Амелия Борн
Измена во имя семьи

Дом в городе – моя мечта, которой я грезила чуть ли не с детства, – был точно таким же, как и два года назад. Разве что краска на фасаде чуть поблекла, да от хмеля, что оплетал высокий забор, Алехин все же избавился.

В остальном – все выглядело ровно таким, каким я его и запомнила. Металлические огромные ворота темно-зеленого цвета с острыми пиками наверху, темно-коричневый кирпичный забор. Когда только покупали этот дом, я шутила, что к нам не проедут даже на танках. А муж смеялся и отвечал, что его персона в мире бизнеса хоть и важная, но не настолько, чтобы к нам в дом кто-то возжелал заехать на бронетехнике.

– София, вы сказали, что пока просто посидите, – напомнил мне приятель моего сына Ивана.

Сам Ваня всю неделю был очень занят, вот и не смог забрать меня из клиники, где я провела последние два года жизни. Он предлагал мне перенести день выписки на другой день, но я не могла больше ни секунды находиться в больничных стенах, пусть и выглядели они не как тюрьма, а как дорогой санаторий. Просто не находила в себе сил на то, чтобы и дальше продлевать свою агонию.

– Да, я пока просто посижу, но если вам нужно ехать, то…

Я запнулась, подыскивая слово. После травмы не все функции мозга еще восстановились, а какая-то небольшая часть и вовсе была утрачена навсегда. Но я справилась, выстояла, даже память уже почти меня не подводила. Значит, буду жить, причем счастливо.

– Нет, мне не нужно ехать, – искривил красивые губы в улыбке парень.

Его звали Арсением и это имя казалось совершенно неподходящим для довольно брутальной внешности. Наши взгляды встретились в зеркальце заднего вида. Арсений потер заросший длинной щетиной подбородок и сказал:

– Давайте проедем по поселку еще один круг.

Не дожидаясь ответа, он завел двигатель и отъехал от ворот нашего с мужем дома. Я с сожалением посмотрела на то, как в зеркале показались ворота, которые стали отдаляться. И в то же время испытала облегчение. Так у меня больше шансов на то, чтобы все же собраться с силами и сделать задуманное.

А состояло оно в том, чтобы просто вернуться домой, взглянуть в глаза Романа Алехина, моего бывшего супруга, и потребовать ответа на простой вопрос: за что?

За что он так со мной? Почему настолько просто и быстро вычеркнул из своей жизни, хотя был виноватым во всем? В том, что мне изменил, в том, что мы тогда разбились а аварии. И в том, что во время столкновения вывернул руль так, что пострадала лишь я…

А еще он какое-то время делал вид, что ему интересно, как я там поживаю в коме, а потом резко потерял ко мне интерес. Откупался деньгами, которые пересылал в клинику, где я находилась, в остальном же полностью положился на нашего сына. А когда прошло три месяца, быстро развелся со мной, женился на своей актрисе погорелого театра и даже состряпал с ней сына…

Об этом я узнавала от Вани, из которого приходилось тянуть информацию клещами. Он нехотя и сухо рассказывал о том, какой вольготной и свободной жизнью живет мой муж, его отец, уверенный в том, что я никогда не восстановлюсь после произошедшего. А меня это неимоверно злило. Злость придавала сил, и, наверно, во многом благодаря именно этой эмоции я и оказалась в итоге здесь.

– Ванька о вас немного рассказывал. Говорил, что именно вы пережили. Вы очень сильная женщина, Соня…

Я не без удивления перевела взгляд на парня, что сидел за рулем. Сколько ему лет? Не восемнадцать же, как Ивану? Вряд ли… Для такого возраста он выглядит слишком взросло. Интересно, где они познакомились? Может, в университете, где Арсений учится, скажем, на последнем курсе?

– Ванька слишком много болтает, – вздохнула я, не желая развивать тему. – Но за комплимент спасибо.

Он кивнул и с самым серьезным видом сосредоточился на дороге. Я машинально залипла взглядом на предплечье Арсения, которого мой сын именовал не иначе как Арсэн. Оно было испещрено вязью разноцветных татуировок…

– Нравится? – поймав меня на поличном, поинтересовался парень.

Я поспешно отвела взгляд и испытала совершенно идиотское чувство, понимая, что щеки мои залил румянец.

– Мне все равно, – передернула плечами и принялась смотреть в окно. – И давайте уже все же доберемся до моего дома.

Арсений вздохнул и кивнул. Разговор у нас не особо клеился, но я и не способна была сейчас на пространные беседы. Все мои мысли крутились вокруг предстоящей встречи с Романом.

Он, разумеется, не знал ничего о том, что меня не просто выписали, но я, ко всему, еще и прямо сегодня возвращаюсь домой. После развода и раздела имущества, на котором я не присутствовала по понятным причинам, но мои интересы представлял адвокат, я осталась владелицей половины нашего коттеджа. В остальном Алехин подстраховался – бизнес был оформлен на его отца, который и забрал нашего младшего сына на воспитание. А те деньги, которые зарабатывала фирма, Роман вкладывал в недвижимость, которую тоже оформлял вовсе не на себя.

Но с этим всем я планировала разобраться после того, как верну себе свою жизнь. И все то, что у меня за эти два года украли…

– Я вас провожу, – сказал Арсений, когда мы вновь остановились возле ворот.

