Этель Легран, Илия Телес
Связь на троих

Глава 1

Я не верила в происходящее. Отказывалась верить…

Отголоски здравомыслия кричали, что нужно удирать восвояси – что есть сил! – но мышцы сковало. Грозный собачий рык отозвался эхом в ушах – следом тело моего парня рухнуло. И этот звук прозвучал громче чего-либо на свете. Оглушающе. Мучительно. Вынуждая меня сжиматься под натиском охвативших эмоций.

Я чисто машинально опустила голову, увидела кровь на камнях мостовой, поблескивающую в свете ночных фонарей. Не красную – бордово-коричневую, стремительно окрашивающую серые, мокрые после дождя камни. Цвет крови был слишком темным и нереальным, отчего казалось: зрение наверняка подводило меня из-за шока.

Всего секунда. Одна секунда… Славик мертв…

Мне с огромным трудом удалось зажмуриться и отвернуться. К несчастью, взору предстала огромная, разодранная рана на шее. После такого не выжить. Теперь воздух пропитала не только вечерняя свежесть, но и тошнотворный запах крови. Меня колотило, как умалишенную; горло с болью сокращалось из-за бесшумных рыданий. Даже во рту, чудилось, появился металлический привкус. Колени ослабели, но я устояла на ногах. Что-то словно удерживало меня в сознании, не позволяя погрузиться в небытие.

А хотелось забыться… Возможно ли просто отмотать время назад?

Казалось, ничего не предвещало опасности. Обычная вечерняя прогулка вдоль набережной после экскурсии с гидом, затем попытка сократить путь к отелю по навигатору. Безлюдная улица. Переулок. Собачий вой, рык и топот мощных, когтистых лап. Нас окликнул мужской голос – мы обернулись на отзвук. Всего секунда… И всё перевернулось с ног на голову.

Славика нет.

Я одна в незнакомой стране.

А рядом…

Втянув носом воздух до свиста, я заставила взять себя в руки и разлепить веки. Рядом с телом моего парня сидела собака, принюхиваясь. Но… Стоило мне моргнуть, как мощная лапа превратилась в ладонь с длинными когтями, а со спины будто сползала темно-серая шерсть. Мгновением спустя, этим «кем-то» оказался мужчина, сидевший на корточках и пренебрежительно тыкающий пальцем в бок парня. Точнее трупа моего парня.

Осознание полоснуло по сердцу. Я всхлипнула – сдавленное горло не позволило закричать, – а затем попятилась, вжавшись в холодную стену.

Что это? Или кто?

– Теперь-то всё в порядке? Никаких загвоздок. Помех. И, следовательно, – проблем… – хохотнул некогда сидевший мужчина, теперь поднявшийся и вальяжно разминающий колени. – Гладко сработано, Фергас, согласен?

Я не знала, с кем он говорил. Даже не шелохнулась. Незнакомец повернулся, отчего на его лицо пролился свет фонаря. Я затаила дыхание, в ужасе переваривая увиденное. Мои глаза нехотя сосредоточились на кровавых подтеках вокруг рта. Нос, губы, подбородок – всё было в крови. А стоило мужчине с презрением облизнуться, как обнажился заостренный клык.

Я икнула. Потом снова. Грудь раздирало от боли, икота не прекращалась. Слезы бесшумно катились по щекам, но даже руками не удавалось сдержать содрогания.

Сейчас мне отчаянно хотелось раствориться, чтобы выжить.

В голове не укладывалось. На Славу бросилась собака – целенаправленно к шее! – мы даже опомниться не успели. Теперь же животное преобразилось в человека…

– Слушай, Фергас, будешь должен. У поганца мерзкий вкус.

Мужчина вытер лицо рукавом и сплюнул слюну на камни. В темноте что-то дернулось, приковывая внимание. Зашелестела ткань.

– Заметано. Я в долгу не останусь, ты знаешь.

Мои глаза расширились. Натянутые нервы лопнули. Тот самый голос, окликнувший нас со Славой. Из-за него мы замедлили темп, остановились и… Низкое, рокочущее и при этом мягкое звучание дразнило слух.

– Здравствуй, детка… – отозвался выплывший из темноты мужчина. Его руки находились в карманах. Светло-коричневый плащ шелестел при ходьбе. – Я даже не надеялся, что удастся отыскать тебя за два дня. Еще и так случайно.

Я дернулась назад, вдруг ощутив силу в ногах, но столкнулась со стеной. Мне некуда было бежать. С двух сторон меня окружили мужчины, с других двух путь преграждали дома. Даже если бы удалось отвлечь одного из них – рядом кружило несколько псов, зорко следящих за происходящим. И что-то подсказывало, что они все – одинаковые… Нелюди.

– Я рад увидеться с тобой… – вновь отозвался незнакомец, двинувшись навстречу еще на шаг. Теперь нас почти ничего не разделяло. – Ты – моя.

Словно в подтверждение мужчина вытянул руку и стремительно дернул за ворот моей рубашки. С треском отлетела пуговица – я вскрикнула, уже предвкушая худшие муки. Икота тотчас пропала.

Сознание отозвалось мучительной мыслью: «Теперь моя очередь страдать».

– Этот знак – свидетельство… Ты – моя. Посмотри на меня… Ну же…

Звучание приобрело жесткость. Это был приказ.

– Посмотри на меня, детка, пока я прошу по-хорошему.

В нетерпении мужчина дернул меня за подбородок. Не больно. Но этого стало достаточно, чтобы перепугаться до смерти. Я открыла глаза, всматриваясь в острые черты лица напротив. Прямой, высокий лоб с выступающими надбровными дугами придавал лицу суровый вид, а пронизывающий, ястребиный взгляд усиливал впечатление. Однако… как только я посмотрела в синие глаза, страх улетучился. Они напомнили мне глубины моря, пленяющие и зачаровывающие. Мужчина обладал опасной красотой.

– Да, вот так. Смотри мне прямо в глаза, – зашевелились тонкие губы, а затем изогнулись в лукавой улыбке.

Голос зазвучал мягче и тише, перед глазами все поплыло, сердцебиение успокаивалось. На душе почему-то стало легче. И я не могла отвести взгляд, завороженная.

Было в них что-то нечеловеческое. Звериное.

Я опомниться не успела, как оказалась в незнакомом месте. С меня будто спал дурман, и все органы чувств, наконец, заработали. Нос защекотал стойкий, даже едкий аромат парфюма, затем я различила примешавшийся к нему запах мужского пота и шлейф табачного дыма. Было в нем и что-то незнакомое, но отчетливо выделяющееся. Кажется, растительного происхождения.

Со зрением дела обстояли куда хуже: всё смешалось в темно-красный, подернутое дымкой, а голова невыносимо гудела. Я слышала голоса – грузные, хриплые и раскатистые, одним словом – мужские. Сколько их было – сложно предполагать. Они что-то оживленно обсуждали, смеялись. Совсем близко. Очень близко.

Попытка сморгнуть пелену увенчалась успехом, но не с первого раза. И не со второго. С восстановленным зрением вернулась и паника. Я поняла, что действительно находилась под чем-то – страшно, если наркотическим. Выживу – останется зависимость, проблемы, врачи. Кусок в памяти как будто вычленили. Цепочка событий прервалась. Я даже не была уверена до конца, что действие препарата – или что это? – прекратило действовать.

С безумно бьющимся сердцем я потянулась к голове, пытаясь нащупать ранение, из-за которого могли быть последствия с дезориентацией. Руки дрожали, волосы стали липкими, но крови я не нащупала. Вспомнив рваную рану Славы, коснулась шеи, только после этого осознав, что не выжила бы от потери крови. Взгляд зацепился за раскрытую рубашку, выглядывающее белье, что заставило меня тотчас прикрыться.

Неподалеку кто-то мягко хохотнул, чем привлек внимание. Синие глаза незнакомца прищурились, на лице играла улыбка. Ничто не выражало угрозы, но в груди сдавило сильнее, не позволяя дышать нормально. Воспоминания о крови на мостовой вызвало приступ тошноты от поднявшейся в пищевод желчи.

«Тот самый…».

Кто? Я не знала. Все походило на хорошо спланированный спектакль. Настоящее убийство. Но зачем здесь я? Почему они решили похитить меня? Теперь я буду вынуждена жить в рабстве и оказывать им интимные услуги? Или меня продадут на органы? Ожидать от них можно чего угодно, и это чувство неопределенности душило изнутри.

– Пришла в себя? – поинтересовался незнакомец и запустил пятерню в черные, вьющиеся на концах волосы. – А меня помнишь, детка?

Мужчина стоял рядом, опершись задом на бар. Полубоком он смотрел на меня, в его глазах сверкало любопытство.

– Видимо, твои способности на фоне потери бывшего хахаля и шока сыграли сильнее… – хохотнул тот, кто сидел на диване ко мне спиной. Тембр его голоса показался знакомым. Я тотчас сосредоточилась на незнакомце, ощущая от него веяние опасности. – Со вкусом у тебя дела обстоят не очень. Мне придётся знатно прополоскать рот спиртом, чтобы забыть его. – Рокочущий смех прошёлся по помещению. В подтверждение своих слов мужчина приподнял стакан и затряс им – так, что лед зазвенел, а янтарная жидкость чуть не расплескалась. – Наверное, проклинаешь? Рассчитываешь, что скоро за тобой, бедняжкой, придут человеческие спасатели? Можешь не ждать. Сработали мы чисто. Труп твоего хахаля дожидается опознания на холодной, темной улице, но кто справится с этой задачей, так ведь? А если и опознают, то на кого падёт подозрение? Не на сбежавшую ли девчонку?

Голос затих, однако звучание слов по-прежнему отдавалось эхом в голове. Болезненным гулом. Мужчина вдруг противно захохотал, а я сморщилась, снова пропустив всё через себя. Я чувствовала запах смерти в пазухах, вкус крови на языке. Перед глазами стояла мрачная чернота, тусклая полоса света от фонаря на камнях мостовой и… Тело затрясло от нахлынувшего ужаса. Незнакомая обстановка угнетала, и я не могла сопротивляться давлению.

Синеглазый незнакомец, вальяжно стоявший у барной стойки, не спешил останавливать своего приятеля, словно его забавляло происходящее. Он наблюдал за моей реакцией, как энергетический вампир, питающийся чужими эмоциями. Он точно наслаждался моим страхом перед неизвестностью.

Заговорить с похитителями я побоялась: их могли ещё сильнее раззадорить мои слова, заставить охотиться. Кто они такие? Где я? Обведя взглядом обстановку вокруг, чтобы понять, можно ли выбраться отсюда, я, наконец, отчетливо различила два кожаных дивана и журнальный столик между ними. На диванах сидели люди, но что-то кричало о том, что они – звери, заставляло бояться их. Трое мужчин, расположившихся рядом, делали вид, что меня здесь нет, и возбуждённо говорили о своём. Я не слышала их слов, не разбирала какофонию звуков. Возможно, они тоже обсуждали похищение?

Чуть поодаль, словно в собственном мире, обнималась влюблённая парочка. Жгучая брюнетка с тёмными глазами и загорелой кожей обладала приятной внешностью, однако сострадания в её взгляде, бросаемом на меня искоса, я не заметила. Она молчала, рассматривая меня, не проявляя ни единой эмоции, а мужчина тем временем сжимал её колено и утыкался носом в шею, словно готов был прямо там заняться с ней страстной любовью. Тот, кто, как мне показалось, находился в облике собаки, напав на Славу, по-прежнему сидел спиной ко мне и опирался локтями в колени. Я не сомневалась, что это он. Его сгорбившаяся фигура и саркастический тон отпечатались в памяти сильнее всего.

Мигающая иллюминация раздражала, темные стены давили и угнетали. Всё-таки они опоили меня чем-то ужасным. Помнится, я читала, что при приёме наркотических веществ может возникать такая странная реакция на свет. Уж лучше бы я сейчас находилась во тьме.

– Время для знакомства у нас ещё появится, – нарушил тишину синеглазый, оторвался от бара и приблизился ко мне быстрым шагом. Отчего-то его шаги показались мне бесшумными, невесомыми, но ритмичными.

Обхватив за талию, мужчина мягко подтолкнул меня вперед, вынуждая пойти вместе с ним. Мы двинулись по узкому коридору, и мне стало ещё страшнее, однако сопротивляться я не посмела – это невыгодно, потому что шанса против всех присутствующих у меня попросту нет.

Что за компания такая странная? Какое им дело до меня?

Я увязла, и мне не на кого положиться в чужой стране. Этот отпуск стал самым настоящим кошмаром, в который разум отказывался верить. Говорила мне как-то старушка-соседка, что нечего по заграницам ездить, – это небезопасно, но я не слушала её. И теперь сожалела, старалась не думать о собственной участи.

Воспоминания о Славе душили изнутри, но я пыталась сдерживать слёзы. Сильнее стискивая на груди рубашку, я вошла в открытую дверь и с ужасом воззрилась на огромную кровать.

«Он решил изнасиловать меня». – Засигналило в голове предостережением.

От прилагаемой силы пальцы на рубашке побелели и слегка занемели. Мужчина защёлкнул замок, и я вздрогнула из-за звонкого звука, но осталась на месте, не оборачиваясь. Обойдя меня, как хищник, двигающийся бесшумно, чтобы не спугнуть добычу, мужчина провёл ладонью по моим волосам, пропуская локоны между пальцами, потом положил руку на талию, ничуть не стесняясь в своих движениях. Он вёл себя так, словно я – его собственность. Омерзение к незнакомцу расплывалось по коже неприятными мурашками.

