Олег Рой
Дори. Магия близнецов

© Рой О., 2024

© ООО «Издательство АСТ», 2024

* * *

Глава первая

Верите ли вы в другие миры? Не в другие планеты, – Марс, Венеру или какую-нибудь систему Альфа Центавра; нет-нет, просто миры, где всё так же, как у нас, но немного по-другому?

Представьте себе, что создания из сказок и легенд существуют на самом деле. А ещё представьте, что есть удивительный мир, где в озерах плещутся русалки, руду добывают гномы, эльфы танцуют в лесах, а пегасы и грифоны соревнуются, чьи крылья быстрее. Вам наверняка интересно, где же этот волшебный край? На самом деле, не так далеко. Растёт в нашем мире лес, не простой, а волшебный, и в нём можно отыскать дуб, корни которого протянуты сквозь ткань миров и переплетаются с корнями другого дуба, более старого и мощного. Вот он-то и растёт в волшебной стране. Расположены два магических дерева словно картинка на игральной карте. Возможно, и жителям второго мира покажется, что мы с вами ногами вверх ходим, а нам – наоборот: что они вверх ногами да вниз головой.

Волшебная эта страна, с которой соединён корнями дубов наш мир, называется Кронией. Почему так? Да кто же теперь наверняка скажет! Может, дело в том, что все-все деревья там выделяются пышными и ухоженными кронами, а может, и в чём другом. Назвали так страну однажды, привыкли и уже сейчас точно не помнят почему. Да и неважно это, если честно.

Как мы и говорили, в Кронии живут чудесные и невероятные создания, попадаются тут и знакомые всем гномы с русалками, встречаются кикиморы и гремлины, а есть ещё такие удивительные существа, которым в нашем мире даже не придумали названий.

Крония – это чистый и волшебный мир, здесь война случалась лишь раз и то быстро закончилась, а жители предпочли забыть о ней и сделать всё возможное, чтобы ничего подобного больше никогда не повторилось. Потому что обитатели этого мира – дружелюбные и работящие, у них есть более важные дела. Конечно, тамошние орки порой решают вопросы в хорошей драке, но такой уж они народ: чуть какой спор в семье или между охотниками – вызывать друг друга на поединок. Но, подравшись, они забывают обо всех обидах и остаются друзьями, ведь сражения помогают им выпустить пар. Воевать даже орки не любят и не хотят, это ведь помешает их работе, которую они любят и ценят.

Жители волшебной страны Кронии делятся на лунных и солнечных или, можно сказать, ночных и дневных. Одни бодрствуют в ночные часы, а вторые – в дневные, так повелось издавна, ведь каким-то народам проще спать, когда солнце не сияет на небе, а иным – наоборот. Несмотря на такое различие, лунные и солнечные жители тоже не ссорятся между собой, да и какие на то могут быть причины? Дневные при солнечном свете строят дома, собирают ягоды и фрукты, сеют пшеницу… Ночные добывают уголь и самоцветы, куют удивительные поделки и ловят рыбу. Орки оставляют тележки с дровами у домов гремлинов и забирают выставленные специально для них испечённые днём вкусные пироги; тролли ловят рыбу, а с утра эльфы раскладывают её сушиться; ведьмы колдуют, устраивают дожди и туманы для садов, которые выращивают эльфы и дриады… все народы Кронии связаны между собой неразрывно и не мыслят своей жизни друг без друга.

Не стоит думать, что дневные и ночные жители справляются без мудрого руководства, у них есть свои правители. У лунных – это сильнейшая и достойнейшая ведьма, а у солнечных – мудрейший и справедливейший гремлин. Когда возникают споры между народами, правители сообща решают проблемы, точно так же, как они выступают судьями, если их подданные не могут разобраться между собой.

Кроме правителей, в Кронии есть и свои герои. Помните, мы вспоминали войну, что когда-то пришла в этот волшебный мир? Давным-давно одна Лунная Правительница решила захватить власть и управлять всей сказочной страной в одиночку. Никто не знает, почему так случилось и откуда у неё появились такие странные для Кронии мысли. Может, какое-то заклинание неправильно сработало, или в зелье что-то не то попало, а может, она не так истолковала то, что увидела в своём магическом шаре… Как бы там ни было, эта Лунная Правительница, а звали её Цесиндой, собрала настоящую армию и попыталась взять власть в свои руки. Как легко догадаться, её попытка не увенчалась успехом, а сама ведьма бежала в другой мир, который здесь называется «миром людей». Это наш с вами мир, который для жителей Кронии такой же фантастический, как и их для нас. Следом за Цесиндой отправили сына Солнечного Правителя, маленького гремлина Дори… вот с того дня началась история его удивительных приключений, которые шли одно за другим.

Сначала Дори заключил Цесинду в ларец – магическую ловушку, а когда она освободилась, помог снова отыскать и заточить её. Но и на этом ничего не закончилось, и последствия магии злобной ведьмы то и дело мешали жизни мирной Кронии. В конце концов Дори, которого каждый раз отправляли спасать мир и совершать подвиги, стал почитаемым героем всей Кронии. Великий герой вырос из малыша во взрослого и достойного уважения гремлина, женился на прекрасной гремлинше, своей Настоящей Любви… и решил, что ему, как герою, пора уйти на покой. Дори никогда по-настоящему не любил совершать подвиги, ему казалось, что это слишком сложное и опасное занятие, в то время как тихая и мирная жизнь его вполне устраивала. Так и вышло, что он ушёл в бессрочный отпуск, а о своих приключениях только рассказывал, стоило только попросить.

Так, в одно солнечное погожее утро уже вполне взрослый гремлин Дори сидел на удобной подушке, которую прихватил из дому, а вокруг него, кто прямо на траве, кто на специальных стульях, а кто на покрывалах, расположились заинтересованные слушатели. Многочисленные кузены и кузины Дори со своими детьми, юные эльфы, лешие и кикиморы, даже парочка кентавров с малышами. А ещё здесь была тройка грифонов, которые, как обычно, делали незаинтересованный вид, но слушали так же внимательно, как и другие. Дори, задумчиво поглаживая бороду, рассказывал о том, какие подвиги он успел совершить в своей юности.

– Когда я отправился за Цесиндой в первый раз, то до смерти боялся, – говорил Дори, и тут его слушатели вполголоса смеялись: несмотря на заверения гремлина, они не особо верили, что он испытывает страх, – но у меня была маскировка, и я выглядел совсем как человек. Но два следующих раза в мире людей я оставался гремлином.

Старшие слушатели знали все-все истории Дори: они слышали их много раз, но вот малышам было очень интересно.

– А как же ты прятался? – спросила маленькая гремлинша с серебристой шёрсткой и ярко-рыжей кисточкой на хвосте.

– Да как приходилось, – развёл руками Дори, – как-то сидел в холоде под крылечком и с помощью волшебного медальона невидимым становился, а в другой раз просто быстро убегал от опасности.

Со всех сторон опять раздались смешки, и Дори тяжело вздохнул. После двух своих первых путешествий в мир людей он не был столь скромным и рассказывал, что не знал страха в сражениях с ужасающими монстрами. Но со временем понял, что похвальба не ведёт ни к чему хорошему, ведь именно из-за неё и случилось множество бед. Но его правдивым рассказам уже не очень верили. Для спокойной и мирной Кронии он оставался бесстрашным героем. И притом скромным.

– Расскажи про страшного колдуна Каматаша! – попросил один из взрослых кентавров, у которого и лошадиная шерсть, и человеческая кожа были почти одинакового ровно-медного цвета.

Его маленький сын, устроившийся под боком у лежащего в траве отца, захлопал в ладоши и добавил:

– Да-да, ласкажи!

Дори вздохнул и снова пригладил бороду: он не слишком-то любил эту историю, но раз просят, то надо рассказывать. Да и кто сказал, что ему обязательно надо всё-всё выкладывать?

– Давным-давно, – начал Дори, – когда я был юным и у меня ещё не росла борода, случилось мне совершить некий подвиг. Цесинда к тому моменту уже сгинула навек, и всем казалось, что ничего дурного больше не произойдёт…

Слушатели, даже те, что сами могли повторить историю по памяти, затаили дыхание. Малыши же во все глаза смотрели на Дори.

– …Но в один чудесный и солнечный денёк, прямо как этот, случилась страшная беда. Магическая крепость Цесинды, её убежище, в котором она хранила свои колдовские артефакты, исчезла из-под охраны других ведьм. Просто растаяла в воздухе.

Кто-то ахнул, а та самая любопытная маленькая гремлинша спросила, морща лобик:

– А это плохо, что она исчезла?

– Конечно, – кивнул ей Дори, – ведь крепость не просто пропала, она бежала. Волшебные вещи и здания могут обрести разум, если в них вложено достаточно сил и сущности их творца. А собственной Крепости Цесинда отдала большую часть своей чернейшей души.

Со всех сторон опять раздались ахи и охи.

– Крепость бежала из-под надзора ведьм, – продолжил свой рассказ Дори, – она искала того, кто был бы озлоблён или недоволен. Знаете почему?

Молоденький золотоволосый эльф в зелёном костюмчике поднял руку, и Дори кивнул ему.

– Потому что дурные эмоции притягивают дурную магию, – смущенно сказал эльф, и на его щеках появился румянец. – И они питают друг друга.

– Именно, – подтвердил Дори. – Крепости не хватало сил, она искала кого-то, кто сможет давать ей свою злобу, зависть и ненависть… и ей это удалось… Крепость отыскала нового хозяина.

Дори не любил эту историю из-за того, что приходилось рассказывать о собственном кузене. Это его родственник приманил к себе полную зла и тёмной магии крепость Цесинды. И Дори знал, почему так случилось. Кузен Коми чувствовал досаду столь сильную, что она заслоняла от него целый мир вокруг. Причиной этому был Дори и его подвиги.

Коми всю жизнь мечтал совершить что-то выдающееся, но в увлекательные, пусть и опасные, приключения отправляли не его. А потом ещё, вернувшись из мира людей, Дори всем рассказывал, как победил опасность одним пальцем. Его похвальба заставила Коми почувствовать ненависть к Кронии и всему миру. Чем и воспользовалась Крепость.

Каждый раз, рассказывая об этом, Дори чувствовал горечь. Он объяснял, как важно быть честным, и говорил, что нужно всегда обращать внимание на тех, кто рядом. Слушали его в молчании: взрослые вздыхали, а малыши опускали глаза или прижимались к родителям.

– Каматаш уводил обиженных на жизнь созданий Кронии в мир людей, – рассказывал Дори, – он находил таких же, как он, кого что-то не устраивало, или тех, кто не хотел работать, а лишь желал, чтобы его все уважали и любили просто так.

– Так и было! – сказала кикимора, сидящая в самой гуще слушателей.

Дори кивнул своей подруге: это была Гули-Юри, одна из сестричек-кикимор, которые ушли вслед за Коми в мир людей. Вернувшись в Кронию, они поняли, что ошибались. Здесь им казалось, что, просто полёживая в иле, можно чего-то добиться. Но со временем, после того как в мире людей пришлось тяжело работать, чтобы раздобыть что-нибудь на обед, и Гули-Юри, и её сестра Йоли-Тори поняли, что лень не накормит. По возвращении домой они стали очень работящими, как, впрочем, и все другие существа, которых отыскал и вернул домой Коми.