Протестовать я не стала, меня сейчас, когда покину его машину, наверно, и ноги совсем держать не будут.

Дождавшись, пока парень выйдет и откроет передо мной дверцу, я вложила руку в протянутую ладонь. Ощутила, какая она горячая и едва удержалась, чтобы не отдернуть свои пальцы. В отличие от друга Вани, у которого не было поводов для того, чтобы его колотила нервная дрожь, моя рука наверняка была ледяной.

– Спасибо, – поблагодарила, выбравшись из машины.

Поправив сумочку на плече, направилась к воротам. В голове, словно выжженное прямо на черепной коробке клеймо, вспыхивали цифры 1505 – день моего рождения. Именно такой код был установлен на замке калитки, и его, если верить Ивану, Роман не сменил.

Зайдя на территорию, я приостановилась и чуть покачнулась от нахлынувших эмоций и воспоминаний. Они затопили меня с головой, показалось даже, что я поймала состояние дереализации, когда весь нынешний мир показался выдуманным, ненастоящим. А вот те обрывки памяти, которые заполонили мою душу, воспринимались мною как нечто настолько правильное и существующее в действительности, что меня перетряхнуло.

Вон детские игрушки на газоне, который из-за теплой погоды весь в проплешинах снега. Часть из них я узнала – например, большой красный, теперь уже выцветший трактор, в который так любил играть мой младший сын Аркаша. И еще некогда яркий мяч, на котором был изображен герой из мультика…

Прошагав к крыльцу, я обернулась и убедилась в том, что Арсений следует за мною по пятам. Сейчас его присутствие было как нельзя кстати. Казалось, что так у меня есть хоть какая-то точка опоры.

«Мам, Арсэн с тобой? Ты добралась до отеля?» – пришло сообщение от Ивана в тот момент, когда я собиралась дернуть ручку двери и войти в дом.

Мне стало некомфортно от того, что я солгала Ване. Обещала ему, что из клиники отправлюсь прямиком в снятый для меня номер шикарного отеля, где отдохну и дождусь возвращения сына, а уже потом поеду сюда, к родным пенатам. Но как только села в машину Арсения поняла – больше не выдержу и секунды. Вернусь к бывшему мужу и буду зубами и когтями выгрызать то, что он у меня украл за эти два года. В первую очередь – моего маленького сына…

«Я добралась, со мной все хорошо», – приврала Ивану и все же протянула ладонь и дернула ручку.

Дверь не поддалась. Она была явно заперта изнутри. Но ведь возле подземного гаража стоит машина Ромы, которую он так и не сменил… Значит, он должен быть дома.

Я вынула из сумочки ключи, вставила один из них в скважину. Попыталась повернуть, но ничего не случилось. Значит, Алехин сменил замки.

Тогда я принялась колотить по металлу кулаком, а успокоилась только тогда, когда дверь открылась и я увидела Романа.

На его руках восседал пухлощекий младенец, которому было от силы полгода. Он вовсю насасывал кулачок, и на этой картине я зависла взглядом. Сердце затопило горькой нежностью при виде этого чужого ребенка…

– София? – просипел муж, на лице которого разлилось настолько неподдельное изумление, что стало ясно – Алехин находится в полнейшем шоке.

– София, – кивнула я и перешагнула через порог. – Ты прав, Ром. Это я, твоя бывшая жена. Которая вернулась, чтобы забрать свою жизнь обратно.

Прозвучало довольно пафосно, но эта фраза как нельзя лучше подходила сложившимся обстоятельствам. Алехин забрал у меня все, включая то, что было дороже всего на свете, и я планировала с этим разобраться.

– Как так… что случилось? Почему ты не сказала, что с тобой все в порядке? – залепетал Рома.

Он выглядел таким жалким и растерянным, что в этот момент в душе родились первые крохотные ростки моего удовлетворения.

– Почему я не сказала, что со мной все в порядке? – уточнила я, вскинув бровь. – Потому что это далеко не так.

Я прошла вглубь дома, машинально отмечая про себя те изменения, которые здесь произошли. В огромной кухне-гостиной теперь все было иначе. Та дорогая дизайнерская мебель, которую мы с мужем заказывали в Италии, исчезла. Вместо нее был кухонный гарнитур в стиле хай-тек, который совершенно не подходил убранству в остальных помещениях. Или в комнатах, где каждая мелочь была продумана мною и выбрана с таким тщанием, с каким не работают и самые распиаренные дизайнеры, тоже теперь все по-другому? Может, там цветет и пахнет такая же безвкусица, созданная руками этой актрисульки?

– Твоя Анжела не дома? Ты за няньку? – спросила я у мужа, который следовал за мной по пятам.

Я обернулась к Роме и снова залипла взглядом на его сыне. Конечно, первым делом я могла поехать к Аркаше, который наверняка уже даже забыл, как выглядит его мать, но был один нюанс… Я не знала, куда именно переехал жить отец Алехина. И куда он увез моего малыша. Ваня не знал этого тоже, потому что был своего рода «неугодным внуком».

– Соф… Послушай, я просто в шоке! – озвучил очевидное Рома. После чего вдруг крикнул в сторону кухни: – Свет! Забери Вика, пожалуйста!

Через мгновение к нам подошла молоденькая девчонка, которой самой бы в куклы следовало играть. Она забрала младенца у Алехина и унесла его в ту сторону, где раньше находилась детская. Видимо, менять расположение этой комнаты Рома и его новая жена не стали, просто убрали из нее одного ребенка, а вместо него поселили другого.

