Мира Форст
Сойти с ума

Глава 1. Самое время попрощаться с холостяцкой жизнью

− Задери тебя медведь! – герцог Чарон Волфуорт злобно швырнул листок дешевой бумаги с очередной жалобой о пропаже десятка капибар.

Листок пролетел над столом коричнево-фиолетового оттенка, какой возможен лишь у мебели из палисандра, и небрежно приземлился на роскошный шерстяной ковер.

Герцог не переносил любого диссонанса, потому опустился на колени и поднял бумажку. Если на его светлых брюках останется след от пыли, управляющий домом сегодня же потеряет работу.

− И кому только нужны эти водосвинки? – удостоверился Чарон в чистоте своих брюк и принялся рассуждать вслух.

Он часто так делал, когда оставался один. Проговаривание проблемы помогало ему быстрее найти верные ответы.

Но в случае с капибарами привычная метода не срабатывала.

Грызуны, внешне похожие на маленьких бегемотов, пропадали регулярно. А так как блюда из мяса капибар являлись составляющими любого меню, то и разводили водосвинок массово, что существенно затрудняло поиски воришек.

− Тут действует целая банда. Один грызун весит до шестидесяти пяти килограмм. Для того чтобы утащить за раз десяток животных, требуется человек пять, не меньше. Да и свинки эти – они же визжат, скрипят клыками, свистят. Как так получается, что никто не замечает группу воров и не слышит переполоха в вольерах?

Герцог злился не только оттого, что не мог разобраться с этим, на первый взгляд, плевым делом. Мужчину нервировало, почему он, будучи военным генералом, вообще должен заниматься подобной ерундой!

Пока в Югтауне все спокойно, король не придумал ничего лучшего, как поручить Волфуорту разбирать все жалобы. Сам же укатил в свой загородный дворец развлекаться с очередной любовницей.

Чарон еще раз перечел строчки, писаные обворованным купцом, и отложил листок в сторону.

Герцог ненавидел мясо капибар, напоминающее по вкусу соленую свинину с рыбным привкусом.

− Позже. Лучше потрачу время на что-нибудь стоящее, − изучил он следующую жалобу и довольно оскалился.

Хорошо улыбаться герцог не умел. Его не смешили чужие шутки и забавные ситуации. В полный восторг двадцативосьмилетнего генерала, получившего свой чин за боевые отличия, приводила охота на жертву. Он обожал войну. Как жаль, что сейчас, пусть и на время, но все-таки установился мир.

На войне Чарон Волфуорт демонстрировал потрясающее искусство ведения боя, проявлял удивительную изобретательность и имел возможность славно повеселиться. Ему было на руку, что четыре королевства находятся в постоянной вражде. Югтаун, Западтаун, Севертаун и Востоктаун редко прекращали воевать между собой за залежи слюды, никеля и золота. И, конечно, каждый мечтал заполучить в свое пользование Скаженный лес. Правда, за лес они еще не воевали. Глупо погибать за то, что твоим не станет. Но герцог надеялся найти лазейку и расширить территории Югтауна. За такое дело король Леопольд возвысит его. Хотя многие считали, что Волфуорт и так чрезмерно обласкан королевскими милостями, Чарон стремился к большему.

− Ну-с, что у нас сегодня на улице? – прошел генерал к окну.

За окном полным ходом о своих правах заявляла осень. Желтые, красные, оранжевые листья застилали пешеходные дорожки. Штат постоянных дворников не успевал справляться с их уборкой. Наверное, как и в прошлом году, соответствующее ведомство наймет сезонных работников для уборки улиц от листвы.

Чарон любил осень. Именно осенью случались все его триумфы.

Он оделся по погоде, как всегда, следуя стилю расслабленного шика. Льняная рубашка с воротником ручной вышивки, узкие по нынешней моде брюки, расшитый серебряной нитью пиджак.

Длинные темные волосы не стал убирать в хвост. Оставил распущенными.

Герцог покинул мансарду, где был обустроен его домашний кабинет, по ступеням широкой лестницы спустился в холл трехэтажного особняка и направился к парадной двери.

− Роббин, я на площадь, затем в военное ведомство. Вернусь к обеду.

− К вашему приходу все будет готово, милорд, − подал ему шпагу управляющий.

Чарон предпочел бы меч, но в мирное время военным предписывалось появляться на публике в светской одежде и без оружия. Лишь узкому кругу лиц, к коим относился герцог, разрешалось в любое время при себе иметь шпагу.

− Ты помнишь мои пожелания? – строгим тоном задал вопрос генерал.

− Безусловно, − подтвердил Роббин. – Чечевичный суп-пюре. Рыбные котлеты на пару. Десерт – овсяное печенье с курагой.

− Котлеты из карпа. И чтобы никаких костей, − напомнил Чарон. Он был помешан на здоровом питании и тщательно следил за своим рационом.

− Конечно, милорд. Я уже отдал соответствующие распоряжения кухарке.

На площади перед королевским дворцом ожидаемо толпились зеваки и те, кто ждал решения по своим жалобам. Ежедневно, в установленный час, здесь вершился суд. Монарх с похвальным энтузиазмом брался за разбирательство многочисленных дел, когда только вступил на престол. Со временем возиться со всей этой волокитой Леопольду надоело, и он перепоручил данную обязанность своим подчиненным. Последние несколько месяцев ответственность была возложена на его любимца − герцога Чарона Волфуорта. Молодой генерал имел неограниченные полномочия, в принятии решений и мер наказания ему дозволялось действовать на свое усмотрение.

Королевский дворец сиял янтарем, а площадь гранатом. На трибунах расположились любопытствующие и родственники спорящих сторон. Поодаль от трибун, на отдельных лавках устроились ожидающие разрешения своих дел ответчики и истцы. В центре площади скучали военные, в чьи обязанности входило координировать судебный процесс. Весь периметр окружала многочисленная стража.

Все ожидали прибытия королевского уполномоченного.

Герцог появился ровно в ту минуту, в которую и должен был появиться. Опозданий он себе не позволял. Поздоровался с военными и слегка кивнул одному из них − Эрнису Лаварэнцу.

Стоило Чарону показаться на площади, наступила удивительная тишина. Складывалось впечатление, мужчину пугаются даже птицы. А как еще объяснить то, что пернатые, облюбовавшие высаженные перед дворцом кленовые деревья, разом умолкли? Хотя секунду назад, на многоголосый лад вторили людскому гомону.

Да и ветер, дующий с севера, только что подхватывал с земли опавшие листья и вдруг затих.

Чарон много времени проводил в военных походах и хорошо научился понимать подсказки природы. Стихнувший внезапно ветер и коллективное молчание птиц предупреждали о надвигающейся с моря грозе. А потому следовало поспешить.

Листы с жалобами он из дома не брал. Все копии есть у Лаварэнца.

− С какого дела начнешь? – уточнил Эрнис.

Сегодня ожидалось закрытие пяти конфликтных ситуаций, и герцог решил пойти от простого к сложному. Напоследок он оставил кражу документов из судостроительной компании, владельцем которой являлся граф Рикон Янссен. Люди графа с поличным поймали воришку, одного из работников верфи, занимающего не самую низкую должность.

− Подойди, − велел Волфуорт вору после того, как покончил с четырьмя мелкими незначительными спорами.

Взгляд его задержался на пока еще далекой черной точке в небе со стороны моря. Он вполне успеет укрыться в здании военного ведомства до того, как гроза и проливной дождь достигнут суши.

Парень двадцати пяти лет с избитым лицом и связанными за спиной руками предстал перед генералом. Несмотря на один подбитый и заплывший глаз, вторым смотрел дерзко. О возрасте вора ставленник короля знал из справки, приложенной Янссеном к жалобе, как знал и то, что граф хорошо платил парню и продвигал по службе. Какая неблагодарность, − мысленно посетовал Волфуорт и потянул из серебряных ножен эфес шпаги.

− Ты обвиняешься в краже документов, представляющих ценность для врагов нашего королевства, − объявил герцог. – За это тебе предстоит поплатиться жизнью.

Вор собрался что-то сказать, но Чарон не дал ему возможности говорить, нанес быстрый удар шпагой в сонную артерию.

Парень умер почти мгновенно.

Тягучее молчание на площади сменилось людским гулом, смешанным с гулом вновь поднявшегося ветра. Спугнутые птицы разом покинули кленовые ветви, создав дополнительный шум. Закричала женщина. Вероятно, мать или подруга убитого. Герцога такие нюансы не интересовали.

− Обязательно было прилюдно убивать его? – спросил Эрнис.

− Если не хочешь промокнуть, советую убраться отсюда побыстрее, − вместо ответа сказал Чарон и направился прочь с площади, откуда стража уже уносила труп и разгоняла зрителей.

Эрнис бросил мимолетный взгляд на стремительно темнеющее небо, но от приятеля не отстал.

− Так зачем ты это сделал? – повторил он свой вопрос.

− Какая разница, где воришка будет гнить? − пожал плечами Волфуорт.

Чарон и Эрнис познакомились десять лет назад во время обучения в военной Академии. Лаварэнц учился на курс старше, но это не помешало им сблизиться, как часто бывает с людьми сильных противоположностей.

Симпатичный, великодушный блондин Эрнис нравился абсолютно всем.

Непреклонный и бесстрашный Чарон вызывал у людей восхищение, но это восхищение базировалось на зависти и страхе. Волфуорт знал, за глаза его называют чудовищем, и не имел ничего против.

На крыльцо ведомства мужчины ступили с первыми каплями дождя.

− Сводка по сумасшедшим готова? – уточнил герцог, направляясь в рабочий кабинет, который ни с кем не делил.

− Готова. Сейчас принесу, − пообещал Эрнис. − Только сбегаю в буфет. Не успел позавтракать.

− Не успел? Или тебя Аделина опять забыла покормить? – насмешливо приподнял одну бровь Чарон.

− Ты же знаешь, ей сейчас тяжело заниматься домашним хозяйством, − проявились нежные нотки в голосе Эрниса.

− Ты слишком потакаешь ей. С женщинами так нельзя, − уверенно заявил Волфуорт. Красноволосую Аделину, жену друга, он воспринимал со знаком отрицания. Девушка платила ему тем же. Герцог подозревал, что противная девчонка подговаривает мужа не общаться с ним.

− А как надо? – заинтересовался Эрнис. Его удручала война между Чароном и Аделиной, и пока ему никак не удавалось примирить их.

− Жестко. Чтобы не смела ослушаться. Если бы моя жена оставила меня без завтрака, потом сама три дня сидела бы без еды.

− Но у тебя нет жены.

− Зато у тебя есть. Полная бездельница.

− Чарон, она беременна, и в связи с этим быстро устает. Доктор говорит, Аделине вообще лучше не вставать с постели, чтобы ребенок не родился раньше срока.

− Так найди помощницу, желательно кухарку и служанку в одном лице.

− Ищу. Но пока не подходит никто. Так я могу в буфет сбегать? – вернулся Эрнис к насущному вопросу.

− Иди. Я подожду. Пообедать потом у меня можешь, − предложил герцог.

Спустя двадцать минут Лаварэнц принес сводку по сумасшедшим за прошедшие сутки.

В Югтауне, как и в трех соседних королевствах, имелся свой бич. Регулярно, без всякой видимой причины и каких-либо предпосылок, нормальный человек мог стать психически нестабильным, попросту психом или, как официально именовалось в сводках, скаженным. Определить сошедшего с ума не представлялось затруднительным, у человека в один миг закатывались зрачки с радужкой, обнажался белок склеры и в таком виде глаз оставался в течение нескольких дней. Затем зрачок возвращался на место, а вот мозги, увы, нет.

Безумцев отправляли в Скаженный лес, где они и проживали остаток жизни. Выживали ли дурковатые в том лесу, или их раздирали дикие животные, никто не знал.

