёд, вы не будете удовлетворены этим никогда. На каком-то поверхностном уровне вы будете счастливы, но тотально, никогда. А все потому, что наше сердце не принадлежит нам. Все той же ало-жемчужной нитью оно связано с Господином мироздания, и оно принадлежит Ему. И поэтому любые потрясения этого мира, будут резонировать в наших сердцах, даже если мы этого не хотим. Это может происходить на уровне от простого недовольства, отсутствия настроения, апатии, до глобальных страданий. Именно Он – Господин мироздания связал нас всех единой верёвочкой любви, именно Он, никогда не отпускает нас дальше себя даже на вздох, именно Он не разлучается с нами ни на миг. Эти нити невозможно порвать, сжечь в огне, порезать или каким-нибудь иным способом уничтожить. Они как пуповина матери. По ним поступает – Его любовь, и она связывает нас всех в единый узор, который отражается на небе. Поэтому нам так важно чувствовать друг друга, сострадать, желать друг другу благо, не множить врагов и относиться ко всем с добротой.

В книге, которую ты держишь в руках, я попыталась описать эту невидимую связь с ним, как с Личностью, которая совершенно реальна, вне зависимости от того, верим мы в неё или нет. Ты это обязательно почувствуешь!

Сюжет, заложенный в этой книге, основан на реальных событиях, которые произойдут в далёком будущем. Ты подумаешь, что это фантастика, но я скажу тебе, что нет. Для того, чтобы в картину будущего было интереснее погружаться, я прибегнула к определенным литературным приемам. С помощью этого вымышленные персонажи переплетаются с реальными событиями и лицами, благодаря этим же литературным вольностям, я ввела в сюжет книги разумный животный мир, который может общаться с людьми, но только ты можешь догадаться, надо ли понимать буквально, что я имела под этим ввиду.

Для тех, кто силён в древних писаниях, кто является философом по природе, заранее, я прошу прощения, что возможно не удовлетворю ваш пытливый разум. Но я знаю точно, что внимательно изучала священные писания и слушала учителей с тем, чтобы не допустить грубых искажений в своём повествовании.

Дорогой читатель! Приглашаю тебя в это невероятное путешествие! Я надеюсь, ты почувствуешь сердцем то, что я хотела тебе передать!

Твоя вечная доброжелательница

Мира Мерино.

Предисловие

Человеколев (нем. Lowenmensch) – статуя существа с человеческим телом и львиной головой, найденная археологами в Германии. Сделанная из бивня мамонта, статуя считается одной из древнейших известных скульптур в мире и самой древней зооморфной скульптурой. Учёные полагают, что фигура, возможно, представляет собой изображение божества и являлась предметом религиозного поклонения. После проведения радиоуглеродного анализа возраст человекольва был оценён в 32 тыс. лет. Позднее была произведена новая датировка, в соответствии с которой возраст скульптуры составляет 40 тыс. лет.

Скульптура имеет высоту 29,6 см, ширину 5,6 см и толщину 5,9 см. Она была вырезана из бивня мамонта с использованием каменного ножа, сделанного из кремня. На левой руке фигурки вырезаны семь параллельных горизонтальных линий.

Во время раскопок в начале 1930-х годов в долине Лонеталь в скальном массиве Холенштайн[de] в Швабском Альбе неподалёку от города Ульм, немецкие археологи обнаружили систему пещер с большим количеством доисторических артефактов. В 1937 году под руководством профессора Роберта Ветцеля начали проводиться систематические археологические раскопки в пещере Штадель (нем. Stadel) в 2,5 км от Ассельфингена, и два года спустя, 25 августа 1939 года, Отто Фёльцинг обнаружил сотни осколков бивня мамонта. Это был предпоследний день раскопок, которые прервались по причине начала Второй мировой войны. Без проведения какого-либо научного анализа находки были сданы на склад.

Тридцать лет спустя, в 1969 году, профессор Йоахим Хан во время составления списка артефактов в музее заметил сходство между осколками и догадался, что они представляли собой фрагменты статуэтки. Он провёл работу по реставрации, составив из примерно двухсот осколков человекоподобную фигуру без головы и других фрагментов частей тела. Ранее археологи находили лишь фигурки, представлявшие собой различных животных и птиц, но подобная, столь ранняя морфологическая комбинация человека и животного была найдена впервые. Йоахим Хан расценил фигурку как «выражение мистическо-религиозных чувств людей каменного века».

К осени 1987 года в распоряжении учёных оказалось ещё некоторое количество осколков, с помощью которых в Государственном музее Вюрттемберга в Штутгарте историк Элизабета Шмидт и реставратор Уте Вольф вновь в течение полугода проводили реставрационную работу, восстановив также и голову статуэтки. С 1988 года фигурка находится в экспозиции музея. Изначально профессор Хан расценил фигуру как мужскую, но профессор Элизабет Шмид, проведя дополнительные исследования, определила фигурку как женскую и назвала её «женщиной-львицей» (нем. Lowenfrau). Интерпретация данной археологической находки очень сложна. Исследователи отмечают, что у скульптуры человекольва есть определённое сходство с наскальной живописью в пещерах Франции, которая, однако, датируется более поздним периодом.

После того как данный артефакт был реставрирован и идентифицирован, в одной из пещер в том же регионе Германии археологами была обнаружена ещё одна подобная фигурка меньших размеров. Учёные предполагают, что человеколев, возможно, являлся предметом религиозного поклонения у людей позднего палеолита.

Скульптура человекольва является частью экспозиции городского музея в Ульме (нем. Ulmer Museum) (Германия)[1].

Глава 1

Неваэ, дочка, подойди ко мне.

– Да, отец.

– Ты опять разговаривала с рекой?

– Да. Она мне рассказывала, как стремится к океану.

– Дочка, ведь он высох…

– Но она очень упряма, отец. Она хочет оживить своего возлюбленного. Я поинтересовалась, как же у нее это получится. И, представляешь, она мне поведала одну историю.

Давным-давно, одна неизвестная река тоже захотела прийти к своему возлюбленному океану. Но из-за отсутствия дождей и разлуки с ним река стала высыхать. Ее воды превратились в болота, а берега стали рассадником засохших листьев и тины. Тогда она в слезах взмолила небеса послать ей хоть каплю дождя.

– Как тебе поможет эта капля? – спросили небеса.

– Если хоть одна капля дождя упадёт в мои воды, минуя все преграды из плотных облаков, что навсегда загородили землю от неба, то я, приняв в сердце эту силу, обязательно приду к стопам своего возлюбленного океана.

Небеса услышали ее мольбу, и одна маленькая капля стремительно упала в ее воды. В это же мгновение мощная сила вошла в реку, и она в своём величии стала двигаться к своему возлюбленному. Те края, как и она были высушены солнцем. Но река была непреклонна. Увидев впереди пески, она, не раздумывая вошла в них. Сила любви была так сильна, что пески и ветра, услышав стремление ее сердца, подхватили ее. В форме песчинки она в объятиях ветра прильнула к океану. Такова была эта история. И теперь она видит, – её возлюбленный потерялся в песках, и она должна спасти его, отдав все свои воды.

– Но что смогут сделать твои воды, разве смогут они вернуть к жизни такой огромный океан? – спросила я.

– Любовь сильнее законов природы, – ответила она.

Неваэ закончила свой рассказ. Отец задумался. А Неваэ вспомнила, как она сказала реке в продолжение их разговора.

– Ах, река. Я бы тоже хотела иметь возлюбленного, к которому я бы стремилась наперекор воле природы.

– Ты знаешь, почти каждую ночь мне снится один образ. Я не вижу лика, но чувствую его сердцем. Оно такое близкое и такое настоящее. А потом я просыпаюсь, и все исчезает.

Река ничего не ответила ей, только приласкала ее волосы своими водами, а Неваэ пела ей в ответ:

Я лишь поток из горных скал, я к океану устремлён
Я путь держу от выси синей ещё с начала всех времён

Своей я сутью преломлю и обойду любую твердь
Прохладой моего огня и зверь и люд был напоен

Тернист мой путь, но вкус дождя все гонит мои воды вдаль
Из недр взывает меня тот, кем был когда – то сотворён

Вот я извергся пеной весь, вот разразилось тело скал
О, мой манящий океан, твоим видением опьянен!

И каменистым был овраг, и колосились здесь поля
Я сам не понял, как вошёл своими водами в песок

Я сдался весь, бери меня и поглоти своим нутром
Но не иссох я и в песке, я ветром к цели унесён

Неваэ и ее отец Аку жили недалеко от высохшего океана. Эти места были давно всеми заброшены. Нашествие орков опустошило эти земли. Здесь не было жизни. Мудрец Аку со своей женой Флорой пришли сюда, чтобы оставить свои тела в медитации на Господа. Они ничего не ели и не пили шестьдесят дней, пока на шестидесятый день не пришло им видение. К ним пришел мудрец в белых одеждах и сказал, чтобы они вышли из медитации и пошли вниз по склону, вдоль реки. Не раздумывая, они сделали так, как было велено. В устье реки, среди веток и камней они увидели лодку. В ней лежала чудесная малышка, похожая на прекрасную луну. Она озарила их своей улыбкой.

– Откуда она здесь, как она выжила? – схватила девочку Флора.

– Вот так чудеса! – ответил Аку.

Они взяли малышку и пошли назад. Что нам с ней делать, чем кормить, ведь здесь ничего нет съестного уже давно, да и мы уже старые. Так они размышляли по дороге назад. Больше они не видели мудреца, но поняли, что их миссия вырастить это дитя.

В это утро прилетели две удивительной красоты голубки, у одной из них в клюве были три зерна риса, у другой чистая вода.

– Аку, Аку смотри! Птиц давно уже нет на земле, откуда же они взялись? – удивляясь сказала Флора.

– Сам Господь заботится об этой девочке, дорогая.

Так стали они жить. Аку сделал хижину из веток, а голубки каждый день, ровно в полдень, приносили им пропитание.

Прошло несколько лет. Флора неожиданно заболела и умерла. Аку остался для Неваэ и отцом и матерью, другом и учителем. Все что он скопил за эту жизнь в своем сердце он передал ей. Он учил Неваэ смотреть на этот мир с благодарностью в сердце, независимо от того, что он приносит. Он учил ее относиться к каждому живому и неживому существу с уважением и любовью. Аку говорил, что на земле нет ничего неживого, в каждом атоме есть душа, рассказывал он. Так Неваэ стала общаться с природой и всем, что ее окружало. Природа стала отвечать ей и у нее появились друзья – река, что как верная спутница была с ними рядом, опавшие листья, земля и ветер, тучи и холод.

Шли годы. Аку все старел, а Неваэ хорошела. Она стала такой прекрасной, что казалось сама луна смущалась показываться на небосклоне, боясь своей неприглядности. Аку старался не говорить много о той боли, что происходила на земле. Но Неваэ все знала. Река, ветер, земля были насквозь пронизаны ею, и она это чувствовала. Но никогда она не говорила об этом. Наоборот. Своими песнями и любовью она старалась излечить пожухлую траву, своими прикосновениями и смехом она очищала реку, объятиями согревала землю. Она была как отрада для всех. Неваэ пела:

Кто к возлюбленному внемлет? Стон любви меня привлеку
Под небесным одеялом в сердце жаждущей клинок.

Сказано глаза чакоры испивают лунный свет,
Только облачился в темень ее пристальный зрачок.

Обезумев от разлуки, птица изрыгает стон,
Этот свет подобен кладу, что припрятали в песок.

Знай же, о, моя подруга, не сокрыт тот свет в ночи,
Оглядись, не бейся о земь. Не погас здесь небосвод.

Как в саду весенним утром не умолкнут соловьи,
Так и свет луны прекрасной для тебя я сам сберёг,

Что за польза в промедление? Коль я здесь, открой глаза,
Упивайся же любовью, здесь Всевышнего чертог!