Крепость хотела за счёт всех этих несчастных и озлобленных созданий получать энергию для своей жизни, но появление Дори смешало её планы. Как и то, что Молодой Дубок, волшебное деревце, которое выращивал в мире людей Коми, оказался настроен против недобрых планов.

Дори всегда с радостью вспоминал Дубок, который стал его другом за очень короткое время… и именно благодаря этому восстановился баланс магических деревьев, и они до сих пор связаны между собой и переплетены корнями, по которыми можно путешествовать из мира в мир.

История Дори лилась потоком, который изредка прерывали вопросы любопытных малышей или взрослых, которые то ли сами для себя что-то уточняли, то ли хотели, чтобы их дети услышали самое важное. День потихоньку клонился к закату, тени удлинялись, а самые маленькие начинали понемногу зевать.

– …А потом я выяснил, что человеческие дети не так уж и плохи, – сказал Дори с улыбкой.

– Они не захотели сделать из вас чучело? – спросил тот молоденький эльф.

Дори рассмеялся.

– Вовсе нет, – сказал он, – мы просто с ними друг друга не поняли.

Он вспомнил, как до смерти боялся человеческих детей и пытался спрятаться от них в лесу, а дети не понимали, почему Дори постоянно от них бегает.

Им всё равно удалось справиться с угрозой, которую несла Кронии озлобленная и полная чёрной магии Крепость.

– …Потом мой волшебный топор разрушил Крепость, – сказал Дори, – так всё и закончилось.

Он не хотел рассказывать о суде над Коми, по решению которого кузена заперли в дереве на пятьдесят лет. Тогда как раз устроили Совет-На-Заре – многие жители Кронии, и дневные, и ночные, собрались вместе на огромной поляне, долго обсуждали вину Коми, слушали историю Дори и других, кто боролся с Крепостью, пытались понять, кто виноват и почему случилось горе. Решили, что Коми, чья зависть и гнев приманили Крепость, виновен, но может исправиться. А через пять десятков лет, когда он защищал яблоневые сады, запертый внутри деревьев, ему всё простили.

Дори иногда общался с Коми, но кузен переехал и сейчас занимался строительством плотин: они только изредка посылали друг другу письма и открытки. Это была хорошая история, но Дори не думал, что её стоит рассказывать. Что-то простое и привычное могло показаться скучным, а слушатели и так немного устали. Даже маленькая гремлинка не задавала вопросов, а только размахивала хвостом с яркой кисточкой и о чём-то напряжённо думала.

– Мама говорит, что ты ничего не боялся, – сказала она, – а ты говоришь, что боялся. Как так?

– Я действительно боялся, – заверил её Дори.

– Тогда почему же ты продолжал совершать подвиги? – спросила малышка.

Дори улыбнулся и опять погладил бороду.

– Дело в том, – начал он, – что есть вещи, которые просто нужно сделать. Хочешь ты или нет, страшно ли тебе, хочется ли… это не важно. Главное всё-таки выполнить задуманное.

– Просто так получалось выполнить? – не отставала маленькая гремлинша.

– Я думал о других существах, – ответил Дори, – о своей невесте, о своём отце и о матери. Обо всех жителях Кронии. Это же мой мир, и я всегда хотел сделать для нас всех как лучше.

Дори иногда сам поражался, как ему хватило смелости и решимости победить Цесинду, а потом и её Крепость… но удалось.

– А ещё, – добавил Дори задумчиво, – мне всегда помогали. Без других я бы никогда не смог совершить ни единого, даже самого малюсенького подвига.

Гремлинка задумчиво кивнула, Дори не был уверен, поняла ли крошка, о чём он говорил, но уточнять не стал. Всё-таки в своём рассказе он не забывал о человеческих детях. Так приключилось, что два раза из трёх, когда он путешествовал в мир людей с поручением Совета-На-Заре, ему помогали именно дети. Пусть поначалу и выходило немного неловко, когда они принимали его за диковинную зверушку или монстра, но потом получалось подружиться.

Побывав в мире людей, гремлин убедился, что тот не так уж и плох. В чём-то странен, очень необычен, за его лесами не смотрят дриады, но тем не менее многие люди были хорошими.

Дори нравилось думать, что дети и взрослые, которых он повстречал на другой стороне мира, тоже вспоминают его с теплотой.

Пока он размышлял, его слушатели стали потихоньку расходиться: грифоны потягивались и разминали крылья, эльфы о чём-то переговаривались свистящим шепотком и хихикали, родственники Дори обсуждали услышанные истории.

Тот кентавр, что попросил рассказать о Коми, потряс своего задремавшего сынишку за плечо. Малыш зевнул и потёр глаза кулачками.

– Мы забыли поздравить нашего героя, – пробасил кентавр.

Со всех сторон раздалось: «Да!», «Точно!» и «Как мы могли?»

– С чем? – удивился Дори.

– С тем, что ты скоро сам станешь отцом, – внёс ясность кентавр.

– Ага, поздравляем! – поддержала его одна из кузин Дори, и остальные тоже присоединились к её словам.

Дори неуверенно улыбнулся: он потому и пришёл на полянку, чтобы чуть-чуть поговорить на другие темы. Ему хотелось детей и, конечно, он ни секундочки не сомневался в этом, но всё равно было страшно. Дори до сих пор казалось, что он только играет во взрослого, а на самом деле ничегошеньки не понимает в жизни и в том, как положено себя вести.

Теперь у него была семья, его возлюбленная Лори, и у них вот-вот должны были появиться малыши. Опытные знахарки говорили, что будет двойня. Дори боялся, и от одной мысли о его детях сердце начинало заходиться.

– Спасибо, друзья, – сказал он.

– Ты будешь отличным отцом! – заявила одна эльфийка, уже взрослая, с ниточками седины в роскошных чёрных волосах, и её поддержали почти все, кто собрался на поляне.

– Ох, я не уверен, – вздохнул Дори, – даже не представляю, как мне себя вести и что делать.

– Поймёшь, – заверил его кентавр, обнимая своего сынишку за плечи.

– А не поймёшь, так мы подскажем, – поддержала эльфийка.

Дори улыбнулся и подумал, что ему очень повезло. У него была отличная, самая лучшая на свете, самая добрая и красивая жена, а ещё самые удивительные друзья. А своим другом он мог назвать любого жителя волшебной Кронии!

Когда Лори только забеременела, то сказочные существа, узнавшие об этом, устроили праздник. Ночные не спали целый день, а дневные – всю ночь. Они радовались, пировали и танцевали, так что Дори уже не был уверен, что же именно они все отмечают и имеет ли он к этому отношение.

– Ни о чём не волнуйся, – сказал один из кузенов, – мы же все родня или просто друзья, каждый с радостью тебе поможет.

Это было приятно, Дори улыбнулся и набрал воздуха, чтобы сказать, как же ему повезло с родственниками и знакомыми, как вдруг с удивлением заметил, что к нему через всю поляну со всех ног мчатся двое маленьких гремлинов. Он знал эту парочку: сыновья одного из его кузенов, чей дом был недалеко от дома Дори с Лори.

Гремлины добежали до подушки, на которой сидел Дори, и повалились на траву, тяжело дыша. Они размахивали руками и пытались что-то сказать, но гремлины так запыхались, что внятная речь им не давалась.

– В чём дело? – спросил Дори.

Один из его двоюродных племянников набрал воздуха, но сложить слова во что-то осмысленное у него не получилось.

– Это Лори! – сказал второй.

Дори уже вскочил на ноги, и его руки сами потянулись потеребить кисточку на нервно подрагивающем хвосте.

– Что с ней? Всё в порядке? – спросил Дори.

– Она рожает! – хором сказали оба брата.

Глава вторая

Дори со всех ног бросился домой, а на поляне, где осталась сиротливо лежать его подушка, друзья и знакомые принялись допытываться у братьев-гремлинов, что так переполошило великого героя. Что до Дори, то он вообще не думал ни о ком другом, кроме своей возлюбленной Лори. Ради неё и их семейного счастья Дори и сейчас был готов пройти тысячу миров и победить сотню злобных колдунов. Ну, по крайней мере, именно так он это чувствовал, другое дело, что случая проверить не подворачивалось.

Когда Дори добежал до их двухэтажного дома у звонкого ручья, то увидел, что тут и без него хватает народу. Несколько феечек с ходу замахали на него руками и запищали, чтобы не смел входить внутрь, а оставался в саду.

– Но там моя жена! – возмутился Дори. – А это мой дом!

– Сказали – нельзя! – решительно пискнула феечка в розовом платьице и сложила крошечные ручки на груди, трепеща стрекозиными крылышками.

– Это нарушит стер… стери… стерильность! – всё-таки справилась со сложным словом вторая феечка, одетая в синее платьице. Они обе выглядели жутко сурово.

Дори глянул на дом, окна которого были занавешены изнутри, и на собравшихся рядом гремлинов, гремлинш, леших, кикимор, эльфов и других волшебных созданий. Многие из них часто навещали Лори в последние месяцы. Говорили в основном о беременности, родах и воспитании детей. Дори на таких встречах тоже старался внимательно слушать, но иногда чувствовал, что его голова вот-вот лопнет. Он начинал паниковать каждый раз, когда думал о будущих малышах.

Феечка в синем платьице зависла прямо напротив лица Дори.

– Лучше подождать, – сказала она, – тебе всё расскажут, когда будет пора.

– А пока лучше не мешать, – поддержала вторая феечка.

Дори оглянулся на существ, которые устроились прямо на лужайке их с Лори дома, – все внимательно посматривали в сторону Дори, но никто, кроме феечек, не пытался с ним заговорить.

Это выглядело немного подозрительно, но думать о чём-то таком сейчас будущий отец семейства был не в силах. Так что Дори, тяжело вздохнув и взмахнув хвостом, ответил:

– Хорошо, я подожду.

Он отошёл к скамейке, что примостилась между двух пушистых кустов боярышника, которые он посадил пару лет назад по просьбе Лори, и сел, откинувшись на резную спинку. Дори собирался терпеливо ждать новостей, как ему и сказали.

Стоило Дори отойти от дверей, как тут же началась жуткая суматоха: от колодца с полным ведром воды пробежал леший, в распахнутую им дверь влетели те самые феечки, а эльфийка с двумя рыжими косами закрыла дверь изнутри. Спустя пару минут где-то с другой стороны дома хлопнуло окно, кто-то прокричал что-то об этой самой «стерильности», другой голос спросил, где простыни. То и дело в дом заходили и забегали создания, что крутились поблизости, часто с такими обеспокоенными лицами, что Дори постоянно порывался вскочить и с боем прорваться к Лори. Но его мягко останавливали.

– Ты ничем не сможешь помочь, – сказала пожилая кикимора с крючковатым носом, похожим на старый корень.

– Но мне говорили, что я могу быть рядом, – неуверенно ответил Дори.

– Многое меняется, – загадочно сказала кикимора.

Сгущались сумерки, как всегда летом это происходило очень неспешно, и ночь не торопилась вступать в свои права, но время шло, и ничего возле дома Дори и Лори не менялось: всё та же суматоха и беготня. Иногда раздавались какие-то громкие звуки, стук и звон, пару раз кто-то вскрикнул, но непонятно кто.

Дори беспокоился, теребил кисточку на хвосте, бегал по дорожке рядом с домом, даже пытался заглянуть в окна, которые изнутри мало того, что закрыли шторами, ещё и простынями завесили.