– У тебя необычный цвет глаз, – с улыбкой выдал мужчина, – серые. Мне нравится, что они не карие или зелёные. Ненавижу эти оттенки. – Его голос приобрел раздражительную интонацию, отчего я тотчас зажмурилась. Дыхание своевольно замедлилось, сердце заколотилось. Я замерла, не зная, чего ожидать. Запертая комната. Я наедине с мужчиной сильнее меня. – А еще… нравятся правильные черты лица… и чертовски соблазнительная фигура. Твои платиновые волосы идеальны. Ты полностью соответствуешь моему вкусу. Даже пахнешь особенно, и теперь я понимаю, почему многим срывает крышу от эмоций при встрече со своей парой. Как можно устоять, когда всё настолько аппетитно будоражит сознание?

Поборов внутреннюю дрожь и страхи, сковывающие меня, я осмелилась поднять взгляд на незнакомца и спросила сдавленным голосом:

– Кто вы? И где я нахожусь?

Мужчина довольно улыбнулся. Пока он подбирал слова, чтобы ответить на мои вопросы, я окинула его взглядом. Незнакомец оказался привлекательным, но оценивать его внешность я не планировала, лишь хотела понять его эмоции, чтобы не разозлить и не вынудить напасть на меня. Важно держать руку на пульсе, находясь рядом с врагом. А ведь он был врагом, не иначе.

Почесав нос, мужчина засмеялся.

Он приблизился к кровати, присел на край и похлопал на место рядом с собой. Бархатный ворс на покрывале стал темнее, отпечатав очертания крупной, мужской ладони.

Сердце забилось в районе горла от нахлынувшего волнения.

– Не бойся, я не намерен брать тебя прямо сейчас, но в мои планы входит это. Позднее, детка. Когда ты сама будешь готова отдаться мне.

Сглотнув чересчур вязкую слюну, я продолжила наблюдать за ним, не желая двигаться. Ноги словно приросли к полу. Стуки сердца, казалось, стали громче и чаще, отчего закладывало уши.

Не приближусь. Не буду готова.

Я не отдамся по собственной воле врагу.

С чего бы?

Если только он не продолжит накачивать меня теми препаратами. Я постаралась вспомнить, как оказалась здесь, что они сделали со мной, но в голове царила пустота. Последнее, что я помнила, – окровавленное тело моего парня и приказ посмотреть в глаза проклятого синеглазого.

– Ты находишься в отеле, которым я владею. А кто я?

Широко улыбнувшись, мужчина всё-таки встал с кровати, приблизился, разжал мои руки, действуя аккуратно, но при этом прикладывая силу. Он вынудил меня распахнуть рубашку и жадно посмотрел на нижнее бельё, скрывающее грудь.

Всхлипнув от ужаса, что он всё-таки решится взять меня прямо сейчас, я с мольбой пропищала:

– Прошу… Не н-надо…

Разведя руки, которыми я снова попыталась прикрыться, незнакомец ткнул пальцем мне в грудь – сделал это нежно и одновременно омерзительно. Жар от его прикосновения разлился по телу неприятным ознобом. В голове опустело: все мысли улетучились – остался лишь животный страх перед угрозой.

– Я – твоя пара. Мы связаны, – пропел мужчина низким, приторным голосом.

Зажмурившись от столь неприятных прикосновений, я ощутила, как по щекам всё-таки покатились слёзы, несмотря на мои усилия сдержать эмоции. Шмыгнув носом, я постаралась успокоиться, но какой там, когда тебя всю трясёт? Когда не знаешь, что произойдёт дальше?

Услышав шелест одежды, я внутренне сжалась и не решилась открыть глаза, а мужчина потянул меня за руку и приложил её к своему обнажённому телу. От него исходил сильнейший жар. Я ощутила твёрдые мышцы под своей ладонью.

– Взгляни на меня! – В голосе незнакомца не чувствовалось угрозы, но интонация оставалась твёрдой.

Я заставила себя разомкнуть веки и посмотрела на знак, словно выжженный на его груди. Он напоминал мне распахнутые в полете крылья. Мужчина провёл подушечками моих пальцев по внешнему контуру знака, очерчивая его. Я постаралась одёрнуть руку, но сил не хватило. От переживаний я ослабла. Как только на ногах держалась?

– У тебя есть такой же знак.

Вновь разведя мою рубашку, мужчина всё же отпустил мою руку и ткнул пальцем в ложбинку между грудей.

– Видишь? Мы связаны. Ты – моя пара. Я сразу почувствовал это. Два дня назад.

Я вздрогнула, не понимая смысла услышанных слов. Два дня назад мы только приехали в Ирландию и нигде толком не успели побывать, а теперь Славик… Я не видела этого мужчину, мы с ним не пересекались. Когда они успели нарисовать мне странный символ? Наверное, когда я находилась под действием препаратов, затуманивающих сознание.

– П-почему вы убили его? Мы ничего дурного вам не сделали…

Незнакомец нервно хохотнул.

– Очевидно же, мы – собственники. Я не потерплю на тебе запах другого, а этот «Славик» просто так не отступил бы. Мне не нужны проблемы, и я избавляюсь от них своими методами. Нравится тебе это или нет – не так важно.

Меня перекорежило от возмущения. Мужчина самодовольно взирал сверху вниз, будто говорил о чем-то самим собой разумеющемся. В голове ненароком сверкнула мысль, не впервые ли ему доводилось лицезреть убийство, и внутри всё перевернулось. Я ощущала себя в собственном теле, как в фарфоровой кукольной оболочке, – скованной, инородной.

– Полиция найдёт вас, меня будут искать…

Пробормотав это, я тут же пожалела, что не смогла сдержать язык за зубами. Преступникам нельзя угрожать, ведь так они только сильнее впадают в состояние аффекта, ловят азарт. Сколько я прочитала книг по психологии, но намотать себе на ус из них так ничего и не смогла.

На губах моего собеседника появилась ухмылка. Казалось, что мои слова ничуть не тронули и не испугали его, а лишь позабавили. Может, и полиция у него куплена? Да и кому нужно вести поиски новоприбывшей девушки на чужой территории? Я всего-навсего никому ненужная туристка. Приехала посмотреть шикарные пейзажи Ирландии на свою голову.

– Не переживай, здесь нас никто не найдёт. Тебя не найдут. И не станут искать. Теперь ты всегда будешь со мной. Придётся привыкать к новой жизни, к новым законам. Ты будешь жить в моей семье, моём клане. Ты моя, и я защищу тебя.

Наверное, сейчас мужчина говорил о каких-то преступных группировках, похожих на мафию?.. О каком ещё клане могла идти речь? Я не помнила, чтобы читала что-то в интернете о них, когда изучала информацию о стране, ее обычаях. Мне казалось, что здесь безопасно. Я убедила Славика поехать именно в Ирландию, и он погиб из-за меня. Его смерть на моих руках.

От мысли о погибшем парне меня всю затрясло. Кто знает, как скоро мы с ним встретимся на том свете, если я срочно не предприму что-либо, чтобы остаться в живых? Инстинкт самосохранения преобладал над совестью. Я понимала, что Славика уже не вернуть, и мне стоит в первую очередь позаботиться о себе. А потом я постараюсь сделать так, чтобы виновные в его смерти понесли законное наказание.

Чудовищная мысль в очередной раз пронзила сознание.

Славик мёртв…

– …а меня похитили. – Последние слова я и не заметила, как произнесла вслух.

Всхлипнув, я прикусила губу, да вот только слишком поздно. Слово не воробей – вылетит, не поймаешь.

– Увы, но ты пришла сюда самостоятельно, – парировал мужчина. Он, со свойственной ему игривостью, наклонился ко мне. Наши взгляды поравнялись. – Просто я помог тебе избавиться от сковывающих страхов. И ты пошла за мной. Со мной ты поймёшь, что такое свобода от тягот, у тебя больше не будет никаких проблем. Ты получишь всё, о чём раньше не могла даже мечтать. Я сделаю тебя счастливой и свободной, как только ты примешь меня.

Слова, казалось, резонировали в воздухе. Их звучание проникало куда-то в глубины души, что пугало меня. Отчаянно хотелось сбежать, но за спиной находилась запертая дверь, и отчего-то я знала, что любая предпринятая попытка к отступлению сыграет со мной злую шутку.

– Жизнь в неволе можно назвать ощущением свободы? – не смогла сдержаться я, чтобы не задать этот вопрос. – Или у вас здесь какие-то изощрённые понятия воли?

– Это пока ты считаешь, что живёшь в неволе, но ты ошибаешься. Совсем скоро ты многое поймёшь и обретёшь счастье. Обещаю тебе. Именно для этого я отыскал тебя. Неужели ты так и не поняла? Мы созданы друг для друга, и только вместе мы сможем стать счастливыми. Всё это время ты терзалась. Ну скажи: неужели ты не чувствовала, что этот Славик тебе совсем не подходит?

Мужчина надвигался на меня, а я, словно магическим образом, отступала от него и сама не заметила, как оказалась рядом с кроватью. Сердце гулко ударялось о рёбра. Казалось, что его стук слышал даже монстр, глядящий на меня своими синими глазами, как будто я – лакомый кусочек.

Почему его выбор вдруг пал на меня?

Я ничем не отличалась от других девушек.

Виной всему этот проклятый знак?

А может, он сам, лично, нарисовал его, пока я находилась в отключке?

Мысль, что сейчас я «спрятана» в обществе зависимых от наркотических препаратов людей, пронзила сознание. Что ещё ему взбредёт в голову? Вдруг он решит принести меня в жертву неизвестному покровителю своего «клана»?

Ещё и смеет упоминать о Славе. Перед глазами вновь промелькнула та страшная сцена. Моего парня убило животное, а потом оно обратилось человеком. Как такое возможно?

– Я видела, как собака стала человеком… – дрожащим голосом произнесла я.

– Боюсь, что «собака» в нашем случае звучит как оскорбление. Будь осторожна с высказываниями. И даже не думай, что сможешь сбежать, потому что теперь ты – моя, и я везде найду тебя. Куда бы ты ни бежала, Дарина.

Он знал даже моё имя.

Я невольно съёжилась, а мужчина обошёл меня со спины, опустился к шее, опаляя кожу своим дыханием, и невесомо коснулся губами, прижимая меня к себе настолько тесно, что я смогла ощутить его возбуждение.

– Догадываешься, что будет, если ты ослушаешься? – рвано дыша, спросил мужчина, положив ладони мне на живот и скользнув чуть ниже.

Глава 2

Мужчина, представившийся Фергасом, в конце концов, оставил меня в номере и ушёл. Он предлагал поужинать вместе, но какой там? В таком состоянии и кусок в горло не полезет. Меня скорее стошнит от мысли о крови, препаратах и заточении, чем удастся поесть. Однако радовало, что угрозы не претворили в жизнь: меня не тронули, я оставалась цела. Другой вопрос: надолго ли такое радушие?

Большую часть ночи я просто сидела, забившись в угол, прокручивала в голове произошедшее, пыталась понять и принять, что больше моего парня нет. Мы со Славой не так давно начали встречаться, но он был чудесным человеком. Эта поездка должна была стать нашим счастливейшим воспоминанием, а теперь какое-то чудовище называло меня своей, тыча в этот непонятный знак на груди и требуя, чтобы я приняла и полюбила его. Ладно. Последнее он пока не просил. Наверное, животному и не нужна любовь – только беспрекословное подчинение.

Как уснула, я не помнила – проснулась от холодка, бежавшего по телу. Стены оказались холодными, а я задремала, прислонившись к ним, – вот так, в углу, где и сидела, раскачиваясь и стараясь контролировать происходящее. Не подхватить бы воспаление лёгких. Жизнь слишком коротка, чтобы ещё и самостоятельно уменьшать количество отведённых себе дней.

Едва поднявшись на ноги – всё тело затекло, и суставы едва сгибались, – я доковыляла до шкафа-купе с зеркалом на двери и посмотрела на своё отражение. Громадные синяки под глазами, безжизненный взгляд – и самое главное… Я распахнула рубашку и внимательно посмотрела на знак, который и на татуировку не походил. Это не рана, не ожог – просто символ, въевшийся в кожу. Может, его нанесли специальными красками, которые не сходят длительное время? Я облизнула большой палец правой руки и постаралась стереть рисунок, но ничего не вышло. Выругавшись сквозь стиснутые зубы, я бросила эту попытку. Подобная мазня не так сильно волновала, как неопределенность, нависшая надо мной тревогой.

Достав из шкафа другую рубашку – Фергас сказал, что я могу пользоваться одеждой, и она должна подойти мне, – я переоделась. Не щеголять ведь в своей разорванной, пропитанной запахом смерти. Вчера я не заметила капель крови, но брызги всё-таки попали на ткань. В животе всё стянуло от тошнотворных позывов, стоило снова подумать о рваной ране Славика. Это всё моя вина. Если бы я не вынудила его поехать сюда…

Кровь в висках застучала, во рту появилась горечь.

Приблизившись к двери на носочках, я прислушалась. Из коридора не доносились никакие звуки, словно по ту сторону никого не находилось. Может, они оставили меня? Сердце учащённо забилось, но я понимала, что так просто точно не получится выбраться наружу.

Бросившись к окну, я раздвинула шторы и посмотрела вниз. Вокруг был лес. Красивый, сказочный, но отчего-то пугающий. Меня так манили местные пейзажи, а теперь я ненавидела свое навязчивое желание побывать в Ирландии. Посмотрев вниз, я поняла, что спуститься не получится, – слишком высоко.

Вернувшись к двери на носочках, я приоткрыла её и прислушалась.

Вроде бы было тихо.

Выйдя в коридор, я медленно побрела по знакомому пути. Пусть вчера я и пребывала в шоковом состоянии, но дорогу запомнила. У меня всегда была сильная интуиция – «хороший нюх», как говорил Славик. Слёзы защипали глаза. Я постаралась не думать о нём в это мгновение. Его уже не вернуть. Мне стоило спасаться самой. А как? Пока я не знала.