– О ком ты поешь, Неваэ? – спросили ее голубки.

– О, дорогие, птица чакора была одной из самых удивительных на земле. Она питалась лунным светом, а еще она невероятно красивая, как и ее возлюбленная луна, – задумавшись сказала Неваэ.

– Но вы не менее прекрасны, мои дорогие, – улыбнулась она, игриво глядя на своих дорогих голубок.

Неваэ и голубки стали словно сестры. Она понимала их язык и знала, что они прилетают из чудесных мест.

– Кто вас присылает к нам? – как-то спросила она.

Голубки ей ответили:

– Наш дедушка предсказал, что его внуков ждёт особая миссия. Это задача нашего рода, приносить воду и три зернышка в темные края прекрасной деве. Для нас это большое благословение исполнять эту миссию.

– Вы такие удивительные! И так добры к нам, как же я вас люблю, – поглаживая их, шептала Неваэ. – Можете ли вы мне рассказать что-то о вашей чудесной стране?

– Сестрица, наша страна действительна чудесна. Там сладкий воздух, ведь ветер доносит отовсюду ароматы цветов, там пчелы жужжат, перебивая птиц, а зеленые листочки нашептывают разные секреты леса.

– Зеленые листочки, пчелы, птицы? Неужели это все где-то есть? Милые сестрицы, как бы я хотела услышать эти звуки.

– Неваэ, твои песни, подобны звукам нашего леса, а твои вздохи похожи на жужжание пчел.

Неваэ улыбнулась.

– А если бы я вас попросила когда-нибудь меня привести туда?

– Неваэ, нам не разрешают, прости. Мы не можем огорчить своих родителей. Наши места скрыты.

– Хорошо, хорошо, милые, простите меня за мою бестактность.

Она вспомнила наставления отца, принимать все, что дает ей эта жизнь и больше не беспокоила своих сестер своими просьбами.

С тех пор песни Неваэ были пронизаны тоской по чудесным лесам, которых она никогда не видела и сладким ветрам, и пчелам, что переносят ароматы только что распустившихся фиалок.

Глава 2

Снова ночь. Открою ли я завтра свои глаза – неизвестно. Укрываясь под своим стареньким одеялом, что местами протерлось до дыр, я грущу. На груди лежит изображение, которое мне очень дорого. Его приходится прятать, потому что это небезопасно. Его зовут Симхо. Я нашла его в этом лесу после того, как мы с отцом покинули наш дом. Нам пришлось это сделать, когда мы потеряли маму. Нашествие орков в наших краях было очень сильным. Мы видели, что творится вокруг и всячески пытались себя защитить. Но в одну из ночей, они ворвались в дом и напали на нас. Пока отец меня прятал, маму убили. Нам удалось сбежать. Мы решили идти в лес, поскольку там сейчас спокойнее, чем в городах.

Когда мама читала мне книжки, описывающие сказочные времена, цветущие деревья, реки и озёра, пение птиц, я не могла поверить, что это было когда-то на земле. Мы шли по лесу, и я вспомнив очередной раз рассказы мамы, спросила:

– Папа, неужели земля когда-то выглядела по-другому? Неужели, была зелёная трава и высокие деревья, которые давали плоды?

– Наверное, дочка. Нам сейчас сложно сказать, что было четыреста тысяч лет назад. Сейчас другие времена и не осталось на земле никого, кто бы мог поведать эту тайну.

– Да, мне бы очень хотелось поговорить с каким-нибудь мудрецом, – сказала я.

У меня было столько вопросов. Откуда мы? Кто создал эту землю? И почему сейчас земля не даёт урожая, почему люди едят друг друга? Куда делись животные, что заселяли землю?

Отец ничего не отвечал. Он с грустью смотрел вдаль, наступая на пожухлую траву, и только вздыхал.

Моя мама была травницей. Она и научила нас добывать себе травы и корнеплоды, чтобы утолять голод. Несмотря на то, что земля почти не даёт урожая, мама как-то обнаружила; изучая средние слои почвы, что там ещё имеются запасы диких корнеплодов, пригодных в пищу. Кроме этого, она долго изучала травы, которые, не успев появиться из почвы, тут же загнивали и нашла способ извлекать из них нужные микроэлементы для поддержания тела. Благодаря маме, мы сохранили свой инстинкт человечности, и не стали людоедами. Однако то, что творилось вокруг, было ужасным.

Земля опустела. Некогда, построенные города, превратились в свалку из развалин. Всюду, бесчинствовали тайные группировки, которые похищали людей, насиловали чужих жен и детей. Люди были низкими, похотливыми, нечестивыми и безрассудными.

Мамы, рожая детей, сразу их съедали, соседи, родственники нападали друг на друга с одной целью – утолить голод. Всюду творилось беззаконие. Правительство поддерживало беспорядки. Орки питались химической едой, которая производилась на огромных заводах, но она не могла в полной мере утолить их голод. Поэтому они охотились кланами друг на друга, чтобы поедать плоть.

В облаках постоянно сверкали молнии. Повсюду царил мрак и дурная погода. Также отдельные места сотрясались от землетрясений и катастроф.

О дружбе я знала только из книг, так как в наше время такое понятие было небезопасным.

– А может останемся в лесу? Мы не знаем, как обстоят дела в других городах, – предложила я отцу.

– Не знаю дочка, что лучше. Давай, остановимся и найдём себе что-то поесть.

Я опустилась на землю и стала делать так, как учила мама. Я прощупывала землю руками, ища мягкий слой. Найдя это место, я начинала капать лопаткой, что всегда лежит в моем кармане. В этот раз копать пришлось очень долго, пока я не наткнулась на корень. Вытащив его, мы с папой очистили корень от земли и съели, медленно прожевывая. Через несколько минут голод отступил.

– Я хочу пить, – сказала я отцу.

– Потерпи, скоро спустимся к реке, уже недалеко.

Мы вновь продолжили свой путь по направлению к реке.

Вскоре я услышала шум воды и побежала в этом направлении. Спустившись к воде, я достала из рюкзака свою кружку с встроенным фильтром. Зачерпнув грязную воду, я закрыла крышку и уселась на берег в ожидании. Отец неподалёку от меня сделал тоже самое. Мы сидели и наблюдали, как потоки темных ручьев стекаются по каменистым ущельям в устье реки.

Загорелся индикатор, и я быстро, открыв крышку, опустошила кружку с водой.

– Теперь можно идти дальше, – сказала я отцу.

– Темнеет милая, – сказал он. – Давай найдём привал.

– Хорошо, отец.

Мы вернулись в лес. Внимательно оглядев по сторонам, мы искали то, что может подойти для ночлега.

Тут я увидела недалеко большой камень.

– Давай разобьём ночлег у того камня, – предложила я отцу.

– Отличная идея.

Я улеглась на сухую траву, накрыв себя тоненьким одеялом, единственную вещь, которую я взяла из дома. Отец развёл костёр и мы, наблюдая как языки пламени танцуют в ночном небе, заснули. Я проснулась ночью от холода. Костёр погас, а мое одеяло, казалось, совсем не грело в эту леденящую ночь. Я посмотрела на отца, он умиротворённо спал. Я села, поджав ноги под себя, и с головой укуталась под одеяло, согревая себя дыханием. Немного согревшись, я вылезла из-под одеяла и бросила взгляд на камень. Меня сразу привлёк свежий след на земле, будто этот камень подняли и поставили, но уже чуть на другое место. Я подошла ближе. От прикосновения моей руки, камень упал. На удивление, он оказался чрезвычайно лёгким. На месте, где лежал камень, я увидела рамку, покрытую землей. Чья-то древняя фотография или картина. Я взяла в руки находку и стала отряхивать землю. Вскоре перед моим взором предстал Он. Это был наполовину лев, наполовину человек, удивительной красоты создание. Его лицо было добрым и таким мужественным, что я сразу почувствовала незримую защиту и покровительство. На его шее было надето ожерелье из драгоценных камней. Он сидел на троне, а вокруг росли цветы. Голова была львиная, но взгляд был человеческий и проникал в самые глубины души.

– Ну, здравствуй, – сказала я, сразу почувствовав, что это не простое изображение.

Я прислонила его к сердцу, показывая, что рада нашему знакомству. Кто это? Думала я, разглядывая рамку. Я вертела ее со всех сторон, пытаясь найти какую-то надпись или любые намеки на принадлежность. Но так ничего и не нашла. Пока я разглядывала изображение проснулся отец.

– Милая, почему ты не спишь? Что у тебя там?

– Папа, смотри кого я нашла.

Я подошла к папе и села на краешек его одеяла, передав ему своего друга.

Папа долго его разглядывал, не произнося ни слова. После долгого молчания он сказал.

– Эта вещь лежала в земле очень долго, смотри, это стекло. Когда-то давным-давно делали такие стёкла, которые могли трескаться. Видишь, какой толстый слой?

– Да, действительно, как я не заметила. Сейчас у нас стёкла тоньше тонкого и совсем не бьются, а здесь я вижу большой скол.

– Интересно кто же здесь изображён? – добавил отец, пристально разглядывая образ.

– Не знаю, но он очень красивый и добрый, – ответила я, забирая из рук отца изображение. – Возьму его с собой.

Я легла под одеяло и, положив своего друга к себе на грудь, уснула как ребёнок.

На рассвете мы проснулись и пошли дальше. Мы прошли значительное расстояние, думая о своём.

Вскоре, по сгущавшимся тучам стало понятно, что вот-вот пойдёт дождь. А значит нужно было срочно найти укрытие. Как-то бабушка мне рассказывала, что когда-то давно на земле шли дожди, от которых можно было не прятаться. Вода с неба падала чистая, она поила деревья и землю, отчего те давали плоды и урожай. Люди могли бегать под дождём, весело перепрыгивая через лужи и не обжигались. В наше время дожди местами ядовитые, и если попасть под такой дождь, можно не выжить. Поэтому мы все научились предсказывать погоду и находить укрытие.

Я стала переживать, наблюдая как чёрные тучи повисли над головой. Я посмотрела на папу, он остановился и стал оглядываться по сторонам.

– Мы что-нибудь обязательно найдём, милая, вот увидишь.

Мы побежали, пристально ища спасение. У меня участилось дыхание, и я стала чувствовать, что силы меня покидают. В один момент я рухнула на землю без чувств. Дальше я ничего не помню.

Очнулась я в пещере. Я посмотрела по сторонам и на сердце стало так легко, оттого что мы в укрытии. Рядом со мной сидел отец и какой-то пожилой человек. Я не видела никогда таких людей раньше. Его глаза были настолько добрыми, что мне хотелось всегда смотреть в них и никогда с этим человеком больше не разлучаться. Я чувствовала полную безопасность и неподдельную сердечность.

– Здравствуйте, меня зовут Ная, – сказала я этому человеку.

– Здравствуй, дочка, – мягким голосом ответил он.

– А как мы сюда попали, отец?

– Когда ты упала без чувств, я взял тебя на руки и побежал дальше. Но силы и меня стали покидать. Я опустился на землю и стал плакать от безысходности. Когда уже меня совсем покинула всякая надежда на спасение, я закрыл тебя собой и стал ждать дождя. Вдруг ко мне подошёл этот человек и позвал за собой.

– Пошли, – сказал он, – быстрее, я вам покажу укрытие.

– Я собрал последние силы и пошёл с тобой на руках за ним. Совсем недалеко находилась эта пещера, в которую мы быстро зашли. Тут же стеной обрушился дождь.

Тут я вспомнила про своего друга и стала искать свой рюкзак.

– Папа, папа, – крикнула я. – А где мой рюкзак?

– Да вот он, не переживай ты так, – удивился отец.

