Кира Ханси
Следующие воле Морены

Глава 1.

То был погожий день. Грудень редко в этих краях был холодным, солнце все еще грело и не давало земле покрыться инеем от поцелуя Морены. До прихода зимы оставалось пару седмиц. Большинство листьев опало в прошедшем месяце, подарив лесу расписной, шуршащий ковер, но на деревьях все еще иногда встречались бурые и красные исключения. По ночам морозы покрывали воду в кадках тонким слоем льда, но стоило светилу взойти на небосвод, прятались в низинах и оврагах, куда почти не проникал свет.

Юрена выдохнула облачко пара на свои пальцы в попытке согреть их. Клюква, которую она собирала, все еще была морозной после ночи и обжигала кожу холодом. Едва ли девушка на самом деле чувствовала холод, но она привыкла вести себя как самый обычный человек, чтобы не привлекать лишнего внимания. Так было проще, потому что люди любили выделять то что отличалось, а Юрена ненавидела испытывать на себе внимание людей, потому что это пробуждало не прошенные воспоминания.

Девушка поднялась на ноги и подхватила корзинку, почти до краев заполненную алой ягодой. Юрена вздрогнула от неожиданности, когда, как гром среди ясного неба, по роще разнеслось карканье. Девушка обернулась и подняла свой взгляд на голую ветвь, где сидела вещая птица. Ворон махнул крыльями и спрыгнул, спланировав прямо на ее плечо и еще раз крикнул, но уже тише. Ворон принес вести о скором знакомстве и Юрена протянула ему пару ягод, в благодарность за предупреждение, которые птица с удовольствием проглотила.

До избы оставалось по меньшей мере с десяток косых сажень, когда Юрена услышала чей-то гневный крик. Голос был девушке незнаком, оттого она не торопилась на помощь нарушителю лесного спокойствия. Выйдя на опушку, где стояло одинокое жилище, она сразу поняла причину непрекращающегося вопля смешанного со страхом и злостью. Дверь в дом была распахнута, и оттуда доносились звуки борьбы. Девушка медленно обошла кусты можжевельника, высаженных вокруг ее избы и направилась к двери. Она без особой охоты проделала последние десять шагов, не желая спасать непрошеного гостя от домового. Ворон, что все время сидел у нее на плече, вспорхнул и приземлился на косую крышу, в местах поросшую мхом, напоследок каркнув.

Юрена подошла к открытой двери и увидела, как незнакомый юноша кружился на месте, размахивая увесистым мечом. Одежда была помята, а светлые волосы взъерошены. Он постоянно ойкал и дергался, на его лице, на щеке и носу, расползлись красные пятна, оттого как сильно домовой щипал его. Юрена была уверена, что и под одеждой со временем проявятся крупные синяки, которые будут долго болеть. Парень крутанулся в сторону двери, пытаясь отогнать духа, и как-то испуганно застыл, при виде разозленной хозяйки дома, но быстро отвлекся когда его еще раз ущипнули. Он вновь махнул мечом, домовой едва успел исчезнуть.

– Ты что творишь? – гневно зашипела Юрена, поставив корзинку на пол, и подошла ближе к незваному гостю. – Мало того что ворвался сюда без спросу так еще и погром учинить решил?

– Не моя вина, что ты натравила на меня этого нечистого духа, ведьма, – в той же манере воскликнул парень и Юрена задохнулась от возмущения. Да как смел этот негодяй доброго дедушку нечистым духом называть? На столе начала греметь глиняная посуда, ставни громко стучать, а огонь в печи выплевывать на пол яркие искры, являя все недовольство домового.

– Убирайся отсюда, – прошипела Юрена и толкнула юношу к выходу. Явно напуганный тем, что происходило в доме, он не собирался сопротивляться и выбежал на улицу сверкая пятками, но далеко не ушел. Юрена захлопнула дверь за ним и подняла корзинку с места где оставила, как только вход в дом закрылся домовой успокоился и перестал шуметь. Она поставила корзину на стол и наполнила деревянную чашку припрятанным молоком.

– Благодарю дедушка, что дом защитил. Угощайся молоком и клюквой свежей, а я пока прогоню супостата со двора, – Юрена оставила угощения и маленький старичок вновь появился перед ее взором. Казалось под бородой он ей улыбнулся и принялся за угощения, она кивнула и направилась к выходу.

Юрена вышла на крыльцо и скрестила руки на груди, хмуро глядя на молодца. Он стоял к ней спиной и нервно постукивал ногой по земле, меч был спрятан за пояс, а руки уперты в бока. Его волосы, цвета спелой пшеницы светились на солнце, крепкие плечи были обтянуты теплой тканью, и заставляли насторожиться, но нервно сжимающиеся ладони выдавали нервозность юноши. Он напоминал девушке, тех кто приходит к ведьме молить о помощи, поэтому она отпустила свое напряжение.

– Кто таков будешь? – юноша вздрогнул и обернулся, пыхтя почти злобно. – Зачем заявился сюда?

– Ты должна мне помочь.

– Нет, не должна, – быстро прервала Юрена и презрительно фыркнула. – Ты ворвался ко мне в избу, оскорбил хозяина дома, устроил погром и у тебя хватает наглости что-то требовать от меня?

– Я слышал, что ты помогаешь людям, ведьма, – уже менее напористо ответил он и девушка поморщилась. Говорить люди любят, не меньше чем презирать тех кто отличается. Удивительно, что жители соседней деревни, чуть ли не в идолы ее возводили.

– Ведунья я, ве-ду-нья, – по слогам произнесла Юрена. – Это во-первых, а во-вторых, те кто приходят просить о помощи не ведут себя подобным образом.

Юноша полностью растерял свой пыл и потупил взгляд, явно чувствуя себя виноватым. Юрена собиралась закрыться в доме, она не желала выслушивать его бесполезные оправдания, но остановилась когда в руках у юноши появилась небольшой бурдюк, что раньше висел на его поясе. Юрена сощурила на него свои глаза.

– Что это? – с подозрением спросила она.

– Молоко, – Юрена едва сдержалась, чтобы не закатить глаза. Вопреки людскому убеждению, не все ведьмы любили молоко, особенно она. Единственная причина по которой девушка принимала его как плату за помощь, потому что его любили духи и лесные обитатели.

– Это попытка меня задобрить?

– Возможно совсем чуточку, – он коротко улыбнулся на ее подозрения. – Хотя бы выслушай мою просьбу ведьма и я…

– Ве-ду-нья, – повторила Юрена и выхватила бурдюк. Она открыла его и принюхалась. Никакого постороннего запаха девушка не почувствовала и удовлетворенно выдохнула. Был в деревне один смельчак, что решил в молоко ей подмешать дурманящих трав. Его на прошлых зеленых святках водяница утащила, и все же после того случая Юрена всегда подарки проверяла.

– Да верно, ведунья, – не совсем уверенно произнес он, не понимая разницы между этими понятиями.

– Я тебя слушаю, – Юрена спрятала бурдюк за спиной, словно юноша мог отобрать принесенный ей подарок, если откажется помогать, и с большей заинтересованностью взглянула на юношу.

– Помоги мне отыскать Кощея.

С крыши раздался хриплый крик ворона, что наконец вывел Юрену из ступора. Она еще раз более внимательно осмотрела юношу напротив, пока тот с неприязнью косился на птицу. Зеленые, словно травы под летним солнцем, глаза не бегали по сторонам, выглядели вполне осознанными и показались отчего-то смутно знакомыми. Юрена сощурилась.

– С юродивыми дел не веду, – она поспешила скрыться в избе, но ее схватили за руку. Девушка зашипела словно ошпарилась и быстро вывернулась из хватки. Она оскалилась на юношу, но тут же замерла, стоило ей увидеть мольбу и бескрайнюю печаль в глазах напротив. Люди охваченные безумием не смотрят так. В его глазах отчаяние было таким сильным, что подталкивало пойти на верную гибель.

– Я не выжил из ума, Кощей забрал самое дорогое моему сердцу и я обязан это вернуть, – на грани слышимости прошептал он, и что-то сжалось в груди молодой ведуньи в ответ на мольбу в его голосе.

– С чего бы мне тебе помогать? – твердо спросила она. Как бы Юрена не была уверена, что каждый человек заслуживает помощи, ей не хотелось во второй раз идти на смерть. – Одного молока мало будет, чтобы убедить меня рисковать жизнью.

Девушка сошла с крыльца, желая отойти как можно дальше от юноши, что принесет ей одни проблемы. Она хотела уйти, пока он не придумал что-нибудь еще. Юрена всегда помогала людям, но к ней всегда приходили что-бы вылечить недуг или снять сглаз, да защиту поставить, то о чем просил незнакомец было слишком для девушки, что только пол года назад переняла статус взрослой ведуньи.

– Я слышал ты ищешь серп Мары, – крикнул юноша ей вслед, и Юрена застыла на месте, словно ноги приросли к матери-земле. Она никак не ожидала, что человек осмелится упомянуть сокровище, что она уже потеряла надежду найти. Юрена встряхнула головой. Это было не важно, этот человек не мог знать где находится реликвия богини.

– Не произноси слов, вес которых не осознаешь, – ледяным тоном произнесла ведунья, медленно обернувшись к незнакомцу.

– Я знаю где можно отыскать то, что ты ищешь, – юноша спрыгнул с крыльца и подошел к Юрене, на этот раз оставляя ей больше пространства. – Помоги мне добраться до Кощея, и я поведаю тебе, где находиться серп.

– С чего я должна тебе верить?

– Это твой единственный шанс, верно?

– Да будет тебе известно, Кощеем величают самого Чернобога, то что он забрал воротить не возможно. Оставь эту идею, – попыталась убедить его Юрена, если малец и правда знал что-то о серпе это не повод без раздумий бросаться на плаху. Девушка не хотела иметь с этим дело, она надеялась что все уже осталось в прошлом.

– Мне все равно кем он является, я верну то, что он отнял. Помоги мне с этим и получишь свой серп, – уверенно сказал юноша и Юрена была готова себя проклясть за глупую веру, что проросла в ее душе. Как бы то ни было, но он был прав, другого шанса найти символ богини может и не выпасть. Тем более близилась зима, ежели Юрена успеет отыскать серп до наступления весны, то выполнит обещание данное Морене.

– Хорошо, – в конце концов ответила она, все еще не уверенная в правильности своего решения. Ведунья сомневалась, что ей действительно следовало ввязываться в это. – Не советую пытаться обмануть меня лжебогатырь.

– Я и не думал, – с ощутимой заминкой произнес он, что не придало веса его словам. Это была ложь, которую девушка простила ему, потому что она не имело значения.

– Как звать тебя?

– Меня называют Владислав, – произнес юноша, на что Юрена нахмурилась. Видать тот был не совсем дурак, раз понимал силу имени и что может ведьма со знанием имени сделать.

– Я сказала не врать мне, – ее тон заледенел, а глаза похожие на волчьи вспыхнули ведьминым огнем. – Назови мне имя данное матушкой чужеземец.

– Откуда ты… – неуверенно начала он.

– Я ведунья, ведаю обо всем, что мне следует знать.

– Дастин, такое имя дали мне на родине, – тихо ответил юноша, будто опасаясь, чтобы никто не подслушал, хотя кроме ворона никто их услышать и не мог.

– Меня звать Юрена, мать мне богиня Морена, отец мне бог Велес, что дарует знания. Я помогу тебе Дастин дойти до обители Чернобога, но в сражении с ним справляться тебе самому.

– О большем и не прошу, – он облегченно вздохнул и лицо его преисполнилось благодарности, от которой сводило зубы.

– Не спеши расслабляться, – холодно заметила Юрена. – Не думаешь же ты, что одним словом отделаешься? Поклянись, что по исходу пути я получу серп Морены, да знай клятву данную ведьме нарушить нельзя, а то сгинет твоя душа в небытие, – при словах о смерти юноша заметно напрягся, но не долго он думал, видать и правда что-то очень дорогое Чернобог забрал.

– Я клянусь, что помогу тебе Юрена отыскать серп Морены, ежели поможешь отыскать Кощея, коего кличут бессмертным.

– Воротишься сюда через три дня на восходе солнца, тогда и отправимся в путь, – удовлетворенно кивнув, Юрена обошла юношу и направилась в дом. Казалось Дастин хотел о чем-то возразить, вероятно хотел отправиться раньше, но по итогу ни слова не сказал. Когда Юрена обернулась на него он просто смиренно кивнул и покинул территорию огороженную можжевельником, символом богини зимы.

Юрена накинула плащ без меха, суму с травами повесила через плечо и мешок с вещами перекинула на спину. Она глубоко вдохнула родной запах сырости и хвои, что всегда витал в доме и подумала о том, как же все измениться, когда она вернется. Хоть домовой и будет присматривать за хозяйством, она уверена что по возвращении ее встретит запах пыли и застоявшегося воздуха, а стены будут промерзлыми из-за суровых морозов. Юрена в последний раз оглядела родную обитель, изба в одну комнату с печью, одним столом с двумя стульями да парой сундуков по углам. Это был первый раз, когда она покидала дом после смерти бабушки, что воспитывала и обучала ее. Раньше Ягиня всегда была рядом и оставлять дом пустым было по крайней мере непривычным.

– Ты смотри, водяницы утащат, домой не возвращайся, – хрипло рассмеялась сгорбленная старуха. Юрена прекратила собирать суму и грозно взглянула на бабушку. Та сидела у окна и возилась с веретеном, ясными глазами стреляя в воспитанницу свою.

– Ежели я с простыми утопленницами не справлюсь, то от стыда воротиться сюда не смогу. Не переживай бабушка, это ведь далеко не первое мое путешествие, – серьезно сказала девчушка, а потом нахально ухмыльнулась, – Ты от меня так просто не избавишься.

– И то верно, – весело ответила старуха. – Видать не надо было так хорошо обучать тебя, может и проблем было бы от тебя меньше.

– Да какие от меня проблемы? – притворно удивилась Юрена прикрывая рот ладонью.

– А ты вспомни, кто чуть избу мне не спалил?

– Да было то один раз, – Юрена надула губки и вернулась к сбору сумы.

– А тот раз, когда мне пришлось тебя из реки доставать, – хохотнула старуха погружаясь в воспоминания.

– Ладно я поняла, – пробурчала Юрена, но вопреки тону на губах у нее растянулась теплая улыбка. – Но зато благодаря тебе я стала одной из самых сильных ведуний.

– Самой сильной, – поправила бабушка и встала. Ее костяная нога стукнулась об пол, и она поковыляла к воспитаннице. – Как и лучшей чародейкой. Многих я ведьм знаю, да сильнее тебя не встречала, – старуха стиснула девушку в объятиях.

– Ты сильнее меня, – уточнила Юрена и вдохнула родной запах полыни и лаванды.

– Ну ты сравнила, – громко расхохоталась Ягиня. – Мне уж третья сотня лет идет, а тебе второй десяток не стукнул.

Раздался громкий стук в дверь, и Юрена вздрогнула от неожиданности, резко выныривая из воспоминаний. На ее губах все еще играла печальная улыбка и ведунья встряхнула головой, отгоняя ненужные мысли.

– Иду, – крикнула она гостю за дверью и поправила суму на плече. Юрена подошла к печи и заглянула за нее.

– Дедушка, благодарю что за домом присмотришь, – Юрена улыбнулась домовому и напоследок кивнув вышла из дома.