– Давай присядем… – попросил Алехин, указав на диван. – И все обговорим… Я не знаю, что сказать…

Направившись в указанном направлении, я поймала себя на мысли о том, что совсем позабыла про Арсения. Впрочем, это воспоминание так же быстро выветрилось из головы, как там появилось. Со мной такое в последнее время бывало часто.

– Соня, я… – начал Алехин, но я его оборвала:

– Ты не знаешь, что сказать и в шоке. Это я поняла. Поэтому говорить стану сама. Я вернулась домой, Рома. Мой адвокат предоставил все бумаги, которые я изучила. По закону половина этого дома принадлежит мне, здесь я и собираюсь жить. Но сначала я хочу, чтобы мне вернули сына.

Я вцепилась взглядом в лицо Алехина. Сначала на нем появилась растерянность, но ее очень быстро сменила злая уверенность. Я не знала, в каких-таких своих мыслях убедился сейчас муж, но понимала, что мне плевать на то, что он там думает и чего желает.

– Почему ты не созвонилась со мной и не сказала, что восстановилась? – потребовал он ответа. – Я узнавал у врачей – ты была в коме! Никаких положительных прогнозов они не давали!

Он был так искренне возмущен тем, что я не только вернулась с того света, но еще и стала относительно здоровой, что это было бы даже смешно. Если бы не вызвало у меня волну ответной агрессии.

– Это было года полтора, а то и два назад. Да, точно, почти два… Именно тогда ты признал меня недееспособной и со мной очень быстро развелся, не так ли? Каким чудом моему адвокату удалось оттяпать у тебя законную половину дома, я ума не приложу! Но у меня для тебя новости, Алехин. Дееспособность я себе вернула. Это станет первым шагом к тому, чтобы ты отдал мне все, что украл.

Мы сидели друг напротив друга, бесконечно далекие люди, которые когда-то были самыми родными. Возможно, так казалось только мне несколько лет назад, когда наша семья с Ромой была настолько счастливой, насколько этого в принципе можно пожелать. Но теперь все в прошлом.

– Почему все это происходило без моего участия? – чуть ли не взревел Алехин, вскочив и заметавшись по гостиной.

– Потому что тебе было неинтересно, что происходит с твоей женой, которую ты списал со счетов, Рома, – спокойно ответила я. – Да и Ваню ты вряд ли спрашивал обо мне, не так ли? Вы же не обсуждали меня за милыми семейными ужинами?

Я задала этот вопрос и по реакции мужа поняла, что я очень многого не знаю. Он метнул в мою сторону удивленный взгляд, и по глазам Алехина я прочла: так Ваня был в курсе и тоже молчал!

– Иван здесь уже давно не живет, – отчеканил он, и эти слова ввели меня в состояние ступора.

Сын ведь ни словом не обмолвился о том, что у него новое место жительства… Эта парочка – мой муж и его новая супруга – выгнали Ваню из собственного дома? Или он ушел сам? Скорее всего, второе, ведь Иван, несмотря на свой весьма юный возраст, был гораздо более взрослым, чем иные сорокалетние мужики.

– Я хочу, чтобы мне вернули Аркашу. Ваня тоже приедет жить сюда, Алехин, – процедила я, поднимаясь с дивана.

– Я против! – чуть ли не выкрикнул Роман. – Да, дом наполовину твой, но лишь на бумаге! Ты здесь не жила два года, Соня… Здесь теперь все иначе и совсем другие порядки!

Он чуть ли не слюной стал брызгать, говоря мне все это. Эмоции бывшего мужа тоже стали приятной приправой к тому, какую ситуацию я не только создала, но и которой руководила.

– Порядки на то и порядки, чтобы их менять, – пожала я плечами, чувствуя острую необходимость в том, чтобы подняться к себе и отдохнуть.

Хотя, наверно, это самое «к себе» тоже уже перекроено вдоль и поперек. И моя спальня превратилась во владения актрисульки. Что ж, плевать и на это. В доме достаточно комфортных и уютных комнат.

– Ты здесь не останешься, – угрожающим голосом сообщил мне Алехин, когда я направилась к лестнице, ведущей на второй этаж.

Обернувшись на первой ступени, я приподняла бровь, но ответить не успела. В гостиной появился Арсений с моими сумками в руках. Он прошел прямиком ко мне и сказал:

– Идем, любимая. Я провожу тебя в комнату, а пока ты отдыхаешь, съезжу за своими вещами и перевезу их сюда, как и договаривались.

Я немного пошатнулась и крепко впилась пальцами в перила в попытке остаться стоять на ногах. Что это еще за импровизация?

На лице Арсения было безмятежное выражение. А вот Рому этот пассаж явно задел – кислая мина искривила его черты, а на моего «любимого» бывший муж воззрился с видом: что это за насекомое?

– Какого черта происходит? – процедил Алехин. – Я сейчас же вызову полицию, пусть разбираются с незаконным проникновением в дом.

Он потряс в воздухе телефоном, но пока угрозу в жизнь претворять не стал.

– Вызывай, конечно, – пожала я плечами. – Покажу им выписку о собственности. Уедут так же быстро, как и приехали.