Я открыла рюкзак, достала изображение, прижала его к сердцу и успокоилась. Пожилой человек, видя это, улыбнулся.

– Можно мне посмотреть, что у тебя там.

– Да, конечно. Я его нашла вчера под камнем. Я чувствую, что он как будто живой.

Старик взял изображение и как только он на него посмотрел, тут же упал как палка на землю, вытянув руки.

– С вами все хорошо? – спросила я.

– Вам плохо? – мы подбежали к нему.

Так он пролежал какое-то время, а мы с отцом не могли понять, в чем дело. Вскоре он поднялся с земли, держа изображение в руках. В глазах его стояли слезы.

– Да, я более чем в порядке, вот до того, как вы мне дали – это изображение я был не в порядке, а теперь я счастлив. Ты не представляешь дочка, какая тебе выпала великая удача найти Его. Я тебе скажу больше – он сам пожелал к тебе прийти, поэтому ты его нашла.

– О ком вы говорите? Кто он? – спросила я.

– Его зовут Симхо, он лев. В этой форме сам Бог приходил на эту землю очень и очень давно.

– Бог? А кто это Бог?

– Ах, дочка, – с грустью сказал старик. – В нынешнее время это слово произносить нельзя, иначе тебя тотчас же убьют. Поэтому люди уже не говорят о нем, потому что давно забыли его, а те, кто знают, скрываются либо в непроходимых чащах леса, либо под землей.

– Милый дедушка, расскажи, пожалуйста, о Нем, – сказала я, чувствуя, что это что-то очень важное.

– Дочка, Бог это тот, кто создал всех нас, эту планету, другие вселенные и галактики. Он тот, кто находится в сердце каждого живого существа, он тот, кто знает нас лучше, чем кто-либо другой. Он изначальный, вечный, он причина всех причин. Давным-давно на земле были храмы и люди приходили в эти храмы, молились Богу, предлагали ему огонь, воду, цветы, благовонии. В каждом доме был алтарь, и такие дома были благословлены им. Книги, в которых было рассказано о Боге, давно истреблены, храмы разрушены. И теперь о Боге говорить запрещено.

– А откуда вы знаете о Нем, – поинтересовалась я.

– Я один из немногих, кто получил эти знания от своих предков. В нашем роду была книга, в которой было предсказано все то, что сейчас происходит – вырождение цивилизации. Но эта книга была уничтожена. Я знаю только то, что мне передал на словах мой дедушка, а ему его отец и так далее от наших предков.

– Как интересно, – с воодушевлением ответила я. – Вы сейчас полностью разрушили мою картину мира. Но у меня сейчас столько вопросов, что боюсь и жизни не хватит, чтобы на них ответить. Расскажите ещё поподробнее о Нем, – я указала на изображение, которое было у него в руках.

– Симхо, – старик произнёс его имя и задумался, – о нем почти ничего не известно. Все древние писания были утеряны. Единственное, что мне рассказал дедушка, так это то, что Симхо защитник. Когда Симхо находит друга, то уже никогда его не бросает. Он его оберегает от любых неприятностей и даёт личную защиту. У дедушки тоже было изображение Симхо, только немного другое. Всю жизнь он его оберегал. Однажды дедушка пошёл в горы. Он частенько уходил туда, чтобы побыть одному и поискать древние захоронения. И вот, как-то ночью, начался ураган, да такой, что дедушку с его подстилкой подбросило в воздух. В этой воронке из деревьев, листьев и прочей лесной мишуры, дедушку крутило с неистовой силой. Он рассказывал, что уже попрощался с жизнью, как вдруг чьи-то лапы, аккуратно достали его из воронки вместе с подстилкой, и опустили на землю. Когда он очутился на земле, то увидел, что ураган стих, а рядом с подстилкой лежит изображение Симхо. Он сразу понял, что это Он его спас.

– А как такое может быть? – спросила я.

– Ная, ведь это сам Господь, а для него нет ничего невозможного.

– Мне все это сложно понять, – сказала я. – Когда всю свою сознательную жизнь ты не знала кто такой Господь, сложно вот так, взять и перестроиться. Но знаете, что интересно. Когда я нашла это изображение, у меня было чувство, что я нашла что-то родное, как будто друга нашла, хотя у меня никогда не было друзей и по опыту я не знаю, что это такое.

– То что ты говоришь, это истина, – ответил старик. – Симхо – друг. Он тебе обязательно даст знать это. Только ты должна с ним не расставаться, всегда помнить, что он с тобой. Разговаривать с ним, заботиться, делать все, как если бы ты заботилась о своём друге и вскоре ты ощутишь с ним связь.

– Спасибо, милый дедушка, – ответила я, – расскажите о себе, откуда вы? И чем занимаетесь?

– Дочка, я родился в этих местах, и сейчас, будучи стариком здесь и обитаю. Только мне пришлось покинуть свой город. И я вынужден сейчас бродить по лесам и искать укрытие в пещерах. Нынче время такое, небезопасное. Да что уж говорить, вы и так знаете. Мне мой дедушка говорил, что наше время самое тяжёлое за всю историю вселенной и только самые грешные и самые благочестивые души рождаются сейчас. Потому что выжить в таких условиях и не осквернить своего сердца могут только избранные. Дедушка с детства мне наказал рассказывать о Боге искренним душам, чтобы вселять в них надежду в это непростое время. Встретив вас, я почувствовал, что вы очень сердечные люди. И к тому же сам Симхо пришёл к вам!

– Мы тоже с отцом сейчас в раздумье, как поступить. Идти в город или прятаться в лесах.

– Я могу вас отвести в одно место, там живут несколько семей, которых я хорошо знаю, они очень сердечные люди, и я думаю вы подружитесь.

– Мы будем очень счастливы, если найдём прибежище рядом с хорошими людьми, – сказал отец, – в последнее время я утратил всякую надежду повстречать таких людей.

– Да, это так, – сказал старик, – таких людей сейчас единицы, и они все вынуждены скрываться.

– А это далеко отсюда? – спросила я.

– Несколько дней с остановками на привал, – сказал старик.

Мы двинулись в путь. Дорога мне казалось не такой тяжёлой как до этого. Я чувствовала прилив сил и не могла понять их источник. Мы показали старику как мы ищем себе пищу, а он поделился своими секретами.

– Мы тоже учились у мамы, – сказал он. – Все вокруг ее считали странной, так как она разговаривала с деревьями, с землей. Она понимала язык туч и чувствовала, когда и с какой стороны приближаются орки. Так вот, земля ей показывала, где лучше взять коренья, такие, которые вы употребляете в пищу. Она слышала ее голос и шла на ее зов. Кроме этого, мы научились извлекать пищу из деревьев.

– Это как? – с удивлением спросила я.

– Ты же знаешь, что раньше на земле росли плодоносящие деревья. Мама знала, какие это были деревья и знала где они растут. Сейчас они мутировали, вследствие кислотных дождей и климата, но их структура, осталась такая же. В их семени заложен плод, но он просто не вызревает. Мы берём почки с этих деревьев, которые появляются и потом сразу сгнивают. Этими почками мы питаемся. Мама знала, когда, где и у каких деревьев образуются почки, и мы в соответствии с этими обстоятельствами перекочевывали с места на место.

– А вы угостите нас? – спросила я, – очень хочется попробовать.

– Конечно, по дороге у нас будет такое дерево, – ответил он.

– Скажите пожалуйста, а почему так случилось, что люди стали есть друг друга? Не верится, что когда-то были иные времена, – задумчиво сказала я.

– Есть одна легенда, объясняющая это. Я верю в ее правдивость. Я расскажу ее вам, когда мы остановимся на ночлег.

Темно-зелёные деревья с почерневшими от дождей листьями сменяли друг друга перед моим взором пока мы шли. Тишину временами нарушал ветер, что раскачивал их. Какое-то время мы шли молча, думая каждый о своём. В моем рюкзаке лежал Симхо, и я волей не волей думала о нем. Теперь ты мой друг, думала я. Мне так хочется что-то сделать для тебя приятное, но что я могу? И что ты хочешь, думала я, утопая ногами в гнилых листьях.

Вдруг я почувствовала в сердце его ответ: я хочу есть, меня давно никто не кормил.

– Есть! – крикнула я так, что папа и старик вздрогнули. – Ой, простите, – я стала заикаться. – Мне что-то померещилось. Я шла, думая, что мне показалось. Но тут я в сердце опять услышала совершенно точно, что Он просит есть. Как это возможно?

– Мы можем остановиться где-то и найти пищу? – спросила я у старших.

– Да, конечно, дочка. Совсем скоро мы подойдём к тем деревьям, о которых я говорил.

– Слышишь, Симхо, – сказала я. – Потерпи, уже скоро.

Так началась наша дружба с Симхо.

Мы прошли ещё какое-то время, пока старик не сказал:

– Вот оно – это дерево. На нем росли плоды манго. Это был удивительный сочный и сладкий фрукт. Теперь это дерево в два раза меньше, листья на нем опадают почти сразу после наступления весны, а почки появляются и высыхают. По моим подсчётам, к завтрашнему утру, они появятся и можно их поесть, я покажу как. Я как раз шёл к этому дереву, до того, как повстречал вас.

– Отлично, – сказала я. – Значит у нас есть время послушать вашу легенду, о которой вы говорили.

Были времена, когда земля цвела изумительными покрывалами луговых цветов, сочных ягод и изумрудных рек. Животный мир был таким же чудесным, как и растительный. Стая оленей, слонов, львов грациозно ходила по лесам, резвилась на водопое, поднимала пыль столбом на рассвете, мчась на встречу солнцу. Люди дружили с животными, считая их своими братьями и понимали их язык.

Так и жили люди и животные вместе пока не наступила засуха. В тот год перестали лить дожди, деревья высыхали, земля не давала плодов, вода в реках и озёрах уменьшалась. Люди и животные обессилили от изнеможения и умирали от голода и жажды. В один из таких суровых дней склонился волк над телом своей волчицы и детёнышей и завыл. Этот вой, казалось, коснулся самих небес и отразился скорбью в сердцах многих живущих.

– Господин небес, – сказал волк обращаясь куда-то вдаль. – В твоей воле послать нам дожди или высушить эту землю! И мы всего лишь подчиняемся ей. Но сердце мое разрывается от тоски, когда я вижу по дороге к водопою упавших замертво людей и зверей. Когда страдают мои братья ужас становится ещё большим. Чем прогневали мы Тебя? Ответь!

Голос с небес отвечал.

– Сын мой. Это предвестники грядущих времён, которые в скором времени настигнут эту землю. Скоро сердце людей высохнет как эта земля и не будет в этих сердцах дождей милости и веры. Скоро их глаза будут мутными как эти реки, в которые не впадают свежие воды, и они будут видеть все сквозь ил черноты. Скоро их речь будет подобна этим тропинкам, на которых лежат умершие от жажды люди, потому как своими словами они будут убивать последние ростки чистоты, затерявшиеся в сердцах. Их рот, словно засуха, пожиравшая все живое, будет поедать своих братьев, смакуя их кости, а братья будут поедать их. Неся стопы этих людей на себе, земля будет стенать от горя. И в один из дней она перестанет давать им кров и пищу, под тяжестью такой ноши. Тогда наступят ужасные времена. Голос замолчал.

А волк ужаснулся.

– Тогда высуши эту землю прямо сейчас, – крикнул он. – Зачем ждать таких времён?

Голос ответил.

– Я не вмешиваюсь в свободу воли. Так хотите вы, живые существа, тому и быть.

