# S-T-I-K-S. Шпилька-3. Сердце Пекла

Ирэн Рудкевич

Стронг и внешник – вечные враги на просторах Стикса. Но иногда бывает так, что даже им приходится объединиться ради общего врага, которого надо остановить любой ценой.

Правда, для этого придётся отправиться туда, куда живым не добирался ещё никто. Или почти никто. В самое сердце Пекла.

## Глава 1. О Дарах и напарниках

Шпилька, сидя в придорожных кустах, закусила губу, меряя взглядом элитника, прямо сейчас выковыривавшего из здания заправки засевших там свежаков. Позади монстра с десяток заражённых послабее толкались, переминались с ноги на ногу и тихо урчали в надежде ухватить объедки с барского стола. Элитник не жадничал и временами швырял в их сторону недоеденные руки или ноги слишком тощих, по его мнению, свежаков. Заражённые в такие моменты превращались в истинных фурий, и за подачку элитника разворачивалась борьба не на жизнь, а на смерть.

С противоположной от элиты стороны здания располагались заправочные колонки. Возле одной из них красовался серебристый внедорожник с шильдиком в виде стилизованного цветка тюльпана, который они с Шайтаном нашли неделю назад взамен почившего в жестоком бою с заражёнными «Тигра». Модель была хоть и проходимая, но сугубо гражданская. Но, к удивлению новых владельцев, она обладала движком, работавшим исключительно тихо, что для Улья в целом и для Пекла в частности было неоспоримым достоинством. В недостатках нового транспорта значилось отсутствие пулемёта и гранатомёта, а также дополнительной брони вроде решёток или стальных пластин на окнах, но с этим рейдерам пришлось сразу смириться – тюнинговать внедорожник по реалиям Улья было некогда и негде.

Шпилька не была сейчас похожа на человека. Скорее, на подозрительно одетого, крайне хилого и слишком мелкого ростом лотерейщика. Дар изменения внешности, работал на клеточном уровне, в отличие от Дара наводить иллюзии. Из-за этого каждый раз, когда Шпилька копировала его у Шайтана, у неё начинало дико чесаться лицо. Но Шпилька терпела, внимательно наблюдая за элитником, благополучно заканчивавшим трапезу.

Элитник был не матёрый, собственный Дар у него пока только просыпался. Благодаря этому Шпилька могла, хоть и с трудом, отслеживать его эмоции и по ним предугадывать действия. Да к тому же не опасаться, что Дар элитника окажется активным и будет применён против неё.

А это наводило определённый план действий, который Шайтан бы точно не одобрил, но спрашивать разрешения Шпилька и не намеревалась.

– Сейчас тебе придётся немного побегать, а мне – пострелять, – посмотрела она на сидящую у ног немецкую овчарку, слишком крупную для своей породы. – Развлекай элиту, пока я большую часть мелочи не завалю. Но если и их сможешь ко мне не подпустить – будет шикарно. А вообще действуй по ситуации и не забывай беречь себя, поняла?

Овчарка глухо рыкнула, поднялась, поигрывая слегка гипертрофированными мышцами, и неторопливо направилась в сторону заражённых. А Шпилька сняла с плеча верный двести третий, передёрнула затвор и прильнула к оптическому прицелу.

Во внедорожнике лежала крупнокалиберная снайперская винтовка 6С8 под калибр двенадцать и семь на сто восемь и полный цинк патронов к ней, но Шпилька, несмотря на насмешливые взгляды Шайтана, оставалась верна подаренному «старшей сестрой» Адой автомату. Несмотря даже на то, что именно за той самой Адой она и отправилась в Пекло. И вовсе не для того, чтоб выразить горячую благодарность за подарок. К Аде у Шпильки были счёт, и весьма немалый, оплатить который можно было только кровью.

– Ну что там? – снова раздался в засунутом в ухо динамике голос Шайтана.

– Обед вот-вот закончится. Отправила Лайму, чтоб отвлекла заражённых. А у тебя что?

– Почти всё, но бензин едва течёт, напора не хватает. Греби сюда, будем уходить. Заправились, как смогли, и то хорошо.

– Нет, – ровным голосом сказала Шпилька. – Я попытаюсь вальнуть элиту.

Как и ожидалось, Шайтану план не понравился.

– Ты головой стукнулась? – с непередаваемым выражением поинтересовался он. – Когда успела?

Шпилька ничего не ответила. Напарник раздражал её, как никто и ничто. Но она знала всего двух человек, которые имели такие же счёты к Аде, как и она сама.

Первый, Танк, пошёл бы со Шпилькой хоть на край света, но тогда Саратов – город, основанный убитым Адой Жнецом, был бы обречён остаться без командования.

Вторым был Шайтан. Бывший внешник, сумевший пережить уничтожение своей базы, оказавшийся иммунным, попавший к килдингам и сумевший там криво-косо, но прижиться. Ненавидевший бросивших его своих больше, чем стронгов. И готовый на всё, чтоб эти «свои» никогда не вернулись в Улей. В Саратове Шайтана ничего хорошего не ждало, которого в том же Саратове не ждало ничего хорошего. А вот в Пекле у него тоже появлялся шанс достичь своей цели.

Несмотря на неприязнь, граничившую с перманентным желанием прибить друг друга, бывший внешник и бывший стронг оказались хорошей командой. В моменты, когда нужно было действовать сообща, никто не тянул одеяло на свою сторону, не пытался взять командование или переубедить другого в чём-либо. Свою правду оба они берегли свято и при этом не посягали на чужую. И к общей цели – найти Аду и, по возможности, уничтожить, забрать у неё нодий и с его помощью открыть портал внешникам в такой глубине Пекла, чтоб те сами были ему не рады, – шли, забыв о собственной вражде.

Так что, что бы Шайтан не думал о намерении Шпильки завалить элиту, главное – никуда он без неё не поедет. Наоборот, ещё и поможет, чем сможет.

Пока она предавалась воспоминаниям, элитник, выковыряв последнего свежака, закончил трапезу. Заражённые рангом пониже заволновались и начали оглядываться по сторонам – даже их куцых мозгов хватило, чтоб понять, что элитник, доев свежаков, вполне способен закусить и ими. Шпильку они пока принимали за свою, а запах её терялся на фоне аромата, исходившего от объеденных свежаков.

Лайма, укрывшись за мусорными контейнерами, выжидала подходящий момент, чтоб начать гон. Ветер дул в её сторону, и это позволяло собаке оставаться незамеченной – её запаха заражённые попросту не чувствовали. Шпилька тоже готовилась. Как только она начнёт стрелять, маскировка уже не будет иметь никакого значения.

Элитник, ещё немного поковырявшись лапами в развороченных внутренностях здания заправки, разочарованно уркнул и покосился на заражённых. Те, не раздумывая, ломанулись в разные стороны.

– Шпилька! – предостерегающе прохрипел голосом Шайтана динамик в ухе.

И в этот момент овчарка решила, что пора действовать. Выскочила из-за мусорных контейнеров и залилась громким лаем.

Элитник, моргнув, повернул голову и уставился на собаку. Заражённые уровнем пониже остановились. Шпилька поймала в прицел лотерейщика, спрятавшегося за спинами парочки бегунов, успевших уже потерять штаны, и потянула спусковой крючок.

Грохот выстрела прозвучал как гром среди ясного неба. Лайма, гавкнув ещё раз, подпрыгнула, разворачиваясь прямо в воздухе, и понеслась прочь от заправки так, что из-под лап при каждом её шаге взлетали фонтанчики земли.

Элитник первым припустил за собакой. Следом, с секундной задержкой, ломанулась тупая мелочёвка – бегуны. Пара лотерейщиков и один совсем ещё молоденький топтун остались на месте – видимо, заподозрили неладное.

С них Шпилька и начала ликвидацию. С лотерейщиками всё было просто – каждому досталось по короткой очереди калибра семь-шестьдесят два. Третья очередь пришлась в начинающего топтуна, ещё не успевшего обзавестись даже первыми признаками костяной брони.

– Люблю неподвижные цели, – себе под нос хмыкнула Шпилька, быстрым движением сменила магазин и принялась аккуратно отстреливать бегунов.

Тут не было вообще никаких сложностей – знай себе, постреливай двойками-тройками. Главное – последнего ненароком не прибить, иначе весь план накроется медным тазом. Без бегуна ей элиту не одолеть.

Элитник, словно почуяв неладное, замедлился, а затем и вовсе остановился. Смешно поводил огромным уродливым носом, принюхиваясь. И обернулся к странному «заражённому» с оружием иммунных в руках.

– Ну что за шлюхин сын, а? – с некоторым разочарованием поинтересовалась у него Шпилька. – За Лаймой беги, харя нефотогеничная!

Элитник, в отличие от слабо развитых заражённых, уже обладал пусть не человеческим, но разумом. Правильно сопоставив запах и оружие, он злобно заурчал и понёсся в атаку на врага. То есть, на Шпильку.

Со стороны заправочных колонок бахнул выстрел – Шайтан, увидев, что элитник отвлёкся от Лаймы, пришёл на помощь Шпильке. Толку от этого, правда, было немного. Против такой махины ростом под шесть метров, обросшей пластинами биологической брони, пригодиться мог бы как минимум гранатомёт. А лучше – хотя бы парочка танков. А 6С8, несмотря на калибр, так, комариный укус.

Но у Шпильки были свои методы борьбы с элитой. Сложные тактически и весьма энергозатратные ментально, но зато – эффективные, как та самая пара танков. У Шпильки был Дар, который она получила благодаря нодиевым браслетам и стараниям убитого ею же магистра килдингов.

Забыв про элитника, Шпилька сосредоточилась на оставшемся бегуне. С трёх выстрелов прострелила ему обе ноги, ещё две пули сходу засадила в позвоночник. Опустила двести третий и прикрыла глаза. Потянулась к Дару…

Элитник взревел и с грохотом рухнул на землю, не удержавшись на израненных, вдруг переставших подчиняться ему лапах. Бегун же, как ни в чём не бывало, продолжал нестись за овчаркой. Шпилька усмехнулась, снова вскинула двести третий, но выстрелить не успела. Второй раз громыхнула снайперка в руках Шайтана, и бегун, споткнувшись, упал, как подкошенный.

Быстро сориентировавшись, Шпилька снова активировала свой Дар передавать раны от одного живого существа к другому.

## Глава 2. Попутчик

Элитник, ещё мгновение назад яростно подтягивавший себя передними лапами в направлении Шпильки, ткнулся лбом в многострадальную землю и затих. Бегун, наоборот, медленно поднялся, сделал два шага, очумело тряся головой, и снова упал – Шайтан внимательно следил за ситуацией. А ещё он знал шпилькины Дары и потому совсем не был удивлён тому, что смертельно раненый бегун вдруг оказался совершенно здоров, а элитник, наоборот, скоротечно отошёл в мир иной.

Лайма после выстрела остановилась, посмотрела на бегуна и, довольно рыкнув, неспешно потрусила к хозяйке. А Шпилька, поставив двести третий на предохранитель, жадно глотала живец, держа флягу дрожащими руками.

Применение этого Дара давалось ей тяжело даже с помощью нодиевых браслетов. При самых первых попытках она не обращала на это внимания – сказывались стресс, и огромный выплеск адреналина. И только много позже, когда стала регулярно использовать этот Дар, заметила, что после чувствует себя так, словно только что по ней прокатился асфальтоукладчик.

– Вот на кой чёрт тебе оно было надо, а? – недовольно поинтересовался подошедший Шайтан.

– Тебя спросить забыла, – огрызнулась Шпилька, доставая нож. – Так и будешь столбиком стоять, как сурикат? Или поможешь споровые мешки вскрыть?

– Сдались они тебе…

– Ещё как! – Шпилька, не дожидаясь бывшего внешника, направилась к элитнику. – Когда ещё повезёт такую крохотную стаю встретить? Забыл, где мы? Тут Пекло, заражённые в девяноста девяти процентах случает табунами ходят, против которых армию с техникой и артой выставлять надо. Или ты вдруг перестал в живчике и горохе нуждаться?

Шайтан, закинув так и не выпущенную из рук винтовку на плечо, с сомнением покосился назад.

– Да ты постой, передохни, – подлила масла в огонь Шпилька, уже сидящая верхом на элитнике и ковыряющаяся в его споровом мешке. – Как раз ещё стая на шум успеет прибежать. Или попутчик наш заявится – могу поспорить, жрать ему охота не меньше, чем заражённым.

– Захлопнись! – рявкнул Шайтан. – Ещё вслух назови!

И всё-таки тоже отправился потрошить заражённых.

Шпилька победоносно усмехнулась. Подобные пикировки случались у них постоянно. Что поделать – острые языки, специфический юмор, несовместимость характеров да ещё прошлое, в котором они были заклятыми врагами. Не проходило и дня, чтоб кто-то из них не пытался поддеть другого. Победителем из словесных баталий выходили то один, то другой, но на общее дело и командную работу это, к счастью, не влияло. Бывших врагов намертво объединил ещё один враг, на сей раз – общий.