Она заперла дверь и обернулась на Дастина. Тот переминался с ноги на ногу и едва не подпрыгивал от нетерпения. В его глазах плескалась такая светлая надежда, что как ни пытался он не мог ее спрятать от зоркого взгляда ведуньи. Юрена тяжело вздохнула, слишком уж светлым был паренек для богатыря и наивным до жути. По нему было видно, он пойдет куда бы Юрена не сказала, хотя сам кричал о том что она ведьма злая. Она могла бы завести его в лесную чащу, да оставить дикому зверью на корм. Юрена конечно так поступать не собиралась, но откуда это было знать Дастину, он ведь даже слова с нее не взял.

– Ну что, в путь? – он солнечно улыбнулся ей и Юрена невольно залюбовалась его улыбкой, когда по тело скользнуло странное наваждение. Встряхнув головой она кивнула и направилась за дом, под недоуменный взгляд Дастина. Он потянул свою лошадь за поводья вслед за Юреной.

Ведунья обошла избу и направилась к стойлу, где стоял один единственный конь. При виде хозяйки он радостно заржал и мотнул головой, Юрена ему тепло улыбнулась и подошла ближе. Она скинула мешок со спины и принялась крепить седло на жеребца.

– Вот это громадина, – удивленно вздохнул Дастин. Юрена выглянула из-за бока своего скакуна и посмотрела на спутника. Тот с разинутым ртом разглядывал коня Юрены, на что она коротко усмехнулась и вновь спряталась за конем, затягивая ремни на седле. Тяжеловоз, черный как вороново крыло, с белым пятном на морде и белой гривой, весело заржал, точно смеялся над удивлением парня. Подрасти еще чуть-чуть и огромный конь в холке стал бы выше чем сама Юрена.

– Его зовут Гром, а не громадина, хотя ты был близок, – усмехнулась Юрена, закрепив сумы на спине скакуна. Она схватилась обеими руками за седло и подтянулась, сразу же перекинув ногу. Юрена пригнулась, чтобы не удариться головой о выступающую балку и вывела Грома из стойла, подводя ближе к Дастину. Юноша немного испуганно попятился, когда Гром решил его обнюхать и поскорее взобрался на свою лошадь. Он снизу в верх оглядел Юрену.

– Кажется за время пути у меня разовьется комплекс маленького роста – пробурчал юноша. В седле он был на две, если не больше, головы ниже самой Юрены. Она не смогла сдержать короткого удивленного смешка, не каждый осмеливался шутить перед ведьмой, но Дастин кажется чувствовал себя вполне свободно.

– Я все еще на пол головы ниже тебя, как только мы спешимся, твое достоинство вернется, – как будто сочувственно произнесла Юрена и ударив пятками бока погнала коня в сторону севера.

Несколько лет она не ездила верхом, потому мчалась во весь опор, с наслаждением чувствуя как холодный ветер щиплет щеки. Из под копыт летела грязь и мокрые листья и Гром громко ржал, разделяя радость своей хозяйки, ему не терпелось вновь отправиться в затяжное путешествие. Всегда когда Юрена путешествовала Гром был ее единственным спутником, видно частые раньше приключения были ему по душе больше чем короткие прогулки по лесу. Она засмеялась и раскинула руки в стороны, точно птица наконец расправившая крылья, глаза устремились в серое небо и высоко-высоко Юрена увидела кружащего ворона. В ушах свистел ветер, играя какую-то забытую песню, а дыхание прерывало от магии бушующей в венах. Хотелось спустить ее с пальцев, отдать до последней капли природе и раствориться в этих ощущениях. Но она не могла.

Юрена резко опустила руки, точно освободилась от наваждения и со спокойным лицом обернулась на Дастина. Он скакал чуть позади с удивлением взирая на ведунью. Девушка цокнула языком, ей не стоило забываться и показывать эту сторону своему спутнику, было бы лучше если бы Дастин и дальше считал ее злобной и опасной ведьмой. Так было бы безопаснее.

Она немного сбавила ход коня, чтобы Дастин смог ее нагнать.

– Мы отправимся к реке Тине, что у выхода из этого леса. К вечеру доберемся и заночуем там. От туда на северо-восток и до волчьих хребтов, – сказала Юрена, когда лошади поравнялись. Она немного помолчала и добавила, чувствуя что нужно это прояснить. – Мы будем петлять меж городов, с юга, по заброшенным полям, обойдем Светгород и с севера Чудоград.

– Подожди, – Дастин удивленно посмотрел на Юрену, а потом нахмурился. – До волчьих хребтов добираться больше трех недель. Если мы будем тратить время на объезд городов то потеряем еще одну точно.

– Да, я знаю, – спокойно ответила Юрена.

– Почему? – злобно воскликнул юноша. – Нам нужно найти Кощея как можно скорее!

– Потому что я ненавижу людей, – нахмурилась ведунья и остановила Грома, тот недовольно заржал и забил копытом. Он хотел и дальше ощущать ветер и свободу и явно был против внезапной остановки. – Если хочешь чтобы мы шли через города то тебе стоит назвать очень вескую причину, почему твое сокровище не может подождать лишнюю неделю у Чернобога.

– Потому что лишнюю неделю моя сестра может не пережить! – оскалился Дастин, после напряженной заминки. Он словно с отвращением смотрел на собственные ладони, которые мелко подрагивали, не осмеливаясь взглянуть на девушку.

– Почему сразу не сказал, что он твою сестру похитил? – голос Юрены внезапно сел и она нервно сглотнула. Она думала что Чернобог золото аль драгоценность какую у него украл, ведь всем известно как Кощей богатства любит и не прочь их приумножить. Похищать чужих невест он тоже горазд, но странно, почему не жених отправился на поиски девушки.

– Потому что это не твое дело, – Дастин отвернулся и повел лошадь вперед.

– Раз уж я тебе помогаю, то это мое дело, – грубо заметила Юрена. Ее раздражало, то что Дастин злился на нее, ведь она того не заслужила. Сам такой важной детали не сказал, теперь еще и кричит на нее.

– Я пообещал тебе плату, ты должна просто помочь, а не задавать вопросы.

– Что-то я не припомню что мы договаривались о сроках.

– Я не думал что на это уйдет столько времени, – хмуро ответил Дастин, но уже более спокойно и Юрену напрягло, что он словно потух. Несколько минут назад он радостно светился, а сейчас в нем точно жизнь угасла. Это было неправильно, и ведунья проклинала себя за внезапный порыв благородности.

– Можем на прямую пройти через Светгород, сохраним два дня пути, но в Чудоград нога моя не ступит, – тихо сказала Юрена, хмурясь на саму себя. Она в полной мере представляла насколько отвратительными последствиями обернется эта идея, но ничего не могла с собой поделать. Сколько бы раз Ягиня не говорила, что привычка помогать другим в ущерб себе рано или поздно сведет ее в могилу, Юрена просто не могла поступать по-другому. Не после всей той боли, что принесла стольким людям. – Это все что я могу предложить.

– Нет какого-нибудь более короткого пути? – с крохотной надеждой спросил Дастин.

– Вообще вход в обитель Чернобога находиться на южном побережье материка, – голова Дастина резко вскинулась и он хмуро посмотрел на Юрену, но она прервала его прежде чем он успел накричать на нее, – На прямую от сюда на лошадях по меньшей мере три месяца уйдет. В Волчих хребтах есть трещина, она сразу к Чернобогу нас приведет.

– Что за трещина? – недоверчиво спросил Дастин и Юрена ненадолго замолчала, вспоминая нужное слово.

– Кажется у вас за океаном это называется телепротацией, – ответила Юрена.

– Телепортация, – исправил Дастин и уже восхищенно взглянул на ведунью.

– Да точно. Так что давай не будем терять времени на болтовню, – Дастин кивнул и они дальше погнали лошадей. Юрена быстро погрузилась в свои мысли, не обращая внимания на окружение. Ее сердце сжималось от тревоги. Меньше недели пройдет, а им придется войти в город, от чего уже сейчас ведунью пробирала неприятная дрожь, но Юрена не собиралась отступаться. Ей наконец-то выпал шанс отыскать серп и отплатить Морене за подаренную жизнь, поэтому ведунья тоже хотела разобраться с этим поскорее.

Глава 2.

Девочка еле перебирала ногами, переступая сугробы, что были ей по колено. Холодно больше не было, наоборот все тело горело, а глаза слипались, но девочка продолжала идти, лишь бы убраться от того страшного места. Когда светило склонилось к горизонту боль из рук, ног, да из всего тела пропала и девочка была благодарна за это, хотя понимала что не чувствуя рук и ног она скоро умрет. Заходя в этот лес она была к этому готова, но все же надеялась что так сможет сбежать от кошмара что мучил ее с детства.

Она в очередной раз подняла босую ногу из сугроба, что стала почти такой же белой как снег, только с синим оттенком, девочке сложно было разобрать, от старых синяков она так выглядит или мороз уже начал питаться ее телом. Она махнула головой и утопила стопу в новом сугробе. Девочка больше не могла идти. Сознание помутнело и девочка упала ничком в снег, что уже не обжигал ледяные щеки. Тонкая сорочка сразу промокла и неприятно прилипла к телу, но едва ли девочка обратила на это внимание. Темно-русые волосы уродливыми обрубками упали на лицо и девочка сделала вдох, облизав губы она не удивилась металлическому привкусу, губы первым делом покрылись глубокими болезненными трещинами. Она сделала еще один вдох. Ей нужно было идти, она сбегала не для того чтобы сгинуть в глуши леса, но сил двигаться не было.

Взгляд голубых глаз, что был подернут дымкой, поднялся к небу, такому пронзительно голубому. К краю горизонта оно становилось кроваво-красным и предвещало морозы еще сильнее чем были. Зимний лес был прекрасен, он утонул в тишине глубокого сна и только редкие порывы ветра слышались его дыханием. Может быть и не плохо умереть в таком удивительном и умиротворенным месте – подумала девочка. Она сглотнула и сухое горло ободрало болью, девочке не хотелось умирать. Глаза против воли медленно закрылись. Она просто. Немного. Отдохнет…

С губ сорвался дрожащий вдох. Девочка снова шла, в этот раз бесцельно. Она не знала куда идет, вокруг больше не было зимнего леса. Больше не было ничего. Ее окружала только непроглядная тьма. Воздух больше не обжигал и даже казалось что она почувствовала тепло. Она помахала головой, в попытке отогнать наваждение, и двинулась дальше.

Девочка не знала сколько времени прошло, может день или два, иногда казалось что она идет целую вечность, пока не услышала шум воды и мерзкий запах. Она тут же поморщилась, прикрыв нос рукавом своей белой тонкой сорочки, и пошла дальше, но замерла когда под голой ногой что-то хрустнуло и не понравился девочке этот звук, уж больно знакомым он ей был. Она медленно глянула под ноги и задохнулась увидав груду человеческих костей, девочка хотела попятиться но ее остановил голос.

– Не бойся дитя, – девочка глянула вперед. Черный туман рассеялся и перед ее взором предстала прекрасная женщина, она стояла перед мостом, что перекинулся через черную реку. Руки девочки плетями упали вдоль тела. Так она все таки умерла. – Подойди.

– Здравствуй, меня звать Мор, – тихо сказала девочка, приблизившись к богине. И не могла сдержать восхищенного вздоха, кожа богини была белой точно снег, а волосы черными как безлунная ночь. Ее глаза безцветными бусинами взирали на маленькую девочку, выбивая дух.

– Меня зовут Морена, – тепло произнесла богиня, хотя лицо выглядело немного отстраненным, словно она пыталась скрыть настоящие эмоции.

– Я знаю, – ответила девочка, после повисшего молчания. – Ты богиня зимы и хранительница мира Нави. – она глянула за спину богини, на мост, и нервно сжала ладони в замок. – Это будет больно? – шепотом спросила она.

– Ты собираешься перейти через Смородину? – на этот раз губы богини легонько растянулись в улыбке, едва заметной. Богиня наклонилась к девочке и их лица оказались на одном уровне, она положила ладонь на щеку девочки и та чуть не вздрогнула от пронзившего ее холода.

– Я не хочу оставаться здесь, – девочка оглянулась на тьму за спиной . – А обратно я вернуться не могу, – богиня улыбнулась тепло, так как матери улыбаются своим детям.

– Только я решаю, когда душе пора отправиться в мои земли, – она отвела руку и золотые браслеты тихо звякнули. – Если бы я позволила, ты бы хотела вернуться?

– Да, – не задумываясь ответила Мор и богиня взглянула на нее с интересом.

– Почему? Я знаю что тебе пришлось испытать, а ведь ты просто дитя, но даже с теми ужасами, что тебя заставили пережить, ты хочешь жить вместе с людьми.

– Рано или поздно моя душа вернется в мир Яви, нет смысла сбегать от него сейчас, – девочка ненадолго замолчала. – И я не хочу забывать. Да, многие люди плохие, – она вскинула голову, впиваясь уверенным взглядом в лицо богини. – Но есть и хорошие, я не хочу терять воспоминания о своих близких. Я хочу помнить братца Беремира и старушку Милу, хочу когда-нибудь спасти их также как они спасли меня. Хочу помочь всем хорошим людям, потому что все иногда нуждаются в помощи и нужен кто-то кто протянет руку в трудный момент – заключила Мор, тяжело дыша. Богиня тепло рассмеялась.

– До чего благая цель, но за все надо платить. Ты не сможешь вернуться той же какой была, – девочка без промедления кивнула. – Я позволю тебе вернуться, если окажешь мне одну услугу.

– Что угодно богиня.

– Дело в том, что меня лишили серпа, которым я нити судьбы обрезаю. Если его не вернуть, баланс тьмы и света нарушиться и все детище Рода сгинет в хаосе. Я чувствую на тебе благословение брата моего Велеса, сильная ты Мор, уверена справишься с моей просьбой.

– Обещаю, я сделаю все что в моих силах, но… – девочка немного замялась, от грубости вопроса, но просто не могла его не задать. – Почему вы сами не можете отыскать его?

– Мне нельзя в мир живых, – ничуть не оскорбившись ответила богиня.

– Я верну его вам, чего бы мне это не стоило.

– Хорошо, – улыбнулась и кивнула богиня. – У тебя есть десять лет, если не сможешь сыскать серп до конца десятой зимы то сгинет твой мир. Как в мир Яви воротишься, отправляйся к подруге моей Яге. Она тебя всему обучит и поможет, – богиня наклонилась чуть ближе и оставила на лбу девочки, обжигающе морозный поцелуй. – Сегодня слабая девочка Мор умерла, сегодня сильнейшая чародейка вернулась к жизни. Сегодня родилась ты заново и отныне имя тебе Юрена, смелая и мужественная, что преодолеет все препятствия на пути и исполнит обещание данное мне, богине зимы Морене.

Серебряный полумесяц на лбу богини сверкнул и мир вокруг пошатнулся и закружился в разноцветной круговерти. Все тело пронзило жгучей болью и Юрена начала падать во тьму.

Она медленно открыла глаза. Вокруг было тепло и мороз больше не беспокоил тело, а еще было очень мягко. Маленькая Юрена повернула голову и громко испуганно закричала. Она тут же вскочила на ноги и отбежала от огромного медведя, в чьем меху только что грелась. Огромный зверь лениво зевнул и шатаясь поднялся на лапы, сознание Юрены подсказывало ей бежать, как можно скорее и как можно дальше, да и тело вроде бы готово было сорваться на бег но Юрена не двигалась. Что-то было не так. Она взглянула под ноги, босые лодыжки лизала сочная трава, а над головой задорно пели трели птицы.

Юрена непонимающе озиралась по сторонам. Несколько минут назад она страдала от пронизывающего мороза, что медленно уничтожал ее тело, а сейчас вокруг благоухала весна. Маленькая Юрена встряхнула головой и вновь огляделась, не веря своим глазам. Может морок кто наслал? Медведь издал какой-то странный звук, похожий на тихий рык, но аккуратный чтобы девочку не спугнуть, но то что услышала Юрена чуть снова не заставило ее кричать. Она с разинутым ртом смотрела на зверя и думала, а не послышалось ли ей, но медведь снова заговорил. Именно заговорил.