– Подожди, как это хотим? Кто? Кто это хочет? – кричал волк. – Смотри как мы любим друг друга, как страдаем, теряя близких? Ты не видишь этого семени, подобно тому, как не видишь семени в этом дубе, а ведь это дуб появился из него. Также семя жестокосердия уже лежит в сердце у каждого и однажды из него появится дерево греха. Кто же положил туда это семя? – Не мог успокоиться волк. – Мне сложно тебя понять. И что же теперь делать? Есть ли какое-то спасение?

Господин небес отвечал:

– Я открою тебе эту тайну. Она, попадая в сердце уничтожит семя греха, и оно улетучится подобно дымке на рассвете.

Волк опустил морду. Почему же ты доверяешь это мне? Мне, не обладающему разумом.

Голос ответил:

– Я отвечаю любому, кто вопрошает с искренностью и открытым сердцем, никто кроме тебя ко мне не обратился, стало быть, ты единственный, кому я доверяю эту тайну.

– Что же мне делать с ней? – вопрошал волк.

– Неси ее на своей шкуре, в своих глазах, черти ее своими когтями на земле, чтобы каждый, кто с тобой соприкасался, принимал это противоядие от жестокости и если ты сможешь спасти от этого безумия хоть одно живое существо, не все будет потеряно для земли.

В тот же миг волк почувствовал, как его сердце расширилось от проникновения чего-то неизведанного, но такого сладкого. Из глаз волка потекли слезы, полные сострадания.

Вскоре пошёл дождь, и все вроде бы наладилось. Однако только через много-много веков семя проросло и дало свои плоды, которые мы видим сейчас. Говорят этот волк до сих пор жив и бродит по земле, раздавая противоядие.

– Так что это за время, что положило семя греха? И что это за противоядие? – спросила я.

– Дочка, я этого не знаю. Я лишь слышал эту легенду от своего деда, но он мне не поведал более чем я рассказал.

– Может когда-то ты сама увидишь этого волка или того, кто встречал его и узнаёшь эту великую тайну. Я уже стар. Всю свою жизнь я пытался найти его следы, но все тщетно. Я также ничего не слышал о нем от других людей.

– Ну ладно, нам пора, вот-вот появятся почки.

Мы подошли к дереву и стали наблюдать. Примерно, в обещанное время, я увидела на ветках выступы, похожие на почки. Старик подошёл к ветке, провёл пальцем, будто нащупывая что-то и сказал мне подойти.

– Дай руку, милая. – Он взял мой палец и провёл им по ветке, так чтобы я почувствовала эту почку.

– Вот она, сейчас надо ее извлечь. – Он взял ножик, аккуратно срезал выступ не задевая ветку и дал мне.

– Как ее есть? – спросила я.

– Хорошо ее пережёвывай во рту, пока все полезные элементы не проникнут в организм.

Я взяла почку и присела под дерево. Тут я вспомнила про Симхо.

– Симхо, а я забыла про тебя, – сказала я, коря себя за такое отношение к другу. – Прости, мне сейчас надо привыкнуть к этой мысли, что мы друзья, и что ты хочешь есть. А может ты ещё что-то хочешь? – спросила я.

А как ты будешь есть? Может я схожу с ума? – на секунду я сказала себе, не понимая до конца что происходит.

Я не обращала внимание, разговаривая с Симхо, что на меня пристально смотрел старик. Он улыбнулся и присел ко мне.

– Милая, с тобой все хорошо, ты не сходишь с ума. Просто твой Симхо, он живой, ведь между Господом и изображением нет никакой разницы.

– А как мне его покормить?

– Мой дед предлагал пищу перед своим изображением, кладя ее на лист и что-то говорил. К сожалению, я не слышал слов. Можно просто попросить Симхо принять твои подношения. После этого пища считается чистой и является особым благословением для человека.

Я быстро нашла лист, положила на него почку и поставила перед изображением.

– Вот Симхо, кушай. Это тебе. Больше мне нечего предложить тебе.

Я смотрела ему в глаза, представляя, что он сейчас ест этот незнакомый мне плод.

Через некоторое время я взяла почку и положила себе в рот. Ничего вкуснее я в жизни не ела. Она была сладкая и сытная. Я почувствовала, что эта пища благословляет. В сердце пришел ответ, что Симхо удовлетворён. Это чувство захватило меня полностью, и я погрузившись в него, закрыла глаза.

– Симхо, обращалась я к нему мысленно, как хорошо быть твоим другом и делать для тебя что-то маленькое и нужное.

– Давайте сегодня переночуем на этом месте, а завтра пойдём дальше, – предложил старик.

Мы с отцом согласились.

– Сейчас мы полностью находится под вашей опекой, поэтому будем делать так как вы скажете, – добавил отец.

Лёжа этой ночью под одеялом и вспоминая все эти события, я думала, что же нас ждёт дальше. Может быть утром я уже не открою глаза, но удивительно страха у меня не было совсем. Я уснула спокойным сном, как никогда.

Во сне я почувствовала невероятный запах. Я открыла глаза и не могла понять откуда он исходит. Я встала и начала осматриваться. Я увидела вдалеке яркий неоновый свет и направилась туда. Запах усиливался по мере приближения к свету и окончательно, вскружил мне голову. Что это за великолепие? Я готова отдать жизнь за то, чтобы всегда чувствовать этот запах. Он окутывает меня тёплом и нежностью и пробуждает в сердце радость и неведомые доселе чувства. Свет становился все ярче, а запах сильнее. Я подходила все ближе, шаг за шагом ступая по ночной траве, я всматривалась в эпицентр сияния, тщетно пытаясь увидеть там хоть что-то. Вдруг из-за дерева, что росло возле этого сияющего убранства медленно и грациозно вышел необычный лев. И я сразу поняла от кого исходил этот великолепный запах. Лев был удивительно красив. Его глаза были синими, а белки с красноватым отливом. Его взгляд был таким любящим, что мне казалось я теряю сознание смотря на него. Его грива отливала золотом, а на лбу висело украшение с драгоценным камнем, что переливался тысячами оттенков, ослепляя все вокруг сиянием. На его лапах виднелись браслеты и перстни, а на теле знаки, высеченные изумрудными нитями. Он смотрел на меня с такой любовью, что я не выдержав этого счастья зарыдала. Обессилив, я припала к земле, вбирая в себя всем своим существом незабываемый запах и тепло этого существа, жадно боясь упустить даже легкое дуновение. Он положил мне морду на спину, сказав:

– Ная, я больше не покину тебя. – Его голос нежный как лепесток и звонкий как гром затронул все мои чувства, заставив их оцепенеть. Я потеряла сознание. Открыв глаза, я увидела себя лежащей под своим стареньким одеялом. На груди лежал Симхо. Ничего не выдавало произошедших событий.

– Что это было? – взбудоражено сказала я.

Это был сон? Я стала судорожно нюхать одеяло, свои волосы, землю, но ничего не выдавало тот запах. Ничего. Я закрыла лицо руками и заплакала:

– Неужели сон?

– Что такое, дочка?

На мой тихий плач проснулся отец.

– Ничего папа, мне приснился плохой или хороший сон, – еле слышно добавила я и накрылась одеялом.

Проснувшись утром, мы собрались в путь, но мой сон не давал мне покоя. Где-то глубоко в сердце со мной происходило что-то, что я не могла понять. Все мои мысли и чувства были устремлены в этот сон.

– А где живут эти люди, к которым мы идём – спросила я, чтобы хоть как-то отвлечься.

– Они кочевали с места на место, – ответил старик. – Какое-то время они жили в подземных городах, но там стало тоже опасно. Сейчас они нашли безопасное место в океанской впадине. Несмотря на то, что города в океане тоже населяют орки, есть некоторые тайные места, о которых нам поведала одна горбунья. До них ещё не добрались эти жестокие существа. Поэтому мы направляемся туда.

Глава 3

Несколько дней и ночей продолжалось наше путешествие, пока мы не подошли к заливу. Зрелище захватывало дух.

Мы стояли на отвесе горы, а внизу бушевал бескрайний океан. Обрыв будто манил к себе, притягивая мой взгляд и меня немного пошатнуло. Отец схватил меня за руку.

– Ная, не подходи близко, это опасно.

Я присела на землю, переводя дух.

– Теперь надо спуститься вниз, – сказал старик.

Я посмотрела на небо. Погода портилась. Тучи стали сближаться, обнимая друг друга и соединяясь в танце. На это зрелище я сразу почувствовала ответ от своего тела. Судороги прошли по ногам, руки вспотели, взгляд стал блуждать по сторонам в поисках укрытия.

Мой взгляд, пересекся со взглядом старика. Я была поражена его спокойствием и невозмутимостью. Это настроение быстро передалось мне будто по невидимому проводу, и я быстро успокоилась.

Смотря на меня, старик медленно проговорил.

– Ная, все хорошо, я знаю, где укрыться.

Мы быстро направились за ним, дыша в затылок.

Спускаясь по крутому склону, было слышно, как камни летели вниз, разбиваясь об воду, нарушая тишину этого места. Я сосредоточилась на своём теле, внимательно ступая ногами по каменистым уступам, пытаясь четко следовать за спускающимися впереди меня спутниками. Я вспомнила про Симхо, который лежал в рюкзаке.

– Симхо, – сказала я ему мысленно, – если я сорвусь с этой скалы, то куда я попаду? И что будет с тобой? Ты попадёшь в пучину океана, а может быть будешь лежать между камней и ждать нового друга, готового с тобой разделять свой кров. А как же я буду без тебя там, откуда еще не возвращались и где мне уготована неизвестность? Я размышляла о вещах, о которых ничего не знала. Но мне было грустно от мысли, что я уйду из этой жизни так и не познав дружбу с Ним, которая только зарождалась.

Вдруг моя нога соскользнула с выступа, и я неловко перевалилась на одну сторону. Судорожно хватая камни руками, я чувствовала, что падаю. В эту секунду страх сковал меня так, что я, зажмурив глаза едва смогла издать глухой звук:

– Помогите!

Вдруг неведомая мне сила подхватила меня и поставила обратно. Медленно, открыв глаза и ничего не понимая, я увидела взгляд отца, в которых одновременно застыл ужас и радость.

– Ты в порядке, дочка? – спросил он.

От переизбытка чувств слёзы градом полились из моих глаз.

– Да, – всхлипывая говорила я. – Да, папа.

Старик поднял руки вверх и запел во весь голос незнакомую мне песню на непонятном языке. Он пел так, что эхо распространяло этот звук повсюду и, казалось, горы и океан подхватывают эту мелодию и разносят ее в свои глубины.

Симхо, Симхо, единственное что я расслышала. Озарение и восторг окатило меня с ног до головы, когда я поняла, что это он меня спас. Мурашки покрыли мою кожу, а сердце трепетало от одной этой мысли.

– Симхо, – прошептала я, обращаясь к нему. – Спасибо тебе, друг мой сердечный, спасибо.

– Давайте быстрее, – обращаясь к нам сказал старик, оборвав свою песню.

Мы быстро последовали за ним, вспомнив, что намечается Дождь.

Обойдя опасные скальные участки, мы ступили на гористую местность, не представляющую уже такую опасность.

– Сюда, сюда, – звал он. Увидев небольшое ущелье прямо в горе, мы направились к нему.

– Здесь будет безопасно.

Внутри пещеры было холодно.

– Похоже вы знаете все здешние места, – сказала я.

– Да, дочка. Пришлось изведать все уголки этой местности. Бывало, я заставал в пути сезон дождей и мне приходилось по много дней находиться в пещерах.

– А у вас была семья? Дети?

– Да. Но мне не удалось их спасти от орков, – с грустью ответил он. – С тех пор, я одинокий странник.

Несколько дней нам пришлось находиться в пещере. Мы сильно проголодались, так как из запасов еды у нас ничего не было. Благо, что вода стекала по скале и утоляла нашу жажду. Наконец на утро третьего дня, мы обессиленные вышли из пещеры.

– Что будем делать? – спросил старик.