Арсений взял меня под локоть и, не глядя на Алехина, повторил:

– Идем, любимая… Тебе нужно больше отдыхать. А генералу Ларину я сам отзвонюсь и решим с ним все вопросы заранее.

Мы стали подниматься на второй этаж, оставив порядком растерянного мужа внизу. Я тоже испытывала чувство потерянности, потому что весь мой план, написанный буквально «на коленке», летел в тартарары.

Пока Арсэн следовал за мной, я прошла и заглянула во все комнаты второго этажа. В нашей с мужем бывшей спальне действительно обнаружился будуар актрисульки. Причем, судя по обстановке, проживала она в нем без Романа. Всюду были ее вещи, некоторые валялись то тут, то там. Интересно, куда подевалась домработница? Она бы не допустила, чтобы в этой комнате был бардак. Или Анжела избавилась от персонала, который я подбирала так тщательно?

– Останусь здесь, – решила я, переступив порог одной из гостевых комнат.

Ее убранство осталось нетронутым – я помнила это помещение ровно таким, каким оно и предстало передо мною сейчас. Выгодным плюсом являлось то, что мы задумывали гостевую для того, чтобы здесь могли останавливаться отец Алехина и его молодая жена. Следовательно, сделали здесь и ванную комнату. Небольшую, но весьма комфортную для одного-двух человек.

– Тогда я за вещами и приеду обратно, – ответил Арсений, чем порядком меня удивил.

Он внес сумки, поставил их возле кровати и посмотрел на меня. Нам нужно было расставить все точки над «i» прямо сейчас.

– Арс, спасибо за помощь, но дальше я справлюсь сама, – сказала, плотно прикрыв за нами дверь на случай, если у стен вдруг начнут вырастать уши.

– Не справишься, – неожиданно жестко отрезал парень. – Тебя здесь сожрут. А Иван… он вряд ли захочет здесь жить.

Я прошла к окну и распахнула шторы. Меня не сожрут – в этом он был неправ. После того, что я пережила, вяканье бывшего мужа и его подстилки – легкая морская прогулка.

– Сколько тебе лет, Арсений? – уточнила, повернувшись к парню.

Он застыл посреди комнаты нерушимой скалой. Сложил руки на груди и смотрел на меня так пристально, что казалось, будто этот взгляд проникает в мое нутро. Несмотря на то, что на улице была пусть и теплая, но все же зима, Арс так и продолжал щеголять в одной футболке.

– Какая разница? – нахмурился он и сцепил челюсти.

– Если спрашиваю – значит, мне это важно, – ответила я. – Сколько?

– Тридцать.

Мои брови удивленно приподнялись. Об Арсении со слов Ивана я знала лишь то, что он «очень классный чувак и на него можно положиться во всем».

– Тридцать? – растерянно пробормотала я. – Но… я думала, что вы с Ваней вместе учитесь.

Теперь уже настала пора Арсения вскидывать темные брови. Он собирался что-то ответить, но запнулся и не произнес ни слова.

Так… Все ясно! Похоже, и с учебой Ивана все не так, как рассказывал сын. Он что, лгал мне, что поступил в университет и стал студентом? Я же ведь была полностью уверена в том, что Ваня живет здесь, ездит на учебу, сдает сессии… Так, с этим разберусь тогда, когда мы увидимся с сыном.

– Соня, послушай… Когда Иван попросил меня встретить мать и привезти ее в отель, я не думал, что мне придется познакомиться с его отцом – твоим бывшим мужем. О вашей ситуации знаю вкратце, но этого достаточно, чтобы составить обо всем свое представление.

Он говорил и говорил, а я устало опустилась на край постели и потерла лоб. Не всегда удавалось сосредотачиваться на происходящем, особенно когда речь шла о настолько большом пласте информации. Мой мозг пока попросту не научился заново ее обрабатывать в огромных объемах.

– Я смотаюсь за шмотками и побуду здесь с тобой, пока Ваня в командировке.

– В командировке, – эхом повторила я, прикрыв глаза.

Посидев немного, я посмотрела на Арсения и ответила:

– Я не думаю, что у меня имеется необходимость в том, чтобы ко мне был приставлен охранник. Даже если Рома вызовет полицию, у меня есть документы на владение частью дома.

Арс отошел к окну и стал смотреть на сад. Какое-то время я глядела на его широкую спину, потом решительно сказала:

– Спасибо за помощь, но я действительно справлюсь в одиночку.

Он резко обернулся ко мне и ответил:

– Договорились. Но если вдруг что-то случится, обещай, что ты сразу наберешь мой номер. Я брошу все и приеду.

Я машинально кивнула. В каких бы хороших отношениях ни были Иван и Арсений, моя ситуация никак не касается последнего.

– Хорошо, – пообещала, мысленно скрестив пальцы, потому что врала. – И сейчас давай я тебя провожу, чтобы ты точно добрался до выхода без приключений.

Арс кривовато улыбнулся и кивнул. Мы с ним вышли из комнаты и направились вниз. Нужно будет обдумать, как мне организовать здесь свой быт. Решение ехать сюда было отчасти спонтанным, потому такие мелочи как закупка продуктов и прочего вылетели из поля моего зрения. Но это ерунда – управлюсь и с ними и подумаю обо всем позже.

Тем более, что когда мы оказались на первом этаже, размышления о том, чем мне завтракать, обедать и ужинать, растворились сами по себе. Оказалось, что пока мы с Арсением беседовали, Роман организовал муштру персонала.