Бытовало мнение, что загадочный лес попросту подпитывается шизофрениками, так как здравомыслящему человеку ходу туда не было.

− Двое, − сообщил Эрнис. – Старик и молодой парень. Из бедноты.

− Задери тебя медведь! Восемь человек за пять дней и никакой последовательности, − сердился герцог. Он уже около года чертил схемы и диаграммы, пытаясь найти хоть какую-то закономерность во внезапном проявлении безумия. Но до сих пор зацепок не выявил. Болезнь накрывала людей разных возрастов, разного социального положения и не было видимых связей между ними. Порой никто не сходил с ума целый год, а затем сразу несколько случаев подряд.

− Когда в лес их будем переправлять? – поинтересовался Лаварэнц.

− Пусть немного в распределителе посидят, − решил Чарон. – Может, еще кто свихнется, группой тогда сразу и отправим.

Договорившись о времени обеда, Эрнис ушел в тренировочный зал проводить занятия по рукопашному бою с выпускниками военной Академии, а Чарон отправился на склад принимать новое обмундирование для армии.

Как с запланированными делами было покончено, приятели пешком направились в особняк Волфуорта. Дождь к этому часу уже унялся, оставив после себя ручьи луж. Но воздух наполнился такой свежестью, что пешая прогулка могла доставить большее удовольствие, нежели путешествие в закрытом экипаже.

− Никогда не думал, что скажу такое, но чечевичный суп, приготовленный твоей кухаркой, обалденно вкусный, − доедал уже вторую порцию Эрнис.

Роббин выставил перед мужчинами блюдо с котлетами из карпа. Удлиненное, овальное фарфоровое блюдо относилось к тому же сервизу, что и супницы с тарелками. Дома у Эрниса всегда ели из разномастной посуды, он даже не был уверен имелся ли у них с Аделиной какой-нибудь сервиз, состоящий из одинаковых тарелок и чашек.

Котлеты оказались не менее вкусными, чем суп.

− Роббин, − положил вилку на белоснежную салфетку Чарон, − позови-ка сюда кухарку.

− Что-нибудь не так, милорд? – умел угадывать настроение генерала управляющий.

− Мне попалась кость, − продемонстрировал Чарон кусок, аккуратно срезанный с рыбной котлеты. Из него действительно торчала совсем небольшая, но все же кость.

Миловидная женщина средних лет в опрятном цветном переднике принялась охать и причитать.

− Как же так? Я ведь сама фарш прокручивала, все косточки повыдергивала.

− Значит, плохо выдергивали. Мне не нужна кухарка, которая не исполняет мои пожелания, − холодно произнес герцог. – Роббин выдаст вам причитающееся жалованье.

− Вы меня увольняете, милорд? – покрылось алыми пятнами лицо кухарки.

− Увольняю, − подтвердил Чарон.

− Но мне очень нужна эта работа, − появились на глазах женщины первые слезы, грозящие перерасти в поток рыданий.

− А переходите ко мне работать, − быстро сориентировался Эрнис, купировав тем самым истерику.

− Правда? – обрадовалась нежданному предложению повариха.

Эрнис подтвердил свои намерения и написал на салфетке адрес, куда женщина может прийти уже сегодня.

− Не могу поверить. Ты правда уволил ее из-за маленькой косточки? – уставился Лаварэнц на Чарона. – И кто теперь тебе будет готовить?

− За воротами людей много, − усмехнулся Волфуорт и позвал Роббина.

− Слушаю, милорд, − тотчас оказался рядом управляющий.

− Помнится, ты говорил, твоя тетка отлично кашеварит.

− Так и есть, − согласился Роббин. – Хотите, чтобы я пригласил ее к вам на работу?

− Приглашай. Пусть завтра выходит.

− Вот видишь, − как ни в чем не бывало продолжил обед Чарон, когда управляющий удалился из столовой.

− Вижу, − покачал головой Эрнис. – Все-то у тебя быстро решается. А что, если родственница твоего Роббина не умеет готовить тех блюд, что ты предпочитаешь?

− Умеет, − усмехнулся герцог. – Не зря же Роббин мне о своей тетке упоминал.

− Так может, твой управляющий сам кость в котлету и засунул? Знал, что ты бедную женщину уволишь, а у него появится таким образом возможность родню пристроить.

− Интересная мысль, − согласился Чарон. – Надо будет над ней подумать.

− Звучит угрожающе, − хмыкнул Лаварэнц.

− Да ладно тебе, Эрнис! Хотя бы ты не делай из меня чудовища. Не собираюсь я Роббина увольнять. Во всяком случае, до тех пор, пока не удостоверюсь в том, что он позволил себе манипулировать мною.

− Страшно даже представить, что ты сделаешь с ним, если найдешь доказательства манипуляции.

− Я его к тебе на работу пристрою, − пообещал Чарон. – А предварительно кухарке сообщу, кто кость в котлету засунул.

− Не жить тогда Роббину, − рассмеялся Эрнис и сменил тему.

− Послушай, Чарон, а не пора ли тебе жениться?

− Король Леопольд меня о том же спросил, перед тем как со своей кралей укатить, − признался герцог. − Намекнул, пока мы ни с кем не воюем, надо семьей обзаводиться.

− И? – заинтересованно поглядел Эрнис на своего собеседника.

− В принципе, я согласен, что пора, − на самом деле давно думал Волфуорт о наследнике. Он уже не раз рисовал в своем воображении, как научит сына всему, что знает сам, как будет защищать его от любой опасности, как обеспечит ему достойную жизнь, где нет места бедности и безумию. – Только мне некогда заниматься поисками подходящей женщины. Вместо жены приходится искать пропавших водосвинок, − мрачно пошутил он.

− А хочешь, пока ты ищешь воров капибар, я найду подходящую девушку для тебя? – предложил Эрнис. – У меня достаточно свободного времени на поиски.

Чарон прищурился.

− Уж не собираешься ли ты сосватать мне одну из подруг твоей Аделины? Если так, то лучше даже не заводи разговора.

− Чарон, − засмеялся Лаварэнц, − если я сосватаю за тебя одну из подруг своей жены, она меня убьет. Обещаю, поищу на стороне, согласно твоим запросам.

− Мне нужна статусная девушка, − озвучил главное пожелание герцог.

− Принято. Что еще?

− Непорченая, − обозначил Волфуорт второе требование.

− Красота? – уточнил Эрнис.

− Неважно, − подумав, решил Чарон. – Мне от нее только сын нужен. А в красивых любовницах у меня недостатка нет.

− Еще бы, − шутливо закатил глаза Эрнис. Отношение Чарона к своим любовницам являлось одной из причин ненависти к нему Аделины. Волфуорт всех без исключения женщин считал потаскухами и охотницами за монетами. Он никогда не ухаживал за девушками, а с теми, с кем спал, обращался более чем пренебрежительно. Аделина беспокоилась о том, как бы ее муж под влиянием герцога тоже не начал относиться к женскому полу уничижительно, что непременно отразится на их браке. Лаварэнц считал ее тревоги безосновательными и напрасными.

Пока Эрнис искал другу подходящую невесту, Чарон вплотную занялся делом о пропаже капибар. Разобраться в происходящем стало для герцога делом принципа. Он не мог позволить, чтобы его одолели какие-то там воришки водосвинок.

До сей поры фермы, откуда были украдены животные, посещали самые низшие чины сыскного подразделения военного ведомства. Производился осмотр места преступления, опрос хозяев, принималась жалоба в письменном виде, рассматривать которую никто не хотел.

Чарон Волфуорт самолично направился к фермерам, потерпевшим убытки. Первые два дня его обхода не дали результатов – никто ничего не видел, никто ничего не слышал. При этом хозяева капибар искренне рассчитывали, что герцог найдет воров, и тогда фермеры смогут получить либо обратно своих животных, либо уплату за них, желательно с процентами.

А вот третий день расследования порадовал.

− Неужели совсем не слышали шума? – задал стандартный вопрос Волфуорт мужчине в рабочем комбинезоне и соломенной шляпе на голове.

− Так спали они все, − бесхитростно ответил фермер.

− Кто спал? – не понял герцог.

− Так свинки и спали. Вся стая ихняя. Я как поутру пришел к вольеру, покормить кормильцев, значит, а они лежат. Испугался я тогда, думал, померли капибары мои. А потом гляжу – дышат, умаялись, значит, шибко. Тогда-то и заметил, что не все на месте. Пересчитал, а десятка не хватает. В общем, пока они дрыхли, значит, десятерых и утащили, значит.

− А что, часто капибары спят вот так, чтобы все сразу и настолько крепко? – сделал стойку Чарон.

− Не, вообще никогда такого не было. Я сам удивился, − снял фермер свою шляпу и непроизвольно стал мять ее в руках. Слишком уж странно смотрел герцог, и не понять, что у него на уме.

А Чарон Волфуорт размышлял о своем. Очень, очень интересная мысль пришла ему в голову. И если его догадка окажется верна, то он не только раскроет дело о пропаже капибар, но и узнает кое-что гораздо более важное.

Глава 2. Подходящая невеста

Чарон и не вспоминал о разговоре с Эрнисом, целиком сосредоточившись на пропавших водосвинках. Дело уже не казалось герцогу пустяковым и не стоящим внимания. Наоборот, оно виделось чрезвычайно значительным и могло иметь колоссальные последствия для всего Королевства. Ему определенно будет чем порадовать короля Леопольда, когда тот соизволит вернуться во дворец.

− Чарон, я нашел девушек, − спустя две недели после совместного обеда, ввалился Эрнис в рабочий кабинет Волфуорта.

− Каких девушек? – оторвал герцог взгляд от карты, утыканной разноцветными флажками. Синие флажки обозначали локации, откуда умыкнули животных. Зеленые – указывали на путь, которым могли следовать воры. Оранжевые – места пересечения этих путей. Одинокий красный флажок пока лежал в стороне. Чарон не сомневался, как только он поймет, где на карте должен находиться красный флажок, все встанет на свои места.

− Подходящих невест для тебя, − напомнил Лаварэнц.

− Так быстро? – не хотел отвлекаться от увлекательной задачки Волфуорт.

− Я что, по-твоему, год их должен был искать? И вообще, кому это надо, мне или тебе?

− Ладно-ладно, − с сожалением отошел Чарон от раскладного походного стола с расстеленной на нем картой и сел в кресло, подлокотники которого неизвестный мастер украсил реалистичными вороньими головами.

Эрнис считал, что такое кресло идеально подходит его другу. Сам он устроился на обычном стуле.

− В общем, обнаружилось пять статусных и нетронутых девиц, − сообщил Эрнис. – Я показал претенденток на твое сердце художнику. Он сделал для тебя пять карточек с портретами каждой.

− Надеюсь, девицы не в курсе, для чего понадобились портреты? – забеспокоился герцог. Он не хотел, чтобы кто-то заранее знал о его намерениях.

− Не волнуйся. В контакт с девушками никто не вступал, − успокоил Лаварэнц. − Художник писал по памяти. На мой взгляд, получилось весьма похоже. А целомудренность ты и сам знаешь, как можно было проверить.

Эрнис открыл кожаную поясную сумку и извлек из нее прямоугольные карточки. Расположил их пирамидкой на столе непривычной овальной формы. У Чарона все было этакое, отличающееся от других.

− Я на каждой имя подписал, возраст и, как ты выражаешься, статусность.

Волфуорт взял в руки первую картонку, для твердости пропитанную специальным составом.

Брюнетка с лукавым взглядом и тонкими губами. Княжна. Волосы убраны в сложную прическу. Художник постарался, не просто выписал лицо девушки масляными красками, а передал внутреннее содержание невольной модели. И содержание это герцогу не понравилось, слишком капризно кривился рот у княжны.