Споровый мешок элитника ножу поддавался неохотно, но Шпилька была достаточно упряма. Пусть чёрный и красный жемчуг не обеспечат её новыми Дарами, но они годятся для усиления и раскрытия новых граней имеющихся. Да и Шайтану жемчуг тоже не помешает – авось, обзаведётся третьим Даром или разовьёт буквально на днях проявившийся второй.

А он у бывшего внешника оказался куда как неплох! На близком расстоянии от любого попавшего в Улей существа Шайтан мог определить, станет ли тот иммунным. А если не станет – то предсказать примерные сроки обращения.

В условиях Пекла, полного довольно часто перезагружающихся крупных городов и мегаполисов, в которые им волей-неволей приходилось заходить, чтоб пополнить запасы продуктов, патронов и бензина, этот Дар был более чем полезен. А в совокупности с умением Шпильки чувствовать приближение высших заражённых, обладающих собственными Дарами, позволял рейдерам избегать огромного числа неприятностей.

Наконец, споровый мешок поддался усилиям Шпильки. Отложив нож, она закатала рукава и обеими руками залезла во внутренности элитника. Выгребла янтарь, запихала в заранее подготовленный для него пакет из супермаркета «Копеечка». Снова полезла внутрь, собрала в горсть спораны, горох и жемчуг, ссыпала в карман, не разглядывая – потом посчитает. Спрыгнула с элитника и отправилась помогать Шайтану, потрошившему последнего из лотерейщиков. Терпеливо ожидавшая хозяйку Лайма вскочила и потрусила следом.

Вдвоём взялись потрошить бегунов, всё так же ссыпая спораны по карманам без счёта. В целом, мелочь можно было просто бросить – добычи с элиты и лотерейщиков им троим хватит надолго. А за это время они наверняка ещё на кого-нибудь успеют нарваться, так что особого смысла запасаться споранами на чёрный день не было. Но затишье, пусть и подозрительно долгое, в любом рейдере пробудит хомяка, так что Шпилька и Шайтан гребли спораны, как в последний раз.

Первой неладное почуяла Лайма и предупредила хозяйку негромким глухим рыком. А следом и сама Шпилька почуяла приближение существа. Вернее, его Даров.

– Валим! – резко скомандовала она, закинула пару споранов в битком набитый карман и встала.

– Что? – коротко спросил Шайтан.

– Попутчик, – коротко ответила ему Шпилька и быстро зашагала к машине.

Шайтан, поменявшись в лице, подскочил и чуть ли не бегом бросился в ту же сторону. С разбега прыгнул за руль, завёл внедорожник. Шпилька тоже не стала задерживаться, чтоб открыть заднюю дверцу собаке, и овчарка, поняв хозяйку без слов, вскочила на переднее сиденье и уже оттуда скакнула назад.

– Гони! – бросила Шпилька, приземлив задницу туда, где ещё секунду назад сидела овчарка.

Шайтан, не дожидаясь, пока она захлопнет дверцу, выжал газ.

Тот, кого Шпилька назвала попутчиком, показался в тот момент, когда внедорожник как раз выруливал с заправки на дорогу. И это существо способно было довести до седых волос любого рейдера.

Скреббер! Он преследовал их уже третий день подряд. На самом деле, может, и дольше, но заметили они его только позавчера, да и то исключительно благодаря Лайме, своим сверхнюхом учуявшей монстра Улья и передавшей хозяйке образ. После этого и Шпилька, и Шайтан стали чаще оглядываться назад и время от времени замечать мелькающую вдалеке тень.

Нападать скреббер не торопился. Но за людьми и собакой следовал, как привязанный. Он то удалялся настолько, что рейдерам казалось – всё, отстал. То, наоборот, приближался, и тогда Шпилька начинала ощущать его Дары.

Он был совсем не такой, как скреббер, который крушил Крепость Братьев Стикса. Тот больше походил на покрытую бронёй многоножку, а этот отдалённо напоминал заросшего шерстью таракана-переростка. Зачем ему понадобилось преследовать рейдеров? А Стикс его знает! Но присутствием своим скреббер нервировал и Шпильку, и Шайтана всё сильнее. Тут, в Пекле, спокойных мест нет в принципе. Кластеры перезагружаются, из каждой щели лезут стаи, а то и орды заражённых. Большинство из них выглядят и ведут себя вполне обыкновенно, хотя и не становятся от этого менее опасными. Но чем дальше Шпилька и Штайн уходят от Саратова вглубь Пекла, тем чаще встречаются и твари, порождённые не самим Стиксом и его спорами, а созданные теми, кому Шпилька невольно перешла дорогу. И этих зачастую бывает сложно даже классифицировать.

Помимо заражённых, обычных и не очень, и частых перезагрузок большие сложности возникают и с таким элементарным действием, как добывание еды. Чем дальше в Пекло, тем больше мегаполисов. А следовательно, и прелестей вроде паникующих при виде заражённых толп, полиции и армии, выводящих на улицы бронетехнику и стреляющих без предупреждения во всех, кто выглядит подозрительно. А двое рейдеров, увешанных оружием, с деловым видом сгребающих в супермаркете банки с тушняком и бутылки с водкой, подозрения вызывают у каждого первого сотрудника силовых структур.

Такие тихие места, как заправка, которую они только что покинули, в Пекле встречались крайне редко. Потому, собственно, рейдеры и решили пополнить запасы бензина именно на ней.

Вот как будто без скреббера проблем мало!

– Может, он опять отстанет? – с сомнением предположил Шайтан. – Мы ему там жратвы оставили, в конце концов…

– Думаешь, он заражёнными кормится? – с сомнением протянула Шпилька.

– Чёрт его знает. Но почему бы и нет. Чем-то же эта образина должна питаться, – пожал плечами бывший внешник.

Предположение, как ни странно, оказалось верным – скреббер действительно вскоре отстал. Но в том, что он снова появится на горизонте, почему-то никто не сомневался.

## Глава 3. Разница менталитетов

След Ады они потеряли почти сразу, как пересекли условную границу Пекла, и это было ожидаемо. Но Шпилька хорошо помнила слова квазихи о том, что от Москвы, перезагружавшейся на самом краю Пекла, надо двигаться строго на запад, до появления черноты. А там искать стаб-тройник с приметной старой сосной. Где-то в окрестностях должен обитать некий Скульптурист, который, по словам Ады, многое сможет объяснить о том, что происходит со Шпилькой.

Указания расплывчатее некуда, но других не было и не предвидится. Да и выбора, следовать им или нет, Шпильке никто не предоставил. За ней вели охоту те, кого Ада, а вместе с ней и магистр Братьев Стикса называли богами. Им вроде как не нравился Шпилькин Дар копировать чужие Дары. Почему – Шпилька не понимала. Но намеревалась во что бы то ни стало выяснить. А заодно найти Аду, которая, по её словам, тоже собиралась отправиться к Скульптуристу, и отомстить «старшей сестре» за смерть Жнеца.

Много раз после его смерти Шпилька вспоминала их первую встречу. Жнец знал Аду ещё до того, как она оквазилась, но, увидев Шпильку, не повёл даже бровью. И потом ни разу не обмолвился о том, что они с квазихой – копии одной и той же женщины из разных миров мультиверсума.

А ведь глава стронгов и квазиха когда-то были парой! Удивительное самообладание. И удивительная вера в женщину, которая, ни секунды не колеблясь, воткнула в Жнеца свою нодиевую саблю, зная, что рану не сможет залечить даже знахарь.

Шпилька почувствовала прилив гнева и невольно сжала кулаки так, что побелели костяшки.

– Выдохни, – напряжённо посоветовал Шайтан. – Злиться будешь, когда Аду найдём.

Шпилька последовала совету. Сделала два глубоких вдоха и усилием воли заставила себя разжать кулаки. Действительно, рано. Сейчас голова у неё должна быть трезвой, не замутнённой сильными эмоциями. А то можно вот так контроль над собой потерять и начать свой праведный гнев на других транслировать. И Стикс знает, что тогда взбредёт в голову тем, кто получит её эмоциональный удар. Но уж точно ничего хорошего.

Облегчённо выдохнув, Шайтан покосился на Шпильку, хмыкнул и прибавил газ.

Вскоре впереди замаячили очертания укутанного туманом города, и в воздухе появился запах кислятины. Сверкнула молния, за ней ещё одна.

– К концу идёт, – заметил Шайтан.

Шпилька кивнула.

– Как думаешь, успеем до наплыва заражённых? Или поищем объездной путь?

– Да тут, мать его, сам чёрт не знает, где опаснее будет, – сплюнул в открытое окно Шайтан и решительно стукнул ладонью по рулю. – Через центр махнём, там, конечно, будет хаос, но зато твари не сразу доберутся. А вокруг слишком велик риск стать для них аперитивом. Одной машины мы так уже лишились, хорошо, дезодорант был, чтоб хоть самим уйти. Повторять не хочется.

Шпилька снова кивнула. Да, как ни странно, но проезжать через кластеры с городами оказалось намного безопаснее, чем огибать их по границе. А первая и пока единственная попытка объехать перезагрузившийся прямо перед их приездом мегаполис окончилась потерей «Тигра» и большей части вооружения. Стационарных пулемёта и гранатомёта в новой машине не хватало – что взять с гражданской модели. Но из-за этого приходилось постоянно осторожничать сверх меры – теперь любое столкновение со стаей, хоть немного большей, чем сегодняшняя, грозило рейдерам большими летальными неприятностями, ведь самый убийственный из своих Даров Шпилька пока не могла применять слишком часто.

Когда до города оставалось порядка пары километров, туман стал рассеиваться, и запах кислятины исчез. Шайтан немного сбросил скорость, и на окраинные улицы перезагрузившегося кластера внедорожник въехал очень спокойно. Так, словно принадлежал кому-то из местных, ещё не понимающих, что после кислого тумана их жизнь изменилась на сто восемьдесят градусов.

Впрочем, для абсолютного большинства эта самая жизнь закончится в ближайшие пять-шесть часов, а то и раньше.

О людях Шпилька постаралась тут же забыть. С одной стороны, это был не первый город, жителей которого на её глазах поедали толпы заражённых. С другой – она всё ещё не очерствела настолько, чтоб совсем уж равнодушно проходить мимо чужих смертей.

Хотя надо заметить, раньше ей это давалось куда как тяжелее.

– Что у нас по припасам? – нарушил затянувшееся молчание Шайтан.

Шпилька задумчиво обернулась, как будто могла видеть содержимое багажника сквозь спинку заднего сиденья.

– Предлагаешь обнести супермаркет, пока заражённые не нагрянули? – деловито уточнила она.

– И пока свежаки не начали обращаться, – повёл рукой Шайтан. – Примерно час у нас есть. Управимся как раз к моменту, как паника начнётся. И под шумок свалим.

– Как в прошлый раз? – хмыкнула Шпилька.

Тогда они, ещё на «Тигре», удирали от трёх полицейских машин с мигалками из-за того, что обращение свежаков затянулось, и тележку, набитую консервами, пришлось бегом провозить на улицу прямо на глазах изумлённых продавщицы и охранника. Последний, собственно, и вызвал наряд полиции, гнавшийся за ними до самых окраин.

– Может, и так, – пожал плечами Шайтан. – Я предлагал пальнуть в них, чтоб отстали, а ты решила патроны поберечь.

Шпилька усмехнулась. Да, она действительно зажала тогда патроны к установленному в багажнике машины «Корду». Зря, конечно – «Тигра» вместе с «Кордом» и «Балканом» они потеряли ровно через два дня. Но тогда это решение казалось единственно верным.

– Ладно, – согласилась Шпилька. – Но только после того, как проедем центр. Ещё только в пробку попасть не хватало.

Жители города, в который рейдеры только что въехали, ещё не догадывались о кошмаре, который вот-вот начнётся. Они спешили по своим делам, сетуя на пропавший интернет и мобильную связь, на отключившиеся автоматы по продаже билетов на автобусы, на оставшиеся без света магазины, офисы и квартиры.

Те, кто предпочитал перемещаться на собственных машинах, ругали отказавшую навигацию в смартфонах и разом переставшие работать светофоры. Ругали громко и со вкусом, матом из открытых окон и протяжными разноголосыми гудками клаксонов.

Но в общем и целом город пока продолжал жить обычной жизнью.

Шайтан аккуратно встроился в поток машин и поехал по прямому, как стрела, проспекту. Шпилька принялась крутить головой, высматривая подходящий супермаркет. За окном пролетали сначала типовые панельные многоэтажки. Потом они сменились сверкающими стеклом и металлом современными новостройками. А затем и эти строения уступили место эффектным историческим зданиям в стиле сталинского ампира.

В центре потеряли минут пятнадцать в пробке, собравшейся из-за двух идиотов, не поделивших дорогу. Машины всего лишь притёрлись друг к другу зеркалами, но водители, вместо того, чтоб спокойно вызвать полицию или другую местную службу, занимающуюся разбором дорожных происшествий, решили выяснить, кто прав, на кулаках.

