Ольга Корк
Мартынова, ты уволена!

Глава 1 Аня

В каждом, даже очень уверенном в себе мужчине, иногда просыпается девочка. Даже в моем начальнике, который иногда, когда думает, что его не видят, залипает перед зеркалом, чтобы убедиться, что рубашка у него идеально выглажена, волосы в порядке, а брюки отлично сидят на его крепкой заднице… Хорошо, что это происходит очень редко, иначе я давно бы уволилась. Из зависти! И нет, я не считаю себя дурнушкой, но и рядом с этим долбаным мистером Совершенство сложно сохранить уверенность в себе. Он как Дэвид из вселенной "Чужих", чертов робот в исполнении Фаси. Эх.

Вот сейчас этот "робот" нависает горой над моим столом и собирается сообщить, что…

– Мартынова, ты уволена! Сил моих больше нет терпеть твои опоздания на работу! Каждый день, Анна, каждый день одно и то же! Все, хватит. Пиши заявление и ищи себе другого идиота начальника!

Ну вот, опять. И так каждое утро. Сейчас Глеб Викторович будет десять минут распекать меня на все лады, а я замершим сусликом смотреть на него большими печальными глазами в ожидании, когда смогу вставить хоть одно слово. Уже осталось восемь минут. Давай, Ань, еще чуть-чуть, а дальше день пойдет по привычной колее.

– Ты просто не в состоянии прийти на работу вовремя. А у тебя, между прочим, в договоре прописано: начало рабочего дня в девять утра. В девять, Анна, даже не в восемь! Но ты все равно опаздываешь!

Распалялся Глеб Викторович, сжимая руками край моего стола. За полтора года моей работы помощницей директора сети автосалонов этот стол уже, между прочим, третий. Предыдущие два благополучно сломались. Точнее, как, они просто утратили свой товарный вид. А так как я и мой стол, конечно, первые, кого встречают посетители дорогого начальника, Викторович рычал, ворчал, но заказывал новую мебель своей секретарше. А я что? Я бы на месте столов тоже сломалась, если бы меня каждое утро с такой силой сжимали крепкими ручищами.

– Ты безответственная, ленивая девчонка, не желающая нормально работать!

Тут Глеб, конечно, преувеличивает, кроме опозданий у него больше не было нареканий к моей работе. Но утренний ритуал должен быть соблюден полностью, а речь сформировалась еще в первые недели моей работы на этом "хлебном и непыльном" месте. Де-юре в моей трудовой значилось неказистое – секретарь-референт. На деле же я была не просто личным секретарем Алексеева, а его правой и левой рукой, иногда еще и оперативной памятью с расширенным кругом обязанностей. То, насколько начальник ценит мою работу, можно было видеть в бухгалтерских отчетах в графе премии. Я свою получала каждый месяц. Зоя Анисимова – главная сплетница из бухгалтерии, была уверена, что эти деньга я получаю за качественную доработку на столе босса без трусов. Хотя, возможно, что в этом месяце актуальна версия "под столом".

– Мартынова, ты меня слушаешь?! – громыхнуло над моей головой в момент, когда я сдержанно хмыкнула, вспомнив вечно недовольное лицо Зои и ее взгляд, наполненный завистью.

– Как всегда, Глеб Викторович! – бодро отрапортовала, глядя на босса самыми честными глазами.

Алексеев выпрямился и, сложив руки на груди, выгнул бровь.

– Да ни черта ты меня не слушаешь, Ань.

Конечно, не слушаю, делать мне, что ли, больше нечего? Я все его утренние нравоучения наизусть знаю, а вот из образа суслика я выпала зря, мой прокол, каюсь.

– Да как можно, Глеб Викторович? Каждое словечко услышала, запомнила, прониклась! – Так, теперь надо похлопать ресничками, главное, не перестараться, мне нужно выглядеть виноватой, а не глупой. – Ну так я пошла?

Медленно поднявшись из-за стола, осторожно взяла свою небольшую сумочку, стоявшую на краю, и кинула взгляд на странные дизайнерские часы. Отлично, время без двадцати десять, я как раз успеваю.

– Ну и куда ты, Мартынова? – устало вздохнув, поинтересовался Глеб, наблюдая, как я обхожу стол и иду в сторону выхода из приемной.