Он отложил карточку и принялся изучать следующую кандидатку на роль жены. На этот раз беловолосая герцогиня с мелкими чертами лица. Брови и ресницы белесые. Если она поселится в его доме, слуги примут ее за привидение, − подумалось Чарону. Карточка с портретом герцогини присоединилась к предыдущей.

Изображение третьей девушки вызвало в нем интерес. Длинные волосы светлые, а брови черные. Подчеркивают красивой дугой выразительные голубые глаза. Аккуратный нос и слегка полноватые губы.

«Бригитта Янссен, графиня, двадцать два года», − прочел он запись, сделанную рукой Эрниса.

Интересно, у нее на самом деле такая нежная кожа? Или это художник добавил своих фантазий? Чарон вдруг представил, как подминает Бригитту под себя. Как делает с ней все, что хочет.

− Хм-м.

− Что значит твое хм-м? – наблюдал за ним Эрнис. Насколько он знал, друг не особо жаловал блондинок и был уверен, что тот сделает выбор в пользу одной из двух брюнеток. Но Чарон вот уже несколько минут держал в руках карточку с портретом светловолосой Бригитты Янссен и не торопился посмотреть на две оставшиеся.

− Фамилия Янссен кажется мне знакомой, − задумчиво произнес герцог. – Я ее где-то слышал совсем недавно.

− Рикон Янссен, − подсказал Эрнис. – Владелец судостроительной верфи.

− Точно, − щелкнул пальцами Чарон. – Его еще обокрал им же обласканный работник.

− Которого ты проткнул шпагой.

− Да-да, которого я проткнул шпагой, − отмахнулся герцог. – А эта Бригитта хороша. Пожалуй, стоит навестить семейство Янссенов.

− Не желаешь посмотреть на двух других девушек? – в который раз удивился Эрнис, с какой быстротой принимает решения его приятель.

− Брюнетка и рыжая, графиня и купеческая дочка, − едва взглянул Чарон на портреты и не задержался на их изучении. – Мне определенно подходит Бригитта. Но не будем делать поспешных выводов. Надо убедиться воочию, что художник все передал достоверно. Решено. Едем к Янссенам, − резво поднялся герцог с кресла и устремился к выходу из кабинета.

− Прямо сейчас? – не ожидал такой стремительности Лаварэнц.

− А чего тянуть?

− Не хочешь предупредить о своем приезде? – Эрнис предполагал, что так было бы лучше.

– Не хочу. Наоборот, следует застать Янссенов врасплох. Особенно Бригитту. Они не должны готовиться к встрече со мной. Только так я смогу увидеть реальную картину вещей. Вдруг девица неряха? Или в домашней обстановке выглядит как пугало? А мне нужна безупречная невеста. И вот еще что, Эрнис, пока не увижу барышню своими глазами – о женитьбе ни слова.

При военном ведомстве имелся приличный гараж с рессорными экипажами и штат кучеров. Обычно Чарон пользовался двухместной каретой, обитой черным бархатом и украшенной фигурами черных птиц с пронзительно желтыми зрачками. Но сегодня он сделал выбор в пользу просторного посеребренного экипажа, где серебром покрывались даже колеса. Велел кучеру запрячь две пары лошадей.

− Тебе не обязательно пускать пыль в глаза, − хмыкнул Эрнис.

− Но и пугать сразу ни к чему, − ответствовал Чарон.

Путь до особняка Янссенов занял сорок четыре минуты. Чем ближе они подъезжали, тем отчетливее ощущался солоноватый запах моря.

Когда мужчины прибыли на место, стало ясно, выбор кареты оказался не самым удачным. Из-за ее габаритов. Она преграждала собою часть улицы, мешая проезду других экипажей.

− Есть вариант подъехать с другой стороны дома, − предложил кучер. – Я такие узкие улицы видал уже, хозяева свой транспорт на задках держат. Тока объезд минут двадцать займет, а то и больше.

− Не стоит, − решил Чарон. – Не будем терять время.

Особняк Янссенов герцогу понравился. Добротная крепость-башня песочных тонов в окружении плодовых деревьев. Никаких гниющих фруктов на земле или неубранных листьев. Во дворе гостей встретил разноцветный пес. Цветовой окрас у пса был прелюбопытным. Вся правая половина, включая морду, лапы и туловище, состояла из белоснежного меха, левая чередовалась черным и каштановым цветами. Уши его топорщились кверху. Пес вывалил длинный язык из пасти и сопровождал чужаков до самой двери. Вел он себя спокойно, не лаял, но и признаков добродушия не выказывал, во всяком случае, пушистый хвост не ходил ходуном из стороны в сторону.

Спокойствие собаки также понравилось Волфуорту, не зря же говорят, что домашнее животное копирует поведение человека, с которым живет бок о бок. Хозяйкой псины наверняка является девчонка, а значит, у нее должен быть вполне покладистый характер.

Чарон взялся за кольцо ручки-гонга в виде головы лисицы, сделанной из состаренной латуни, и постучал в дверь.

Мужчины слышали, как звук стука разносится внутри дома.

Разноцветная собака села у ног герцога и слегка наклонила голову набок.

Чарон немного отодвинулся от нее, не хотел, чтобы к брюкам пристала шерсть.

− Генерал? – открыл дверь сам Рикон Янссен.

Чарон узнал главу семейства, слегка рыжеволосого, высокого и плечистого владельца судостроительной компании. Рикон был облачен в уличную одежду и держал в руках портфель.

− Куда-то собираетесь? – вместо приветствия задал вопрос Чарон.

− На верфь. Всегда самолично слежу за делами, − просто пояснил Рикон. – Но теперь, безусловно, задержусь.

Отец Бригитты пропустил неожиданных гостей в дом и вместе с ними прошел в гостиную, где весь интерьер перекликался с морской тематикой. Одну стену целиком занимал гобелен с вышивкой прибрежных скал и бьющихся водных пенных гребней о них. А рисунок напольного покрытия создавал настоящую иллюзию лазурной волны. Чарон и Эрнис с интересом рассматривали макеты деревянных кораблей, «плывущих» по этим волнам. Мимо них пронесся разноцветный пес и уже через несколько секунд когти его лап застучали по лестнице, уходящей вверх на второй этаж.

− Рикон, ты еще не ушел? Кто стучал? – вплыла в гостиную пригожая, но расползшаяся в талии женщина. Ее прическу украшало столько заколок и лент, что трудно было определить, какой под ними цвет волос.

− Нанна, у нас гости, генерал Чарон Волфуорт и его помощник Эрнис Лаварэнц.

− Генерал? А разве не герцог? – словно загипнотизированная, глядела мать Бригитты на черноволосого ставленника короля.

− Нанна, можно быть герцогом и иметь чин генерала, − без всякого неудовольствия пояснил Рикон супруге.

Так, отец Бригитты – отличный парень, мыслит нестандартно, его жена глупа и суетлива, − делал для себя зарубки Чарон.

− А вы к нам по тому делу о краже документов? Ох, надо ведь вас чем-нибудь угостить. Сейчас я позову управляющего, − ни на секунду не умолкала женщина.

Если ее дочь также болтлива, то после свадьбы я отрежу ей язык, − закипал герцог.

− Нанна, успокойся, − попросил Рикон жену. – Ты не даешь нашим гостям вставить и слова.

− Простите, разволновалась просто, − села женщина на пуфик, но тотчас опять поднялась. И опять села.

Эрнис дружелюбно улыбнулся ей, и Нанна вроде бы выдохнула.

Только Чарон собрался завести разговор о верфи, как в гостиной появилось новое лицо. И это новое лицо съехало к ним со второго этажа прямиком по перилам!

− Кто-то снова запустил Кардинала! − смеялась девушка, облаченная в прямое платье сочного яблочно-зеленого цвета. Разноцветный пес азартно прыгал вокруг нее и радостно вилял хвостом.

Герцог изучающе глядел на Бригитту. Так, манеры никуда не годятся, − взвешивал он все за и против брака с нею. – Но художник не приукрасил – девица действительно хороша. С такой не стыдно будет и в обществе появиться. Да и любовницы ему, возможно, больше не понадобятся, если в супружеской постели окажется такая ладная жена. А манерам он ее научит.

− Бригитта, ты разве не видишь? У нас гости, − одернула дочку Нанна.

− Ой, извините, − улыбнулась девушка Эрнису. Но стоило ей перевести взгляд на второго мужчину, от радостного оживления на лице не осталось и следа.

Кардинал, почуяв смену настроения хозяйки, перестал бить хвостом и улегся у ее ног.

Никаких собак в доме, − меж тем думал Чарон. – Эту псину она оставит здесь. Он окончательно определился, что именно Бригитта станет его женой и сейчас размышлял о том, как бы поскорее уладить вопрос со свадьбой.

Мысли Бригитты, в свою очередь, текли в совсем ином направлении. Она уже видела этого неприятного герцога раньше.

Она была на площади в тот день, когда он проткнул шпагой шею несчастного Милота. В другое время ей довелось наблюдать, с какой жестокостью Чарон Волфуорт расправился с пленными солдатами из Севертауна. Не могла она позабыть и отвратительнейшего случая, когда его жуткая карета с черными птицами сбила маленького разноцветного щенка. Кучер тогда остановился, но герцог велел ему продолжить путь. Бригитта спасла того щеночка, ставшего впоследствии любимцем всей семьи, но хорошо помнила лицо мужчины, не оказавшего помощи пострадавшему животному.

Девушке не нравилось лицезреть герцога в их доме. Что он только тут забыл?

− Опять стучат, − встрепенулась Нанна. – Бригитта, посмотри, кто пришел.

Женщина специально услала дочь, стараясь сгладить перед важными гостями неловкий момент ее эффектного появления в гостиной.

− Я собираюсь жениться на вашей дочери, − без всякой подготовки сообщил Чарон родителям девушки.

Они опешили от неожиданности произнесенных герцогом слов. Породниться с таким человеком сулило семье немалую выгоду. В то же время до Рикона и Нанны доходили слухи о жестокосердии Волфуорта. Не загубит ли он их девочку? Оба родителя понимали, отказ неприемлем. И Рикон попробовал расспросить герцога, осторожно подбирая слова.

− Ваш выбор спутницы жизни оказывает нам честь. Можно ли узнать, почему милорд отдал предпочтение именно нашей дочери? Вы ведь не были знакомы ранее.

− Бригитта подходит мне по статусу. И она целомудренна, − пояснил герцог так, будто говорил о племенной кобыле.

Эрнис наступил ему на ногу, и Чарон немного исправился.

− Еще она очень красива, − добавил он. – Не вызывает сомнений, кто Бригитту одарил красотой.

Нанна купилась на лесть и сразу подобрела к будущему зятю. Женщина довольно улыбнулась, представив зависть подруг, когда те узнают, с кем вскоре породнятся Янссены.

− Король Леопольд не станет возражать, если королевские подряды начнет выполнять ваше предприятие, Рикон, − нашел подход Чарон к отцу девчонки.

Отцовские чувства боролись с расчетливостью. Последний год верфь не приносила большого дохода, предложение герцога могло упрочить положение семьи Янссен. К тому же, помимо старшей дочери, у них с Нанной подрастает еще двое сыновей.

− Когда вы планируете устроить свадьбу? – отбросил сомнения Рикон.

− Недели вам хватит на подготовку? – озвучил совсем нереальный срок герцог.

− К чему такая спешка? – удивился граф.

− К тому, что в любую минуту может закончиться перемирие, и я буду занят делами военными.

− Дайте нам хотя бы месяц, − попыталась выторговать Нанна необходимое время.

− Три недели, − пошел на компромисс Чарон.

Бригитта подслушивала за дверью и прекрасно слышала весь разговор о предполагаемой свадьбе. Ее свадьбе! С мужчиной, лишенным души и сердца! Молодую графиню угнетало, что в данной ситуации она не имеет права голоса. Как всякая девушка, она мечтала о любви, любви взаимной, страстной, в ее мыслях никогда не было места браку по расчету или браку с нелюбимым мужчиной. А теперь ее попросту покупают. И все из-за какой-то прихоти! Не стану я его женой, – твердо решила девушка и смело шагнула в гостиную. Правда, под тяжелым взглядом герцога, смелости у нее поубавилось.

