Виктор Подъельных
Портал

Там кот учёный…

Мир захвачен кошками.

Хидэо Кодзима «Гены гения»

– Тварь мохнатая! – орал Стёпка, ступив со всего размаху в бурую кучу. – Душу из тебя вытрясу, скотина ты этакая!

Монохромный кот Василий, предчувствуя скорую расправу, забрался под шкаф и даже зажмурил глаза, чтобы не выдать своего присутствия.

Почему-то в этот раз Стёпка изменил своё решение. Он вымыл пол, выбросил грязный носок в мусорное ведро и, открыв очередную бутылку "Мальц Вайзена", со всего размаху плюхнулся на диван. Потом включил телевизор и стал машинально переключать каналы, временами бросая испепеляющий взгляд в сторону шкафа.

Василий, нервно подрагивая всем телом, некоторое время сидел в укрытии и, наконец, решился… Медленно, замирая на каждом шагу, он выбрался наружу и на мгновение зажмурился от яркого света. Стёпка вдруг завыл, как контуженный, и с размаху бросил в кота приготовленный заранее тапок.

Василий, совершенно ошалев от страха, вдруг … прыгнул на хозяина и, вцепившись когтями в Стёпкину голову, душераздирающе завопил, размахивая хвостом, как плёткой. Стёпка попытался было оторвать от себя кота, но запнулся о тумбочку и со всего размаху грохнулся на пол.

…Очнулся он от шума голосов в комнате. Говорили двое. Стёпка попытался пошевелиться, но не смог, будто был привязан. Хотел было крикнуть, но голос не повиновался. Оставалось только лежать и слушать.

– Андрей Валентинович, ну когда вы уже заберёте меня от этого идиота? – вопрошал первый голос. – Сил больше нет! Прибьёт он меня, ей–богу, прибьёт!!!

– Не кипятись, Василий Семёныч, немного осталось, – ответствовал второй, – эксперимент подходит к концу, остались формальности.

– Эти формальности Ваши до добра не доведут, – не сдавался первый, переходя на "вы", – Вас когда-нибудь тыкали носом в … это самое? А пол Вами никогда не мыли, а?! У меня, между прочим, шкура не казённая!

Второй некоторое время молчал, а потом виновато изрёк:

– Накладочка вышла, ты уж прости Василий Семёнович… зато премиальные сполна получишь и компенсацию…

– Да уж, придётся компенсацию выделить … за моральный ущерб. И отпуск не помешал бы…

– Будет тебе отпуск, – второй устало вздохнул, и Стёпке услышал, как он нервно стучит пальцами по столу. – Давай к делу перейдём, пока он в отключке.

– Хорошо! Вот последний отчёт, – первый зашелестел страницами, – фон настроения сильно занижен, эмоциональные реакции неадекватны, при сборе анамнеза в момент тяжелого воспоминания у испытуемого появляются слезы…

– Вот здесь детальнее, пожалуйста, коллега! – заинтересовался второй, слегка похрустев пальцами.

– Да, бутылку у него слямзили! – возмущенно воскликнул первый. – Чего уж тут неясного?!

– Хорошо, продолжай! – второй хмыкнул, а Стёпка вдруг с ужасом понял, что говорят про него.

– Так, работает в настоящее время по специальности, но работа не приносит ни морального, ни материального удовлетворения, вынужден подрабатывать дополнительно. На работе трудно концентрировать внимание для исполнения обязанностей, поэтому испытуемый опасается перевода на более низкооплачиваемую должность, а поменять работу пока не предоставляется возможность. Предъявляет жалобы на трудности при засыпании, даже при сильной физической усталости (часто пользуется снотворными средствами или алкоголем), прерывистый сон в течение последних двух недель. Частая смена настроения…

– Давай уже выводы, Василий Семёнович! Потом дочитаю.., – второй слегка покашлял, выражая нетерпение. Стёпка почему-то представил, что он посмотрел на часы.

– Выводы… секундочку… вот: особенностями эмоционально личностной сферы испытуемого является тенденция к длительным тревожно-депрессивным переживаниям невротического генеза и к гипостеническому типу реагирования. Данные особенности характеризуются понижением настроения, склонностью к острому переживанию неудач, повышенному чувству вины, неуверенностью в себе, переживанию чувства обиды, нарушениями сна, пассивной формой поведения, избеганием и дистанцированием от проблем и психосоматической предрасположенностью, что является признаком хронической дезадаптации. У меня всё.

– Ну, замечательно, Василий Семёнович! Хорошая работа по психологии, так сказать, на своей шкуре.., – второй потёр руки от удовольствия.

– Издеваешься ещё! – обиженно шмыгнул носом первый и вновь стал заводиться: "Отпуск и все остальные плюшки – как договаривались!"

– Да–да–да, не сомневайся! – второй собрал бумаги и сразу же стал прощаться, – До свидания, коллега! Ещё пару дней, и мы тебя забираем, вопрос решён.

– Без базара, братуха! – неожиданно выдал первый и тут же извинился: "Прости, Андрей Валентинович, издержки общения, так сказать".

– Хмм, это уж ни в какие… придётся тебя досрочно забирать, Василий Семёнович…

– А я о чём?! Сам видишь.., – первый обескураженно развёл руками.

– Вижу… до скорого, коллега!

– И тебе не хворать!

Голоса стихли. Стёпка полежал некоторое время в тишине и, неожиданно для себя, заснул. Проснулся утром. За окном чирикали воробьи, гудели машины, а посреди комнаты … сидел кот. Он смотрел несколько настороженно, готовый в любой момент рвануть под шкаф. Стёпка вдруг вспомнил вчерашний разговор и ему стало не по себе.

– Нне желаете ли поззавтракать, Василий Семёнович? – слегка заикаясь, произнёс он, обращаясь к коту, стараясь выдавить некое подобие улыбки на лице. – У меня кколбаска есть, а может яишенки сварганить … для Вас?

Кот, распознав в голосе Стёпки деликатные нотки, был поражён не меньше хозяина. Он ошалело вращал глазами, не понимая, что произошло, и почему вместо трёпки ему выпала такая любовь? Наконец, не найдя объяснений случившемуся, он, как ни в чём не бывало, потёрся о штанину Стёпки и, приняв новые обстоятельства, нежно пропел: "Мяаау".

Идиллия была восстановлена. Жизнь продолжалась.

Баш на баш

Судьба – это не дело случая, а результат выбора; судьбу не ожидают, ее создают.

Уильям Дженнингс Брайан

Никто бы не подумал, что внутри этого строения, больше похожего на продуктовый ларёк, происходят невообразимые вещи. Над входной дверью висела наспех приколоченная табличка, на которой неровными буквами краснела надпись: «Пункт обмена». Никита дёрнул за ручку дверь и вошёл. Зазвенел колокольчик, и невесть откуда появился хозяин – толстяк с мясистым носом и слегка опухшими глазами.

– Чего изволите, сударь?

Никита нерешительно помялся, а потом, заглянув в насмешливые глаза толстяка, ответил нарочито небрежным тоном:

– Мне сказали, что здесь можно поменяться… ну… телами.

Хозяин враз посерьёзнел, словно Никита принёс ему дурную весть.

– Молодой человек, – произнёс он голосом, не допускающим возражений, – я категорически не рекомендую Вам этим заниматься! Вы ещё так молоды, а последствия…

– Да знаю я про последствия! – прервал его Никита, – знакомые рассказывали. Здоровье у меня отличное, вот … справку принёс. Он достал из внутреннего кармана сложенный вчетверо бланк и, развернув его, показал толстяку: «Годен, не привлекался и всё такое…».

