Светлана Забегалина
Золушка для герцога

Глава 1 События прошлого

Восемнадцать лет назад поздно вечером, когда весь замок кроме охранника, дежурившего на башне, спал, около замка барона фон Дитриха остановилась карета. Это была карета барона. Слуги не ждали так скоро возвращения своих хозяев – барона и его жены баронессы, те убыли погостить к соседям на пару дней и ожидались не ранее как к вечеру завтрашнего дня. Поэтому не сразу подбежали, чтобы открыть дверцу. Кучер на козлах не кричал как обычно при приближении к дому. Он был тяжело ранен и едва дышал.

Открыв дверцу, лакей чуть было не отпрыгнул от неожиданности, а управляющий замка – господин Жером, запыхавшись пока бежал к карете и вовсе схватился за сердце. Баронесса была уже мертва от тяжелого ранения в живот и ее платье окрасилось кровью почти наполовину, барон еще дышал, прижав к глубокой ране в груди красный, когда бывший белоснежным кружевной платок. Перевязать в этой скачке, судя по запыленной и полуразбитой карете их было некому. Барона и его уже покойную жену перенесли в дом.

Жизнь барона продлилась еще несколько минут. За это время он успел сказать управляющему шифр от своего сейфа в кабинете, где хранилось завещание и часть сбережений, а также заготовленное распоряжение по управлению домом и поместьем в случае его неожиданной кончины. Барон был еще молод, и нельзя было ожидать такой внезапной смерти обоих супругов. Их малолетняя дочь Алисия оставалась сиротой.

Перед смертью барон фон Дитрих испросил клятвы со своего управляющего, что тот воспитает наследницу так, как будто это его собственная дочь. Управляющий, без каких-либо колебаний произнес эту клятву. У него самого был пятилетний сын и дочка двух лет, которая родилась в одно и то же время с наследницей. Поэтому управляющий не сомневался, что сможет выполнить клятву. Да и в том, что сумеет ее обойти, как подумалось ему про себя. Особенно с такой умной и предприимчивой женой.

Глава 2. Спустя восемнадцать лет…

Алисии исполнилось двадцать лет. А значит уже через год она могла приехать в банк и узнать, что хранится в банковской ячейке, открытой ее отцом. Жером все эти годы постепенно подменил воспитание баронессы на воспитание собственной дочери. Игрушки мягко переехали в комнату его дочери, а новые почти не появлялись. Да и саму Алисию сразу же под предлогом, чтобы не скучала определили в комнату поменьше и попроще обставленную. Няньку Алисии рассчитали, когда той исполнилось семь лет. Остальных слуг, что помнили прежних хозяев тоже постепенно меняли. В итоге через восемнадцать лет из прежней прислуги осталась полуглухая кухарка Ариша, да конюх Филипп.

На уроки математики, каллиграфии, географии, истории, вышивания, домоводства они ходили вместе, а вот обучение танцам и этикету поведения в высшем свете – только Алаиса – родная дочка управляющего. Ибо он мечтал выдать свою дочь за какого-нибудь дворянина, пусть и не богатого, но главное с титулом, а вот баронская дочь должна проигрывать на ее фоне и казаться невоспитанной. Иначе в доме и поместье может появиться новый хозяин, а этого не хотелось Жерому, как и его жене Жоржетте. В итоге клятва не нарушена управляющим, а его жена и вовсе клятв не давала.

Итак, управляющий не нарушил клятву – воспитал Алисию как собственную дочь – как было бы достаточно для дочери управляющего, а вот что собственную дочь баловали больше и строили в отношении нее грандиозные планы – так это супруга управляющего, которая и нанимала для собственной дочери дополнительных учителей, конечно на деньги полученные с доходов поместья, а не на собственное жалованье, итак втрое подскочившее за последние годы. Одежду, обувь, украшения, да и все что было у обеих девочек, выросших в симпатичных девушек – тоже выбирала и покупала жена управляющего – не мужское это дело по лавкам с одеждой ходить. Родная дочь Алаиса чаще гуляла в обновках, да и платья ее выглядели побогаче, а вот Алисия все больше донашивала одежду за своей более крупной погодкой. Дочь управляющего учила этикет и танцы, а баронская дочь помогала по хозяйству тем самым двум старым слугам, которых грозились уволить, если не будут справляться. Алисия вставала пораньше, чтобы на кухне Арише помочь, а вечером прибегала на конюшню, проверить не нужно ли лошадку расчесать да помыть, а то Филипп со своим радикулитом иногда с трудом двигался. Кроме этих двоих не с кем было поговорить о родителях, которых девушка совсем не помнила.

Глава 3 Герцог де Бюсси

Анри де Бюсси, молодой герцог двадцати одного года нервно вышагивал по кабинету. Недавно он вышел из-под опеки своего дяди. Положение дел в целом было понятно. Его дядя был порядочным человеком и заботился на протяжении всего этого времени о племяннике как мог. Сначала взял сироту к себе, затем определил в Академию на учебу, исправно выдавал юноше необходимые суммы на карманные расходы, не баловал лишнего, но и не взял ни золотого себе. Все расходные книги велись исправно. Анри вырос в достатке и получал хорошее образование. Учиться оставалось всего несколько месяцев.