– Так увольняться же, Глеб Викторович. Вы сами приказали!

Выйдя за дверь, позволила себе наглую широкую улыбку. Сейчас будет моя любимая часть утренних "разборок". Три…Два…Один… иии:

– Зараза, – выглянув в коридор, рыкнул босс, – кофе не забудь захватить!

Ну все, можно считать ритуал оконченным. Начинается рабочий день. Теперь главное не тупить и тогда он пройдет весело и задорно, а после работы я смогу отправиться погулять по набережной, а еще лучше по пляжу, неся в руках сумку и босоножки, позволяя реке смывать усталость с моих ног.

Работать в "Реал-авто" я начала спустя полгода после того, как в самарский филиал перевели Алексеева. За какие такие грехи молодого, очень перспективного работника выгнали из огромного московского холдинга в наш город, я так и не поняла. Хотя, откровенно говоря, про Глеба Викторовича мало кому и что было известно. На уровне слухов ходит информация, что он перешел дорогу самому большому боссу и его отправили в ссылку к нам, назначив директором "Реал-авто", с четкими указаниями: сеть надо расширять. Собственно, Алексеев справлялся. Когда он пришел сюда, компании принадлежало два с половиной автосалона, – за половину я считаю стоянку с продажей подержанных авто, – сейчас же их полноценных три, ведутся переговоры о четвертом и да, на той стоянке идет активная стройка. Вот только я сомневаюсь, что Глеба сюда перевели, потому как он перешел дорогу бигбоссу, его, скорее бы, уволили в таком случае. Но тем не менее это была официальная версия (по слухам, естественно), о которой Глеб Викторович знал и не пытался ни опровергнуть ее, ни подтвердить.

Заглянув по дороге в экономический отдел, где без устали трудились три феи цифр и данных по продажам, подмигнула Софке:

– Отчет готов?

София Егоровна, рыжая как морковка и конопатая как тот самый Антошка из детской песенки, возвела очи к потолку и ответила:

– Изыди, у нас еще пятнадцать минут до того, как шеф о нем вспомнит!

Задорно подмигнув сорокалетней занозе всех работников этого небольшого кабинета, закрыла за собой дверь.

Путь мой лежал прочь из офиса к ближайшей химчистке, а затем в кофейню на первом этаже здания, где располагался и наш офис.

– Добрый день, Вера Ивановна, – поздоровалась я с дородной женщиной слегка за шестьдесят, с очаровательными седыми локонами до плеч, тронутыми легким пепельным тоном, – готовы вещи?

– Доброе утро, Анечка, – женщина улыбнулась мне ласковой улыбкой и сняла с ближайшей вешалки кофр, явно ожидавший меня, – все как всегда. Рубашка идеально отпаренная, на костюме ни пылинки, а твой босс крокодилище!

Обменявшись с Верой Ивановной понимающими улыбками, я подхватила один из запасных рабочих костюмов шефа и поспешила на улицу, сегодня времени на сплетни у нас не хватало!

– Карим! Карим, у меня ровно две минуты до увольнения!

Я буквально ворвалась в кофейню и, не смотря по сторонам, побежала к стойке, за которой работал бариста.

– Не ори, красивым девушкам не стоит кричать, за этими звуками не все смогут разглядеть твою красоту.

Сверкнув белоснежной улыбкой, Каримчик поставил на стойку картонный поднос-держатель с двумя высокими стаканами с кофе. Мокко для меня и крепкий черный кофе с тремя ложками сахара для босса.

– Каримка, я тебя люблю! – приложив карту к терминалу, дождалась сигнала подтверждения платежа и, подхватив свою покупку, направилась к выходу, игнорируя недовольные лица ранних посетителей кофейни.

– Так выходи за меня замуж, Анечка! Я уже устал ждать твоего согласия!

– Прости, я не настолько тебя люблю!

Послав молодому парню воздушный поцелуй, помчалась в офис.

Счет шел уже на секунды, если ровно в десять часов шеф не получит свой ежедневный отчет по вчерашним продажам и кофе – он будет недоволен. А когда Глеб Викторович недоволен, скучать не приходится никому!

– Мартынова! – громыхнуло из-за двери босса, стоило мне только поставить кофе на край своего стола.