Те, кто их объезжал, усугубляли ситуацию, замедляясь, чтоб посмотреть на зрелище. Пешеходы, ставшие свидетелями аварии, снимали драку на телефоны. Шпилька смотрела на всю эту суету и вспоминала свою Москву – такую же мелочную, как и этот город. Вспоминала далеко не с тоской. Скорее, с радостью от того, что сумела вырваться из порочного круга бесконечной погони за деньгами, статусом и развлечениями. Жизнь в Москве напоминала ей фантасмагоричный сон, где всё важное поставлено было с ног на голову. Где законами и правилами объявлялись равенство и братство, но на деле всё решал обыкновенный закон силы и наглости.

В полном смертельных опасностей Улье действовало то же самое право сильного. Но, в отличие от Москвы, оно хотя бы не пряталось под маской ограничений и условностей.

– Idioten! – с чисто немецкой брезгливостью прокомментировал одновременно и драчунов, и зрителей Шайтан.

Для его законопослушной и одновременно крайне высокомерной бюргерской натуры подобные сцены, несмотря на годы, проведённые в Улье, по-прежнему выглядели дико. И лишь подтверждали утверждение о том, что все русские – однозначно варвары, не стоящие того, чтоб считать их полноценными людьми.

Шпилька, поддавшись хулиганскому порыву, открыла окно и, когда их внедорожник оказался максимально близко к дерущимся, крикнула:

– Мочи козла!

Шайтан покосился на напарницу с непроницаемым выражением лица.

– Смотри, а вон и наш супермаркет, – с невинным видом выдала Шпилька и ткнула пальцем в сияющий вывеской «Магнитик» огромный магазин. – Сворачивай.

## Глава 4. А скидки у вас бывают?

Перед супермаркетом виднелась довольно большая парковка. Рабочий день был в разгаре, люди томились в офисах, так что машин на парковке было немного, и подходящее место нашлось быстро. Длинноствольное оружие оставили в машине, чтоб не привлекать излишнего внимания – и без него рейдеры в камуфляже и со специфическими повадками выглядели слишком чужеродно среди изнеженных гражданских. Но пистолеты – классический Макаров и девяносто вторую Беретту взяли, попросту спрятав их под куртки. Совсем без оружия рейдеры чувствовали себя буквально голыми.

– Охраняй машину, – скомандовала Шпилька Лайме.

В торговом зале из-за отсутствия электричества царил полумрак. Между прилавками и обесточенными холодильниками ходили немногочисленные растерянные покупатели.

– Света нет, – предупредил рейдеров полный мужчина с лысиной в полголовы и с пластиковой корзиной в руках. – Кассы не работают.

– Ничего страшного, – лучезарно улыбнулась ему Шпилька и покосилась на Шайтана. – Вряд ли это надолго. Как раз успеем набрать продукты.

Бывший внешник отрицательно качнул головой. Шпилька украдкой вздохнула. Ожидаемо, заговоривший с ними мужчина не был иммунным.

– Когда? – шёпотом спросила она, отойдя метров на пять от мужчины.

– В течение тридцати минут, – так же тихо ответил внешник. – Точнее не могу определить.

Шпилька кивнула и принялась сгружать в заранее прихваченную тележку банки с тушёнкой, консервированной рыбой и овощами. Шайтан отправился за водой и крепким алкоголем. Вернулся, гружёный бутылками, среди которых оказалась и двухлитровая «Супер кола».

– Хоть спасибо скажешь? – хмуро поинтересовался он.

Шпилька лучезарно улыбнулась и потянулась к холодильнику с мороженным. Вытащила слегка размякший вафельный стаканчик, вскрыла и с наслаждением принялась есть.

– А вы оплатили? – поинтересовалась проходящая мимо дородная тётка в оранжевой жилетке с наименованием магазина.

– Оплатим, как только кассы заработают, – пообещала ей Шпилька. – А то растает ведь…

Тётка к такому пояснению отнеслась подозрительно благосклонно и без дальнейших замечаний проследовала своим путём.

– А вот она – иммунная, – показал на тётку подбородком Шайтан.

Настроение испортилось настолько, что мороженное резко показалось Шпильке безвкусным. Нет, эту тётку они с собой взять никак не смогут – она будет обузой.

«Всех не спасти», – напомнила Шпилька самой себе, но это мало помогло.

Следующим пунктом был отдел с носками и дешёвым бельём. За ним настала очередь влажных салфеток и прочей гигиенической мелочёвки.

Наконец, тележка рейдеров оказалась загруженной под завязку. Идти на кассу прямо сейчас не было никакого смысла – надо было дождаться, пока хоть кто-то из покупателей или персонала супермаркета начнёт обращаться и посеет панику. Мужчина, встретившийся им в самом начале, пока так и бродил по торговому залу. Движения его уже стали нескоординированными, он что-то неразборчиво бормотал себе под нос – первые признаки обращения были налицо, и времени до того момента, когда он из человека превратится в кровожадную тварь, оставалось всё меньше. Шпилька и Шайтан держались от мужика на некотором отдалении, но из виду его старались не терять.

Как ни странно, первым заражённым стал всё-таки не он.

Из дальнего конца торгового зала послышался женский визг и хорошо знакомое любому иммунному утробное урчание. Затем – грохот и звон бьющегося стекла.

– В вино-водочном жара пошла, – прокомментировал Шайтан и тут же посерьёзнел. – Идём.

Со стороны касс мимо них пробежал охранник в строгом чёрном костюме и с резиновой дубинкой наперевес. За ним – та самая тётка в жилетке. Шпилька сжала зубы и отвернулась.

Тут же послышались крики с другой стороны зала – это обратился мужик, которого отслеживали рейдеры. Туда на глазах у рейдеров помчалась одна из кассирш. Вторая в это время отчаянно жала тревожную кнопку под своей кассой и одновременно безуспешно пыталась позвонить в полицию.

– Эй! Куда? – возмутилась она, когда рейдеры нагло прокатили полную продуктов тележку мимо неё.

И заорала благим матом, увидев устремившегося за рейдерами свежеобратившегося мужика, уже перемазанного чьей-то кровью. Шпилька вытащила Беретту и молча выстрелила в заражённого. Кассирша побледнела и отшатнулась.

– Жить хочешь? – спросила у неё Шпилька.

Кассирша отчаянно закивала.

– Тогда спрячься и…

Послышалось урчание, и выражение лица кассирши из испуганного стало кровожадным.

– Твою, – тихо сказала Шпилька и снова нажала на спусковой крючок.

На парковке пока было спокойно, хотя с противоположной улицы тоже уже слышались редкие пока крики и урчание. Рейдеры быстро покидали в багажник набранное в магазине добро, уселись в машину. Шайтан завёл двигатель, и в этот момент из магазина выбежала тётка в жилетке. За ней, пошатываясь и спотыкаясь, нёсся окровавленный толстый мужик в комбинезоне грузчика.

– Сюда! – поддавшись порыву, крикнула Шпилька. – Залезай! Живо!

И снова выстрелила, на этот раз в мужика.

Тётка оказалась сообразительная. Мигом запрыгнула на заднее сиденье внедорожника, не обратив никакого внимания на недовольно заворчавшую Лайму, и захлопнула дверцу. Шайтан вырулил с парковки и, наплевав на скоростной режим, повёл внедорожник к выезду из города.

С момента, когда началось обращение свежаков, ситуация на дороге сильно изменилась. Прибавилось аварий, появились первые брошенные машины, лужи крови и разорванные тела. Люди орали и бежали от только-только переродившихся заражённых. Одним удавалось спрятаться в подьездах домов, другие в порыве отчаяния бросались на проносящиеся мимо автомобили в надежде кого-нибудь остановить и скорее уехать прочь от творящегося вокруг кошмара, но большинство из них гибло под колёсами – водители просто не успевали нажать на тормоз, да и машина, как известно, штука тяжёлая и как вкопанная остановиться не сможет даже в том случае, если едет медленно. Да и сами водители останавливаться желанием не горели, понимали, чем рискуют.

– Господи, что ж это такое творится-то? – причитала тётка, испуганно приложив полные ладони к бледным щекам. – Это ж откуда такой кошмар-то взялся? Ой… Ох! Ох, ты ж посмотри…

Шайтан на оказавшуюся иммунной сотрудницу «Магнитика» старался не обращать внимания, полностью сосредоточившись на вождении. Но иногда всё-таки бросал на Шпильку недовольные взгляды – зачем, дескать?

Шпилька сама не знала, почему решила взять тётку с собой. Пожалела – крайне плохой аргумент для Пекла. Куда её потом девать-то? В ближайшем стабе не оставить ввиду отсутствия этого самого стаба. С собой тащить тоже не вариант, тётка – откровенный балласт, таких, как говорится, не берут в космонавты.

М-да, не было у бабы заботы, спасла баба другую бабу…

Тётка взвизгнула, когда перед капотом внедорожника рейдеров вдруг нарисовался окровавленный офисный клерк в дорогом костюме и с кожаной сумкой для бумаг в руке. Что-то заорал, тыча пальцем в сторону и выпучив от ужаса глаза.

– Твою мать! – Шайтан резко выкрутил руль в сторону, но было поздно.

Правая сторона бампера подбросила окровавленного свежака вверх, а внедорожник хорошенько тряхнуло. Тут же заскрежетало левое крыло, протеревшись о бочину нёсшегося в соседнем ряду элитного седана.

– Ты, мля, совсем глаза потерял?! – заорал водитель седана. – Слышь, деревня, тя кто водить учил, а?

– Ichbin ein reirassiger Arier, – немедленно отреагировал Шайтан и вытащил из кобуры Макарова. – Захлопнись!

Выстрел в салоне внедорожника прозвучал не просто громко, а оглушительно. Шайтан убрал пистолет и покосился на Шпильку. Та показала ему большой палец, но не удержалась и добавила:

– Ты же в курсе, что Гитлер капут?

– У кого как, – не растерялся с ответом Шайтан. – В моём мире он успел сбежать и ещё лет сорок скитался по миру, прячась под чужими именами. Только потом сдох. В твоём было иначе?

– Он покончил с собой перед приходом Красной Армии.

– Действительно, капут, – задумчиво сказал Шайтан и замолчал, сосредоточившись на управлении.

Перепуганная тётка на заднем сиденье сжалась в комочек и постаралась стать незаметной. Такое её состояние устраивало даже сердобольную Шпильку – не до объяснений сейчас. Спасли? Спасли! А что там про них спасённая подумала – вообще пока не важно.

## Глава 5. Кое-что о жизни в Пекле

Чем дальше, тем сложнее было Шайтану маневрировать на дороге. Обычное после перезагрузки дело – сначала свежаки чувствуют жажду и становятся слегка неадекватны. Потом добавляется паника, когда появляются первые заражённые. И начинается хаос. Те, кто ещё не обратился, и те, кому повезло на иммунитет, стремятся спрятаться или сбежать от угрозы. И в этой ситуации некоторым преимуществом обладают автовладельцы, оказавшиеся в момент перезагрузки за рулём. Абсолютное большинство из них приходит к одинаковому выводу – надо валить из города. И устремляются к окраинам.

Поведение, укладывающееся в рамки разумного. Но есть одно «но». Там, за городом, их ждёт неприятный сюрприз в виде уже других заражённых – откормленных исильных. И эти заражённые очень радуются добыче, которая сама идёт к ним в зубы.

Машины для них – что консервные банки, которые не так уж сложно и вскрыть. А внутри – ароматная, пахнущая свежим мясом и страхом еда. Вкусная, можно даже сказать, здоровая еда.

И вот в тот момент, когда потенциальная еда встречается с, так сказать, местными обитателями, претендующими на звание если не королей, то аристократии пищевой цепочки Улья, наступает полнейший звиздец, который медленно, но верно ползёт к центру. И первые его признаки – большое количество аварий.

Ближе к окраине города Шайтану пришлось свернуть с проспекта во дворы и ехать ими. Во-первых, потому, что главная дорога из-за жирующих на перезагрузившемся кластере развитых тварей встала колом. А во-вторых – до дворов радующиеся пиршеству матёрые заражённые обычно добирались немного позже в виду того, что еды там водилось меньше, чем на вылетных автомагистралях.

Шпилька на полную использовала свой первый Дар, заранее предупреждая Шайтана о том, что где-то близко находится элитник – присутствие других заражённых она так и не научилась ощущать. Спасённая тётка притихла и напоминала о своём присутствии короткими «ой», лишь когда Шайтан, игнорируя все привычные ей правила дорожного движения, выезжал на тротуары, сносил бампером низкие декоративные заборчики, скамейки и клумбы и безжалостно месил колёсами газоны. Причина манёвров была проста – брошенные обратившимися владельцами прямо посреди проездов машины.

Проезжая мимо панельной десятиэтажки, рейдеры застали не самое обычное даже для Улья зрелище. Прямо перед ними из окна первого этажа, разнеся на осколки стекло, выпал голый мужчина. Вскочил на четвереньки и, подвывая от ужаса, пополз в сторону. Следом за ним выпрыгнула женщина, одетая лишь в чёрные чулки в сеточку и, голодно урча, помчалась за своей жертвой. Шайтан повернул голову и смерил оценивающим взглядом бледную, как простыня, тётку, у которой, судя по сдавленным всхлипам, начиналась истерика.