В день совершеннолетия юноша получил доступ к бумагам отца, хранившимся отдельно от завещания, и вдруг узнал, что его родители заключили помолвку своего сына с дочерью своих друзей. Дядя, как оказалось, об этом не знал, ну или не признавался, что знал. С кем был заключен договор о помолвке было неизвестно. Документ обгорел за время хранения в металлическом сейфе, хотя внешне сейф почти не пострадал, и самое важное место документа – там, где было написано имя практически не читался. Сохранилась только буква А. Низ бумаги также был испорчен, была подпись отца Анри, но подпись его возможного тестя не сохранилась, как и полное имя «невесты».

Как порядочный человек Анри решил исполнить волю родителей. Не то, чтобы срочно жениться на этой неизвестной «А», но хотя бы найти ее. Да и реши он вдруг, чем нечистый не шутит, жениться, так заключенная помолвка станет препятствием. Ни один храм не одобрит, священное пламя не загорится, если помолвка будет действующей с другой девушкой. Ну так вот, стряпчий услышав желание юноши найти свою невесту, не нашел ничего лучшего, чем дать объявление в газете. Всего из нескольких слов. Экономил, видимо, как съёрничал Анри. «Герцог Анри де Бюсси ищет невесту» – говорилось в том объявлении. С момента публикации этого объявления жизнь Анри однозначно вошла в черную полосу.

Вся Академия, где учились в основном парни, считала своим долгом подшутить над Арни, начиная с декана и заканчивая охранниками на воротах. С однокурсниками он едва не подрался – настолько колкими их шуточки оказались – типа не знали, что герцогу так трудно найти невесту, что аж объявления приходится давать. Девушки старались привлечь внимание стреляя глазками, кокетливо хихикая, а кое-кто и вовсе открыто предлагая себя.

Анри устал от этого всего в Академии, но стоило ему приехать в поместье, так началось паломничество, иначе не скажешь, всех окрестных дворян, имеющих половозрелых и даже несовершеннолетних девиц. Всем гостям приходилось нудно объяснять, что он ищет конкретную девушку, с которой был помолвлен в детском возрасте. Анри исключал из списка всех девушек, которым было меньше восемнадцати лет – она бы не успела родиться к моменту оформления помолвки, и всех чье имя начиналось не на букву «А».

По итогу оказалось, что имен на букву «А» предостаточно, а девушки крайне назойливы. Еще бы – молодой красивый герцог, да еще и полностью самостоятельный, сирота, не нужно находить общий язык со свекровью или ждать одобрения свекра для свадьбы.

Дополнительную «зацепку» для «отсева» невест послужили обстоятельства смерти родителей молодого герцога. Буквально за день до поджога поместья, в дыму которого задохнулась мать, а отец сильно обгорел и умер, вынося сына на своих руках из детской, родители встречались с кем-то из своих друзей, когда и подписали документ. Те приезжали ненадолго, налегке, а значит жили относительно недалеко. Пробыли всего ничего и уехали быстро. Последнее обстоятельство показалось Анри подозрительным. Да и никто не давал о себе знать из соседей со времени смерти родителей – за исключением хозяйственных вопросов и тяжб, успешно решаемых дядей.

Что за невеста «А» из соседних поместий, о которой не было ни слуху, ни духу восемнадцать лет оставалось большим вопросом.

Из потенциальных объявившихся невест «подходящими» под все критерии пока были три, но могли объявиться еще. Анри вообще был ни в чем не уверен. Пробовал обратиться к дяде Грегу – своему бывшему опекуну, но тот усмехнулся, пожевал губами и ответил, что никогда не вмешивался в семейные дела своей родни. Воспитать – воспитал, а вот с невестой мол может посоветовать только не спешить. Жениться все равно рановато, успеет еще женушка плешь прогрызть. А тех, кто хочет замуж за Анри выйти проверять по полной программе, чтобы не обманули и не позориться в храме, притащив к алтарю по ошибке фальшивую невесту. Анри согласился. Теперь как герцог он должен был чаще появляться в собственном поместье, хотя бы раз в месяц, пока доучивается в Академии, чтобы не запускать дела, вникать в нужды графства, а параллельно и проверит «невестушек».

Глава 4 Попытка не пытка

Управляющий Жером сидел в кабинете покойного барона, который он уже привык считать своим. Он помнил о помолвке Алисии и нынешнего герцога де Бюсси, вернее о том дне, когда покойный ныне барон с гордостью поделился с управляющим новостью, что определил будущее дочери и может теперь не волноваться о том, в какую семью она попадет замуж, и как там к ней будут относиться, ибо родители жениха не только богаты, образованны, на хорошем счету у короля, но и являются их лучшими друзьями. Но не торопился рассказывать о помолвке Алисии. Жена Жерома Жоржетта тоже была в курсе.

Когда прошли слухи, что молодой герцог ищет невесту, с которой его родители в малолетстве его помолвили, то Жером понял, что нужно попытать счастья. Его Алаиса хорошо воспитана, привыкла одеваться как юная баронесса, а не как дочь мелкого разорившегося аристократа, коим являлся Жером, а значит, если произведет впечатление, то герцог женится. Раз не знает точное имя невесты, то этим можно воспользоваться. Алаиса и Алисия даже звучат похоже. А помарка в имени значит существенная, раз сомневается молодой герцог.