Спустившись, я снова осмотрелась – никого.

Сердце готово было разорваться на части.

Неужели это мой шанс?

Неужели сейчас я сбегу?

Тогда я сразу обращусь в полицию и всё расскажу, а потом вернусь домой и постараюсь похоронить Славика достойно.

Вот только глубоко внутри билось осознание – это несбыточные мечты.

Добравшись до двери, ведущей наружу, я потянулась к ручке, прикоснулась к леденящему металлу, но не успела открыть.

– Не советую этого делать. – Послышался из-за спины звонкий приятный голос, принадлежащий женщине.

Я медленно обернулась и увидела вчерашнюю незнакомку. Ту брюнетку, что смотрела на меня без капли эмоций.

Она одна из них.

Я уже хотела наплевать на её предостережения, но девушка строго помотала головой.

– Снаружи Барра, он не пропустит тебя ни на другой этаж, ни, тем более, на улицу. Сейчас он находится в волчьем обличии, поэтому может наброситься на тебя и растерзать, даже если потом Фергас оторвёт ему голову. Со зверем лучше не шутить.

Барра? Зверь? В волчьем обличии?

Меня затрясло, когда я вспомнила, как собака обратилась человеком. С животного буквально сползала шерсть, а мощные лапы стали человеческими конечностями.

Это была не собака?

В голове прозвучали слова Фергаса, что «собака может звучать оскорбительно в их случае».

– Ты в клане оборотней, если ещё не осознала этого…

Девушка сделала шаг навстречу и улыбнулась мне, а я машинально отшатнулась, хмыкнув. Не знаю, что шокировало сильнее: сказанный серьезным тоном, но дружелюбно бред, или ее попытка остановить меня любыми способами? Придумала бы причину более реалистичную, что ли.

Клан оборотней? Нелепица.

Пока я пыталась переварить информацию, девушка снова заговорила:

– Я Элис. Можешь не пугаться так сильно. Пока что я – человек и не желаю тебе зла. Здесь безопасно. Честно. Отпусти ручку и пойдём пообедаем?

Между нами тотчас нависла неловкая тишина. Элис вытянула вперед руку, будто убеждая выбрать ее сторону: вернуться назад в незнакомую квартиру, к незнакомым людям. И к тому Фергасу, чудившимся мне полнейшим безумцем. Безумцем, пусть и привлекательным. Стоило воспоминаниям минувшей ночи прокрасться в поток сознания, как меня замутило. Соучастник преступления, убийства втирал мне, что я – его истинная пара, его возлюбленная, отмеченная аналогичной, как у него на груди, меткой. И этот символ никак не стирался, не исчезал и не тускнел.

Взглянув на Элис, казавшуюся встревоженной, я осознала, что хотела бы довериться ей, но останавливало, что она связана с остальными. Она одна из них! В конце концов, она могла специально говорить всё, чтобы запутать меня. Напускные истинность и сочувствие хуже любой формы презрения. Какие, к черту, оборотни?! Они ведь только в книгах существуют… Или нет?..

– Ладно… У тебя есть выбор: пообедать или самой стать обедом для зверя. – Элис сощурила темные глаза и выпрямилась, затем скрестила перед собой руки. Я тотчас интуитивно ощутила себя некомфортно, предчувствуя неприятные вести. – Выбирай. Только подумай о других. Барра безумен в зверином облике и не всегда отдает отчет собственным действиям, он легко может убить. В порыве ярости, что потерял свою истинную, Фергас уничтожит множество невинных – среди них окажусь в том числе я.

С каждым словом голос Элис тускнел. В ее взгляде, казалось, появилось что-то, подобное опустошению, смирение с любым исходом. Я же чувствовала себя на распутье. Разум твердил, что мне нельзя здесь оставаться, однако… при этом теплилась убежденность, что меня не обидят. Уж точно ни Элис. А Фергас действительно способен открутить голову.

Истинные… Волки… Фергас…

Что они все здесь принимают?

У них мозг промыт? Может, это секта какая-то? Все внутренности скрутило, но выходить наружу я побоялась, ведь точно видела, как соба… – волк! – обернулся человеком. И тогда я не находилась под препаратами. Славика убило животное. А потом оно за секунды стало человеком.

Этот Барра страшнее всех. Именно его мне стоит избегать любыми мыслимыми и немыслимыми способами!

Наши взгляды с Элис вновь перекрестились. Отчего-то в горле встал тугой ком, и я с трудом проглотила его. Вслед разлилась скребущая боль, не позволяющая выдавить и слова.

У меня не оставалось иного выбора. Элис была права. Я рисковала не только своей жизнью, но и другими. И своим глазам я доверяла сильнее. Эти животные опасны: неясно, что им может взбрести в головы.

Всё-таки доверившись девушке, я решила пойти с ней в столовую. Пусть есть не хотелось совершенно. Возможно, она раскроет мне что-то ещё о происходящем кругом? Или поможет сбежать?

Увидев, что я сделала первый неуверенный шаг в её сторону, Элис засветилась. Сегодня она выглядела куда более живой в отличие от того, что предстало моему взгляду вчера. Или я воспринимала всё иначе? Я лишь надеялась, что ее эмоции – истинные, искренние. Иначе мой риск попросту не оправдан.

Мы вошли в кухню-столовую, непримечательную комнату в серых тонах, и я присела за стол. Наверное, следовало предложить свою помощь, но я боялась. Я бы с удовольствием сбежала сейчас, однако если по лесу действительно бегает кровожадный волк…

– Что будешь? У меня есть замороженная пицца, вчерашний фаст-фуд и роллы. Могу нарезать овощной салат.

Элис открыла холодильник, и моему взгляду предстали огромные куски мяса. К горлу вновь подкатил ком, и я едва сдержала тошнотворный позыв. От желчи даже горло запершило. Перед глазами снова появилась рана Славы. Что с ним сейчас? Одному Богу известно…

– Они едят сырое мясо? – выдавила я из себя.

– Кто? А! О-о… – Лицо Элис прояснилось, и она засмеялась. – Нет. Не волнуйся ты так. Они любят слегка недожаренные стейки, но не едят сырое мясо. Послушай, они ведь неплохие. Никто не желает тебе зла. Фергас сейчас одурманен тобой – это может пугать первое время, но он быстро привыкнет к тебе и успокоится. Когда ты придёшь в себя, то тоже почувствуешь влечение к нему. – Девушка будто бы поспешила сменить тему, чтобы не путать меня еще сильнее. – Раз ты не хочешь выбирать, я нарежу салат. Хочется чего-то свежего. Грэхам, мой парень, покупает невероятные овощи у местных фермеров. Уверена, ты оценишь.

Я слушала Элис, но мы будто говорили на разных языках. Она вела себя так, словно находится не в ловушке, как я, принудительно, а будто бы пришла сюда по собственной воле. Или всё так произошло на самом деле?

– Грэхам тоже убил кого-то, чтобы забрать тебя себе?

На удивление слова легко слетали с губ, но звучали отстраненно, нереалистично. Улыбка тотчас сползла с лица Элис, румяные щеки побледнели. Девушка поставила тарелку с овощами на стол и поджала губы.

– Нет… У меня никого не было. Мы с Грэхамом познакомились не так, как вы с Фергасом, но я уверена, что у вожака ещё появится время показать себя с хорошей стороны. Он защитит тебя от всех бед и покажет, какой сильной может быть связь истинных, какое наслаждение она приносит.

И это вызывало отвращение. Фергас уже показал, что живет отнюдь не головой, а другим местом. Да и проверять, каково это, мне совершенно не хотелось.

– Почему ты оправдываешь их? Тебя здесь тоже держат насильно?

Элис замялась. Она отрицательно помотала головой, взяла огромный нож из выдвижного шкафчика и деревянную доску для нарезки. Включив телевизор, словно пытаясь заглушить мертвую тишину между нами и возникшую неловкость, девушка стала нарезать овощи.

Не дождавшись ответа, я отвернулась. Мой взгляд прилип к экрану, на котором показывали фотографию Славы. Слёзы защипали глаза, а страх забился по всему телу, напоминая о пережитом.

Я сосредоточила внимание на новостях, превозмогая желание броситься к телевизору. Сквозь бушующие эмоции я не сразу разобрала голос ведущего. Звучание долго казалось мне бессвязным набором звуков.

– …Девушка, приехавшая вместе с погибшим туристом, в настоящий момент находится в розыске. Никто не знает, не добрался ли зверь до неё…

– Ой, – виновато улыбнулась Элис, переключая на музыкальный канал. – Прости. Мужчины любят посмотреть новости… Не думала, что включится это.

Очередное оправдание…

Девушка, не оборачиваясь, ловко шинковала овощи, словно была прирождённым поваром.

Сглотнув солёный ком, вставший в горле, я посмотрела на неё. Все внутри перевернулось с ног на голову и обратно.

– Ты как-то говорила, что пока человек. Что будет потом?..

– Потом Грэхам обратит меня. Он говорит, что я ещё не готова. Это опасно, но я очень надеюсь, что всё пройдёт хорошо. Я хочу быть такой же, как он. Я люблю его, Дарина, и ты обязательно полюбишь Фергаса. Тебе нужно время, чтобы осознать, что он – твой истинный.

– У тебя тоже есть рисунок на груди? Чем его нанесли? Какая-то несмываемая краска? Хна?

– Он появился сам. Это знак истинной пары. У меня он находится в более интимном месте, на внутренней стороне бедра… – Элис прикусила губу и неловко улыбнулась.

Я даже не заметила, как она закончила с приготовлением салата и теперь заправляла его соусом. Красным, напоминающим мне кровь. Взгляд опустился на трясущиеся руки, и я постаралась поглубже втянуть в себя воздух, чтобы успокоиться.

Нет…

Все они здесь явно сумасшедшие.

Даже Элис.

Кто по доброй воле захочет стать животным? Даже если оборотни, о которых она говорит, существуют, то кому приятно обращаться в хищного зверя? Да разве любовь стоит того? Я бы не пошла на такое даже ради любимого человека. В это мгновение в голове щёлкнула мысль: а любила ли я когда-то по-настоящему? Не должна ли я сейчас наплевать на себя и рыдать в подушку о погибшем парне? Не следует ли мне лишить жизни того, кто отнял её у Славы? Отомстить? Ведь любящий человек именно так и поступил бы. Для меня собственная безопасность сейчас становилась важнее всего остального?..

– Кушай давай… Я старалась, хоть и не люблю готовить, так что ты просто обязана всё съесть. Сейчас налью сок. Апельсиновый будешь?

Я кивнула и опустила взгляд на тарелку с салатом. Выглядело вполне аппетитно, пусть желудок и сжимался от мысли, что мне придётся запихнуть всё это в себя. Хоть я и не планировала объявлять голодовку, но и есть желания не было. Однако я пересилила себя, понимая, что организм спасибо не скажет.

Девушка показалась мне другом, единственной, кто понимал, в каком состоянии я сейчас находилась. В конце концов, если кто-то и поможет мне сбежать из этого страшного места, то только она. Хотя пойдёт ли она против того, кого называет вожаком? Судя по всему, Фергас имеет на самом деле высокий статус в этой компании, и его боятся все. Раз Элис так любит своего парня, она не станет подставлять его ради меня. Да и сама подставляться риску не решится.

Элис поставила передо мной стакан с соком и присела рядом. Она с аппетитом захрустела салатом, я тоже приступила к еде.

– Я рада, что мужскую компанию разбавила ещё одна девушка. Пока не все встретили свою истинную. И не всем суждено это сделать. Думаю, что Барра так и останется озлобленным одиночкой.

Я кивнула, пусть и не понимала, в чём интерес встретить человека, с таким же рисунком как у тебя. Фергас не вызывал во мне всплеск эмоций, меня к нему не тянуло, и я не чувствовала ничего особенного. Лишь страх. Сильнейший страх за свою жизнь.

– Я рад, что ты решила спуститься и пообедать, – услышала я вибрирующий на окончаниях голос и резко обернулась.

Фергас стоял в дверном проёме и с довольным выражением смотрел на меня.

От его взгляда пробрало дрожью. Я чувствовала себя под надзором хищника, оценивающего аппетитность своей добычи. Липкий, прищуренный взор будто следил за мной. Глаза Фергаса раздевали, и от этого чувства становилось не то что не по себе, а дико неловко и при том безнадежно: меня загнали в угол. Мысли о побеге вдруг показались сумрачными и нереальными. Невозможными… Но чудовищу совсем необязательно знать правду. Если ему так сильно хотелось думать, что я смирилась со своей участью, – пусть! Это только поможет мне отвлечь внимание, заставить врага расслабиться. А потом… Я решусь! Я сбегу подальше от этого места. Их одержимый человек-волк точно не сможет бегать по территории без сна и отдыха. Мне вдруг на мгновение стало интересно – Фергас такой же? Он тоже обращается в зверя? В животе всё скрутило, потому что перед глазами снова появилась та сцена – мохнатая когтистая лапа, превратившаяся в человеческую руку.

Фергас приблизился, глядя на меня, как голодный пёс на мясную кость. Я постаралась отвести от него взгляд и взять себя в руки, чтобы вдруг не начать дерзить, прекрасно осознавая, что нахожусь под колпаком.

– Как спалось? Удалось отдохнуть?

Вроде бы ненавязчивый разговор, но как же сильно каждый вопрос задевал за живое. К чему это напускное сопереживание?

– Спасибо, вашими стараниями отдых оказался чудесным.

Я понимала, что мои слова звучат чересчур язвительно, поэтому прикусила кончик языка. Всё-таки он не изнасиловал меня – и на этом спасибо.