– Т-ты отведешь меня к Яге? – задушено спросила девочка и медведь снова зарычал, подтверждая слова Юрены. Он медленно развернулся и побрел только по ему известному пути и Юрена торопливо засеменила за ним, все еще не до конца осознавая реальность происходящего.

Через несколько минут они вышли к реке и Юрена кинулась к ней, дабы напиться воды. Может мороз и перестал ее волновать, но жажда и голод никуда не делись. Наконец-то смочив горло Юрена взглянула в отражение и замерла, из воды на нее глядела не другая девочка, но с точно таким же лицом. Вместо русых волос, что ей уродливо обкорнали, вились изящные черные локоны, прям как у богини Морены, а заместо голубых, словно льдинки глаз, на нее смотрели две капли золота, глаза совсем как у волка, совсем как у настоящей ведьмы.

Глава 3.

Юрена распахнула глаза и увидела ясное звездное небо. Она глубоко вдохнула и прикрыла глаза рукавом. Давно же она не видела этот сон, как второй год жизни с Ягиней пошел, так она и перестала во снах это воспоминание видеть, для девочки тринадцати лет от роду, это было слишком сильным потрясением и ей не редко приходилось пить настои от бессонницы, лишь бы прошлое во снах не являлось.

В костре треснула ветка и Юрена перевела взгляд на почти потухший огонь. Они как и планировали остановились у реки Тины, несмотря на возражения ее спутника.

– Я слыхал что тут нечисть какая-то водиться и тиной воду портит, от того река так и называется, – вновь попытался Дастин убедить Юрену отойти от воды поглубже в лес.

– Верно, да только давно тут водяниц уже нет, – вздохнула Юрена.

– Кого? – недоуменно спросил Дастин, и Юрена заметила как его плечи приподнялись в напряжении.

– Девушки утоплинницы, они в нечисть после смерти обращаются и людей топят, – пояснила она, снимая мешок со спины Грома.

– Русалки что ли? – поморщился юноша, а Юрена ненадолго задумалась, вспоминая кого именно так называют за океаном и потом кивнула.

– Почти. У ваших хвосты как у рыбы, наши просто девицы голые, и песни не поют, но по сути почти тоже самое.

– У наших, -задумчиво повторил Дастин. – Откуда ты знаешь как они на моей родине называются?

– Я долго путешествовала по вашему континенту, – ответила Юрена и пожала плечами, как будто нет в том ничего особенного. – Искала где может быть серп. Я весь мир объездила, но так его и не нашла, – она пытливо взглянула на Дастина. – Поэтому мне сложно поверить, что ты знаешь где он, но выбора у меня особо нет. Либо ухватиться за тебя, либо и дальше сидеть в избе и ждать гибели.

– Я правда знаю где он, – попытался заверить ее Дастин, но Юрена только отмахнулась от него.

– Сейчас это не важно, я все равно помогу тебе, – она перебирала вещи в мешке, лишь бы занять руки. – Хоть знаешь, хоть нет, а сестру отыскать я тебе помогу.

– С чего вдруг такая перемена? – Дастин с подозрением оглядел Юрену. А не пытается ли ведьма его обмануть? На вид обычная девушка, разве что заместо сарафана брюки, и глаза звериные. Его с детства учили что ведьмы это прокаженные, что с самим дьяволом дела ведут, да только беды несут людям, но на этих землях к ним совсем по другому относились. Если бы люди с деревни не рассказали о делах добрых, что Юрена для них сделала, так он бы возможно так и не решился к ней сунуться.

– Ты ведь и сам говорил, я помогаю людям.

– Ты совсем недавно сказала, что ненавидишь нас.

– Одно другому не мешает, – она ухмыльнулась, но быстро ее лицо сменилось на задумчивое. – Я помогаю хорошим людям. Тебе я не хотела помогать, потому что думала ты за золотом своим охотишься или что-то такое, не думала что ты сестры лишился, – она перевела взгляд на Дастина, когда краем глаза заметила, как тот испуганно вздрогнул. – Если бы сразу сказал что сестру спасти хочешь, мы бы на день два раньше выдвинулись.

– Не думал, что это изменит твое отношение. Знал сказал бы сразу, – Юрена кивнула принимая такой ответ и продолжила копаться в суме, а Дастин взглянул на нее совсем по другому. Когда она на него накричала и выставила из дома, даже выслушать не захотев, он подумал что она дикарка. Живет в лесу, с людом почти не общается, так еще и колдовством занимается, а теперь оказывается ошибался он. Дастин теперь понимал, что сам виноват в ее грубости, не стоило в дом врываться и домового злить.

– За что же тогда ты людей ненавидишь? – спросил он и заметил как Юрена мигом напряглась. Она перевила на него взгляд и нутро у Дастина заледенело от страха, глаза ведьмы горели колдовским огнем и выглядели отнюдь не дружелюбно.

– А вот это тебе знать не обязательно, – прошипела она и достала наконец из сумы короткий нож, что для готовки используют. – Ты сам сказал, все что я должна это отвести тебя к Чернобогу, а не задавать вопросы, вот и ты их не задавай.

– Х-хорошо, – Дастин нервно сглотнул, он словно ощутил магию что жила в ведьме и по его телу пробежали мурашки. Ему не приходилось еще с магией сталкиваться, как и со множеством нечисти, что ходит по этим землям, но он не думал, что один взгляд ведьмы может заставить его колени подгибаться. Когда утром Юрена сорвалась с места и погнала Грома как можно быстрее, Дастин ощущал магию совсем по другому, ведьма словно сияла изнутри и завораживала своей красотой как делают берегини. Юрена раскинувшая руки, была такой свободной и счастливой что не залюбоваться ей было попросту не возможно.

Сейчас же Юрена пугала, так словно из прекрасной девы в миг обратилась в чудовище. Юрена была похожа на вампира из легенд его родины, она будто была готова наброситься на него, если б он посмел отказать, и разорвать глотку без сожаления. Такие фантазии не помогли, когда Юрена приблизилась к нему с ножом в руках. Увидев его испуг, Юрена сначала удивленно вскинула брови, а потом посмотрела более насмешливо.

– Я соберу грибов и ягод на ужин, а ты пойди собери хвороста для костра, – при упоминании еды, живот Дастина согласно забурчал и юноша почувствовал как его щеки теплеют. Они целый день ничего не ели, но Юрена не торопилась, словно и вовсе была не голодна, зато ее ухмылка стала шире, полностью прогоняя из сердца Дастина страх.

– Только смотри, веток не ломать, на мышей, змей не наступать, птиц не пугать, – приказала Юрена перед уходом и дождалась от Дастина кивка. – Мы же не хотим лешего разозлить, – пояснила она, встретившись с непонимающим взглядом Дастина. Он еще раз кивнул и отправился в другую сторону.

Дастин бросил хворост перед поваленным деревом, на котором сидела Юрена, и с удивлением оглядел ее улов. На обрезке тонкой ткани лежала приличная кучка уже вымытых грибов и горстка малины. Девушка спрыгнула с бревна и подхватила несколько веток.

– Смотришь так будто никогда грибов не видел, – между делом бросила Юрена.

– Видел конечно, но не думал что ты так много соберешь, времени нет ничего прошло.

– Просто надо знать где искать, да и сезон едва ли закончился, – сказала ведьма и убрала руки, оглядывая шалашик из веток. Некоторые из них были сырыми, в осеннем лесу было трудно найти сухие, особенно рядом с водой, но Юрену это словно не волновало. Дастин потянулся за пазуху, достать огниво и так и замер наблюдая как у девушки между пальцев заплясала искра. Ведьма что-то тихо шепнула, и она начала быстро разгораться, уже через секунду на ее ладони трепетал огонек размером с куриное яйцо. Юрена подвела вторую ладонь к огню и пару раз махнула вокруг него, тот сразу же распался на три огонька поменьше и повис около сырых веток. Ведьма шепнула что-то еще и вода в ветках зашипела, быстро испаряясь, уже через пару мгновений разгорелся нормальный костер, а Юрена отряхнула руки, точно провернула пыльную работенку.

– Вау, – не удержался Дастин. Это невероятно.

Юрена вскинула на него откровенно удивленный взгляд и Дастину показалось, что ее уши немного покраснели, но он решил что это просто игра света от костра.

– Ничего такого, – девушка отвела взгляд.

– И все же, если бы не ты мне бы пришлось бог знает сколько времени возиться с тем чтобы поджечь сухие ветки, не говоря уже о сырых, – Дастин плюхнулся перед огнем и вытянул руки, отогревая замерзшие пальцы. Тут он вспомнил о том как была одета Юрена, ему с мехом было не то чтобы тепло, ведьма же вовсе сидела без плаща в одной подпоясанной рубахе да брюках.

– Тебе не холодно? – вдруг спросил Дастин, Юрена вновь замерла и он уже испугался, что опять лишнего спросил, но вот ведьма тряхнула головой и спокойно взглянула на Дастина.

– С некоторых пор я не очень чувствительна к холоду, можешь считать это моей привилегией как ведуньи, – Дастин не сдержал облегченного вздоха.

– Я уж подумал, что ты меня в козла превратишь, – Юрена вновь посмотрела на него удивленно и неожиданно рассмеялась.

– Так вот чего ты такой испуганный был, – она сделала пару вздохов чтобы успокоиться. – Не бойся, ни ведьмы, ни ведуньи такого не умеют, так только колдуны делают.

– В чем вообще разница? – не понимающе спросил Дастин, на его взгляд все эти слова означали одно и тоже.

– Ведьмы и ведуньи, ведают, владеют знаниями. Мы знаем как использовать природу и ее дары, ее чары и магию, а колдуны подчиняют и используют свою внутреннюю магию. Ведьмы просят природу, просят магию, колдуны подчиняют своей власти. – пояснила Юрена и принялась насаживать грибы, на более менее ровные веточки.

– А ведьмы и ведуньи? – Юрена вопросительно посмотрела на Дастина и он уточнил. – Ну при встрече ты сказала что ведунья, а не ведьма.

– Аа, – протянула Юрена, и передала одну ветку Дастину. – Ну смотри, в народе считается, что ведьмы все свои силы от беса получают, потому что без дара рождены, и они часто пакости всякие творят, а ведуньи те кто по рождению имеют связь с миром, и не чинят бед людям. – Юрена поднесла свои грибы к огню и обхватила колени свободной рукой. – В наших кругах ведьма, это ведающая мать, отсюда и название. Это противная сгорбленная старуха, ведьмы характером неприятные, но просто так зла не творят.

Дастин кивнул и повторил ее движение, теперь понятно почему она злилась когда он ее ведьмой называл, любой красавице неприятно будет если ее со старухой сравнить, а Юрена еще какая красавица. Кожа чистая и белая, коса до пояса сияет даже в темноте ночи и формы у нее что надо, жила б она на родине Дастина, давно бы чей-то женой стала.

– А ведьмы и ведуньи замуж выходят? – не смог удержаться от вопроса Дастин, надеясь что это никак не заденет девушку. Юрена громко и насмешливо фыркнула.

– Я таких не встречала. Если найдется бедолага, что согласиться с ведьмой жизнь провести, то пожалуйста, да только ведьмин характер никто вытерпеть не может. Ведьма, что меня воспитала, рассказывала что был у нее один ухажер из той деревни, где ты обо мне прознал. Клялся в вечной любви, – Юрена приложила руку на сердце и посмотрела на Дастина так, словно рассказывала о самой величайшей истории любви, и вздыхала так мечтательно, но потом не сдержалась и хохотнула. – Да только умчался, сверкая пятками, как только бабушка обмолвилась, мол попытаешься указывать мне так в моей же печи и сгинешь.

– Сурово, – пробормотал Дастин и ойкнув, начал быстро махать своей палкой, потому что заслушавшись Юрену, он не заметил как один из его грибов загорелся. Та весело рассмеялась глядя на такую картину и Дастин вновь не мог отвести от нее взгляд, наблюдая как ведунья снова сияла точно драгоценный камень на солнце.

– А у тебя был такой ухажер? – внезапно даже для себя спросил Дастин и Юрена покачала головой.

– Неа, меня даже бабушка еле терпела, деревенские мальчишки ко мне вообще не совались, – она решила умолчать о том, который напоить ее хотел, да и то ведь не ухажер был, а свинья какая-то. – Слушай, я стараюсь избегать любых тем связанных с моим прошлым.

– Это я уже понял, – без обидок ответил Дастин и коротко улыбнулся.

– Да… можешь спрашивать что угодно, если это со мной не связано, я отвечу и так же не буду задавать вопросов о тебе и твоей семье.

– Такое меня устроит, – Дастину хотелось узнать больше о Юрене, им все-таки не одну неделю вместе путешествовать, но он закопал свое любопытство поглубже. Может быть потом, если Юрена позволит, он спросит, но пока что его устраивало, что они не лезут друг другу в душу пытаясь выведать секреты.

Юрена обвела взглядом вокруг, Дастина нигде не было видно, она не придала этому особого значения, может нужду пошел справить. Ведунья встала и потянулась, с наслаждением разминая затекшие мышцы. Край неба уже начал светлеть, потому она не стала подбрасывать в костер хвороста, оставив его догорать. Лошадь Дастина была рядом с Громом, а значит он скоро вернется.

Юрена направилась к реке где умылась и выпила воды. Теперь из отражения на нее уже смотрела взрослая, не напуганная девочка. Она улыбнулась самой себе и оглядела течение реки, вспоминая как именно отсюда пропали водяницы.

Глава 4.

Юрене было пятнадцать лет отроду. Она по пояс стояла в воде и руками высекала брызги, пытаясь почувствовать потоки водяной стихи как магии, но кроме теплой воды она ничего не чувствовала. Все вокруг утопало в зелени, влагой реки спасаясь от летней жары, впитывая ее магию. В спокойном течении реки у берегов, колыхались камыши и рогоз. Ветра не было от слова совсем, потому духота кружила голову, не давая сосредоточиться на поставленной задаче. В тех же камышах громко квакали лягушки и иногда Юрене казалось, что они посмеивались над ее безрезультатными мучениями, хотя скорее всего обсуждали кто поймал стрекозу больше. Иногда то тут, то там булькали рыбы, ловя водомерок с поверхности, раздражая и отвлекая ведунью. Не редко над ухом пищали комары, хотя казалось бы при таком пекле они должны прятаться в траве да помалкивать.

Голову припекало полуденное солнце и все о чем могла думать Юрена, это о том чтобы окунуться с головой в спасительную влагу и напиться воды. Горло неприятно саднило когда она сглатывала, потому что с рассвета она ни капли в рот не взяла. Девочка опасливо оглянулась на берег, в тени деревьев сидела бабушка Ягиня и в руках держала пяльцы с иголкой. Она все время там сидела, бдительно смотря за процессом обучения своей ученицы, да только сейчас вроде задремала. Юрена более смело, но все также аккуратно обернулась на бабушку, та склонила голову к груди и едва ли не выпускала пяльцы из рук. Молодая ведунья радостно улыбнулась и зачерпнула в руки побольше воды, но сделав только пару быстрых глотков заплевалась. У воды был вкус тины, хотя река была почти хрустально чистой.

– Я тебе говорила воду не пить! – крикнула с берега Ягиня. – Ты так водную стихию никогда не почувствуешь.

– Я не виновата, что ничего не выходит, – крикнула в ответ Юрена и полностью повернулась к берегу. – Я пытаюсь ее почувствовать, но то что ты меня пытаешь ни капли не помогает! – Юрена ударила кулаками по воде и через сиг удивленно глянула на свои ладони. Она подняла руки к лицу, чтобы лучше разглядеть воду, что словно варежки окутала пальцы.