Решено. Послать Алаису к герцогу для знакомства, с компаньонкой, конечно. Нет, конечно, всякие нечестные методы они применять не будут. Его дочь всего лишь познакомится с герцогом, а так как она хорошенькая, а герцог, по слухам, ищет невесту, то может и влюбится, и отказываться не будет, если вскроется ошибка. У него там итак три девицы в гостьях во флигеле живут, все знатные, а где три, там и четыре. Ну а если разгневаться молодой герцог изволит, то всегда можно сказать. Мол на разведку дочку посылал, а то баронская дочь ценное сокровище, ка родная ему, а тут посылать к неизвестному человеку, будучи обязанным бывшему господину, да под клятвой страшно. Родную дочь попросил, чтобы баронскую сохранить, как единственную наследницу.

Алисия помогла собираться Алаисе, не подозревая о том, что та едет занять ее место. Управляющий был человеком разумным, и те платья, что шились для Алисии и Алаисы были пусть и из довольно дорогих тканей, но скромными, такими, чтобы не стыдно было и к завтраку спуститься и в город съездить, и на службу в храм прийти. Чтобы поездка Алаисы не выглядела как переезд или заявка на осаду герцога было взято пять платьев, три пары сменного белья, да теплый плащ с ботиночками, на случай холодов.

Алисия помогала складывать вещи названной сестре, и все пыталась выведать зачем та едет в гости на несколько дней, к мужчине одна без родителей, пусть и с компаньонкой. Алаиса пожимала плечами

– Батюшка так распорядился. Там еще девушки есть, так что не скучно будет.

Правду о том, что отец просил произвести на молодого герцога впечатление она не говорила, отец сказал ей также будто Анри де Бюсси очень хорош собой, богат и не желая жениться не зная невесты лишь по сговору, а на родителей положиться не может – сирота, и поэтому хочет присмотреться к потенциальным невестам. Так ей сказал отец.

Когда Алаиса выезжала из замка, Алисия стояла на крепостной стене и махала ей платочком вслед. Сестра как-никак. Хоть и названная.

Тем временем граф Карлос Марлон, мужчина лет сорока в задумчивости ходил из угла в угол в своем кабинете. Он думал. Его третья жена недавно скончалась, сроки траура как раз на днях заканчивались. А вместе с тем заканчивались и деньги. Граф был не красавец. Нет, у него не было каких-либо существенных недостатков во внешности. Он остановился напротив трюмо, стоявшим почему-то в кабинете – «ну, подумаешь, залысины, седина пробивается вовсю, и живот мне не мешает, он всего-то килограмм двадцать, на общем фоне и не заметно, высоким не уродился, не виноват, а вот кожа лоснится – значит мужчина в самом соку». Действительно, граф много кушал, пренебрегал любыми физическими нагрузками, поэтому фигура его расплылась, а чрезмерное пристрастие к разным средствам, якобы для кожи и волос привело к тому, что кожа его блестела как у болотной жабы, а волосы от экспериментов поредели и почти выпали.

Экспериментировал граф со внешностью с помощью магических зелий, чаще запрещенных. Природа не наградила его привлекательной внешностью, а так как в молодости для него был возможен только брак по расчету, если, конечно, он желал жить по меньшей мере в комфорте и безбедно, нужно было найти богатую наследницу с приличным приданым, чтобы ни в чем не нуждаться за счет жены и ее родни. У таких планов у тогда еще молодого виконта имелся недостаток – влюбляться в него девушки не спешили, особенно богатые наследницы. Тогда он и провернул свою первую удачную сделку, вернее брак. Купил зелий, улучшающих внешность, и потихоньку используя добился того, что одна из дебютанток бала влюбилась в него без оглядки. Зелья надо было пить постоянно. Первая жена развелась с ним, едва поняв, как отличается иллюзорная внешность от того, что она чувствовала руками. Да, увы, зелье оставляло ощущения жирка на животе, слабого тела и залысины. Стоило «пощупать» тело, как морок спадал.

Вторая жена сбежала с молодому любовнику, и вот недавно он получил известие, что она утонула где-то в Волчьем озере, уж неизвестно почему так названном. Теперь он был вдовцом, мог третий раз жениться. И искал жену без родственников, такую, чтобы унаследовать ее владения. Ну или с минимальным набором престарелой родни, чтобы через жену унаследовать и их состояние. Перед графом лежал лист со списком потенциальных невест. Там кроме прочих имен были имена баронессы Алисии фон Дитрих, а также Амалии, Анетты, Агриппины – дочерей местных баронов. Следовало дождаться удобного случая, чтобы «поохотиться» на невесту, можно даже скомпрометировать, чтобы потом благородно жениться. Много ли для этого надо – остаться наедине, да потом чтобы «застукали».

Граф взял с комода колокольчик и позвонил. Вызывая дворецкого. Тот прибыл незамедлительно. Молодой, с темными волосами, собранными в хвост, немного смуглый, вопреки ожиданиям при виде человека со смуглой кожей синеглазый, а по внешнему впечатлению – противоположность хозяину. Он был приятной наружности, а служил дворецким всего пару лет, вслед за отцом-дворецким, обучившим всем премудростям сына.