Толстяк внимательно изучил документ и удовлетворённо хмыкнул:

– Дело Ваше, конечно… А цель, простите, какая? У меня серьёзная фирма, никакого криминала, сразу предупреждаю!

– Понимаете, скучно мне… хочется как–то жизнь разнообразить, попробовать что-то новое, – Никита посмотрел с мольбой на хозяина и тот, наконец, сдался:

– Хорошо! Тогда сразу к делу – вот бланк заявления, прочитайте внимательно и подпишите. Оплачивать сразу будете или частями?

– Сразу. А на какой срок обычно переселяются? Месяца достаточно?

– Ахахаха! – рассмеялся толстяк, показав белые крепкие зубы. – Вы хотя бы день продержитесь, а там посмотрим.

– Тогда давайте три! – Никита поставил в графе «срок перемещения» жирную тройку и зачем-то обвёл её в кружок.

– Хозяин–барин! – толстяк взял подписанное заявление и небрежно смахнул купюры в картонную коробку из–под обуви. Потом порылся в ящике стола и протянул Никите синюю таблетку в прозрачной блистерной упаковке: «Только сразу предупреждаю – ничему не удивляться и не паниковать, договорились?»

– Да без проблем! – Никита аккуратно, словно драгоценность, спрятал таблетку в рюкзак и, поблагодарив хозяина, вышел. Жизнь, однозначно, подкинула ему интересное развлечение, и парень хотел как можно быстрее попробовать его на зубок.

Перед тем, как лечь спать, Никита подошёл к зеркалу, висевшему в прихожей. «Интересно, в кого я переселюсь… Может, в знаменитого артиста или писателя, а, может, в стройную красотку, как Серёга». Никита улыбнулся, вспомнив, как его друг, после возвращения из чужого тела, еще неделю прятался на даче, приходил в себя.

«Что ж, риск – дело благородное», – парень подмигнул своему отражению и дурашливо помахал рукой. Потом достал таблетку и мгновенно проглотил её, не запивая водой. На вкус она была сладкая, похожая на карамель.

Пробуждение было тяжёлым, словно накануне Никита здорово перебрал со спиртным. Сильно хотелось пить. Никита встал и сразу же уставился на ноги. За ночь они успели обрасти рыжеватыми волосами, впрочем, как и руки. Никита вскрикнул и бросился к зеркалу. Оттуда на него с ужасом в глазах смотрел небритый мужик с рыжей всколоченной шевелюрой. У мужика был огромный живот, дряблая кожа, кое–где виднелись свежие кровоподтёки. Мешки под глазами, впалые щёки и слезящиеся глаза – всё говорило о том, что хозяин часто злоупотребляет спиртным. Мужик в зеркале вдруг мощно рыгнул и со страхом прикрыл ладонью рот.

Никита отвернулся от зеркала и схватился за голову. «Ничему не удивляйтесь!» – вспомнил он вдруг слова толстяка и похолодел. Вот тебе и знаменитый артист! Никита пошёл на кухню и долго пил воду прямо из чайника, чего себе раньше не позволял. Напившись, он вновь вернулся к зеркалу и заглянул в него. Мужик никуда не делся, только во взгляде его, появились угрюмость и злость.

Чтобы отвлечься от мрачных мыслей, Никита решил, по обыкновению, сделать утреннюю разминку. Новое тело почти не слушалось его, вдобавок ко всему заболела поясница, и, откуда ни возьмись, появилась одышка. «Твою ж дивизию! – выругался Никита и испуганно ойкнул. Это была чужая фраза, он никогда так не выражался. Это было, по меньшей мере, странно. Никита прислушался к себе и вдруг почувствовал сильную злость внутри и желание как можно скорее опохмелиться. В доме спиртного не оказалось, и это было вполне объяснимо, ведь Никита слыл среди друзей трезвенником. Он обходил стороной пивнушки, на застольях пил только сок, а когда видел пьяного, презрительно морщил нос и отворачивался. До сей поры.

Никита вышел во двор. Недалеко от подъезда, под двумя раскидистыми тополями стояла скамейка. Сейчас на ней сидели два странных типа в промасленной, местами рваной одежде и о чём–то громко спорили. При этом они попеременно отхлёбывали какую–то жидкость из небольшой бутылки. «Шкалик!» Никита с удивлением заметил, что ноги сами ведут его к незнакомцам.

– Чё, братаны, подмогнёте? – будто со стороны услышал он свой жалостливый голос.

– Отчего же не помочь хорошему человеку! – откликнулся тот, что старше. Глаза у него были слегка мутноватые, а на руке синела татуировка «Геша». Он протянул Никите бутылку и участливо спросил: «Давно колбасит?»

– Да вот, как проснулся.., – Никита с благоговением принял "лекарство" и сделал несколько огромных глотков. В голове враз помутнело, сердце забилось в диком ритме, перехватило дыхание… Последнее, что увидел Никита – растерянный взгляд Геши и невесть откуда появившегося кота.

Очнувшись, он некоторое время соображал, что произошло. Новых приятелей не было видно, скорее всего, они испугались и убежали. Кот тоже исчез. Внутри всё горело так, будто Никита проглотил горячее олово. Голова слегка кружилась, но Никита, совершив усилие, сел и осмотрелся по сторонам. Проходящая мимо женщина с коляской, увидев его физиономию, скривила лицо:

– Алкашня, проклятая! С утра глаза зальют…сволочи! Она не стала дожидаться ответа, прибавила шаг и скрылась за углом.

– Сама ты… тварюга долбанная! Человеку, может плохо, а она.., – Никита заорал было, и сразу же очнулся, застыдившись слов.

Тело по–прежнему не подчинялось ему. Оно жило своей жизнью и таскало за собой Никиту, будто воздушный шарик. «Нужно что-то с этим делать, иначе совсем сопьюсь… Ну, толстяк, удружил, нечего сказать!» Никита злился, но понимал, что на самом деле никто не виноват, в заявлении чётко было сказано: «Тело для обмена подбирается в случайном порядке».

И тут Никите пришла в голову необычная мысль: «А что если принять это тело и помочь ему?» Головокружение тут же прошло, и Никита почувствовал на мгновение лёгкость внутри. Словно чужое тело услышало его и дало понять, что согласно на эксперимент. Парень вернулся домой и ещё раз взглянул на себя в зеркало. Взгляд у небритого мужика изменился. Он смотрел внимательно и слегка настороженно. Никита провёл рукой по физиономии, потом пригладил волосы и вдруг подмигнул отражению: «Что брат, помяли тебя? Ничего, снова будешь красавчиком, обещаю!» Он вдруг заметил, как радостно засветились глаза на этом изрытом оспинами лице. А потом… Никита заплакал. Он не понимал, что происходит, слёзы текли из глаз непрерывно, будто прорвало плотину. Неожиданно, сквозь пелену слёз Никита увидел, что взгляд мужика наполнился любовью. На него смотрел не алкаш, потерявший смысл жизни, не матерящийся забулдыга. В зеркале Никита увидел … человека.

Первым делом он принял душ и побрился. Потом сходил в парикмахерскую, где ему сделали модную стрижку. Начало было положено. Вот только как быть с отвисшим животом и дряблыми мышцами? За неделю это при всём желании не исправить. Никита вдруг вспомнил разговор с тренером по борьбе – Иваном Никодимычем:

– Пойми, ты пришёл сюда не для того, чтобы научиться драться. Ты пришёл за уверенностью. Как стать уверенным? Нужно усвоить одну полезную вещь – самодисциплину. Каждый день – зарядка, пробежка, письменный отчёт. Нужно дойти до того уровня, когда твоё тело само будет просить разминку. Что касается питания – ты можешь есть всё, что захочется. Хочешь торт – ешь торт. Только помни о такой штуке, как баланс. Если навернул торт, то вместо пяти километров нужно пробежать десять. Подтянуться не пятнадцать раз, а тридцать. Только в этом случае тело не потеряет форму.