– Получилось! – воскликнула она и радостно запрыгала вокруг своей оси, не прекращая задорно смеяться, пока не запуталась в собственных ногах и не плюхнулась в воду. Юрена оттолкнулась от дна и собиралась всплыть, когда кто-то схватил ее за руки и потащил от берега. Она начала брыкаться, в попытке сбросить с себя хватку, но руки, что были холоднее воды не отпускали и тянули все глубже и глубже. Девочка начала задыхаться, но ничего не могла сделать. Ее слушались только земля и воздух, но и то и другое под водой она использовать не могла. Паника заглатывала ведунью точно болото, с каждым движением затягивая все глубже. Она распахнула глаза и в помутневшей воде прямо перед ней мелькнуло бледное женское лицо. Водяница звонко засмеялась, так же как мгновения назад смеялась сама девочка, она приблизилась к лицу молодой ведуньи и положила ледяные руки на ее щеки. Юрена закричала от жгучей боли и последний воздух покинул ее легкие, поднимаясь на поверхность большими пузырями. Девочка как могла удерживала себя от вздоха, но тело кричало о том что задыхается и требовало хотя бы глоток воздуха. Юрена замотала головой и задергалась пуще прежнего, руки и ноги переставали слушаться и она оскалилась на саму себя. Морена не для того ее к жизни вернула, чтобы ее глупые утопленницы на тот свет утащили. Почему эта нечисть не лезла к ней, когда она просто стояла? Почему решили утопить, когда у нее наконец-то получилось уловить связь со стихией воды? Эти мысли крутились у Юрены подобно водовороту, разжигая внутри испепеляющий гнев, что грел кровь. Стало нестерпимо жарко, было такое ощущение, что по венам растекся расплавленный металл и ведунья услышала оглушающий крик и хватка с рук пропала. Она хотела тут же выплыть, но тело не слушалось, а в глазах стремительно темнело. Тело перестало слушаться и вместо воздуха легкие наполнила вода. Юрена уже думала что не справилась и вот-вот вновь окажется на Калиновом мосте, но в тот же миг в спину ударил поток воды и ее вытолкнуло на берег.

Девочка сделала долгожданный вздох, но воздух тут же покинул ее тело, вместе с собой выгоняя воду. Из-за кашля что драл горло, невозможно было глотнуть новой порции воздуха, а в глазах все еще витали темные мушки. Юрена постоянно слышала какое-то шипение и вот ее спины коснулась холодная рука, она вздрогнула, но в следующую же секунду грудь сжалась в нестерпимой боли и последняя вода покинула тело ведуньи вместе с содержимым желудка. Юрена наконец-то сделала спокойный вдох, несмотря на то что горло будто кошки подрали, и села на колени.

– Вот дурында, – раздался над головой знакомый старушечий голос. – Сказала же не отвлекаться.

Юрена хотела бы что-то съязвить, но сил препираться с Ягиней у нее не было, тем более ее прервал высокий, режущий уши, крик. Она обернулась к реке, на противоположный берег с криками выскакивали водяницы, изуродованные красными пятнами на бледной коже и волдырями. Юрена с замиранием сердца наблюдала как со дна реки поднимаются огромные пузыри, лопаясь выпуская на поверхность пар. Река буквально кипела, точно кастрюлька воды на костре, и вместе с травой в ней варились водяницы. Они стояли по другом берегу и злобно шипели на Юрену, сразу же теряя свое обаяние.

– Ну ка, прекращай это, – назидательно сказала Ягиня.

– Я?! – воскликнула Юрена и ее глаза заметались между бабушкой и рекой. В какой-то момент душу Юрены сковал ледяной страх, вода в реке мигом успокоилась, а вот молодая ведунья теперь будто сама отказалась от воздуха. Она не могла сделать и вздоха, а голову все наполняли картины прошлого. Воспоминания о том как она в прошлый раз потеряла контроль над своим огнем, о том как на груди Беремира появился уродливый шрам, что тянулся к шее. Юрена усиленно затрясла головой, она не хотела погружаться в прошлое, но оно затягивало подобно водовороту, заставляя ведунью вновь задыхаться.

На макушку легла ладонь Ягини и Юрена всеми силами ухватилась за это ощущение, дабы остаться в реальности. Бабушка шептала успокаивающие заговоры, и дыхание постепенно вернулось к Юрене. Ведунья корила себя за такую реакцию, две весны минуло, с того момента как она сбежала, ей давно пора позабыть жизнь Мор, ведь та слабая девочка умерла, но это было слишком сложно. Мор и была Юреной, это один человек, но и вместе они существовать не могут, Мор мешала Юрене идти дальше, а Юрена не могла отпустить Мор, оттого обе стояли на месте.

– Эй, – Мор подняла на Ягиню глаза и только поняла, что их застилали слезы. – Ты не сделала ничего плохого, всего лишь спасала свою жизнь, – она погладила ведунью по голове.

– Я-я, – заикаясь начала Мор и перевела глаза на реку, на поверхности которой вверх брюхом лежало огромное количество рыбы, и этот вид не помог сдержать слез. Они градом покатились по щекам. – Я убила их, навредила…

– Дурында, – Ягиня щелкнула пальцем ей по лбу. – Ты избавила реку от нечисти что отравляла ее магию, а рыбешки рано или поздно все равно бы сгинули в пастях водяниц. Ты сильная и тебе нужно научиться контролировать свою силу, а не прятать ее в погреб. Да и кому какое дело сколько неразумных мальков сварилось, тебе сама Морена жизнь даровала, и не важно сколько нужно заплатить за нее. Запомни Юрена, если кто-то попытается отобрать у тебя жизнь данную Богиней, то ты смело имеешь право оборвать их существование раньше срока, никто не смеет покушаться на поцелованную Марой.

Ягиня была права и Юрена это понимала. Если она умрет, то кто тогда найдет серп? И Ягиня, и Морена говорили, что она самая сильная чародейка за последние три сотни лет, если она не справиться с просьбой богини, то никто не справиться.

Юрена с силой утерла слезы и пару раз ударила себя по щекам, приводя мысли в порядок. Ягиня права. Не дело это слезами обливаться, сейчас она все равно уже ничего не исправит, но если не научиться силы контролировать, то пострадает еще кто-то. Юрена поднялась на слегка дрожащие ноги и пошла к воде. Все по порядку, сначала закончит с водной стихией, потом уже огонь усмирит.

Глава 5.

Со стороны их остановки послышалось ржание лошадей, причем очень неспокойное. Юрена нахмурилась и отряхнув руки от воды пошла обратно. Дастин стоял около своей кобылицы и пытался ее успокоить, но получалось у него это плохо.

– Что случилось? – спросила Юрена и Дастин испуганно на нее обернулся, явно не услышав как она подошла. Он уже хотел ответить, но его опередил ворон, что сидел на нижней ветке и то, что он поведал сильно не понравилось Юрене.

– Что ты сделал?! – злобно прошипела Юрена и быстро оглядела землю около костра. Там валялось две тушки молодых перепелок, обе с поломанными крыльями и несколькими ранами от стрел.

– Анчутка меня забери, – задушено прошептала Юрена и кинулась к седлу, как можно скорее накидывая его на Грома.

– Что такое? – непонимающе спросил Дастин, Юрена кинула в него острый взгляд.

– Быстро собирайся, а иначе я сама тебя придушу троедурок, – прорычала она и быстро затянула ремни седла. Гром нервно переминался с ноги на ногу и и издавал недовольные звуки. Юрена бросилась к костру и проведя над ним рукой, быстро затушила последние угли. Она схватила с земли плащ, суму с травами и накинула на плечи, пальцы слегка подрагивали от волнения. Вот и чего этому дураку на месте не сиделось?!

Из глубины леса раздался оглушающий рык, похожий на медвежий, но Юрена знала, что им не повезет отделаться простым медведем.

– Быстрее, – подгоняла она Дастина, что копошился с креплением мешка на седле своей кобылы. Ведунья схватила свой мешок и почувствовала как задрожала земля от чьих-то тяжелых шагов. Совсем рядом затрещали деревья и кобыла Дастина встала на дыбы, она испуганно заржала, ударила его копытом в грудь и умчалась вместе со всеми его вещами, только меч да плащ остался.

Гром отбивал землю копытом и громко ржал. Юрена цыкнула на него и бросилась к Дастину, который кашлял и хватался за грудь. Ведунья схватила его под руки, но поднять такую махину у нее не получилось, потому она его пнула, на что Дастин недовольно застонал.

– Поднимайся, – шипела Юрена. – Если сейчас же не окажешься на спине Грома, я оставлю тебя здесь.

Вновь раздался оглушающий рев, Дастин тут же подскочил на ноги, морщась от боли. Юрена с разбега запрыгнула в седло и протянула руку своему непутевому спутнику. Как только Дастин оказался позади Юрены и ухватился за нее покрепче, Гром рванул к реке.

– Что вообще произошло? – громко спросил Дастин, пытаясь перекричать свистящий ветер.

– Я же сказала не злить лешего! – крикнула Юрена и резко дернула Грома за поводья, уводя его вдоль берега.

– Ты не говорила, что нельзя охотиться, – попытался защититься Дастин.

– А сам додуматься не мог?! – Юрена обернулась на него и оскалилась, она хотела еще что-то сказать, но прямо у них за спиной раздался рев. Деушка глянула через плечо Дастина. За ними гнался огромный зверь – медведь, что раза в два больше обычного, да в то же время и не медведь вовсе. Вместо шерсти у него мох был, когти каменные, а на меху из травы пожелтевшей, то тут, то там мухоморы расли.

– Что за чудовище? – испуганно воскликнул Дастин. Леший зарычал и все деревья в лесу содрогнулись от его гнева. Юрена отвернулась и ударила поводьями, Гром помчался во весь опор и ведунья из последних сил держалась за него, бедра болели от усилий, но она даже на секунду не задумывалась о том что может загнать своего скакуна до смерти.

Дастин до боли сжимал ее бока, боясь свалиться, и что-то громко шептал, что Юрена распознала как молитву своему богу. Она могла бы сказать что на этой земле его бог не властен, но все внимание было на реке. Вот-вот должно было начаться мелководье. Совсем чуть-чуть. Есть. Ведунья дернула поводья и конь ушел в резкий поворот, копыта заскользили по размокшей земле берега и они вместе чуть не перевернулись, но Гром смог удержать равновесие. Он с брызгами ворвался в воду и они еле смогли уйти от столкновения, леший промчался дальше по берегу, если бы они не успели выровняться, то уже были бы подмяты под тушей хранителя леса.

Леший быстро понял что от него скрылись в реке и помчался вслед. Вода была Грому по колено, но больше мешала грязь налипшая на копыта.

– Давай, давай малыш, – шептала на ухо коню Юрена гладя одной рукой его шею. Хватка на боках девушки усилилась и она обернулась на Дастина, он не сводил взгляда с огромного зверя, что было совсем близко. Протяни он свою лапу, смог бы сбить их с Грома. Действовать надо было быстро. Юрена перекинула через себя поводья и высвободилась из хватки Дастина, он что-то закричал. Она схватилась одной рукой схватилась за гриву Грома, а второй за плечо Дастина и встала сапогами на седло.

Дастин не переставал что-то вопить. Юрена отпустила гриву и повела рукой, точно рисуя волну. Вода в реке стала немного быстрее, на волнах стали появляться белые гребни. Леший взревел и встав на задние лапы, завел переднюю прямо над их головами. Юрена вскинула свободную руку вверх и поток воды ударил медведю точно в морду. Леший потерял равновесие и рухнул навзничь, злобно ревя. Юрена обернулась и быстро уселась назад в седло, она свела две ладони вместе и глубоко вздохнула. Нельзя терять времени, пока леший не встал. Она резко развела руки и вода перед конем отступила, открывая тропинку. Гром пошел быстрее, все еще утопая в илистом дне, но этого хватило чтобы успеть добраться до берега. Юрена облегченно вздохнула и посмотрела на реку.

Леший был с противоположной стороны и отряхивал свою шерсть. Они покинули его лес, а значит Дастин и Юрена больше не его забота. Ведунья облегченно вздохнула и упала на шею Грома, зашептав слова благодарности. За время их странствий он не раз спасал ее от бед и девушка предпочла бы и дальше путешествовать с ним одним, а не брать с собой одну большую неприятность от которой сейчас так и веяло желанием извиниться. Юрена хлопнула Грома по шее и повела на северо-восток, к стенам Светгорода.

– Эм..

– Нет, – грубо прервала она Дастина. – Даже не вздумай разговаривать со мной ближайшее время. Я сейчас очень зла, и если ты продолжишь меня бесить, то я наведу на тебя порчу.

– Ведуньи же не творят зла людям, – неуверенно ответил Дастин.

– Ты станешь первым, если не заткнешься, – прошипела Юрена. Спутник не ответил ей, но она почувствовала как он кивнул.

– Держись крепче, – тихо сказала Юрена и ударила пятками Грома, что бы тот ускорился до рыси.

Юрена отказывалась признавать, что ощущение теплых ладоней на ее боках, заставило внутри что-то перевернуться. Она тряхнула головой, отогнав мысли о широкой груди Дастина, к которой невольно прижималась спиной, и тем более о дыхании на ее шее, что оставляло после себя отвратительные мурашки. Прикосновения никогда не были чем-то приятным и незначительным, поэтому одна только мысль о том, что ее кто-то касался, пускай это и было вынуждено заставляла внутренности скручиваться в комок нервов. Чужие руки казались обжигающе горячими, а дыхание липким.

Теперь у Юрены появилась еще одна веская причина остановиться в Светгороде. Они просто обязаны одолжить там лошадь для Дастина, иначе ведунье будет слишком сложно концентрироваться на цели их пути, и она просто забудет, что должна отыскать серп Морены, теряясь в собственных воспоминаниях. Верно говорила Ягиня, от мужиков одни проблемы, не стоит их даже близко подпускать.

Глава 6.

Целую пятницу Юрена ему и слова не сказала. Все ходила хмурая да по рукам его била, ежели он помочь чем ей хотел. Юрена теперь Дастина вообще из поля зрения не выпускала, боясь что натворит опять чего-нибудь. Делала все сама и бросала в него злые взгляды. Оно и понятно.

После того как они от лешего сбежали Юрена выглядела совсем плохо, ходила вся зеленая, под глазами темные круги залегли и спала любую свободную минуту. Даже когда Грома по полю вела то и дело кемарила, пока Дастин ее не окликал. Видать правду говорят, что ведьмы за силу свою платить должны, наверное не просто было целую реку своей воле подчинить. Дастин тогда жуть как за Юрену перепугался, думал вот-вот у нее нога соскользнет с седла и она в воду свалиться, никак он не ожидал что она такое громадное чудовище опрокинуть сможет, так еще и оставаться спокойной, точно каждый день так делает. Дастин, что в своей жизни ничего страшнее пикси и боггла не видел чуть дух не испустил, а ведунья и глазом не повела. Вот Дастин и думал, а если бы отказалась она ему помочь, смог бы он сам хотя бы из леса выйти? Что-то ему подсказывало, что он бы в пасти лешего и сгинул.

На третий день Юрене кажется полегчало, тон лица выровнялся и хмуриться она меньше стала. Даже без упреков делилась своим вяленым мясом, что в мешке прятала, а потом на седьмой день с ней опять произошло что-то.

– Точно все в порядке? – в который раз поинтересовался Дастин, глядя как Юрена уже третью склянку наполняет отваром из ромашки и еще каких-то трав название которых, он не знал.