– Честер – заговорил Карлос – В ближайшее время ты мне понадобишься. Надо будет разузнать от слуг наших соседей последние сплетни про невест на выданье благородного происхождения. О том, какое приданое за кого приготовили, да где девушки чаще всего бывают, чтобы неожиданную встречу подстроить.

Честер поклонился и обещал, что выполнит.

– Кроме того, придется тебе пофлиртовать с их горничными. Так, чтобы уж наверняка все выведать.

Честер снова поклонился. Молодой человек недавно закончил училище для простолюдинов, после которых и брали в дворецкие, да экономки. Его отец был до этого дворецким, но по слабости здоровья – стар стал уже, основные обязанности выполнял за него сын.

Алаиса прибыла к герцогу вместе с горничной в карете покойного барона. Да и не было других карет у них, чтобы без герба. Лакей, встречавший прибывших безошибочно определили горничную по ее платью, а насчет барышни тоже сделал свои выводы. Кто ж с горничной приезжает, кроме титулованных особ женского пола. Он побоялся спрашивать, кто прибыл, видя дурное настроение девушки, и доложил дворецкому, что приехала баронесса Алисия фон Дитрих.

Герцог спустился к девушке, поприветствовать, согласно правилам гостеприимства, особого интереса девушка у него не вызвала, но он любезно предложил ей занять комнату в гостевом домике, где уже живут Агриппина, Амалия и Анетта, которые несомненно будут рады увеличению их компании, новому лицу, а вот он сам вынужден откланяться – дела зовут.

Глава 5 В поместье герцога

Алаиса расположилась в указанной комнате и отправилась обедать. В столовой, она располагалась на первом этаже того же гостевого домика, отдельно от хозяина, что не понравилось Алаисе, уже сидели три девушки, при виде ее скорчившие недовольные гримасы. Что в общем-то было понятно. Какая радость – еще одна конкурентка. Затянутая в корсет талия одной явно воевала с тугой шнуровкой. Платье грозило лопнуть, однако его хозяйка, представившаяся как Агриппина, сдвигала все блюда, до которых могла дотянуться к себе. Ела она не переставая, видно дорвалась до бесконтрольного поглощения пищи. Ее соседка, Амалия – черноволосая, худая девушка, сидевшая на стуле так прямо, что будто на кол насадили, брезгливо поджимала губы и закатывала глаза в потолок. Ее раздражали манеры, вернее их отсутствие у соседки. Наконец, Анетта – внешне безобидная, голубоглазая блондинка, беспрерывно хихикала, и поглядывая на соседок и выкладывала кусочки бекона у себя в тарелки в виде сердечка.

«Да уж, дурдом какой-то» – подумала дочка управляющего.

Первой заговорила Амалия. Поглотив видимо нужное и обязательное количество калорий с полупустой тарелки, она отложила столовые приборы и произнесла

– Ты что же, милочка, думаешь, что мы тут втроем каждый ужин просто так время с герцогом проводим? Между собой мы уж распределили, кто и когда ему намеки делает. Ну и время чтобы герцога очаровать распределено. У Агриппины после завтрака, она в это время самая стройная, Анетта после обеда – она самая подвижная, а его светлость после обеда то на лошади ускачет, то в кабинет поднимется так быстро, что и перехватить кроме нее никто не успеет. А я после ужина симпатии ищу я –то всегда стройная и на ночь не переедаю. А ты в наш график не вписываешься – ну если только по ночам к нему в спальню будешь пытаться влезть – и рассмеялась сухим неприятным смехом. Его подхватил гогот Агриппины и хихиканье Анетты.

Алаиса молчала. В голове у нее был сумбур. Однозначно она про себя решила, что раз молодой герцог такой дурак, что терпит около себя таких дур, то явно она даже пытаться не станет ему понравиться, хоть папенька и говорил, что хорошо бы понравиться. Если сестрице названной надо, то пусть сама и едет, а она погостит пару денечков и домой.

На ужин они все действительно приглашались в дом, где каждый день в одно и тоже время ужинал Анри. На время гостей. На завтрак не приглашал так как придется ждать пока все соберутся, а девушки, как он был наслышан, из знатных только к обеду иногда и просыпаются. Обед он совмещал с решением деловых вопросов, ну а быстро поужинав он мог отговориться усталостью и ретироваться спать в любой момент, а главное к ужину приезжали знакомые, что разбавляли женскую компанию и заодно выуживали о претендентках сведения. В первую очередь герцога интересовал характер, ум и умение вести себя в обществе. Пока от всех троих он был мягко сказать не в восторге и гадал, все ли девицы настолько не воспитаны и глупы, или это ему так «повезло».

Присутствие четвертой девушки за ужином чуть скрасило времяпровождение герцога. Девушка хотя бы молчала, и не отличилась ни пышностью форм, ни худобой, не раздражала глаз и уши, так сказать. Из других гостей прибыл дядя Грегори, которого Анри был откровенно рад видеть, и прибыл Честер, образованный молодой дворецкий соседа, которого герцог усадил за общий стол, чтобы отвлек на себя часть внимания, да и перекинуться парой фраз о делах по поместью. Ничего секретного, так что леди пусть послушают, чем занят мозг герцога вместо тряпок, украшений и балов.