Никита последовал совету тренера и нисколько не пожалел. Через год от былой нерешительности не осталось и следа, а тело стало упругим и подтянутым. "Значит, по этой методике можно исправить и нынешний образ!" Никита сначала обрадовался, а потом на ум пришла тревожная мысль: «Через несколько дней тело вернётся к хозяину, но продолжит ли он тренировки? А если нет? Тогда всё пропало!»

Нужно было, во что бы то ни стало найти выход. Понять, почему произошёл срыв, что повлияло на жизнь этого человека. Это можно было сделать только при единственном условии – вернуться в детство. «Всё начинается с детства» – всплыла откуда-то фраза и Никита облегчённо вздохнул. «Завтра пойду к толстяку и попрошу переместить меня во времени, пацаны говорили, что он и такое практикует». Никита не мог не сдержать обещание, данное телу. Он должен помочь ему, как бы трудно не было.

Хозяин обменного пункта встретил его несколько настороженно, и Никите пришлось объяснять, кто он такой и что, собственно говоря, ему нужно. Ответ толстяка обескуражил парня:

– Видите ли, молодой человек, Вас ввели в заблуждение. У меня нет лицензии на перемещения во времени, да я и не стал бы её оформлять. Слишком хлопотное дело – эти перемещения. Опять же, у многих возникает желание подправить прошлое, а это чревато. Брэдбери, надеюсь, читали? Так вот, он оказался прав – опасно менять историю. Что касается меня, то я лишь открываю доступ к некоторым ячейкам памяти. Возможно, Вы знаете, что наш ум блокирует неприятные воспоминания? Так он нас защищает. А на самом деле, в скрытых ячейках находится очень важная информация для осознания. Если желаете, могу помочь.

– Да нет, я не за этим…Причём тут моя память? – Никита обречённо вздохнул, – хотел помочь, а в результате…

– Я бы не стал торопиться с выводами, – толстяк явно о чём–то умалчивал, – давайте всё–таки попробуем. Уверен, что Ваша проблема решится сама собой.

– Хорошо! Что нужно делать?

– Я дам Вам ещё одно снадобье. Платить не надо, пусть это будет подарок, – с этими словами толстяк протянул Никите пузырёк из тёмного стекла. – Выпейте перед сном.

Ночью Никите снилась разная ерунда: он то убегал от чудовищ, то падал в пустоту… Проснувшись, он попробовал было сосредоточиться, чтобы увязать воедино обрывки снов, но ничего не получалось. Изрядно помучившись несколько часов, проклиная толстяка и его снадобья, Никита, наконец, заснул и уже под самое утро увидел тот самый сон-разгадку.

Он увидел свою детскую комнату. На полу возвышалась крепость из разноцветных кубиков, а перед крепостью стояли игрушечные стражники с копьями. Намечалось сражение. Неожиданно хлопнула входная дверь, пришёл отец. Он что-то громко сказал матери, а та заругалась в ответ. Никита понял, что снова будет скандал, и желание играть сразу пропало. Отец в последнее время стал выпивать, часто задерживался на работе. Мать нервничала, порой, срывалась на сыне. В такие минуты Никита сжимался от страха, замыкался в себе. Он не понимал, почему родители ругаются, ведь раньше было всё по–другому – вместе ходили в кино, в зоопарк. А сейчас…

– Ты мне не указывай тут, слышишь? Хочу и пью! А не нравится – найди себе чистенького, чтобы ходил по струнке и ножкой шаркал!

– Да как ты можешь?! Знала бы, что ты такой будешь – не родила б ни за что! Близко в твою сторону не посмотрела бы!

– Бы…бы…забыкала! Перед мамой своей быкай, поняла? Я да кабы…Вали, если хочешь, квартира на меня прописана! Развякалась тут!

Никита крепко сжимал руками уши, но крики становились всё громче и яростней. А когда зазвенела разбитая посуда, не выдержал, вскочил и с рёвом побежал к родителям.

Мать со скалкой в руке, стояла у окна. Волосы у неё были растрёпаны, глаза полыхали ненавистью и злобой. Отец схватил чайник и размахивал им, круша всё вокруг.

– Мамочка! Папочка! Простите меня, я больше так не буду! Простите меня, за то, что родился… простите… пожалуйста.., – Никита упал на коленях, молитвенно сложа ладошки и бился в истерике.

Мать с отцом словно очнулись от тяжкого, дурного сна и растерянно смотрели друг на друга и на сына. А через мгновение бросились к нему и принялись успокаивать.

Когда Никиту укладывали спать, отец вызвался почитать ему, как раньше. Обычно Никита засыпал во время чтения, но сегодня не спалось. Он взял большую руку отца и, внимательно глядя ему в глаза, попросил:

– Папа! Не будешь пить? Обещаешь? – Никита смотрел серьёзно и у отца от этого взгляда дрогнуло что-то в душе.

– Обещаю, Никитка! – сказал он твёрдо. – Больше никаких пьянок, чтоб их в дышло! Ты только не вини себя. Мы ждали тебя с мамой, мечтали о том, какой ты будешь… А слова те забудь, вылетели сгоряча. Балбес, я, Никитка!

– Ты не балбес, ты мой папа! – Никитка улыбнулся и почувствовал, что внутри стало легко и хорошо. Мир крепко держал его в своих объятиях.

– Ну, спи, сын! Всё наладится! – отец обнял Никиту и поцеловал, слегка уколов щетиной, а потом вдруг спросил: «Хочешь, когда подрастёшь, на секцию тебя запишу? На борьбу или бокс? Хочешь?»

– Да, – улыбнулся Никита. – Очень хочу!

… Никита проснулся и ещё некоторое время лежал, вспоминая подробности сна. Мысли кружили в его голове, словно рой пчёл: «А если бы отец не сдержал слово? Развёлся бы с мамой, а он, Никита, жил бы всё время с чувством вины! И превратился бы в этого пропитого мужика! Значит, никакой это не обмен телами, а обмен … вариантами судьбы. Да, именно так!»

Он вскочил и почувствовал, каким лёгким стало тело. Подбежал с нетерпением к зеркалу и … увидел мускулистого парня, с улыбкой от уха до уха. Срок обмена истёк, и мужик убрался восвояси. Никита был вне себя от счастья. Он спешно позавтракал и поехал через весь город к родителям.

Дверь открыл отец. Он постарел, осунулся, поседел и вкупе с интеллигентной улыбкой был похож на бродячего художника.

– Никита! Заходи, что стоишь?! Давненько мы тебя не видели. Случилось что? – отец говорил торопливо и радостно, – Таня, Никита пришёл! – крикнул он вглубь квартиры жене.

– Как же я по вам соскучился! – Никита обнял отца так крепко, что тот ойкнул от неожиданности.

– Ну и силищи у тебя! Точно всё в порядке?

– Да, в порядке! Сейчас – в порядке. Пап, спасибо тебе!

– За что? – отец смотрел на сына удивлённо, словно видел его впервые.

– За то, что ты самый лучший папа на свете! – Никита заметил, как увлажнились глаза отца и обнял его ещё крепче. – Я тебя люблю!

…От родителей он вернулся поздно. Сначала ужинали (мама по такому случаю приготовила шарлотку), потом смотрели фотографии, делились новостями – время пролетело незаметно. А ночью Никите приснился сон. Какой-то дядька с всколоченными волосами и фингалом под глазом благодарил его за помощь. Он смешно кланялся и при этом отдалялся от Никиты всё дальше и дальше… Пока не исчез навсегда.

Битва

Главная опасность, от которой необходимо оберегать детей, их родители.