Когда совсем стемнело и в траве запели цикады, Дори всё же пустили в дом, но строго-настрого наказали сидеть в гостиной, не мешать никому и не путаться под ногами. В доме теперь стояла такая плотная тишина, что легко было понять: без магии не обошлось. Дори сам пару месяцев назад покупал специальные шарики, которые будто вытягивали все звуки из комнаты. Он сделал это ради Лори, жаловавшейся на слишком громкое пение птиц поутру.

– Да что происходит-то? – спросил Дори, перехватывая бегущую с кухни кикимору с крючковатым носом, в руках которой был целый ворох полотенец.

– Я не знаю, – ответила та, теперь она уже не казалась такой спокойной и загадочной, как до этого.

– Что с Лори? – спросил Дори, чувствуя, как его сердце принялось колотиться быстро-быстро, как будто хотело выскочить из груди и запрыгать по деревянному полу коридора.

Кикимора прижала полотенце к животу и вздохнула.

– Лори… Лори никак не может разродиться, – сказала она неуверенно, – мы позвали ведьм. Они скоро будут. Главное – не волнуйся!

– Что значит «не волнуйся»?! – запричитал он, расставив ноги и со свистом рассекая хвостом воздух. – Почему Лори не может родить?!

– Ну… это почти нормально, – неуверенно ответила кикимора. – Она же в первый раз…

Дори чуть было не зарычал: все знали, что гремлинки легко рожают, поэтому, как подшучивали другие дневные жители, в их семьях так много детишек.

– Когда будут ведьмы? – схватился за голову Дори. – Почему вы ждали так долго? А вдруг что-то плохое случится?!

Кикимора набрала воздуха, явно собираясь высказать всё, что она думает, но тут из-за спины Дори раздался глубокий и мягкий женский голос:

– Всех, кого нужно, уже позвали. Незачем так волноваться, о великий герой.

Дори узнал этот голос, он обернулся и с удивлением спросил:

– Лунная Правительница? Вы пришли помочь Лори, да?

Когда-то, всего пару сотен лет назад, он боялся Лунную Правительницу Тананну. Боялся, потому что ему все ведьмы в мире казались похожими на злобную Цесинду. Но со временем Дори понял, что в большинстве своём они очень мирные и трудолюбивые жительницы Кронии. А Тананна, которая частенько обсуждала важные вопросы с отцом Дори Эргеном, была одним из самых ответственных созданий, что вообще встречались в их мире. И бремя правления ночными существами Тананна несла с достоинством, никогда не отказывая в помощи. К ней часто обращались за советами и дневные жители, потому что она нередко не ложилась спать до самого рассвета.

– Ты правильно понял, что я здесь из-за твоей жены, милый Дори, – сказала Тананна, покачала головой и убрала за ухо прядь, выбившуюся из высокой причёски, – боюсь, слишком много магии замешано в том, что имеет отношение к твоей семье.

С тех пор как Дори познакомился с Тананной, в её каштановой шевелюре добавилось фиолетовых прядей, ведьминской седины, но внешне она оставалась всё такой же юной благодаря омолаживающему зелью.

– Но… – начал Дори и осёкся.

Шелестя длинными сине-зелёными юбками, Лунная Правительница прошла по коридору и присела на корточки рядом с Дори, чтобы ему не нужно было задирать голову в разговоре.

Кикимора, воспользовавшись этим, быстро ретировалась.

– Что с магией? – спросил Дори, и ему показалось, что его сердце вмиг прекратило биться.

– Я должна осмотреть Лори, – ответила Тананна грустно, – но мне кажется, что я понимаю, что происходит. Ты слишком часто путешествовал между мирами, дорогой мой Дори. Это не могло пройти бесследно.

Ушки Дори опустились, и он потряс головой и даже потянулся было ущипнуть себя, настолько это всё походило на странный и неприятный сон. Вот прямо сейчас он проснётся, за окошком будет светить солнце, Лори потянет одеяло на себя и пробурчит: «Ой, ну приготовь завтрак беременной жене, а?»

– Я не понимаю, – прошептал Дори, – причём тут моя семья? Лори ведь никуда не путешествовала! Она всегда жила в Кронии.

– Магия окружила тебя плотной паутиной после всех твоих приключений и перемещений в мир людей, – объяснила Тананна, – ты живёшь и дышишь ею, она вплелась в твоё существо. И, конечно же, она вплелась и в существо твоих ещё не рождённых детей. Это неизбежно.

Дори почувствовал, как к глазам подступают слёзы.

– Выходит… выходит… – он знал, что взрослые гремлины, уже отрастившие бороду, не плачут, но это удавалось с трудом. – Выходит, я виноват? Из-за меня Лори страдает!

Тананна положила ладонь гремлину на плечо и очень ласково сказала:

– Ты не виноват ни в чём, просто иногда в мире случаются необъяснимые и неправильные вещи, а нам приходится верить, что они станут необъяснимо прекрасными и правильными со временем.

Дори неуверенно улыбнулся и понял, что всё-таки из его глаза потекли слёзы.

– Вы же поможете Лори? – спросил Дори дрожащим голосом.

– Да, – просто ответила Тананна и поднялась на ноги. – Я обязательно помогу Лори.

Стоило ей ободряюще улыбнуться Дори и скрыться из глаз, как великий герой Кронии громко и тоскливо расплакался. Ему казалось совсем несправедливым, что из-за его путешествий по мирам теперь должна страдать его возлюбленная Лори. Это было слишком жестоко, и Дори бы отдал что угодно, только бы с ней ничего не случилось дурного, а их детки родились здоровыми.

Он сел в коридоре и приготовился ждать. Хоть целую ночь! Дори вспоминал все-все счастливые моменты, что были у них с Лори с той самой первой встречи, когда они бродили вдвоём целый день.

Дори не мог сказать, сколько он так просидел, прежде чем к нему подошла уже знакомая кикимора.

– В чём дело? – спросил Дори, вскакивая. – Лори?

– С ней всё в порядке, – тут же заверила его кикимора, – и с малышами тоже. Тебя зовут к ним.

Дори помчался вверх по лестнице, прямо в их с Лори комнату, где, как он понял, она и была всё это время. Гремлин не обращал внимания ни на кого вокруг и даже не заметил, как оттолкнул какую-то гремлинку от двери, а она не стала возмущаться.

Комната Дори и Лори была просторной, в ней помещалась кровать, вместительный шкаф с зеркалом, мягкие кресла и даже пара книжных полок, на которых стояли магические шары, собирающие звуки и не пускающие их в другие комнаты, а также не дающие звукам извне попадать сюда. Огромное окно закрывала простыня, как и везде в доме, а свет давал колдовской светильник под потолком.

Всё это Дори отметил лишь мимоходом, ведь первое, что он заметил, входя в комнату, была Лори, лежащая на кровати среди подушек и завернутая в одеяло. Она казалась очень уставшей.

– Дори! – с усталой улыбкой сказала Лори, протягивая к нему руки.

– Любовь моя! – Дори сжал ладони Лори в своих.

Лишь после этого он обратил внимание на тех, кто был в комнате: ведьму Тананну, что стояла, сложив руки на животе, и кикимору с эльфийкой, держащих в руках крошечные свёртки.

– Малыши… – начал Дори.

– С нами всё хорошо, – ответила Лори. – Не волнуйся.

Обоих младенцев уложили ей на грудь. Дори обратил внимание, что у малышей такая же коричневая шёрстка, как у него. Хотя, конечно же, они ещё так малы. Вдруг их с Лори дети станут чёрненькими, как она. Главное – их крошки родились, и все трудности позади. Ну или какая-то их часть.

– Магия до сих пор окружает всех вас, – голос Тананны вывел его из размышлений.

Лори тоже повернулась к Лунной Правительнице и нахмурилась.

– Что это значит? – спросила она, придерживая детей. – С близнецами что-то не так?

– Я не могу говорить с абсолютной уверенностью, – ответила Тананна осторожно.

Кикимора с эльфийкой уже успели выйти из комнаты, так что молодые родители остались наедине с Лунной Правительницей. Она расправила юбки и присела на низенькое, под гремлина, кресло около кровати.

– Мне хватило немного магии, чтобы они смогли появиться на свет, – сказала Тананна, – но это не значит, что всё завершилось.

– Они в опасности? – спросил Дори, всё-таки садясь на краешек кровати, его хвост нервно постукивал по полу.

– Не могу сказать, – пожала плечами Тананна, – но знаю одно: магия – часть существа и вашей дочери, и вашего сына. Они рождены с ней, она будет с ними в течение всей их жизни.

Дори не совсем понимал, к чему клонит Лунная Правительница, но его обеспокоили её слова. Казалось, что-то неотвратимое приближается к ним с Лори, что-то, над чем они не властны и от чего не смогут защитить своих деток.

– Они будут колдунами? – спросила Лори.

– Да, – ответила Тананна, – у гремлинов редко бывает магический дар, на моей памяти это впервые, хотя в некоторых старинных фолиантах и можно отыскать подобные свидетельства.

Она покачала головой, а Дори обеспокоенно переглянулся с Лори. Что им делать? Они ведь не владеют магией и не смогут научить своих малышей ничему волшебному, как бы ни старались.

– Не беспокойтесь, мы позаботимся о том, чтобы давать им уроки, – словно бы прочла их мысли Тананна, – многие эльфы согласятся показать свою магию, а среди ведьм найдутся те, кто сможет вставать чуточку пораньше или ложиться чуточку попозже, чтобы успевать навещать ваших крошек. Их таланты будут развиваться, и маленькие гремлины научатся контролировать магию.

Дори вздохнул, он бы предпочёл никак не связываться с колдовством. Ведь и его кузен когда-то начинал с невинных вещей, а чем это закончилось?

– А может быть, у них найдутся другие таланты? – предположил Дори. – Чтобы им не пришлось колдовать.

– Нельзя просто так игнорировать способности, – покачала головой Тананна, – это словно отнять часть себя. Хочешь ли ты такой судьбы для своих детей, Дори?

Он задумался, как ответить, но Лори его опередила.

– Конечно, он не хочет! – заверила Лунную Правительницу она. – И я не хочу. Если волшебство дано нашим детям, значит, оно будет с ними. Мои гремлинята всегда будут самыми важными существами для меня… вместе с Дори, конечно. А как насчёт тебя, муж?

– Но надо же подумать, – неуверенно начал Дори.

– Не понимаю, о чём тут думать.

Лори хотела сказать ещё что-то, но душераздирающе зевнула.

– Я жутко устала.

К счастью, близнецы тоже сладко спали, туго перепелёнутые и мило посапывающие.

– Я оставлю вас, – Тананна поднялась с кресла, – я понимаю, отчего тебя, смелый Дори, так волнует колдовство. Уверяю, в сути волшебства нет изъянов и зла. Это словно цвет твоей шерсти или твоих глаз.

Дори прикусил губу, а потом, сделав несколько спокойных вдохов, ответил:

– Я боюсь, что не смогу направить их, – сказал он, – ведь магия, которую я видел слишком часто, была разрушительной. Вдруг из-за этого и они подумают, что волшебство – это зло?

– Именно поэтому и нужно учить их нашему искусству, – ответила Тананна. – Я вас покидаю, подумайте над моими словами и решите так, как будет лучше для крошек.

Она вышла из комнаты, аккуратно прикрыв дверь, и теперь Дори, Лори и их дети остались наедине.

– Как ты? – спросил Дори шёпотом, он боялся разбудить малышей.

– Я в порядке, – ответила Лори тоже шёпотом, – это всё было не больно, правда-правда, просто никак не заканчивалось. Я жутко переживала из-за малышей.