Закатив глаза, в очередной раз подумала, что нормальные начальники пользуются селектором, а не орут как потерпевшие, вызывая к себе в кабинет.

Скинув уличную удобную обувь, быстро натянула на ножки туфельки и спокойно отправилась на зов.

– Ваш кофе, отчет и костюм.

Последний я, собственно, уже вешала в шкаф, не дожидаясь распоряжений. Вообще мне иногда казалось, что Глеб Викторович уверен, будто чистыми его офисные костюмы остаются только благодаря ему. Он никогда не просил их относить в химчистку, забирать оттуда и не замечал, что я хозяйничаю в его шкафу. Нет, просто когда нужно было, мужчина доставал чистые вещи и переодевался, не задумываясь, куда деваются пятна на манжетах белых рубашек или от чего воротнички не желтеют/чернеют/засаливаются. Про кофейное пятно на сером пиджаке он даже не вспомнил. Хотя не заметить его исчезновение было невозможно. Как-то само собой так получилось, что я взяла на себя эту заботу и вот уже год, как Викторович не выкидывает в мусорку очередную рубашку только потому, что она потеряла свежесть. Такое впечатление, что этот человек не имеет понятия о стиральных машинках, утюгах и химчистках в принципе.

– Ань, сегодня должны приехать директоры из салонов, необходимо подготовить зал. Потом у нас с тобой выезд на стройку, будь готова много запоминать. Еще пока тебя не было, звонил Андрейченко, выясни, что ему нужно.

Закатив глаза и тихо фыркнув, подошла к боссу, раскрывая свой планшет.

– Директоры ваши приедут через полчаса, вы сами перенесли встречу еще три дня назад, зал готов с вечера, осталось только воду расставить, – с этими словами положила перед шефом две тонкие папки. – Ваша речь для собрания.

– Папки две, – выгнув бровь, Глеб выразительно посмотрел на меня.

– Знаю, но в принципе синюю папку можете не брать, там хвалебная речь, вы такими обычно не пользуетесь, – Викторович хмыкнул, откладывая синюю папку в сторону, и я вернулась к предыдущим вопросам. – Андрейченко звонил, потому что пришли новые сплит-системы и он ждет, когда вы сообщите удобное для установки время в вашем кабинете. Кстати, выезд на стройку вы вчера перенесли на два часа дня.

Глеб поднял на меня взгляд от просматриваемых документов и задумчиво почесал бровь.

– Так, – глубокомысленно начал он, – а зачем я перенес выезд на день, в самую жару?

Ну вот, началось, босс принял решение, отдал распоряжение и забыл. А зачем ему, у него же есть Аня, она все помнить должна. Уволюсь. Рано или поздно я точно уволюсь.

– Понятия не имею, Глеб Викторович, но судя по тому, что вы меня просили уточнить, во сколько в Курумоч прилетает вот этот рейс, – достав из кармашка чехла обрывок салфетки с номером рейса из Москвы, положила его перед боссом, – вы хотели кого-то встретить. Ну или встретиться чуть позже. Именно поэтому все запланированные на сегодня встречи были перенесены на более раннее время.

И я не стала говорить, чего мне это стоило, ведь если на объект мы могли приехать в любой момент и ни дай бог прораба бы не было на месте в рабочее время, то собрать директоров на три часа раньше, это тот еще танец с саблями. Ведь у них свои встречи и запланированные мероприятия. И всем пришлось выкраивать свободный час в начале рабочего дня, посылая в мой адрес кучу проклятий. Естественно, это Мартынова виновата, ведь Глебушка у нас святой человек. Бесят эти курицы, сил нет!

Пока я рассуждала о несправедливости этого мира, Викторович с изумлением рассматривал обрывок от салфетки, затем хлопнул себя по лбу, тихонько застонал и спросил с потаенной надеждой:

– Анют, а ты не знаешь, куда в вашем городе можно выгулять друга, который приезжает на неделю и хочет отдохнуть от работы и разборок с бывшей девушкой?