– … хозяин и хозяйка, которые платят вам зарплату – это я и моя жена Анжелика Алехина! – вещал он домработнице, кухарке, которую нанимала еще я, а так же двум охранникам и няне. – Поэтому слушаться вы должны только нас с Анжелой. Эта женщина, моя бывшая жена, здесь надолго не задержится. Так что очень не советую налаживать с ней хоть какие-то контакты. Иначе об этом придется очень жестоко пожалеть.

Мне стало настолько смешно от услышанного, что я не выдержала и громко расхохоталась. Это не укрылось от внимания несчастных слуг, которые выглядели настолько растерянными, что мне их даже стало жаль. Особенно кухарку, которая узнала меня, машинально сделала шаг в мою сторону, но быстро одумалась и осталась стоять «в строю».

– Можете не переживать, дорогие, – заверила я персонал. – Сама на контакт я идти не стану, чтобы вас не подставлять, так что Роману Владимировичу не придется вас увольнять.

Одно становилось ясным после представления, невольным участником которого я стала, – Алехина проняло. А уж как отреагирует его Анжела на мое присутствие, оставалось лишь предполагать.

Я мало что знала об этой женщине. В том, что теперь у мужа новая любовь, он признался, когда мы были за городом. Просто сказал, что встретил свое новое счастье, а относительно нас с Аркашей он еще «будет решать». Что подразумевалось под этим определением, я не знала. Да и не до выяснений мне стало, когда на нашу машину на повороте вылетел микроавтобус и после моя жизнь разделилась на до и после. Но немного разузнала в сети о персоне Анжелы, когда пришла в себя достаточно для того, чтобы читать и осмысливать информацию. Ничего особенного в актрисульке не было – пара бурных романов с представителями индустрии, в которой она вращалась, а после – несколько громких заголовков, когда Анжела вышла замуж за Алехина и родила ему ребенка.

– Любимый, ты собирался ехать, – напомнила я Арсению, повернувшись к парню и сделав вид, что потеряла интерес к событиям, происходящим в гостиной.

Глаза Арса сверкнули, и в них появилось такое обжигающее пламя, что мне даже стало не по себе.

– Да, конечно, – ответил он. – Но для начала твой муж должен дать тебе ключи от дома, – с нажимом сказал он и, посмотрев на прислугу, отпустил их жестом руки.

Удивительно, но они послушались и быстро разошлись, кто куда, оставив Рому, который скрежетнул зубами, одного.

– А ты какого черта здесь вздумал распоряжаться? – процедил Алехин, заложив руки в карманы брюк.

Первая оторопь, которую он испытал при моем появлении, исчезла. Бывший муж пришел в себя, возможно, созвонился со своей новой женой и обсудил случившееся и, видимо, решил перейти в режим обороны с элементами атаки.

– Соня – моя будущая жена. Я буду распоряжаться всем, что касается ее покоя и комфорта ровно в том объеме, который покажется мне необходимым, – с нотками предупреждения в голосе откликнулся Арсений. – В данный момент мне будет достаточно того, что ты дашь Софии ключи от дома, чтобы она могла выходить и возвращаться когда пожелает. И не станешь трогать мою невесту, чтобы ей не пришлось звонить мне и просить приехать начистить тебе морду.

Небрежная поза, которую принял Арсений, была обманчива. Я чувствовала каждой клеточкой тела напряжение, что исходило от его внушительной фигуры. На фоне Арса я показалась самой себе особенно хрупкой и уязвимой. Но это тоже было обманчивое впечатление, потому что с каждой пройденной секундой времени, с каждой отрицательной эмоцией Ромы, которой я питалась, как энергетический вампир питается переживаниями людей, я чувствовала себя сильнее. Пусть даже на поверку это ощущение и окажется эфемерным.

– Где ты вообще его взяла? – нервно хмыкнул Алехин, на которого речь Арса все же произвела впечатление.

Он уселся на диван и жестом указал на место напротив.

– Думаю, что мы отпустим твоего жениха, – со смешком в голосе прибавил бывший муж, – и обсудим, что же станем делать дальше.

Меня не интересовали пространные разговоры. Для начала я хотела лишь одного – вернуть себе сына. После – то, что принадлежит мне по закону, начиная от доброго имени, которое как только ни полоскали журналисты, заканчивая всем тем, что Алехин от меня намеренно утаивал и скрывал, не желая делиться.

Но сейчас, когда в памяти всплывали те игрушки Аркаши, которые я увидела, и физически помнила ощущение приятной тяжести, когда сын сидел на руках и прижимался ко мне, я нуждалась лишь в том, чтобы обнять своего малыша.

– Сначала ключ, а потом уже жених отъедет по делам, но будет постоянно рядом, – ответил Арс, сложив руки на груди.

Я была благодарна ему за участие, но если бы он просто высадил меня у ворот дома и уехал, сейчас бы я была вынуждена решать свои вопросы в одиночку. И тоже бы справилась – в этом я не сомневалась. Потому чуть тронув Арсения за локоть, собиралась уже сказать, что он может быть за меня спокоен и отправляться, куда ему нужно, когда Рома все же поднялся с дивана и прошел в небольшой холл при входе. Какое-то время возился с ящиками комода, потом вернулся к нам и положил ключ на низкий столик.