Присев рядом со мной, Фергас потянулся к моему лицу и заправил выбившуюся прядку за ухо, касаясь моей кожи. От его прикосновений меня бросило в жар – это, скорее, от страха, уж точно не из-за удовольствия, которое я попросту не могла испытывать от касаний убийцы. Он велел загрызть моего парня! Назвал живого человека проблемой.

Взяв меня за руку, лежащую на столешнице, Фергас стал покрывать пальцы поцелуями, но я выдернула ладонь, возмущённо хмыкнув. Меня будто окатило холодной водой. Я услышала скрежетание собственных зубов и передернула плечами, не зная, то ли от омерзения прикосновения, то ли от неприятного звука.

– Вам стоит побыть наедине и урегулировать всё между собой. Думаю, у нас с тобой ещё появится время, чтобы поболтать, – натянуто выдавила из себя Элис, подскочив со стула, словно ошпаренная. Девушка держала дежурную улыбку, стараясь казаться доброжелательной, но она явно знала, что сейчас я считала ее таким же врагом. Мне хотелось считать иначе, но итог оставался прежним: все здесь хотят одного… Моих страданий. Этот истинный знак связал меня с диким, безумным… зверем.

Фергас с благодарностью взглянул на девушку и кивнул, позволяя ей покинуть нас, после чего вернул взгляд, полный безудержной страсти, в мою сторону. Мне удалось выдержать его, не скорчившись.

– Не думаю, что тебе следует уходить. Ты ничуть не мешаешь. – Мне хотелось убедить Элис остаться.

По крайней мере, в её присутствии этот монстр ведь не станет принуждать меня к чему бы то ни было?..

Однако девушка виновато улыбнулась и поспешила ретироваться, словно кто-то звал её или подгонял. Наверное, не хотела раздражать того, кого называла вожаком.

Тьфу!..

Противно оказаться в зверинце.

Мне до сих пор слабо верилось, что люди способны обращаться в волков, – это ведь из грани фантастики, сказочных миров. Ну какие вожаки? Какие оборотни? Однако я видела одного из них собственными глазами. И тогда мне точно не могли успеть вколоть что-либо.

Отодвинув от себя тарелку с салатом, я проворчала себе под нос, что аппетита доедать нет, и раз Элис ушла, она точно не обидится, что я оставила часть её кулинарного шедевра.

Попытка встать со стула не увенчалась успехом. Фергас схватил меня за руку и хмуро посмотрел: ему не нравилось, что я сбегаю от близости с ним. Однако мужчина отлично контролировал свои эмоции, поэтому быстро смягчился. К счастью…

– Я не собирался портить твой обед. Прости, если мои действия показались тебе неуместными и смутили. Я просто посижу рядом с тобой.

Видно было, что Фергас держит себя из последних сил, хотя и не спешил отпускать мою руку. Мне не хотелось бы разбудить его внутренних демонов, вынудив напасть, поэтому пришлось оставить свои попытки сбежать от него. Может, в конце концов, ему самому надоест мое общество?..

– Дарина, посмотри мне в глаза.

Я медленно вскинула голову, утопая в небесно-синих глазах, взирающих на меня с обожанием. Пожалуй, на меня ещё никто и никогда так не смотрел раньше. Отношения со Славой у нас только-только начали развиваться, но даже он не казался настолько влюблённым. Или это одержимость?

Тяжело дыша, Фергас улыбался, а меня бросало одновременно в озноб и смущение. Рядом с ним я испытывала нечто странное. Порой казалось, что волнительная дрожь связана отнюдь не со страхами, и это пугало.

– Я не могу ничего поделать с собой, – приглушённым голосом, хрипящим на окончаниях, произнёс Фергас. – Ты дурманишь меня, как самый сильный наркотик, яд, быстро расползающийся по венам. У меня голова идёт кругом, когда я думаю о тебе. Хочу бесконечно прикасаться к тебе, часами валяться с тобой в одной постели и наплевать на весь мир. Пусть подождут, пока мы будем наслаждаться друг другом.

Я вздрогнула. Нет. Это не любовь. Это точно одержимость. Не может человек влюбиться вот так, ничего не зная о другом. Фергас не знал меня и цеплялся лишь за этот проклятый знак на моей груди. Как мне избавиться от него? Может, этот символ источал какой-то запах? Феромоны, сводящие это чудовище с ума?

– Никогда раньше я не испытывал такое сильное влечение к человеку, – приглушенно заявил Фергас.

Меня должны растрогать его слова?

Пришлось прикусить язык, чтобы не сказать, что я его чувства не разделяю и не испытываю к нему и малейшего интереса.

– Я сделаю всё ради тебя, Дарина! Весь мир положу к твоим ногам. Горы сверну, если потребуется. Я могу исполнить любое твоё желание и прошу лишь смягчиться, довериться чувствам, которые зародились в тебе.

– Моё единственное желание – вернуться домой, – выдавила я с раздражением. Мне ужасно захотелось запереться в комнате, чтобы не выслушивать лживые, тошнотворные дифирамбы одержимости зверя. Я хочу уйти отсюда и больше не вспоминать обо всем, что случилось. – И голос всё-таки предательски дрогнул.

Фергас ничего не ответил. Его лицо окаменело, а взгляд потемнел: глаза обрели насыщенный тёмно-синий оттенок.

– Если ты на самом деле настолько сильно боготворишь меня и обожаешь, ты ведь выполнишь любую мою просьбу? – спросила я теперь уже осторожно.

Во взгляде Фергаса вспыхнула ярость, и я испугалась, что он не сумеет сдержаться на этот раз.

Глава 3

Подскочив со стула, раздраженный Фергас запустил пятерню в волосы. Он злился и едва контролировал свой гнев. Я понимала, что сболтнула лишнее, и желала как-то смягчить ситуацию. Сердце, затарахтев в груди, било тревогу. Я прикусила губу, стараясь придумать, что могло бы заглушить безумие похитителя. А именно им этот мужчина и был на самом деле.

– Я хотела бы забрать свои вещи из отеля… – пробормотала я тихо, сдавленным из-за эмоций горлом. – И ещё: пусть никто из местных не приближается ко мне, держатся на расстоянии.

На лице Фергаса появился злой оскал.

Я снова сказала что-то не то?

Мне казалось, что он обрадуется, ведь желает, чтобы я стала его собственностью, игрушкой, которая будет принадлежать ему одному.

– Не понимаю, почему ты такая упёртая. Ты должна была ощутить то же влечение, что кипит во мне, сводит меня с ума!..

Фергас резко бросился ко мне, навис надо мной, заставляя вжаться в спинку стула. Одной рукой он опёрся на столешницу, а второй о стену. Его дыхание обжигало, и мужчина больше не пытался контролировать свои эмоции. От Фергаса исходили пугающие вибрации.

– Неужели ты совсем ничего не чувствуешь? – прорычал мужчина, касаясь своими губами моей шеи, оставляя на коже обжигающие отвратительные дорожки.

Было бы глупо подписывать себе смертный приговор, сказав, что всё так. Однако и проявить страсть к похитителю я не могла, поэтому промолчала. Зажмурившись и стиснув зубы от страха, что мужчина принудит меня к чему-либо, я со всей силы ухватилась за сидение.

– Ты хочешь держаться в стороне от моей семьи, от моего клана. Но почему? Ты должна боготворить меня, но вместо этого воротишь нос, словно я – самое мерзкое существо в этом грёбаном мире.

Выровнявшись, Фергас схватил меня за руку и потянул на себя, заставляя встать. Сердце готово было выскочить из груди в то же мгновение. Я испугалась. Физическая боль – ничто по сравнению с тем, что сейчас творилось на душе. Память подкидывала образы растерзанного любимого, и передо мной маячило оскалившееся, яростное лицо. Синие глаза неестественно сузились, зрачки почти исчезли. Брови сурово съехались на переносице. И я не могла отвести взгляд. Было в нем что-то дьявольское, чужеродное и… приковывающее.

– Сейчас я покажу тебе, от чего ты отказываешься. Я – вожак, а не какой-то рядовой волк, которого можно водить за нос! – рыча это, Фергас потянул меня на себя еще сильнее. Его рука по-хозяйски легла мне на талию, увлекая в объятия. От мужчины исходил жар. Странный жар, который вынуждал меня покрыться испариной из-за страха.

Фергас смотрел на меня долгим и сосредоточенным взглядом. Его лицо будто окаменело, не выражая никакие эмоции – только в глазах плясали синие огоньки, не позволяющие мне разорвать контакт.

– Я покажу тебе… ту силу, что создала связь между нами.

Губы Фергаса зашевелись, однако звучание голоса приглушенным отголоском ворвалось в сознание. Будто из-под воды, едва различимо. Я неосознанно нахмурилась, обратилась в слух. Взгляд зацепился за ехидную улыбку, сквозь которую ворвался следующий приказ:

«Обернись и проследуй в комнату».

Я лишь удивленно моргнула, а тело своевольно качнулось. Левая нога сделала шаг, корпус развернулся, и я в ужасе осознала, что больше не управляла собой. Со спины донесся самодовольный смешок, после чего послышалось шуршание одежды. Фергас тоже двинулся в сторону и поравнялся со мной. В следующий же миг тело ринулось вперед, словно позади подгонял жар языков пламени. Всё внутри заледенело от ужаса. Теперь даже собственное тело мне неподвластно!

Мужчина шагал быстро, а я едва успевала переставлять ноги, чтобы не растянуться на полу. Мои ощущения притуплялись, однако кровь спазмом бурлила в районе горла. Заметив вальяжное выражение на лице того ублюдка, что убил Славика, я стиснула зубы, но мы прошли мимо.

Буквально затолкнув меня в комнату, где я провела самую ужасную ночь в своей жизни, Фергас толкнул меня на кровать и стал расстёгивать пуговицы на своей рубашке. Мышцы на его груди соблазнительно перекатывались, и я бы обратила на это внимание в другой ситуации. Не сейчас, когда мой пленитель хочет… Изнасиловать меня? Стоило что-то очень быстро придумать, но все мысли потерялись. Вряд ли он поверит, что у меня эти дни, да и есть ли ему дело до такого? Многие мужики не брезгуют.

– Н-не надо… – пролепетала я сухими губами и облизнулась. Собственный голос показался мне незнакомым.

Фергас замер, зависнув надо мной угрожающей тучей. Его лицо приобрело выражение внутренней борьбы. Напряжение росло, но я не смела пытаться противостоять ему. Не сейчас, когда моя жизнь висела волоском над пропастью неизбежного. Провоцировать дьявола – слишком опасно.

– Что?.. Хочешь, чтобы я поскорее избавил тебя от бремени? Чтобы повлиял на тебя еще раз и помог расслабиться, как сделал вчера? И как сейчас твой мозг отдал команду телу привести в спальню? Моли меня, Дарина, и я сделаю это.

Как вчера… и сейчас…

Что он сделал со мной?

Явно одурманил какими-то травами. Я не ощутила укола – лишь властные прикосновения мужчины. А может, это магия? Да нет же! Ну какая магия?

Мысли спутались, но страх сейчас был превыше всего остального. Страх и желание выжить.

Мне отчаянно захотелось отползти к спинке кровати, чтобы увеличить расстояние между нами с Фергасом. Сильнейшая паника билась в жилах, ведь я понимала, что он влияет на меня каким-то странным образом. Это точно не действие загадочного препарата. Что-то другое… Но… Я тяжело дышала, дрожала и не могла справиться с собственными эмоциями. Взгляд мужчины и вибрации его голоса дурманили меня, а попытка заткнуть уши не помогала избавиться от морока.

Мною управляли. Или моими чувствами?

Отведя взгляд в надежде, что поволока дурмана спадёт, я с ужасом осознавала, что мужчина может поймать меня, схватить в охапку и применить силу, чтобы заставить сделать то, что выгодно ему. Мне с ним никак не справиться. Оглядев наспех интерьер, я заметила вазу с сухоцветами на тумбе, и на секунду мне стало спокойнее. С выдохом вырвался стон облегчения, а следом слух резануло недовольное причмокивание.

– Поверь мне, это не поможет, – засмеявшись, проворковал Фергас. Его голос звенел, отдавался в голове вибрацией, будто рябь по воде. – Однако стоит похвалить тебя за смекалку. Ты быстро соображаешь и нравишься мне всё сильнее.

Я сглотнула тугой ком, вставший в горле, и всё-таки подползла к спинке кровати, но одним рывком Фергас оказался надо мной. Я поразилась его скорости. Он двигался как самый настоящий хищник. В его взгляде кипели страсть, одержимость и что-то ещё – такое же безумное. Мужчина словно пытался доказать, что доминирует надо мной, что может заставить меня сдаться ему.

Он одним лишь взглядом требовал, чтобы я покорилась ему. И мы находились в опасной близости друг от друга.

– Пока ты не осознаешь, как хорошо нам будет вместе, но я сделаю всё, чтобы доказать тебе, что мы нуждаемся друг в друге.

Я не сразу заметила, как задержала дыхание. Опомнилась только тогда, когда Фергас стал покрывать мою шею поцелуями. В то же мгновение мое тело сковало, будто тисками, до ноющей боли в мышцах. Влажные дорожки, оставленные мягкими губами на коже, отчего-то пощипывали. Что странно – прикосновения не были такими уж неприятными. Лишь осознание, что совершенно чужой мне человек, – убийца и похититель, – пытается взять меня силой, вызывало отвращение. Однако тщетная попытка оттолкнуть ещё сильнее раззадорила Фергаса, его словно забавляла эта игра – подчинить непокорную.