Честер, помня о приказе хозяина, с удовольствием принял приглашение герцога. За столом он увидел четырех девиц. Запомнил их имена и решил обязательно проводить после ужина до гостевого домика, а может и прогуляться по парку, и попытаться выведать о приданом, да желании выйти замуж, не только за герцога, а вообще. Лишь одна девушка не вписывалась в эту компанию, с живым взглядом и отсутствием жеманности. Баронесса фон Дитрих, как ему ее представили. Когда назвали ее имя леди Алисия вспыхнула, будто бы от смущения, чем собственно и привлекла к себе внимание молодых людей. Но если герцог смотрел на нее спокойно, просто без раздражения, в отличие от остальных «невест», то вот Честер кидал на нее взгляды задумчиво-заинтересованные. Молодой дворецкий понравился Алаисе и вспыхнула она от того, что будет считать ее обманщицей, если обман вскроется, и сочтет ее неровней, если ее не разоблачат. И что лучше и что хуже девушка не знала.

Честер же про себя решил, что баронессу убережет от внимания своего господина, и лучше присмотрит для него такую жену, чтобы и деньги принесла в дом, и не мешала управлять хозяйством. А вот баронесса, за которую он принял Алаису была очень симпатичной, а главное живой, без жеманства и всего того, что его раздражало в девушках.

Когда герцог стал обговаривать с Честером поставки продуктов, то именно баронесса прислушалась и как-то не задумываясь особо, на автомате выдала дельный совет. Герцог и Честер на нее воззарились в изумлении, и девушка, как бы извиняясь произнесла

– Мой батюшка так делает – затем она вспомнила, за кого ее принимают, и продолжила – названный батюшка, мы с его дочерью с раннего детства вместе, и привыкли считать родителей общими.

Герцог удивился, но запомнил. Честер же поставил себе галочку в уме познакомиться с ее названной сестрой, может она похожа, но в отличие от баронессы является ему ровней, а за такую смышленую и симпатичную он посватался бы не раздумывая.

После ужина герцог удалился в гостиную, за ним и большинство гостей. Лишь Алаиса чувствуя нежелание обольщать хозяина поместья решила удалиться в сад, а затем и в гостевой домик под предлогом, что привыкла рано ложиться спать. Да и у соседок по домику не хотелось вызывать ревность. Честер обрадовался, и сказал, что обязательно проводит гостью, чтобы она не чувствовала себя одинокой. Алаисе ничего не оставалось, как согласиться.

Едва они сделали несколько шагов от крыльца, как Честер попросил разрешения на несколько вопросов. Девушка нехотя кивнула. Честер ей нравился, но она боялась неудобных вопросов.

– Леди Алисия, а подскажите, Вашей названной сестре столько же лет, как и Вам?

– Да, Честер.

– А не расскажете ли Вы немного о дочери Вашего управляющего? Что она любит, чем увлекается, каков характер?

Алаиса удивилась вопросам, и так как вопросы были о дочери управляющего, то и стала рассказывать про себя.

– Любит музыку, цветы, увлекается экономикой и торговлей, старается вникать в дела родителей, чтобы в будущем стать самой экономкой. Умеет хорошо считать, сводить дебет с кредитом – ввернула модные слова к месту, разбирается в правилах этикета и может грамотно подготовить помещения к празднику. По характеру – трудно сказать, ориентируйтесь на мой характер.

– Отлично, а смогу ли я с ней познакомиться? Как ее зовут?

Алаиса хотела бы сказать, что он уже с ней познакомился. Тем более, что Честер был как раз таким, каким она представляла героя своего романа, внешне, по крайней мере, но не могла. Он примет ее за обманщицу. Да и вообще скандал будет. И зачем только она поехала как баронесса, где ее мозг был, когда согласилась на предложение отца… Но вздохнув, решила говорить обиняками, да намеками, расплывчато.

– Алаиса ее имя, да она совершенно свободна и, думаю, с удовольствием бы пообщалась с Вами.

– Благодарю Вас леди, что ответили на мои вопросы. Поверьте, мои намерения всегда честные, можете не беспокоиться за названную сестру. Я ни в коей мере ее не скомпрометирую.

Алаиса подумала о том, что настоящую баронессу общество дворецкого чужого поместья как раз бы скомпрометировало. А вот если бы она была под своим именем, то могла бы надеяться на внимание этого симпатичного юноши, ну или мужчины, про себя она еще не определила к кому отнести Честера – к юношам, он ведь чуть старше ее или к молодым мужчинам, судя по его деловой хватке.