– Стрелять умеешь?

– Ч-что? – не сразу поняла тётка.

– Оружие в руках когда-нибудь держала? Пистолет? Карабин? Ружьё?

Тётка отрицательно помотала головой.

– Значит, будешь учиться на ходу. Шпилька, покажи ей.

С этими словами Шайтан снова вытащил пистолет Макарова и протянул тётке. Глаза той расширились от ужаса.

– Нет, я… я не буду… не смогу… что же, в людей стрелять…

– Это уже не люди, – жёстко сказала Шпилька. – Фильмы про зомби когда-нибудь видела?

– В-видела… Но там же не по-настоящему всё…

– Вот те, которые урчат, и есть зомби, – надавила Шпилька, останавливая готовый сорваться с губ тётки новый поток причитаний. – Спасти их невозможно. Доберутся на нас – сожрут, буквально. Поэтому стреляй во всех, кто направляется к машине. Даже в тех, которые кажутся нормальными – они просто ещё не обратились.

– Нет, нет, нет…

– Высажу, – холодно предупредил Шайтан. – Нам бесполезные свежаки не нужны.

Угроза подействовала – тётка осторожно, словно змею, взяла пистолет. Шпилька быстро объяснила, как им пользоваться. Шайтан двумя пальцами красноречиво показал себе на глаза, затем одним ткнул в тётку.

– Лайма, следи. Труханёт – разрешаю сожрать.

Овчарка радостно продемонстрировала тётке свою шикарную улыбку. Шайтана она откровенно не любила, но ради хозяйки терпела и даже иногда выполняла его команды – если считала нужным.

Тётка всё поняла без слов и быстро закивала.

Реальной помощи от свежей никто не ждал, но проблема подступающей истерики была временно решена, так что рейдеры смогли сосредоточиться на текущей ситуации. И вовремя – дворовый проезд, по которому они удачно обогнули приличную часть проспекта, закончился тупиком.

– Твою, – с чувством сказал Шайтан и врубил заднюю передачу. Развернул внедорожник и направил его к ближайшему выезду.

Шпилька взялась за Беретту и на всякий случай приготовила двести третий. То, что во дворах до сих пор не появился никто круче бегуна, ни разу не означало, что развитые твари еще не добрались до города. Ещё как добрались – Дары парочки элитников, пусть смутно, но уже мелькали на границе радиуса шпилькиного восприятия. А где элита, там и мелочь. Просто пируют твари пока в районах, где на момент перезагрузки оказалось больше всего народа.

Выезд находился прямо посреди десятиэтажного дома сталинской постройки и представлял из себя квадратную арку. Под ней, по современной моде, красовался шлагбаум, способный разве что сообщить, что проезд запрещён, но уж никак не остановить того, кому на запреты было плевать. Шайтан снёс шлагбаум многострадальным бампером внедорожника и выскочил на дорогу.

Надрывно загудела красная «Мазда», которую Шайтан подрезал. И, вторя ей, сзади раздалось громкое урчание, вой полицейских сирен и треск автоматов.

– Смотри-ка, проснулись, – с кривой усмешкой пробормотал Шайтан, попытавшись в зеркало заднего вида разглядеть, что там происходит.

– Осторожно! – заорала Шпилька.

Шайтан перевёл взгляд на дорогу и успел ударить по тормозам, пропуская прущегося через дорогу раскормленного кусача, который тянул за собой по асфальту двух сопротивляющихся свежаков, держа их за ноги.

– Ба-атюшки-и… – едва слышно выдохнула тётка и трясущимися руками подняла пистолет, направив его в лобовое стекло.

Лайма отреагировала первой, с рычанием вцепилась в тёткины рукава, потянула вниз. Шпилька едва успела схватить её руки и силой придавить вниз.

– Сдурела??? – рявкнул Шайтан, медленно объезжая кусача за спиной – благо, двигатель на малых оборотах работал так тихо, что его звук в общем шуме не привлекал внимания заражённых.

– Так помочь же… – заливаясь слезами, запричитала тётка.

– Никому ты не поможешь, кроме самой себя, – сказала Шпилька. – Пластины видела? Так вот это – природная броня, из пистолета такую не пробить, разве что из РПГ, которого у нас нет. К тому же, всё, чего ты добьёшься – эта образина сначала займётся нами, а потом уже дохарчит тех бедолаг.

– А зачем же вы мне тогда пистолет дали? – неожиданно проявила когнитивные способности тётка.

Шайтан и Шпилька удивлённо переглянулись. Бывший внешник, судя по всему, очень хотел красноречиво хлопнуть ладонью по лбу, но сдержался и вместо этого криво усмехнулся.

– Ты спасла, ты и объясняй.

Шпилька мигом пожалела о своей сердобольности и обречённо вздохнула. Обернулась к тётке.

– Стрелять будешь, когда я скажу стрелять и укажу, в кого, – максимально жёстко, чеканя каждое слово, начала она. – А до этого даже не рыпайся, если сама хочешь дожить до момента, когда я смогу объяснить, что за галимая хренотень тут творится. Хоть раз проявишь самодеятельность или не выполнишь приказ – лично тебя из машины выкину. Ясно?

То ли так подействовал тон, которым говорила Шпилька, а то ли тётка оказалась хоть и бестолковой, как большинство свежаков, но далеко не глупой, но она снова удивила рейдеров. Посидела, хватая ртом воздух, а потом резким движением вытерла слёзы, пару раз глубоко вдохнула и выдохнула.

– Ясно.

– Ну вот и отлично, – не придумала сказать ничего лучше Шпилька и отвернулась к окну.

Минут пять всё было спокойно. Относительно, конечно – вокруг лютовали набежавшие на перезагрузившийся кластер высшие заражённые, на тротуарах валялись полуобглоданные трупы, дорогу занимали вскрытые, как консервные банки, автомобили. Слышалась отдалённая стрельба и крики. Рейдеры старались не привлекать к себе внимания. Лайма сидела тихо и старалась не шевелиться, благо, за тонированными стёклами её не было видно. На людей Шпилька, разумеется, накинула личины заражённых. Шайтан, в свою очередь, ехал медленно, то и дело останавливая машину, когда на них обращал внимание какой-нибудь топтун или рубер, и делал вид, что безуспешно пытается отстегнуть ремень безопасности и открыть дверцу. То есть, довольно натуралистично изображал из себя обыкновенного заражённого свежака.

Будь вокруг поменьше более легкодоступной еды, никакие меры предосторожности не спасли бы рейдеров – их выдал бы запах, который любой заражённый способен учуять издали. Но пока даже такая топорная маскировка срабатывала – никто за ними так и не погнался.

Элитников, понятное дело, старались объезжать за тридевять земель, шкерясь за другими машинами и снова забираясь во дворы. Здесь вам не забытая богом заправка, вокруг которой пасётся совсем крохотная стая во главе с единственным элитником, ещё вчера бывшим скорее кусачом. Здесь – крупный город, и в него пришла не стая, а орда, в которой элитников, причём развитых, не один и даже не два. И если им хоть что-то покажется странным в поведении псевдо-заражённых в серебристом внедорожнике, то рейдерам придёт конец. М-да, как бы ни был хорош этот внедорожник, но брони и вооружения «Тигра» ему явно недостаёт…

## Глава 6. О свежаках и опытных рейдерах

Уже на границе кластера, где асфальт с истёртой множеством колёс разметкой сменился ещё более старой, но зато пустой дорогой из бетонных плит, за ними всё-таки увязалась парочка молодых лотерейщиков и топтун. Отбиваться от них не стали, Шайтан просто втопил педаль газа в пол, и мощный внедорожник рванул вперёд, за секунды набрав скорость под сотню. Качество дороги выносливую машину никак не беспокоило. Относительно ровная – и хорошо.

Тётка, вроде как уже пришедшая в себя и даже принявшаяся без паники рассматривать заражённых, снова побледнела.

– А где же… Текстилька?

– Что за Текстилька? – встрепенулась расслабившаяся было Шпилька.

– Район такой, прямо за городом начинался. У меня племянница тут живёт, в частном секторе…

– Повезло твоей племяннице, – флегматично заметил Шайтан. – Кластер по границе города обрезало, не попала в кисляк. Радуйся.

– Какой ещё кисляк? Ой! А что у вас с лицами? – встрепенулась тётка, только сейчас заметив, что спасшие её рейдеры почему-то стали похожи на тех же зомби, что наводнили город.

– Маскировка, – тут же среагировала Шпилька. – Сейчас всё вернём, как было.

Самой ей было всё равно, похожа она на человека или заражённого. Но пугать ещё сильнее несчастную тётку не хотелось – ещё схватится опять за пистолет не по делу. Хотя вроде как молодцом уже держится, привыкает к новым реалиям. Но лучше перебдеть – кто этих свежаков знает

– Ничего себе! – восхищённо выдохнула тётка, глядя, как меняются лица Шпильки и Шайтана. – Это как это вы сделали?

– Если проживёшь тут хоть с годик, тоже чему-нибудь эстраординарному научишься, – не вдаваясь в подробности, пообещала Шпилька и осторожно провела ногтями по щекам – как обычно, после копирования Дара Шайтана у неё жутко чесалось лицо.

– Тут – это где? – немедленно заинтересовалась тётка. – Что такое «кисляк»? У нас незадолго до вашего появления туман был, вонял чем-то эдаким… Это он и есть кисляк, да? Ох, что-то я совсем запуталась…

– Да, туман – это и есть кисляк, – терпеливо начала объяснять Шпилька. – Он охватил город и скопировал его сюда, в Стикс. А пригород вместе с этой, как её… Текстилькой, в туман не попал, поэтому его тут и нет. А твоя племянница живёт себе и не тужит, знать не знает ни про каких зомби и ждёт свою тётушку в гости. А самое удивительное в том, что тётушка к ней приедет, как ни в чём не бывало, и тоже ничего не будет знать про зомби. Жизнь останется такой же, как и была. Но для оригиналов, а не копий вроде тебя, меня или Лаймы.

Тётка отреагировала удивительно спокойно – как будто внутренне уже была готова к тому, что объяснения будут такими же дикими, как и происходящее. Или просто настолько беспокоилась за племянницу, что готова была поверить во всё, что угодно, лишь бы услышать, что с дорогим ей человеком всё хорошо.

Она очень внимательно слушала всё, что говорила ей Шпилька, задумчиво кивала и изредка задавала уточняющие вопросы. Когда Шпилька закончила говорить, она долго сидела молча, переваривая услышанное и вычленяя главное из него. А потом повергла рейдеров в шок, задав всего один вопрос.

– Ты сказала, что мы с тобой и собака – копии самих себя, так? А он? – указала тётка подбородком на Шайтана.

Шпилька замешкалась с ответом, не зная, как объяснить, кто такие внешники, и не подставить при этом напарника. Тогда Шайтан вмешался сам – Шпилька гранью своего первого Дара ощутила его растерянность, тут же сменившуюся решимостью и чувством, которое можно описать тремя словами – «гори оно всё».

– Я – не копия. И я пришёл сюда сам, по доброй воле.

Тётка вытаращила на него глаза, но в этот раз главного не уловила.

– Зачем? Я бы сюда ни ногой, если б спросили…

– А меня не спрашивали, я сам напросился, – бросил Шайтан. – Уж больно интересно было.

– То есть, ты можешь в любой момент вернуться? – обрадовалась тётка.

– Раньше мог. Теперь – нет.

Пришлось Шпильке объяснить ей про споры, которые большинство людей превращают в заражённых, и лишь некоторых счастливчиков наделяют иммунитетом, и про внешников. Про род занятий пришлось умолчать, ограничившись общей фразой про «исследования» – в Пекле тётке об этом знать ни к чему, ещё будет на Шайтана криво посматривать. И хорошо, если только посматривать.

Нет, бывший внешник, конечно, заслужил не только косые взгляды, но и пулю в затылок. Но от Шпильки, а не от ничего пока не понимающей свежей.

Кстати, о свежаках…

– Голова болит? – поинтересовалась Шпилька, отстёгивая от пояса фляжку с живцом.

– Да не то слово! – вздохнула тётка и потёрла виски.

– На вот, выпей. На вкус внимания не обращай – это лекарство. Раз уж ты оказалась иммунной, то пить его теперь придётся постоянно. Без него рано или поздно либо помрёшь, либо всё-таки превратишься в заражённую.

Первое, что сделала тётка, взяв фляжку в руки – разумеется, понюхала её содержимое. Хотела было вернуть, но, услышав о последствиях, переборола отвращение и здоровое недоверие к странным то ли солдатам, то ли бандитам, называвшим себя рейдерами, зажала нос двумя пальцами, зажмурилась и сделала крохотный глоток.

– Оно из грязных носков, что ли, делается? – поинтересовалась она.

– Лучше бы из них, – хмыкнула Шпилька. – Полегчало?

Тётка скривилась было и вдруг замерла, открыв рот.

– Как рукой сняло. Ни одна таблетка так на меня не действовала, а я ведь их много перепробовала из-за мигрени…

– Ну вот и хорошо. Звать тебя как? Я Шпилька, а это Шайтан. Мы рейдеры из Саратова.