Дори дернул хвостом и сказал:

– Как же хорошо, что ты в порядке, – сказал он, – ты и представить себе не можешь, как я волновался. Ой… ты, наверное, хочешь спать!

Лори тихонечко рассмеялась.

– Я устала, но не настолько. Просто хотела, чтобы Тананна ушла, а о магии мы ещё поговорим утром. Ладно?

Дори энергично закивал: ему тоже не очень хотелось думать о колдовстве и такого рода вещах. Ведь главное, что его семья в порядке, а со всем остальным они будут разбираться позже. Дори с Лори успеют обсудить важный вопрос и придут к какому-то решению по поводу магии и волшебства.

– Как мы их назовём? – опять шёпотом спросил Дори, глядя на малышей.

– Девочку Кори, а мальчика – Йори, – ответила Лори. – Или тебе нравятся другие имена?

Дори пожал плечами: они никогда раньше не обсуждали, как назовут детей, это казалось совсем неважным. Ведь главное, что Дори и Лори станут любить своих крошек-близнецов, а всё прочее – такие мелочи.

– Нет, мне всё подходит, Кори и Йори – отличные имена! – Дори опять неуверенно посмотрел на два свёртка в одинаковых белых пелёнках и спросил: – А кто из них мальчик, а кто девочка?

– Справа от меня девочка, наша дочка Кори. А вот это наш сынок Йори.

– Привет, милые малыши, – Дори наклонился ближе, всматриваясь в личики маленьких гремлинов. – Послушай, мне кажется, что они стали больше!

Лори нахмурилась и посмотрела на детей, белые коконы пелёнок словно бы сами стали разматываться.

– Так и есть, – сказала Лори, – они были меньше… но… не могли же так быстро подрасти, всего пару минут прошло!

В следующий миг пелёнки с глухим треском разорвались, маленькие гремлины закричали и заплакали так громко, что у их родителей заложило уши. Дети Лори и Дори стали увеличиваться с огромной скоростью. Ручки и ножки становились длиннее. Тонкая шёрстка делалась гуще, а глазёнки из голубых стали вмиг карими.

Дори в панике уставился на своих детей – к такому он точно не был готов! Он понял, что не обошлось без магии, которая опять вмешалась в жизнь их с Лори семьи.

– Позовите Тананну! – закричала Лори так громко, что её голос можно было услышать даже за плачем близнецов.

Глава третья

Тананна ещё не успела далеко уйти, но, когда она вбежала в комнату, придерживая юбки, её помощь уже не была нужна. Маленькие гремлины сами прекратили расти.

Дори и Лори стояли в стороне, а на кровати, сверкая огромными блестящими глазёнками, сидели их малыши-близнецы. Хотя, конечно, они были не такими уж маленькими: как гремлинята возрастом в пару сотен лет, детишки по меркам их народа, но явно не новорождённые.

Тананна села на кровать рядом с крошками и провела ладонями над их головами. Кори и Йори взмахнули хвостами и нахмурились.

– Всё в порядке? – напряжённо спросила Лори, сжимая ладонь мужа.

– Они не начнут опять расти? – добавил Дори с беспокойством.

Он жутко боялся, что его дети, которые за минуту нагнали две с лишним сотни лет, такими темпами состарятся ещё до вечера.

– Не начнут, – ответила Тананна и поднялась, расправляя юбки, – это был остаточный выброс магии.

– Мама, папа, почему вы так переживаете? – неожиданно спросила Кори.

Её голос был звонким и чистым, но Лори с Дори подпрыгнули и сели.

– Ты умеешь разговаривать? – спросил Дори.

– Мы оба умеем, – сказал Йори и переглянулся с сестрой. – А что? Почему вы так странно себя ведёте?

– А может, они всегда так себя ведут, – предположила Кори, – мы же их только-только узнали!

– Наверняка это волшебство, – загадочно сказала Тананна.

Дори показалось, что Лунная Правительница сама не очень понимает, как парочка гремлинов могла так вырасти за несколько минут. Да к тому же уже научилась говорить. Кори и Йори зевнули в унисон и устроились спать, ничуть не смущаясь тем, что Тананна и их родители до сих пор смотрели на них во все глаза.

– Ох, – сказала Лори, – нам надо решать, что же делать с этой магией.

– Надо, – кивнула Тананна, – я предчувствую, что нас всех ожидают весьма интересные дни, недели и годы.

Как показало время, Лунная Правительница не ошиблась.

В тот вечер, не придумав ничего получше, Дори и Лори пошли спать в комнатку, которую они готовили под детскую.

– Теперь всё здесь надо менять, – сказал Дори. – Мебель новую привезти, игрушки другие купить и сделать.

Лори рассмеялась и ответила:

– Ты так говоришь, будто это самая наша большая беда!

– Нет, это мы хотя бы можем исправить, – вздохнул Дори.

Проснулись они задолго до рассвета и тихонько прокрались в свою комнату: Кори и Йори всё так же сладко спали, скинув ночью на пол все подушки. Внешне маленькие гремлины очень походили на Дори, пусть их шёрстка и была чуть-чуть темнее, но не угольно-чёрная, как у Лори. У Йори хвост оканчивался белой кисточкой, а у Кори – рыжей. В остальном же они походили друг на друга, как капли воды, не считая, конечно, запаха, который чувствовали все гремлины и по которому безошибочно могли определить, кто перед ними.

– Что нам делать? – шёпотом спросила Лори.

– Я не знаю, – ответил ей Дори, – может, стоит начать с завтрака?

Это, как выяснилось, была не такая плохая идея. Потому что, едва унюхав запах оладий с яблоками, Кори и Йори мгновенно проснулись и с топотом прибежали на кухню.

– Какая вкуснятина, – сказала Кори, усаживаясь за стол.

Она уже успела нацепить на хвост красный бантик, который отыскала среди вещей Лори. Дори немного боялся, что он быстро слетит: так живо его дочь размахивала хвостом.

– А откуда тебе знать, что вкуснятина? – спросил Йори, занимая стул рядом с сестрой. – Мы же никогда не ели… Что это?

– Это оладьи, – ответила Лори, ставя тарелку на стол. – Нам всем очень многому надо научиться, да?

Когда все четверо расселись и начали завтрак, Дори задумался, о чём же он станет говорить со своими детьми. Они ведь так быстро выросли, и он даже не успел разобраться, как себя с ними вести. Как обращаться к ним? Откуда ему знать, например, какой у кого из них характер!

– Вы же согласитесь на предложение той тёти? – спросила Кори, откусывая чуть ли не половину оладья. – О магии?

– Не «тёти», а Лунной Правительницы, – поправил сестру Йори. – Мам, пап, мы очень хотим учиться магии.

– А я и так колдовать могу! – ответила Кори.

Она махнула свободной рукой, и тарелка оладий тут же взмыла под потолок. По спине Дори, словно дуновение морозного ветра, прошёл холодок.

– Прекрати немедленно! – резко сказала Лори, хлопая ладонями по столу. – Никакой магии, когда ешь!

Тарелка тут же, чудом не разбившись, грохнулась назад на стол.

– Прости, я больше не буду, – сказала Кори.

Но, увидев плясавших в глазах его дочери чертят, Дори сразу подумал: будет, и ещё как. Они ведь не знали своих детей, у них не оказалось пары сотен лет в запасе, а наверстать их не так-то просто.

– Мы с мамой очень рады, что вы с нами, – попытался разрядить обстановку Дори, – мы вас любим, хотя вчера вы и заставили нас поволноваться.

– Мы знаем, что любите, – серьёзно кивнул Йори. – И мы тоже вас очень-очень любим.

Дори переглянулся с Лори и собрался сказать ещё что-нибудь, но стук в окно ему помешал.

Лори поднялась с места и удивлённо воскликнула:

– Я знаю эту летучую мышь!

Она распахнула окно, и Дори увидел, что на кухню влетела посланница Тананны. Волшебные животные, связанные с магами и чародейками, живут дольше, чем обычные, но за годы эта мышь немного сдала.

– Уффф… – она села на стол и тяжело опустила крылья. – Стара я для этого уже. Моя повелительница интересуется, какое решение вы приняли.

Мышь зевнула и покачнулась, словно собиралась уснуть прямо здесь.

– Я не думаю, что у нас есть выбор, – пожала плечами Лори, – конечно, мы разрешим Кори и Йори учиться магии.

В тот же миг её чуть не сбил с ног пушистый коричневый вихрь из близнецов, которые кинулись обнимать Лори.

– Мама, ты самая-самая лучшая! – повторяли Йори и Кори.

– Эй! – возмутился Дори. – Я тоже за это решение!

Малыши оглянулись на него и тихонько захихикали.

– Ну, тогда я полетела, – махнула крылом летучая мышь и тяжело поднялась в воздух.

Дори посмотрел на своих детей и улыбнулся: пусть у него и необычная семья, но ведь магия не делала малышей гремлинов хуже? Даже наоборот, хорошо, что им с Лори не пришлось возиться с пелёнками, учить Кори с Йори ходить или разговаривать, а потерянные годы они обязательно нагонят.

– Только запомните вот что, – сказала Лори, уперев руки в боки, – вы будете учиться не только у ведьм, но и у эльфов, которые владеют магией. А ещё я отыщу тех, кто разбирается в грамматике, математике и всём-всём остальном. И не думайте, что от домашней работы учёба вас освободит!

С каждым её словом Кори и Йори заметно грустнели, их ушки и хвосты опускались. Дори решил заступиться за сына с дочкой.

– Да ладно тебе, любимая, – сказал он, – Вспомни себя в их возрасте.

Лори улыбнулась, и в её голосе поубавилось суровости.

– Ну, хорошо, – сказала она. – Но сегодня мы все пойдём в гости к дедушкам и бабушкам, надо же им показать внуков.

Близнецы завизжали от радости.

В тот день они пошли навещать родителей Дори и Лори, а потом ещё нескольких родственников. И, как оказалось, уже вся Крония знала, как сложно рождались близнецы. А многие знали и то, как быстро малыши выросли.

Всё, что касалось Дори и его семьи, очень быстро становилось известным всем. Казалось, вся Крония считает близнецов своими если не детьми, то племянниками, внуками или младшенькими кузенами.

Малыши очень уставали каждый день. Оно и понятно, ведь им приходилось вставать задолго до рассвета, чтобы успевать к ведьмам. С утра начиналась работа по дому, которую им находила Лори. Чуть позже приходили эльфы и прилетали феи, которые тоже давали уроки Кори и Йори, а ближе к вечеру наступала пора учиться грамоте. Дори старался проводить с детьми как можно больше времени, но быстро понял, что учитель из него не самый лучший. Потому он предпочитал время от времени развлекать Кори с Йори весёлыми играми или помогал им с домашними делами под бдительным присмотром Лори.

Как-то они втроём сидели за столом и лущили горох.

– Папа, а правда, что ты кучу подвигов совершил? – неожиданно спросила Кори.

– Дядя Цори рассказывал нам много всего, – поделился Йори. – О том, как ты ведьму одолел…

– Голыми руками, – перебила брата Кори, – а потом по камешку её убежище разнёс, и ещё там были монстры…

Она взобралась на стул и махнула руками, отчего в воздух взмыл сноп разноцветных искр. Дори покачал головой и дёрнул самого себя за хвост, забыв на секунду, что взрослые и серьёзные гремлины так не делают.