− Кто там приходил, Бригитта? – несвойственным ей заискивающим тоном спросила Нанна, хорошо понимая, совсем скоро ее и мужа ожидает трудный разговор с дочерью.

− Не знаю, но думаю, спрашивали вас, милорд, − елейным голоском произнесла девушка.

− Меня? – удивился Чарон. – Я никому не говорил, куда направляюсь. С чего ты взяла, что спрашивали меня?

− Спросили злобного тирана. Вот я и подумала − это вас.

Эрнис прыснул. Рикон строго глянул на дочь, а Нанна умоляюще уставилась на герцога. Женщина испугалась, что тот сейчас откажется от свадьбы.

Ох, как Чарон желал проучить наглую девчонку! Так, чтобы она вообще боялась открывать рот в его присутствии. Но он заставил себя сдержаться. У него еще будет время преподать ей урок о том, как следует разговаривать с мужем.

− Эрнис, нам пора, − засобирался герцог. − Рикон, проводите нас.

У Бригитты затеплилась надежда, что герцог сейчас откажется от нее, но этого не случилось. Противный ей мужчина остановился, не дойдя до двери.

− Бригитта, приглашаю тебя завтра на обед, − прищурил он свои черные глаза. – И запомни, я не люблю опозданий.

Словно хищная птица кружит надо мной, – едва выдержала его взгляд девушка.

− Хм-м, − многозначительно выдал Эрнис, когда их экипаж тронулся в обратном направлении.

− Что значит твое хм-м? – недовольно пробурчал Чарон. Он все еще злился на девчонку и придумывал способы наказания для нее. Картинки наказания в его голове выглядели настолько пикантными, что теперь он злился и на себя тоже.

− У тебя есть еще четыре карточки, − намекнул друг. – Одна из брюнеток очень даже ничего.

− Ну, нет, ты слышал, как она со мной разговаривала! Задери ее медведь! – все-таки взорвался Чарон. – Шутить со мной вздумала!

− А я тебе о чем, − согласился с ним Лаварэнц. – Похоже, эта Бригитта – та еще строптивица. Посмотри на других претенденток.

− Ни за что, − четко проговорил Чарон. – Теперь − это дело принципа. Я пообломаю этой крошке крылышки. Станет у меня примерной женой, шелковой, послушной своему мужу.

− С чего начнешь? – весело спросил Эрнис.

− Я ее задобрю. Усыплю бдительность, − придумал Чарон, как будет действовать. − Пусть до свадьбы считает, что я добрый, пушистый и влюбленный.

В назначенный час Бригитта стояла у трехэтажного особняка Волфуорта.

Опоздать ей просто бы не позволили. Нанна зорко следила за сборами дочери. И потеряться по пути тоже не получилось бы, герцог прислал за ней свою карету. Спасибо, что не ту – с черными птицами. На этот раз прибыл экипаж, обитый огненным бархатом и украшенный аппликациями забавных лисиц.

Бригитта в нарядном платье с россыпью цветов, вышитых по широкому подолу, замечательно вписывалась в антураж кареты.

Девушка выросла в непосредственной близости моря. Она любила его звуки, запахи. В теплую погоду можно было снимать обувь и ступать босиком по вязкому морскому дну. С наступлением зимы соленая вода покрывалась толстой ледяной коркой, и по всей береговой линии заливали катки. Весной, когда лед начинал трескаться, жители прибрежного района высыпали к морю поглазеть, как малые и большие льдины приходят в движение.

Дом Чарона Волфуорта располагался в оживленной части города, и здесь пахло чем угодно, но только не морем.

Бригитта поправила слегка сбившуюся накидку и собралась постучать. Не удивилась ручке-гонгу в виде головы черной птицы. И эта бронзовая ручка оказалась слишком тяжелой, не предназначенной для хрупких девичьих ладошек.

Скажу ему, что не смогла попасть в его дом, − посетила Бригитту чудесная идея. − Сам виноват. Надо было думать, прежде чем такие тяжеленные дверные стучалки устанавливать.

Герцог наблюдал за прибытием кареты из мансардного окна, видел, как гостья выбралась из экипажа и направилась к дому. Но гонга не последовало. Тогда он спустился вниз и рывком открыл дверь. Его взбесило, что девушка ведет себя непредсказуемо.

− Долго собираешься тут стоять? – грубо спросил Чарон, но тотчас поправился. – Замерзнешь. На улице уже заметно холодает.

− У меня не хватает сил поднять эту ручку, − расстроилась Бригитта его появлению.

− Да? – изумился герцог. Ему нравилась массивность ручки на парадной двери, он и не задумывался никогда над тем, что у кого-то ее тяжеловесность вызовет затруднения.

– Представьте себе, − огрызнулась девушка.

− У тебя будет свой ключ, − быстро нашел решение проблемы Чарон.

Он пропустил ее в дом и представил управляющего.

− Позвольте, − забрал Роббин теплый плащ-накидку Бригитты.

− Хочешь сначала поесть или посмотреть дом? – проявил вежливость герцог.

Бригитте было все равно, но отвечать-то надо.

− Показывайте мои будущие владения, − с вызовом брякнула она. Будет дерзить, глядишь, он и отвяжется от нее.

Во взгляде герцога засквозила насмешка, но мужчина ничего не сказал в ответ на ее выпад.

Чарон гордился своим домом, он потратил немало сил для его обустройства, и девчонке не будет позволено что-либо тут менять.

Бригитта ожидала увидеть мрачную обстановку с преобладанием черного цвета, а все оказалось совсем не так. Фигуры черных птиц с желтыми зрачками попадались, конечно, но в сочетании с предметами декора из натурального камня и бежевой обивкой мебели, они здорово вписывались в интерьер и смотрелись вполне гармонично. Лепнина на парадной лестнице, светильники сложной формы, стулья из бука говорили о характере хозяина дома, его индивидуальности. Во вкусе герцогу не откажешь, − вынуждена была признать Бригитта.

− Ты ничего не говоришь, − обратился к ней Чарон, когда они обошли уже большую часть особняка и теперь находились в его кабинете.

− Вы ничего не спрашиваете.

− Хорошо, спрошу. Как тебе дом?

− Мне здесь нравится, − абсолютно честно сказала Бригитта.

− Все это скоро станет твоим.

Графиня непроизвольно поежилась. Несмотря на то, что жилище Волфуорта произвело на нее приятное впечатление, хозяйкой она себя здесь не представляла.

Он заметил этот жест. Девочка боится, − внутренне улыбнулся герцог. – Не такая она и смелая, оказывается.

− У тебя необычное украшение, − обратил Чарон внимание на ее подвеску с кулоном спящего медведя. Ему не составило труда определить материал кулона – белое золото с вкраплением бриллиантов.

− Это оберег от злых и гадких чудовищ, − с намеком произнесла Бригитта.

− И как, помогает? – прекрасно понял намек герцог.

− Еще не знаю. Я его сегодня первый раз надела, − встретилась она с ним взглядом.

Девочка совсем не понимает, кому бросает вызов, − гневался генерал, но в тоже время ему становилось интересно.

− У меня для тебя подарок, − взял он со стола деревянный ларчик, инкрустированный ракушками.

− Подарок? – подозрительно осматривала Бригитта неожиданное подношение. Она не доверяла герцогу. Она в любую секунду ожидала подвоха от этого опасного мужчины.

− Открой.

Бригитта послушно открыла крышку ларчика и пришла в замешательство.

− Не слишком ли дорогой подарок вы мне делаете на первом свидании? – немного растерянно спросила она, разглядывая изящный ювелирный комплект − медальон, гребень, серьги, браслет, колечки и даже зеркальце в золоченой оправе.

Его позабавило, что девушка воспринимает их встречу свиданием и, пожалуй, ему понравилась ее реакция. Он не увидел алчного блеска в глазах, только удивление. Комплект украшений вместе с ларчиком Чарон приобрел накануне. Не поленился обойти известных ювелиров в поисках нужных вещиц. Он не имел представления, что ей может понравиться, но, когда увидел аквамарины, искусно обрамленные золотом, не усомнился в правильности своего выбора.

− У моей женщины не может быть ничего дешевого, − приблизился герцог к ней совсем близко.

Настолько близко, что Бригитта сделала шаг назад.

− Время обеда. Идем, − придержал Чарон дверь перед девушкой.

В столовую они зашли, когда Роббин расставлял последние приборы.

Интересно, как герцог понял, что стол уже накрыт? – задумалась графиня.

Она проголодалась и не собиралась делать вид, что ест совсем чуть-чуть, как было принято среди барышень ее круга. Бригитта собиралась хорошенько покушать. Только набор блюд ее удивил.

− Вы всегда так питаетесь? – съела она крем-суп из спаржи, а теперь доедала вторую порцию картофельных оладий с фасолевыми котлетами.

− Как так? – уточнил Чарон.

− Ну, все такое…, − Бригитта попыталась подобрать нужное слово, − растительное.

− Не обязательно растительная, но обязательно здоровая пища.

− Ах, так вот почему вы такой! – шутливо закатила глаза девушка. − Вы просто все время голодный! Я слышала, что от здоровой пищи люди становятся раздражительными, злыми и скучными.

− Хочешь сказать, еда тебе не понравилась, и ты не наелась? – едва держал себя в руках Чарон. Он с удовольствием заставил бы ее поголодать пару денечков и посмотрел бы тогда, что она скажет о здоровой пище.

− Все вкусно, − признала Бригитта. – Но я хочу десерт.

− На десерт овсяные лепешки с яблоком, − озвучил мужчина меню.

− Терпеть не могу овсянку.

Отлично. После свадьбы будет питаться у меня одной овсянкой, − злорадно усмехнулся Чарон Волфуорт.

Глава 3. Притворство

Бригитта вернулась домой в полном смятении. Ее свидание с Чароном Волфуортом прошло странно. Мужчина вроде бы оказывал ей знаки внимания, даже подарил нереально дорогие украшения. Но с чего бы, с какой стати? Они ведь едва знакомы. Нет ли тут какого подвоха?

Девушка не имела опыта интриг и манипуляций. Все ее подруги были достаточно добры и не дружили друг против друга. Родители тоже всегда проявляли открытость в общении и не отличались коварством. Бригитта никогда не сталкивалась с так называемыми закулисными играми. А герцог явно вел с ней некую игру.

О том, что он влюбился в нее с первого взгляда не могло быть и речи, она отчетливо слышала, как мужчина обозначил ее родителям, по каким критериям выбрал себе невесту. Статусность и невинность. Вот что его интересовало прежде всего. Ему плевать и на ее характер, и на ее внешний облик. И он прекрасно понимает, что отказать ему не посмеют. Так зачем герцог старается быть с ней любезным, зачем виртуозно маскирует свою чудовищную сущность? Что, если Волфуорт держит в своей голове какой-то злой умысел по отношению к ней?

Бригитте требовалось с кем-то посоветоваться, с кем-то поделиться своими страхами. Только вот с кем? Любимая мамочка вовсю погрузилась в предсвадебные хлопоты. Да и бесполезно с ней говорить, мама все видит в розовом цвете и уже называет Чарона Волфуорта любимым зятем. Подруги? Они начнут жалеть ее и вряд ли посоветуют что-либо путное. Братья слишком малы для серьезных разговоров. Остается папочка. Он самый разумный в их семье, всегда знает, как поступить и что сказать.

Бригитта приободрилась, оделась потеплее, так как вечерами у моря уже становилось совсем холодно, и отправилась к верфи.