Вечером Алаиса едва заснула. Она приехала по воле отца, чтобы познакомиться и понравиться герцогу, а по итогу встретила молодого человека, который ей понравился, а она обманывает всех. Он думает, что не ровня ей и хочется познакомиться с ее названной сестрой, а ее принимает за баронессу. Как глупо и несправедливо все получилось… Как исправить? Во сне она видит себя и Честера, они стоят рядом, алтарь, за ее спиной родители. Внезапно она видит, что к нему, к ее, как она понимает, жениху, идет другая девушка в платье невесты, и она уступает место. Честер как будто не видит, что невеста другая девушка, да и вообще не смотрит на нее. Родители бросаются утешать Алаису, а отец бормочет «Ну кто же знал, что так обернется, мы ж хотели как лучше, чтобы за благородного вышла. За лорда».

Честер же улыбался, вспоминая как он думал баронессу, вот бы и дочь ее управляющего была такой же. Чтобы прямо как близнец во всем. Хотя он видел баронессу всего ничего, но сразу видно, что это именно то, чего он желал бы для себя.

Лишь герцог спал совершенно спокойно. В душе было небольшое недовольство, что у него четыре гостьи теперь, и такое же небольшое разочарование – баронесса его «не зацепила», а это собственно все подходящие по имени и возрасту претендентки на брак с ним, если исходить из помолвки, заключенной в раннем детстве по воле родителей. А чего, собственно, он ожидал? Благородные девицы все сплошь скучные и созданы из кокетства. Баронесса вроде получше, но простовата, без огня что ли внутреннего.

Глава 6 Алисия действует

Алаиса проснулась рано утром. В голове у нее созрел маленький план. Она тотчас же написала записку Алисии.

«Алисия, здравствуй! Умоляю, не сердись на меня, за то что поддалась уговорам отца. Я не хочу внимания герцога, потому что встретила того, с кем бы хотела идти к алтарю, и он мне ровня. Ты настоящая его невеста. Я не хочу обманывать ни его, ни Честера – это тот самый молодой человек, я еду домой, к родителям, надеюсь встретить его там, но уже как Алаиса. И да, по ошибке меня приняли за тебя, а я не стала опровергать это недоразумение. Так батюшка желал. Прости за наш обман, не наказывай, прошу.

Твоя названная сестра, Алаиса.»

Записку Алаиса запечатала в конверт, и попросила передать в поместье баронессе фон Дитрих через мальчишку почтальона, что с утра обходил близ лежащие дома с почтой. Это была имперская почта, мальчишка не знал, кто передает письмо, лишь брал обязательную плату за доставку, что шла в казну, а за услуги платил тот, кому письмо предназначалось. Письма поэтому не терялись. Квиточек о том, что письмо взято для доставки оставался у отправителя, и скрыть факт, что письмо было почтальон не мог, а вот адресат мол быть щедрым или скупым. Сама Алаиса собиралась отправиться домой после завтрака.

Отправив письмо, недаром же она встала пораньше, чтобы успеть отправить утренней почтой записку. Затем она попросила горничную рассказать все, что та успела узнать о герцоге, его доме, и делах в поместье. Горничная рассказала, что герцог не любит празднеств и шумные компании, много времени проводит в поездках по делам, жениться особо не хочет, даже вообще не хочет, но чувствует себя обязанным найти ту, с кем его помолвили в раннем детстве. Вот гостьи и стараются изо всех сил доказать, что они настоящие невесты. Да только герцог неохотно с ними время проводит. Еще в поместье часто меняются горничные. Ей даже вот предложили. Почему предложили? Да потому что девушки нанимаются, влюбляются в хозяина, а его это раздражает, и он дает расчет. Не путается он с прислугой как некоторые господа. Все это Алаиса запомнила, и сказала, чтобы если что, то и Алисии все рассказала честно, как на духу. Горничная закивала – правду ведь говорить не зазорно.

Сразу после завтрака, где Алаиса сказала, что хочет поздравить названную сестру с днем рождения, и благодарит за гостеприимство, но откланивается, бумаги, что просил передать управляющий она передала, так что ничто ее не задерживает, и она отправляется домой. Герцог был немного удивлен такой быстротой отъезда, но списал это на то, что баронесса сирота, которая сама занимается делами, как и он, хотя бы внутри поместья. Управляющего он помнил, а вот баронесса впервые показала себя на людях. Были бы живы родители или близкие родственники, то это случилось бы раньше, а тут пришлось ждать совершеннолетия…

Вот тут герцог задумался. Вот-вот, если не сейчас его настоящая невеста должна была ознакомиться с документом о помолвке. Не значит ли это, что баронесса приезжала именно чтобы посмотреть на него, сделать выводы, и эти выводы ей не понравились… Анри решил действовать. У девушек узнать точную дату их рождения и, таким образом, те, кому исполнилось двадцать один – явно засидевшиеся в девках аристократки, и просто морочат ему голову, иначе бы предъявили второй экземпляр договора о помолвке. Какой же я дурак, что не подумал об этом ранее…

Вечером, когда собрались три его, как он уже считал, фальшивые невесты, ну по крайней мере, парочка точно, Анри попросил их предъявить магкопию их свидетельств о рождении. На что дается девушкам три дня, считая с завтрашнего утра. Иначе вынужден будет отправить их по домам без объяснения причин. Девушки разозлились. Агриппина тихо выругалась, прикрывшись веером, ей уже исполнилось двадцать два, и вот снова жених про возраст, как и предыдущие три. Амалия поджала губы. Через три недели ей исполнится двадцать один и тогда герцог с нее спросит точно свидетельство о помолвке, ведь без него никак. Анетта глупо захихикала, как обычно, она-то догадывалась, что Агриппина их старше, а вот она самая молодая из троих, а значит и шансы выше. Анетте всего девятнадцать.