Бернард Шоу

Они стояли друг напротив друга на расстоянии пяти шагов. В их руках не было оружия, даже намёка на него. Тем не менее, это была дуэль. Словесная дуэль. Их глаза горели ненавистью, злые фразы летели, подобно огненным стрелам, задевая слабые места.

– Почему я не могу прийти домой и расслабиться? В конце концов это и мой дом тоже, разве нет?

– Лежать перед телевизором с пивом – это ты называешь "расслабиться"? А для меня, значит, дом – это вторая работа? Приготовь, накорми, постирай, погладь, убери… Мне расслабляться не нужно?

– Что ты всё ноешь? Достала уже! Не хочешь – не готовь, найдём – что пожевать! Стирает она! В машину бельё затолкать, да нажать пару кнопок – минутное дело!

– Пожевать! Забыл уже, как орал, когда три дня ужинали макаронами с тушёнкой? Тогда ты тоже умничал, что готовить не нужно – наварил на неделю и хорошо. А потом вдруг курочки захотел в кляре, жаркого…

– Да заткнись ты! Что ты меня всё время попрекаешь?! Деньги зарабатываю, "налево" не хожу. Чё тебе ещё надо? Прынца на белом коне? Извини, не подхожу на эту роль!

– Да, до принца тебе далеко… Куда я смотрела, когда замуж за тебя выходила?!

– Во–во! Я тоже не на скандалистке женился! Прикидывалась лапушкой, пока не окольцевала… Да пошла ты!…

– Сам проваливай! И не подходи ко мне больше!…

В пылу битвы никто не замечал маленького мальчика, который сидел в шкафу, зажимая изо всех сил уши. Он вспоминал, как зимой с родителями гулял по лесу. Как мама весело смеялась, увидев забавного снеговика с "руками"–веточками, которого слепил папа. В воздухе медленно кружились снежинки и всё было таким волшебным… Счастливые воспоминания сделали своё дело. Мальчик перестал плакать и успокоился. Страх, почти овладевший им, отступил и исчез. Вместо него появилась твёрдая решимость. Уверенность, что всё можно изменить.

Мальчик выбрался из своего укрытия и побежал. В самое пекло битвы. Словно воин света, встал он между родителями и тихо произнёс: "Простите меня, пожалуйста! Я вас очень люблю!"

Битва была окончена. Злость и ненависть испарились, согретые теплом маленького сердца. Сердца, наполненного верой и любовью.

Булавка

Высокомерие складывается из чересчур высокого мнения о себе и чересчур низкого о других.

Мишель де Монтень

Весть о возвращении английской булавки потрясла всех обитателей шкатулки. Катушки ниток запутались в рассуждениях, пуговицы смотрели друг на друга с недоумением, а старый напёрсток, прослывший молчуном, приставал ко всем с расспросами почём зря. Сама булавка хранила молчание, забившись в уголок и притворившись спящей.

Прошло несколько дней, но интрига сохранялась. Внутри шкатулки ходили настолько немыслимые слухи, что иголки, порой, зажимали уши, а вязальный крючок даже поспорил с ножницами. Все помнили тот день, когда булавка, раздувшись от гордости, рассказывала, насколько она знаменитая особа.

– Меня передают из поколения в поколение, – вещала она, надменно улыбаясь, – я оберегаю моих хозяев от сглаза и порчи. Они никогда не выходят без меня на улицу. Иначе – быть беде.

Слушая англичанку, портновские булавки завистливо вздыхали и отводили глаза, ведь у них не было такой важной миссии. Иголки же, напротив, ловили каждое слово гордячки и радовались тому, что живут с такой знаменитостью. Один напёрсток молчаливо хмурил брови и усмехался, думая о чём–то своём.

Однажды булавка исчезла. Вечером, как обычно, укладывалась спать, а утром пропала.

– Ну всё! – насмешливо произнёс крючок, подмигивая иголкам, – ушла на задание.

– А что Вы смеётесь?! – набросились на него иголки, защищая подругу. – У неё очень важная и ответственная работа!

Напёрсток при этом многозначительно хмыкнул, но спорить не стал.

Прошло много времени. История с исчезновением булавки превратилась в легенду. Новые обитатели шкатулки – мел и шпульки – слушали её, широко раскрыв глаза, попеременно ахая и охая. Место, где обычно лежала англичанка, никто не занимал, ожидая её возвращения. И вот, дождались!

…Булавка заговорила неожиданно. Тихо, как будто сама с собой. Все остальные жильцы мгновенно замерли, прислушиваясь к её бормотанию:

– Я пропала… Меня не существует! Моя миссия… просто какой-то блеф. Этот мальчишка! Он сказал, что сглаз и порча – предрассудки. Что никакая булавка не может влиять на его реальность. Глупость… Он назвал меня глупостью! Впервые за всю историю рода я оказалась не нужна. Какой позор!

Она замолчала, тихо роняя слёзы. Некоторое время стояла тишина.

Первыми возмутились иголки:

– Негодяй! Как он мог оставить её без работы! Так долго оберегала всех от напастей и на тебе! Отблагодарил!

– Сама виновата! – выговаривал крючок, сверкая глазами, – меньше нужно выпендриваться! Возомнила, понимаешь, себя королевой!

– Кто виноват? Почему негодяй? Как без работы? – взволнованно спрашивали нитки, снова во всём запутавшись.

И только напёрсток, сидевший в сторонке, улучив момент, глубокомысленно изрёк:

– Никто не виноват! Когда берёшь ответственность за свою жизнь, никакие неприятности не могут помешать. Их просто нет. Зачем сотворять сглаз и порчу тому, кто решил быть счастливым? Какой смысл привязываться к амулетам, передавая им свою силу, а самому оставаться в стороне? Ведь только ты решаешь – какой будет твоя Вселенная, и чем она будет наполнена – страхом или любовью. Только ты.

Венички (зарисовка)

Не хочешь идти ко дну – не храни камни за пазухой.

Индейская поговорка

– А кому венички банченые? Сделаны с любовью, верой пропитаны, отмолены! Мужчина, купи веничек, бросишь в костёр – все напасти сгорят!

"Придурок бородатый! Вот уж какой жене не повезло, так не повезло. И откуда такие козлы берутся? Видно же, что не купит, а елозит, паршивец, ручками своими погаными"

– Венички, венички кому? Налетай, покупай, да вместе с Масленицей сжигай! Красавица, возьми парочку сразу – себе и сыночку! С любовью сделаны!

"Вот уж страшила, так страшила! Губы намалевала, сучка крашеная, а самой уж пятый десяток поди! А сынок – смотреть противно! Придурок избалованный, куксится ещё, губки жмёт. Идите, идите мимо, жмоты проклятые!"

– Народ! Покупайте венички, скоро Масленицу сожгут, не успеете горести свои убрать, так и потащите с собой в следующий год!

"Ой, что это я вслух заголосила, вот дура ненормальная. Так вообще ничего не продам!"

– Банченые венички! Ручная работа! Все напасти ваши заберут себе, в любви, да счастье растопят! Бабушка, купи веничек, не пожалеешь!

"Вот карга старая! От могилы в паре шагов, а туда же – на ярмарку припёрлась! Вот ведь, зенки вылупила, будто что-то видит! У самой уж челюсть трясётся, паралитик хренов!"

– Венички, кому венички? С любовью сделаны, с радостью…

Волшебная палочка

Вы явились сюда, чтобы найти главное дело, главную цель, то жизненное предназначение, что подвигнет вас на уровень интуиции, которая будет гореть у вас в груди, заставляя вас чуть свет вставать с постели.