Сколько бы он ни пытался рассказать правду, ему не верили. Жители Кронии и слышать не желали, что их герой не таков, как они привыкли думать. Вот и его детям нарассказывали.

– Верьте больше дяде Цори, он и с жабами разговаривает, – сказал Дори, надеясь, что выглядит достаточно сурово.

Если судить по Кори с Йори – получилось не очень.

– Так лягушки же говорящие, а он их язык знает, – сказала Кори, опять усаживаясь за стол.

– А меня одна эльфийка обещала языку птиц научить, – поделился Йори.

– Кажется, я знаю эту эльфийку, – пробормотал Дори.

Он хотел сказать ещё что-нибудь дельное, но тут как раз подошла Лори.

– А ну, марш за водой, – сказала она, – да побыстрее.

– Но мы же можем магией наколдовать тучки, чтобы они лили воду прямо в вёдра! – возмутилась Кори, но Йори уже поднялся и подхватил ведро: он был более послушным гремлином, чем его сестра.

– Всего в жизни магией не добьёшься, – сурово отвечала ей Лори.

Йори подал второе ведро Кори. Та косо на него взглянула и только потом встала со своего места.

– Всё в мире знает баланс, – явно повторяя чьи-то слова, сказал Йори.

– Да знаю я, знаю, что если мы заберём откуда-то дождь, то там он не пойдёт! – отмахнулась Кори, вильнув хвостом. – Но не могу же я просто взять и промолчать!

Йори кивнул и подмигнул отцу, Дори развёл руками и придвинул миску с уже почищенным горохом к себе. Лори не давала спуску не только детям, но и мужу.

В этой части Кронии потихоньку стало холодать, лето приближалось к концу. Здесь всегда было тепло (если только большинство не просили ведьм устроить снежную зиму, а такое случалось очень редко), но на смену жаре пришли затяжные дожди, когда лунные сидят по домам ночами напролёт, а солнечные зевают с рассвета и до заката.

В один из таких дождливых вечеров в дом семьи гремлинов пришла Провидица.

Все в Кронии знали её, но для каждого она выглядела по-разному. Эльфы считали, что Провидица принадлежит их роду, гномы качали головами и отвечали, что если она не гномиха, то они съедят свои бороды. Грифоны и кентавры насмехались над ними и интересовались, предпочитают те соль или перец. Русалки считали Провидицу одной из своих. Ведьмы смеялись и спрашивали: «Кем может быть та, что знает судьбы любого существа в Кронии, кроме как кем-то из нашего рода?»

Одно в Провидице было неизменно: она приходила лишь тогда, когда сама того желала, носила красное одеяние и золотые бусы и говорила загадками. И только об отдельных жителях Кронии, но не о судьбе всей волшебной страны. Именно поэтому, когда Цесинда угрожала всему живому, никто даже не пытался отыскать Провидицу. Да и сама она исчезла с глаз, словно её никогда и не было. Хотя кое-кто поговаривал, что втайне она приходила и к Эргену, и к Тананне, но правители ничего не говорили, а спрашивать у них никто не решался.

В тот вечер Провидица постучалась в двери домика Лори и Дори. Близнецы уже спали в своей комнатке, которую их отец переделал так, чтобы им было уютно: собрал новую мебель и принёс игрушки, которые больше подходили нынешнему возрасту маленьких гремлинов.

– Мне нужно поговорить с вами, – сказала Провидица, входя в дом и отряхивая свой красный плащ от капель дождя.

Сейчас она была гремлиншей с белоснежной шерстью, на которой виднелись странные чёрные полосы, которые словно двигались, стоило перестать на них смотреть.

Дори и Лори сначала удивлённо уставились на Провидицу, но потом спохватились.

– Вы наверняка замёрзли, – сказала Лори, – пойдёмте, я приготовлю вам чай.

– Давайте плащ, – добавил Дори, – его надо повесить сушиться.

Очень скоро Провидица сидела на их кухне, грея руки о чашку с травяным чаем. Она не тронула малиновое варенье, предложенное гостеприимной Лори, и покачала головой, стоило Дори заикнуться об ужине.

– Я пришла поговорить с вами о ваших детях, – сказала Провидица глубоким голосом, в котором слышались отголоски грома, – Кори и Йори ожидает удивительная судьба. Она поразит даже тебя, герой Кронии Дори. Подвиги, что они совершат, затмят твои.

Лори проворчала что-то под нос, а Дори опустил уши и постарался не вцепиться в хвост. Страшно было даже представить то, о чём говорит Провидица.

– Не мешайте им творить свою судьбу, – сказала она, – на этом всё. Спасибо за чай, дорогие мои гремлины.

Провидица встала, сняла свой плащ со спинки стула и, прежде чем кто-то успел её остановить, ушла. Дори и Лори кинулись следом, но увидели лишь распахнутую в дождливую ночь дверь.

– И что мы будем делать? – спросил Дори.

– Ты слышал её, – пожала плечами Лори, – мы не станем мешать нашим детям творить их судьбу.

Всё шло как шло. Кори с Йори опять поднялись до рассвета и убежали к ведьмам, днём они занимались обычной работой. Следующий день был точно таким же. Так прошла неделя или две. Ничего не менялось в Кронии, близнецы оставались просто жизнерадостными маленькими гремлинами. С магическими способностями, но в целом – вполне нормальными детишками.

Дори почти и забыл о предсказании, как-никак оно касалось далёкого будущего. Может, приключения у малышей-гремлинов начнутся, когда они станут взрослыми?

В день, когда дожди пошли на убыль, Дори решил прогуляться с Кори и Йори, показать им место, где он впервые встретился с их мамой.

– Мы тогда были совсем-совсем юными гремлинами, – рассказывал Дори. – Но я уже тогда знал, что встречу свою Настоящую Любовь!

Они шли по дороге, старательно обходя лужи, солнце светило ярко и тепло, хотя прохладный ветерок то и дело заставлял ёжиться. На очередном порыве Кори нахмурилась, взмахнула руками и прошептала пару слов, Йори сделал то же самое, что и сестра.

– Вы что, колдуете? – спросил Дори, взмахнув хвостом. – Вот просто так?

– А что такого? – широко распахнув глаза, спросила Кори. – Мы же не делаем ничего дурного.

– Да-да, – поддержал сестру Йори, – мы просто от ветра себя закрыли.

Кори взяла его за руку и добавила:

– Это как если бы мы курточки надели, папа.

Дори тяжело вздохнул и ответил ей:

– Вот лучше бы вы курточки и надели!

Ему до сих пор не очень нравилась магия, а особенно, когда её использовали по поводу и без. По мнению Дори, сейчас было не настолько холодно, чтобы использовать колдовство. И так бы смогли пережить, тем более что солнце светило ярко и тепло. Но придумать, как бы помягче и при этом строго отчитать детей, Дори не успел.

– Вот вы где! – раздался из-за их спин чей-то скрипучий и крайне недовольный голос.

Дори, Кори и Йори остановились и обернулись. Голос принадлежал пожилому гоблину в широких серых штанах и зелёной куртке, что еле сходилась на его объёмном животе. Ростом гоблин, как и все из его народа, был не выше Дори, но на его широком смуглом лице не росло ни волоска, только на макушке красовался белоснежный пучок. Гоблин тащил с собой большую сумку и проворно переставлял ноги в низких чёрных сапожках.

– Вы искали нас? – переспросил Дори.

– Не всех, – гоблин поправил крошечные очки на длинном носу и указал коротеньким пальцем на Дори, – а конкретно вот вас.

– Э-э-э… чем могу служить? – осторожно спросил Дори.

– Сейчас, сейчас… – гоблин открыл сумку и вытащил из неё огромную книгу с потрёпанной бурой обложкой.

Кори, Йори и Дори подошли поближе, малыши встали на цыпочки, заглядывая в книгу и пытаясь разобрать, что записано в ней мелким-мелким почерком, а Дори приготовился терпеливо ждать. Торопиться, когда дело касалось гоблинов, не стоило, их народ всегда и всё делал в своём собственном темпе и если торопить, то можно так и остаться ни с чем.

– А! Вот! – гоблин упёр палец в какую-то строчку и сурово посмотрел на Дори. – Тут сказано, что вы брали волшебный топор для борьбы с убежищем ведьмы Цесинды.

– Да, было такое, – кивнул Дори.

– Наш папа – великий герой, – пропищала Кори, – скажи, братик!

– Да-да, – подтвердил Йори, – он победил и саму ведьму, и магию, что она породила.

Дори вздохнул: как он ни пытался объяснить близнецам, что всё не совсем так, как они это себе представляют, так ничегошеньки и не получалось. Малыши решили, что он герой, и менять своё мнение не собирались ни под каким видом.

– Меня не волнует, кто и кого победил, – оттопырив губу, сказал гоблин. – Меня волнует, что магический артефакт не вернулся в хранилище!

Он указал на Дори и нахмурился.

– Вот вы, – сказал гоблин, – вернулись назад в Кронию, да? А волшебный топор где?

Дори замялся: он хорошо помнил тот день, когда дрался со своим кузеном: топор, разрушивший Крепость Цесинды, отлетел куда-то в кусты. Потом было как-то не до того, чтобы его искать.

– Э-э-э… – сказал Дори. – А надо было его вернуть?

Гоблин хмыкнул.

– Конечно, надо было! – прокричал он, потрясая книгой. – Это же нарушение всех заведённых порядков! Представляете, что бы случилось с миром, если бы все артефакты волшебные просто так растаскивали? Нет?! Нет?!

– Ничего хорошего? – предположил Дори.

– Вот именно, – ответил гоблин и захлопнул книгу. – Верните волшебный топор в ближайшее время, где бы он ни был. Это важно, понимаете меня?

– Ага, конечно, – кивнул Дори, он сжал плечи обоих близнецов, потому что почувствовал знакомое покалывание, которое обычно возникало, когда Кори с Йори задумывали какую-то волшебную шалость.

– Он же у вас? – спросил гоблин сурово.

– Не совсем, он в мире людей, – признался Дори.

Он ожидал ещё одной вспышки, но, как ни странно, гоблин только пожевал губами и цокнул языком. Казалось, эта новость его не удивила.

– Если так, – сказал гоблин, – тогда вам придётся отправиться в мир людей и забрать волшебный топор.

– Но как я это сделаю? – поинтересовался Дори. – Столько времени прошло!

Он действительно не очень представлял, как ему добывать топор из мира людей. Дори помнил, что в Кронии время шло иначе, но не сомневался, что волшебный артефакт могли тысячу раз куда-то унести, спрятать или просто в землю закопать.

– Вот, возьмите это кольцо, оно укажет путь, когда вы переместитесь в мир людей.

Гоблин порылся в сумке и протянул Дори серебряное колечко с четырьмя зелёными камешками. Затолкав на место свою книгу, он собрался уже уходить.

– Постойте, – Дори недоумённо крутил кольцо в руках, – а как определить, куда оно указывает?

Гоблин тяжело вздохнул, будто от него требовали объяснять что-то само собой разумеющееся.

– Видите эти четыре камня? – спросил он. – Конечно, видите. Когда вы будете в мире людей – один или два из них засияют, – так они укажут направление, куда двигаться. И будут сиять тем ярче, чем ближе к топору вы окажетесь. Главное, потом всё назад верните!

Кори захлопала в ладоши.

– Я поняла! – сказала она, размахивая хвостом. – Это такое специальное кольцо, оно было сразу связано с волшебным топором и потому реагирует на него.