– Пойдём назад за пищей, либо продолжим путь к океану?

Я была очень голодна, но понимала, что разумнее дойти до намеченного места.

– Может пойдём дальше? – неуверенно предложила я.

– А чем питаются те люди? Разве в подводных городах есть пища?

– Пищи там практически не осталось, – сказал старик. – Водоросли, морской виноград, – то, чем питаются сейчас те люди. У них остались небольшие запасы мест, где можно добыть пищу, но они больше не восполняются океаном. Скорей всего, нужно будет вскоре покидать эти места и опять искать прибежище в лесах. По крайней мере, коренья ещё есть глубоко под землей.

Спуск вниз уже стал легче, так как самый тяжёлый участок остался позади. Вскоре мы добрались до берега.

– Здесь есть вход в тоннель, – крикнул старик, показывая нам на скалу.

– Будьте внимательны и следуйте строго за мной, не разговаривайте, чтобы не привлечь внимание. Я вас поведу тайными тропами.

Мы вошли в тоннель. Он был сделан из прочного стекла и позволял рассматривать океан изнутри. Подумать только. Когда-то в нем были рыбы, акулы и прочие существа, сейчас же океан был тихим и одиноким.

Тоннель расширялся пока мы не увидели впереди город. Одинокие дома, от которых не веяло жизнью стояли в хаотичном порядке. На улицах был разбросан мусор, вещи, пластик. В воздухе стоял гнилой запах.

– Как тут можно жить? – спросила я. Здесь невыносимо пахнет

– Потерпи дочка, нам нужно за город. Там уже не будет такого запаха.

– А где живут орки? – спросила я.

– Они живут на другой части океана.

Напряжение от этих слов немного спало, и я уже даже могла вдыхать этот гнилой воздух.

Вскоре мы вошли в зону искусственного леса. Я никогда не видела таких больших деревьев. Их макушки упирались в самый купол, на ветвях висели плоды, шишки, зелёные листья, все так, как будто они настоящие. Люди создали эту искусственную красоту, чтобы скрасить своё убогое существование. Пахло здесь все также ужасно.

– За этим лесом, будет наш дом, потерпите немного, – сказал старик.

Я была на грани упадка чувств. Голод сковал все мои конечности, ум бунтовал, силы покидали.

– Я больше не могу, – упав на пол, прошептала я.

Старик подошёл ко мне, аккуратно взял меня, перевалил на плечо и молча пошёл вперёд. От этого жеста я пришла в себя. Что ты делаешь? Говорил голос внутри меня. Этот человек старше тебя в два раза, и он сейчас в таком же состоянии, также голоден, но он ещё и тебя взвалил себе на плечи. Ко мне вернулось второе дыхание, и я попросила меня вернуть в вертикальное положение.

– Мне уже лучше, пошлите, – со стыдом произнесла я.

– Смотри, милая, – сказал старик. – Видишь тот дом? Вдалеке виднелся небольшой дом. Возле него, на стеллажах стояла разная утварь – горшки, кастрюли. Возле входа были раскиданы рукописи, старые вещи и ткани разноцветных оттенков.

Мы подошли к двери. Было тихо. Старик постучал в дверь, как мне показалось, определенным ритмом. Дверь открыла молодая женщина лет тридцати.

– Дядюшка, – кинулась она на старика, обнимая его.

Старик отечески прижал ее к себе.

– Дядюшка, дядюшка, – заплакала та.

– Венеция, все хорошо, – успокаивая бормотал старик.

– Все ли у вас хорошо? Где Рой?

– Дядюшка, – ещё больше стала стенать Венеция. Старик все понял без слов.

– Когда? – спросил он.

– Неделю назад.

Он снова прижал ее к груди. Тишину нарушали еле подступавшие всхлипы.

– Венеция, – через некоторое времясказал старик. – Смерть приходит к каждому. И ко всем она приходит в виде времени. Для любого человека оно отмерено с математической точностью. Но ты должна знать, что умирает тело. Душа же дальше продолжает скитаться по этим просторам материальной вселенной, воплощаясь в телах разных живых существ. Поэтому, после того как ты оставишь на моем плече свои последние слезы, воспрянь духом. После этих слов Венеция успокоилась.

– Проходите, дорогие гости. Простите меня, всё о себе, да о себе. А вы, наверное, уставшие с дороги и голодные.

Мы зашли внутрь дома. Комната была темной и пустой. На полу лежала циновка и плед. Поодаль стоял маленький столик, на нем тарелка, наполненная незнакомыми семенами.

– Присаживайтесь, – предложила Венеция.

– А что это, – удивлённо спросила я.

– Много лет назад, когда мы перебрались в это место, мы организовали раскопки дна. Этот город в океанской низменности был построен давно, и строители особенно не интересовались почвой. Им надо было в первую очередь создать внешний каркас, чтобы тот удерживал давление воды, течения и т. д. А мы заинтересовались почвой, ведь ещё много тысяч лет назад много чего с земли попадало в океан и там благополучно схоронилось. Итак, мы нашли залежи разных вещей: украшения, ткани, вещи, останки техники и в том числе нашли семена.

– Что мне сейчас делать? – обратилась Венеция к старику.

– Оставайся здесь. Здесь пока безопасно. Я привёл сюда семью, будете жить вместе. Может ещё кого Господь пошлёт. По крайней мере у нас будет такое место, где люди смогут находить приют.

– А насколько здесь безопасно? – поинтересовалась я. – Ведь ваш супруг пострадал? – неосторожно спросила я.

– В основном орки в эти края не наведываются. Это место считается пустошью, как пустыня, потому что здесь нет воды и пищи.

– А с другой стороны, сейчас нет таких мест на земле, которые можно считать с уверенностью безопасными.

– Да, я понимаю.

– Завтра, на рассвете, я вас покину, – сказал старик

Я постелила циновку на полу, достала Симхо и завернувшись в свое одеяло, уснула.

Когда я открыла глаза, то не увидела никого рядом. Дом был пустым. Мне страшно было подниматься, и я залезла под одеяло, как в детстве. Помню, когда наступал страх, я часто так делала, представляя, что одеяло мой защитный кокон, в который никто не проберется. Я пролежала какое-то время, пока не услышала шаги. Высунув нос, я краем глаза подсмотрела, что это отец.

– Папа ты где был? И где все?

– Милая, я провожал старика. Он не хотел тебя будить, но сказал передать тебе это. Отец протянул мне листок бумаги, свёрнутый в несколько частей.

Я взяла этот свёрток бережно, будто это самая дорогая драгоценность. Развернув его, я прочитала:

«Ная, милая Ная. Я отправляюсь назад, бродить по лесу в поисках оставшихся людей, чьим сердцем ещё не овладело вожделение есть чужую плоть. Даже если таких людей уже нет, я не могу оставить эту миссию и буду до конца своих дней ее осуществлять. Тебя я попрошу о следующем. Я знаю, ты особенная, раз сам Симхо к тебе пришёл, а значит у тебя есть тоже своя миссия. Прошу тебя, корми Симхо, не забывай о нем, рассказывай ему любые тайны своего сердца и помни, он твой друг. Ты не должна думать, что это обычное изображение, так ты отдалишь себя от него. Наоборот, чувствуй сердцем, что он с тобой и обязательно это увидишь, как он будет проявляться в твоей жизни. И ещё одно, не менее важное дело. Ты должна найти волка, того самого, который раздаёт противоядие. Я так и не смог этого сделать. Прошу тебя, сделай это ты. Может когда-нибудь ещё увидимся. Подпись Нил.»

Я свернула письмо и прижала к груди. Я почувствовала тепло к этому человеку и большую ответственность.

Я даже не спросила, как его зовут, подумала я. Какая я не внимательная к людям.

– А где Венеция? – спросила я.

– Возле дома, – ответил отец.

Я накинула одеяло и вышла во двор. Венеция разглядывала ткани, напевая чудную мелодию.

Я заслушалась.

– Что это за мелодия?

– А, Ная, я ее знаю с детства. Мама часто ее пела. Вот слова к ней я не помню. Но помню, что они предназначались Богу.

– Богу? Я совсем недавно узнала, кто такой Бог. Мне никто не рассказывал о нем.

– Да, сейчас такие времена. Люди забыли о Нем. Ты знаешь, моя прабабушка очень много говорила о Боге. Она выходила на улицу и рассказывала соседям истории про святых. Но в основном люди не понимали, о чем она говорит. И как-то раз к ней в дом пришли дружинники и забрали ее. Ее убили за то, что она говорила о Боге. Тогда моя бабушка осталась без мамы. Никто ей не помогал. Она жила одна, добывала себе пропитание и выживала как могла. И нам она дала наставление. Не говорить о Боге прилюдно, держать это как тайну семьи.

От этой истории слёзы выступили из моих глаз.

– Как так? – прошептала я. – Не понимаю… Венеция меня обняла и сказала.

– Милая девочка, ты знаешь, Господь все видит, и он обязательно нас спасёт, вот увидишь.

– Мне так хочется в это верить, – прошептала я. – Этот мир он такой чужой и жестокий. Будто нарост, он причиняет боль, и мне не хочется принадлежать ему. Я хочу верить, что где-то есть место, которое прекрасно и доброжелательно, где можно лежать на мягкой траве и смотреть в небо и не бояться. Где есть друзья, которые тебя не предадут, где есть любовь, то чувство, о котором я не знаю. Слёзы катились из моих глаз, будто кто-то опустил дамбу, сдерживающую их, и я вспомнила потерю матери, кости на дорогах, всю жестокость этого мира и свою незащищённость, то чувство, которое порой сковывает.

Венеция ничего не говорила, она меня обнимала и принимала мои слёзы, как явление вполне обычное, давая мне высвободить от боли часть моего сердца.

Спустя некоторое время я успокоилась.

– Венеция, что мы будем делать? Чем я смогу помогать вам? – спросила я уже с другим настроением, понимая что жить нужно дальше, и что у меня есть серьёзные задачи.

– Будем жить здесь. Что нам ещё остаётся делать, – развела руками Венеция.

– Но Нил мне сказал, чтобы я сделала кое-что важное. Слышала ли ты историю про волка?

Венеция улыбнулась широко и вскрикнула как девочка.

– О, да, я помню, Нил ее мне рассказывал несколько раз.

– Ты веришь, что этот волк существует? – спросила я.

– Конечно, в этом нет никаких сомнений. Нил необычный старик. Сколько его знаю столько и не могу его разгадать. С каждым годом он ещё больше для меня загадка и каждый раз я узнаю о нем что-то новое. И поэтому я верю ему.

– Да, но это звучит как-то фантастически, я бы сказала.

– Ная, ты даже не предполагаешь, сколько в этом мире загадок.

– А ты не думала, что это за противоядие, которое он раздаёт? – поинтересовалась я.

– Нет, не знаю, я спрашивала у Нила, но он мне не ответил, хотя я уверена, он знает ответ.

– Вот, этого волка мне надо найти, об этом меня попросил Нил.

– Да ты что? – с удивлением спросила Венеция. – Это серьёзная задача, не до шуток. Защита собственной жизни становится на второй план, раз такие дела.

– Да, ты права, – сказала я. – С тех пор как я получила такое наставление, я только об этом и думаю. И мне не остаётся времени, чтобы бояться за себя. Тем более, у меня есть Симхо. Один раз он меня уже спас.

– Симхо? Мне не ловко тебя об этом спрашивать, но Нил мне рассказал немного о Симхо и я хотела бы его увидеть, можешь мне его показать?

– Конечно, сейчас.

Я достала моего друга из рюкзака, развернула его аккуратно и показала Венеции.

– Вот он, Симхо – мой друг. Нил сказал когда-то давно сам Господь воплощался в этой форме, но эта история утеряна и на земле уже никто не знает об этом.