Упираясь локтями в матрац, мужчина пытался ласкать меня, и – мерзко признавать – это возбуждало. Страх становился только сильнее с каждой секундой: теперь куда сильнее ужасала ответная реакция собственного тела. Почему оно предавало меня? Почему так сильно влекло к этому мужчине?

– Ещё вчера я должен был взять тебя, но не поступил так, чтобы ты привыкла к моему присутствию, – нашептывал Фергас на ухо, обдавая горячим дыханием. Я только зажмурилась и стиснула губы, побоявшись. – Я пожалел тебя. И вот твоя благодарность? Хочешь сбежать от меня? Заставить выстрелить себе в ногу, отпустив? Я слишком долго ждал, чтобы сейчас расстаться.

Вдруг матрац подо мной прогнулся сильнее. Я ощутила, как Фергас отстранился, отчего тотчас стало легче дышать. В воздухе будто резонировала энергия, жар, довлеющие над нами, затуманивающие разум.

Осторожно разлепив веки, я увидела, как Фергас пылал от страсти, буквально горел от желания обладать мной. Его синие, магнетические глаза приобрели темный оттенок. Под ними пролегли тени из-за ресниц, а скулы сковало из-за плотно стиснутых челюстей.

Мы оба находились в одинаковом состоянии. Взволнованные. Напряженные.

– Эта связь действует не только на меня, но и на тебя, Дарина, – сощурившись, с придыханием произнес Фергас. Его грудь сокращалась из-за частого дыхания. – Я желаю тебя до боли, но и ты жаждешь того же. Посмотри мне в глаза!

Неожиданно голос стал строгим, пронизывающим, и я испуганно подняла взгляд, посмотрев на мужчину, возвысившегося передо мной, будто скала. Широкие плечи скрывали от меня свет люстры, и отчего-то я ощутила себя в полумраке загнанной в ловушку.

– Расстегни рубашку, Дарина. До конца.

Каждое слово прозвучало, как приказ, и моё тело в ту же секунду подчинилось обладателю повелевающего голоса. Я не могла никак повлиять на себя и расстегнула рубашку, продолжая глядеть на мужчину, стоящего рядом на коленях. Даже не ощутила, как тело совершает движение. Словно разум вытеснило из сосуда, а я цеплялась за него, как за последнюю секунду утихающей жизни. Взгляд Фергаса загорелся, стоило мне высвободить последнюю пуговицу. Ткань своевольно повисла вдоль корпуса, следом, выполнив задание, раскрытые ладони коснулись бархатного покрывала.

– Теперь сними ее.

Я неосознанно вздрогнула, наблюдая, как рубашка соскальзывает с плеч. Нехотя я послушно выполнила следующий приказ, хотя и понимала, что творю недопустимое. Где-то внутри всё билось от страха, взывало остановить этот кошмар, но мне было неподвластно остановиться. Как, если воля больше не принадлежала мне?!

– Белье светло-голубого цвета… Мне нравится твой вкус, – облизнув кончиком языка верхнюю губу, Фергас с нахальной улыбкой рассматривал меня. Взгляд мужчины опустился ниже, с губ слетело томное рычание. – Сними джинсы.

Сев на край кровати, мужчина наблюдал, как послушно я выполняла всё, что он приказывал. Меня трясло от волнения, но заплакать не удавалось, потому что эмоции контролировала неведомая сила, нечто очень мощное. Руки дрожали, и я едва смогла расстегнуть пуговицу. Из горла рвалось хриплое, частое дыхание. Всё тело сотрясалось. Поведение Фергаса пугало, но и одновременно возбуждало. Мужчина спокойно сканировал взглядом мою фигуру. Его медленное дыхание опаляло даже на расстоянии. Он вёл себя так, словно ничуть не взволнован. А может, всё так и было? Он наслаждался игрой, которую устроил. Здесь всё происходило по его правилам. Мои желания не входили в расчет.

Оставшись в нижнем белье, я хотела прикрыться, спрятаться от столь пронзительного взора. Сознание говорило, что я должна схватить хотя бы одеяло, но тело не подчинялось мне, отказывалось двигаться. Сейчас я была марионеткой в руках Фергаса, а он умело управлял мной и сохранял спокойствие.

– Сядь поближе: мне не нравится то, что ты постоянно сбегаешь, – хрипящим голосом велел Фергас, и я двинулась к нему навстречу на четвереньках, пока не села на краю постели. Ступни утонули в длинном ворсе серого ковра, лежащего на полу.

Мужчина склонился к моей шее и, смяв волосы на затылке огромным платиновым коконом, втянул в себя мой запах. Затем освобожденные пряди рассыпались по плечам, щекоча кожу, а Фергас встал с кровати, продолжая пронзать меня пристальным взглядом, от которого одновременно бросало в жар и накатывало отвращение. Ни долго думая, мужчина направился к окну. Шаги пусть и были приглушёнными, но каждый отражался в ушах странным эхом. Фергас задвинул шторы, делая свет в комнате тусклым, будто желал огородиться от всего мира.

Ненадолго моё тело словно освободилось от оков, я затряслась и покосилась на одеяло, но знала, что сделать что-то точно не успею: чудовище не позволит. Он будто специально позволил мне мгновение слабости, чтобы показать, насколько сильна его власть.

– Что ты хочешь от меня? – спросила я дрожащим голосом.

– То, что принадлежит мне по праву истинной связи с тобой, детка, – выдал мужчина и медленно обернулся, с хрипотцой добавив: – То есть всё.

Мои глаза сразу же расширились, а губы своевольно открылись. В голове не укладывалось, как в одночасье жизнь перевернулась с ног на голову. Фергас точно не отпустит меня, что бы я ни предприняла. Он объявил на меня свои права и дал понять, что не примет непослушание.

Всё было не в мою пользу. Однозначно это поражение… Но я не желала капитулировать.

Теперь шаги Фергаса воспринимались грузными и мерными, словно секунды до неминуемой казни. Именно так унизительно я себя ощущала.

Вернувшись ко мне, мужчина снова устроился рядом, после чего неторопливо пропустил локон сквозь пальцы, с наслаждением наблюдая, как струилась в руках прядь волос. Секундой спустя, на щеку опустился жаркий поцелуй, вызвавший озноб вдоль позвоночника. Я лишь охнула в ответ, снова почувствовав себя запертой в скорлупе собственного тела. Не желая останавливаться, Фергас коснулся шеи, смахивая волосы, затем запечатлел поцелуй на коже и опустился к ключице, проводя по ней языком. Мне ужасно хотелось дернуться, отмахнуться, защититься хоть как-нибудь, но я могла только стиснуть зубы, терпеть и ждать любую возможность, чтобы вырваться из-под странного влияния.

Тем временем Фергас явно игнорировал мою реакцию, считая, что мы оба желаем одного и того же. Обжигая своими прикосновениями, он спустил одну из бретелек с плеча и медленно повел подушечками пальцев по коже, очерчивая границу чашечки и пробираясь под неё. Мужчина прикоснулся к соску, слегка зажав его и покрутив, пробуждая внутри меня самый настоящий пожар. Внизу живота всё стянуло от предвкушения, и я уже не осознавала, что было правдой, а что – иллюзией влияния. К своему отвращению, я возбуждалась. Тело предавало, желая слиться с мужчиной и стать одним целым. И я ненавидела себя за проявленную слабость.

– Мне бы хотелось совсем избавить тебя от одежды, но я оставлю интригу для первого раза, – произнёс приглушённо Фергас, продолжая теребить сосок, играть со мной, распаляя желание. – Ты вся разрумянилась. Нравится моя откровенная игра?..

Однако ответить на поставленный вопрос, Фергас не позволил жёстким взглядом. Меня будто пригвоздили. Я сидела на краю постели, но совсем не ощущала ни ворс ковра под ногами, ни бархат покрывала. Мои эмоции отключили – остались лишь роившиеся в голове мысли. Но, казалось, сознание тоже понемногу ускользало из-под моей власти.

– Безмолвный приказ в нашей паре тоже работает, – с удовлетворением выдал мужчина. – Ты должна беспрекословно подчиняться мне, и тогда я вознесу тебя на вершину блаженства. Ты ведь хочешь этого, детка? Я вижу, как ты сильно жаждешь ласки, пусть и пытаешься сопротивляться мне. Отпусти все барьеры и смирись уже с тем, что ты моя. Ты – женщина вожака самого крупного клана в Ирландии.

Взяв меня за руку, Фергас положил её себе на пах, прикладывая силу, давя, чтобы я прочувствовала его возбуждение сквозь плотную джинсовую ткань. С его губ сорвался похотливый стон. Мужчина даже прикрыл глаза от удовольствия. Его пальцы сильнее сжались поверх моих, заставляя обхватить член, оценить его размеры.

– Неужели ты не желаешь сейчас того же? – с придыханием спросил Фергас, пока я пыталась опомниться. – Расстегни мне джинсы, помоги выпустить его на волю. Ты хочешь увидеть его, я точно знаю.

Мне не удалось возразить из-за сдавленного эмоциями горла. В голове появился туман, и я почувствовала себя опустошенной, вялой и сломленной. Кровь пульсировала в висках, губы трепетали. Руки сами потянулись вперед.

Пока я выполняла приказ, Фергас наспех стянул футболку через голову и откинул в сторону. Его кожа была очень светлой, визуально казалась холодной, как лед, но я знала, что это обман восприятия. Мы оба сгорали в адском пламени, которому я не могла противиться. Мне не хотелось прикасаться к Фергасу, а уж тем более в столь интимных местах, но и поступить по-своему не выходило. Остатки разума противились происходящему, но я ловила себя на мысли, что этот мужчина сексуален и опасен. Он дурманил меня своей близостью, и я не знала, как остановить его влияние.

Встав напротив меня, мужчина приспустил джинсы и освободил член из облегающих трусов. С удовлетворённым вздохом, он провёл пальцами по всей длине и жадно облизнул свои губы.

Фергас запрокинул голову и хрипящим голосом приказал мне смотреть на него:

– Хочу, чтобы ты видела, как сильно я желаю тебя. Как я буду доставлять тебе удовольствие, когда окажусь в тебе, детка.

Обхватив член рукой, мужчина мастурбировал на моих глазах. Скользя кулаком вверх и вниз по стволу, Фергас то ускорялся, то замедлял темп, и меня заводило каждое движение. Я распалялась, понимая, что мужчина прав, и кто-то внутри меня кричит от желания отдаться ему прямо сейчас.

– Представь, детка, как я раздвигаю твои ножки и медленно вхожу в тебя, – на выдохе произнёс Фергас и бросил на меня жадный взгляд. Мужчина специально изобразил всё красочно, словно медленно проникает в меня, после чего делает решительный толчок, заявляя свои права. – Вот так… Тебе нравится побыстрее или помедленнее?

Фергас больше не ждал ответа, он соблазнял: делал движения рукой слишком медленно, заставляя меня проникнуться, прочувствовать, словно находится внутри. Стенки влагалища сжались, и я свела бёдра – непроизвольно, инстинктивно, – заёрзав на кровати, потому что никак не могла повлиять на собственное животное желание, пробудившееся столь внезапно. Все страхи в то же мгновение отошли на второй план, и сейчас существовал лишь он – мужчина, который желал меня, а я хотела его. Пусть сознание пыталось достучаться и объяснить, насколько всё неправильно, но я не прислушивалась к себе. Было мерзко, но это ощущение – ничто по сравнению с тем желанием, которое захлестнуло меня и опустило на дно порочности. С жадностью я наблюдала за каждым толчком Фергаса, представляя, что это движение происходит во мне. Мужчина ускорился, и я всхлипнула. Рука непроизвольно потянулась к клитору. Я ничего не могла поделать с собой, потому что никогда раньше не возбуждалась настолько сильно. Жажда испытать оргазм в это мгновение затмила все остальные чувства.

Шумно выдохнув, Фергас посмотрел на меня и растянул губы в широкой, довольной улыбке. Ему нравилось то, что он видел, как я пыталась удовлетворить себя. Где-то глубоко внутри ненавидя себя, что делаю это. Что сдалась… Сломалась…

– Так не пойдёт, детка… – помотал головой Фергас, и я вздрогнула, когда вновь перестала ощущать свои пальцы. – Убери руку от себя и потрогай его. Знаю, что ты хочешь. Будь смелее. Он тоже жаждет твоего внимания, твоей ласки.

Я сразу же прикоснулась к набухшему члену, в полной мере оценивая его размер, жар, исходящий от него. Обхватив его в кольцо пальцами, я сделала несколько движений, отчего Фергас зарычал и закатил глаза, но тут же отстранил мою руку. Я не успела среагировать, как мужчина схватил меня за голову, вынудил запрокинуть, а затем впился в мои губы поцелуем. И я не смогла не ответить. Страсть полыхала между нами. Неужели это именно то, о чём он говорил? Связь истинных пар, которой просто невозможно противиться?

Жадно двигая руками по моему телу и тяжело дыша, Фергас присел. Он стал массировать мне клитор через трусики, заставляя выгибаться и стонать от его прикосновений. Я льнула к нему, к его руке, желала прижать к себе и заставить двигаться активнее. Поймав моё настроение, мужчина запустил пальцы в трусики. Я громко застонала, потому что столь интимное прикосновение обожгло, и я готова была испытать оргазм только от него. Фергас жадно теребил клитор пальцами, но едва я подобралась к пику наслаждения, убрал руку и хищно улыбнулся.

Я вспотела, готова была волком выть. Жаждала продолжение и уже совсем позабыла, рядом с кем находилась.

– Ты чересчур соблазнительна, – довольным голосом сказал Фергас и встал.

Он приблизился ко мне и начал водить членом по губам. Я непроизвольно приоткрыла рот, желая поощрить, но Фергас погрузил член неглубоко и отстранился.