– Именно так, юная леди, – чопорно ответил гоблин, – ни один серьёзный магический предмет не создаётся без амулета-указателя.

– Это же чудесно! – восхитилась Кори.

– Настоящее приключение! – добавил Йори.

Дори не был согласен с дочерью и сыном, ему очень не хотелось возвращаться в мир людей и искать там волшебный топор, оставленный много лет назад. Он ведь и затеряться мог тысячу раз!

– Удачи в поисках, – склонил голову гоблин, а потом поправил очки на длинном носу и добавил: – И не затягивайте!

Глава четвёртая

Ясное дело, что после такого известия спокойной прогулки не получилось! Дори просто не мог сосредоточиться ни на чём другом. Найти потерянный волшебный топор, надо же! Хорошо, что хоть ларец для пленения Цесинды не потребовали обратно, а то ведь его и вовсе сожгли, так что вернуть никак бы не вышло. Но и с топором могли быть свои сложности. И вообще, подумал Дори, шагая в сторону дома, почему о нём только сейчас вспомнили? Когда ему вручили топор, ни о каком возврате речи не шло.

– Пап, а ты действительно пойдёшь в мир людей? – спросил Йори, цепляясь за руку Дори.

– Конечно, пойдёт, – заявила Кори, которая демонстративно шла, не держа отца за руку, – он ведь герой, как иначе? Все герои совершают героические поступки! Ну, я так думаю. У Кронии ведь всего один герой, и он – наш папа!

– Не думаю, что это стоит всерьёз обсуждать прямо сейчас, – покачал головой Дори, – ведь у меня есть немного времени, я могу подумать. Обсудить вопрос с вашей мамой и решить, как поступить.

Дети молча недоверчиво глянули на него. Но Дори этого не заметил, он рассматривал кольцо на пальце, ему казалось, что оно тяжеленное, словно камешки в нём размером с гору.

Дори на собственном горьком опыте убедился, что путешествие в мир людей никогда не оказывается простым или весёлым. Всегда возникали какие-то сложности, даже если дело казалось лёгким: то какие-то человеческие дети, то козни зла, то погода, то неудачное перемещение. Каждый раз что-то да случалось. Это было неизбежно.

Именно потому Дори предпочёл бы держаться подальше от геройства. Хватило и того, что было. Вон сколько проблем его магические перемещения вызвали! Не приди Тананна, кто знает, что бы с Лори было. Да и у детей без него магии не было бы, не выросли бы Йори с Кори так быстро. Ладно, с этим хоть немного разобрались, но как же трудно иногда воспитывать маленьких гремлинов, которые умеют колдовать! А если они с Лори решат ещё детей завести, то что будет? Все эти мысли не давали Дори покоя, и он думал и думал, как ему поступить. Дорога до дома казалась длиной в целую жизнь, столько тяжёлых размышлений теснилось в голове героя Кронии.

– Папа, – дёрнул его за руку Йори, привлекая внимание, – а ты нас с собой возьмёшь?

– Мы поможем совершить огромный-огромный подвиг, – добавила Кори, она оббежала лужу на дороге и пристроилась с другой стороны от Дори, – или мы просто поучаствуем в приключении. Весело же будет, ага? Мы все трое в мире людей против целых орд врагов!

– Не будет никаких врагов, – сказал Йори. – И ведьму, и злобного колдуна в крепости победил наш папа. А тут только топор вернуть и всё!

– Зануда! Но дай хоть помечтать, – отмахнулась Кори, – подвиги они такие, вот совершишь их и всю жизнь помнишь! Я хочу начать как можно быстрее!

Дори скрипнул зубами: он бы предпочёл, чтобы его дети в отношении к геройствованию пошли в него самого. Когда-то, когда он сам был маленьким гремлином (пусть и постарше близнецов, но всё равно) то, услышав о необходимости отправиться в мир людей, до смерти перепугался. Ну, может, не так сильно, как во второй или третий раз, но сразу почувствовал неладное. Привычный уклад жизни менялся, а когда такое случалось, Дори чувствовал себя очень и очень неловко. Его уговорили на путешествие, а дальше всё как-то пошло наперекосяк. То одни проблемы, то другие, то по лесу бегаешь, то под крыльцом на морозе сидишь. Ужас ведь, а не жизнь!

Но Кори с Йори очень хотели приключений. Дори казалось, что если он опишет все свои лишения, то близнецы решат, что это ещё одна увлекательная история о его приключениях. И что это всё очень интересно.

– Давайте подумаем об этом, когда придём домой, – предложил Дори. – Вы ведь совсем ещё маленькие. Рано вам отправляться в мир людей и участвовать в приключениях.

– Ну, папа…

– Я всё сказал, – ответил Дори, стараясь подражать суровому тону Лори.

Близнецы вздохнули, но ничего больше о путешествии в мир людей не говорили до самого дома. А у Дори был план: не обсуждать важные вопросы в присутствии детей. До вечера найдётся, чем их занять, а там они с Лори смогут спокойно поговорить. Может, жена присоветует что-то дельное насчёт поиска волшебного топора.

Как и предполагал Дори – так и получилось. Лори моментально отыскала дела по дому, а Кори и Йори спорить с мамой не решились.

– Кстати, – вытирая насухо вымытые тарелки полотенцем, спросила Лори, – а что это вы так быстро вернулись?

Дори вздохнул и дёрнул себя за бороду.

– Да так, понимаешь… повстречался нам один гоблин, – сказал Дори, – спрашивал, когда я волшебный топор верну назад.

Лори оглянулась на мужа и нахмурилась.

– А ты разве не потерял его в мире людей?

– Да, – ответил Дори, – именно. Он хочет, чтобы я пошёл за ним! Но давай обсудим это попозже.

Дори кивнул в сторону двери, за которой скрылись близнецы. Лори нахмурилась ещё сильнее, но кивнула.

Кори с Йори как раз вернулись, вполголоса споря о том, можно ли использовать заклинания для сбора грибов или лучше всё-таки делать это самим.

– Надо же, – словно самой себе сказала Лори, – вот-вот придёт тётушка Сарри, почему бы вам не встретить её? У вас же сегодня урок грамматики, верно?

Кори с Йори совершенно синхронно поморщились.

Остаток дня, как и всегда, был расписан по минутам: чтение, математика и резьба по дереву, а ещё занятие с феями, которые учили их изменяться.

– Ведьмы и колдуны меняют внешность с помощью масок, мазей и других подобных вещей, – сказала фея по имени Золотой Цветок, которая занималась с близнецами чаще других, – но если речь идёт о феях и эльфах, то нам надо лишь сосредоточиться, раз – и вот мы уже поменяли свой облик.

И Золотой Цветок сменила цвет своих волос с зелёного на тёмно-синий. Другая фея, которую звали Колокольчик, захлопала в ладоши. Они обе сидели на столе, напротив близнецов-гремлинов, устроившихся на табуретах.

– А мы так сможем? – спросила Кори.

– Конечно, если попрактикуетесь, – подтвердила Золотой Цветок, – вас же учили превращению в животных, да?

Кори и Йори закивали: последние их занятия с ведьмами целиком и полностью были посвящены именно этому. Но, как им говорили, становиться животными проще, чем менять свою внешность.

– В Кронии вы можете хоть каждый день делать что-то новое, – сказала Колокольчик, болтая ножками, обутыми в крошечные белые туфельки, которые мгновенно сменили фасон и цвет. – А в мире людей у вас как будет одно лицо, так и всё. Скучно до ужаса, как мне кажется.

Она махнула крылышками, отчего мелкие бумажки, которые лежали на столе, полетели на пол.

– Но вы не можете принять облик другого разумного существа больше, чем один раз, – продолжила Золотой Цветок.

– А разве животные не разумные? – искренне удивился Йори.

Феи развели руками.

– Конечно, разумные, – подтвердила Золотой Цветок, – но немного по-другому. Без магии или знания языка зверей вам их не понять.

– Так, – продолжила Колокольчик, – запомните, что становиться зверьми вы можете много раз, а превратиться в русалок и гномов – лишь единожды. Если вы делаете это сами, а не с помощью масок.

Кори и Йори внимательно слушали и не перебивали: магия, как они уже успели понять, редко подчинялась строгим правилам. Но какие-то вещи стоило просто запоминать.

– А почему бы не использовать маски? – спросила Кори. – Если так проще?

– Каждая из них должна содержать частичку души создателя или создательницы, – объяснила Золотой Цветок, – для этого надо или делать маски самим, тратя силы, или брать у кого-то.

– К тому же, – сказала Колокольчик, – ну, не станете же вы всё время таскать с собой целую гору масок! Абсурд какой.

– Может, и нет, – отметила Кори, – но вы правы: превращаться самим гораздо интереснее.

– О, чуть не забыла! – Колокольчик хлопнула себя по лбу. – Вы можете сами выбирать возраст. То есть, для вас естественно стать маленькими гномиками, например, но вы можете изобразить и взрослых гномов. Правда, недолго и не получится с первого раза.

У Кори мгновенно в голове словно бы что-то щёлкнуло: она сразу представила, что можно сделать, приняв облик взрослого. Но следующей фразой Золотой Цветок её разочаровала.

– Но вы же знаете, что почти во всех домах висят обереги от такого рода магии, – сказала она, – да и существа чувствуют, когда вы колдуете. Так что никого обмануть не получится, даже если вы что-то такое задумали!

– Ничего я не задумала! – возмутилась Кори, её ушки стали торчком, но она не была бы собой, если бы показала, что смутилась.

А Йори хихикнул. Вот же предатель, а ещё брат!

Дальше наступило время практических занятий, во время которых маленькие гремлины тренировались принимать разный облик и менять мелкие детали. Так у Кори шерсть стала ярко-оранжевой, а Йори сумел сделать свой хвост пушистым, словно у лисицы.

– Интересно, – словно бы не у фей, а сама у себя спросила Кори, – а в мире людей можно стать гоблином или троллем? Интересно, как бы они отреагировали?

– Не получится, – Золотой Цветок парила рядом, а Колокольчик устроилась на карнизе и наблюдала за близнецами оттуда.

– Почему не получится? – спросил Йори, возвращаясь к своему обычному облику.

– Потому что в мире людей не живут гоблины и тролли, – объяснила Золотой Цветок, – вы можете там или стать людьми, или остаться самими собой.

– В теории, – добавила Колокольчик. – Но вы же не отправитесь в мир людей. Вообще не представляю, зачем кому-то может захотеться в такое место.

– Говорят, что там ужасно, – согласилась Золотой Цветок.

Близнецы ещё немного позанимались, а потом феям пришла пора уходить. Вечер приближался, а с ним и время, когда все солнечные жители отправляются спать. Такие существа, как феи, предпочитали укладываться задолго до заката: они очень плохо видели в темноте и не могли никуда улететь с того места, где их застала ночь.

Кори с Йори спустились к родителям, и их обоих быстренько приставили к приготовлению ужина. Близнецы всё ждали, когда родители заговорят о том, что днём потребовал гоблин, но те делали вид, что ничего не случилось. Они беседовали о каких-то кузенах, знакомых кикиморах и урожае яблок.

– Может, за ужином что-то обсудят, – предположила Кори шёпотом.

Йори ничего не ответил, только внимательно посмотрел ей в глаза. Но, как и следовало ожидать, за ужином никто не заговорил о подвигах, а все попытки Кори перевести тему ничем не заканчивались, потому что её мать постоянно рассказывала о том, какой урожай у их соседки, что делают кикиморы, и откуда ветер принёс нынешние дожди.