Тоже мне, нашел заядлую тусовщицу, да у меня времени нет на такие загулы. В выходные хочется быть недвижимостью, а в пятницу вечером обычно одно желание – освоить вуду и сделать куклу босса, чтобы он или уже уволил меня к чертям собачим, или прекратил так гонять. Тут я вспомнила звонок своей подруги и ее рассказ про одно заведение с забавным названием.

– Сходите в “Библиотеку”, говорят, там неплохо.

– Анна, – у Глеба даже карандаш из рук выпал, – я, конечно, понимаю, у вас чувство юмора так и брызжет во все стороны, но по библиотекам я даже в студенчестве не ходил!

– Зря, говорят, что студентам там книги выдавали чтобы учиться, но я вообще-то имела в виду бар. Но если вы тянетесь к книгам, то там и почитать можно, да. В дневное время точно.

От брошенной в меня скрепки я привычно увернулась и направилась походкой победителя к выходу.

– А вообще, гугл в помощь, Глеб Викторович, у меня, знаете ли, начальник требовательный, сил по барам таскаться нет. А вот Влада я предупредила, что к пяти вечера нужно будет быть в аэропорту. Только вы уж ему позвоните или отмените эту поездку, или скорректируйте время, – сообщила перед тем, как выйти из кабинета.

Из-за закрытой двери послышался недовольный голос шефа, только слов я не разобрала, вместо этого перевела взгляд на трех красивых ухоженных женщин, ожидающих в приемной, и их старших менеджеров. Прибыли, значит.

– Добрый день, Глеб Викторович сейчас освободится, – с рабочей улыбкой на губах поприветствовала директоров автосалонов, – проходите в зал собраний, сейчас принесу вам воду.

Меня окатили тремя одинаково-подозрительными взглядами и три стройные строгие брюнетки ровным строем прошли в третью дверь из приемной. Менеджеры гуськом потянулись за ними, сохраняя полную тишину.

– Уволюсь, точно уволюсь, надоели все эти дамочки, капающие слюнями на босса и думающие, что я тут не вкалываю как проклятая, а весело провожу время с завидным холостяком.

Подхватив четыре бутылочки воды без газа из мини-холодильника, постучала каблуком в дверь Викторовича – он поймет, это наш с ним отработанный условный знак, и понесла свою ношу в рассадник искусственных улыбок и деловых костюмов.

Глава 2 Глеб

Головная боль пульсировала в висках и не собиралась сдаваться таблеткам. Дурацкий день. Начиная от собрания директоров и заканчивая полуторачасовой прогулкой по стройке. Еще утром, когда рычал на Мартынову, уже чувствовал, как мигрень подкрадывается ко мне, и нет бы сразу принять таблетки, так нет же, надо было сначала кричать на помощницу, потом выслушивать отчеты от директоров и наблюдать, как их менеджеры обмениваются ядовитыми комментарии по поводу неудач того или иного салона. А теперь встреча с Ромкой пройдет под эгидой "прочитай лекцию Глебу о старости". Ну почему старому другу нужно было приехать именно ко мне?

Откинувшись на спинку сиденья, закрыл глаза и попросил водителя:

– Влад, давай сегодня без музыки, попробую подохнуть в тишине.

Тихий смешок со стороны Влада и в салоне стало тихо.

– Глеб Викторович, вы только скажите, кого нужно встретить и куда потом доставить ваше тело вместе с вашим гостем.

У меня не работники, а сборище клоунов. Приоткрыв один глаз, поймал в зеркале заднего вида хитрый прищур водителя, его же тонкую улыбочку и устало выдохнул:

– Уволю.

– Обязательно, шеф, только сначала все-же скажите, кого и куда, а потом увольняйте. Сразу после Анны.

Мартынова!

– Роман Сергеев, на случай, если я не оживу, а тело вы уж там с ним решите куда скинуть.

Дальше мы ехали в полной тишине и, кажется, перед тем как уснуть, я успел подумать, что невыносимая Анна с ее неубиваемым оптимизмом слишком заразная, вот уже и водитель начал дерзить мне, а ведь в начале нашего сотрудничества показал себя таким серьезным парнем.

– Глебка! – зычный голос друга ввинтился раскаленным прутом мне в висок, заставив поморщиться. – Старый черт, как же я скучал!