– Да, – резко ответила ведунья, не отвлекаясь от своего занятия.

– Так и не скажешь, – возразил Дастин, выглядела Юрена слишком уж дерганой. Движения резкие и неаккуратные, в последний раз когда она костер разводила самой себе чуть лицо не опалила, потому что огонек в руках вдруг слушаться ее отказался.

– Напоминаю, – Юрена закупорила склянку и отложила ее в сторону, наконец-то поднимая хмурый взгляд на своего спутника. – Я ненавижу людей, а уже сегодня мы войдем в один из самых населенных городов Славных Земель – это во-первых. Во-вторых, по вине какого-то дурака ты потерял лошадь со всеми вещами, а значит и платить в городе мне придется за нас обоих, и сильно повезет если моих сбережений хватит. А в остальном все нормально, так что прекрати уже спрашивать.

– Я же уже извинился, – устало протянул Дастин, скрещивая руки на груди.

– Ага, аж семь раз, да только сути дела это не меняет.

– Как только мы освободим мою сестру, я верну тебе потраченные деньги, – примирительно ответил он, с явной заминкой, которую к его счастью ведунья просто отпустила.

– Разумеется вернешь, я тебя так просто не отпущу, – Юрена собрала мешочки с травами и склянки обратно в суму и перекинула ее через плечо. – Не сможешь долг уплатить рабом своим сделаю, – зловеще проговорила Юрена и ее глаза вспыхнули ведьмовским огнем. Дастин невольно сглотнул и отвел взгляд. Он думал не стоит спорить с ведуньей, особенно когда знаешь, что она способна легким движением руки превратить человека в истлевший уголек.

Юрена движением руки подозвала Дастина поближе и он подошел, точно прирученная собака. Такое сравнение заставило его скривиться, но вид подозрительной баночки в руках ведуньи настораживал больше.

– Ближе подойди, – сказала Юрена и закатила глаза, когда Дастин остановился от нее в паре шагов. Она сама сократила расстояние и встала так близко, что Дастин мог почувствовать горький аромат полыни и шалфея, что исходил от нее.

– Рубаху снимай, – спокойно произнесла Юрена, а Дастин аж поперхнулся от неожиданности.

– Что? – как-то придушенно спросил он и почувствовал как щеки начали теплеть, когда губы Юрены медленно растянулись в поддразнивающей ухмылке.

– Прекращай вести себя как малец, что женщины не знал, – лицо Дастина едва ли не обожгло жаром и Юрена весело рассмеялась, не отрывая насмешливого взгляда. – Неужели так и есть?

– Хватит надо мной смеяться, – пробурчал Дастин, завороженно вслушиваясь в звонкий смех.

– Дурак, тебя же твоя кобыла копытом ударила, вот я и хотела посмотреть, – ухмыльнулась Юрена, уперев свободную руку в бок. Дастин глупо уставился на нее, понимая наконец что мысли его шальные совсем не туда завели.

– От чего раньше не помогла? Уже седмица прошла, – пробурчал он, пытаясь скрыть смущение.

– Потому что заслужил, – фыркнула Юрена, но вздохнув продолжила. – Думала само заживет, да вижу, что ты все еще морщишься когда грудь тревожишь. Ну так что, позволишь взглянуть? – из ее тона пропала насмешливость, и это на удивление помогло успокоиться самому Дастину. Он кивнул и аккуратно стянул рубаху, ведунья была права, двигаться иногда все еще было больно, хотя обычно на нем все как на собаке заживало.

Стоять в пустой степи, без рубахи было зябко. По телу Дастина тут же побежали мурашки, хоть для близкой зимы и было очень тепло, ветер что гулял вокруг сдувал любое тепло. Новая волна мурашек пробежала, когда Юрена коснулась его груди своей ледяной рукой. К своему удивлению Дастин заметил что от нее всегда веяло холодом, точно и не была она живым человеком, если бы от нее еще и землей пахло Дастин бы задумался о том что она живой мертвец, о которых ему матушка рассказывала.

Пальцы Юрены аккуратно блуждали по краю синего пятна, что в местах уже начало желтеть, и Дастин старался смотреть куда угодно, только не на свою спутницу. Грудь прострелило острой болью и он зашипел, Юрена тут же ослабила давление и взглянула Дастину в лицо.

– Сильно болит? – серьезно спросила она.

– Терпеть можно, – сквозь зубы ответил Дастин.

– Сделай глубокий вдох, – он сделал как просили, но боль заставила с кашлем быстро выпустить набранный воздух.

– Везучий ты, – Юрена надавила чуть ниже и проследила за выражением лица Дастина, он просто покачал головой, молча говоря что такой же боли нет.

– И почему же?

– Потому что я у тебя есть, – она прощупала всю посиневшую часть, но больше очагов не было, тогда Юрена открыла баночку что держала в руках.

– И потому что перелома нет, похоже просто трещина, – Юрена зачерпнула пальцами массу и размазала ее по болезненному месту.

– Из чего это? – поморщился Дастин, услышав как смердит мазь, которую наносила Юрена.

– Ты не хочешь этого знать, – усмехнулась она и положила ладонь на его грудь. – Это будет больно.

Дастин даже рта открыть не успел, как сознание помутнилось от резкой боли. Ладонь Юрены раскалилась за секунду и начала обжигать, вырывая из него крик, что эхом расходился по полю. Колени сами подогнулись и юноша рухнул бы, не подставь ведунья плечо. Рукой что не была на груди, она начала поглаживать по волосам и говорить, что скоро все закончиться. Дастин не мог осмыслить ее слова, ловя перед глазами белых мушек, всколыхнувшихся от вспышки боли. Не осознавая Дастин впился пальцами в плечи Юрены и был почти уверен что она зашипела.

Прекратилось все так же резко как и началось. Боль просто исчезла, выбивая из Дастина удивленный вздох. Он резко отстранился от Юрены и оглядел свою грудь, ни мази, ни синяка не было. Дастин попытался набрать полную грудь воздуха и на этот раз не было резкой боли, точно и не было никогда раны.

– Как ты это сделала? – ошарашенно спросил Дастин. Юрена по доброму усмехнулась, точно глядела на ребенка, впервые увидевшего радугу, и подняла с земли его упавшую рубаху.

– Магия – ответила Юрена и бросила в Дастина его вещь. – Раз теперь ты знаешь как больно исцеляться, я надеюсь ты больше не будешь создавать проблемы.

– Неужели это всегда происходит так? – Дастин натянул рубаху.

– Да. За все нужно платить, боль это плата за мгновенное исцеление, – назидательным тоном ответила Юрена и коротко усмехнулась, но тут же помрачнела. Она глянула на серое с просветами небо и к ней вновь вернулась нервозность.

– Мы должны ехать если хотим успеть до темноты, – Дастин согласно кивнул и быстро собравшись они отправились прямиком к стенам Светгорода.

Глава 7.

Чем ближе они были к стене города, тем более дерганной становилась Юрена. Все ее тело было напряженно, точно она была готова в любой сиг сорваться и умчаться как можно дальше от города. Дастин уже начал жалеть, что заставил ее идти через Светгород, но мысли о сестре не давали жалости разрастись. У него просто не было другого варианта, если он не хочет терять время.

Как только они оказались в черте города, Юрена натянула на голову капюшон плаща и как можно аккуратнее повела Грома, меж толпы людей. Как пояснила Юрена все эти люди приехали в город света праздновать приближающуюся Каляду и день Карачуна, и Дастин понимал почему они выбирали именно этот город. На крыше каждого дома сияли фигуры из разноцветного стекла и отражали солнечные лучи, бросая на каменные дома разноцветные пятна. Весь город выглядел так, будто на него опрокинули множество краски разных цветов, создавая восхитительный хаус света. Пока они искали постоялый двор, Юрена рассказала что фигуры на крышах не простые, при солнце они просто отражают лучи, но ночью, когда восходит луна, они впитывают ее свет и начинают сиять точно подражают небесному светилу, оттого и светло в городе и днем, и ночью.

Постоялый двор украшала фигура желтого лебедя, что в закатном солнце становился ярко оранжевым. Дастин спрыгнул с Грома и не смог оторвать глаз от идеальных граней лебедя, ему стало интересно увидеть мастера что смог сделать что-то столь великолепное. От созерцания ловушки для солнечных лучей Дастина отвлек звук откупоривания склянки. Юрена залпом опрокинула в себя отвар из ромашки и поморщившись быстро убрала склянку в суму.

– Ты точно в порядке? – спросил Дастин, заметив как трясутся ее руки.

– Клянусь, спросишь это ее раз и ночью я задушу тебя подушкой, – злобно прошипела Юрена и спешилась. Дастин мог бы бросить что-то язвительное в ответ, но девушка выглядела как загнанный зверек, напуганный и готовый броситься на любого кто посмеет протянуть руку.

– Я схожу, спрошу есть ли свободные комнаты, – сказал Дастин и готов был уйти, но Юрена схватила его за рукав.

– Не смей оставлять меня здесь одну, – тихо то ли попросила, то ли приказала ведунья. – Я пойду с тобой.

– Ладно, – Дастин неуверенно пожал плечами и они направились внутрь.

Стоило им зайти, Юрена тут же сжалась, пытаясь казаться меньше, и прижалась к Дастину как можно ближе. Все помещение было набито пьяницами, что громко смеялись и веселились. Юрену явно напрягала такая обстановка и Дастин не понимал почему ему это не нравиться. Он аккуратно высвободил свой рукав из крепкой хватки ведуньи и поймал перепуганный взгляд из под капюшона. При виде такой Юрены все нутро у него сжалось и Дастин не мог сказать почему. Возможно потому что она напомнила ему сестру, которая так же цеплялась за него когда была маленькой. Он осторожно опустил руку на плечи Юрены и прижал к себе. Девушка сразу напряглась, но это казалось немного успокоило ее страх, и Дастин смог облегченно вздохнуть.

– Здравствуйте, – обратился Дастин к мужику за стойкой, которого принял за хозяина. Тот сам был уже немного захмелевшим, а русая борода и усы были влажными от пролитого спиртного. – Есть свободные комнаты?

Мужик перевел на них стеклянный взгляд и икнул, он изучающе оглядел их и усмехнулся.

– Комната есть, а вот денег та у вас хватит? – Дастин немного нахмурился, не убирая с лица дружелюбной улыбки. Он понимал что после недели пути, они выглядели и пахли мягко говоря не очень, но ведь мужики, что позади него вусмерть упивались были еще хуже.

По стойке звякнули монеты. На дереве крутились две серебряные монеты и Дастин с округлыми глазами посмотрел на Юрену. Может о нечисти он и мало знал, но в ценах разбирался хорошо. Отдавать два серебряника за комнату? Да это же безумие! Но схватить монеты Дастин не успел, ловкие руки мужика опередили его всего на сантиг, и тот уже счастливо ухмылялся.

– Этого хватит, – добродушно ответил он, радостно оглядывая Юрену.

– Это за комнату и заботу о коне, что стоит у входа, – как-то отстранено ответила она и мужик надул губы.

– Не так дела не делаются красавица, за коня доплатить надобно, – Дастин мог поклясться что в шуме трактира он услышал как у Юрены скрипнули зубы.

– Комната и конь, и тогда я подумаю о том чтобы завтра выкупить у тебя еще одного коня для моего спутника, – она кивнула в сторону Дастина и тот едва ли не поперхнулся. Да не может такого быть, что Юрена ему скакуна купит, или же решила и правда его в долги загнать?

– Почем мне знать что не обманешь? – мужик задумчиво оглядывал Юрену, а Дастин от шока и слова вымолвить не мог. Он чувствовал, как у Юрены подрагивают плечи от напряжения, но она говорила четко и уверено, да так что любой поверит, что она готова коня купить.

– Ладно, – как можно непринужденнее пожала плечами Юрена. – Отдавай мои монеты, раз мы здесь гости не желанные, найдем того кому деньги лишними не будут, – она протянула руку ожидая когда мужик вернет деньги, а тот аж растерялся от такой перемены. Он почти умоляюще взглянул на Дастина и тот не смог сдержать усмешки.

– Ну что ты? – сладко спросил он у Юрены. – Сейчас час поздний, искать другое место не время. – он перевел взгляд на мужика. – Может если бы на пять медяков он цену сбросил, мы могли бы остаться?

– Пять медяков? Никакой совести уважаемый, – воспротивился мужик.

– Уф, кажется стоит рассказать твоим клиентам, что ты им мед водой с центрального колодца разбавляешь, – как бы невзначай бросила Юрена, Дастин было думал что это очередной блеф, да передумал увидев как мужик сразу подобрался.

– Чего тебе надо девка? – грубо спросил он и хмыкнув Юрена приподняла капюшон, так чтобы мужик мог видеть ее глаза – голубые, словно летнее небо, с крапинками серебристых облаков, и ухмылку хищную.

– Комната, стойло для коня и один серебряник обратно, – мужик не решался долго, может обдумывал как бы вышвырнуть их отсюда, да так чтобы Юрена рта раскрыть не успела.

– Верхний этаж, последняя комната слева, – все же пробурчал мужик и протянул серебряную монету, скривившись так, точно от сердца отрывал.

– С вами приятно иметь дело, – попыталась очаровательно улыбнуться девушка, но получилось криво, и как можно скорее бросилась наверх, оставив Дастина, который едва поспевал за ней.

Юрена точно тайфун ворвалась в комнату и оставила юношу в проходе. Один сиг ушел у нее чтобы добраться до корыта, что стояло у кровати, специально для перебравших посетителей. Ведунью тотчас вывернуло в него и по комнате разнесся кислый запах. Дастин отойдя от шока, подбежал к ней и с беспокойством оглядел. Девушка была бледнее чем обычно, все тело била дрожь и она постоянно трясла головой, как делала когда пыталась избавиться от неприятных мыслей.

– Юрена, – твердо произнес Дастин, но она даже не обратила на него внимания. Ее взгляд был устремлен в пустоту, а грудь резко вздымалась, точно Юрена задыхалась. Она что-то шептала себе под нос, что Дастин не мог разобрать и обнимала себя руками то и дело подавляя рвотные позывы.

– Юрена, – чуть громче попытался Дастин, но ведунья словно вообще находилась не в этом месте. Ее паника начала понемногу заражать и самого Дастина, перед глазами всплыла картина как похожие приступы случались у его сестры. Он зажмурил глаза и глубоко вздохнул, не хватало еще самому утонуть в панике. Дастин вспомнил как помогал своей сестре, еще когда они жили с матерью. Он медленно приблизился, пытаясь взять Юрену за руку, но как только она заметила его ладони, тут же вообще перестала дышать. Ее глаза распахнулись в ужасе, а тело перестало дрожать, словно притворилось мертвым, и это напугало Дастина. Его сестре всегда помогали прикосновения, но Юрена смотрела на его руки так словно они были лезвием на плахе, что в любой момент лишит ее жизни. Это было странно. Верно. Юрена наверняка не просто так ненавидит людей.

Дастин медленно убрал руки, стараясь не делать резких движений, чтобы ненароком не напугать ее еще больше. Только когда он поднялся на ноги и ушел в дальний угол комнаты, Юрена сделала дрожащий вдох. Ее пальцы до побеления сжались на плечах, а глаза беспорядочно забегали по комнате. Дастин еще раз попытался позвать ее, но девушка не ответила, только покачала головой и он вздохнул немного спокойнее. Она так уже делала когда не хотела с ним говорить, а значит хотя бы услышала. Дрожащими руками она начала копошиться в своей суме с травами. Движения были дергаными и склянки внутри беспорядочно звенели. Юрена всхлипнула и Дастин в шоке оторвал взгляд от ее рук и перевел на лицо. По подбородку текла тонкая струйка крови, от того как сильно она прикусила уголок губы, а глаза были на мокром месте. Казалось ведунья может разрыдаться только оттого, что не может найти что-то среди своих зелий. Наконец-то она смогла отыскать последнюю склянку отвара из ромашки, и опрокинула, почти половину расплескав от неконтролируемой дрожи рук. Она откинула склянку и скинула с себя плащ и суму. Юрена уперлась спиной о кровать и запустила пальцы в волосы, сжав их до боли. Ее голова покоилась между коленей, пока она пыталась выровнять дыхание.