Венеция долго смотрела на Симхо. Взгляд ее от безмятежно детского до глубоко задумчивого отражался в его глазах. Она будто прилипла к нему и не могла оторваться.

– Ная, – спустя время сказала она. – Это что-то невероятное, он меня пленил, я не могу оторвать от него взгляд, что это? Это изображение явно обладает какой-то особенной силой.

– Это сам Господь, – сказала я, – и это понятно, почему ты не можешь отвести глаз. Ведь Господь – это проявление всего прекрасного и сам он прекрасен, – выпалила я. Сама удивляясь тому, откуда у меня взялись эти слова.

– Да, наверное, – ответила Венеция.

– А может ты его не будешь убирать в рюкзак? Давай сделаем для него особое место, красивое, как он сам и поставим его туда, пока мы здесь.

– Это отличная идея! Мне нравится! Очень хочется сделать для него что-то красивое, и ещё мне надо его кормить, так сказал Нил.

Мы поставили посреди дома высокий стол, на котором разместили Симхо, украсив его веточками сухого дерева и лоскутами алой ткани.

Умиротворённые от проделанной работы мы уснули.

Я проснулась снова от невероятного запаха. В воздухе стояла сладость, от которой кружилась голова. Я вышла из хижины и увидела ослепительный свет, как в прошлый раз. Я сразу побежала в ту сторону, ожидая что увижу Его. Спотыкаясь об коряги, я устремилась к этому свету, боясь, что скоро это видение исчезнет. Он сидел и ждал. Чем ближе я подбегала, тем чётче видела его грациозный стан. Он был великолепен. Я добежала до него и застыла, смотря ему в глаза. Он тоже не отводил от меня своего взгляда.

– Кто ты, – как загипнотизированная сказала я.

– Ты меня разве не узнала?

– Нет, – не уверено сказала я.

– Загляни в своё сердце и ты сама найдёшь ответ, – сказал он.

Я не могла ни о чем думать, мне просто хотелось смотреть на Него. Вдруг я услышала чудесные голоса, которые чудесно пели мелодию под звуки музыкальных инструментов. Ничего волшебнее я раньше не слышала. Она уносила меня куда-то далеко. Мое сердце как магнит бродило за этой мелодией, цепляясь за звуки будто за спасательный круг. С неба сыпались лепестки цветов, устилающие землю вокруг неизвестного друга. Я прислушалась и услышала еле слышные слова – Симхо, Симхо, и как удар молнии меня поразило. Я поняла кто передо мной.

– Неужели это ты, – прошептала я, – как это возможно?

Симхо улыбнулся.

Я положила голову на его гриву и слегка обняла.

– Прости что даже не спросила разрешения, но мне так хотелось обнять тебя всем сердцем.

Я почувствовала тепло от него и полную безопасность.

– Чем я заслужила такую милость, что ты позволил мне найти себя? – спросила я.

– Ная, мы с тобой знакомы очень и очень давно. Ты помнишь себя только в пределах этого тела, я же знаю тебя вечно. Много миллионов жизней ты скитаешься по материальному миру, воплощаясь в разных формах, пытаясь найти здесь счастье, но так и не находя его. И все это время я присутствую рядом с тобой, наблюдая за тобой и давая тебе право самой выбирать, как жить. В последнюю жизнь на земле связь между нами укрепилась и теперь ты можешь меня видеть.

– Хочешь я расскажу тебе о ней?

– Разве мы живем не одну жизнь? – удивлённо спросила я. – Мне об этом никто не рассказывал.

Симхо улыбнулся.

– Ты живешь в самое темное время. Это самая чёрная ночь перед рассветом. Только самые падшие и самые благочестивые души воплощены сейчас на земле. Скоро, очень скоро на земле будут события, которые предначертаны свыше. Эти события описаны в древних свитках, которые утеряны, как и знания о душе, о реинкарнации и многое другое.

– О душе? Расскажи, Симхо, что такое душа.

– Ты есть душа, а не тело. Твоё тело подобно твоему рваному платью, скоро совсем износится и душе придётся покинуть его. И ты как душа помещалась в разные тела в соответствии со своей кармой и желаниями. Так ты путешествовала по вселенной в поисках счастья. Ты была камнем, травой песчинкой, животным, насекомым, растением, человеком, ты прошла все формы жизни.

– Какой же в этом смысл? – спросила я. – Чего я ищу?

– Ты права, в этом нет смысла. Я могу тебе показать то, что ты ищешь, но не знаю сможешь ли ты сейчас это увидеть, – сказал он.

– Покажи, покажи… – волнительно сказала я много раз.

– Смотри мне в глаза и не отводи взгляд, – сказал он. Я с большим трепетом в сердце смотрела в его глаза и мне хотелось делать это вечно. Я почувствовала, как пространство расширяется, и я будто бы тону в этом взгляде, полным любви. Это чувство усиливалось и приобретало сладость, и, мне казалось, я чувствую даже во рту этот вкус. Вкус, запах и ощущения увеличивались, и я почувствовала, как у меня закружилась голова, а сердце застучало все сильнее и сильнее, земля уходила из-под ног, и я понимала, что мое тело не выдерживает этих вибраций.

– Симхо, – прошептала я и потеряла сознание.

Я открыла глаза. Я лежала на кровати, Симхо стоял на своей полке все так как было перед сном. Но сейчас у меня не было сомнений что это был не сон. Я подошла к Симхо.

– То, что ты хотел мне показать, я не смогла увидеть, но эти ощущения блаженства я никогда не забуду. Симхо, только не оставляй меня никогда, пожалуйста, – сквозь слёзы сказала я.

Я надела своё платье и вышла на улицу. Венеция и отец беседовали во дворе.

– Ная, как ты спала? – спросила она.

– Нормально, – сухо ответила я.

Весь день я была задумчивой, будто снова находилась в другой реальности. Мне так хотелось общаться с Симхо и каждый раз, подходя к изображению я будто ждала что он спрыгнет с полки и расскажет мне что-то очень важное.

Но, увы, этого не случилось не на следующий день, не через месяц.

Дни тянулись серыми и тоскливыми.

Как-то утром, мы сидели у дома и услышали шорох. Эти безлюдные места отличались мёртвой тишиной, поэтому любые посторонние звуки были странными. Мы интуитивно вскочили и побежали в сторону дома. Мы вбежали в дом, захлопнули двери и притаились. Были слышны шаги. Я побежала к полке, схватила Симхо и спрятала его за пазухой. Отец побежал к двери и стал сдерживать ее своим телом. Дверь стали дёргать, сильнее и сильнее. Венеция кинула отцу палку, понимая, что гость явно не свой. Натиск становился все сильнее и сильнее. Отцу все труднее было держать оборону. Мы навалились с Венецией на него, пытаясь изо всех сил помочь. Казалось, с той стороны двери силы только прибавлялись и вскоре к нам в дом влетел страшный человек с каменными глазами, раскидав нас по разные стороны от удара двери.

– Орк! – закричала Венеция в страхе.

Отец схватил палку и ударил его сзади, но этот удар оказался ему не почем. Орк взял отца и кинул об стену и направился к Венеции. Она металась по сторонам и кричала от ужаса. Я стояла в оцепенении и не знала, что делать. Глаза орка озверели, на лице выступила ухмылка.

– Вот тебя я съем с удовольствием, – сказал он. Венеция залезла в страхе под стол, орк одной рукой его перевернул и схватил ее за волосы. Понюхав ее, он лизнул ее за щеку отчего та сморщилась в ужасе.

Я посмотрела на отца. Он лежал неподвижно у стены, из его головы сочилась кровь. Несмотря на то, что я пребывала в состоянии оцепенения, какая-то неведомая сила вошла в меня и я, схватив палку, что лежала на полу воткнула ее в голову орка с такой силой что он вмиг упал навзничь. Кровь хлынула из глаз, ушей и рта. Мы с Венецией подбежали к отцу. Он не подавал признаков жизни.

– Папа, папа, – кричала я, обливаясь слезами.

– Пульса нет, – сказала Венеция. – Ная, он уже холодный, мне жаль.

Боль потери охватило мое сердце в свои тиски. Слёзы как бурный поток реки лились из глаз, омывая меня скорбью.

– Ная, некогда, нам нужно срочно уходить отсюда. Венеция быстро собрала плоды с дерева в рюкзак, положила в мой рюкзак одеяло, бутылку, Симхо и схватив меня за руку вывела из хижины. Я подчинилась, бросив последний взгляд на отца. Мы побежали, не оглядываясь навстречу очередной неизвестности.

Глава 4

Боль ещё пронизывала мое сердце своей иглой, но я уже была сосредоточена на инстинкте выживания и потому пришла в чувства. Мы бежали по той дороге, по которой шли с Нилом.

– Куда мы теперь? – кричала я Венеции.

– Обратно на сушу, укроемся в лесах. Может встретим Нила.

– Дай отдышаться, подожди, – сказала я, но Венеция продолжала меня тянуть за руку.

– Не сейчас Ная, – умоляюще прошептала она.

– Надо уйти на безопасное расстояние.

– Почему они нас нашли? Нил же говорил это безопасное место.

– Я не знаю милая, до сегодняшнего дня это было так. Сейчас я не чувствую, что вообще где-то есть такие места, и от этой безысходности мне хочется выть.

– Я буду искать волка, – решительно сказала я. – Буду искать людей, которые как мы. Я уверена, где-то на земле есть такие люди.

Уверенность и сила росли во мне. Я закричала и стала трясти Венецию.

– Мы обязательно их найдём и будем в безопасности, слышишь, – захлёбываясь в слезах говорила я.

– С нами ничего не случится, с нами Симхо, он защитит нас, как это сделал сейчас.

Мы обе обнялись и стали рыдать от переизбытка волнений и страха.

Мы пошли вверх по обрывистому участку скалистой местности. Внизу красовался океан, как очередное воспоминания о наших потерях.

– Симхо, – обратилась я к нему мысленно. Я должна найти волка. Я хочу постичь эту тайну, помоги мне.

Темнело.

– Нам надо подумать о ночлеге, – сказала я. Я чувствовала ответственность за Венецию, хотя она была старше. Здесь недалеко есть пещера, в которой мы укрывались от дождя. Я осмотрелась.

– Нам кажется туда, – махнула я рукой в сторону сухого дерева.

Уставшие и обессиленные мы дошли до пещеры. Расстелив свои одеяла, мы молча рухнули на холодную землю и заснули. Так закончился этот день.

Несколько дней мы шли в сторону лесов, осматривая все пещеры в поисках Нила. Симхо не проявлялся, а мое желание встречи с ним росло все сильнее.

Очередным, невзрачным утром я пошла за водой, пока Венеция спала. Наступая на сухую траву, я шла в своих размышлениях. Сделав очередной шаг, я почувствовала, как ноги теряют опору, и я падаю. Я летела вниз, испытывая ужас и очередную неизвестность. Упав навзничь на землю, я открыла глаза и попыталась пошевелить конечностями. Вроде не болит, подумала я. Подняв голову я увидела свет. Прилично глубоко, подумала я. Как же я выберусь. Кричать было опасно, мало ли что. Я села и стала ждать Венецию в надежде, что она скоро проснётся и найдёт меня. День близился к концу. Темнело. Я стала переживать больше, не за себя – за неё. Что-то происходит, думала я.

Тут я услышала шорох. Я взглянула наверх. На меня смотрело лицо орка. Его красноватые глаза и ухмылка вселяли ужас.

– А, попалась, – сказал он. – Не зря я сделал этот капкан. Он бросил в меня крюк, пытаясь зацепить. Мое платье разорвалось окончательно, из ног сочилась кровь, но я уворачивалась как могла, сбрасывая его с себя. Я металась из стороны в сторону.