– Сегодня я не стану просить у тебя оральную ласку. Это произойдёт, но не сейчас. Пока просто наблюдай.

Фергас вновь обхватил свой член и стал двигать рукой так быстро, что довольно скоро сперма брызнула мне на лицо, попадая на губы. От возбуждения я едва могла контролировать происходящее. Мне хотелось, чтобы всё случилось иначе, но глубоко в душе я понимала, что едва немного отпустит дурман, и я стану жалеть обо всём. Но сейчас во мне бурлило лишь сильнейшее желание. Облизнув сперму с губ, я отметила сладковатый привкус, без отвратительного послевкусия, какое ощущала раньше.

Фергас присел рядом, стоило мне посмотреть на него с обидой. Я горела, и он чувствовал это. Мужчина запустил руку мне в трусики и стал яростно натирать клитор, поднимая на вершину блаженства. Сжав бёдра, я громко застонала, а мужчина впился мне в губы властным поцелуем, терзая и лаская. Лёгкая дрожь прошлась по телу, я обмякла, окутанная бархатом; Фергас провёл подушечками пальцев по моему животу, поднимаясь к груди. Он очертил контуры знака, появившегося у меня странным образом, и улыбнулся. Теплая улыбка отозвалась болезненным уколом, пробуждая дремлющее сознание.

– Не смей отрицать наши отношения. Ты хочешь меня не меньше, чем я тебя. И я сотру с тебя следы прежнего хахаля собой. Следующий раз окажется не таким наивным, детка, и тебе лучше заранее смириться. Будет ещё лучше, чем сегодня, если ты доверишься мне и перестанешь отказываться. Мы с тобой созданы друг для друга.

Фергас отодвинулся, будто констатируя факт, поднялся с постели, а я почувствовала себя грязной. Слёзы бесшумно покатились из глаз. Пусть на меня и было оказано влияние, но я хотела этого мужчину, сама льнула к нему. Почему тело предало и поддалось похитителю, словно было создано для него одного?

Глава 4

Рыдание сорвалось хрипящими звуками из горла. Глаза защипало, и я зажмурилась. Ощущение омерзения накатило на меня огромной волной, и мне не хватало душевных сил выбраться из нее, глотнуть воздуха, спастись. Ужасно хотелось свернуться калачиком и забыться. Только звук щелчка закрывающейся двери уведомил, что Фергас ушел. Но легче дышать не стало. В воздухе все еще резонировал жар. В теле ощущалась слабость после оргазма. Яркого и удивительного. Тело предало меня. Оно отзывалось на ласки Фергаса слишком остро. Я изнывала от желания стать одним целым с мужчиной, хотя в глубине души осознавала, что он – чудовище. Из-за него Славик погиб. Моего парня убили, а я… Вместо того, чтобы оплакивать его, я наслаждалась прикосновениями убийцы, изнывала от желания отдаться ему.

Я точно спятила!

Конечно, мужчина применил что-то, чтобы одурманить меня. Вряд ли это можно назвать магией, ведь её не существует в нашем мире. Скорее всего, он – хороший психолог. Может, загипнотизировал меня? А теперь пытался внушить то, что хотелось ему?

Голова распухала от мыслей, изобилующих бурлящим потоком. Я понимала только одно: сейчас моя жизнь в опасности, и я должна любым способом цепляться за неё. Если мне придётся соблазнить и очаровать Фергаса, чтобы выбраться из этого проклятого места, то именно так я и поступлю.

Оказавшись в ванной, смывая с себя грязь от прикосновений дьявола во плоти, я обдирала кожу мочалкой, вот только острее ощущала каждое касание, словно оно повторялось снова и снова. Воспоминания о случившемся причиняли боль, но это не всё – они возбуждали меня. Я пыталась хоть что-то сделать с собственными ощущениями, но не могла. Прокручивая перед глазами сцену гибели Славика, я старалась заставить себя забыть Фергаса, забыть его похотливые взгляды и стоны, но они снова и снова повторялись и сводили меня с ума.

Что со мной творилось?

Рисунок на груди словно раскалялся каждый раз, когда на меня накатывало возбуждение. Может, это что-то вроде татуировки? Поэтому от прилива крови кожа как будто горела?

Я постаралась избавиться от клейма: включила напор воды сильнее, впила ногти в кожу, но узор не убирался, а мне было жутко больно. Рисунок крыльев, казалось, разрастался, теперь полностью повторяя изгиб ключиц. Стиснув зубы и всхлипывая, я вылила на себя половину банки геля для душа – не меньше. Вот только избавиться от той грязи, что осела в душе, не получалось.

Он видел меня почти голой…

Трогал меня…

И довёл до оргазма.

Слёзы не переставали течь по щекам вместе со струями тёплой воды. Я захлёбывалась горечью и незнанием, как быть дальше. Как сбежать из проклятого логова зверя? Если Фергас рассчитывал, что после произошедшего я добровольно отдамся ему и соглашусь остаться вместе с ним, – он сильно просчитался. Я никогда не смогу принять и полюбить такого человека. Никогда не забуду смерть Славы. Пусть отношения у нас с парнем были и не самые лучшие…

В тот вечер мы поссорились.

Мы в путешествие-то поехали, чтобы попытаться наладить то, что уже и без того разрушалось.

Узнав, что Слава снова переписывается со своей бывшей, я вспылила. Он отправлял ей фотографии с отдыха, словно они не расставались вовсе и были ближе, чем мы с ним. Во мне тогда больше взыграла не ревность, а обида. Мне не хотелось чувствовать себя использованной. Я понимала, что со мной Слава просто здорово проводил время, а его сердце принадлежало другой. Заявив ему, что не вижу смысла в наших отношениях и хочу расстаться, я не успела получить ответ от него… На Славика напали и лишили его жизни. На моих глазах…

Липкий страх пополз вдоль позвоночника.

Меня трясло, и я снова вспомнила пса, обратившегося человеком. Не пса… Волка, если верить местным. Возможно, Фергас и пытался обмануть меня, манипулировать, но Элис это ни к чему. Девушка верила, что находилась в клане оборотней и скоро станет одной из них.

Передёрнув плечами, я представила вместо ладоней огромные когтистые лапы, а вместо идеально гладкой кожи, которую я добилась, пройдя множество процедур эпиляции, противно пахнущую шерсть. Я не хотела превратиться в животное. Если здесь на самом деле обитают оборотни, то я должна сбежать как можно дальше от них, замести следы и больше не попадаться им на глаза. Каким бы то ни было образом…

Выбравшись из ванны и одевшись, я вышла в комнату. Взгляд упал на кровать, а перед глазами снова пролетела та сцена. Я никогда не забуду случившееся, не смогу вытравить из памяти, потому что, как шлюха, готова была отдаться монстру, сделать всё, чтобы удовлетворить его.

Тошнотворный ком подкатил к горлу.

В дверь постучали, а я вздрогнула, думая, что Фергас решил вернуться.

– Привет ещё раз, – виновато улыбнулась Элис, заглянув. – Я знаю, что Фергас ушёл давно, думала, что тебе нужно немного времени, чтобы привести себя в порядок… Может, прогуляемся?

– Прогуляемся? – сухо переспросила я.

Мне не хотелось выходить на улицу. Не хотелось встречаться с тем чудовищем, обратившимся в волка. Барра? Или Барри? Кажется, Элис называла его имя, но оно вылетело у меня из головы. Однако важно было исследовать территорию, найти бреши в их грёбаной защите и бежать подальше. Как можно дальше от них всех.

– Ну, если ты устала и не хочешь, я не буду настаивать. Просто… Мне так надоело находиться среди мальчишек, а тут появилась ещё одна девушка, и я была бы рада подружиться с тобой.

Ох, Элис…

Я появилась здесь ненадолго.

Я сбегу из этого проклятого места, как только появится возможность, и ни за что не останусь здесь. Если ей и нравилась связь истинных с её возлюбленным, то мне – нет. Фергас попытался взять меня силой, заставил почувствовать себя грязной шлюхой, похотливым животным, и я отомщу ему… Как он будет страдать, когда потеряют ту, которую считает своей?

– Я с удовольствием прогуляюсь с тобой, – улыбнулась я, стараясь подавить счастье, закипевшее в жилах.

Элис не должна понять мои планы.

Никто не должен.

Как только злосчастная спальня осталась позади, мне тотчас полегчало. Это место угнетало меня даже больше, чем я думала. Оно было связано только с негативом, опасностью и страхом, из состояния которых хотелось выбраться как можно скорее. И теперь, под открытым небом, я могла вдохнуть полной грудью.

Жаль, что мое освобождение оказалось временным и под тщательным надзором. Пусть Элис щебетала без умолку, но она часто бросала на меня взгляды и следила, чтобы я ненароком не отстала. Даже останавливалась, когда я сбавляла темп.

Вскоре Элис восторженно рассказывала, как повстречалась с Грэхамом и потеряла голову. Захваченная воспоминаниями, она выглядела по-настоящему влюблённой. Она светилась от счастья, чего я не могла сказать о себе. Грэхам красиво ухаживал за ней и никого не убивал, чтобы завладеть ею. Фергас пошёл по иному пути. И я не смогу принять такое чудовище. Никогда не была фанаткой сказки, где Бэль влюбляется в монстра. Пусть и монстром его не назвать в полной мере…

Мысли спутались. Я старалась забыть о нашей близости с Фергасом, но тело вновь и вновь напоминало о случившемся. В груди ныло, а внизу живота разливался трепет, стоило вспомнить прикосновения мужчины.

– Фергас тоже обращается? – спросила я у Элис. – Грэхам? Они тоже могут стать… – Мне тяжело было выдавить из себя это слово, потому что я до сих пор не могла поверить, что человек способен стать волком в реальной жизни.

– Волками?.. Могут, конечно, но только в полнолуние. Луна призывает их.

Я передёрнула плечами.

Вроде бы Элис уже говорила мне об этом? Или нет?

Звучало дико, а верилось до сих пор с трудом.

– А почему тогда тот, другой, обращается не в полнолуние?

– Барра, – хихикнула Элис. – Ничего, ты запомнишь их всех по именам. На самом деле они совсем не такие плохие, как может показаться. Барра – носитель крайне редкой способности. Он может обратиться волком в любой момент, когда ему захочется. Поэтому он – правая рука Фергаса. Выполняет всю грязную работёнку, где проще списать смерть на нападение животного.

Я сглотнула вязкую слюну, образовавшуюся во рту, вспомнив рваную рану на шее Славика. В то же мгновение к горлу подступил тошнотворный ком. Меня чуть не стошнило от воспоминаний, как Фергас провёл членом по моим губам, а я раскрыла рот, желая попробовать его на вкус, охваченная страстью.

– Всё в порядке? – спросила Элис, наверняка заметив, как я сморщилась от отвращения.

– Да. Прости. Горечь во рту какая-то появилась, – поспешила я оправдаться.

– Понимаю, что тебе пока чужды местные законы и порядки, но ты быстро привыкнешь.

– Почему они убивают других? Что им сделали люди, которые гораздо слабее?

Элис удивлённо посмотрела на меня, а через пару мгновений в её взгляде появилось сочувствие.

– Мне жаль того парня, который пострадал. Волки не убивают просто так. Ты не думай, что они кровожадные. Когда волк встречает свою истинную, он не потерпит на ней запах другого. В этом всё дело. А так убийства случаются крайне редко, и убивают плохих людей, которые как-то навредили клану. Или другим волкам.

Меня пробрало до мурашек. Есть и другие волки? Или она говорила о животных? Голова пухла от обилия вопросов и мыслей. Элис рассказывала обо всём настолько спокойно, словно её устраивала такая жизнь, словно она готова была провести среди оборотней вечность. Её одурманивала метка Грэхама? Ну а как ещё назвать этот проклятый знак?

– Ты сказала, что пока ты – человек… Как ты планируешь обратиться? Разве такое возможно?

– Конечно. Процесс непростой, болезненный даже, но я готова к этому. Оборотни живут дольше, они не подвержены человеческим болезням. Пока Грэхам подготавливает меня. Как только он почувствует, что я готова… – Элис вздохнула. – Я не хочу запугивать тебя. Совсем скоро Фергас расскажет тебе, как всё произойдёт, ведь он тоже обратит тебя в своё время.

Внутри всё затряслось. Перед глазами снова промелькнула сцена с полуобнажённым мужчиной, ласкающим свой член. Его взгляд тогда словно светился. Голубые глаза были наполнены безумием. Чем-то слишком нечеловеческим. Я не хочу стать животным, похотливым монстром, для которого секс является ключевой жизненной ценностью. Ведь так всё и было? А иначе почему мужчина сразу потащил меня в постель?

Липкий пот пополз вдоль позвоночника, а я передёрнула плечами и посмотрела вокруг себя.

Заброшенная гостиница, в которой меня держали, находилась в густом лесу. Красивом, следовало признать. Именно для того я сюда и приехала: чтобы насладиться местными красотами, но теперь возненавидела Ирландию. Почему она звала меня? Я с детства мечтала побывать здесь. Может, так работала метка? Фергас звал меня? Думать о существовании магии в реальном мире мне не хотелось. Я всегда считала всё это шарлатанством, а теперь с ума сходила от свалившейся на голову правды.

– Почему они обращают простых девушек? Неужели им не хватает истинных среди своих волчиц? – спросила я у Элис.

Девушка даже остановилась. Она изумлённо посмотрела на меня и загадочно улыбнулась.

– Волчицы не рождаются, к сожалению. Это древнее проклятие, наложенное какой-то сумасшедшей колдуньей. Когда шла борьба ведьм и оборотней, было много жертв. Ведьм уничтожали, потому что они вредили людям. Оборотни хотели жить среди людей и не отличаться от них. Они защищали человечество и истребляли колдовство. Тогда те объединились, чтобы лишить оборотней способности размножаться, уничтожить их вид. Но остался способ, который они не учли – оборотень может обратить человека.