Робин Шарма

Мальчик нашёл её среди игрушек – странную палочку с заострённым концом. Он растерянно повертел её в руках, пытаясь понять, что это такое, но тщетно. Палочка не хотела раскрывать свой секрет. Тогда мальчик нашёл ей применение. Она становилась то пушкой, то мостиком в игрушечном городе. Иногда палочка превращалась в самолёт, порой – в ракету.

Однажды мальчик играл около дома. Взяв ведёрко и лопатку, он возводил из песка красивый замок с башенками. Палочка была воткнута в самую высокую башню, остриём кверху. Мальчик доделывал крепостную стену, как вдруг услышал голос за спиной:

– Малыш, ты даже не догадываешься, каким сокровищем обладаешь!

Голос принадлежал высокому старику в чёрном плаще. Сначала мальчик испугался, но заглянув в глаза неожиданному гостю, сразу успокоился:

– Сокровище? А что это такое?

Старик добродушно рассмеялся и, вынув из башни палочку, протянул её мальчику.

– Вот твоё сокровище! Ведь это не простая палочка, а волшебная.

Мальчик с удивлением посмотрел на палочку, а потом спросил:

– А что она может?

– О! Она может очень многое! – старик взял палочку в руку, сложив особым образом пальцы, и стал водить ею в воздухе. Странные знаки появлялись и сразу же таяли, словно дым.

Мальчик с замиранием сердца наблюдал за стариком, позабыв про всё на свете. Палочка и, правда, была волшебной, как же он раньше об этом не догадался!

– А можно я попробую? – мальчик взял палочку и, подобно старику, поводил ею из стороны в сторону. Но знаков не было.

– Почему у меня не получается?! – с обидой в голосе воскликнул мальчик, и в глазах его блеснули слёзы.

– Всему своё время, – улыбнулся старик. – В свой час ты научишься этому волшебству. Из знаков ты будешь сотворять целые миры, подобные тем, что создаёшь из кубиков или песка. Ведь палочка нашла тебя не случайно.

Мальчик ещё раз внимательно осмотрел палочку и вдруг заметил на ней своё имя. Он хотел было сказать об этом старику, но тот уже ушёл.

…Прошло много лет. Старик оказался прав, мальчик научился работать с волшебной палочкой. Он стал известным писателем, создаваемые им миры были необычные и загадочные. Палочка стояла в красивом футляре на видном месте. Сейчас у неё была не менее важная миссия – с её помощью писатель ставил автографы в своих книгах. В момент росчерка имя, выгравированное на палочке, вспыхивало ярким светом. Словно маяк, который указывает верный путь.

Городская легенда

Останься прост, беседуя c царями,

Останься честен, говоря c толпой;

Будь прям и тверд c врагами и друзьями,

Пусть все в свой час считаются c тобой;

Наполни смыслом каждое мгновенье

Часов и дней неуловимый бег, —

Тогда весь мир ты примешь во владенье

Тогда, мой сын, ты будешь Человек!

Р.Киплинг

На берегу никого не было, кроме парочки голубей. Они что-то клевали возле урны, временами с опаской посматривая в мою сторону. Ветер стих, и всё вокруг наполнилось необычной тишиной. Казалось, даже река замерла в ожидании. Древний храм смотрел на меня тёмными провалами решётчатых окон. Он-то мне и был нужен.

Часы показывали без четверти девять. Мишка говорил, что пробовал в разное время, но чаще всего голос отвечал именно в девять вечера. Я усмехнулся, эта история с легендой показалась мне глупой выдумкой, а Мишка – фантазёром. Тем не менее, хотелось убедиться во всём самому, такой уж я порой бываю дотошный.

Странно, но мне не было страшно. Да и чего бояться? Подумаешь – голос! Если приложить к уху раковину, тоже услышишь шум прибоя, но ведь моря там нет. Так и с голосом… Продолжая себя успокаивать, я подошёл вплотную к храму и стал искать выемку. Мишка рассказывал, что в ней какие–то буквы выбиты, похожие на кириллицу. Пока я искал эти буквы, появилось ощущение, что внутри храма кто-то есть. Меня это почему-то развеселило, наверное, нервы были на пределе.

Наконец, нашёл. Выемка размером с ладонь, буквы внутри… Я посмотрел на часы – ровно девять. Дотронулся ладонью до букв, сосредоточился. Нужно было ни о чём не думать какое–то время, а потом сформулировать вопрос. Это тоже из Мишкиного опыта. Я так и сделал. Вопрос задал самый дурацкий, спросил – как меня зовут. Скорее, для проверки.

Ничего не произошло. Я уже решил было идти домой и отругать Мишку, как вдруг:

– Люди всегда придумывают себе отговорки, чтобы оставаться на месте. С одной стороны, их можно понять – страшно сделать первый шаг, прыгнуть в неизвестность. Страх является тормозом в их развитии. Научись преодолевать страх в малом, и это войдёт в привычку. А дальше – перестань судить себя, забудь про жалость и чувство вины. Сосредоточься на внутреннем состоянии. Проживай каждое мгновение так, словно оно последнее. Стремись к балансу во всём, не пытайся переломить ситуацию. Помни, всё – во благо! Будь гибким, как лоза, твёрдым, как камень. Верни себе разум и иди туда, куда указывает сердце. Найди себя, Александр!

Тихий голос, звучавший в моей голове, пропал. Я ещё некоторое время стоял неподвижно, пытаясь прийти в себя, а потом не выдержал – побежал. Очнулся уже дома. Включил телевизор и попробовал отвлечься – не получилось. Эти слова… Значит, легенда существует! А я смеялся над Мишкой, не верил… Я достал блокнот и записал в него всё, что услышал у храма. Зачем-то проставил номер у каждого предложения. И только потом с удивлением понял, что это план. План, которому надлежит следовать всю жизнь.

Дневник выжившего

Быть зомби – жутко фигово. Весь мир съеживается до одной точки, ты это понимаешь и можешь думать лишь о том, где найти еду, и как сохранить секрет, и никто по-настоящему тебя не знает.

из сериала «Я-зомби»

1.Пустой город

23 марта 00.05

Меня разбудил чей–то крик. Даже не крик, а вопль. Сначала я подумал, что приснилось, так бывало раньше. Инопланетяне, странные волосатые твари, огромные залы, заваленные стульями так, что не пробраться – этих кошмаров было предостаточно. Проснувшись посреди ночи и сообразив, что это всего лишь сон, я обычно записывал его в тетрадь, чтобы днём осмыслить, разобрать по полочкам то, о чём пыталось сказать моё бессознательное. Иногда получались занятные вещи.

Я включил настольную лампу и собрался записывать, как вопль повторился. Где–то я читал про одного типа, который рассказывал о встрече с неведомым. Якобы он увидел призрака и чуть было не обделался. Этот человек описал свои состояния: волосы дыбом, слабость во всём теле, тошнота, дрожь, мурашки. Помню, как я смеялся над этими «мурашками» с пацанами на работе – мол, чувак отработал две смены подряд на заводе по производству металлических крышек, а потом привиделось. Или грибов поел, от которых галлюцинации. Интересно, где они все эти грибы находят? Впрочем, я отвлёкся. Когда заголосили в третий раз, я почувствовал и мурашки, и слабость. Выглянул осторожно в окно, но ничего не увидел – темно, как у меня в кладовке, когда лампочка внезапно перегорит. Подождал ещё несколько минут – тихо. Ну, я успокоился, лёг в постель и сразу же провалился в сон.