Вдруг из стены моей ямы выскочил огромный волк, поднимая столбом землю. Он ничего не сказал, но я услышала в сердце.

– Скорее забирайся на спину.

Я запрыгнула сверху, крепко вцепившись в его шерсть.

Он лихо выпрыгнул из ямы, сбивая своими лапами орка. Мы понеслись по лесу.

– Венеция, Венеция, – кричала я ему. – Надо ее спасти.

– Но там может быть опасно, – услышала я.

– Я не знаю кто ты, но прошу тебя, давай вернёмся.

Уступая мне волк помчался в сторону Венеции. Добежав до дерева, я увидела наши одеяла, но ее было.

– Венеция, – кричала я. – Ты где? Вдруг из-за кустов показалась ее макушка.

– Ная, – выскочила она, заплаканная. – Ты живая!

– Некогда, быстрее запрыгивай, – крикнула я. Я подхватила ее за хрупкие руки и помогла вскарабкаться на волка.

Мы помчались по лесу, глотая холодный воздух в этой кромешной тьме.

Я крепко держалась за его шею, прильнув всем телом к нему и чувствовала тепло и доброту. Удивительно, что я в своей жизни нмкогда не видела этих животных. Я считала, что они канули в лету, по крайней мере, очевидность нашего времени была такова, что практически все животные были истреблены человеком, его неутолимым голодом. Видимо они тоже где-то прячутся далеко от цивилизации, подумала я.

Мы мчались, перепрыгивая овраги и пни, переходили вброд реки. Мой спаситель больше ничего не говорил или я просто не слышала в своём сердце отклика.

Вскоре волк остановился. Присев на задние лапы он дал нам понять, что можно слезать. В сердце я снова услышала его слова.

– Сейчас мы в безопасности.

Мы сели на землю. От этого волшебного чувства, которое я давно не испытывала, я легла на землю и молча смотрела в безмолвное небо.

– Кто ты? – спросила я после молчания.

– Я вожак последней волчьей стаи на земле. Меня зовут Дарий.

– Дарий, спасибо тебе большое, что спас нас.

– Слышал ли ты такую легенда, что где-то на земле существует волк, который раздаёт противоядие против жестокости?

Дарий посмотрел мне в глаза. Его взгляд был очень разумным и проникновенным.

– Да, я знаю его, – сказал Дарий.

Услышав это, я не могла сдержать своей радости.

– Слышишь, Венеция? Он знает, – крикнула я ей. – Он знает!

– А можешь нас отвести к нему? – спросила я.

– К сожалению, мы потеряли его след. За ним охотились, так как знали, что он особенный. Он был вынужден покинуть стаю, чтобы сохранить нам жизнь. Мы не хотели его отпускать, но он выждал момент и покинул нас, когда мы были на охоте.

С тех пор прошло 50 лет. До сих пор мы ищем в разных краях этой земли его след, но все тщетно.

– Как же так? Как он мог исчезнуть, когда нужна его помощь? Когда на земле ещё есть люди, которые в нем нуждаются?

– Он утратил веру в своё противоядие, наблюдая за тонущими в жестокости людьми. Его наделили способностью жить до конца этого века, и он был очевидцем деградации. Несмотря на то, что он так щедро раздавал людям лекарство, не удалось избежать полного падения этой планеты.

Вера покинула его, и он исчез, как исчезли с земли плоды, зелёные листья и чистота сердец.

– Я пойду его искать, для меня это очень важно, – с уверенностью сказала я.

– Куда ты пойдешь? Мы обошли эту землю вдоль и поперек, но не нашли его. Если он сам не захочет, чтобы его нашли, это сделать невозможно.

– Я не знаю куда я пойду, но я не намерена сдаваться.

– Скажи, есть ещё люди в этих краях?

– Нет, только ближе к северному полюсу есть подземный город, где они живут. Это последние из своего рода. Мы охраняем эти владения ради Кассия, так зовут этого волка.

– Почему ты думаешь, что это последние люди? Ты же, например, не знал о нашем существовании, однако мы здесь и, хотя мы не получали никакого противоядия, мы остаёмся людьми. Так может есть еще где-то люди, которые нуждаются в нашей помощи?

– Да, возможно. Поэтому мы периодически осматриваем землю, но скорее речь идёт о каких-то единицах.

– Ты отведёшь нас к людям? – спросила я.

– Конечно.

Несколько месяцев мы мчались к северному полюсу. Тепло, исходящее от тела Дария, согревало нас в этих холодных местах. Я чувствовала особую защиту и безопасность.

Вскоре мы добрались до острова.

– Расскажи о нем, – попросила я, обращаясь к Дарию.

– Когда-то здесь была арктическая пустыня из сплошного льда. Постоянные ветра и метели были спутниками этой местности. Но из-за глобального потепления океан стал открыт для судоходства и здесь стали появляться люди. Образовывались поселения и города. С приходом деградации эту часть суши заняли высшие мира сего – люди, которые принимали главенствующие решения в судьбе планеты. Эти места снова стали недоступны для обычных людей. Тогда-то и был построен подземный город с удивительной инфраструктурой на случай глобальных катастроф. Огромные средства были вложены в это строительство. Но этот город так и не впустил своих создателей. Дело в том, что очень скоро здесь случилась экологическая катастрофа – произошла утечка радиации в связи с ошибочными подсчетами ученых. Тот, кто не успел покинуть эту местность – погиб. Так эта часть земли снова была недоступна. Но Кассий обладал тонким видением. Как-то путешествуя рядом, он почувствовал, что уровень радиации уже не смертелен, ведь с тех пор прошло порядка пятьсот лет. Тогда-то он позвал нас, и мы пошли сюда и нашли вход в подземный город. С тех пор мы водим сюда оставшихся людей для того, чтобы дать им прибежище.

– Здесь еще остались запасы пресной воды, – добавил Дарий.

– А сейчас слезайте, дальше пойдем, тут недалеко.

Мы ступили на почву. Все было покрыто мхом, подобно кружеву.

– Сейчас лето, а тут все равно холодно, – сказал я.

– Зимой тут, конечно, минусовые температуры, несмотря на глобальное потепление, но жизнь вполне реальна, – прокомментировал Дарий.

Мы шли за Дарием, рассматривая местность.

Темнело и на небе стали появляться какие-то пятна в форме столбов и лучей самых ярких красок и оттенков. Зрелище захватывало дух.

– Это особенность этого места. По сути, это люминесценция верхних слоев атмосферы планеты вследствие их взаимодействия с заряженными частицами солнечного ветра, так называемое полярное сияние, – добавил Дарий.

На фоне этого небесного великолепия мы казались маленькими букашками. Я впервые почувствовала так ярко все величие природы.

– Нам туда, – Дарий подошел к узкой тропинке, проходящей мимо скал.

Тропинка нас привела к входу в пещеру. Там было темно и сыро. Мы шли за Дарием почти в потёмках, ориентируясь только на блики его глаз. Вскоре мы подошли к двери. Дарий стал рыть лапами землю рядом с дверью. Через считанные секунды двери отворились и пред нами предстал город.

Город был построен по типу перевернутой вниз пирамиды. Первые этажи города были построены для проживания людей. Здесь были дома, улицы, искусственные реки и озера, парки и скверы. Далее вниз были пространства для туристических целей, для бизнеса. Самую нижнюю часть предполагалось использовать для сельскохозяйственных целей.

Искусственное освещение и прозрачность купола создавало вполне реальное восприятие светового дня. Мы шли по улице, ведущей к скверу. Я увидела детей, которые резвились и задирали друг друга. Смотря на эту беззаботность, я не могла вспомнить, переживала ли сама такие настроения в детстве. Дети, увидев волка накинулись на него и стали обнимать и теребить его за шкуру. После недолгого приветствия Дарий повёл нас дальше вдоль лесопарковой зоны и вскоре мы подошли к жилому району. Симметрично расположенные вдоль улицы небольшие домики, построенные по одному типу, привлекали внимание своей незатейливостью и тонким вкусом. Мы зашли в один из них. Увидев нас на пороге, к нам подбежали незнакомые люди и стали обнимать как самых дорогих гостей или даже больше. Одна бабуля подбежала ко мне, быстро сняла с меня порванную кофту и дала в руки новую, пахнущую чистотой. Потом нас отвели к умывальнику, дали полотенца. Усадив за стол, принесли еду. Ничего вкуснее я не ела в своей жизни. Как оказалось это был вполне созревший батат, приготовленный на огне.

– Это невозможно, – сказала я. – Откуда?

– Ах дочка. Несмотря на то, что почва здесь была искусственным образом завезена и подведено множество систем для ее полива и удобрения, она не давала урожая. Мы нашли склады с запасами злаков и корней, но несколько урожаев не дало всходов. Но мы не теряли веру, молились Господу, молились матери-земле, и она нас услышала. Земля стала давать плоды ровно столько, сколько нам нужно для поддержания своего тела.

– А волки, чем питаются они? – спросила я.

– Мы ходим на охоту за орками, также едим то, что земля даёт.

– А много здесь людей?

– Где-то пол сотни.

Я достала из рюкзака Симхо. Как ни в чем не бывало я поставила перед ним батат и предложила ему поесть. Люди вокруг меня очень удивились.

– Кто это? – спросил меня мужчина в серой рубашке.

– Это Симхо. Мой друг, – непринуждённо ответила я.

Меня окружили со всех сторон разглядывая Симхо.

– Он удивительный, – услышала я, – как будто живой.

– А кто он? – спросил дедушка с другого конца комнаты.

– Это сам Господь, который приходил на эту землю в облике льва.

– Господь? Какое счастье, что мы увидели его облик, Кассий нам всем много рассказывал о Господе. Теперь мы можем лицезреть Его. Все затихли и стали смотреть на Симхо с удивительным трепетом в сердце.

– Давай для Симхо организуем самую красивую комнату, – предложила бабуля. – Мы будем выращивать для него плоды, предлагать листья и все что есть красивое в нашем городе.

– Симхо, теперь ты хозяин этого города, – сказала она.

Я обрадовалась, что мой Симхо коснулся сердец этих людей. Я была счастлива, что он получил достойное служение, ведь я едва ли могла что-то для него сделать в этих непростых условиях.

– Я не против вашего предложения. Только у меня единственная просьба, я очень привязана к нему и если мне придётся отсюда уйти, я его заберу с собой.

– Но куда ты пойдёшь Ная? Кругом опасность.

– Я пока не знаю, я говорю это на всякий случай.

– Ная и Венеция, приглашаем вас сегодня на наш концерт. – сказала молодая женщина в красивом платье из горчичного шелка. Там будут угощения и культурная программа.

Я была удивлена.

– Концерт? В такие времена? – переспросила я.

– Да, а почему ты удивляешься. Как раз в такое время поддерживать дух это главная задача. Каждый день мы молимся Господу, поем, играем на музыкальных инструментах, тем самым почти лишены всякого страха перед неизвестностью. Наша душа питается этим подобно тому, как тело питается пищей. Иначе мы бы не выжили. Посмотрите на глаза этих стариков, детей, женщин, увидели ли вы там скорбь? Хотя почти все потеряли близких. Нет. Эти глаза полны радости и счастья, которое приходит изнутри. Поэтому приходите сегодня на концерт, я могу зайти за вами вечером.

– Конечно, вы меня очень вдохновили, – сказала я.

Я почти не соприкасалась с музыкой, но всегда где-то в глубине моего сердца чувствовала особый трепет перед ней. Иногда в моей голове играют мелодии, которые я никогда и нигде раньше не слышала. Как-то я напевала одну из них папе и маме, это произвело на них сильное впечатление, и они часто потом просили меня петь, когда было совсем плохо на душе.

– Поэтому я обязательно приду, мы обязательно придем, да Венеция?