– Как же я ненавижу людей, – спустя добрых полчаса тихо прохрипела Юрена и ноги у Дастина подкосились от облегчения. – Только попробуй спросить в порядке ли я, – прошипела она, когда Дастин открыл рот.

– Я не собирался, и так видно что ты ни черта не в порядке, – он медленно подошел к Юрене, наступая достаточно громко чтобы она знала где он находится. Дастин сел неподалеку от ведуньи, так же облокачиваясь на кровать, но давая ей достаточно пространства, и оглядел комнату, что им досталась. Одна кровать в углу и шкаф, больше ничего.

– За такую комнату брать целый серебряник это обдираловка, – пробурчал юноша, пытаясь отвлечь Юрену и она тихо хохотнула.

– Он позаботиться о Громе, обычно за уходом за такой огромной лошадью у меня требовали три серебряных монеты, потому что он жрет как медведь.

– Три?! – воскликнул Дастин. – Откуда у тебя вообще есть деньги содержать его?

– Обдираю деревенских, – она повернула голову к спутнику и устало ухмыльнулась. – Если человек может заплатить за мою помощь, то я требую платы.

– Тогда не удивительно, что Гром такой огромный, – Юрена рассмеялась.

– Ага.

– Ты же не собираешься на самом деле покупать лошадь у этого мошенника?

– Собираюсь, – спокойно ответила Юрена под удивленный взгляд Дастина.

– Я не смогу расплатиться с тобой за целую лошадь, – тихо пробормотал он.

– И не нужно. Я делаю это только ради своего удобства, – Юрена отвела взгляд, – должен будешь мне только один серебряник.

– Щедрость твоей души растет с каждым днем, – широко улыбнулся Дастин, несмотря на то как сильно ему не нравилась причина такого решения, и Юрена ударила его по плечу.

– Не обольщайся, это за то что пытался помочь, – на грани слышимости прошептала она, отворачиваясь. Дастин услышал не озвученное спасибо, и губы сами растянулись в теплой улыбке.

– Юрена.

– Что?

– Если такое снова…

– Этого не повториться, – перебила его ведунья. Дастин заметил как ее плечи напряглись, но ничего по этому поводу не сказал. Ему ли не знать что такие приступы контролировать нельзя.

– Что мне делать, когда у тебя снова случиться приступ? – спросил он, твердо намереваясь получить ответ.

– Держаться как можно дальше, – прошептала она и Дастин нахмурился.

– Юрена.

– Нет, – она обернулась к нему и уверенно взглянула в глаза. – Я понимаю, что ты дурак и хочешь помочь по доброте душевной, и отказываюсь от твоей помощи не потому что боюсь показаться слабой или что-то такое, а потому что это правда опасно.

Юрена провела рукой по волосам, пару прядей выпало из косы, придавая прическе беспорядка, и тяжело вздохнула. Она словно решала стоит ли пояснять свои слова, но видя нахмуренные брови и обеспокоенный взгляд Дастина решилась.

– В таком состоянии я себя не контролирую, – сказала она, смотря в пол, явно говоря через силу. – Если бы ты не отошел, я бы могла навредить тебе.

– Нет, – твердо сказала она, услышав как Дастин набирает воздуха чтобы что-то сказать. – Ты не понимаешь. Я знаю о чем говорю, потому что такое уже случалось, – она ненадолго замолчала. – Давно. Будто в прошлой жизни. Я тогда сильно испугалась и весь мир вокруг начал кружиться, так что я не могла ничего разобрать. Самый близкий мне человек попытался помочь, но я не поняла этого и бросила в него огнем… У него остались уродливые шрамы только потому что я не справилась сама, поэтому если подобное повториться держись от меня подальше.

– Не буду, – твердо заявил Дастин и в этот раз с ледяным спокойствием встретил горящий взгляд ведуньи. – Моя сестра страдала похожим недугом, поэтому я знаю, что справиться с таким самостоятельно очень сложно. Лучше скажи как я могу тебе помочь.

– Нет, – на этот раз была очередь Дастина прерывать Юрену. – Мне плевать, если у меня появиться пару новых шрамов, лишь бы ты больше не выглядела так словно ты смерть свою увидела.

Юрена коротко улыбнулась такому сравнению. А ведь когда она с Мореной встретилась, такого не было, неужто ее собственная кончина пугала ее меньше воспоминаний о жестокости отца? Она медленно тряхнула головой, не стоило сейчас об этом думать. Юрена неуверенно поднялась на ноги и задумчиво посмотрела на Дастина сверху вниз, прежде чем запустить руку в его пшеничные волосы.

– Вот так, – сказала она на удивленный взгляд своего спутника. – Бабушка всегда так делала и это помогало успокоиться. Не уверена что это сработает в случае с тобой, потому что она вкладывала в прикосновение магию, но я хотя бы смогу зацепиться за это ощущение. – Юрена опустила руку и отвела взгляд, прежде чем тише добавить. – И не прикасайся ко мне нигде кроме волос. Если я не буду отзываться на Юрену можешь назвать меня дурочкой или, – она нервно сглотнула и только сейчас заметила, что во рту был металлический привкус крови. – Мор.

Дастин не ответил. Юрена повернулась к нему и встретилась с твердым взглядом, он кивнул и молча поднялся на ноги. В комнате повисло неуютная тишина, прерываемая криками пьяных людей с нижнего этажа и иногда даже пробивалась игра на гуслях. Дастин переступил с ноги на ногу и сцепил руки в замок за спиной, только чтобы ведунья не заметила, что они немного подрагивают.

– Мы с сестрой сбежали от нашей матери когда мне было шестнадцать, а ей десять. – неуверенно начал Дастин, и Юрена медленно перевела на него взгляд полный замешательства. Она не думала, что Дастин решит что-то ей рассказать, но ему казалось это честным рассказать хоть что-то в ответ, раз уж Юрена доверилась ему, так еще и помогает вернуть сестру. Он просто был обязан поделиться, даже если это была не совсем правда. – После смерти отца она начала много пить и не брезгала избивать нас, – задушено прошептал Дастин. Юрена хотела перебить его, сказать что он не обязан был делиться с ней этим, но почему то не могла. Она чувствовала, если откроет сейчас рот, это только бессмысленно ранит Дастина, поэтому она решила просто принять его откровение с благодарностью. Юрена могла представить чувство, когда на честность отвечают игнорированием.

– Каждую ночь моя сестра просыпалась от кошмаров, а каждый день встречал ее новым приступом. Мать обычно не била при мне Эли, но в один раз, когда я вернулся домой, увидел как она пьяная бьет ее ножкой от стола. Эли даже не двигалась, – у юноши хрустнули пальцы в кулаках, и он почувствовал как ногти впиваются в ладонь. Он сделал вдох чтобы продолжить, Дастин даже не понимал что рассказал уже почти все. Просто начав говорить об этом он не мог остановиться, воспоминания того дня заполонили голову и у него скрипнули зубы от гнева, что он питал к собственной матери. Юноша вдохнул еще раз и почувствовал то, чего в тот день не было. Запах горькой полыни и шалфея, а еще холод. Дастин пару раз моргнул, возвращаясь в реальность.

– Прекрати, – прошептала ему на ухо Юрена. – Этого хватит, – и сильнее сжала пальцы на затылке. Дастин неуверенно сжал Юрену в объятьях, боясь что она может оттолкнуть его, но этого не произошло и он облегчено уронил голову ей на плечо. Юрена напряженно застыла и дышала через раз, но не отталкивала юношу, понимая что ничем другим помочь не могла. Она не по наслышке знала, как многие нуждаются в поддержке, в такие моменты, даже если пытаются казаться спокойными.

– Спасибо, – надломленно прошептал он и будто почувствовал как Юрена улыбнулась, хотя ее губы едва дернулись. Она только промычала в ответ, Дастин улыбнулся, уверенный что ведунья чувствует его улыбку на своем плече.

– Чур я сплю на кровати, – внезапно заявила Юрена и Дастин нахмурился от резкой смены темы. Он отстранился и его руки скользнули Юрене на талию, которые юноша поспешил убрать, когда ведунья вздрогнула.

– Почему это? Кровать большая, вместе поместимся.

– У тебя совесть есть? – Юрена по птичьи склонила голову, изображая сильнейшее непонимание, и скрестила руки на груди, пытаясь скрыть их подрагивание от напряжения. – Я значит за комнату заплатила, так еще и постель с тобой делить должна.

– Я же сказал, что верну, – притворно захныкал Дастин, понимая что сон на полу не легко скажется на теле, которому еще ближайшие недели предстоит провести в седле.

– Тогда возвращай сейчас, либо спи на полу.

– Ты единственная в этой комнате у кого нет совести, – наиграно хмурясь ответил он. – Я ведь не беру с тебя плату за свою обаятельную компанию.

Юрена казалось на секунду застыла, а потом громко расхохоталась.

– Обаятельный? Ты? – не прекращая смеяться спросила Юрена и в этот раз Дастин нахмурился по настоящему. – Да ты одна сплошная проблема.

– Вот как, – отстранено произнес Дастин, вырвав из ведуньи еще один смешок.

– Дурак ты, – прошептала она и ухмыльнулась, запрыгивая на кровать. – Уверен, что готов разделить постель с незамужней девушкой?

– Я спать, – заявила Юрена, когда от вспыхнувшего смущением Дастина не последовало ответа, и с головой скрылась под тяжелым одеялом, оставляя юношу со своими мыслями, ясно понимая что после такого он вместе с ней на кровать не ляжет.

– Самая настоящая ведьма, – прошипел Дастин и принялся расстилать свой плащ на полу.

– Я все слышу, – раздалось из под одеяла.

– Тогда объясни что это только, что было, – в ответ была ожидаемая тишина. – Так я и думал, – фыркнул Дастин и улегся на пол, а следом одеяло зашевелилось. Юрена оперлась на локоть и заискивающе улыбнулась.

– Мне объяснить тебе как происходит соитие между мужчиной и женщиной? – Дастин поперхнулся и девушка гаденько улыбнулась, наблюдая за этим.

–Да ну тебя, – прохрипел Дастин и отвернулся, под звонкий смех ведуньи, но еще долго не мог уснуть, проклиная ведьмовские чары, что заставляли сердце скакать галопом, а желудок переворачиваться.

Глава 8.

Юрена резко распахнула глаза и тут же зажмурилась, от луча солнца ударившего прямо в глаза. Она потерла лицо и глубоко вздохнула. Давно ей не снились кошмары о жизни Мор. Вероятно так подействовало посещение города. Хорошо, что Дастин согласился обойти Чудоград стороной, иначе простым приступом дело точно не обошлось бы.

Ведунья посмотрела на своего спутника и быстро стыдливо отвела взгляд. Помедлила и вернула его обратно. Дастин спал без рубахи, которую по видимому ночью бросил рядом с кроватью. Даже не смотря на то что в помещении не было камина, их комната похоже была прямо над кухней, потому было довольно тепло. Юрена обвела взглядом голую грудь спутника, невольно вспоминая жар его тела под пальцами, когда она ощупывала его рану. Крепкие мышцы и широкие плечи, симпатичная мордашка и легкий характер, все что нужно чтобы собралась целая толпа девушек желающих затащить его на сеновал и Юрена впервые за свою жизнь пожалела, что не могла оказаться в их числе. После смерти и возвращения, Юрена перестала испытывать какое-либо влечение. При виде мужского тела в низу живота не затягивался тугой узел желания, а ведунья первый раз задумалась об этом только сейчас, десять лет спустя. Ей было любопытно, если бы она могла захотеть мужского тела, был бы Дастин тем кто разжег в ней огонь страсти? Что-то подсказывало что да, иначе бы она и дальше не задумывалась об этом, верно?

Юрена перекатилась на живот и теперь правая рука свободно свисала с кровати. Интересно, если бы Дастин узнал об особенностях ее тела стал бы смотреть на нее по-другому? Он бы все так же краснел, даже зная что Юрена просто его дразнит? Она аккуратно подняла руку и медленно провела ладонью по шелковистым, вьющимся на концах волосах, не желая разбудить. Красавец. Настоящий заморский принц, особенно с этими изумрудами вместо глаз. Рука тут же замерла. Кажется она все таки его разбудила.

– Доброе утро, – тихо сказала Юрена, сверкнув обезоруживающей улыбкой. Дастин хмурился, пытаясь придать лицу суровый вид, но легкий румянец на скулах предательски выдавал его мысли, и Юрена не удержалась от ухмылки.

– По-моему ты слишком много себе позволяешь, наедине со свободным мужчиной, – Дастин оттолкнул ее руку, но ничего больше не предпринял.

– Ты мне ничего не сделаешь.

– Похоже ты вообще меня как мужчину не воспринимаешь, – Дастин сел и натянул рубаху, лишая Юрену прекрасного вида, на что она досадливо цокнула.

– А с чего бы? Ты слишком пуглив чтобы прикоснуться ко мне, могу поспорить что ты даже никогда за девками в бане не подглядывал, – подтрунивала ведунья, точно зная как на его родине относятся к подобной открытости.

– Я права, – издевательски протянула она, видя как заалели уши парнишки. – Да и я могу за себя постоять.

– Хватит, – резко сказал Дастин и поднялся на ноги. – Я уже понял, что ты девка искушенная в таких делах, но это не значит что ты можешь подтрунивать надо мной.

Юрена удивленно взглянула ему в глаза, неужели Дастин подумал, что она уже не раз была с мужчиной? Если так задуматься, то вела она себя как будто так и есть, но ведь это только потому что она не предавала этому никакого значения. Ведунья ничего не ответила на его заявление, она не стала переубеждать Дастина в его суждениях. Если бы она созналась, то подшучивать над ним стало бы не так весело.

– Я ненавижу людей, – как бы напоминая, сказала Юрена, даже не смотря на спутника. Ей не понравилось, что Дастин принял ее незаинтересованность за богатый опыт с мужчинами, хотя казалось бы увидев вчера ее реакцию, должен был понять что это не так.

Дастин не ответил, но Юрена услышала хлопнувшую дверь. Видать права была Ягиня, говоря что мужчина с задетой гордостью, хуже капризного ребенка. Ведунья осталась в комнате одна и задумалась, а не перегнула ли палку. Им еще две полных недели ехать по полям, разделяющих Светгород и Чудоград, будет не очень приятно, если все это время между ними останется такое гнетущее ощущение. Юрена извиниться позже, сначала они выберутся из города, желательно так чтобы ее не накрыл еще один приступ.Девушка уранила голову на подушку и застонала. А ведь она почти забыла что за пределами комнаты так много людей. Интересно, Дастин все равно ей поможет, даже несмотря на то что сердиться? Конечно поможет. Он слишком добрый.