Ей нравилось сюда приходить, наблюдать за возведением кораблей или их ремонтом. Все в этом месте было каким-то особенным, даже брошенные в песок и всеми позабытые старые канаты, ржавые якоря, обломки деревяшек, да сломанные весла.

Сейчас в доках стояло всего два судна, которым требовались ремонтные работы. Отец недавно обмолвился, что заказов на строительство новых кораблей давно не поступало, а ремонтные работы не приносят такой выручки, как постройка ботика или галеры.

− Здравствуй, красавица! – приветствовал ее главный механик верфи, знакомый Бригитте с детских лет.

Мужчина широко расставил ноги, удерживая себя таким образом на пристани от порывов сильного ветра, он следил за погрузкой удлиненных деревянных контейнеров на один из двух кораблей.

− Работаете допоздна? – улыбнулась ему девушка. Ей пришлось придерживать капюшон плащ-накидки, чтобы ветер не сбивал его с головы.

− Да вот, приходится. Корабельную обшивку только сегодня доставили, а судно уж через трое суток из дока выводить надо. Иначе владелец неустойку впаяет, и останутся рабочие без оплаты. А ты, милая, к папке своему пришла?

Бригитта не успела ответить, их разговор прервал радостный крик.

− Земля! Люди, земля! – кричал высокий мужчина с палубы как раз того судна, где полным ходом осуществлялись погрузочные работы.

− Эй, ты, псих! – осадил кричащего один из рабочих. − Корабль никуда и не отплывал. Два дня у берега стоит.

− Вот бедняга, − посочувствовал механик.

− Он скаженный? – всматривалась Бригитта в фигуру в темном пальто и длинными белыми волосами. Мужчина перестал кричать, переключив свое внимание на кружащих над водой чаек.

− Эй, чайки! – басом пропел он. – Я ваш брат. Я тоже белая чайка. Хочу парить с вами в небе.

− Гадить только в полете не надо, − засмеялись рабочие.

− Скаженный, − подтвердил механик предположение девушки. – Сошел с ума, когда корабль был в море. А корабль-то эльфийский, вот и не сдали его сразу в распределитель. Капитан судна переговоры с нашими властями ведет. Договориться они не могут, кто бедолагу в лес переправит. Вот и мается он пока на шхуне.

Бригитта посмотрела на заболевшего более пристально. Точно, эльф. Уши острые, не спутаешь. Югтаун поддерживал мирные отношения с Эльфийским королевством, и между двумя народами велась оживленная торговля.

− Почему капитан не хочет забрать своего соотечественника на родину? – пожалела девушка ушастого.

− Тык боится. До родной сторонушки им почти месяц плыть. Мало ли что свихнувшийся за это время учудит. Спалит ненароком посудину или сломает чего. Это сейчас ему к ноге цепь привязали, а в море-то не смогут они его столько времени на цепи держать.

− А почему наши военные его не хотят забирать?

− Тык в правилах нигде не написано, что граждан чужой стороны можно в распределитель помещать, затем в лес отправлять. Я слыхал, у капитана назавтра встреча с генералом Волфуортом назначена. Он-то и решит вопрос.

У меня назавтра тоже встреча с генералом Волфуортом назначена, − невесело подумала Бригитта. Герцог пригласил ее в театр. На спектакль девушка попасть очень хотела. Вот бы еще в компании другой! Узнаю у него завтра судьбу этого несчастного эльфа, − решила она.

Кабинет Рикона Янссена располагался в пристройке над складами. Бригитта застала отца за изучением бухгалтерского журнала. Рикон водил пальцем по исписанным строчкам и выписывал некоторые цифры на отдельный листочек.

− Папа, с каких пор ты стал использовать немелованную бумагу? – чмокнула родителя в щеку Бригитта, заметив, что листочек, на котором он писал, был тонким и серым, без привычного плотного мелованного слоя.

− Да вот, приходится экономить, − улыбнулся Рикон дочери. – Немелованная бумага дешевле и присылают ее в рулонах. Можно отрезать сколько тебе надо.

− Раньше ты говорил, что стоит посильнее нажать грифелем, и такая бумага сразу порвется.

− Я так говорил, когда у нас были деньги. Сейчас дела на верфи идут из рук вон плохо. И очень кстати, просто очень кстати пришлось сватовство герцога Волфуорта. А то я уже подумывал о продаже дома, который достался твоей матери в наследство. Все равно аренда, что платят за него жильцы, не покрывает расходов на содержание самого дома.

− Но мама не захочет его продавать? − становилось Бригитте ясно, что отец ей тоже не союзник. Брак дочери с герцогом он воспринимает как гарантию дальнейшего финансового благополучия семьи Янссенов.

− Конечно, не захочет. Она ведь выросла в нем. Дом дорог ей.

− Ясно, − вздохнула Бригитта.

Рикон предпочел не заметить печали на лице дочери. В конце концов, Волфуорт − молодой, красивый и сильный мужчина, как-нибудь уж растопит он сердце девочки. А что до слухов о его жестокости, так может, по-другому и не достиг бы генерал того, чего достиг?

Герцог вновь прислал за ней карету с лисицами.

− Доченька, я так завидую тебе, − поправила Нанна заколку с аквамариновыми камнями в прическе Бригитты. – Как бы мне самой хотелось побывать в театре!

− Мама, я с радостью уступлю тебе свое место. Думаю, герцог не будет возражать провести время с будущей тещей.

− Еще чего удумала! – возмутилась Нанна. − Меня Рикон обещал сводить, когда у него дела на верфи наладятся.

Что означает, когда я выйду замуж за герцога, − недовольно думала Бригитта, забираясь в карету.

Девушка не раз посещала балаганные представления, но побывать в городском профессиональном театре ей еще не доводилось. Театр открылся около года назад, и она слышала, что актерам шьют костюмы специально для каждого спектакля, более того, во время представления несколько раз меняются декорации.

Привилегия посещения городского театра была доступна лишь избранным. Исключение делалось, когда избранные приводили с собой неродовитых гостей. Такое дозволялось, но при условии, что на каждого гостя выкупался отдельный билет. Янссены входили в список родовитых фамилий Югтауна, потому могли проводить свой досуг в театре, когда им вздумается. Но граф Рикон просил жену и дочь немного повременить с посещением спектаклей в связи с дороговизной билетов.

И вот теперь, благодаря ненавистному герцогу Волфуорту, Бригитте выпала возможность посмотреть на настоящую сцену.

− Одела мои украшения. Молодец, − встретил ее Чарон у своего особняка.

− Герцог, вы же мне их подарили. Значит, украшения мои, а не ваши.

− Верно, − удивлялся Чарон, как в этой девчонке уживаются скромность и смелость. – Может, перестанешь уже так официально ко мне обращаться? – предложил он.

− А как мне к вам обращаться?

− Обращение господин меня вполне устроит, − решил подразнить ее герцог.

− Обойдешься, − поджала губы Бригитта.

Все-таки хорошо, что он остановил свой выбор именно на этой девице, семейная жизнь обещает быть не такой уж и пресной, − усмехнулся Волфуорт.

− Я пригласил посмотреть комедию вместе с нами своего друга Эрниса с женой. Лаварэнца ты видела. Его жену зовут Аделина, − сообщил герцог.

Чарон довольно-таки прохладно относился к театральным подмосткам, считал актерскую игру баловством, а нахождение в зрительном зале напрасной тратой времени и денег. Но он продолжал придерживаться своей стратегии – очаровать Бригитту.

А она новости обрадовалась. Эрнис был ей симпатичен, внушал расположение и доверие. Бригитта искренне не понимала мотивов дружбы между двумя мужчинами. Жестокосердный, бездушный сноб Волфуорт и безродный, славный и порядочный Лаварэнц. Что могло связывать их?

Внутреннее убранство здания театра Бригитта нашла излишне роскошным и вычурным. Понятно теперь, отчего цена на билеты так высока – владельцы, видимо, пытаются отбить понесенные затраты на его строительство и обустройство.

Эрнис и Аделина приехали раньше и уже заняли места в отведенном герцогу и его спутникам балкончике.

Беременная, рыжеволосая жена Эрниса приняла Бригитту настороженно, смотрела на нее, словно на врагиню.

Чего она на меня взъелась? – не поняла графиня, но не стала слишком копаться в этом вопросе. На сцене подняли занавес, и она больше не думала ни о пугающем ее герцоге, ни о странной реакции на нее жены Эрниса Лаварэнца.

Чарон откровенно скучал. Он попробовал проникнуться постановкой, где по сценарию храбрый парень из Югтауна обещает принести своей возлюбленной магический цветок из Скаженного леса, сражается с дикими животными и другими конкурентами, находит цветок, но, когда приносит его невесте, она уже оказывается замужем за другим. Полная чушь! Женские роли исполняли мужчины, что, по его мнению, выглядело комично со знаком минус и низводило всю постановку на гротескный уровень.

Герцог с трудом дождался окончания спектакля. Все-таки ухаживать за девушкой слишком энергозатратно. Надо было настоять на скорой свадьбе, а теперь придется развлекать Бригитту целых три недели.

− Ну как, понравилось? – приготовился выслушать он восторженные благодарности от невесты.

− Ужасно, − вдруг выдала она. – Отвратительное зрелище.

Эрнис не сдержался, засмеялся в голос. Аделина глядела на Бригитту с нескрываемым изумлением, а герцог с откровенным интересом. Дочь графа Янссена продолжала его удивлять.

− Поясни, − потребовал он.

− А что тут пояснять? – кипела негодованием Бригитта. – Главный герой убил всех животных в лесу. Нет, вы видели?! Что ему медведь-то сделал? А цветок он зачем сорвал? Сказано же было – сорвешь, погубишь лес. Какая же это комедия? Драма самая настоящая!

Аделина хихикнула и взяла Бригитту под руку.

− А ты, оказывается, ничего, вполне себе нормальная, − сказала она.

− А ты думала, со мной что-то не так? – удивилась графиня.

Мужчины ушли немного вперед, но Аделина все равно наклонилась к уху Бригитты и зашептала так, чтобы их спутники ее не услышали.

− Ну, ты же невеста Волфуорта. Все думают – ты такая же, как он.

− Все? Ты о ком? – не понимала девушка.

− Бригитта, весть о женитьбе герцога разлетелась по всему королевству. Разве ты не замечаешь, как на тебя все смотрят? Погляди вокруг.

До сей минуты Бригитта и правда не замечала любопытствующих взглядов. Она настолько была погружена в свои мысли о нежданном замужестве, что попросту отключилась от внешнего мира. Но после слов Аделины действительно ощутила повышенное и пристальное внимание к своей персоне. На нее пялились абсолютно все!

Бригитта хотела бы уехать домой, но после спектакля герцог повел всю компанию в погребок. Девушка постаралась абстрагироваться от чужого праздного любопытства. За выбранный Волфуортом стол, специально села спиной ко входу, чтобы ненароком не встречаться взглядом с посетителями.

Герцог сам выбрал, какие блюда она будет есть, и Бригитта пожалела о том, что не додумалась взять с собой хотя бы немного денег. Теперь ей придется отведать тыквенный суп-пюре и отварной картофель с рыбой, приготовленной на пару. Эрнис с Аделиной наслаждались наваристым рассольником, жареной картошечкой с грибами и стейком из капибар. Перед женой Лаварэнца красовалось блюдечко с шоколадным десертом. Бригитте казалось, она умрет, если не отведает этого шоколадного чуда.

− Можно мне такой же десерт? – попросила она.

− Нет, − отрезал Чарон. – В нем слишком много сахара.

− Я же ем, и все со мной нормально, − заметила Аделина.

− Ешь и толстеешь, − насмешливо ответил девушке герцог.

− Эй, я беременная, а не толстая, − возмутилась жена Эрниса. Ее муж отошел к стойке, где можно было самостоятельно наливать любой напиток, соответственно не мог защитить жену от едких слов Чарона.