– Конечно, конечно, – захлопала в ладоши Венеция.

Настал вечер. Прозрачный купол подземного города отражал сияние звезд, которое проникало внутрь.

Мы отправились в концертный зал.

Зайдя в него, я удивилась тому сколько же много людей здесь было. Дети, взрослые, старики – все собрались в одном месте. На сцене стоял белый рояль, также я увидела несколько скрипок и трубу. Мое сердце забилось в трепетном ожидании. Музыка – это то, чего не было в моей жизни, но для меня она всегда была чем-то мистическим и притягательным.

Вскоре я услышала эти первые магические звуки. Заиграла скрипка, словно одинокая красавица она взяла самые высокие ноты, зазывая за собой в неизведанные дали. Ее нежный и сильный голос приносил успокоение. Вскоре вступила рояль. Звуки ее клавиш пробудили в моем сердце водоворот чувств. Мелодия что струилась по пространству казалась мне такой знакомой, что я стала предугадывать ее развитие. Мелодия то возрастала, сжимая сердце, то отпускала чувства, заставляя оказаться над пропастью блаженства. Затем снова она натягивала чувства будто струны, принуждая парировать перед ней в трепете и благоволении. Звуки заполонили воздух, небо и пространство внутри. Даже во рту я ощущала сладковатый привкус от этой мелодии. Действительно это как пища, подумала я. Все страхи прошли, осталось ощущение гармонии и доверия Всевышнему. Время для меня остановилось. Открылся новый, неведомый мне мир, мир звука. Вскоре в мелодию влился чей-то нежный, проникновенный голос. Слов я не понимала, но звуки этой песни совсем свели меня с ума. Я вдруг перенеслась в другое измерение, и почувствовала тот же сладковатый запах, исходящий из бескрайней любви Симхо. Чувство, что я обрела окутало меня полностью. Закрыв глаза, я погрузилась в этот звук сердцем, умом и телом.

– Ная, кто-то аккуратно коснулся моей руки.

Я очнулась.

Рядом сидящая Венеция будто переменилась, и вся сияла от счастья.

– Концерт закончился?

– Да Ная, все расходятся, пойдём?

Мы направились в сторону дома. Я шла молча, боясь растерять ожерелье, которое сплела музыка в моем сердце.

– Это было божественно, – единственное что я проронила в тот вечер.

Нас отвели в нашу комнату. Я вмиг упала на незнакомую кровать, кутаясь с головой в одеяло и провалилась в глубокий сон.

Впечатления того вечера были такие яркие, что я проснулась от чудесной мелодии. Женские и мужские голоса сочетались в прекрасном оркестре. Эхо убегало куда-то в небо, рассыпаясь по сторонам как капли дождя. Мелодия была прекрасна. Я открыла глаза и увидела возле кровати Симхо. Он сидел и смотрел на меня, источая свой необыкновенный аромат. Я бросилась к нему, обнимая его за гриву.

– Симхо, Симхо, – шептала я, – я хочу, чтобы время навсегда остановилось, хочу всегда видеть тебя, быть с тобой.

– Милая, мы и так всегда вместе, – ответил он.

Я уселась перед ним и продолжила.

– Я не смогла увидеть в прошлый раз то, что ты мне хотел показать, я поняла, что мое тело для этого не предназначено, верно?

– Да, ты права. Я это знаю, но я хотел до какой-то степени передать эти ощущения, чтобы они остались в тебе.

– У тебя это получилось, Симхо. Это как бы ещё больше связало меня с тобой. Расскажи мне про мою прошлую жизнь, в которой я узнала о тебе.

– Ты действительно уверена, что готова это услышать?

– Да, уверена, несмотря на то, что меня могут шокировать мои деяния.

– Ну хорошо, слушай. Последнюю жизнь ты жила на земле и была мужчиной. Это было много тысяч лет назад. Жизнь на земле в те времена была не такой ужасной, как сейчас. Ты была известным пианистом. Музыка, льющаяся из твоих рук, доходила до самого сердца слушателей. Она была подобно лекарству. После твоих концертов люди выходили счастливыми, вдохновлёнными. У кого рушилась семья – мирились, у кого были неизлечимые заболевания – выздоравливали, кто-то открывал свои таланты – такова была сила этого звука. Этот особый дар в тебе был за деяния в прошлом. Ты полностью был пропитан музыкой и ничего для тебя больше не существовало. Но на пике твоей славы ты стал ощущать в сердце зов. Сначала ты не мог понять, почему оно не спокойно. Ты больше не мог найти успокоении в музыке. Все больше и больше ты ощущал нехватку чего-то важного и это была не музыка. Тогда ты погрузился в скорбь. В великом отчаянии и тоске ты сочинил рапсодию, которая покорила весь мир. И вся другая музыка стала подобно мусору на фоне этого произведения. Из любых уголков планеты, в домах, на улицах, машинах, ото всюду доносилась эта мелодия. Но ты не испытал облегчения. Наоборот, зов этот усилился и стал невыносим. И в один из дней ты больше не смог играть ни звука, потому что печаль твоего сердца окутала тебя полностью. Собрав вещи, ты вышел из дома и поехал прочь от себя, от мира, от музыки.

Скитаясь по разным странам в одеждах отшельника, ты провел двадцать лет. Ты посещал храмы, монастыри, изучал тайные библиотеки мира в поисках того, о чем не знал.

Однажды на базаре ты увидел старика. Он раздавал всем пригоршни риса. Стояла очередь, и все подходили к нему с вытянутой ладонью, в которую он клал этот рис. Лицо этого старца сияло от счастья. У него были седые, слегла отросшие волосы, собранные в пучок, седая, длинная борода. На фоне этой белёсой седины, оттенок его синих глаз приковывал взгляд. Ты тоже встал в очередь, потому что невозможно было пройти мимо этого олицетворения безмятежного счастья.

Твоя очередь подходила все ближе, и ты уже совсем хорошо мог рассмотреть эту загадочную личность. Каждому он смотрел в глаза будто говоря что-то без слов. Люди отходили от него совсем другими, будто эти несколько секунд очищали их от скорби и проблем. Когда подошла твоя очередь, и ты протянул руку и поднял глаза, то почувствовал невероятный поток счастья, ни на что не похожий. Ты не мог сдвинуться с места, тебе хотелось находиться рядом со стариком, такова была сила его сердца.

– Проходи, проходи, – подгоняли тебя, – но ты не мог ничего с собой сделать.

Тут мягкий голос старика сказал:

– Отойди в сторонку. Когда я закончу раздачу, можем с тобой поговорить.

Повинуясь его голосу, ты ушёл за прилавок, вмиг опустошив свою ладонь. Рис был не похожий на тот, что ты ел раньше. Его вкус перемешивался со вкусом розы и придавал особую тайну. Ощущение покоя и чувства удовлетворения пришли так же легко и естественно, как и сытость после принятия пищи.

Кто он? Это странный и удивительный старик, думал ты. Дожидаясь, когда в его кастрюле закончится рис.

В скором времени все люди разошлись, старик закрыл крышку, поставил свою кастрюлю на тележку и обратился к тебе.

– Поможешь мне довести поклажу? Моя повозка по ту сторону базара.

– Да, да, конечно, – заволновался ты. – Давай старик, я сам. Ты выхватил его тележку и уверено повёз ее, идя за стариком.

Вы молча обошли торговые ряды и направились к выходу.

Недалеко от входа на базар стояло несколько повозок с лошадьми. Старик подошёл к одной из них и жестом тебе показал куда положить кастрюлю и тележку.

Сам он взобрался на повозку, взял вожжи и собрался было ехать. Тут ты крикнул:

– Подожди старик, подожди, куда ты? Я хотел с тобой поговорить.

– Хочешь, запрыгивай, – сказал он, – по дороге и поговорим.

Ты быстро залез на повозку, и вы отправились в путь.

– Кто ты и почему ты раздаёшь этот рис бесплатно? – спросил я.

– Я простой старик, живу в соседней деревне. Люди нуждаются в милости, и поэтому я приезжаю сюда каждый день и раздаю эту милость.

– Нет, ты не простой. Ты что-то недоговариваешь. Я много лет странствую по свету, я объездил много храмов, монастырей, но такого как ты не видел. И не могу решить для себя, что больше всего меня взволновало – твои милосердные глаза, этот необычный рис со вкусом роз или умиротворение людей после соприкосновения с ним.

Старик улыбнулся, но ничего не сказал.

– А почему ты оставил сцену, славу и музыку? – невзначай спросил он, как ты живешь без неё?

Ты чуть не поперхнулся. Ты и сам уже начал забывать свою прошлую жизнь. А тут незнакомый человек спрашивает об этом.

– Как ты узнал? – запинаясь от удивления спросил ты.

– Не знаю как, – невинно ответил старик, – вижу и все. Музыка у тебя на лице, в сердце, в твоей походке, я вижу твоё прошлое, которое петляет за тобой словно тень.

– Удивительный ты старик. Раз ты видишь насквозь меня значит знаешь, что оставил я все потому, что чувствовал неудовлетворение, будто жизнь проходит мимо меня, несмотря на славу и любовь к музыке.

– Да ты прав. Я знаю, что ты ищешь. Я могу тебе дать это, если захочешь. Но также хочу сказать, что ты не должен оставлять музыку. Если ты перенаправишь свой талант на благо людей, ты будешь получать полное удовлетворение. И тогда ты будешь наблюдать те же лица что и сегодня. Только твоя милость будет не рис, а музыка.

Ты задумался. Кажется, ты начал понимать, о чем это он говорит.

– Да, я хочу, чтобы ты мне дал, то, что я ищу. Только я сам не знаю, что это, откуда тогда знаешь ты?

Старик засмеялся совсем по-детски.

– Потому что все ищут одно и тоже. Все, – повторил он. – Мы ищем то, что когда-то потеряли.

– И что же это, не томи.

– Бог, это Бог – властелин этого и других миров, прекрасный друг и вершитель судеб.

– Бог…

Ты попытался повторить также нежно это слово.

– Но я был во многих храмах и не нашёл там его. Мое сердце не трепетало от молитв.

– Это ещё ничего не значит. Сердце наше заковано в железо и получить Бога мы можем только через личность, которая подошла к нему очень близко. Значит просто ты не встретил таких. Можно всю жизнь ходить по храмам, но так и не сделать шаг навстречу к Нему.

– Интересные ты вещи говоришь старик. А ты знаешь такого человека, который подошёл близко к Богу? – спросил ты.

– Знаю, мой учитель. Я могу тебя познакомить с ним, если хочешь.

– Конечно, хочу, – обрадовался ты.

Вы всю дорогу непринуждённо разговаривали о жизни, будто старые товарищи. Тебе было хорошо с ним и спокойно.

Вы подъехали к хижине. Вокруг паслись коровы, звеня своими колокольчиками.

– Это твой дом? – спросил ты.

– Да, пойдём, покажу тебе кое-что, – ответил тот.

Вы зашли в хижину. Посреди неё стоял огромный алтарь, на котором все сверкало волшебным образом. Цветы, различные фигуры из металла, из дерева, драгоценные камни и золото, ткани и ленты – все украшало его с большим вкусом. На алтаре стоял Я, вырезанный из металла. Ты доселе ничего подобного в жизни не видел. В доме пахло цветами. Старик упал в поклоне, ты последовал ему.

– Кто это? – поднявшись с колен спросил ты.

– Это Господь. Он воплотился в эту форму человека-льва, когда нужно было защитить его преданного. С тех пор мы поклоняемся Ему как нашему защитнику.

Ты стоял перед алтарём и не мог отвести свой взгляд от меня. Тогда-то и зародилась наша связь. Я захотел ответить на зов твоего сердца и с алтаря упал цветок, прямо к твоим ногам.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Википедия

Вернуться