Юрене даже не пришлось извиняться, как Дастин заговорил с ней. Уже десять долей он без остановки возмущался, на счет стоимости своего коня и проклинал мужика с постоялого двора, всем на чем только свет стоит. Он не прекращал это дело с момента как они покинули стены двора и Юрена не думала его останавливать. Слушать болтовню Дастина было легко и откровенно говоря это хорошо помогало отвлечься от небольшого количества людей, что не спали в такую рань. Ведунья не была уверенна, но казалось юноша делает это специально, постоянно проверяя ее состояние, за что в глубине души она была благодарна. Так что лучше она послушает его возмущения, тем более что была с ним согласна. Тридцать серебряных за такого доходягу это слишком, но зато Сахарок был очень милым, хотя Дастин назвал его крысой переростком, за что обиженный конь укусил его за задницу. Из-за этого Дастин тоже возмущался.

Сахарок преодолевал путь на последнем издыхании, сильно задерживая их. Даже рысью он едва ли поспевал за Громом из-за чего было решено продать его в ближайшей же деревне. Вернуть уплаченных денег не вышло, Юрена едва ли получила за Сахарка половину того что заплатила, и ей вновь пришлось делить седло с Дастином, но ведунья больше не ощущала такого дискомфорта. Казалось после Светгорода юноша старался прикасаться к ней как можно меньше. Когда Гром шел пешком Дастин вовсе не трогал Юрену и старался отклониться как можно дальше, без боязни упасть.

Ведунья никогда не любила перемен, но именно эта была хорошей. То как Дастин беспокоился о ее спокойствии, успокаивало даже больше чем само отсутствие прикосновений. Единственным человеком, прикосновения которого Юрена могла спокойно принимать была Ягиня, потому что ее действия никогда не были с целью причинить воспитаннице боль. Дастин казался таким же добрым как и наставница ведуньи, разве что менее язвительным, поэтому Юрена не удивилась, когда в голову проникли мысли о том, что ее спутник мог бы стать вторым человеком, который не пробуждал бы в ней страх и старые воспоминания.

Для продажи сахарка пришлось сделать небольшую петлю и они потеряли полтора дня пути. Мчаться по глухим полям, для Грома было только в радость, копыта не подворачивались на каждом третьем камне как это было в лесу и не спотыкались об корни, ведь их попросту не было. Его скорость позволяла нагнать упущенное время, но Юрена видела как это гложит Дастина, ведь это же время они могли потратить на дорогу.

Гром снова заржал недовольно и головой повел, точно не хотел идти дальше. Юрена успокаивающе провела ладонью по мощной шее и шепотом пообещала угощение, ежели конь успеет до рассвета подвести к развилке, прям перед Чудоградом. Ведунья и сама понимала недовольство скакуна. Они с утра не останавливались и усталость точно волнами накатывала, но Дастин согласился, что всю ночь в пути провести, поможет нагнать то время, что они потратят обходя столицу стороной.

Дастин тихо сопел у Юрены на плече, отсыпался пока не настала его очередь вести Грома. От его объятий было слишком жарко, но Юрена не смела отстраняться, не хватало чтобы этот дурак еще и с Грома свалился, сломает ведь что-нибудь. Она поглубже втянула холодный воздух, ночью при каждом выдохе появлялось облачко пара, но несмотря что путники постоянно двигались на север, днем не было морозов. Сила Морены за десять лет практически полностью иссякла, времени отыскать серп оставалось совсем мало. Это была уже третья зима без белого покрывала на полях и даже не ведающие люди забеспокоились, а не случилось ли чего с почитаемой богиней зимы. В последние годы из-за того что Морена не могла без серпа полностью связь с жизнью разорвать дюже много нечисти развелось, наемников стало больше, но и те не справлялись. Если Юрена не успеет отыскать артефакт богини, то их земли поглотит хаос, и ведунья надеялась что дальше эта зараза не распространиться, надеялась что чужеземные боги смогут свои владения уберечь, тогда и людям со Славных земель будет куда бежать.

Дастин дернулся и поднял голову.

– Моя очередь еще не закончилась, тебе стоит поспать пока есть время, – прошептала Юрена.

– Что-то не так, – голос Дастина был все еще хриплым после сна и Юрена почувствовала как он напрягся.

– О чем ты?

– Тебе не кажется что за нами кто-то наблюдает? – настороженно спросил он и все внутри у Юрены заледенело от этих слов.

– Я ничего не чувствую, – сказала Юрена и прислушалась. – Дастин ни в коем случае не оглядывайся.

– Это опять нечисть какая?

– Не уверенна, но будем надеяться, что я ошибаюсь, – прошептала Юрена и повела Грома чуть быстрее. В кромешной тьме поля ни зги видно не было, а сил огнем путь осветить у ведуньи уже не осталось. Лучше остатки силы приберечь, ежели чудище какое объявиться.

Как ни старалась Юрена ничего почувствовать не могла, кроме напряжения что от спутника исходило. Теперь и в поведении Грома Юрена настороженность улавливала. Не могла ее догадка правдивой быть. Ырки зимой по полям не шастают, да и в деревне ни словом о заложенном мертвеце не обмолвились. Юрена надеялась, что то полевой решил проверить, кто его владения зимой беспокоит.

Дастин вновь вздрогнул и Юрена почувствовала как он начал оборачиваться. Ведунья бросила поводья и развернулась к спутнику, не позволяя тому за спину глянуть. Юрена зажмурилась, да только уже поняла что не успела. Краем глаза она увидала фигуру крепкую посреди поля.

– Вот чубась.

Глава 9.

Юрена схватила поводья и ударила Грома пятками, он встал на дыбы и помчался вперед. Трех сажней не минуло, а прямо перед ними появился тот же человек, кого она увидала. Крепкий мужик раскинул руки в стороны и преградил путь. Гром заржал и попятился. Юрена разожгла в ладони пламя и бросила руку к небу. Огонь вмиг вырос и вспышка осветила все вокруг. Из-за спины послышалось гневное шипение Ырки. Юрена развернула Грома, чтобы не спиной к бесу стоять.

Существо с белой кожей взирало на них двумя красными огоньками во впадинах для глаз. Ырка раскрыло рот, что был черной бездной со множеством клыков. Юрена бросила в него вспышку огня. Чудовище отскочило и растворилось во тьме.

– Чур меня, чур, – повторяла Юрена, надеясь что боги ее услышат. Дастин обнажил меч и заозирался по сторонам.

– Чувствуешь где оно? – спросила ведунья, из последних сил поддерживая огонек на ладони.

– Такое ощущение что везде, – прошипел Дастин и вздрогнул. Справа что-то мелькнуло, и он ударил там мечом.

– Аккуратнее, – прошипела Юрена. – Если Укрута ранишь Ырка только сильнее взбесится.

– И как их разобрать?

– Держись крепче, не знаю как долго смогу еще поддерживать огонь, – Гром заржал и помчался по полю, постоянно сбиваясь чтобы обежать Укрута. Теперь уже и Юрена слышала Ырку, оно звало голосом что девушка уже слышала в прошлой жизни. Братец Беремир аккуратно звал ее из темноты, прося потушить огонь и ведунья кое-как сопротивлялась. Не стоило встречаться глазами с Ыркой.

В поле постоянно мелькал силуэт Беремира, такого как она помнила. Тощий и высокий парнишка, с озорной ухмылкой, предлагал поиграть, совсем как в детстве. Юрена тряхнула головой. Это всего лишь наваждение.

Огонек на ладони мигнул и появился снова, но в тот миг из тьмы перед Громом появился Укрут. Огромный конь не успел остановиться и налетел прямо на мужика. Юрена вскрикнула и вместе с Дастином перелетела через голову Грома.

Боль белой вспышкой застелила глаза и Юрена быстро заморгала, видя только тьму. Огонь полностью погас. Ведунья попыталась вскочить, но острая боль прострелила ногу и Юрена вновь повалилась на землю, глотая холодный воздух. От боли кружилась голова, а мысли путались. Юрена еще раз поднялась, опираясь на левую ногу, и встряхнула головой. Она должна разжечь огонь и отпугнуть Ырку, но магия более не слушалась. Юрена не могла сосредоточиться достаточно чтобы что-то предпринять.

Гром заржал и забил копытами в стороне, а в следующий сантиг Юрена услышала крик Дастина. Все вокруг замерло.

– Дастин, – крикнула она, но ответа не последовало. У Юрены затряслись руки, а дыхание сбилось. Нет. Дастин не мог так просто умереть. Верно?

Юрена услышала заглушенное мычание и хромая отправилась на звук, который отдалялся. Укрут утаскивал Дастина подальше от нее. Ведунья остановилась и оперлась руками о колени. Ей нужно было собраться. Без магии она все равно ничем не поможет. Быстрее. Юрена возьми себя в руки! Ногти впились в ладони. Девушка прокусила губу, рот наполнился металлическим вкусом. Соберись. Думай быстрее.

– Тело мертвеца имеет много ограничений, – всплыли в голове слова Ягини. – Но свои границы устанавливаешь только ты сама.

Юрена вытолкнула из груди как можно больше воздуха и задержала дыхание. Она пыталась отстранить сознание от мира. Старалась не слушать как Дастина утаскивают все дальше и как он сопротивляется. Ну почему когда надо она не может погрузиться в воспоминания?! Воздуха начало не хватать, но ведунья не делала вдохов, твердо приказав себе забыть о воздухе. Давай же! На руках стали ощущаться чужие ледяные руки, точно это проходило сейчас. Девушка вспомнила звонкий смех водяниц. Она избавиться от нечисти. Даже если для этого придется спалить все поле.

Юрена распахнула глаза. В венах кипела кровь, а вокруг разгорался пожар. Она выпрямилась и наконец-то сделала вздох, давая огню внутри разгореться еще сильнее. Ладони покраснели и руки вспыхнули пурпурным пламенем. Девушка закружилась на месте, игнорируя боль. Быстрее. Быстрее. Огонь мощной волной скатился с ее пальцев и быстро побежал по остывшей земле, покрытой редкой пожелтевшей травой. Вдалеке послышался крик и рычание Ырки. Ведунья часто дышала, огонь выжигал воздух из легких, а где-то еще глубже разрывалась на части сама ее суть, теряя свои частицы. Юрена направила волну огня в сторону крика и побежала вслед за ней. Она скривилась чувствуя запах жженой плоти. Ырка покрытое ярко алым пламенем валялось по земле, дергаясь в агонии. Ведунья приблизилась к лысому существу и сжала тонкие пальцы на его шее.

– Я, поцелованная Мореной помогу тебе упокоиться, – гневно прошипела Юрена, не обращая внимания как когти нечисти разрывали плоть на ее руках. Она направила весь свой гнев, что растекался по венам, в ладони и Ырка вспыхнуло ослепительно ярко. Юрена с садистским наслаждением смотрела как тело нечисти обращается в хрупкий уголь и рассыпается у нее на глазах.

Юрена удовлетворенно оглядела горстку пепла у себя под ногами, она даже не понимала что улыбается, точно безумная. Все о чем сейчас думала ведунья, это как же приятно было ощущать, мощь растекающуюся по жилам. И почему она раньше так не делала?

Со стороны раздался крик. Юрена не могла увидеть кто кричит за стеной огня, потому приблизилась, даже не ощущая жара. Она прошла сквозь пламя с интересом наблюдая как какой-то мужик корчился, пытаясь сбить с рукавов своей рубахи огонь. Это было забавно. До того забавно что девушка несдержанно рассмеялась. Мужик в ужасе взглянул на нее и закричал.

– Ведьма! Чур меня, чур, – он испуганно попятился и свалился на задницу, запутавшись в своих же ногах. Он даже не обращал внимание, что рубашка продолжала тлеть. Юрена вновь рассмеялась и неосознанно поднесла руку к лицу. Оу, так вот чего мужичек так испугался? Она подула на ладонь, огонь потух, точно затушили свечу, и вновь оглядела круг, не тронутый пламенем. С другой стороны стоял парнишка. Светлые волосы были цвета спелой ржи в свете огня, а глаза сияли двумя драгоценными камнями, и в них не было страха. Юрена дернула бровью, это было интересно. Почему этот малец не дрожал от страха, как тот мужик, что валялся в предобморочном состоянии? Ведунья медленно моргнула. Точно. Дастин. Кажется так его звали.

– Думаю нам пора, – едва сдерживая смех сказала Юрена и не оборачиваясь ушла сквозь стену огня, так и не увидев как Дастин нахмурился в замешательстве. Зачем бы ей следить за этим глупцом, когда вокруг расцветает такой восхитительный хаус?

Юрена глубоко вздохнула запах горящей травы и блаженно улыбнулась. Все вокруг сияло в алых, оранжевых и желтых оттенках. К черному небу вздымались снопы искр и терялись среди тусклых звезд, что неравномерным слоем покрывали небосвод. Это было прекрасно. Восхитительно. Великолепно. Девушка развела руки и закружилась весело смеясь. За всю свою жизнь она не видела ничего лучше. Ничего лучше тела заложенного мертвеца, что буквально рассыпалось в ее пальцах, хотя она не прилагала никаких усилий. Чтож, возможно стоило продлить мучения той твари. Интересно какие бы звуки изливались из ее пасти если бы сначала она прожгла ее конечности?

– Ты в порядке? – хриплый голос Дастина вырвал Юрену из фантазий и она нахмурилась. Ну зачем было прерывать такой момент? Ведунья опустила взгляд с неба на Дастина и рассмеялась.

– Лучше я себя еще не чувствовала, а вот ты явно не в порядке, – рубаха Дастина пропиталась кровью, она сочилась из ран на груди и скорее всего была еще одна рана на шее, так как юноша зажимал ее ладонью. Юрена перестала смеяться и нахмурилась. Все таки стоило Ырку мучить подольше. Намного дольше. Ведунья быстро приблизилась и убрала ладонь, что прикрывала укус на шее. Дастин немного напрягся и настороженно посмотрел на свою спутницу. Что-то с ней было не так.

Пока Юрена оглядывала рану ее лицо было совершенно пустым, хотя сиг назад она громко смеялась и эта перемена явно не предвещала ничего хорошего. Дастин убедился в этом, когда ударился головой о землю. Юрена без особых усилий повалила его и уселась сверху, крепко прижимая как обожженной поверхности.

– Что ты… – звук который издал Дастин больше всего был похож на вспхлип. Юрена еще раз провела обжигающе горячим языком по его шее, ловя очередную каплю крови. Это прикосновение ощущалось невероятно болезненно, словно чужой язык оставлял на его теле клеймо. Он попытался скинуть ее с себя, но девушка не сдвинулась даже на миллиметр, словно вдруг стала весить столько же сколько Гром. Все нутро Дастина завопило от страха, потому что совсем недавно напавшее на них существо делало так же, прежде чем впиться своими зубами ему в глотку. Юрена словно по запаху уловила одолевший его страх и хохотнула, посылая по телу юноши мурашки.

– Юрена прекрати, – попытался он и в ответ услышал совсем не человеческое рычание.

– Ты прав, – в итоге прошептала она на ухо. – Этого должно быть достаточно.

Юрена быстро поднялась с него, напоследок мазнув губами по его щеке. Дастин все никак не мог отдышаться. Он сел, но приближаться к своей спутнице не спешил. Перед ним словно стоял совсем другой человек, не та Юрена, что подшучивала над его неопытностью и была ходячим бестиарием. Та что он видел сейчас перед собой распускала вокруг себя безумие и навевала страх. Поняв что спутник за ней не следует, Юрена обернулась и по птичьи склонила голову.

– Ты не идешь потому что тебе больно? Или потому что ты меня боишься? – на последних словах глаза Юрены блеснули озорством и Дастин нахмурился пуще прежнего.

– Что происходит?

– За все надо платить, – сказала ведьма, словно это давало ответ на все вопросы, хотя это было не так. Это не объясняло ничего из той чертовщины, что происходила вокруг. Дастин шатаясь поднялся на ноги. Бог знает что творилось в голове этой ведьмы, но в конечном итоге у него была цель. Без Юрены он в любом случае не сможет вернуть Эли, ему нужно просто дождаться пока она придет в себя. Да так будет лучше.