− Все равно, будешь столько есть сладкого – растолстеешь. И Эрнис тебя разлюбит, − сознательно обидел герцог девушку и встал из-за стола, собираясь присоединиться к другу у стойки с напитками.

Глаза Аделины увлажнились, и Бригитта легонько погладила ее по руке.

− Не слушай его. Знаешь, моя мама со временем немного располнела, но папа ее все равно любит.

− Почему ты с ним, Бригитта? Я же вижу, ты нормальная девчонка.

− Он сам решил на мне жениться, − посмурнела графиня. – Искал себе статусную и невинную. А я вот все думаю, как избежать этого брака. Да ничего путного в голову не приходит.

− Бригитта, − оживилась Аделина. На место слезам пришло лукавство. – Выход есть. Тебе надо лишиться невинности.

− Эм-м.., − неопределенно промычала невольная невеста важного герцога.

− Ты такая хорошенькая, − продолжала искушать ее жена Эрниса. – Наверняка у тебя есть воздыхатель. Или даже не один?

− Понимаешь, − обдумала предложение Бригитта, − во-первых, воздыхатели у меня имеются, но я сама ни в кого не влюблена, во-вторых, если даже я решусь, Волфуорт все поймет. Он же убьет и меня, и моего… эм-м… полюбовника. Я сама видела, как ему ничего не стоит убить человека. И, думаю, на убийстве герцог не остановится. Он разорит мою семью, Аделина. Папина верфь и так едва на плаву, а в случае моей измены, не сомневаюсь, заказы на починку кораблей совсем прекратятся.

− Наверное, ты права, − согласилась с ней рыжая нимфа. – Тогда остается вариант − сойти с ума. Тут уж Волфуорт ничего не сможет поделать. И не убьет никого, и коммерции твоих родителей не навредит.

− Аделина, я не могу сойти с ума. Я же принимаю противоядие. И не хочу становиться сумасшедшей, − услужливо подкинула память образ безумного беловолосого эльфа, привязанного цепью к корабельной мачте.

Такова была ситуация в королевствах – богатые люди имели возможность покупать капсулы с противоядием от безумия. Содержимое одной капсулы давало страховку от сумасшествия на целый год. Стоимость ее равнялась цене кареты с четверкой породистых рысаков.

− Так не по-настоящему, − понизила голос рыжеволосая, − понарошку.

− Понарошку? Но как? Я могу попытаться сымитировать поведение скаженного, но никак не смогу сделать себе зрачок белым.

− Послушай, − быстро зашептала Аделина, заметив, что мужчины отошли от стойки с напитками и возвращаются к их столику. – Я ведь из простых, выросла в бедном пригороде. У нас там воровство процветало. Так вот, никто не хотел попасться в руки военных, но, если такое происходило, пойманный принимал таблетку безумия, она глаз в белый окрашивает. Ее один дед, травник местный, делает. Я тебе адрес дам.

− Но ведь скаженных в лес отправляют, − тоже зашептала Бригитта.

− Все лучше, чем головы лишиться.

− Не заскучали? – поставил Эрнис перед женой чашку с чаем и ласково провел широкой ладонью по ее волосам, завитым крупными локонами.

− Нам нашлось о чем поговорить, − улыбнулась мужу Аделина.

Бригитте достался бокал со свежим морковным соком.

− Как решилась судьба эльфа с корабля? – спросила она герцога спустя какое-то время, когда он придержал для нее дверку кареты.

− Он останется в Югтауне. Его уже забрали в распределитель, а на днях отправят в лес. Почему тебя интересует ушастый?

− На корабле эльфа держали на цепи. Это бесчеловечно.

− Не надо никого жалеть, Бригитта. Так проще жить, − плотно закрыл он дверку, оставляя девушку наедине со своими мыслями.

Она размышляла всю дорогу до дома. Воспользоваться ли предложением Аделины? Или выйти замуж за герцога, и будь что будет? Девушка боялась Чарона Волфуорта, хотя и старалась скрывать от него свой страх. Но, если выпить таблетку безумия, что ждет ее в лесу? Выживают ли там вообще? Про лес ходили разные слухи, но никто не мог поклясться в их правдивости. Чего она боится сильнее – поступиться своими чувствами, стать женой человека, которого отвергает ее душа? Или страшнее все же неизвестность?

Ночью графиня ворочалась в своей мягкой постели не в силах закончить мысленный диалог самой с собой и почти убедила себя, что правильнее будет поступиться личными чувствами, но наутро ей вдруг стало очевидно − она никак не может стать женой того, кто сбил и не помог Кардиналу, того, кто проткнул шпагой шею Милота.

С убитым ее связывала детская дружба, совместные проказы и обиды. Родители Бригитты толерантно относились к дружбе дочери с детьми из неродовитых семей, поэтому девочка росла среди веселой компании детворы со всего прибрежного района. Со временем граф Рикон пристроил Милота на судостроительную верфь, отметил его цепкий ум и дал парню шанс продвинуться по карьерной лестнице.

Конечно, Милот поступил отвратительно, когда украл с верфи важные документы, собираясь продать их конкурентам графа Янссена. Но разве заслуживал он за свой проступок смерти? Даже отец думал, что парня высекут прилюдно, да приговорят к грязным общественным работам. К тому же Бригитта догадывалась, почему ее друг детства так поступил. Милот, единственный мужчина в семье, пытался прокормить пятерых младших сестер и хворую мать. На воровство его могло толкнуть отчаяние. Но герцога Волфуорта подобные мелочи не волновали.

На предстоящий день жених избавил ее от своего общества, у Чарона имелись важные дела в связи с возвращением во дворец короля Леопольда. И Бригитта решилась. Пообещала мамочке вернуться к приходу портнихи и отправилась по адресу, полученным от Аделины.

Графиня ожидала, что окна в доме старика травника могут оказаться заколоченными. Но нет, даже дымок шел из широкой трубы. Правда, самого деда она не застала.

− Так помер дедушка, − сообщил ей низенький мужчина горбун. – Девяносто годков прожил и преставился.

− Жаль, − расстроилась Бригитта бесполезности своего путешествия.

− Так я тоже помочь могу, − неожиданно предложил горбун. – Меня дедушка научил всему. Вам вот что требуется? Дайте, угадаю. Таблеточка от избавления плода? Так имеется в запасах такая. Даже не придется ждать ее изготовления. Будете покупать?

− Буду, − согласилась Бригитта, − но только не такую таблетку, а ту, что зрачки белыми на время делает.

− А! Таблетку безумия, − понял мужчина. – Есть такая. Себе берете или угостить кого хотите?

− Это неважно. Важно то, что я готова заплатить за нее. Назовите цену.

Бригитта подозревала, что горбун запросил с нее втридорога. Пройдоха не мог не заметить небедного наряда визитерши и кареты, в которой она пожаловала. Но торговаться побоялась, вдруг откажет или подсунет не ту таблетку. Пришлось расстаться с частью своих накоплений.

На все предложения портнихи по поводу видения свадебного платья девушка согласно кивала головой. Она могла думать только о таблетке безумия. Принимать или нет? Рискнуть или нет?

− Бригитта! – повысила голос Нанна, − будь добра, поприсутствуй с нами, поучаствуй в процессе. Тебя что, не волнует, как ты будешь выглядеть на собственной свадьбе?

− Меня ваши предложения устраивают, − вяло отмахнулась Бригитта.

− Это меня и пугает, − с нажимом произнесла Нанна. – Сегодня от Чарона Волфуорта птица прилетала с письмом. Герцог собирается представить тебя королю. Всю нашу семью завтра ждут во дворце. Надеюсь, ты будешь более оживлена.

− Какая птица? – уточнила Бригитта.

− Ястреб черный, − с тревогой глядела Нанна на дочку. – Тебя только этот вопрос интересует? Бригитта, ты слышала? Мы завтра едем во дворец.

− Да, мама, слышала, − улыбнулась девушка. Глаза ее оживились, и она уже с большим энтузиазмом начала вести обсуждение с портнихой. Забраковала все, что было предложено и обозначила свой вариант свадебного платья.

Нанна успокоилась, как и Бригитта. Она приняла окончательное решение.

– Вот, сами видите, – плакала в последующий день Нанна.

– Вижу, – мрачно подтвердил герцог.

Утром Бригитта не спустилась к завтраку.

– Как она может разлеживаться в такой важный день! – недоумевала ее мать.

– Перенервничала, – пребывал в полном спокойствии граф Рикон. – Пусть поспит, Нанна. Ты сама сказала – день предстоит важный.

Но женщина не успокоилась и лично отправилась в комнату дочери. Что она испытала, когда увидела Бригитту с полностью белыми зрачками? На миг ей показалось, что это она сама сошла с ума.

Граф Янссен отправил в особняк Волфуорта почтового голубя, и спустя два часа, герцог, заложив руки за спину, возвышался над хрупкой фигуркой обезумевшей девушки.

– Земля! Люди, земля! – глупо хихикала Бригитта.

– Как такое возможно? Как она могла потерять разум? – с подозрением глядел на невесту герцог.

Неужели что-то заподозрил? – испугалась молодая графиня и постаралась притвориться потщательнее.

– Чайки! Я ваша сестра! – дурным голосом прокричала Бригитта. – Я тоже белая чайка! Хочу парить с вами в небе!

– Думаю, она могла отдать свою капсулу с противоядием какому-нибудь бедняку, – предположил Рикон, глядя на дочь с сочувствием и сожалением. – Бригитта жалостливая очень.

– Задери тебя медведь! – не сдержался Чарон.

Глава 4. Обратной дороги нет

Герцог забрал девушку из ее родительского дома, и теперь они вдвоем в его жуткой карете, декорированной желтоглазыми черными птицами, направлялись в распределитель. Бригитта посчитала самым разумным притвориться спящей, иначе как бы он не раскусил ее игры. Она свернулась поудобнее на достаточно широком сиденье и закрыла глаза. Симулировать сон не пришлось, заснула Бригитта по-настоящему.

Чарон разглядывал спящую девушку с острой горечью. Почему именно она утратила способность здраво рассуждать? Почему не приняла противоядие? Как можно быть такой дурой, чтобы отдать свою капсулу другому? Разве можно надеяться на счастливый случай, думать, что безумие обойдет тебя стороной? Конечно, большая часть населения так и живет. Но, если уж есть возможность защититься, разве следует ею пренебрегать?

Он злился, но в то же время – неужели жалел ее? Или, это жалость к себе за то, что потратил впустую столько своего драгоценного времени?

– Бригитта, – тронул Чарон ее за плечо, – просыпайся. Мы приехали.

Она не шелохнулась, и герцог вдруг испугался, что девушка умерла.

– Бригитта! – рявкнул он, дотрагиваясь ладонью до ее губ. Хотел почувствовать дыхание, а ощутил укус.

Она его укусила! Будь на ее месте кто другой, Волфуорт покалечил бы наглеца, но на этот раз сдержался. Девчонке и так досталось. Чарон слизал капельку крови, выступившую между большим и указательным пальцами, и открыл дверь кареты.

Молодая графиня Янссен о распределителе только слышала, до сегодняшнего дня она даже не знала, где он находится. Оказалось, это ничем непримечательное одноэтажное здание на территории военного ведомства.

– Девушку в блок со скаженными, – передал ее Волфуорт молодому дежурному. – Не в общий отсек.

– Так в отдельном эльф сидит. Ему, как представителю другого народа, улучшенные условия предоставили, – отчитался дежурный.

– Эльфа в общий переводите, – велел герцог.

Бригитта топталась возле Волфуорта с небольшим дорожным мешком в руках, который ей собрала мамочка. Эйфория и воодушевление от содеянного уступали место тревогам и страхам от того же содеянного. Не стоит ли ей прекратить все это, пока еще не поздно?

Дверь распределителя толкнули, двое военных впихнули в дежурное помещение связанного, избитого мужчину.