Тем временем, Алисия утром встала с ощущением близких перемен. Да, сегодня ей исполнилось двадцать один, и она получит доступ к бумагам, что хранятся в банке. Возможно, что там нет ничего особенного, но сердце говорит об обратном. Только позавтракав она уже быстро собирается вместе с управляющим в банк. Алаиса была правдива в том, что обе они привыкли воспринимать Жерома как отца. Он заботился о них все эти годы, не делая различий, ну или почти не делая. Алисия знала как она считала все, что нужно ей по статусу, и не отправил же он ее в какой-нибудь приют для детей благородных. А мог, и просто оплачивал бы ее содержание там. Нет, нанимал учителей, а старательной ученицей она не была – так ведь сама так хотела, училась только тому, что было интересно. Музыцирование да рисование не освоила – так ведь особо не пригодятся. А вот за хозяйством приглядывать умеет, и знает, чем паркет начищать, а что для чистого хрусталя надобно. Так что слуги не проведут.

Рано утром в банке ее встретил поверенный этого банка, который и извлек бумаги ее покойного отца из сейфовой ячейки. Фамильные украшения, доставшиеся ей от матери отца, то есть бабушки. Драгоценности матери были в доме и хранились в домашнем сейфе. Именно сегодня она надела одно из украшений матери – золотой браслет с небольшими, но яркими изумрудами. С сегодняшнего дня можно – она совершеннолетняя. Драгоценности бабушки решила оставить пока в сейфе банка. Банковский счет на приличную сумму, вместе с набежавшими процентами девушку тоже порадовал. Конечно, они итак неплохо жили, управляющий если и брал себе чуть больше, чем должен был, но поместье его усилиями давало стабильный доход. Поэтому ознакомившись со всеми документами на вклад, на проценты по вкладу, Алисия решила, что пока менять ничего не стоит. Банк показался надежным, срочных расходов не предвидится, а на текущие хватает.

Договор о помолвке сына герцога и Алисии лежал внизу. Так вот оно что… Она помолвлена. Что ж герцог не спешил заявить свои права на нее? Напротив, как она слышала перебирает невест. Алисия не знала, что и думать. Решила, что поговорит дома с управляющим, который заменил ей отца и выяснит, почему так получилось. Возможно господин Жером оберегал ее от этого союза, либо сам был не осведомлен. В банке, при посторонних ничего выяснять не стала. Попросила для себя реквизиты своих счетов выписать, а договор о помолвке аккуратно сложила в папку для документов уже оригинал.

Дома она попросила управляющего передать ей ключи от кабинета, так как теперь она полноправная хозяйка поместья, а господин управляющий может брать для произведения расчетов домовые книги, но с позволения баронессы, то есть Алисии фон Дитрих, а также согласовывать с ней ведение дел. Наиболее важные документы, а также ценности остались лежать в сейфе, но ключ от сейфа был теперь у Алисии, замок перекодировали и теперь в сейф могла заглянуть только хозяйка. Управляющему был выдан дубликат ключа от кабинета. На тот случай, если понадобится вскрыть кабинет в ее отсутствие для уборки или положить счета для согласования.

Жером, конечно, был недоволен, но ожидал, что когда-нибудь его власть закончится. Жоржетта же была явно зла, но скрывала под маской благодушия свою злость. После обеда, когда Алисия хотела пригласить управляющего в кабинет для беседы по поводу договора о помолвке, чтобы выяснить, что тот знает, доставили письмо от Алаисы. Читая его, Алисия все поняла. И то, что управляющий хотел свою дочь «подсунуть» герцогу, и то, что был в курсе помолвки, ну или догадывался о таковой, и то, что Алаиса поддалась влиянию отца, но не захотела идти обманным путем до конца. Ну и что ее названная сестра влюбилась с первого взгляда.

Алисия вызвала управляющего в кабинет. Для Жерома было непривычно, что в кресле хозяина кабинета сидит молодая баронесса. Он надеялся, что она оставит все как есть, и в кабинет будет заходить только изредка, чтобы подписать бумаги. Он привык за восемнадцать лет к самостоятельности. Но увы и ах, баронесса его разочаровала своим деловым подходом. А впрочем, чего он ожидал, собственную дочь он учил как справляться с большим хозяйством, и Алисия тоже научилась, благодаря нанятым учителям. Хотел он, чтобы девушка не интересовалась балами и праздным времяпровождением и получил хозяйку, что сама способна разобраться во всем, а не полагаться на управляющего. Жером переживал, бледнел, краснел, потом лицо его пошло пятнами, не справляясь с переменой температуры его тела, диктуемой страхом, гневом и еще одним светлым силам известными чувствами.