Ведьмы…

Оборотни…

Проклятия…

Борьба…

Или все они тут помешанные? Или я пока не готова к такой правде? Какие ведьмы? Они же только в книгах и фильмах встречаются. И в книгах, между прочим, мне всегда попадались милые ведьмочки.

Мы с Элис повернули по протоптанной тропинке и вышли на открытую местность.

Незнакомые люди, стоящие небольшими группами и занимающиеся своими делами, резко обернулись в нашу сторону, словно ощутили присутствие чужака. Но хуже всего мне стало, когда я столкнулась взглядами с Фергасом. Он смотрел на меня с довольной улыбкой на губах и хищно облизывал верхнюю губу, словно дразнил меня.

– Нужно было свернуть к реке, – посмеялась Элис. – Здесь наши мужчины, поэтому не стоит беспокоиться. Судя по взгляду Фергаса, мне стоит отпустить тебя к нему. А я проведу немного времени с Грэхамом. Не обидишься, что снова оставляю? – виновато поинтересовалась у меня девушка.

Вот только сейчас мой взгляд был прикован к Фергасу, и я едва вслушивалась в слова Элис. Отчего-то в голове промелькнула мысль, что всё было запланировано с самого начала. Эта прогулка, беседа для отвлечения внимания, а теперь еще и встреча. Нежеланная для меня.

– Дарина?.. – позвала меня спутница.

– А? А-а… Нет, конечно, не обижусь.

Я выдавила улыбку, хотя всё естество кричало от отвращения к мужчине, глядящего на меня с обожанием. Он думал, что я с распростертыми объятиями приму его после случившегося? С другой стороны, я сама возжелала его. Не следовало списывать это со счетов. Тогда я не могла управлять собой, и если это не магия Фергаса, то действие проклятой метки – не иначе.

Когда я опомнилась, Элис уже утонула в объятиях Грэхама, а он жадно сжал её и начал целовать, словно они сто лет не виделись. У нас с Фергасом такого пылкого воссоединения точно не произойдет. Пусть не ждёт даже.

Сбегать я не стала и приблизилась к тому, кто назвал меня своей истинной. На удивление, вместо ставшей привычной скованности в теле, я ощущала легкость, но не уверенность в себе. Липкие, заинтересованные взгляды окружающих стесняли меня, и, стоило Фергасу сощурить глаза, как это ощущение пропало. Мужчины разбрелись по группам, загалдели между собой – одним словом, дали нашей «паре» личное пространство для «уединения». Вот что означало «вожак» в стае?.. нелюдей…

– Как ты? Пришла в себя? – с толикой вины в голосе поинтересовался мужчина.

В синих глазах заплясали искорки радости, в уголках глаз пролегли морщинки, а его губы растянулись в яркой, открытой улыбке. Ненароком я отметила про себя, что у Фергаса красивая улыбка. И это пугало.

– Я в порядке. Должно быть иначе? – посерьезнев, переспросила я. Проще было защищаться язвительностью, чем позволить снова перемалывать воспоминания. Мне вдруг захотелось защититься, выстроить преграду между мной и мужчиной, поэтому я скрестила на груди руки.

– Я должен извиниться перед тобой.

Фергас взял меня за руку, тем самым разрушая слабый барьер, и потянул за собой. Удивленная неожиданной сменой поведения, я не стала противиться, хотя и считала его прикосновения неприятными. Мне до чёртиков хотелось вырваться.

– Извиниться передо мной? За что? – переспросила я, не веря, что такой человек может признавать ошибки.

– Я не смог контролировать свои желания. Тяжело делать это, когда впервые встретился со своей истинной. Ты ведь и сама почувствовала. Тебя сжигали те же желания, что и меня в тот момент.

Я кивнула. Машинально. Нет смысла отрицать. Была животная похоть, но я не могу назвать её страстью или желанием. Если Фергас испытывал что-то подобное, то нам вместе следовало подумать, как избавиться от влияния знака. Впрочем, он вряд ли захочет выслушать меня. Он считает, что только «связь истинных» способна сделать его счастливым. Поэтому я должна отвлечь его внимание, а потом сбежать.

– Мне хотелось, чтобы ты была готова к нашей близости, но… Я предупрежу только один раз, Дарина: больше не ставь нашу связь под сомнение и не пытайся сбегать от меня.

Я кивнула. Уже медленнее.

Теперь в привлекательном мужчине я снова видела прежнего Фергаса, что успокаивало. Что бы ни случилось, а мое мнение о нем не изменится. Шантаж, угрозы, манипуляции – методы Фергаса.

Он опасен.

И он не дождется от меня преданности и поклонения!

Сейчас я позволю ему оставить меня пленницей этого места. Хоть, признаться, место красивое. И таких острых ощущений от прелюдии к сексу я не испытывала ни разу. Осознание больно полоснуло. Неужели какая-то часть меня желала остаться? Я тут же напомнила себе, что меня вынудили с помощью силы мысли – или что это? – отдаться. Иначе я бы не разделась. Фергас повелевал мной. И я не доставлю ему удовольствие манипулировать мной до конца своих дней. Или его… От последней мысли на губах появилась коварная улыбка. Избавившись от Фергаса, я бы могла отомстить за смерть Славика. Как там в фильмах говорили: «убиваешь вожака и сам становишься вожаком»?

Кровожадные мысли, посетившие голову, испугали меня.

Я не такая, как они.

Я – не убийца.

– Хотелось бы познакомить тебя с моим кланом, но я сделаю это позднее, когда ты будешь готова, а пока ты можешь полюбоваться моими территориями. Всё это – мои земли. И будут твоими, когда ты станешь моей волчицей.

«Волчицей».

Если кого-то и согревало желание напялить на себя волчью шкуру, то только не меня. Я не готова становиться животным. В детстве, конечно, мечтала быть кошечкой, живущей на всём готовом, но это были детские желания, которые давно уже отпустили меня. Да и кошка – не вонючая псина. К собакам у меня, к слову, всегда было довольно холодное отношение. Ну не восхищали меня они, как других. Как Славика, у которого был мохнатый пудель, раздражавший меня. И раздражение это всегда было взаимным.

Фергас потянул меня наверх, и мы поднялись на холм. Ветер трепал распущенные волосы из стороны в сторону, отчего мне пришлось схватить их в охапку.

– Видишь вот этот забор?

Забор из камня, покрытого мхом, простирался вдаль, и я не могла разглядеть, где именно он заканчивался.

– Всё это – моя территория. У меня есть всё для комфортной жизни. Стоит отметить, что и в человеческом мире я занимаю не последнее место. У меня свой бизнес, и зарабатываю я достаточно для того, чтобы ты ни в чём не знала нужды. Ты и наши волчата.

Фергас находился на опасно близком расстоянии от меня. Он заправил прядку волос мне за ухо, и в это мгновение в районе рисунка появилось жжение. Поначалу оно сопровождалось ноющей болью, но впоследствии разлилось приятным теплом.

Наверняка мужчина почувствовал то же, ведь его губы растянулись в довольной улыбке, и я поняла, что это мой шанс.

Я буду держать Фергаса на расстоянии вытянутой руки, но при этом не стану сопротивляться и дам ему знак, что готова принять нашу связь. Главное – поддерживать только один уровень, не позволив перейти черту.

Обвив руки вокруг шеи Фергаса, я потянулась к его губам и прикоснулась.

Поначалу он не отвечал, словно пребывавший в состоянии шока, но спустя пару мгновений властно прижал к себе и стал целовать со всей страстью, что сжигала его изнутри.

Резко отстранившись от Фергаса, я посмотрела себе за спину, так как почудилось, словно прохладная рука прикоснулась к моему плечу. Кольцо объятий на талии не позволило отодвинуться полностью, но это и не нужно было. Я замерла и вскинула голову.

– Всё в порядке? – спросил Фергас, о котором на мгновение я совсем позабыла. Удерживая меня за талию, он вышел вперед и обеспокоенно посмотрел. – Что тебя удивило?

Я уставилась на темноволосого мужчину, стоящего передо мной. Он прижимал палец к губам и отрицательно мотал головой.

Фергас не видел его?

Кто он?

Призрак?

– Я помогу тебе, – прошептал он одними губами, и сердце бешено забилось в груди.

Глава 5

– Он не должен понять, что здесь находятся посторонние, – добавил тот, кого я решила пока называть Призраком.

Взглянув на Фергаса, я осознала, что мужчину он не видел и не слышал. Но как такое возможно? Или они вместе договорились свести меня с ума? Заставить поверить, что в этом мире существует магия?

– Решили свести меня с ума? – спросила я, переведя взгляд с Призрака на Фергаса.

– Свести с ума? Я уже говорил тебе, что не собираюсь сводить тебя с ума. Я всего лишь пытаюсь получить то, что по праву принадлежит мне. Скоро ты всё поймёшь. Когда Элис начнёт процесс обращения, ты убедишься, что никто не обманывает тебя.

– Я не заодно с ним, если ты так думаешь. Я действительно хочу помочь тебе, – хмыкнул Призрак.

Его зеленые глаза недовольно прищурились. Ему будто сама мысль претила, что я объединила их в одну группу.

– Когда ты доверишься и отдашься мне, всё будет иначе. Я смогу показать тебе весь мир, но в то же время огражу тебя от него. Мы будем путешествовать вдвоём на моём личном самолёте. Уверен, тебе понравится, – продолжил хвастать своими несметными богатствами Фергас.

– Олух… Он не понимает, что для тебя важнее свобода и право выбирать, – вмешался Призрак.

Я стояла, как вкопанная, и хлопала глазами. Казалось, уже ничего не может удивить меня. Но оба мужчины находились совсем рядом и перебивали друг друга, как ни в чем не бывало. Это странно, но сейчас словно сомкнулись две реальности, не подразумевающие о существовании друг друга, а я находилась между ними, на перипетии. И обе они выглядели настоящими.

В голове прокрутилась фраза незнакомца о желании помочь, и я перевела на него взгляд, оценивая. Ростом он оказался чуть ниже Фергаса, но шире в плечах и крепче. У него были коротко стриженные каштановые волосы, а черты лица более мягкие. Казалось, что он моложе Фергаса, и от него не веяло опасностью. Почему-то мне хотелось довериться, но что если Призрак – всего лишь плод моего воображения? Вдруг я придумала его из-за нервного срыва? Могла ли я постепенно сходить с ума?

– Как ты поможешь мне? – спросила я и тут же прикусила язык, потому что Фергас недоумённо посмотрел сначала на меня, а потом обвёл взглядом территорию вокруг нас и поморщил нос. – В плане привыкнуть к этому миру. Как я могу сделать это, если до сих пор ничего не знала о существовании оборотней и этих знаков истинных?

– Молодец, ловко выпуталась, – улыбнулся Призрак, подбадривая.

Сердце гулко забилось в груди от хищной улыбки Фергаса. Он начал говорить что-то о притяжении между нами, а всё моё внимание сосредоточилось на незнакомце, предложившем помощь.

– Я не всемогущий. Это лишь часть моих способностей, но справиться с его кланом в одиночку у меня не получится. Тебе придётся помочь мне, если хочешь покинуть здешние земли, – отозвался Призрак. – Меня зовут Киан. Только не называй моё имя сейчас, иначе он может понять.

Я снова кивнула, не зная, каким образом еще можно отчетливо выразить согласие.

Фергас прикоснулся к моей щеке, убирая прядку волос за ухо, а я испытала жгучее отвращение к нему. Видно было, что и Киану не понравилось сие действие, но он никак не прокомментировал происходящее.

– Когда ты обратишься, мы с тобой поженимся. Ты подаришь мне наследника, который впоследствии непременно станет новым вожаком.

– Какие планы… А спросить, желаешь ты этого или нет, видно, не судьба, – развёл руками Киан. Его голос вдруг стал громче и жестче, но Фергас все равно никак не отреагировал. — Спроси у него: как скоро состоится обращение другой девушки.

– Как скоро состоится обращение Элис? – спросила я, не переставая следить за Кианом.

– Я хочу, чтобы ты смотрела мне в глаза, Дарина, когда говоришь со мной. Неужели я настолько омерзителен тебе?

Фергас обхватил мой подбородок пальцами, заставляя поднять голову и посмотреть ему в глаза.

Отвратителен – не то слово. Я бы сказала, какие эмоции испытывала на самом деле от его близости, но лучше промолчать. Ему мой ответ точно не понравится.

– Любовь к самому себе у него зашкаливает. И уверенность в собственной неотразимости, – прокомментировал слова Фергаса Киан, а я едва сдержалась, чтобы не хихикнуть.

Улыбка своевольно расползлась на губах, из-за чего Фергас смягчился. Его хватка ослабла, а взгляд перестал быть колким. Мужчина точно принял мою реакцию на свой счет и обрадовался, решив, что моя ненависть и злость к нему поутихли. Сейчас это было только на руку.

– Обращение Элис состоится завтра. Грэхам сказал, что она готова. Элис придётся непросто. Она должна будет принять свою новую сущность до полнолуния. Так первое обращение пройдет легче, – ответил Фергас, с нежностью глядя на меня. Он вдруг начал гладить меня по щеке подушечкой большого пальца.

Я вспомнила, как он ласкал себя в моём присутствии, и живот скрутило, но не от желания повторить и стать с ним единым целым, нет… Скорее от тошнотворных позывов.

– Это хорошо. Я дам тебе кое-что. Травы, способные ослабить волка. Приготовь завтра обед. Постарайся сделать так, чтобы все попробовали его. Так мы ослабим внимание большей части стаи. Остальные отвлекутся на обряд, и мы сможем сбежать.