Что ж, уже неплохо. Не станет же Алехин устраивать себе проблемы в перспективе и бесконечно менять замки на дверях? Тем более, что в эту игру можно играть в обе стороны.

– Оставь меня с моей женой, – небрежно махнул рукой в сторону выхода Рома.

Как будто и Арсений был одним из тех, кого он нанял на работу. И эта снисходительность меня выбесила. Она раздражала и в прошлом, когда Алехин мог отозваться свысока даже о тех людях, с которыми мы очень хорошо общались, но сейчас я почувствовала приступ агрессии в сторону бывшего мужа. Арса, впрочем, никак поведение Романа не задело, он посмотрел на него, словно на насекомое и, повернувшись ко мне, проговорил:

– Я скоро вернусь. А пока отдыхай, милая. И если вдруг что – я примчусь сразу же.

Неожиданно он склонился ко мне и, обдав свежим дыханием, быстро коснулся губами моих губ. Это было столь внезапно, что я даже не успела отреагировать. Просто застыла с широко распахнутыми глазами. А когда Арс удалился быстрым шагом, подошла к креслу напротив и чуть ли не рухнула в него, потому что ноги не держали.

Впрочем, следующая фраза заставила меня мобилизовать все мои ресурсы, включая те, о которых я даже не подозревала. Потому что Алехин сразу приступил к делу:

– Ты сказала, что хочешь вернуть Аркашу, но если любишь его, забудешь о том, что у нас с тобой есть младший сын. У него уже другая семья, Соня. Аркадий вырос, он в свои неполных четыре очень разумный мальчик. И он уже давно называет мамой совершенно другую женщину…

Стараясь не показывать того, что похолодела от этих слов, я приняла обманчиво-спокойный вид. Что толку истерить и рвать волосы на себе, а лучше – на муже? Гораздо конструктивнее будет все же обсудить происходящее настолько ровно и без эмоций, насколько это возможно в сложившихся обстоятельствах.

– Твоя проблема в том, что ты меня списал со счетов, Алехин. И сделал это слишком рано. Я здесь, я живая, я нахожусь в своих правах, – проговорила, глядя в холодные глаза бывшего мужа.

Как давно его взгляд стал подернут льдом? Кажется, это случилось не в одночасье и уж точно не сейчас. Рома перестал испытывать ко мне чувства уже давно. Наверно, еще тогда, когда уговаривал родить второго ребенка.

«Ваня совершенно не интересуется бизнесом! – говорил он с нотками возмущения. – У него в голове свои планы на жизнь. А мне нужен кто-то, кто станет увлекаться семейным делом целиком и полностью».

Тогда я глупила, умалчивая о том, что Ивану не исполнилось даже четырнадцати… Сам же Алехин вбил себе в голову, что бизнесом его наследник должен увлекаться чуть ли не с пеленок. Затем родился Аркаша, и уж в него-то Роман и собирался «вложить все». От Ивана он отстал, что я сочла благом, и как показали последующие события, для меня лучшим вариантом был такой исход, когда Ваня отстранился от отца и остался на моей стороне.

– Ты живая, но после таких травм полноценно давать все ребенку не сможешь! – вынес мне приговор Алехин. – У Аркадия день расписан по минутам. Конный спорт, три языка, развивающие занятия… Марина занимается им так, как иные матери не занимаются своими детьми. Вспомни сама – Аркаша у нас вообще лейтяйничал! – возмутился Рома.

– Но ему было полтора в последний раз, когда я его видела! – не удержалась я от ответного возмущения.

Что они там лепили из моего сына? Супер-человека, который может полететь в космос уже в четыре года?

– А сейчас он вообще взрослый. Обожает Марину и зовет ее мамой, она тоже отвечает ему взаимностью.

Марина была женой Роминого отца. Молоденькая девчонка, которая едва окончила вуз перед тем, как Владимир Алехин на ней женился. У нее были какие-то перспективы в том, чтобы получить ученую степень или что-то подобное, и когда Роман говорил со своим отцом о его будущей жене, у меня не раз возникало чувство, будто они обсуждают породистую лошадь, которую готовили к скачкам.

– Соня, послушай меня… Я погорячился, когда стал выгонять тебя из собственного дома. Каюсь, был уверен в том, что ты останешься овощем до конца своих дней. Если бы нужна была финансовая помощь и я вовремя узнал, что ты пришла в себя – я бы влил кучу денег в твою реабилитацию. Но Ваня решил все делать тайно.

Он скрежетнул зубами, а я уцепилась за эти слова. Неужели и по поводу этого Иван не договаривал и с финансированием моего пребывания в клинике тоже все было не так просто? С этим я разберусь потом, когда мы со старшим сыном наконец увидимся.

– Сейчас ты нуждаешься в покое, отдыхе, в том, чтобы прийти в себя, – продолжил говорить Роман. – В этом доме шумно. Здесь ребенок, здесь Анжела устраивает приемы. Давай мы снимем тебе хорошее жилье, а ты не станешь увлекаться ерундой и будешь восстанавливаться? А лучше – поезжай по какой-нибудь программе в другую страну и там приходи в себя. На лечение последствий таких травм, как у тебя, уйдут годы!

Алехин так искренне и с воодушевлением говорил мне все это, что если бы не то представление со слугами, свидетелем которого стали мы с Арсом, я бы, может, даже прониклась.