А после ужина Лори скомандовала:

– Марш в постель! Умывайтесь и сразу спать!

– Но… – начала Кори.

– Никаких «но»!

А Дори согласно кивнул и тоже посоветовал малышам выспаться перед завтрашним днём.

– Это нечестно, – прошептал Йори, когда они, умывшись и почистив зубы, поднимались в свою комнату. – Вот так всегда!

– Тсс… – сказала ему Кори. – Я знаю способ, но пусть решат, что мы спим.

Они чинно вошли в детскую и закрыли за собой дверь, а потом, не сговариваясь, зажгли магические светящиеся шары. У Кори он был жёлтым, а у Йори зелёным. Свет забавно смешивался и переливался, отбрасывая по стенам блики и тени.

Комнату под подросших близнецов переделывали в спешке: их кроватки казались грубо склоченными, хотя матрасы и подушки были мягкими и хорошими. Письменный стол, что стоял у окна, перетащили из кабинета отца, а игрушки сиротливо собрали в углу: Кори с Йори чаще всего просто некогда было играть. Да и развлекались они с помощью магии. Зачем тебе деревянный пегас, если ты можешь сделать иллюзию настоящего?

– Что ты придумала? – спросил Йори.

Кори приложила палец к губам и села на пол, её брат опустился рядом, а светящиеся шарики зависли в воздухе.

– Что ты делаешь? – опять спросил Йори.

Кори взмахнула хвостом и принялась водить по полу руками, повторяя шёпотом:

– Услышикус, увидикус, открыватус.

Йори тоже упёрся руками в пол и стал говорить магические слова вместе с ней. Заклинание было очень простым, но действенным. Очень скоро часть пола словно стала прозрачной. Близнецы увидели своих родителей, которые беседовали на кухне, и услышали их голоса.

– …не поверишь, они хотели отправиться в мир людей со мной! – сказал Дори.

– Это не так важно, – Лори оперлась спиной о стол и задумчиво постукивала хвостом по его ножке. – Вопрос в том, пойдёшь ли ты.

– Никуда я не пойду, – ответил Дори недовольно. – И так из-за моих путешествий ты пострадала!

Лори воздела руки и сказала:

– Ох, любовь моя, ну сколько можно себя винить? Ты тут ни при чём!

Дори сцепил руки за спиной и сказал, опустив голову:

– Очень даже при чём. Именно из-за магии ты так долго не могла родить. Ты же знаешь!

Кори с Йори переглянулись: они знали, что их появление на свет было не совсем обычным. А что до взросления, то такого вообще случаться не должно было. Но оно случилось. Родители же с ними на эту тему совсем не говорили, как будто стеснялись.

– Я не хочу подвергать опасности нашу семью, – продолжил Дори. – Это слишком эгоистично!

Лори хохотнула, в этот миг став очень похожей на Кори.

– И ты совсем-совсем не боишься? – хитро спросила она.

Дори остановился напротив неё и ответил:

– Конечно же, я боюсь. Кошмарно боюсь! В мире людей никогда не происходит ничего хорошего!

Кори дёрнула брата за хвост и заметила:

– Видишь, как папа шутит.

– Угу, – ответил Йори. – Тише!

Кори прислушалась, что отвечает Лори их отцу.

– Но ведь именно благодаря миру людей мы вместе, – терпеливо и ласково сказала Лори, – кто знает, как долго я бы сопротивлялась Настоящей Любви, если бы ты не был героем Кронии?

Дори развёл руками.

– Сама видишь, к чему это всё привело!

– К тому, что мы живём в прекрасном доме с двумя замечательными детьми?

Близнецы опять переглянулись и прыснули от смеха.

– Она считает нас «замечательными», – сказал Йори.

– Ага, – кивнула Кори, – и именно поэтому чуть что – ругает!

Они наклонились поближе к полу, потому что их родители стали говорить тише.

– Сколько тех, кто может отправиться в мир людей, – раздумывал Дори, – ведь это же не ведьму побеждать, а только найти топор. Он, может быть, всё ещё в том лесочке валяется!

– Так почему бы тебе не пойти и не достать его самому? – спросила Лори. – Если он в лесочке валяется?

– Так я же не уверен точно!

Дори сел на один и стульев и опёрся локтем о его спинку.

– Ох, милая моя, солнышко. Не хочу бросать тебя и малышей, ведь вы самые-самые важные существа для меня. А если меня не будет рядом и с вами что-то случится? А если что-то со мной случится?

Лори положила ладонь ему на плечо и ответила:

– С нами всё будет в порядке. Что же до тебя… Я сама не очень знаю, что бы делала, узнай, что ты в беде. Наверное, сорвалась бы с места и помчалась на помощь.

Дори тихонько рассмеялся.

– О, да. Ты можешь, – сказал он. – Но правда-правда, Лори, любой ведь может взять кольцо и пойти искать волшебный топор. Почему именно я и почему именно теперь? И откуда это дурацкое правило, возвращать магические артефакты?!

Лори погладила его по плечу.

– Тише-тише, – сказала она, – ты так детей разбудишь.

Дори опустил голову и устало потёр виски.

– Я не знаю, милая, я просто не знаю, что мне делать. Игнорировать долг? Совсем скоро отец передаст мне бразды правления солнечными жителями Кронии, а я до сих пор сомневаюсь в своих решениях.

– Ничего, я с тобой, – Лори обняла его и коснулась поцелуем макушки, – мой чувствительный и любимый муж. Давай до завтра доживём, а?

Дори поднял голову и посмотрел ей в глаза.

– А что завтра? – спросил он.

– Новый день, – ответила Лори, – новый день, и мы сможем всё обсудить и принять решение.

Дори вздохнул так громко, что близнецам показалось, что они услышали это и без заклинания.

– Но тот гоблин сказал – срочно…

– Они искали тебя много лет, – рассмеялась Лори, – подождут ещё немного. Пошли спать.

– Да, пожалуй. Идём.

Когда родители отправились спать, Кори сняла заклинание.

– И что мы будем делать? – спросил Йори шёпотом.

– А разве это не очевидно, братик?

Йори помотал головой, а потом нахмурился и дёрнул хвостом.

– Что ты задумала?

– Отправиться в мир людей, конечно же, дурья башка! Что ещё я могла «задумать»?

В ответ на это Йори только пожал плечами.

– Но ведь папа говорит, что это опасно.

Кори подняла палец с очень важным видом.

– Именно потому это подвиг! – сказала она. – Подумай сам, вот папа очень, просто дико, просто ужасно не хочет идти в мир людей, так?

– Так, – осторожно согласился Йори.

– Не хочет искать топор, верно?

– Верно.

Кори дёрнула хвостом и собиралась хлопнуть в ладоши, но передумала, боясь, что родители её услышат и проснутся. Одно дело – говорить, а совсем другое – шуметь.

– Мы можем сами отправиться в мир людей! – сказала Кори. – Ты и я – вдвоём. Найдём волшебный топор, принесём домой, и папе никуда идти не придётся. Вот.

Йори задумчиво приложил палец к подбородку.

– Ой, не знаю, разрешат ли папа с мамой нам такое.

Кори расхохоталась и спиной упала на пол, через минутку она поняла, что так точно разбудит родителей, и затихла, напряжённо прислушиваясь. Но никаких звуков в тишине дома не раздавалось. Старшие уснули очень крепко.

– Ну ты и балбес, братик! Конечно, не разрешат. Вот потому-то мы и пойдём совершать подвиг, никому не сказав.

Йори прикусил губу и помотал головой.

– Нет-нет, ты что, так нельзя.

– Да они нам не разрешат ничего до тех самых пор, пока у нас самих детей не будет! – ответила Кори.

Она вскочила и указала в сторону окна.

– Как думаешь, – начала Кори, – если бы папа у всех разрешения спрашивал, он бы стал великим героем?

Йори задумался, и сестра победно ткнула пальцем уже в него.

– Так и знала, что ничегошеньки не припомнишь, – сказала Кори.

– Я не помню, чтобы кто-то на эту тему вообще что-то говорил, – попытался оправдаться Йори.

– Ты же не испугался? – спросила Кори, наклоняясь над ним. – Нет?

Теперь вскочил уже Йори.

– Конечно, не испугался! – заявил он. – Ещё чего, приключений бояться. Просто… ну… может, хоть записку оставим?

– Это можно, – кивнула Кори, – только давай побыстрее придумаем, а то время терять – последнее дело.

Она подошла к столу и вытащила из верхнего ящика лист бумаги и карандаш. Мысли в голове метались и путались, хвост отбивал рваный ритм по деревянному полу. Кори никак не могла придумать, что же написать родителям.

– А может не надо? – предложил Йори. – Просто пошли.

– Дело говоришь, – Кори вздохнула с облегчением и отложила бумагу с карандашом.

Пусть брат её иногда и раздражал своим послушанием, но изредка говорил дело. Например, если Кори сомневалась в чём-то, то он, когда приходило время, не давал ей сдать назад.

– Пошли, нам надо ещё кольцо достать! – сказал Йори. – Папа, наверное, его хорошо спрятал.

Кори хихикнула.

– Вовсе нет, – сказала она, – положил в банку из-под печенья. Я его сразу после ужина вытащила и перепрятала.

Кори открыла другой ящичек и продемонстрировала брату магическое кольцо.

– Ты наденешь или я? – спросил Йори.

– Давай ты, – решила Кори, – а там можем поменяться.

Брат послушно взял кольцо из её руки и надел на большой палец: только на него оно и было впору.

– Ну что, пошли! – сказала Кори.

В глухой ночной час двое маленьких гремлинов покинули дом, отправляясь навстречу приключениям.

Глава пятая

Выйти из дома оказалось очень просто. Йори всё ждал, что вот-вот их окрикнет голос раздосадованной и недовольной мамы. Но в темноте не раздавалось ни звука, ни голоса – ничего. Они без проблем вышли со двора, даже калитка не скрипнула: петли у неё были хорошо смазаны. Папа всегда заботился о таких вещах.

Моросил мелкий дождик, и брат с сестрой поёжились, а потом закутались в магию, чтобы холодные капли их не касались. Ни луны, ни звёзд не было видно за плотной пеленой угрюмых тёмных облаков.

– Кажется… я вижу огни, – Кори указала в сторону леса.

– Это, наверное, гномы идут к городу, – ответил Йори.

Он зажёг собственный магический шарик, но Кори быстро сбила его на землю и затоптала ногами.

– Не глупи, – сказала она, – так нас все увидят!

– Но в темноте мы ничего не увидим, – ответил Йори, – и что может такого случиться?

– Как что? – Кори потащила его за руку прочь от дома. – По-твоему, многие гремлины умеют колдовать?

– А многие гремлины ходят по ночам? – вопросом на вопрос ответил Йори. – Как мы будем добираться до Огромного Дуба?

Кори задумалась. Йори увидел, что она приложила два пальца ко лбу, а её хвост заметался из стороны в сторону со свистом.

– Придумала!

Йори не успел спросить, что же такое пришло в голову его сестре, как Кори произнесла:

– Магиус, светиус, я-вижу-всё-что-вокруг-меня!

– Это неправильное заклинание, – проворчал Йори, – оно никогда не…

Не успел он договорить, как всё-всё вокруг стало видно так же ясно, как при свете дня.

– Ух ты! – сказал Йори и схватился за руку сестры, чтобы не упасть от удивления.