– Мошенник, – пояснил один из военных. – Подсаживался к состоятельным гражданам в погребке и врал, будто видит будущее, выдавал липовые предсказания за определенную мзду.

– Тащите предсказателя в блок к осужденным. – Герцог посторонился, пропуская группу, а Бригитта поняла, что ходу обратно нет. Если она сейчас признается в обмане, ее, как и этого жулика, отправят не в лес, а в тюрьму. Еще и на площади осудят прилюдно.

– Могу уводить девушку? – спросил дежурный генерала.

– Уводи, – разрешил Чарон.

– Идем, милая, – ласково позвал Бригитту военный, забирая из ее рук мешок.

– Я чайка, – важно сказала она.

– Чайка так чайка, – согласился мужчина.

На Волфуорта девушка не глядела. Она покинула дежурное помещение вслед за своим провожатым и не могла знать, что генерал еще какое-то время не двигался с места, просто стоял и смотрел на дверь, которая закрылась за спиной графини Бригитты Янссен.

Распределитель делился на три блока. В первом – размещали скаженных, где сошедшие с ума дожидались отправки в лес. Во втором – ожидали осужденные, кому еще предстояло услышать приговор на площади. В третий блок попасть можно было, спустившись под землю – там находилась тюрьма.

– Даниэл! – ключом открыл дежурный решетчатую преграду между одноместной комнатой-отсеком и коридором. – Выходи.

– Не пойду, – заупрямился представитель иной народности. В комнате имелись кровать и кресло, но эльф предпочел устроиться на дощатом полу.

Вблизи Бригитта смогла рассмотреть мужчину получше. На вид ему двадцать пять, может, чуть больше. Зрачок эльфа уже вернул себе привычный темно-серый цвет. Светлая кожа его слегка светилась, а длинные волосы удивляли белизной, белее снега.

– Тебя твои подданные ждут, – с серьезным видом произнес дежурный.

– Где? – оживился эльф.

– А вон там, – указал страж на комнату побольше.

Бригитта тоже взглянула в сторону, куда собирались переселить эльфа. В отсеке по коридору напротив, огороженном решетчатой дверью, уже устроились двое – тщедушный парень и пожилая дама. Юноша непрестанно двигался, старушка смотрелась безмолвным истуканом.

Девушка не заметила, как Даниэл оказался подле нее и вздрогнула, когда неожиданно услышала его приглушенный голос.

– Не знаешь, как править миром незаметно от этих? – кивнул эльф на молодого военного.

– Нет, – простодушно ответила Бригитта.

– Я тебя научу, – пообещал ушастый.

– Хорошо, – кивнула графиня. Она предпочла не перечить психу.

Блок для скаженных охраняли двое караульных. Один из них открыл замок общего отсека и впустил внутрь Даниэла, а второй записал в учетный журнал данные Бригитты.

– Надо же, – удивился он. – Родовитая. Каким ветром богатейку сюда занесло?

– Ее сам генерал привел, сказал, она свою капсулу отдала кому-то, понадеялась, что за год с ней ничего не случится, – пояснил провожатый графини.

– Жаль девчонку, – с сочувствием отозвался второй караульный. – Пригожая такая.

Бригитта не решилась сесть на кровать. Ведь на ней спал эльф. Интересно, а белье ей поменяют? Она развязала мешок в надежде найти там что-нибудь из съестного. Есть хотелось неимоверно. Пожалуй, чувство голода перебивало даже чувство страха.

Мама не подвела, наряду с нижним бельем и сменным платьем в отдельный кармашек поместила формочку для пикников. Три двойных бутерброда с щедрой нарезкой сыра и мяса, сушеные яблочки и булочка с корицей.

Съев один бутерброд, она принялась за булочку и обнаружила, что за ней наблюдают три пары глаз. Бригитта отвернулась. Все равно поделиться не сможет, скаженные из другого блока находятся достаточно удаленно от нее. Не кидать же им еду через решетку. Когда она доела булочку, все трое продолжали свой гипноз надежды. Графиня обреченно вздохнула и подозвала караульного.

– Отдайте эльфу и его подданным, – просунула она сквозь прутья два бутерброда.

Даниэл единолично съел целый бутерброд, а его так называемые подданные затеяли драку за обладание вторым. Как ни странно, победителем вышла пожилая дама. Проигравший погрозил Бригитте кулаком.

– Давай, девонька, белье поменяю, – впустил караульный в ее отсек невероятной толщины кастеляншу. – Герцог Волфуорт распорядился, чтобы у тебя все чистое было.

Бригитта обрадовалась, она сильно переживала, что на кровати оставят постельное белье, которым пользовался эльф. Неизвестно, когда он последний раз мылся.

– Ничего, девонька, – приговаривала кастелянша, застилая свежую простынь. – Переправят тебя в лес, друзей по разуму себе там заведешь, все и образуется. А ты чего молчишь-то? Обычно ваша братия разговорчивая такая.

– Я чайка, – произнесла Бригитта.

– А, ну коли так, – понимающе глянула на нее женщина, забрала снятое белье и покинула временное жилище графини.

Нельзя забывать притворяться, – сама себя отчитала Бригитта. Она решила копировать действия эльфа. Даниэл выглядел неплохим образчиком для подражания. В настоящую минуту он ударялся лбом об решетчатую дверь. Бригитта сделала также. Эльф поглядел на нее с подозрением.

Спустя некоторое время четверку из блока скаженных отвели на ужин в небольшую столовую, рассчитанную человек на двадцать. Караульные указали им на накрытый стол, а сами присоединились к другим военным, вокруг которых суетилась подавальщица.

Вероятно, дежурные и караул из других блоков, – решила Бригитта. Девушка зачерпнула ложкой из глиняного горшочка теплую маисовую кашу. Без варенья, как она привыкла, не очень вкусно.

– Ешь, – неожиданно подала голос старушка. – А то на завтрак получишь недоеденную за ужином порцию.

Бригитта помедлила, но все же продолжила трапезу. Надо привыкать к новой реальности, сама же выбрала такой путь. От нее не укрылось внимание военных. Мужчины переговаривались и кидали на нее заинтересованные взгляды. А ведь она здесь весьма уязвима, – осознала девушка. – Не посмеют ли эти мужчины себе лишнего по отношению к ней? Сомнения развеял караульный, тот, который с самого начала проявил сочувствие к новенькой.

– Девушку велено не обижать, – донеслись до нее слова караульного. – Перед самим генералом Волфуортом ответ держать придется.

Хоть какой-то прок ей от герцога, – успокоилась Бригитта.

Она готовилась провести бессонную ночь, но ничуть не бывало. Крепко заснула, стоило переодеть ночную рубашку. Переодеваться, правда, пришлось под одеялом.

На следующий день явился Волфуорт и привел с собой Эрниса.

Мужчины остановились напротив дверей ее клетушки. Бригитта глянула, чем занимается эльф. Даниэл широко растопырил пальцы рук и с увлечением разглядывал каждый. Девушка сделала тоже самое.

– Да уж, – печально констатировал Эрнис. – Аделина расстроится, когда узнает. Они вроде успели подружиться. Посмотришь теперь других невест?

– Нет, – категорично отверг Чарон такое предложение. – Хватит с меня одного раза. Это сватовство забрало у меня слишком много эмоциональных сил.

– Жаль, что так получилось, – глядел Лаварэнц на белые зрачки девушки. – Когда думаешь Бригитту в лес отправлять?

– Я чайка, – на всякий случай сказала Бригитта.

– Завтра, – зло бросил герцог и направился прочь от бывшей невесты.

Этим же днем за обедом у нее случился инцидент с Даниэлом. Эльф наглым образом выпил ее компот. Бригитта уже поняла, что поехавшие разумом действуют нестандартно. Она должна была как-то ответить на провокацию ушастого и не придумала ничего лучшего, как съесть его тефтелю. Даниэл в первую секунду рассвирепел, затем залился слезами.

– Не плачь ушастенький, – возникла подле эльфа подавальщица. Она держала в руке поднос с жестяной кружкой.

Бригитта безошибочно определила запах коньяка.

Напиток благотворно подействовал на Даниэла. Эльф расслабился и заявил своим сотрапезникам, что теперь его следует звать троллем.

Ночь, как и предыдущая, прошла для девушки спокойно. Она выспалась и не могла пожаловаться, что спалось ей плохо. А после завтрака караульные велели четверке собираться в дорогу. Хотя собирать им особо и нечего было, у всех по небольшому мешку с собой.

Бригитта не могла дождаться, когда наконец окажется на улице. Воздуха, дуновения ветерочка в темнице определенно не хватало. Она даже была согласна промокнуть под дождем, лишь бы скорее выбраться из закупоренных стен распределителя. Не предполагала графиня и того, что станет ей тяжко от отсутствия привычных звуков и ощущений – шума прибоя волн, постоянного присутствия моря поблизости.

А их все не выводили и не выводили.

В общем блоке затеяли какой-то шумный, глупый спор. И караульный прикрикнул на дурковатых.

– Тише, вы! Скоро на постоянное место жительства отправитесь, там и журчите, сколько влезет.

– А когда отправимся? – уточнила пожилая дама.

Бригитта до сих пор не знала ее имени, а на прямые вопросы старушка предпочитала отмалчиваться и загадочно улыбаться.

– Генерала Волфуорта ждем. Как он прибудет, так и попрощаемся, – не отмахнулся от вопроса женщины караульный.

Бригитта вообще заметила, в распределителе к полоумным относятся вполне по-человечески, скорее с жалостью, чем с издевкой.

– Генерал сам вашу группу к разлому будет сопровождать, – добавил караульный.

Графиня напряглась. Зачем это герцогу ехать с ними? Разве недостаточно специального караульного отряда, где есть свой старший чин? А вдруг…? Бригитта впервые задумалась о том, что лес может ее не принять, она ведь не настоящая скаженная. Вдруг Волфуорт хочет лично наблюдать, как она будет преодолевать мост над разломом?

Королевство от Скаженного леса отделяла впадина, глубинный разлом в земле протяженностью на многие-многие километры. Дыра уходила в кору земли настолько глубоко, что никто не отваживался спускаться туда. На ее склонах природа образовала множество долин с уступами и каньонами. Этот разлом раскалывал мир надвое – мир нормальных людей и мир сумасшедших. В каждом королевстве имелся мост, перекинутый через пропасть. По этому мосту дурковатые и переправлялись в лес. Здоровым людям ходу туда не было. Много, кто пытался, но всегда натыкался на невидимый барьер. Так же и лесные жители уже не могли покинуть своего нового дома.

В блоке в одну секунду все пришло в движение, и скаженных друг за другом вывели на улицу, где Бригитту поджидал сюрприз.

К ней поспешили родители, а вперед Рикона и Нанны, радостно повизгивая, бежал Кардинал. С огромнейшим трудом Бригитте удалось сдержать слезы. Вот с кем ей совсем не хотелось прощаться, так это с разноцветным псом.

Собака в прыжке достала до ее лица и провела по нему длинным шершавым языком.

– Какой милый песик, – хихикнула она с прицелом, что за происходящим внимательно наблюдает герцог. Мужчина стоял чуть поодаль возле черного с птицами экипажа.

Бригитта потискала Кардинала и отпустила пушистого друга, когда к ней подошел отец.

Девушка опустила глаза. Сегодня они вернули себе естественный голубой цвет. Ей было бы намного проще притворяться, останься зрачок еще хоть ненадолго полностью белым.

– Мы не могли не проводить тебя, – обнял ее папа, оттесняя Кардинала.

Пес все равно крутился у ног девушки и безостановочно вилял хвостом-бубликом.

– Твои братья просили передать тебе привет. Ты помнишь своих братьев, Бригитта? – пытался заглянуть в глаза дочери граф Рикон.

– Я тролль, – сказала Бригитта.