10.00

Когда я понял, что проспал на работу, внутри словно включился обратный отсчёт. Десять – заправил постель, девять – умылся и почистил зубы, восемь – выпил стакан воды и проглотил вчерашнюю котлету, семь – надел рубашку и брюки, шесть – ботинки, пять – бегу по лестнице, четыре – прыгаю в машину и … машина, как назло, не заводится. К чёрту её! Снова включается счётчик, но внезапно ломается, будто у него лопнула пружинка. На улице никого нет. Совсем никого, ни одной души, не считая воробьёв, да облезлого кота, притаившегося в траве. Он медленно, подрагивая всем телом, ползёт в сторону птиц, надеясь на скорый завтрак. А людей нет. Тишина. Может, сегодня выходной? Странно. Есть же люди, работающие в выходные дни, и даже в праздники, а что в этом такого? Жизнь – она у всех разная, этим и привлекательна. Только сегодня что-то с привлекательностью не очень… Снова эти мурашки и слабость, вот зараза!

– Ааааааа! – заорал я, неожиданно для себя. Кот в испуге шарахнулся в кусты, а воробьи вспорхнули и стайкой унеслись прочь. На мой крик никто не откликнулся. Никто! Я в тот момент подумал, что сон продолжается и сильно ущипнул себя за руку. Больно. И эти мурашки, чтоб их…

Позвонил Кольке. Тот долго не брал трубку. Я уже подумал, что он уехал куда–то, забыв телефон дома, как услышал знакомый голос с хрипотцой:

– Алё.

– Колян, привет! Узнал?

– Узнал! – Колька вдруг замолчал, дыша в трубку.

– А ты чего молчишь? Спишь ещё, лежебока? Я вот на работу собрался, а тут что-то странное творится, на улице пусто, будто дракон языком слиз…

– Ты что, на улице? – Колька заорал так, словно я ему наступил на мозоль. – Срочно! Иди домой! Запри дверь и сиди там! Понял?

– Да ты что разорался, блаженный? – его рёв, как ни странно, меня успокоил, даже мурашки пропали. – С похмелья что ли? Вроде днюха уже…

– Срочно беги домой! – заголосил Колька ещё сильнее.

Он бросил трубку, а у меня вдруг задёргался левый глаз. Так и раньше бывало, хотя и редко. Да, чего уж там, пару раз только и бывало – перед экзаменом в институте и когда зимой глыбой чуть не придавило. Огромная такая, просвистела в паре сантиметров от меня и разлетелась на стопицот осколков.

12.30

Пора обедать, а мне не хочется. Хрень какая–то… Просто в голове не укладывается! После разговора с Колькой, я рванул домой и включил телевизор. Честно сказать, я его редко включаю – некогда, да и нечего там смотреть, сплошная реклама. Бывает, конечно, фильмец знатный покажут, но смотреть его – мука сплошная! В самый интересный момент – раз! – памперсы, детское питание или кот Борис. Или того хуже – про болячки начнут рассказывать и даже показывать во всех подробностях: «В голове шум и гам – принимай «Пумизан», «Жошма – и ничего не болит»… Или мужика покажут, у которого простатит – ходит всю ночь, мучается, бедолага, а потом – бац! – заглотнул таблетку и уже натуральный мачо. Курам же на смех! Поэтому я «зомбоящик», как его многие называют, игнорирую напрочь. Висит на стене, как квадрат Малевича. Для блезиру. А сегодня включил. Лучше бы я этого не делал.

2. Твиттер

По всем каналам одно и то же – сводки заражённых, люди в масках, очереди в супермаркетах. Политики спорят, как обычно, кто виноват. Я послушал их немного, и глаз снова задёргался. Получается, то ли в Китае бешеную собаку съели, то ли у американцев что-то взорвалось – версии сыпались одна за другой. Одно ясно – эта зараза быстро распространяется по всему миру, а лекарство ещё не нашли. Как в том фильме, с Уиллом Смитом в главной роли. Тут мне стало интересно, а что по детским каналам показывают? Щёлкнул пультом, а там мультфильм про вампиров. Странные персонажи – Жертва и Игорь. Жертва – живой мертвец, был подопытным у Игоря, тот над ним постоянно издевался. При этом Жертва был вполне доволен, и даже с гордостью считал, что терпит унижения «ради науки». И эта его коронная фраза: «Что я так волнуюсь? Я ведь уже умер!». В отличие от Жертвы, я разволновался не на шутку. Выключил телевизор и полчаса сидел, уставившись в одну точку. «Это что же получается – американские фильмы про апокалипсис воплотились в реальность? А как…» Тут я сообразил, что вчера закончились продукты, и нужно было идти в магазин. Пачка макарон, пельмени, яйцо и ломтик ветчины – всё, что осталось. Пару дней продержусь, а дальше? Я представил, как ползаю, ослабевший, по полу и грызу свои кожаные ботинки, захлёбываясь слюной. Тьфу! Выбор у меня был так себе – либо помереть с голоду, либо от неизвестной заразы. Должен же быть третий вариант, без него никак. И тут я сообразил, что еду можно заказать через интернет, конечно, если это вообще возможно.

15.00

Как это обычно бывает, включая ноутбук, я сразу же иду в «социалки», так я называю социальные сети. Болтаю с приятелями, смотрю приколюхи разные, мемасики… Так и сегодня – хотел еду заказать, а сам «на автомате» тыкаю на страничку ВКонтакте. Вот только она не открывается, пишет «упс… что-то пошло не так». В Одноклассники хотел войти – та же петрушка. Фейсбук, Инстаграм – молчат, проклятые! И всё эта рожица ухмыляется: «упс…упс». Меня аж взбесило! Решил ещё Твиттер попробовать и – о, чудо! – он загрузился. Стал читать сообщения – одни ноют, другие – зубоскалят, третьи – запугивают первых. Неразбериха полная! Думаю, спрошу про еду, может, что-нибудь и посоветуют? В Твиттере так просто не разбежишься словами, ограничение стоит. С одной стороны – тренируешь краткость, а с другой – лишнего не скажешь. Вот уж где слово на вес золота! В конце концов, я написал следующее:

«Помогите! Еда заканчивается! Кто–нибудь заказывал с доставкой на дом? Магазины работают? Насколько опасно гулять по городу? Подскажите телефон службы поддержки».

Последнюю фразу я написал наобум, но не стал редактировать, отправил как есть. А потом целый час ржал, как полоумный, над ответами:

«Выпий йаду чувак»

«Если есть тараканы и другие животные – не пропадёшь»

«Становись праноедом, как я. Днём вообще есть не хочется, ночью отрываюсь»

«Гречки нет, можешь не искать!»

«А ты на каком этаже живёшь? Если на девятом, то Карлсона вызывай! Только телефона у него нет, прилетает на запах варенья»

«Я звонил в поддержку, но робот сказал, что «все герои чинят андронный коллайдер»

…

В общем, настроение ребята подняли, только вот задачка с едой всё не решалась. Тогда я ещё раз «чирикнул» в Твиттере: «Хочу сделать вылазку в супермаркет, кто со мной?». Откликнулось человек пять: Киса, Толстый, Зурбаган, Фенечка и Игнат Петрович. Как оказалось, все они живут поблизости. Договорились встретиться у моего дома около девяти вечера.

19.00

Собрался в поход. Перед этим посмотрел пару фильмов про зомбецов, чтобы понять, с чем предстоит столкнуться. Одни из них боялись солнечного света, другие – наоборот, шарахались днём и ночью. На всякий случай положил в рюкзак фонарик. Потом появилась ещё одна проблема – оружие. Будь я охотником, всё было бы проще, но кто ж знал! Взял на кухне тесак для мяса, в кладовке нашёл молоток. Потом подумал и прихватил пистолет, стреляющий присосками. Это «оружие» я купил для своего племянника, у него днюха через неделю намечается. Вернее, намечалась.