– А я – Зинаида. Ну, Зина, если по-простому. А почему у вас имена такие странные? Прозвища?

– Да, – кивнула Шпилька. – Здесь принято забывать прошлое. Так что мужчин крестят, и обычно погонялом, а не именем.

– А женщин?

– Женщины в большинстве случаев сами выбирают, как их звать будут, тут никаких правил нет. Но некоторых, вроде меня, тоже крестят. За особые, так сказать, заслуги.

– Это за какие? – полюбопытствовала Зина, подозрительно сверкнув глазами.

– За такие, при которых вероятность выжить зависит от чистого везения, – отрезала Шпилька – розовый «Маноло Бланик», каблуком которого она не без помощи стронгов и по невероятному стечению обстоятельств грохнула топтуна, всё никак не хотел остаться в прошлом.

Зинаида, уловив в голосе собеседницы недовольство, примолкла и погрузилась в собственные мысли. Шпилька решила на время оставить свежачку в покое – ей есть, над чем подумать, а дальнейшие объяснения можно оставить на потом. Вот найдут безопасное место, чтоб переночевать, там и продолжат беседу.

Бетонная дорога вскоре закончилась, снова сменившись асфальтом при въезде в большой и богатый, судя по заборам, СНТ, окружённый куском перенёсшегося вместе с постройками берёзового леса. Перезагрузка тут произошла уже несколько дней назад, заборы были переломаны, ухоженные некогда газоны на участках взрыты когтями. На стенах домов тоже виднелись следы от когтей. И везде – на дороге, на участках, под заборами, – виднелись подсушенные ветром и солнцем обглоданные костяки.

– Ох, боже, боже, и тут, – снова начала тихо причитать Зинаида.

– Везде, – припечатала Шпилька, и свежая снова затихла.

СНТ проехали, что удивительно, без приключений. А удалившись от него километров на пять, почувствовали слабый кислый душок в воздухе. Шайтан, не раздумывая, свернул в сторону видневшихся неподалёку холмов в надежде, что заражённые, пасущие СНТ, предпочтут двигаться по ровной, а не пересечённой местности. Так и произошло.

Вообще, рейдеры уже привыкли к тому, что тут постоянно происходила какая-то движуха. Большинство кластеров перезагружалось с интервалом примерно в неделю, но уже встречались и те, у кого период обновления составлял всего пару дней. Запросто можно было, как вот сейчас, выбраться из одного только что перезагрузившегося кластера и тут же попасть под перезагрузку соседнего. Стабов тут практически не встречалось. А если попадался какой, то оказывался он совсем крошечным и, как правило, представлял из себя кусок леса или поля, но уж никак не обитаемую некогда местность. Проблем добавляли и бродившие повсюду стаи от десятков до сотен заражённых. Иногда встречались и орды.

По слухам, дальше должно было быть ещё сложнее. Перезагрузки станут чаще, тихих и спокойных СНТ или небольших городков уже не останется, и вокруг будут сплошь мегаполисы, подпирающие друг друга боками тридцатиэтажных высоток. А после – всё по тем же неподтверждённым слухам, – появятся первые чёрные кластеры. И это будет означать, что рейдеры близки к своей цели, как никогда.

Главное – дожить до этого дня. Это самое сложное, что им предстоит сделать.

По крайней мере, Шпилька считала именно так.

## Глава 7. Дом артиста

До вечера успели миновать ещё два города, один из которых, судя по средневекового вида зданиям, был, скорее всего, европейским, и разминуться с добрым десятком довольно крупных стай заражённых, о которых заранее предупреждала Лайма.

Потрясающий нюх собаки, явившийся результатом употребления красной жемчужины, в Пекле работал не так хорошо, как за его пределами – слишком сильно тут всё было истоптано заражёнными, слишком часто и близко друг от друга происходили перезагрузки. Но без него рейдеры не смогли бы не то, что забраться так далеко, но и просто выжить даже в первые дни своего путешествия. А уж поиск места, где можно относительно безопасно пережить ночь, без собаки и вовсе был невозможен – только она могла определить, как давно ушли из подходящего места заражённые. От возможности попасть под перезагрузку это не спасало, но тут пригождался уже первый Дар овчарки, который Шпилька копировала на себя, Шайтана и внедорожник со всем их нехитрым скарбом.

После европейского кластера километров на пятнадцать тянулась полоса лесопосадок без признаков хоть какого-нибудь населённого пункта на горизонте – довольно редкое явление для Пекла. А за ней обнаружился кусок города, который, судя по всему, перезагрузился дня три назад.

И который Шпилька когда-то давно очень неплохо знала.

Перед рейдерами, слепо глядя на лесополосу обрезанными прямо посреди комнат квартирами, возвышался Санкт-Петербург. А точнее – его часть, протянувшаяся по правой стороне Невского проспекта от Московского вокзала к набережной Невы. Высились прилипшие друг к другу дома с украшенными псевдоколоннами эркерами и крохотными дворами-колодцами, убегала вдаль обрезанная прямо по разделительной линии половина широкого проспекта. Пованивало гнилью, но привычные уже ко всему рейдеры внимания на вонь обращали не больше, чем на вездесущие обглоданные останки, разбитые окна и разбросанные вдоль домов искорёженные автомобили.

Зинаида, увидев такую странную границу кластера, приникла к стеклу. Даже попыталась открыть окно, чтоб тонировка не мешала обзору, но запах смерти и разложения, в машине казавшийся не таким уж и сильным, шибанул ей в ноздри. Свежачку от него едва не стошнило, но каким-то чудом она смогла сдержать рвотные позывы, хотя позеленела изрядно.

Шайтан хмыкнул, и Шпилька ощутила, как от него проскочило мимолётное ощущение, которое можно было трактовать как «Пусть привыкает».

К тому, что чужие чувства иногда начинали складываться в мысли, Шпилька уже почти привыкла. Грань ощущать эмоции существ, наделённых Дарами, впервые проявилась у неё всего-то месяц назад и поначалу сильно путала и даже пугала. Но нодиевые браслеты способны были не только помочь в открытии нового Дара и предопределить, каким он будет. Влияли они и на уже имеющиеся Дары. Структурировали их, делали взаимодействие простым и понятным. Разве что на последнем шпилькином Даре их воздействие не было заметно, но Шпилька надеялась, что это временное явление.

– Где обустраиваться будем? – вслух спросил Шайтан, останавливая внедорожник прямо посреди Невского, напротив относительно целого дома белоснежными колоннами и кованными решётками балконов и потёртой табличкой у двери с надписью «Дом Актёра».

– Да прямо тут можно, – пожала плечами Шпилька. – Вон, чуть дальше есть въезд во двор. Ничьих Даров я не чувствую, так что внутри если кто и есть, то только мелочь.

Шайтан кивнул и повёл машину к неприметной арке.

Проезд, разумеется, был закрыт коваными воротами. Вернее, всего одной створкой, наверху которой виднелся заляпаный грязью и кровью знак «Кирпич». Вторая валялась на тротуаре и была сильно измята. Шпилька, сняв с предохранителя двести третий, вылезла из машины. Крадучись и внимательно глядя по сторонам, подошла к уцелевшей створке.

На ней тоже виднелись следы когтей и тёмные засохшие пятна. За ней в узком дворе царил полумрак. Шпилька толкнула негромко скрипнувшую створку, прошла вглубь двора, до тупика, в котором стоял древний белый седан. Убедившись в отсутствии опасности, махнула рукой Шайтану.

Тот, развернув внедорожник, аккуратно вполз во двор задним ходом, едва не задев уцелевшую створку зеркалом. Шпилька, протиснувшись мимо, на всякий случай створку снова прикрыла. Нагрузив пакетами с консервами, алкоголем и водой Зинаиду, рейдеры снова осторожно вышли на Невский. Контроллируя всё обозримое пространство, прокрались к двери с табличкой.

Первой внутрь здания скользнула Лайма. Замерла в парадной, принюхиваясь, и мотнула пару раз хвостом.

– На входе чисто, – перевела этот жест для остальных Шпилька. – Но не расслабляемся.

Парадная, даже с учётом царившей внутри разрухи и вездесущего гнилого душка, производила впечатление. Пройдя через двойные двери с выбитыми стёклами, рейдеры оказались перед старинной лестницей, которая на высоте второго этажа эффектно раздваивалась. На полу виднелись остатки ковровой дорожки, традиционной для музейных зданий. Огромной высоты потолки были изукрашены лепниной, свет лился из окна с неожиданно целыми стёклами, расположившегося на уровне второго этажа.

– Жди здесь, – скомандовала Шпилька Зине. – Увидишь заражённого – стреляй, не раздумывая. Лайма, охраняй!

Оставив свежачку у входа, рейдеры привычно прочесали здание. В огромном зале с множеством переломанных стульев и крохотной сценой прирезали пустыша, выдавшего себя тихим урчанием, и больше никого не встретили.

До самого верхнего этажа заражённые, судя по всему, не добрались. Тут было относительно чисто, стояли целыми стулья, диваны с бронзовыми подлокотниками, полные книг шкафы и старинные круглые кофейные столики. И даже во всех окнах сохранились стёкла. К тому же, тут не было ни обглоданных костяков, ни следов крови. И даже запах разложения почти не чувствовался.

Тут и решили заночевать. Шпилька сходила за Лаймой и Зиной, пока Шайтан сдвигал к ведущей с лестницы двери шкафы, чтоб сделать баррикаду. Уже вместе перекусили консервами из магазина, где работала Зинаида, запили живчиком и принялись пополнять его запасы. Заодно и Зине показали, как и из чего его готовить.

Потом принялись пересчитывать добычу с заправки. Спораны, как и горох, просто на глазок рассыпали по трём прозрачным пакетикам – по числу людей. Шпильке насыпали чуть больше других, учтя овчарку, которой тоже требовались живец и гороховка. Перешли к жемчугу.

Жемчужин обнаружилось две – красная и чёрная. Немного подумав, Шпилька отдала их Шайтану и Зинаиде.

– Мне без надобности, – пояснила она. – Новый Дар всё равно не появится.

Шайтан спорить не стал, выбрал красную и тут же её проглотил. Зинаида повертела чёрный переливающийся искрами шарик в руках.

– Зачем это?

Пришлось объяснять. Узнав про Дары, Зина преисполнилась радости и тоже проглотила жемчужину.

Распределили дежурства, поучили свежачку обращаться с пистолетом и автоматом, рассказали о видах заражённых, их особенностях и способах убийства. Шпильке всё-таки пришлось припомнить историю с топтуном и туфлей, чтоб объяснить любопытной Зинаиде, чем же она заслужила своё погоняло.

Наконец, стали готовиться ко сну. Шайтан улёгся прямо напротив баррикады, Зина предпочла занять диван в дальнем углу помещения. Шпилька, которая должна была дежурить первой, устроилась в кресле, а рядом улеглась верная Лайма.

Дежкрство прошло спокойно. Изредка с улицы доносилось далёкое урчание, когда неподалёку от крохотного куска Петербурга пробегали стаи заражённых, спеша к очередной перезагрузке окрестных кластеров, но в сторону Невского никто не сворачивал.

Около трёх ночи Шпилька безжалостно растолкала напарника и, когда он встал, завалилась на нагретый им диван. Последнее, что она услышала перед тем, как провалилась в сон – тихий мат. На дежурства Шайтан просыпался только с ним, и никак иначе.

## Глава 8. Такие разные свежаки

Шпилька по утрам просыпалась не лучше, чем Шайтан – ночью. А вот Зина, несмотря на пережитое ею потрясение, вскочила ни свет, ни заря, удивив этим сидящего на дежурстве внешника. Фыркая, умылась, поплескав на лицо водой из прихваченной в магазине бутылки, и принялась перебирать банки с консервами.

От шуршания пакетов Шпилька, давно привыкшая спать чутко, и проснулась. Резко села, взглядом выискивая источник подозрительного звука. А когда нашла, не выдержала и выругалась.

Зинаида удивлённо посмотрела на свою спасительницу, не понимая причин гнева. Пришлось объяснять.

– В следующий раз поставлю тебя в ночное дежурство, – пообещала напоследок невыспавшаяся Шпилька. – А утром шуметь начну.

Свежачка претензию, кажется, не поняла, но спорить не стала – в её понимании шорох пакета не был таким уж ужасным шумом. Учить её ещё и учить. И, желательно, побыстрее, пока она не натворила дел, которые в Улье весьма часто заканчиваются трагически, если не сказать – летально.

Вздохнув, Шпилька зевнула и тоже пошла умываться. К тому времени, как она закончила, Зинаида уже приготовила импровизированный завтрак – пооткрывала банки с тушёнкой и консервированными овощами, выложила их содержимое в музейного вида тарелки, взятые из шкафов, забадяжила литр живца и разлила по хрустальным бокалам из того же шкафа.

– Ничего так, да? – подмигнул Шайтан удивлённой Шпильке. – Можно даже представить, что мы дома.