Поле прорезал резкий свист. Дастин поднял затуманенный взгляд на Юрену. Она медленно отняла пальцы от губ и стала ждать, пока на ее зов не откликнулся Гром. Вороной конь хромая приблизился к хозяйке и боднул ее в плечо. Юрена вновь рассмеялась почти нормально, и обернулась на Дастина, а потом весь мир покачнулся. Он устало прикрыл глаза и окружающий его мир утонул в необходимости организма отдохнуть.

Глава 10.

Мальчик повалился на траву, пытаясь отдышаться. Солнце нещадно пекло, от чего казалось что по возвращении домой он обнаружит на руках и лице ожоги. Тень от огромного клена спасала от прямых лучей, но едва ли помогала скрыться от жары. Ладонью мальчишка стер пот со лба и счастливо улыбнулся, ощущая легкое жжение в мышцах после тренировки.

– Хватит прохлаждаться, – кто-то легонько пнул его по ногам. – Если устал, то лучше пошли в дом, а не то солнце в голову ударит.

Мальчик приоткрыл один глаз. Над ним возвышался крупный мужчина, на его лице сияла широкая, белозубая улыбка, которую не могла скрыть даже аккуратная светлая борода.

– А ты как обычно даже не запыхался, отец, – ответил мальчик и рывком поднялся с зеленого ковра. Он поднял отброшенный меч и провернув в руке, убрал в ножны.

– Когда-нибудь и у тебя так получиться, – мужчина обнял его за плечи и они направились в сторону поместья.

За высокими резными дверьми поместья витал аромат сладких булочек и пряных специй. Коридоры наполняла суета готовящегося праздника, одни служанки носились туда-сюда с тарелками и подносами, другие уже в который раз протирали пыль по настоянию матери. Все поместье сияло, готовое встречать немногочисленных гостей. Каждый канделябр и жирандоль блестел на рассеянных солнечных лучах, а темно-зеленые стены кажется стали на несколько тонов светлее.

Дастин скинул с плеч руку отца и помчался в бальную залу, по пути чуть не сбив служанку, вывернувшую из-за угла. На возмущение женщины, он громко извинился и сверкнув широченной улыбкой побежал дальше. На входе в залу он пропустил двух молодых девушек с пустыми подносами и прошел в огромное помещение. У стен стояли столы со множеством яств, около которых кружили служанки, сервируя их. Из центра залы всеми командовала мать мальчика, статная женщина, с прямой осанкой и грозным взглядом. За ее руку держалась совсем маленькая девочка, в платье как у настоящих принцесс из сказок, что им читала нянюшка. Она с интересом следила за матерью и светилась от радости, сгорая от нетерпения перед празднеством пятого дня рождения.

– Матушка! – воскликнул мальчик и помчался к женщине, сразу же стискивая ее в дюже крепких объятиях для десятилетнего мальчонки.

– Дастин, радость моя, – вся серьезность тут же спала с лица и женщина в ответ прижала сына к груди. Она отстранилась и с напущенной строгостью оглядела мальчика. – Сколько я тебе раз говорила не носиться по дому сломя голову. Какой пример ты подаешь сестре?

Дастин ответил ей улыбкой и легко выскользнул из кольца рук матери, переводя взгляд на сестру.

– Братишка! – воскликнула рыжеволосая девочка и потянулась к мальчику. Дастин тут же подхватил ее на руки и закружил.

– Эли! – они вместе громко рассмеялись, под наигранно тяжелый вздох матери.

– Готова к празднику принцесса?

– Готова! – воскликнула девочка и выбросила кулак вверх показывая свою решимость, попутно сверкнув улыбкой с двумя пробелами по середине. Мать почти испуганно ахнула.

– Милая моя, – она притворно схватилась за сердце. – Что это такое? Принцессы не используют такие жесты.

– Да ладно тебе, сегодня праздник. Пускай Эли веселиться как хочет, – глава семейства обнял жену со спины и попытался отвлечь, пока дети радостно смеялись. Их мать тут же растаяла и словно признавая свое поражение вернулась к указаниям служанкам.

– А тебе бы стоило искупаться и переодеться перед праздником, – сказал отец мальчику и тот сразу же поставил сестренку на пол, осматривая, не замарал ли нежно розовое платьице.

– Я скоро вернусь, – пообещал он девочке и умчался готовиться.

Праздник был в самом разгаре, пришло больше гостей чем ожидалось, но это ни в коем случае не сделало его хуже. Что напрягало Дастина, так это костюм в котором казалось было труднее дышать. По зале разливалась приятная мелодия, заставляя гостей покачиваться в такт своим волнам и расслабляться, ведя непринужденные беседы. Дастина весьма утомляла эта часть всех празднеств, и он не смог сдержать зевка, пытаясь прикрыть его кулаком, но уходить не спешил. Он просто любовался как Эли веселиться болтая о чем-то с детьми пришедших гостей, еще его веселило как те реагировали на жесты девочки. Дастин не хотел хвастаться, но именно он научил ее, как можно заткнуть человека одним движением руки, за что уже в третий раз ловил хмурый взгляд матери, но не мог заставить себя чувствовать за это вину. Дастин так же в тайне учил Эли обороняться, так что ели она ударит какого-нибудь мальчишку, ему придется взять вину на себя.

Наконец-то заиграла музыка для танцев и Дастин, как можно аккуратнее, не то чтобы у него это хорошо получалось, пробрался к имениннице. Эли сразу же засмеялась увидев брата в костюме, а не привычно измазанной рубашке с мечем на перевес. Дастин учтиво поклонился и протянул девочке руку.

– О ваше высочество, великолепная принцесса Элиссон из рода огненных принцесс, окажите ли вы мне честь станцевать с вами первый танец на столь прекрасном вечере? – на слова брата Эли просто расхохоталась, совсем не так как подобает леди, и Дастин ощутил прожигающий взгляд матери на своем затылке, пытаясь подавить улыбку.

– Разумеется, мой верноподданный рыцарь Дастин из рода достойных хранителей великой меня, – конечно у Элиссон никогда не было титула принцессы, и многие гости осуждали их семью за потакание ее фантазиям, но для своей семьи Эли всегда была единственной и неповторимой принцессой. Ее рождение далось матери очень тяжело и самой Эли после рождения прогнозировали смерть, ведь она была очень слабым ребенком, но вот она жива и здорова. Врачи называли это настоящим чудом, именно им Эли и была для своей семьи, а потому какая разница что об этом думали другие?

Дастин под руку повел сестру в центр залы. Он поставил маленькие ножки сестры на свои ботинки и закружил ее в быстром танце. Эли радостно посмеивалась и будто светилась изнутри. В свете свечей рыжие волосы девочки, сияли буйным огнем, а глаза того же цвета что и у брата напоминали молодую траву в закатных лучах солнца. Эли была такой счастливой, Дастин бы все отдал, лишь бы она улыбалась так всегда. Лишь бы это воспоминание не померкло и не затерялось на задворках памяти.

Дастину недавно исполнилось пятнадцать. Он сидел под раскидистым кленом, хватаясь за грудь. Почти облысевшая крона дерева не спасала от холодного ливня, но Дастин не собирался идти домой. Он не хотел возвращаться в это хмурое место, в котором с недавнего времени начал задыхаться. Дастин прикусил губу. Как хорошо что дождь в своих каплях скрывал соленые слезы, жаль не помогал восстановить дыхание и заглушить всхлипы. Рано или поздно ему придется вернуться в дом, снова оттащить Эли от больного отца и уложить спать. Снова перенести мать в ее комнату, морщась от запаха спиртного. Ему придется занять место главы семьи, Дастин понимал что надежды на то что отец выкарабкается нет, но почему тогда грудь все еще сжимало от боли и страха, стоило мальчику подумать о возвращении домой.

Дастин запустил руки в волосы и до боли сжал. Он сделал глубокий вздох, настолько ровный, насколько это возможно, поднял с земли отцовский тяжелый меч и встал сам. Перед смертью не надышишься, ему уже пора возвращаться.

Дом встретил его мраком и оглушающей тишиной. Никакого прежнего блеска, никакой суеты, никаких людей. Дастин поставил ножны у двери и собирался подняться в свою комнату, когда услышал шум из бальной залы. Он нахмурился и тихо направился на подозрительные звуки, пока не услышал рыдания. Дастин сорвался с места и вбежал в залу. Его мать сидела посреди осколков хрусталя и захлебывалась слезами. Это поразило мальчика слишком сильно, ведь его мать не плачет. Никогда не плакала, даже когда отец слег она не проронила ни слезинки и пыталась не показывать своего горя, но сейчас она сидела на полу и просто кричала, срывая голос и рыдала словно ей причиняли физическую боль. Опомнился Дастин только когда увидел в руках матери нож. Он едва успел остановить ее, прежде чем мать полоснула себя по запястью. Женщина испуганно взглянула на сына, что в ответ смотрел на нее с таким же ужасом.

– Что… – попытался Дастин, но его голос внезапно сел и он не смог сказать что-то еще. Мать всхлипнула и положила ладони израненные осколками, на его щеки. Она смотрела на него с такой печалью, какой мальчик раньше никогда не видел, и медленно качала головой словно пытаясь что-то отрицать. Она снова не сдерживаясь зарыдала, стиснула его в крепких объятиях, и он почувствовал легкий шлейф алкоголя.

– Дастин. Мальчик мой, – через всхлипы произнесла она и погладила его по светлым волосам, пачкая их своей кровью. – Твой отец…

Больше она не смогла ничего сказать, но этого и не требавалось. Весь воздух разом покинул легкие мальчика и он замотал головой, совсем как мать. Голова закружилась а глаза заволокло слезами. Дастин до боли стиснул зубы и всхлипнул. Нет. Пожалуйста. Почему отец?

Дастин медленно освободился из ловушки материнских рук. О боже. Эли.

– Мам, где Эли? – Дастин попытался достучаться до матери, но та не могла услышать его разрываясь в рыданиях. Мальчик покачал головой и умчался искать сестру, прихватив с собой нож, лишь бы мать ничего с собой не сделала. Бежа по коридорам он с силой тер глаза, из которых не переставали течь горькие слезы и которые уже не прятал дождь. Ему нужно успокоиться, найти Эли. Боже, бедная девочка.

Дастин взбежал по лестнице на второй этаж и издалека услышал крики. Комната отца. Мальчик побежал туда, спотыкаясь в сумраке коридора. Перед дверью стоял врач, который сразу отступил увидев его. Дастин ворвался в комнату и прикусил губу, пытаясь не зарыдать в голос. Эли обнимала тело отца за шею и громко кричала.

– Папочка, проснись, – она рыдала и трясла отца, будто и правда могла его разбудить. – Пожалуйста! Это не смешная шутка, проснись.

– Эли, – позвал ее Дастин и начал аккуратно подходить, стараясь не смотреть на мертвенно бледное лицо отца и остекленевшие глаза. Знал если посмотрит, то сам зайдется в истерике. Тогда он точно не сможет успокоить Эли.

– Умоляю тебя проснись, я буду хорошей девочкой. Правда-правда! – Эли затрясла отца за плечи, а по ее щекам градом котились слезы, падая на лицо мертвого отца. – Я больше не буду ругаться с мальчиками, буду послушной. Я смогу найти себе хорошего мужа и он будет тебе помогать. Папа!

Девочка упала лицом на бездвижную грудь отца и завыла, точно раненное животное. Дастин отвернулся и сделал дрожащий вздох, пытаясь как-то подавить слезы и отвлечься он до боли сжал кулаки.

– Эли, – снова попытался он, подходя и кладя руку на дрожащее плечо девочки, она скинула его ладонь и злобно уставилась на брата.

– Нет! Хватит говорить это, доктор ошибся! Папа жив, он просто спит! Он просто… – девочка закричала хватаясь за грудь и бросилась брату на грудь. Дастин крепко сжал ее в объятьях, точно пытался удержать самого себе от падения в бездну отчаяния. Он подхватил Эли на руки и отошел от кровати отца. Девочка тут же забрыкалась, сквозь всхлипы зовя отца.

– Я знаю Эли, знаю, – Дастин успокаивающе гладил сестру по волосам, хотя у самого дрожали губы а дыхание никак не хотело приходить в норму. Несмотря на протесты и крики девочки он вышел из комнаты и скатился по стене на пол. Он шептал сестренке слова успокоения, гладил по спине и целовал в макушку, лишь бы не позволить себе мысли о смерти отца. Он осознает это потом. Сейчас нужно было успокоить Эли, но она не прекращала плакать. Дастин даже поймал себя на том что начал злиться на сестру, но отогнал от себя такие мысли. Эли не виновата, в том что она ребенок. Не виновата в том что мать внизу напивается, а не пытается успокоить дочь. Не виновата в болезненной печали по отцу.

– Все будет хорошо принцесса, – хрипло прошептал Дастин, поднимаясь на ноги. Слова давались с трудом из-за боли, от вставшего в горле кома, но мальчик не позволял себе молчать. Он чувствовал что больше не может сдержать слез, вот-вот и сам зайдется в истерике. Вдруг кто-то положил руку ему на плече и Дастин вздрогнул, прижав сестру еще плотнее.

На него с печалью на глубине глаз смотрела нянюшка. Она аккуратно забрала девочку из хватки брата, и только сейчас Дастин заметил что та уснула, хотя с глаз все еще не высохли слезы. Няня провела ладонью по его щеке и Дастин почувствовал засохшую кровь матери на своей коже, наверное не стоило являть перед Эли в таком виде.

– Не сдерживайся дорогой, – тихо сказала пожилая женщина. – Мертвых оплакать надобно.

И Дастин наконец-то отпустил себя. Он упал на колени и завыл, пока старушка уносила его сестру. Дастин не знал сколько времени прошло, но он рыдал и рыдал, а вместе с ним проливали слезы и небеса. Он так и сидел в коридоре, слушая как дождь отбивал по окнам поминальную песню, пока не провалился в сон.

Глава 11.

Дастин хромая плелся в свою комнату. Он устал. Сколько еще это будет продолжаться? Почему мать не может просто оставить их в покое? После смерти отца, любовь матери изменилась, а сама она словно медленно сходила с ума. С каждым месяцем она пила все больше, побоев тоже становилось больше. Зачем она вообще калечит его и Эли, если как только трезвеет начинает слезно молить о прощении и клясться что подобное не повториться, а потом напивается и забывает о своих обещаниях? Дастин хотел что бы это все прекратилось, но ничего для этого не делал. Он просто не мог себя заставить. Он любил свою мать, и закрывал глаза на ее всплески беспочвенного гнева. Дастин всегда думал что его мать очень сильная женщина, которая с гордо поднятой головой принимает все трудности, но смерть отца окончатильно сломила ее, и позволила увидеть Дастину свою мать настоящей. Без отца, она была просто пустой оболочкой с утерянной навсегда частью души. Отец был для нее внутренним стержнем, что всегда помогал держаться так словно все преграды были не более чем пушинки на дороге их жизни. Никто ведь даже предположить не мог что горе потери разобьет эту счастливую семью. Дастин пытался собрать осколки воедино, но центр картины без отца оставался пустым. Пока мать напивалась вусмерть, он старался как мог, следил за домом и работал у отцовского друга, присматривал за Эли и пытался стать главой семьи. Дастин всегда брал пример со своего отца, но что теперь, когда примера нет? Юноша пытался, правда пытался стать тем стержнем что удерживал мать от падения, старался быть для Эли хорошим защитником. Разве это не слишком? Ему еще не исполнилось шестнадцати, неужели он и правда способен выдержать все что навалилось? Конечно способен. Ведь у него нету другого выбора.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.