Алисия пригласила сесть в кресло рядом со столом и стала спрашивать, известно ли господину Жерому о помолвке. Тот отвечал, что мог мол только предполагать, самого документа не видел, в ячейку он заглядывать не мог. Банковский счет знал, что существует, точную сумму не знал, но и не к чему ему. За восемнадцать лет, пока он единолично руководил поместьем дела хуже не стали, наоборот, даже доход стабильный и деньги в сейфе лежат, как ее милость изволила видеть. Впервые стал соответственно титулу звать, а не леди Алисия.

Алисия кивнула. Да, подумала она, насчет денег управляющий правильно ввернул, долгов не образовалось, сумма скопилась приличная в сейфе. Надо бы тоже в банк под проценты положить половину. Вслух же продолжила

– Про деньги речь не идет сейчас, вопрос о помолвке. Почему раз знал, то не сказал ничего никогда, да и герцог непонятно что думает…

– Ваша милость, леди Алисия, так ведь и не говорил от того, что точно не знал. Ждал Вашего полного вступления в наследство, совершеннолетия, чтобы сами могли решить, нужен Вам этот брак или нет. Родители-то Ваши погибли, а я в таких делах не уполномочен ничего решать, только по хозяйству, по делам поместья, торговле там и прочая…

– Господин Жером, а что Ваша дочь делала у герцога? – выгнув бровь спросила Алисия.

Жером снова взмок, вытер испарину со лба, покраснел, пошел пятнами и наконец смог ответить

– Так ведь он невесту говорят подбирает, Алаиса постарше Вас будет, как заботливый отец и послал познакомиться, узнать, что за человек, можно ли доверять. А приедет расскажет как ее встретили, да каков герцог сам из себя…

– Лжете, господин Жером. Как баронессу фон Дитрих послали Вы свою дочь! Под моим именем! Что ж мне прикажете ею притворяться? В свет теперь не выходить, а то меня не признают как баронессу, раз Вашу дочь за меня приняли. Да и как теперь с помолвкой быть? Это воля моих родителей была. Разрывать помолвку не познакомившись с женихом? Чтобы не принял меня за самозванку? Как Вы могли!?

Девушка распалилась в гневе. Баронессу можно было понять.

Управляющий бухнулся на колени.

– Ваша милость! Не губите. Все сделаю, как могу исправлю оплошность…

– Вы называете это оплошностью! Благодарите свою дочь, что не стала действовать как Вы ей наказали. Вас я сейчас штрафую на сумму месячного жалованья, а там посмотрим на Вашу расторопность и порядочность в делах. И если обнаружу, что обманываете еще в чем-то, то …

Что «то» она придумать не смогла так вот сразу и просто указала управляющему на дверь кабинета, сопроводив словами «Вон отсюда!»

Поздно вечером прибыла Алаиса. Ее отец подумал было, что обман раскрыт, но оказалось, что дочь не захотела рисковать. Впрочем, в нынешних условиях, когда Алисия нашла договор о помолвке, а о том, что он существует и лежит в банковской ячейке Жером не знал, только мог предполагать, возврат дочери был верным решением. Он даже успокоился, и вопреки ожиданиям дочери не стал ее ругать, наоборот похвалил, что вовремя вернулась.

Несмотря на поздний вечер молодая баронесса попросила Алаису прийти к ней в комнату, что служила малой гостиной, а раньше была детской. Игрушки перенесли на чердак, а самые милые сердцу перекочевали в спальню к Алисии.

Алаиса вошла, и как учил отец, с порога бухнулась на колени.

– Ваша милость, сестрица, Алисия.. –все пермешалось

– Встань с колен, сядь на диван, расскажи все толком, с самого начала и до конца.

Алаиса рассказала, что, начитавшись романов поверила, что может составить партию аристократу, матушка все время ее убеждала, что она ничуть не хуже Алисии, ну в общем замечталась и отправилась, как велел отец к герцогу познакомиться. Однако, обманывать не хотелось. Промолчала, когда приняли за баронессу, и имена слишком похожи, и ту и другую Алисой называют коротко. Но одно дело чтобы как в романе влюбился герцог, а другое обманом выдавать себя за другую. Да и смысла нет. Лучше уж ровня, да чтобы не скрывать ничего. Она итак теперь вот не знает как с Честером встретиться, если тот познакомиться пожелает с названой сестрицей баронессы.

Алисия слушала молча, потом дала знак замолчать.

– Это все потом. Расскажи подробно про приезд к герцогу. Кто тебя встретил, кто там проживает и каков герцог по наружности и по характеру.

Алаиса поняла, что буря миновала и начала рассказ.

– Когда я приехала, то горничную, сопровождавшую меня сразу приняли за горничную, а вот меня из-за герба на карете за баронессу. Лакей меня не спросил, доложил как о баронессе, а я сначала не нашлась, что сказать, меня сразу поселили в гостевой дом к другим девушкам, а перед ними не стала признаваться. Они-то аристократки, засмеяли бы меня. Одна полная и ест очень много, как будто отъедаться приехала, другая, наоборот, ничего не ест, в основном только нюхает, ну съест пару ложек и сидит злится. Уж лучше бы ела, а не злилась на других. Третья все время хихикает надо всеми, как будто все кругом дураки, да дурочки, а она одна умная. В общем змеи подколодные. Прислуга вполне вышколенная, наша горничная сказала, что в основном все давно работают, вот только горничные меняются, ей даже предлагали.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.