– То есть, ты отправился в Улей, потому что тебе надоело есть с тарелок, принадлежавших какой-нибудь семье Шишкиных-Нарышкиных, и за которые любой музей мира готов был отдать тебе сумму с шестью, а то и больше, нулями в конце? – съязвила Шпилька. – Зачем это всё, не понимаю. Мы в Стиксе, а не дома. Куда, в конце концов, мы будем девать то, что не доедим?

– А ты что, из свиного корыта питалась? – взбеленился в ответ Шайтан. – Хотя от вас, русских, всего можно ожидать. Даже в Улье ведёте себя, как варвары!

– То есть – не позволяем представителям просвещённой Европы и святой Америки разбирать нас на органы, ты хотел сказать, – тут же ядовито уточнила Шпилька.

Шайтан прикусил язык и счёл за лучшее промолчать.

– А недоеденное можно просто выбросить, – несмело подала голос Зина. – Магазинов ведь много перезагружается. В следующий раз надо бы ещё какого-нибудь мяса взять, маринадов. Чай прихватить, кофе. А, ну дров ещё или горелку. А там уж я вам наготовлю всякой вкусноты и…

И осеклась, увидев, как на этот раз помрачнела не только Шпилька, но и Шайтан. И даже Лайма, обычно игнорировавшая человеческие споры, если те не угрожали её хозяйке, не выдержала и рыкнула на глупую свежую.

– Никогда больше, – тихо сказала Шпилька, но таким тоном, что Зинаида резко побледнела и отшатнулась, – даже не заикайся о том, чтоб тратить время на приготовление еды. Запахи привлекают заражённых, а нюх у них как бы не получше, чем у Лаймы. Начнёшь варить суп где-нибудь, кроме стаба, окружённого стенами и охраняемого профессиональными рейдерами – подпишешь смертный приговор и себе, и нам. И вот эта вот красота, которую ты тут натворила – просто перевод продуктов. Городов вокруг много, ты права. Но далеко не в каждый можно так легко попасть и выбраться, как в твой. К мегаполисам я и за километр не приближусь, потому что мне жизнь дорога. Поняла?

– Поняла, – пискнула перепуганная свежачка.

Продолжать Шпилька не стала. Уселась за стол и принялась за обе щеки уминать овощи вперемешку с тушёнкой, причём в таких количествах, словно собиралась наесться на неделю вперёд. Шайтан не отставал. Зинаида же, напротив, без аппетита поковырялась в своей тарелке и отложила вилку.

– Ешь! – приказал ей Шайтан. – Ещё неизвестно, когда в следующий раз удастся перекусить.

Зинаида послушно кивнула, но к еде так больше и не притронулась. Шпильку кольнуло жалостью. Не слишком ли строго они со свежей? Танк с Живом, вытаскивая ничего не понимающую Шпильку с окраины Пекла, относились к ней намного бережнее. Зина ведь только вчера потеряла дом и всех, кого знала. И вроде как старается быть полезной своим спасителям – ну, как умеет.

Возникшую было жалость Шпилька постаралась задушить в зародыше. Она с первого же дня сообразила, что более опытных надо слушать. А со второго – осталась одна и смогла таки выбраться к людям, несмотря на объявленную на неё охоту. А Зинаида, похоже, всё никак не поймёт, что хозяйственность – не главный навык для выживания в Улье.

Так что лучше она прессанёт свежачку сейчас, заставит её осознать реалии её новой жизни, чем та по собственной неосторожности угробит и себя, и спасших её рейдеров.

Но начать необходимый экскурс она не успела, на краю радиуса чувствительности уловив знакомое ощущение чужого Дара.

– Уходим, – бросив вилку, скомандовала Шпилька. – Быстро!

– Что? – коротко спросил Шайтан, поднимаясь.

– Попутчик, – так же коротко пояснила Шпилька.

Зинаида о том, кто этот попутчик, ничего не знала, но собралась в итоге едва не быстрее всех – сказалась, видимо, устроенная Шпилькой минутка воспитания. Приютивший их «Дом артиста» покидали в спешке, но о безопасности не забывали – мало ли кого за ночь могло занести в гости.

На Невский первым выскочил Шайтан с калашом наизготовку. Поводил стволом из стороны в сторону, оценивая обстановку, и резко вжался в стену.

Шпилька, не дождавшись от напарника знака, что путь чист, осторожно выглянула за дверь и остолбенела. В том конце Невского, откуда они вчера приехали, стоял скреббер и смотрел прямиком на рейдеров, время от времени поводя длиннющими то ли усами, то ли жвалами.

– Батюшки, это ещё что за образина? – едва слышно выдохнула Зинаида.

– Потом! – шёпотом бросила ей Шпилька и скосила глаза на собаку.

Лайма почему-то была совершенно спокойна, несмотря на присутствие скреббера. Сидела рядом с дверью, терпеливо ожидая команды двигаться дальше.

Шпильке это показалось… необычным. Собака ведь чувствует скреббера задолго до неё самой. Но в этот раз она не посчитала нужным предупреждать хозяйку о его приближении заранее. Да и сейчас ведёт себя так, словно монстр Улья не представляет никакой опасности для рейдеров.

Поведение собаки было откровенно странным, но Шпилька была уверена в своей питомице. Хотя и предпочла на всякий случай уточнить.

– Думаешь, он не нападёт?

Овчарка молча посмотрела на хозяйку, встала и толкнула носом дверь.

– Идём, – бросила Шпилька Зинаиде.

Та, хоть и была вусмерть перепугана появлением монстра, по сравнению с которым вчерашние элитники выглядели, словно милые карапузы из дворовой песочницы, без возражений последовала за Шпилькой.

Шайтан, увидев их, всё понял без слов, развернулся и двинулся дальше. Так они и добрались до машины: Шайтан впереди разведывал дорогу, Шпилька прикрывала, пятясь спиной вперёд, чтоб не спускать глаз со скреббера, а нагруженная невскрытыми банками консервов бледная Зинаида с совершенно спокойной Лаймой – в середине.

Скреббер безучастно проводил рейдеров взглядом, но продолжил стоять на месте.

– Да что ему нужно-то? Ш-ш-шайс-с-се! – не выдержал Шайтан, выруливая из тесного тупичка.

Притопил по Невскому, больше глядя в зеркало заднего вида, чем на дорогу. Скреббер, вопреки ожиданиям, не бросился в погоню и вскоре исчез за горизонтом. Все в машине облегчённо выдохнули. Кроме Лаймы, которая зевнула со скучающим видом и принялась укладываться на оставшейся ей половине заднего сиденья.

– Это тоже заражённый был, да? – выдавила из себя Зинаида.

– Нет, – опередил Шпильку Шайтан. – Это эндемичный представитель местной фауны. Тот самый лом, против которого приёма нет. Этому даже элита так, на ползуба закусить. Может запросто мимо пройти, ни на кого внимания не обратив. А может и схарчить – в зависимости от настроения. Короче, лучше не встречаться.

Зинаида кивнула и замолчала.

Какое-то время ехали по крохотным кластерам с обрывками то деревень, то промзон, то лесопосадок, полей кукурузы, виноградников и золотящихся пшеницей полей. А потом впереди появились тонкие иглы небоскрёбов, скрытые дымкой преломляющегося из-за расстояния воздуха.

Вскоре вся обозримая линия горизонта была утыкана этими иглами сильнее, чем ёж или докобраз. За первым рядом вставал второй, дальше – третий. Уже было заметно, что все небоскрёбы очень разные: одни сделаны из бетона, другие из стали и стекла, третьи вообще больше похожи на обтекаемой формы башни из фантастического фильма.

– Ни хрена себе! – обалдело выдохнул Шайтан. – Что это вообще такое?

– Гигаполис? – предположила поражённая не меньше напарника Шпилька.

И поняла, что названия лучше уже и не придумает. Перед ними действительно был Гигаполис в прямом смысле этого слова.

## Глава 9. Гигаполис

Гигаполис представлял из себя огромное количество городских кластеров, прилетевших из разных мест и времён и приклеившихся друг к другу границами. Тут Улей пытался соединить не только дороги и мосты, но даже и дома, поэтому увидеть небоскрёб, одна половина которого запросто могла оказаться выше или ниже другой и при этом быть даже из иного материала, можно было почти на каждом шагу.

В той части, где оказались рейдеры, царила тишина и запустение. Здания выглядели более-менее привычно, битые и искорёженные машины, разбросанные по проезжей части – тоже. По всему пространству между домов виднелись обглоданные добела костяки.

– Так, я надеюсь, эта махина перезагружается не вся разом? – неуверенно выдал Шайтан.

– Перезагрузка нам не страшна, – качнула головой Шпилька, даже не подумав привычно поддеть напарника. – А вот миграция заражённых… В Гигаполисе, по идее, их должно быть огромное количество.

– Как ты сказала? Гигаполис? Подходящее название, – влезла в разговор и Зинаида. – Никогда не видела такого огромного города.

Шпилька вздохнула. Всё-таки свежая пока не была готова к жизни в Улье – смотрела на красоты и диковинки, постоянно забывая об опасностях, таящихся за каждым углом. Пришлось ещё раз объяснить ей про кластеры, Пекло, перезагрузки и миграцию спешащих на пирушку заражённых.

Зинаида выслушала внимательно, покраснела и стыдливо опустила голову – поняла. Надолго ли? Тут Шпилька не могла строить ровным счётом никаких прогнозов. Но если Зина в ближайшие пару дней не научится сама предусматривать, откуда может придти угроза, встанет вопрос о том, чтоб дальше двигаться без неё.

Шпильке эта идея не нравилась категорически, но даже она понимала – догнать Аду и отобрать у неё нодий намного важнее, чем спасать очередную свежачку, которая рано или поздно всё равно помрёт по собственной глупости.

Внедорожник рейдеров углубился уже достаточно далеко вглубь Гигаполиса, и пейзаж немного изменился. Теперь небоскрёбы вокруг выглядели так, словно были сделаны из какого-то сверхпрочного пластика. Формы их были обтекаемы, козырьки над подъездами изгибались наподобие лепестков, сами же башни походили на вытянутые в высоту куриные яйца: плавно расширялись вверх от основания, а потом резко сужались.

– Композит, – прокомментировал Шайтан. – В моём мире его только начали применять в строительстве.

– Хочешь сказать, немчура, что до таких технологий ваши ещё не доросли? – всё-таки не удержалась от ехидства Шпилька.

– Это по военной технике посмотреть надо, – невозмутимо парировал Шайтан. – Толку-то с домов, человейники – они и есть человейники. Мнимый комфорт за безумные деньги. Чёрт!

– Ты что творишь, гнида гансовская?! – возмутилась Шпилька, упираясь ладонями в торпеду внедорожника. – Опять элитника не увидел, пока на двадцать метров к нему не подъехал?

Сзади послышалась возня, глухой удар свалившегося с сиденья тела и недовольный рык Лаймы.

– Сама посмотри, – повёл рукой Шайтан.

Впереди, примерно в полукилометре, стоял туман, словно залитый в огромный стеклянный куб. Внутри куба беззвучно сверкали зеленоватые молнии.

Шпилька на всякий случай приоткрыла окно, хотя и так было понятно, что происходит, и в салон ворвался кислый запах.

– Объезжать поздно, – флегматично пожал плечами Шайтан. – А делать, как в том городе, я в этом… как ты сказала? Гигаполисе?.. Не намерен. Надо искать, где отсидеться, пока заражённые не схлынут.

– Вон там подземный гараж вроде, – показала пальцем Зинаида и под взглядами одновременно обернувшихся рейдеров смутилась. – Ну, или что-то вроде него. Там явно въезд, открытый к тому же.

Там, куда указала свежачка, действительно виднелся какой-то въезд со знаками ограничения высоты. В конце его зиял тёмный проём, больше похожий на зев пещеры, наверху которого виднелись неожиданно привычного вида рольставни.

– Сойдёт, – решил Шайтан и зарулил в проём.

Это действительно оказался подземный гараж с расчерченными ярко-белыми полосами машиноместами. Пустовала примерно половина, вторая была занята колёсной техникой таких же обтекаемых и совершенно не практичных форм.

– Надеюсь, выходов отсюда всего два – наш и этот, – подбородком указал Шайтан на овальные двустворчатые двери с характерной полоской с номерами над ними.

Припарковавшись, рейдеры вылезли из машины. Закрыли рольставни, и гараж погрузился в темноту.

– Что теперь? – шёпотом полюбопытствовала Зинаида.

– Будем ждать, пока заражённые нажрутся и отвалят восвояси, – так же тихо ответил ей Шайтан.

Отрядив Зину открывать банки, чтоб подкрепиться, рейдеры в свете фар внедорожника осмотрели каждый уголок гаража на предмет дополнительных выходов или спрятавшихся внутри заражённых, но обнаружили только человеческий скелет в дальнем углу. Овальные двери, кстати, и впрямь оказались створками отключённого из-за отсутствия электричества лифта.

Расслабившись, вернулись к машине, взялись за консервы. И тут Шпилька уловила присутствие чужих Даров. Множества, надо сказать, Даров. Которые, к тому же, принадлежали не иммунным.