– Я уже связалась с адвокатом, буду добиваться через суд, чтобы мне вернули ребенка, – ответила я мужу, проигнорировав его слова.

– Вообще-то у отца и Марины оформлена опека! Они находятся в полном праве по отношению к Аркаше.

– А я нахожусь в еще большем праве! И если мне завтра же не дадут встретиться с сыном – я подам в розыск. Привлеку общественность, специальные службы… Но Аркашу увижу в самом ближайшем времени!

Пообещав это мужу, я поднялась из кресла. Взгляд, которым Алехин меня испепелял, казалось, мог оставить от любого лишь кучку пепла. Но муж ничего не сказал, я лишь только могла поклясться в том, что сейчас шестеренки в его голове крутятся со скоростью света. Ничего, пусть судорожно соображает, что делать дальше.

А я выжду день, раз уже прождала два года. Конечно, буду делать все так, чтобы возвращение Аркаши настоящей матери прошло с максимальным психологическим комфортом для моего малыша. Но если Алехин и его отец доведут меня до ручки – пойду на отчаянные меры.

С этими мыслями я удалилась, заперлась в комнате и, наконец, переодевшись, прилегла отдохнуть. Умение очистить голову от всех мыслей и, приняв снотворное, заснуть, сейчас мне отказывало. И все же я заставила себя не думать о сыне и не погружаться раз за разом в переживания, которые охватили меня, когда переступила порог этого дома.

Через несколько минут мне удалось задремать, и я даже думать не думала, что через пару часов мое пробуждение будет отвратительнее некуда. Впрочем, мне нужно было начинать быть готовой ко всему.

– Вставай немедленно! – верещал противный женский голос прямо у меня над ухом. – Это мой дом! Только мой! Вставай и убирайся!

Я подскочила на постели, не сразу понимая, где нахожусь и что это за истеричка, которая вопила на меня от двери. Ее глаза бешено вращались, лицо искривилось и стало похожим на готическую маску.

«Анжела, жена Алехина», – мелькнула в голове мысль прежде, чем эта дрянь бросилась ко мне, растопырив пальцы с когтями-саблями.

– Это мой дом и мой муж! Пошла вон! – выкрикнула она снова и вцепилась в мое плечо с такой силой, что лишь чудом не распорола его в клочья.

Охнув, я машинально отпихнула ее от себя, вложив в это движение все, на что была сейчас способна. Адреналин щедро разлился по венам, заставил сердце быстро колотиться. Анжела, которая едва устояла на ногах, сделав несколько шагов назад, сейчас смотрела на меня не без удивления в расширившихся глазах с огромными зрачками.

– Что здесь происходит? – рявкнул от двери мужской голос, слышать который было так необходимо и радостно, что я чуть не соскочила с постели и не бросилась на шею Арсению.

Это был именно он – его мощная, широкоплечая фигура застыла в дверном проеме. Глаза метали молнии, и мне бы очень не хотелось сейчас стать причиной той злости, которую Арс источал.

– А! Ты еще и с любовником сюда заселилась! – Запрокинув голову, Анжела начала громко и истерично смеяться.

Актриса из нее была такая себе – мелькнула в голове неуместная мысль, пока Арсений, поставив в кресло сумку, что принес с собой, подошел к жене Ромы и встал так, чтобы у этой дряни не было ни единой возможности броситься на меня снова.

– Половина этого дома принадлежит моей будущей жене, – сообщил он Анжеле. – Юристы уже занимаются тем, чтобы выделить в натуре комнаты, которые закрепят за ней законодательно. Возможно, мы будем продавать их по одной новым жильцам, – продолжил говорить Арс так спокойно, как будто мы собрались за деловым ужином, за которым обсуждали общие планы.

Откуда он все это брал? Сочинял на ходу? Или они с Иваном все это обсуждали и собирались предоставить мне свой план постфактум?

– Что-о-о? – вытаращилась на него Анжела и ее пышная грудь, которая визуально плохо вязалась с худым на грани телом, застыла и больше не вздымалась столь бурно.

– Ничего! Надо было слушать с первого раза, потому что второго – не будет.

Подлетев к ней, Арсений схватил жену Ромы и поволок ее к выходу. Она завопила, как сирена, но все было бесполезно – пока Арс не дотащил эту красоту до выхода и не выкинул вон, не успокоился.

Где-то зарыдал ребенок, я прикрыла глаза и приложила пальцы к вискам.

– Ты в порядке? – спросил Арсений от двери, оглядывая замок.

Анжела ломиться обратно к нам не стала, видимо, поняв, что ее снова постигнет та же участь, что и до этого.

– В порядке, – кивнула, посмотрев на парня с благодарностью.

– Окей. Думаю, обсуждать дальше мое наличие не стоит? – уточнил он, приподняв бровь. – Я сменю здесь замок, закажу доставку и перекусим. А через пару дней встретимся с Ваней и моими адвокатами. Пусть дадут весь расклад по поводу того, что нам дальше делать.

Его слова и местоимения «нам, мы», которые употреблял Арсений, породили в моей душе чувство горячего отклика и желание заверить, что я не стану бесплатным приложением во всей этой истории. Когда верну себе все то, на что имела право, я обязательно отблагодарю Арса…

– Я могу спать и здесь, – указал он на вполне удобное, но не раскладывающееся кресло.

Я поднялась с постели и помотала головой.