3.Поход

22.15

Игнат Петрович оказался пацаном лет тринадцати, в очках и чёрной бейсболке. Он зачем-то притащил с собой собаку – эрдельтерьера, я такую видел в фильме про Электроника. Игнат позднее признался, что только благодаря этому фильму он «окончательно определился в выборе щенка». Вообще, мальчонка, несмотря на юный возраст, оказался весьма продвинутым в разных вещах. Он рассказал, что всё свободное время проводит в библиотеке, его любимый писатель – Джек Лондон, а произведение – «Белый клык». Игнат даже собаку назвал Джек, хотя имя Рэсси ей подошло бы больше. Ну, на вкус и цвет…

Зурбаган – на самом деле Женя Синицын – работал лаборантом в НИИ, а по вечерам ходил на секцию каратэ. На вид ему было лет двадцать пять, хотя Женя утверждал, что все тридцать и даже грозился показать паспорт. Глядя на его мускулистые руки и волевой подбородок, я бы скорее принял его за охранника или спортсмена, но лаборант – это было что-то нереальное. Моя картина мира стремительно менялась, словно кто-то внутри разобрал кубик Рубика и сейчас вертит его во все стороны, пытаясь собрать.

Киса – бухгалтер строительной фирмы по имени Ирина – была настроена очень воинственно. У неё был план супермаркета, куда мы собирались пойти. Я поразился обилию деталей, там были указаны даже камеры наблюдения! Наверное, мой изумлённый вид при виде этого шедевра, был сродни комплименту. Ирина слегка зарделась и кокетливо тряхнула кудряшками, сказав, что профессия обязывает быть внимательной и замечать то, на что другие не обращают внимания. Игнат Петрович пожал её руку с серьёзным видом и сказал, что «детали – наше всё!».

Толстый. Он и на самом деле толстый и неуклюжий, но нисколько не комплексовал по этому поводу. Зовут его Борис Фролов, работает в какой-то конторе менеджером по сбыту. По вечерам злоупотребляет пивом, чипсами и компьютерными играми. Сразу скажу, что с юмором у Бориса всегда полный порядок. Мне нравятся такие люди, весёлые и добродушные, может, потому, что сам люблю хорошие шутки.

Последней пришла Фенечка. Мы сперва струхнули немного, когда увидели динозавра. Он бежал прямо на нас, размахивая лапами и волоча по земле хвост. Игнат Петрович еле удержал собаку, которая с громким лаем бросилась навстречу чудищу, стараясь защитить хозяина. Внезапно динозавр заговорил человеческим голосом, и все успокоились. Фенечка – Анфиса Игоревна – работает промоутером. Обычно она проводит детские праздники, но, если появляется спецзаказ на корпоративное мероприятие – не отказывается. Ей нравится быть в образе какой–либо зверюшки, с детства любит перевоплощения. Мне стало интересно, не потеряла ли она себя при этом, но Анфису этот вопрос рассмешил. «Скорее, нашла», – улыбнулась она загадочно и снова спрятала лицо за маской. Я успел заметить, какие красивые у неё глаза – карие с зелёным оттенком.

В общем, команда подобралась что надо! Зурбаган, кроме вместительного рюкзака взял палку, я такую видел у мастеров восточных единоборств. Игнат Петрович, понятное дело, с собакой. Фенечка сказала, что быстро бегает, даже в костюме. Толстый, как и я, взял тесак. Киса – газовый баллончик.

Стемнело. До закрытия магазина остались какие–то два часа, и мы, не мешкая, отправились в путь. Эпидемия – эпидемией, а обед, ужин и завтрак должны быть по расписанию.

Когда до супермаркета было рукой подать, нас остановила патрульная машина. Полицейский – сержант Нечепуренко – долго рассматривал документы, а потом решил уточнить «цель нахождения группы лиц на вверенной ему территории». Игнат Петрович при этом кивнул на собаку. Джек, грозно рыча, уже подбирался к сержанту поближе, и только окрик хозяина помешал ему осуществить свои планы. Все остальные сознались в том, что шли в магазин за продуктами. Нечепуренко чиркнул что-то в своём блокноте, а потом отпустил нас, предварительно зачитав памятку «для лиц, подвергшихся опасности заражения». Среди всего прочего, там было одно важное правило – держаться друг от друга на расстоянии двух метров. Почему-то этот пункт запомнился мне сильнее остальных. Распрощавшись с блюстителем порядка, мы, как ночные мотыльки, устремились к ярко освещённым витринам магазина.

Игнат привязал собаку у входа, и мы вошли внутрь. Как ни странно, продукты были на месте – и гречка, и соль, и сахарный песок… Покупателей – человек пять, не считая нас. Некоторые из них были похожи на инопланетян. Например, бабулька с самодельным шлемом на голове. Похоже, что шлем делали для её внука в качестве новогоднего костюма космонавта. И вот, пригодился для других целей! Или дядя, водрузивший на голову … бутылку из–под питьевой воды. В этот момент я вспомнил про передачу «Очумелые ручки», там делали что-то похожее. Мы нагрузили тележки продуктами и уже подходили к кассе, как вдруг тётка, стоявшая перед Зурбаганом, громко завопила: «Молодой человек, что Вы ко мне жмётесь? Отойдите на два метра!» Лаборант от неожиданности резко отпрянул, толкнув Кису. Та споткнулась об Игната Петровича, он в свою очередь наступил на лапу динозавру – Фенечке… В общем, пошла цепная реакция. Больше всего не повезло Толстому, который опрокинул свою тележку с продуктами и разбил бутылку Хеннеси.

Продукты мы собрали, а вот за бутылку пришлось заплатить. Толстый не очень–то и расстроился, выказав соображение, что вино, скорее всего, было отравленным. Игнат Петрович поддержал эту мысль, он где–то вычитал, что ни одно из событий не бывает случайным и всё происходит вовремя. Фенечка заметила, что они друг друга стоят, а потом подумала и добавила, что все события этого вечера начались из–за того, что кто-то испугался умереть с голоду. Я сказал, что очень благодарен вселенной за то, что мы встретились, и ощутил, как горят щёки. Обратно добрались без происшествий. Уже дома, разобрав продукты и решив почитать перед сном Джека Лондона, я вдруг с удивлением и восторгом подумал, что благодаря эпидемии, я нашёл друзей. Самых что ни на есть настоящих.

Исповедь

Не способный к раскаянию неисцелим.

Аристотель

Я расскажу тебе эту историю, потому что ты единственный, кто не осудит меня.

Свою жизнь я сравниваю с рекой. Сначала это был прозрачный ручей, но потом вода помутнела, а ручей превратился в реку. Быстрая и бурлящая, она несла свои воды долгое время, пока не обмелела, не заросла камышом и кувшинками. Иногда мне кажется, что прошло всего лишь мгновение.

Пару месяцев назад я сидел на террасе и наблюдал звёздное небо. Миллиарды звёзд смотрели на меня, наполнив душу вселенской тишиной, как вдруг одна из них упала. В тот момент я понял, что ничто в мире не вечно, когда–то всему приходит конец. Отсюда ещё одна мысль, которую повторяют великие философы всех времён – не привязывайся ни к чему, ибо ничто не принадлежит тебе. Кроме твоего внутреннего мира.

Раньше я так не думал. Большая часть моей жизни была наполнена завистью, злобой и жадностью. Родившись в нищете, я вознамерился во что бы то ни стало стать богатым. Любой ценой. Мне опротивели пьяные выходки отца и жалкая покорность матери. Грязные стены с рваными обоями, немытые полы, скопища тараканов и клопов – вот картинки из моего детства. С другой стороны, я благодарен им. Когда мне было трудно и хотелось отступить, эти слепки детства, словно мудрые учителя, всплывали в памяти и подталкивали меня к цели. Вернее, отвешивали увесистый пинок.