– Идут, – предупредила она и строго посмотрела на Зину. – Чтоб ни одного звука, поняла? Иначе выгоню наружу.

Свежачка, после утреннего разноса изо всех сил старавшаяся не то, что не шуметь, а даже и лишний раз не раскрывшая рта, отчаянно закивала. Шайтан выключил фары внедорожника, и в гараже снова стало темно.

Скудные, ни на что не годные полоски света пробивались сквозь редкие щели в рольставнях, но их не хватало для освещения, так что заканчивать трапезу пришлось на ощупь. А вскоре с улицы донеслось характерное урчание, а вслед за ним – топот множества лап и ног.

Стая, судя по всему, была огромная. Впрочем, иного Шпилька и не ожидала. Это же Пекло! Да ещё и слепленные границами кластеры, образовавшие Гигаполис. Наверняка ещё несколько подобного размера стай прямо сейчас несутся на едва успевший перезагрузиться кластер. А их дело – тихо отсидеться и так же тихо свалить в объезд через другие, более спокойные куски Гигаполиса.

Размышления были прерваны странным звуком – будто кто-то царапал когтями пластик. Большими такими и о-очень крепкими когтями.

Кажется, проняло даже Зинаиду. Практически беззвучно ойкнув, свежачка схватилась за пистолет. Шпилька и Шайтан уже были на ногах, направив стволы Калаша и двести третьего в направлении лифта. Лайма тоже была настороже, и запахи, что она передавала своей хозяйке, Шпильке ой как не нравились.

В прежнем её мире так пахла грибница. А в этом – содержимое споровых мешков заражённых.

Снаружи по-прежнему топотала и урчала ожидающая конца перезагрузки стая. Скрип когтей по пластиковой двери лифта становился всё настойчивее, а Шпилька никак не могла решить, что же делать. Стрелять категорически нельзя, на эти звуки стая снаружи зарулит в гараж, даже не заметив снесённые по пути рольставни, и рейдерам придёт образцовая кабзда. Не стрелять? А если там какой-нибудь топтун или рубер – когтищи-то, судя по звуку, уже сформировались? Этих тварей голыми руками не одолеть. Да и если попытаться – успеют заурчать, читай – всю стаю, топчущуюся снаружи, на обед позовут.

О том, чтоб отправить сражаться с заражённым Лайму, а самим дать дёру – хотя было бы, куда его давать! – не заикнулся даже Шайтан. Внешник, как не кто иной, знал – за неё Шпилька сама не хуже собаки загрызёт любого. Да и практическая выгода от наличия овчарки в команде была очевидна – супернюх и Дар переживать перезагрузку были только у неё. И они автоматически делали собаку ценностью номер один – без неё о дальнейшей дороге в глубь Пекла не могло быть и речи.

Пока Шпилька размышляла, заражённый всё-таки умудрился вскрыть двери, на деле оказавшиеся немного прочнее, чем с виду. Даже в темноте, прорезанной лучами тусклого света, Шпилька смогла разглядеть форму и длинну когтей и беззвучно выругалась.

По закону подлости, это оказался именно рубер.

## Глава 10. Украшение с сюрпризом

Рубер расковырял уже достаточно большую дырку, чтоб кое-как пролезть в неё, а Шпилька, глядя на него, отстранённо думала, что им бы сейчас очень не помешал глушитель хотя бы на одном из наличествующих стволов. И тут же одёргивала себя, напоминая, что глушитель звук выстрела делает тише, но не настолько, чтоб это хоть как-то могло повлиять на положение запертых в подземном гараже рейдеров.

Рядом Шайтан бесшумно отложил в сторону Калаш и потянул нож из ножен на бедре. Внешник, несомненно, понимал бесполезность этого оружия против рубера. Просто намеревался подороже продать свою жизнь.

А Шпилька и вовсе не знала, что делать. Ещё будучи свежаком, она сподобилась упокоить топтуна каблуком от туфли, но уже тогда прекрасно понимала, насколько ей повезло. Что уж говорить про сейчас! В конце концов, молния никогда не бьёт дважды в одно и то же место. По-крайней мере, в теории. А на практике…

Сознания Шпильки коснулось ощущение чужого Дара. Слабого, только-только проклюнувшегося, но уже вполне определённого. И безумно нужного в нынешней ситуации. Кому принадлежал этот Дар, Шпилька догадалась сразу. По жемчужине проглотили Шайтан и Зина, но у свежаков первый Дар обычно проявлялся быстрее, чем у уже обосновавшихся в Улье иммунных. К тому же, свежачка стараниями Шпильки стала хигтером, а это тоже давало определённые преимущества.

Скопировать этот Дар оказалось неимоверно сложно – он был такой же свежий, как и его владелица. Время его действия исчислялось какими-то жалкими секундами, а Шпильке было нужно, чтоб он оставался активным в течение достаточно долгого времени. Как минимум, до того момента, как рубер уйдёт или хотя бы стихнет в отдалении урчание стаи.

Браслеты на запястьях, доставшиеся Шпильке в наследство от главы килдингов, нагрелись, но гораздо сильнее, чем обычно. Казалось, что тепло в них пульсирует в так стараниям Шпильки влить в Дар Зинаиды побольше… чего? Сил? Наверное.

Шпилька не знала, как назвать энергию, которую она использовала, применяя свои и чужие Дары. Не магией же! Хотя, как ни крути, похоже, очень похоже…

Браслеты пульсировали всё сильней, пока Шпилька так и эдак пыталась накинуть Дар свежачки на себя, Шайтана и собаку и заставить его оставаться активным. Они были очень горячими, но кожу почему-то не обжигали. Потом появилось ощущение, будто они что-то вытягивают из самой Шпильки. Энергетические потоки вились вокруг и бежали по венам, оплетали руки и нодиевые браслеты. В такт им билась жилка на виске и стучало сердце, ускоренно прокачивая кровь.

Наконец, Шпилька нашла, как усилить Дар Зинаиды. Случайно пропустила один из энергетических потоков сквозь браслеты и почувствовала, как он стабилизировался. Повторила со вторым и, получив сходный результат, уже увереннее принялась управлять чужим Даром.

Да, ключ к контролю и усилению оказался в браслетах из нодия. Что там про этот металл говорила Ли? Усиливает и развивает Дары, и вообще ценность подороже даже белого жемчуга. Да, об этой особенности своих браслетов Шпилька помнила и активно ею пользовалась. Но о том, что можно усилить чужой Дар, она до сего дня и понятия не имела.

«Хотя должна была бы догадаться, магистр Сникерс твой третий Дар именно с их помощью пробуждал», – укорила она саму себя и тут же забыла об этом, сосредоточившись на Даре Зинаиды.

Сама свежая вряд ли даже подозревала, что у неё пробудился Дар, так и стояла возле внедорожника с направленным на развороченные двери лифта и вылезающего из них рубера. И была бледной настолько, что, казалось, сама вот-вот засветится. Шпилька обернулась к ней и приложила палец к губам. Помахала рукой, показывая опустить пистолет. Зинаида, как ни странно, послушалась.

Рубер, выбравшись из шахты лифта, шумно потянул носом воздух. Поводил головой, словно что-то высматривал. Не очень уверенно прошествовал мимо замерших рейдеров и остановился.

Шайтан обернулся к Шпильке. Та вновь приложила палец к губам. Внешник понял всё сразу. Не задавая лишних вопросов, кивнул и крадучись двинулся к руберу.

Что-то заражённый всё-таки услышал. Резко развернулся, заставив Шайтана замереть на месте и перестать даже дышать, а Шпильку – похолодеть от страха. Но всё обошлось. Не увидев ничего, кроме машин, рубер недовольно уркнул, снова поводил носом и двинулся дальше, по направлению к закрытым рольставням. Бывший внешник тоже возобновил движение, но шёл теперь в разы осторожнее, больше глядя под ноги, чем на противника.

Рубер, добравшись до выхода из гаража, остановился, разглядывая рольставни. Препятствие показалось ему намного более простым, чем то, что он преодолел до этого. К тому же, в нём были щели, за которые так удобно будет уцепиться когтями и потянуть, разрывая хлипкую стенку.

Секунды, которую рубер потратил на изучение, хватило Шайтану, чтоб подойти на расстояние удара. В руках у внешника был нож, и всадить его нужно было в строго определённое место – споровый мешок рубера, уже прикрытый сверху костяным щитком.

В последний момент рубер, уже занёсший лапу, всё-таки почувствовал опасность. Начал разворачиваться и громко заурчал.

И тут Шпилька почувствовала, как новый Дар пробуждается и в Шайтане. Потянула его на себя в надежде, что он окажется полезным, но напарник её опередил. Тогда она, недолго думая, мысленно представила, как с помощью нодиевых браслетов подпитывает его Дар. И обалдела от волны энергии, плеснувшей в сторону Шайтана.

Внешник надавил своим новым Даром на рубера, и весь гараж вдруг погрузился в тишину, которую в народе обычно называют «ватной». Шайтан же, не теряя времени, взмахнул рукой, всаживая нож в споровый мешок заражённого по самую рукоять.

Рубер «взревел». Вернее, выглядело это так, будто он взревел, но из его пасти не донеслось ни звука. Взмахнул лапой в надежде зацепить того, кто его атаковал, но Шайтан кувырком ушёл от удара и отбежал на пару шагов. А заражённый нелепо повалился на пол всё в той же невозможной тишине. Немного поагонизировал и затих.

Шпилька перевела Дух, деактивировала Дары и только сейчас почувствовала, как у неё трясутся колени и руки. Опустила двести третий, из которого, как выяснилось, всё это время целилась в рубера, и выдохнула.

Шайтан, убедившись, что рубер сдох, вернулся к заражённому, не без труда перевернул его мордой вниз и принялся вскрывать споровый мешок. Бегло пересчитал добычу и ссыпал в карман. И только после этого посмотрел на Шпильку и вопросительно поднял подбородок.

Та молча указала пальцем сначала на Зину, потом на самого внешника. И подняла обе руки, демонстрируя массивные браслеты. Шайтан кивнул, подтверждая, что понял пантомиму. А Шпилька уже откручивала крышку фляжки с живцом.

Выпила она примерно половину, восполняя истраченные силы, и бросила беглый взгляд на браслеты. Да, вещица оказалась намного более полезной, чем она думала. Впрочем, следовало ожидать, раз даже белка не сравнится по стоимости с нодием. Можно смело спорить на что угодно – у браслетов есть ещё множество полезных свойств. Надо только каким-то образом их изучить. И научиться использовать на полную катушку.

Дождавшись, пока урчание стихнет и на улице, Шпилька доковыляла до внедорожника, вытащила из бардачка гороховку, сделала два больших глотка, даже не поморщившись. Следом вскрыла банку тушёнки и слопала её за пару минут – аппетит был просто зверский.

Только утолив первый голод и потребность в разнообразных растворах, которые вынуждены употреблять иммунные, она вспомнила, что надо бы рассказать напарникам об их Дарах. Она, конечно, не знахарь, но…

– Поздравляю с новыми Дарами, напарнички, – без тени свойственной ей язвительности произнесла Шпилька.

И подняла взгляд на Зинаиду.

– Отличный Дар, Зина. Пожалуй, один из самых лучших для Пекла.

## Глава 11. О пользе страха и находчивости в применении к Дарам

В подземном гараже рейдерам пришлось сидеть до следующего утра, потому что снаружи то и дело пробегали небольшие стаи, опаздывавшие на пиршество. Рубер к концу ожидания уже начал слегка пованивать, что никому не добавляло хорошего настроения. Его, конечно, накрыли покрывалом, найденным в одной из машин, но это не слишком помогло.

Так что наутро, когда Шпилька не почувствовала рядом ни одного Дара, кроме их собственных, а Лайма подтвердила отсутствие заражённых, принюхавшись к воздуху, проходящему сквозь щели в рольставнях, все вздохнули с облегчением.

Перезагрузившийся кластер объехали по большой дуге, чтоб ни в коем случае не столкнуться с остатками заражённых. Попали при этом в копию Москва-Сити, от вида которой Шпильке едва не стало дурно – на секунду она испугалась, что вернулась домой. Но наличие костяков и изувеченных машин дорогих люксовых брендов заставили успокоиться – она всё ещё в Стиксе.

Пока Шайтан вёл внедорожник по улицам Гигаполиса, а Лайма контролировала окрестности своим супер-нюхом, Шпилька решила заняться обучением Зинаиды, которая, как и большинство свежаков, понятия не имела, как активировать свой новоявленный Дар.

– Тебе нужно придумать какое-то незаметное движение, – говорила Шпилька. – Ну, вроде шевеления ушами и сморщивания пупка. Напряжение мышц есть, но его никто не увидит. И постараться именно на это действие привязать активацию Дара. Попробуй!

Зина старательно морщила пупок, шевелила ушами и кончиком носа, напрягала поочерёдно левую и правую пятки и поджимала пальцы на ногах, но всё было зазря. Дар никак не хотел ей подчиняться, но при этом несколько раз включался между попытками. Шпилька отчаянно жалела, что не является знахарем и не может помочь Зинаиде ничем, кроме банальных советов.