– Нет уж… Или занимай комнату рядом, но тогда в ней тоже лучше сменить замок. Или… эта кровать широкая. Не думаю, что мы здесь друг другу помешаем.

Ощутив, как в лицо бросается краска, я отвернулась и стала искать вещи, чтобы надеть что-то удобное. В животе заурчало – все эти нервные истории сказались на мне странным образом. Я дико проголодалась.

– Сейчас закажу ужин, – проговорил Арсений, быстро переложив свои вещи на полку шкафа.

Судя по их количеству, Арс здесь надолго задерживаться не собирался. Но это мы обсудим после. Возможно, Анжела устроит Алехину такую истерику, что он сам решит пойти на исполнение хотя бы части моих условий, главным из которых будет встреча с Аркашей. Тогда и мне здесь задерживаться не придется.

– Спасибо, – улыбнулась я и, взяв джинсы и футболку, пошла в ванную, чтобы переодеться.

Теперь было ясно одно – без Арсения я бы точно здесь не продержалась долго. И раз судьба в лице сына послала мне такую поддержку, грех было от нее отказываться.

Остаток вечера прошел относительно спокойно. Арс заказал замок, который и поменял буквально за полчаса. Мы поужинали, накрыв прямо в комнате, причем еда была настолько изысканной, что мне только и приходилось, что мысленно удивляться тому, насколько Арсений хорош во всем. Разумеется, я о слесарном деле и выборе блюд.

Я попыталась завести разговор относительно оплаты моего лечения и прочих финансовых вопросов, но Арс безапелляционно заявил, что эта беседа подождет того момента, когда из командировки вернется Иван.

Спать мы ложились под звуки музыки, которая доносилась из комнаты Анжелы. Похоже, жена Романа задалась целью не дать нам уснуть, но изначально ее план был провальным. Стены дома были сделаны на совесть, потому до нас доносились лишь приглушенные отголоски Анжеловой дискотеки.

Я и сама не поняла, как погрузилась в дрему, а проснулась резко, словно от удара. Сев, я вгляделась в темноту. Меня окутывала тишина, которая иногда прерывалась плачем маленького ребенка.

Переведя взгляд на вторую половину кровати, я убедилась в том, что Арсений крепко спит. Будить его не стала, накинула на плечи халат и поднялась с постели.

Когда вышла из комнаты, поняла, что плач малыша доносится из детской, куда я и пошла, словно сомнамбула. Голова кружилась, рыдания младенца то затихали, то усиливались. Казалось, что несчастная кроха настолько отчаялась, что даже плакать больше не могла.

Дойдя до детской, я увидела, что в кроватке лежит и судорожно всхлипывает сын Ромы и Анжелы. На его заплаканном личике было выражение вселенской усталости и горя. Одинокий ночник рассеивал темноту, потому я смогла быстро убедиться в том, что в детской больше никого нет.

– Светлана! Света! – окликнула я ту девушку, которую видела еще днем, когда Алехин передавал ей сына.

Не особо надеясь на то, что она рядом и услышит, я склонилась над кроваткой. Виктор завозился и закряхтел, поняв, что он не один.

– Светлана! – снова позвала я, и мгновением позже произошло чудо – на пороге детской появилась няня младенца.

– Что вообще происходит? – тут же набросилась я на нее. – Отчего малыш плачет, но к нему никто не подходит?

Неужели в этой семье двух уродов было заведено такое идиотское правило «устанет – успокоится»? Я смотрела на Свету, ожидая ее ответа. Не особо надеялась на пояснения, но она опустила взгляд и призналась тихим голосом:

– Потому что Анжела Леонидовна приказала не брать Вика на руки, чтобы он рыдал и не давал вам выспаться…

Я даже покачнулась от того, что услышала. Что сделала жена Алехина? Да она в своем уме? Как можно обрекать на страдания собственного ребенка в слепой жажде допечь кого бы то ни было?

– Где Роман? Он спит в ее комнате? – потребовала я ответа.

Светлана наверняка не думала, что после того, в чем она призналась, я стану расспрашивать ее дальше. Она посмотрела на меня не без удивления и помотала головой.

– Нет, он обычно уходит на другой этаж…

И, видимо, отрубается так, что его из пушки не разбудишь. Уж эту особенность бывшего мужа я знала досконально.

– Сейчас же разбуди его и пусть придет полюбуется на то, что творит эта ненормальная! – воскликнула я, нисколько не скрываясь.

Даром что малыш снова начал хныкать, видимо, уже потеряв надежду на то, что ему все же уделят внимание и закроют его простые, как две копейки, базовые потребности. А что если бы я, например, вообще никак не отреагировала на плач? Спала бы себе и спала, пока этот несчастный кроха надрывался…

Не зная, что делать, я начала покачивать кроватку. Светлана ушла, а я поняла, в чем причина беспокойства и рыданий Виктора – он испачкал памперс.

– Что здесь творится? Ты что-то хочешь сделать моему сыну?! – вскричала, вложив в эти слова все свои плохонькие актерские способности, Анжела.

Она появилась в дверях комнаты, словно выпрыгнувший из табакерки черт. Рванула ко мне и, отпихнув меня прочь, склонилась над младенцем.

– Творится то, что ты совсем слетела с катушек, – процедила я, сложив руки на груди.

Наблюдая за Анжелой, я поняла, что она вовсе не торопится сменить Виктору подгузник. Видимо, это было не королевских рук дело.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.