– Ясно, – поцеловал ее в лоб отец и отошел переговорить с герцогом Волфуортом.

– Доченька! – заключила ее теперь в объятия уже мама. – Я тут собрала тебе сундучок в дорогу.

Девушка уже увидела этот сундук, который ей точно не поднять.

– Положила вещи теплые, – продолжала Нанна. – Зима близко. Тебе и шубка, и варежки пригодятся. И сапожки на меху. Еще, – понизила она голос, – ларчик с драгоценностями твоими и теми, что герцог подарил. Говорят, в лесу вполне хорошо можно жить. Каменья дорогие везде ценятся. Глядишь, выручат они тебя. А если Чарон подарок свой вернуть захочет, так я и признаюсь, что тебе отдала. Что он мне сделает? Что с глупой бабы взять? Тяжелый сундучок, конечно, вышел, сама не донесешь. Так, эльф скаженный сильным выглядит, дотащит поклажу твою.

Бригитта не была уверена в том, что эльф потащит ее сундук, или попросту не украдет его, слишком непредсказуемо вел себя Даниэл. От него можно было ожидать любой выходки. Но других вариантов не предвиделось. Придется понадеяться на ушастого.

Ей очень хотелось обнять маму, поблагодарить, но приходилось быть осторожной и оставаться в образе. Слишком уж пристально глядел на нее Чарон Волфуорт. Поэтому она просто тюкнулась в мамину шею, поцеловала легонько.

Нанна погладила ее по голове, как гладят маленьких и неразумных детей.

Бригитта последней забралась в перевозочную карету. К счастью, герцог не потребовал ее присутствия в своем экипаже. Наверное, боялся, что она опять его укусит.

В компании троих невменяемых графиня наконец-то смогла расслабиться, побыть самой собой и даже немножко поплакать. В окошко она видела, как мама смахивает с лица слезинки, как рвется вслед за удаляющимся экипажем Кардинал. Отец удерживал крепкой рукой пса за ошейник.

С места тронулась карета герцога и закрыла девушке обзор.

Бригитта впитывала, впечатывала в свою голову образы родителей и любимого питомца. Обратной дороги у нее не было.

По ощущениям путь до разлома занял около пяти часов. Все пять часов Бригитта тряслась от страха, что лес не примет самозванку, и тогда герцог Волфуорт собственноручно лишит ее жизни.

Когда они прибыли на место, графиню пробрала такая дрожь, что можно было даже не притворяться скаженной, настолько ее трясло. Страх неизвестности, страх близкого присутствия герцога порождали панику. Еще и ее сотоварищи подливали масла в огонь.

– Если мы заблудимся в этом лесу? – захныкала старушка.

– Тогда будем смотреть на мох, – предложил Даниэл.

– Зачем? – удивилась женщина.

– Зеленый цвет успокаивает, – авторитетно заявил эльф.

– А если медведь? – опять занервничала дама.

– Если медведь, притворимся мертвыми, – на любой вопрос имелся ответ у Даниэла.

– Зачем? – на этот раз спросил тощий парень, чьего настоящего имени Бригитта тоже так и не узнала, так как он представлялся всегда разными.

– Медведь поймет, что перед ним сумасшедшие и не станет связываться, – дал убедительный ответ ушастый.

Из-за таких диалогов Бригитта выбралась из экипажа напуганной до предела. Теперь она боялась встречи с медведем и боялась заблудиться. Не отвлекла ее от тревог даже открывшаяся панорама леса, разлома и моста, перекинутого через него.

А посмотреть было на что.

Сплошная полоса леса по ту сторону моста поражала воображение. Среди привычных зеленых елей и укутанных желтыми листьями осин, росли деревья незнакомые с листочками и веточками самых разных цветовых оттенков – от сиреневого до бирюзового. Видимо, не зря второе название леса – Волшебный.

Разлом, у которого не было начала и конца, внушал трепет, опасный и в то же время притягательный вид его невольно навевал мысли о бытии, о вечности.

Безупречную картину, созданную самой природой, нарушал лишь мост, перекинутый через пропасть. Кто его построил? – задумалась Бригитта. Люди ли? Если так, то откуда по его середке невидимая преграда?

Ее размышления прервал стук копыт, и к месту переправы присоединился еще один экипаж.

– Ух, успели, – спрыгнул с подножки кареты Лаварэнц и подал руку жене.

– Эрнис, вы зачем приехали? – с неудовольствием глянул Чарон на появление Аделины. – Здесь не место для увеселений.

– А мы и не веселиться приехали, – вместо мужа ответила Аделина. – Я с Бригиттой попрощаться хочу.

– Она все равно ничего не понимает, – фыркнул герцог. – Зря только время потратили.

– Чарон, да ладно тебе, – миролюбиво заметил Эрнис. – Ты ведь тоже здесь. Пусть попрощается.

– Хорошо, – буркнул Волфуорт.

Аделина крепко обняла Бригитту.

– Ты такая отважная, – зашептала она девушке в ухо. – Я и не предполагала, что решишься.

– Лучше так, чем жить с ним, – тихонько молвила графиня. – Спасибо тебе, Аделина. Не проговорись только ему. Никогда.

– Можешь положиться на меня, – пообещала жена Эрниса. – Вот, я тебе привезла, возьми.

– Плитка шоколада? – выступили на глазах Бригитты слезы благодарности.

– Самого настоящего, – подтвердила рыжеволосая девушка.

– Попрощалась? – приблизился к ним Чарон.

– Да, милорд, – сладенько улыбнулась Аделина, а графиня быстро сунула шоколадку в карман плаща.

– Отлично, а теперь я бы сам хотел поговорить с Бригиттой.

– Конечно, – обняла Аделина напоследок несостоявшуюся невесту герцога.

– Не знаю, разберешься ли ты, но надеюсь, тебе пригодится, – неожиданно вложил Волфуорт что-то в руку Бригитты.

Это оказался компас, сделанный из золота и никеля. Девушка умела пользоваться компасом, и он очень даже мог пригодиться ей.

– Я тролль, – сказала она, сжимая в ладони компас.

– Да? – поползла вверх одна бровь на лице герцога. – А вчера была чайкой.

– Сегодня – тролль.

– Ладно, тролль. Это – компас. По нему легко ориентироваться в лесу. Магнитные стрелки показывают направление.

Чарон не договорил, на Бригитту кинулся скаженный тощий парень и попытался отнять у нее компас.

У напавшего ничего не вышло. Герцог проткнул парня шпагой точнехонько в область сердца.

Уже второй раз на ее глазах Волфуорт играючи убивал человека.

– Он же просто хотел взять компас, – на миг вышла из образа Бригитта.

– А я не хотел, чтобы он забирал его у тебя.

– Я тролль, – скрыла девушка за глупой ширмой гамму чувств и эмоций.

– Тебе пора, тролль, – вздохнул генерал Волфуорт.

– Становись! – скомандовал психам старший караульного отряда.

Первой к мосту направилась старушка. На убийство парня она вообще никак не отреагировала.

– Даниэл, – подмигнул эльфу караульный из распределителя, – теперь можешь управлять миром. Лес в твоем распоряжении.

– Ты прав, жалкий раб, – с достоинством ответил эльф и подхватил неподъемный сундук Бригитты.

В кругу военных засмеялись, но смех неожиданно оборвался.

Пожилая дама неловко оступилась, взмахнула руками и полетела в пропасть. На мосту остался лежать ее дорожный мешок.

Бригитта зажала рот рукой. Боковым зрением она видела, как Эрнис уводит всхлипывающую Аделину в карету.

Последовавшая одна за другой смерть людей, с кем графиня делила несколько дней подряд общий стол, заставила ее действовать. Она не собирается помирать на этом чертовом мосту и не собирается позволить Волфуорту проткнуть ее шпагой.

Бригитта решительно догнала Даниэла и крепко схватила его за руку. Во второй руке девушка также крепко сжимала компас. Она предположила, если будет держаться за настоящего скаженного, преграда пропустит и ее тоже.

На середине моста невидимый заслон стал ощутимым. Гул, исходящий от него, отдавался болью в висках. Эльф уверенно шагнул сквозь черту, но не смог пройти дальше. Сундук Бригитты и сама она тянули его назад. От волнения сердце девушки застучало в бешеном ритме. Неужели не получится? Даниэл недоуменно застыл, но спустя короткий миг со всей силы дернул за собой тяжеленный сундук, а заодно и графиню, втащив таким образом Бригитту и ее поклажу по другую сторону преграды.

Глава 5. Скаженный лес

– И что теперь? – со смешанными чувствами страха и предвкушения оглядывалась Бригитта по сторонам.

Лес не выглядел зловещим, скорее наоборот, притягивал, приглашал. Палитра его насыщенных осенних тонов тесно переплеталась с нежными оттенками лазури, лаванды, марципана и другими, несвойственными обычной чаще цветовыми сочетаниями.

Позади остался мост и прежняя жизнь.

Графиня обернулась и, что удивительно, со стороны леса защитная преграда между мирами отчетливо просматривалась. Полупрозрачная субстанция тянулась через расселину, делила надвое мост, дрожала, вибрировала, издавала слабый гул. По другую сторону моста пейзаж казался размытым, смазанным, а людей так вообще не было видно. Уже ушли?

Бригитта, повинуясь внезапному порыву, показала неприличный жест невидимому отсюда Волфуорту. Этому жесту еще в детстве ее обучили дворовые мальчишки из родного прибрежного района, и до сих пор она его ни разу не применяла.

Спонтанная шалость подняла девушке настроение, а когда она увидела, что эльф повторяет неприличность за ней, расхохоталась. Смех стал реакцией на стресс, панику, истерику и закончился слезами, перемешанными с икотой. Наверное, она сейчас действительно походит на настоящую сумасшедшую, – совсем уже невесело думала Бригитта.

– Даниэл, ты умеешь ориентироваться в лесу? – открыла она крышку компаса. – Судя по стрелкам, идти нам надо на север, запад или восток. Юг мы оставляем позади.

– Мне нравится слово восток. Идем туда, – предложил эльф.

– Идем, – согласилась девушка. – Надо лишь сделать первый шаг.

Она пристроила на плече два мешка, свой и Даниэла, а он подхватил ее сундук. Пока эльф не выказывал протеста по поводу тяжелой поклажи. Может, он думает, что это его сундук? – немного напряглась Бригитта, но благоразумно решила не прояснять сиюминутно данный вопрос.

В лесу кипела своя, особенная жизнь. Каждая веточка, каждый листочек создавали общую неповторимую атмосферу. Бригитта зачарованно оглядывала массивные кедры, тоненькие ясени, широколиственные вязы и дуплистые липы. Сквозь засохший хворост пробивались желтые колокольчики, и каждый колокольчик обладал своим полутоном желтого – ваниль, лютик, лимон, воск, кукуруза, горчица, шафран, груша, да, возможно и еще что, только девушка затруднилась бы перечислить весь богатый красочный спектр окраса. Бугристую шляпку огромного гриба на толстой ножке облюбовала пятнистая ящерица. Дуб с огненно красными листьями окружали неизвестные деревца с васильковыми цветочными шапочками. А под кустами орешника на плоских камнях россыпью сияли вересковые камушки.

И птицы. От мала до велика, все они весело переговаривались, любопытно посматривали на пришельцев, перелетали с ветки на ветку вслед за ними.

Где-то над вершинами деревьев пролетела ворона, и ее карканье еще долго отдавалось отголосками, смешивалось с птичьим хором.

– Скоро начнет вечереть, – забеспокоилась Бригитта. – Если мы не выйдем к людям, надо поискать место для ночлега.

– Будем спать под кедром. Под ним комары и другие насекомые не кусают, – проявил эльф осведомленность.

– Под кедром, так под кедром, – не обладала графиня нужными знаниями и положилась на ушастого. Не совсем ведь он из ума выжил, кое-что помнит из прошлой жизни.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.