– Никак не выходит, – уныло произнесла Зинаида

Также она никак не могла уловить, на что Дар триггерится, когда активируется спонтанно.

На ночь остановились в одной из квартир элитной, судя по всему, высотки в двадцать пять этажей. Внедорожник опять припарковали в подземном гараже – они тут, судя по всему, были чуть ли не под каждым домом. А утром Шпилька решила выбраться на крышу, чтоб осмотреться.

Увиденное её потрясло.

Гигаполис был даже больше, чем она предполагала. Он раскинулся во все стороны от горизонта до горизонта, и краёв у него, по ходу, просто не существовало, кроме того, с которого они сюда попали.

«Это что же, мы забрались настолько глубоко в Пекло, что кластеров без кусков мегаполисов тут уже просто нет? – расстроилась Шпилька. – А как же чернота? А стаб-тройник, где надо искать Скульптуриста? Неужели Ада всё наврала?»

Зная свою «старшую», Шпилька вполне допускала, что квазиха просто придумала выдумала иммунного, который сможет объяснить ей, кто же такие боги Стикса, и чем она, Шпилька, им так не угодила. Но от поспешных суждений останавливало то, что Ада до последнего надеялась, что Шпилька отправится вместе с ней. Даже тогда, когда помощь «младшей» в отбирании нодия у килдингов уже была оказана. И отчалила в одиночку, лишь убедившись наверняка, что Шпилька ей не верит.

По одной из соседних улиц пробежала небольшая стая во главе с элитником. Шпилька проводила её взглядом и приникла к оптическому прицелу двести третьего. Да, так и есть, в паре десятков кварталов очередной кластер пошёл на перезагрузку, и твари спешили на очередной перекус. Понаблюдав за тем, как стая добралась до границы кластера и встала у вертикальной стены тумана, Шпилька со вздохом поднялась, и тут её осенила идея.

– Шайтан, возьми Зину, и поднимайтесь сюда, – достав рацию, быстро проговорила Шпилька и, немного подумав, добавила. – Тут та-акой вид – закачаешься. И почти не воняет. Отличное место для романтического завтрака.

Зинаида шутку про завтрак поняла буквально. Явилась, нагруженная банками и полуторалитровой бутылкой живца. Шайтан гордо шествовал налегке, если не считать Калаша и винтовки 6С8. Шпилька только усмехнулась – как на охоту собрался. Ну да, ну да, каждый понимает в меру своей испорченности. Или излишней серьёзности, характеризуемой почти полным отсутствием чувства юмора.

– Шайтан, располагайся, – сделала широкий жест рукой Шпилька. – Отложи стволы и забери у Зины еду, сегодня ты – шеф-повар. Зина, а ты вставай на четвереньки и ползи сюда так, чтоб снизу не было видно.

Свежая недоумённо заморгала, передала банки и бутылку недовольному Шайтану и подползла к Шпильке.

– Отлично! – похвалила та. – Выглянешь за парапет, когда я скажу.

Мимо промчалась ещё одна стая, но Шпилька решила, что она слишком далеко. Дождаться бы, чтоб прям по их улице заражённые промчались. Или хотя бы по соседней, чтоб Зинаида во всей красе оценила это зрелище.

Ждать пришлось минимум полчаса. Шайтан молчал – догадался, что Шпилька что-то задумала, и старался не мешаться. Но, наконец, ожидание закончилось.

В трёх домах от того, на крыше которого засели рейдеры, показалась стая покрупнее. Состояла она в основном из прилично так развитых заражённых, а вёл её матёрый элитник ростом порядка семи метров. Его Дар – что-то вроде чутья на перезагрузку, – Шпилька почувствовала очень ярко. Сознательно отгородилась от него, чтоб сосредоточиться на важном. И в тот момент, когда вожак стаи поравнялся с соседним домом, скомандовала:

– Зина! Выгляни. Только осторожно, так, чтобы тебя никто не заметил снизу.

Атмосферу Шпилька нагнетала вполне сознательно – понятно, что никто из тварей их на такой высоте не увидит. Может быть, унюхают, но искать не станут, иначе лишатся более плотного обеда. Элитники – они ведь довольно умные и даже хитрые, размениваться по мелочам, если есть сытная качественно и количественно альтернатива, не станут. Потом, правда, могут заглянуть на огонёк, но кто жим, как говорится, даст.

На не успевшую ещё заматереть Зинаиду простая уловка Шпильки подействовала. Свежачка очень медленно подняла голову над парапетом, посмотрела вниз, ойкнула и тут же спряталась обратно. Сглотнула, и – бинго! Шпилька почувствовала, как активировался Дар скрыта, доставшийся Зинаиде.

– Молодец, – похвалила она свежую. – А теперь деактивируй Дар и снова выгляни. Только следи в это время за тем, что делаешь. Ну, помнишь, я говорила про незаметное внешне напряжение мышц?

Ощущение Дара пропало. Бледная Зина глубоко вдохнула, словно собиралась нырнуть в ледяную прорубь, и снова выглянула за парапет. На этот раз она не ойкнула, но опять рефлекторно сглотнула.

Да, Шпилька не ошиблась – именно на это действие каким-то образом привязался Дар Зинаиды.

– Поняла? – довольно улыбнулась она. – Почувствовала, когда и почему включается Дар?

– Я… я пугаюсь и… – пролепетала Зина.

– И?.. – подбодрила Шпилька.

– Прячусь…

Шайтан, слышавший весь этот диалог, возвёл очи горе.

– А горло от испуга у тебя не пересыхает? – зашла с другой стороны Шпилька.

– Пересыхает, – кивнула Зинаида. – Ещё как. Приходится слюну глотать сразу, чтоб…

Лицо свежей просияло.

– Так что же… Я глотаю, и Дар?…

– Думаю, да, – с лучезарной улыбкой кивнула ей Шпилька. – Попробуй повторить. Только уже не выглядывая, а прямо так.

Получилось не с первого раза, но всё-таки получилось. Довольная, словно объевшийся сметаны кот, Зинаида несколько раз подряд активировала свой Дар.

– Теперь тренируйся как можно чаще, – сказала ей Шпилька. – У тебя очень полезный Дар, он сильно облегчит нашу жизнь в Пекле. А чем лучше ты будешь им управлять, и чем сильнее он станет, тем проще уже мне будет его копировать и набрасывать на всех остальных. В идеале, с твоим Даром мы сможем по Пеклу гулять, как по городскому парку. Гороховку не догадалась притащить?

Радостная Зинаида тут же слегка расстроилась.

– Потом глотнёшь, как спустимся, – успокоила её Шпилька. – А пока живца глотни побольше. И давайте уже завтракать.

## Глава 12. Экипаж машины боевой

Гигаполис казался бесконечным. Ко второму дню движения сквозь него Шпилька окончательно потерялась в направлениях, а разнообразие высоток слилось в нечто одноликое – мозг переполнился им и перестал замечать.

Улицы, проспекты, дворы. Гаражи, квартиры, офисы. Перезагрузки и стаи заражённых. И снова улицы, офисы, перезагрузки....

Проще всего теперь было со стаями. Хоть Дар Зинаиды и был пока слабым, женщина активно тренировалась им пользоваться. Возможностей для практики был целый вагон – заражённые тут гуляли не то что стаями, а прямо-таки стадами. Лайма, раньше старавшаяся Зину не замечать, активно включилась в процесс обучения и тихим рыком предупреждала свежачку о приближении опасности. Та тут же активировала скрыт, а Шпилька с помощью нодиевых браслетов усиливала его и накидывала на весь экипаж. Ну а Шайтан накрывал внедорожник вместе с экипажем своим Даром, который Шпилька в шутку назвала глушилкой.

Помимо Дара, Зинаида потихоньку осваивала и оружие. Найдя удобное укрытие в одном из офисных зданий, Шпилька и Шайтан потратили несколько дней на то, чтоб свежая научилась грамотно пользоваться всеми доступными стволами и поняла, что надо делать при встрече с заражёнными.

Заражённого изображала Лайма, а Зина, работая с разряженным оружием, должна была с ней справиться. Первые попытки вышли крайне неуклюжими, но с каждым разом у старательной свежачки получалось всё лучше.

Теперь двигаться на запад стало проще и немного безопасней. Но зато остро встала проблема добычи воды и еды. Обычно рейдеры просто обносили магазины перезагрузившихся кластеров, действуя либо организованными группами от стабов, либо поодиночке подбирая то, что осталось. Но в Гигаполисе, сплошь застроенном небоскрёбами с элитным жильём и бизнес-центрами, обычным магазинам места не нашлось.

В результате запасы съестного довольно быстро подходили к концу. Воды оставалась одна пятилитровая бутылка, ещё одна двухлитровая тара была наполнена живцом под завязку. Когда-то Ли рассказывала Шпильке, что, в крайнем случае, можно просто рассасывать споран, чтоб избежать спорового голодания, но существовал нюанс – надо было вовремя споран выплюнуть, чтоб не наглотаться сконцентрированных в его сердцевине ядовитых хлопьев.

Расход споранов в таком случае прилично увеличивался, но при том запасе, который они накопили, как раз это беспокоило Шпильку меньше всего. А вот вопрос добычи еды с каждым днём становился всё острее.

– Не было бы вокруг столько трупов, решил бы, что тут жили не люди, а роботы, – возмущался Шайтан.

Желудок внешника поддерживал его праведный гнев недовольным и громким урчанием.

Зинаида, наконец, сообразившая, куда попала, теперь горько жалела о том завтраке, что устроила рейдерам в Доме артиста – сколько недоеденного пришлось там оставить, смогли бы ещё на пару дней растянуть при должной экономии. Шпилька её не корила – осознала свежачка ошибку, и достаточно. Теперь надо решать насущные проблемы, а не вспоминать о том, чего не вернуть.

Но кто ищет, тому капризная дама удача хоть скупо, но улыбнётся. Вывернув с очередного проспекта, застроенного квадратными высотками с рядами одинаковых небольших окон и подпрыгнув на стыке кластеров, рейдеры вдруг оказались в районе с советскими пятиэтажками.

– Глазам своим не верю. Ш-ша-й-с-с-е! – выразил всеобщее мнение Шайтан.

Остановив внедорожник, он даже вышел из машины, чтоб потрогать деревянную скамейку, установленную у проложенного вдоль дороги тротуара. Потом долго разглядывал дома с эмблемами серпа и молота на торцах.

Вообще, в этом кластере было относительно чисто. Машин мало, да и те в основном во дворах домов. Костяков тоже сильно меньше, чем в районах высоток. И дома сохранились получше – почти во всех окнах целы и стёкла, и рамы, на подъездах сохранились двери.

– Наверное, тут немного народу было, – вот заражённые и не лютовали особо, – предположила Зинаида. – Хотя ну очень непонятно, откуда тут взялся этот уголок спокойствия.

– Не такого уж и спокойствия, – не согласилась с ней Шпилька, сканируя своим Даром окрестности. – В Улье таких мест в принципе не бывает. Но, в общем, я понимаю, что ты имела в виду. Ай, мля! Итить же твою налево!

Один скелет всё-таки умудрился бессовестно попасться под ноги. Споткнувшись и с трудом удержав равновесие, Шпилька выдала длинную и заковыристую тираду на великом и могучем. Зинаида покраснела, Шайтан расхохотался. Выпрыгнувшая из внедорожника последней овчарка рыкнула на внешника и целенаправленно потрусила вдоль дороги.

– Куда это она? – удивилась Зина.

– Сейчас узнаем, – весело сказала Шпилька. – Шайтан, давай обратно за руль. Или голодные женщины должны пешком за собакой идти?

– Вы не женщины, а киборги, – не остался в долгу бывший внешник и мечтательно продолжил:

– Женщины дома сидят, варят пиво, колбаски жарят и носят такие белые передники…

Но сильно поддевать не стал. А Шпилька сочла за лучшее пропустить уже ей адресованную шпильку мимо ушей.

В отличие от остальных, она знала, что привлекло внимание овчарки. Лайма, разумеется, поделилась с хозяйкой запахом, который её заинтересовал. И от него желудок Шпильки урчал ещё громче, чем у Шайтана.

Через пять домов обнаружился небольшой магазин с обвалившейся от старости вывеской.

– Стаб, что ли? – предположил Шайтан. – Мля, все холодильники давно разморозились, вонища внутри, небось. Эх, полжизни бы отдал сейчас за копчёную сосиску и кружечку настоящего баварского…

– Тушняк жри, привыкай быть русским варваром, – ухмыльнулась Шпилька. – Ложку, так и быть, в бардачке возьмёшь.

– Если срок годности не истёк, – не поддержал язвительную шутку бывший внешник. – А так сожру, куда денусь.

Ассортимент магазина оказался скуден и до боли напоминал о застойном периоде СССР. На полках красовались консервы, трёхлитровые банки с берёзовым соком, проеденные мышами бумажные пакеты с крупами и разбухшие треугольные пакеты молока. О холодильниках, к которым привыкли в прошлой жизни рейдеры, не было и речи, так что от закрытой витрины возле древней кассы ощутимо несло тухлятиной.