– Ага! – гордо выпятила грудь Кори. – А ты не верил. Я знаю, что делаю.

– Да-да, конечно, знаешь, – согласился Йори.

– А теперь нам надо попасть к Огромному Дубу! Смотри, во-о-он он там!

Кори указала в сторону, куда им нужно было отправиться. Вдалеке виднелся Огромный Дуб, и хотя внешне он казался ненамного выше других деревьев, но каждый в Кронии знал, что это именно он.

Йори и сам знал, где находится волшебное дерево, которое дает магию всей Кронии: папа обещал сводить их к нему как-нибудь, когда их расписание будет посвободнее, чтобы немного развлечься.

– Как думаешь, а Дуб какой? – спросил Йори. – Ну в смысле, какой он, когда ты с ним рядом?

– Не знаю, – пожала плечами Кори и обернулась к брату, в магическом свете её глаза странно поблескивали, словно светились, – вот увидим и сразу поймём, что это он, да? Не пропустим же!

– Да, точно не пропустим. Он же не простое дерево, а магическое!

Йори не боялся, что они не узнают Огромный Дуб, странно было бы… нет-нет, на самом деле маленький гремлин боялся, что могучее дерево окажется страшнее, чем в рассказах папы или других обитателей Кронии. А, может быть, наоборот, не таким впечатляющим. Он-то сам переживёт, а Кори? Йори казалось, что сестрёнка верила всему и всё принимала так близко к сердцу. Страшно было представить, как она расстроится, если что-то пойдёт не так.

– Ты какой-то тихий, – сказала Кори. – Думаешь, что мама и папа скажут, когда проснутся?

– И да, и нет, – не стал отпираться Йори, – я боюсь, как бы тебя Огромный Дуб и всё наше путешествие не разочаровали.

Кори от него отмахнулась.

– Глупости! – сказала она. – У нас уже приключение, а представляешь, как круто будет, когда мы в мире людей окажемся!

– «Круто»? – переспросил Йори.

– Я слышала, как эльфы так говорили. О чём-то очень хорошем.

– А…

– Посмотри, как вокруг красиво! – сказала Кори. – И как необычно!

Йори был вынужден согласиться: ночная Крония вовсе не походила на привычную им дневную и даже на предрассветную.

Несмотря на моросящий дождик – жизнь кипела. Близнецы-гремлины старались обходить бредущих по дорогам и тропинкам гномов с фонарями на длинных шестах. Орков, тащивших вязанки дров, малыши обходили ещё более далекой дорогой.

В воздухе то и дело раздавались мяуканье, блеянье и рычание пролетающих над ними виверн-курьеров. Каждая из голов этих удивительных созданий несла своё собственное послание.

Никто не обращал внимания на двух гремлинов, которые быстро шли, почти бежали. Даже если кто-то останавливался, оглядываясь им вслед, то тут же возвращался к собственной работе. Все знали, что гремлины – дневные создания, они не могут хорошо видеть в темноте, чтобы находить дорогу в глухую ночь.

А Кори с Йори с каждой минутой приближались к Огромному Дубу. Хоть он и был заметен издали, но только сейчас они поняли, насколько он велик.

– Почему от нашего дома он казался таким маленьким? – задыхаясь от быстрого бега, спросила Кори.

– Может, потому что мы издали смотрели? – предположил Йори. – А теперь он всё выше и выше!

– Не знаю, – покачала головой Кори. – Я думаю, что это тоже какая-то магия. Давай идти помедленнее, а то я ужасно устала. Конечно, папа с мамой нас рано или поздно хватятся, но точно не ночью, а до рассвета ещё далеко.

– Согласен, – ответил Йори.

Дальше в направлении Огромного Дуба они пошли уже шагом. Конечно, надолго маленьких гремлинов не хватило, и вскоре они помчались снова и вбежали под сень деревьев, что окружали магическое древо, питавшее волшебством всю Кронию.

В сравнении с Огромным Дубом все сосны-великаны и вековые буки казались крошечными. Кори с Йори взялись за руки и очень медленно и неуверенно подошли к громадному дереву, что возвышалось, казалось, до самого неба, а корни вставали из земли, словно арки. Йори ещё подумал, что точно дело в магии: от их дома Огромный Дуб не казался настолько большим. Зато здесь, под переплетёнными кронами деревьев, было сухо: ни одна капелька дождя не попадала под плотный купол.

– Что нам теперь делать? – спросила Кори тихонечко. – Как попасть в мир людей?

Ответил ей не Йори, а слетевшая с ветвей Огромного Дуба птица, приземлившаяся как раз на корень, изгибавшийся над близнецами.

– Для этого вам бы пришлось пробраться по корням, маленькие гремлины!

– Мы не маленькие! – подбоченилась Кори. – Не стоит нас так называть!

– Как скажете, – чопорно ответила птица.

Она была очень красивой, её пышные перья переливались, словно в них играли отблески солнечного света, а в больших глазах светились ум и доброта. Но клюв и когти были такими мощными, что становилось ясно: просто так она никого не отпустит, если решит задержать. Даже орки с такими когтями стали бы считаться.

– Вы птица-страж! – понял Йори. – Нам рассказывали о вас. Когда-то вы были эльфами и погибли в войне против сил Цесинды. За вашу храбрость вам было позволено жить, охранять Огромный Дуб и передавать его послания правителям, когда это нужно.

Птица-страж распушила перья и поклонилась, широко расставив крылья.

– К вашим услугам, – ответила она, – насколько я понимаю, вы отпрыски героя Кронии, великого и непобедимого Дори?

– Именно так и есть, – подтвердила Кори. – Мы дети Дори и Лори.

Она отпустила руку брата и шагнула вперёд, ближе к птице.

– Нам очень нужно отправиться в мир людей! Видите ли, наш отец когда-то потерял там свой волшебный топор. Это такой артефакт, которым он победил Крепость злобной Цесинды. Вы, наверное, слышали?

Птица-страж рассмеялась мелодичным смехом, звуки которого разнеслись окрест, словно перезвон тысячи колокольчиков.

– Конечно, я слышал, малень… юная гремлинка. И, более того, видел собственными глазами… отчасти.

Птица сложила крылья и чуть склонилась, поворачивая мощный клюв то вправо, то влево – рассматривая гремлинов. Йори невольно сглотнул: ему казалось, что птица-страж видит всё-всё, о чём он думает и даже то, о чём думать не рискует. Видит и осуждает.

А вот Кори словно бы совсем не смутилась под пронзительным взглядом.

– Нам надо попасть в мир людей, чтобы вернуть волшебный топор, – сказала она решительно, – мы отправимся туда и вернёмся. Может быть, успеем даже до исхода ночи!

– Я так не думаю, моя дорогая, – ответила птица. – Вы слишком малы, чтобы я мог позволить вам пройти. Никто из нас, птиц-стражей, не позволит вам пробраться по корням Огромного Дуба, как бы сильно вам ни хотелось. А если вы попытаетесь, то мы отнесём вас прямо домой, в руки отца и матери.

Йори потянул сестру за руку, но Кори дёрнулась вперёд и почти закричала:

– Почему?! Это же настоящее приключение!

– Приключения только для взрослых, – птица-страж опять развернула крылья, но уже не кланяясь, а собираясь улететь, – которые уже набрались опыта и знают, что делать. Вы же крайне юны. Идите, пока мы все не разозлились… и помните о моих словах.

Птица улетела, а Йори опять потянул сестру за руку.

– Кори, пошли быстрее.

– Нет, ну какая наглость! Я ещё вернусь! – Кори потрясла кулаком вслед улетающей птице, а потом повернулась к брату и напустилась на него: – А ты чего всё время молчал? Я так и знала, что на самом деле ты вовсе не собираешься совершать никакого подвига! Ты струсил!

Теперь на неё обиделся Йори, он дёрнул хвостом и топнул ногой.

– Вовсе и нет! Просто это глупо – стоять тут и спорить.

– И что ты предлагаешь?! – Кори тоже топнула ногой.

– Давай всё сначала обсудим, – предложил Йори. – А там посмотрим, ладно?

– Хорошо… – вздохнула Кори.

Они отошли подальше от корней Огромного Дуба пока Йори не почувствовал, что внимательный взгляд, словно бы упирающийся ему в спину, не исчез. Тогда он прошёл ещё чуть-чуть и только там остановился, уверенный, что птицы-стражи не смогут их подслушать. Всё-таки они не могли покидать своего поста на ветвях Огромного Дуба. Разве что ситуация была бы действительно серьёзной.

– Вот. Теперь поговорим.

Йори сел на валун, покрытый толстым слоем мха, а Кори примостилась рядышком. Она была очень тёплой, горячее брата не только по характеру, но и вообще.

– И что будем делать? – спросила Кори. – Домой возвращаться просто глупо! К тому же мы до рассвета не успеем и получим от мамы нагоняй. Ещё и опозоримся на пару сотен лет так точно!

– Согласен, – ответил Йори, и сестра на него посмотрела с таким удивлением, что он почти рассмеялся.

Кори подобрала под себя ноги и принялась теребить кисточку на хвосте.

– Ты же вроде никуда не хотел идти, – сказала она, – почему передумал?

– Это я сначала не хотел идти, – объяснил Йори, – а потом подумал-подумал да и понял, что приключение – это отличная идея. Зря, что ли, мы посреди ночи сюда дошли? И ты права. Я не хочу позориться на сотню лет или даже больше.

– И то верно, – ответила Кори, – но что нам делать? Я вот не знаю. Ты знаешь? Птицы-стражи нас точно не пропустят, раз сказали… Клюв видел? И когти! За шиворот схватит и мигом домой отнесёт!

Йори не стал отвечать сестре: он думал примерно так же. Но птица-страж сделала им одолжение, рассказав, как пробраться в мир людей. Пролезть по корням вниз, под землю. Может, близнецы-гремлины и сами бы додумались, но папа рассказать точно ещё не успел. Все-все истории приключений начинались с того, как он оказался уже в мире людей.

Родители, по совершенно непонятным близнецам причинам, мешали им наслаждаться рассказами о подвигах. Даже сам папа. Дядюшки и тётушки говорили, что это от скромности. Но в приключениях папы полным-полно было всяких ситуаций, где только смекалка его и спасала. Он бы знал, что делать, и какие-то птицы-стражи его бы не остановили.

А вот Йори с Кори и так за целый день уставали, вставали до солнца, ложились затемно…

Йори зевнул и задумался, как скоро будет рассвет. Ещё чуть-чуть, и их с Кори начнут искать ведьмы, к которым они ходят на занятия. Они сегодня должны были повторять превращения. В прошлый раз очень неплохо получилось, ведьма Аса говорила, что у них настоящий дар.

Мысль о ведьмах заставила Йори подумать о превращениях, и вдруг всё стало на свои места. Настолько ясно и просто, что удивительно, как раньше ничего такого в голову не приходило.

– Я придумал! – хлопнул себя по лбу Йори.

Кори пискнула, дёрнулась и упала с валуна: она немного задремала, пока размышляла о том, как же им обойти птиц-стражей.

– Что?! Что ты придумал?

– Нас ведь учили превращаться!

Кори не сразу поняла, о чём говорит её брат, а Йори не торопился продолжать, позволив сестре сообразить самой. Это не заняло много времени, потому что близнецы хорошо понимали друг друга.

– О-о-о… – округлила глаза Кори. – Птицы-стражи будут искать двух гремлинов, а вовсе не двух зверушек. Это отличная идея, братик! Как я сама не додумалась?