– Не навредит ли это Элис? – пробормотала я, пытаясь поддерживать разговор с Фергасом, чтобы не вызвать подозрений. Однако вопрос прозвучал не только для него.

Сердце снова гулко забилось, потому что на миг я успела забыть, что помимо нас с Кианом, рядом находился еще и Фергас, который, пусть и перестал удерживать меня, но все еще зорко следил за эмоциями. А я отчаянно хотела знать, что задумал Киан.

– Обращение? Скажу честно, что оно может навредить, но только в том случае, если твоя истинная пара недостаточно сильна. Между Грэхамом и Элис крепкая связь, поэтому её обращение пройдёт хорошо. Будет тяжело, но она справится, ведь рядом её истинный, – поспешил объяснить Фергас. – Мне приятно, что вам с Элис удалось подружиться. Я очень надеюсь, что вы станете хорошими подругами со временем.

– Не навредит. Это ослабит внимание, но никак не скажется на процессе обращения. Я не стал бы делать что-то, способное навредить другому волку. Я не кровожаден в отличие от того, кто называет себя твоим истинным.

Я задумалась.

Означали ли слова Киана, что он тоже волк?

Впрочем, какая разница?

Если мне удастся сбежать отсюда, то и с Кианом я надолго не задержусь. Мне хотелось как можно быстрее вернуться домой, а там уже пусть катится всё к чертям.

Киан приблизился ко мне. Я ощутила тёплое прикосновение к своей руке. Всё же он точно не Призрак, потому что я чувствовала присутствие мужчины, тепло его тела. И едва смогла сдержаться, когда он положил руки мне на бёдра, склонился к уху и прошептал:

– Отвлеки его внимание, я оставлю травы и расскажу, как и в каких пропорциях добавлять их. Завтра в полночь ты покинешь это место, если сможешь сделать всё правильно.

Сердце забилось ещё чаще, а дыхание перехватило, и мне пришлось обвить руки вокруг шеи Фергаса, чтобы он не заподозрил неладное.

– Вижу, тебе пошла на пользу моя показательная терапия?.. Очень надеюсь, что в ближайшее время ты перестанешь отрицать факт нашей истинности и отдашься мне.

– Очень надеюсь, что тебя не стошнит от его тягучих речей, – дополнил Киан с неприязнью.

Я хихикнула словам Киана, а он улыбнулся мне. Вероятно, мой смех не понравился Фергасу, так как мужчина заметно напрягся.

– Попроси его показать тебе гостиницу. Если будешь знать все лазейки, то шансы на благополучный побег увеличатся. Мне пора уходить. Чуть не забыл: травы можешь готовить как угодно – эффект от обработки совсем незначителен, – только постарайся не просыпать. Сейчас добыть то, что не почует волк, крайне непросто.

Моргнув в ответ на предостережения Киана, я вернула взгляд к Фергасу. К счастью, Киан снова расплылся в одобрительной улыбке, понимая, что постоянно кивать – слишком подозрительно, а Фергас и так уже был напряжен. Он чувствовал, что мое внимание не сфокусировано на нем и, будто кожей ощущал чужое присутствие. Мне предстояло сгладить этот эффект, ведь сейчас Киан мог стать для меня единственной возможностью для побега. О разумности принятия решения я старалась не думать. Потом. Все взвесить можно потом, когда удастся остаться наедине с собственными мыслями.

– С тобой всё в порядке? Ты ведёшь себя слишком странно… – обеспокоенно поинтересовался Фергас. Он вновь увлек меня в объятия, словно постоянно желал ощущать мое присутствие рядом. Я не сопротивлялась, терпеливо стиснув зубы, но, затем осознав всю странность поведения, разжала челюсти и постаралась состроить расслабленное выражение лица.

– Думаю, любая на моём месте вела бы себя так же, – ответила я, вскинув голову и тряхнув распущенными волосами. Мужчина, будто околдованный, сместил фокус на переливы лунного света и коснулся прядей, перебирая их. Отчего-то цвет волос очень нравился Фергасу, поэтому я радовалась, что решилась покрасить их накануне отпуска. Моя маленькая победа воодушевила на риск, поэтому я продолжила: – Покажешь мне место, в котором мы живём? Оно очень большое. Не хотелось бы заблудиться или что-то вроде того. Раз уж я здесь надолго.

– Навсегда, – прошептал Фергас с придыханием, прижал к груди и поцеловал меня в макушку.

От неожиданности я пискнула и внутренне сжалась, но ничего другого мужчина не предпринял. Переплетя пальцы наших рук, он вскоре повёл меня в сторону старой девятиэтажки. Скорее всего, в прошлом это был отель, принимающий гостей из всех уголков земного шара. Я бы сама остановилась в подобном живописном месте, если не узнала, что существуют оборотни. Однако мне нужно было узнать как можно больше, чтобы сбежать, а сейчас мои сведения ограничивались только одной квартирой, номером этажа и главным выходом, через который меня провела Элис.

Мурашки поползли по коже.

– Ты вздрогнула. Подумала о чём-то плохом?

Вот же волчара!

Фергас подмечал каждую мелочь, и мне совсем не нравилась его наблюдательность.

Наверное, мне следовало поскорее избавиться от трав, которые Киан сунул в карман? Что если Фергасу захочется проверить меня или ощупать? Жар опалил сознание, но я постаралась тут же подумать о чём-то другом. И как назло вспомнила обжигающую сцену, произошедшую в спальне. Тошнотворный ком подступил к горлу. Фергас действительно рассчитывал, что после «показательной порки» я распластаюсь у его ног?

– Прохладно стало, – покачнула я головой и украдкой бросила взгляд на Киана.

Теперь он держался в стороне, осторожно спускался вслед за нами и, что странно, тщательно имитировал шаги Фергаса. Наверное, чтобы не дать о себе знать шумом?.. Другого варианта я даже не рассматривала.

– Скоро уже войдём в здание. Моя семья много лет владеет окружающей территорией. Здесь мой клан чувствует себя в безопасности.

– Неужели вам не хочется жить, как обычные люди?

Я не смогла удержаться, чтобы не задать этот вопрос.

Фергас засмеялся.

– А ты думаешь, что мы так не живём? Мы живём среди людей. Просто это место – наш дом. Мы живём стаей, потому что так проще защититься.

– От кого вы пытаетесь защититься?

Может, они боялись ведьм, которые прокляли их однажды и лишили возможности размножения и рождения волчиц?

– В этом мире для оборотней слишком много угроз. И, пожалуй, самая главная – люди.

Ха!

Люди…

Ну-ну…

Что человек может сделать кровожадному монстру? Просто нелепица.

За разговорами и размышлениями я почти не заметила, как мы добрались до гостиницы и зашли внутрь. След Киана растворился, и я не знала, как давно он отстал от нас. Мне вдруг стало волнительно: никогда еще не приходилось доверять кому-либо свою жизнь. Настолько буквально. Тем более незнакомцу.

– Хочешь посмотреть на окрестности с крыши? – предложил Фергас. Его лицо сверху освещала лампочка на крыше, свисающая на проводе, и выглядело это несколько зловеще. Однако уверенность в том, что волку не нужен мой хладный труп, немного меня успокоила.

Мне важно было осмотреть территорию как можно лучше. Возможно, с высоты удалось бы найти дополнительную лазейку, чтобы не сбегать через центральный вход. Что-то подсказывало, что так просто покинуть это место не получится.

– Конечно. Здесь действительно красиво, – взволнованно пробормотала я, что, видимо, Фергас принял за воодушевление перед тайным свиданием.

Добравшись до лифта, Фергас вызвал его.

Створки открылись со скрипом, и я испуганно вздрогнула.

– Не бойся. Нужно сказать, чтобы смазали его, – улыбнулся мужчина и по-хозяйски приобнял меня.

Захотелось сбросить его руки с себя, но я понимала, что должна воспользоваться его влюблённостью и верой в нашу истинную связь.

Поднявшись на последний этаж, мы вышли. Пришлось ещё идти по ступенькам, но уже скоро мы оказались на крыше. Дыхание перехватило, когда я посмотрела на окрестность с высоты девятиэтажной постройки. Наверное, всё дело в проснувшемся инстинкте самосохранения. Ветер буквально сносил меня с ног, а на холме его порывы не ощущались столь сильными.

– Вон в той стороне у нас сад, – показал Фергас, повернув меня влево. Он встал за спиной, служа дополнительной опорой. С бешено бьющимся сердцем в груди, я попыталась сфокусировать внимание на окружении. В ногах ощущалась слабость, поэтому я не решалась сделать и шага самостоятельно. Вдали действительно простирался сад. Мы гуляли по правой стороне территории, и его я не видела.

– Там растут фруктовые деревья. Но ходить туда одной не следует.

Я сощурилась, пытаясь разглядеть, что там есть. Вот только расстояние выходило приличное. Да и темнота накладывала свой отпечаток. Мне показалось, что блеснуло что-то металлическое за высокой изгородью кустарников. Калитка?

– Почему я не могу ходить туда одна?

– Это опасно, – заявил Фергас.

Значит, я не ошиблась, и там есть калитка? Сердце заколотилось пуще прежнего.

– Ты слишком взволнованна.

Фергас с прищуром смотрел на меня, словно в это мгновение заглядывал в душу и пытался распахнуть её. Он точно подозревал что-то. Хотелось бы мне понять, о чём он думал сейчас, но я должна была отвлечь его.

– Я не пойду, если там опасно…

Потянувшись к губам мужчины, я коснулась их своими. Он резко прижал меня к себе и поцеловал со всей страстью. Пришлось отвечать и делать вид, что мне нравится его ласка. Имитировать влечение – мне не привыкать: сколько раз делала это в постели со Славой, боясь обидеть?.. И что меня только удерживало рядом с ним? В то же мгновение перед глазами снова вспышками замелькали картинки: рваная рана на шее моего парня, Фергас, удовлетворяющий себя на моих глазах, и невероятный оргазм от прикосновений ненавистного мужчины.

И почему только я постоянно вспоминала об этом?

Отстранившись от Фергаса, чтобы глотнуть воздуха, я постаралась втянуть в себя больше кислорода.

– Всё нормально?

– Да, дыхание просто перехватило. Давай спустимся? Я немного боюсь высоты.

Я увидела всё, что требовалось, теперь бы ещё выяснить, есть ли дополнительный выход из гостиницы. Может, через подвал? Вот только в подвал меня Фергас точно не поведёт, и если попрошу сделать это, то он непременно заподозрит, что я готовлюсь к побегу, и будет контролировать каждый мой шаг. Что мне совершенно не нужно.

Глава 6

Всю ночь я ломала голову над побегом. Страшно было использовать травы и навредить Элис. Меня не пугало, что могут пострадать волки, но девушка отнеслась ко мне с добротой, и я беспокоилась о ней. В конце концов, пока она не одна из них, а точно такая же жертва, как и я. Возможно, Элис попросту смирилась со своей участью и действительно влюбилась, но факт оставался фактом: мы с ней не принадлежали этому миру. И вредить человеку я не хотела.

Да и позволят ли мне приготовить обед – оставалось большим вопросом. До сих пор меня ограничивали в передвижениях и действиях, а оставляли одну только в отвратительной спальне, где я задыхалась.

Даже Фергас относился ко мне настороженно, пусть страсть и «истинность связи» одерживали верх и затмевали его рассудок. Мне следовало держать руку на пульсе и внимательно наблюдать за мужчиной. Вряд ли во время обряда он спустит с меня глаз. Наверняка накажет кому-нибудь следить за мной.

А ещё мне не давала покоя мысль: можно ли доверять Киану?

Он появился слишком неожиданно и ничего не рассказал о себе. Откуда он узнал, где я нахожусь? Может, он следил за волками? Узнал, что Славика убили они, а потом увидел сводку новостей, где говорили, что подруга парня пропала? Нет… Почему тогда Киана видела только я?..

Голова шла кругом. Я боялась оступиться и сделать неверный шаг. Если не удастся сбежать, а правда о моих намерениях станет известна, Фергас не простит меня. И то, что произошло между нами вчера, можно будет считать цветочками.

Глаза защипало от подступивших слёз.

Во рту появилась сухость – она всегда возникала, когда я сильно нервничала.

Стук в дверь заставил подскочить на кровати и сесть, хотя до этого я лежала и разглядывала трещины на потолке.

Я проверила на месте ли травы – они были спрятаны в кармашке, куда их и положил Киан.

– Войдите, – произнесла я хрипловатым голосом и покашляла.

Надеясь, что это не Фергас, я вытянулась, а затем испытала огромное облегчение, когда увидела Элис. Девушка выглядела счастливой. Она широко улыбалась, глядя на меня. Светилась, как самая настоящая звёздочка.

– Привет, ты как? – спросила Элис, пройдя в комнату.

– Привет. Сегодня вроде бы выспалась.

Вот только кого я обманывала?

Не выспалась, потому что меня изводили страшные мысли.

Однако я не могла не попытаться сбежать. Оставаться рядом с Фергасом и подчиняться ему я не планировала.

– А ты как? Сегодня у тебя важный день. Фергас рассказал мне.

– Представляешь, я сама узнала только перед сном. И я рада, что уже в это полнолуние смогу побегать вместе с Грэхамом по лесу.

И заняться с ним сексом в волчьем обличии?

От последней мысли меня затошнило, и я едва подавила в себе появившиеся позывы.

– Уверена, что всё пройдёт хорошо? – обеспокоенно спросила я.

– Конечно. Грэхам сказал, что я готова. Он не стал бы рисковать, если бы не был уверен. Всё хорошо. Волчья кровь зовёт меня, ведь не просто так знак истинности появился именно у меня. Грэхаму могла достаться любая другая девушка.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.