Кое–как окончив девять классов, я сразу же начал искать возможность заработать. Чем я только ни занимался – строил заборы, колол дрова, разносил пиццу, выгуливал собак, стриг газоны… Сейчас всего и не упомнишь. Это был замечательный опыт, не спорю. Вот только я оставался таким же нищим, как прежде. Денег хватало лишь на еду и оплату съёмной квартиры. Нужно было что-то делать, менять курс. И тогда я начал красть.

Золотое кольцо. С него–то всё и началось. Продавец смотрел на меня слишком подозрительно, но моя улыбка сделала своё дело. Ты думаешь, легко было украсть его? Да я чуть не обделался на месте! В первый раз взять чужое очень тяжело. Похоже на то, когда в десять лет тебе предлагают поднять штангу и уверяют, что без этого никак. Либо ты её, либо…

Пришлось съездить в соседний город, чтобы сдать кольцо в ломбард. Легенда о завещании почти не пригодилась, хотя на пару вопросов пришлось ответить. Так у меня появились первые деньги. Первоначальный капитал.

Потом я встретил приятелей, которые так же, как и я, хотели разбогатеть. Мы назвали свою шайку «Мстители». Кому и за что мы мстили – было непонятно. Только сейчас, оглянувшись в прошлое, я понимаю, что наша месть была вызовом миру. Стань богатым любым способом, или сдохни – таков был наш девиз. Мы морщились от таких фраз, как «сострадание», «честность», «благородство». Можно ли было назвать нас друзьями? Нет. Скорее, напарниками, потому что мы «работали» в паре. Один стоял и караулил, другой – грабил.

Однажды кто-то предложил «отжать» фирму. Производство питьевой воды. У нас получилось. Владелец фабрики почти не сопротивлялся. Секрета здесь нет, просто мы умели убеждать. За первой фирмой последовала вторая, потом – третья. У нас появились ресурсы – деньги, власть. Только нам всё равно не хватало. Жажда денег – это как вирус, от которого нет лекарства. Он разъедает тебя, выматывает, дразнит. Просит всё больше и больше.

В тот момент я вышел из шайки. Сил и средств было предостаточно. А потом мне посчастливилось стать руководителем госкорпорации, подарив кое–кому одно из предприятий. На тот момент у меня была усиленная охрана, несколько автомобилей и подагра. Но мне всё было мало.

Ты хочешь спросить меня о семье, детях? Нет, у меня нет семьи. Тогда я считал, что всё это – досадная помеха. Не забывай, что в детстве я вдоволь насмотрелся на отношения между родителями. Пропитался ими настолько, что одно лишь упоминание о семье и любви вызывало чувство неприязни. К тому же, я часто игрался со своей жизнью, проверяя её на крепость – предавал, обманывал, крал. Всё, что мне было нужно – спрятаться вечером в своей берлоге и расслабиться. Девочки-однодневки, кальян и бутылочка дорогого вина – этого было достаточно.

Однажды я решил, что моя жизнь удалась. Это и было самой большой ошибкой. Пропала цель. У меня было всё, к чему стремился – деньги, власть. Родственники, презирающие меня во времена юности, вдруг появились на горизонте и подобострастно, со сладкими улыбками на устах просили помощи. Я кидал им, будто кости, должности, деньги, связи… Они веселили меня, как шуты могут развеселить короля. А мне было наплевать на них, слова благодарности я пропускал мимо ушей. Сейчас я понимаю, что в их словах не было тепла. Обычного человеческого тепла.

Мне стало скучно. Скучно жить. Болезнь проявлялась всё чаще, порой она выворачивала меня наизнанку, заставляя просыпаться по ночам. Мучили кошмары. Иногда я желал только одного – забыться навсегда. Сделать это самостоятельно мешал страх. Страх поселился во мне давно, но до поры до времени удавалось заглушать его мерзкий голос. Потом он обрёл силу и взял под контроль мои мысли. Страх смерти, страх одиночества, страх жизни – он везде преследовал меня. До тех пор, пока мы не встретились. Ты вылечил меня.

Помнишь, как мы познакомились? О, это было как знамение! В тот день я вышел на прогулку. Погружённый в свои мысли, я неожиданно очнулся, словно прозрел, и увидел тебя – жалкого, измученного заморыша. В тот момент что-то шевельнулось внутри, дало трещину. Мир изменился. Враждебный и суровый, он внезапно погладил меня по голове. Так же, как я сейчас глажу тебя.

Старик заплакал. Кот, развалившийся у него на коленях, перестал урчать от удовольствия и внимательно посмотрел на хозяина. Потом вдруг встал на задние лапы и нежно потёрся головой о небритую щеку. Затем удовлетворённо вздохнул, свернулся калачиком и вновь блаженно закрыл глаза. Жизнь продолжалась.

Каждая кухарка мечтает…

Больше всего походят на нас наши фантазии. Каждому мечта рисуется соответственно его натуре.

Виктор Гюго

Дядя Вася убирал инвентарь в подсобку, собираясь домой, когда к нему подошли двое. В одинаковых костюмах, причёски с пробором, чёрные очки. «Будто агенты из «Матрицы», – подумал дядя Вася, запирая дверь на замок и слегка косясь глазом на незнакомцев.

– Василий Петрович Зайчиков? – спросил один из «агентов», смахивая с пиджака несуществующие пылинки.

– Да, – еле слышно пробормотал дядя Вася, готовясь к самому худшему. «Проверочка из конторы нагрянула, не иначе», – подумал он и стал вспоминать свои грешки за последние шесть месяцев. Почему только за шесть – было непонятно, но эта цифра как–то сразу замаячила в мозгу Василия Петровича. Вообще, дворником он отработал около двух лет, и за это время ни разу «не привлекался, не участвовал, не был замечен».

Впрочем, на доске почёта его фотографии тоже почему-то не было, как и премии по итогам работы за год. Дядя Вася на это не обижался, человек он был добродушный, к тому же баловался иногда «левачком». Так он называл дополнительный приработок, не мешающий, впрочем, основной деятельности. Дядя Вася собирал пустые бутылки и металлолом.

Жильцы часто, без зазрения совести, выносили во двор и складировали у мусорных баков вышедшие из строя холодильники, телевизоры, стиральные машины и прочее «добро». Для Василия эти вещи были сродни подаркам на день рождения, с каждой из них он возился несколько часов, откручивая, отламывая, сортируя… Всю выручку дядя Вася прятал в чулок, позаимствованный у жены, который хранил в укромном месте. Тайная мечта грела его душу – Василий Петрович мечтал окончить курсы актёрского мастерства у знаменитого Олега Демьянченко и сниматься в кино! Забыть, наконец, метлу и лопату. Посвятить остаток жизни искусству! И вот – домечтался!

– Вас–то нам и надо! – продолжил второй агент и улыбнулся.

– А чё я? Работаю, нареканий нет! – дядя Вася старательно отводил глаза в сторону, чтобы агенты ни о чём не догадались.

– Да мы в курсе, не волнуйтесь! – усмехнулся первый агент. – Мы ведь к Вам по делу пришли.

– Это по какому делу? – фраза «не волнуйтесь» тряханула Василия настолько, что голос его сильно ослаб.

– Василий Петрович! По итогам голосования Вас выбрали … президентом! Поздравляю! – второй агент схватил дворника за руку и энергично пожал её.

– Какого голосования? Почему президент? – дядя Вася зачем-то потёр уши, словно туда набилось грязи, через которую очень трудно пробиться словам.

– Вы меня поражаете, Василий Петрович! – первый агент посмотрел на дворника так, словно перед ним стояло редкое, неизученное доселе существо. – Мы изучили Вашу биографию, долгое время следили за Вами, проводили опросы… Вчера было тайное голосование…

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.