Вот можно подумать, что ему было когда скучать в веренице жадных до его внимания блондинок, предпочитаемых всем другим девушкам, Ромке даже на работу не всегда хватало времени, хорошо что папа его пристроил на теплое место в администрацию сразу после института, где мой друг сумел сделать головокружительную карьеру и со скандалом покинуть это место, обзаведясь множеством полезных связей, пригодившихся ему в дальнейшем.

– Черт, братан, ты просто не представляешь, как мне не хватало твоей угрюмой рожи. И как меня достала Лора!

– Лора? Последняя капризная блондинка, которую я помню по твоим рассказам, была Марта.

Ромка громко фыркнул и махнул рукой, чуть не сшибая с головы рядом семенящей женщины летнюю шляпу. Ромыч в принципе всегда был таким: шумный, активно жестикулирующий балагур почти два метра ростом и обаятельный как сам дьявол. Злиться на него не могли даже незнакомцы, женщины всех возрастов просто обожали этого несносного типа, так любимые им блондинки буквально пачками вешались на смуглую шею и лишь я был равнодушен к его выходкам и спокойно мог отвесить дружеского тумака. Ромка говорит, это из-за того, что у меня каменное сердце, я же уверен, что причина прячется в моей хорошей памяти. Ведь я очень хорошо помню его сидящим на соседнем горшке и ковыряющимся в носу. Мда, кто бы в детском саду сказал, что извечный мой соперник станет одним из самых лучших друзей.

– Оу, мадам, прошу меня извинить, хотя прощения, конечно, мне нет, ведь я не заметил рядом с собой такую красавицу! – задорно блестя почти черными глазами, шельмец рассыпался в извинениях перед пострадавшей женщиной. – Позволите искупить свою вину и пригласить вас в ресторан?

Если бы не головная боль, я бы сейчас не сдержался и громко рассмеялся, глядя на незнакомку лет пятидесяти на вид, в свободном полосатом сарафане, скрывающем полную фигуру. Она поправила тонкую прядь волос, выбившуюся из небрежного пучка, и уже кокетливо улыбалась Сергееву, не обращая внимания на покрасневшее лицо рядом идущего с ней возрастного мужчины.

– Ох, какой ты прыткий, красавчик, – женщина незаметно похлопала Ромку по руке, – молодой только совсем еще, не распознал сразу в этом вот старце моего мужчину. Так что ты уж прости, но я сегодня занята.

– Вспомнила, наконец, Марья! А если бы мужа не было рядом, молодой козой поскакала бы с ним по ресторанам. Ты всегда любила высоких шпал.

Марья хитро подмигнула нам с Ромкой и заговорщицким шепотом сообщила:

– Он только вид делает, будто ревнивый, просто ужас, уже тридцать лет вместе, а все надеется избавиться от меня. Не дождется, скажу я вам, но вот номерок бы ваш с удовольствием взяла, дочка младшая у нас никак не найдет себе хорошего мальчика, вот с ней по ресторанам самое то ходить!

Ромка чуть не споткнулся от такой прыти случайной знакомой и перевел на меня ошарашенный взгляд, в котором легко читалась мольба о помощи.

– Извините, Мария, но, к сожалению, для дочки вашей он совершенно точно не подойдет, понимаете ли, – тут я понизил голос и сообщил страшную, а главное, выдуманную только что тайну: – Дело в том, что мой друг предпочитает женщин постарше, а с молоденькими у него не выходит. Никак.

В глазах женщины после моего заявления плескалось сожаление, она даже прицокнула языком, Ромка скрипел зубами и так стиснул мое плечо, что я не удивлюсь, если увижу на нем утром синяк, а вот муж Марии не сдержался и весьма ехидненько, да так, чтобы его услышали все, кто был рядом, протянул:

– Тюю, высокий, красивый и такой ущербный! Пошли, Марь, нашей красавице не нужен мужик, который "не может", я, знаешь ли, внуков хочу!

Подхватив свою супругу под руку, мужчина утянул ее вперед, не скрывая довольного вида. Ромка повернулся ко мне и шепотом выдал:

– Глебос, меня только что уделал дедушка. Седой дедулька!

Повторив жест Марии, я небрежно похлопал друга по руке и поддержал его как мог:

– Это опыт, Ром, не переживай, пройдет лет двадцать-тридцать и ты так же изящно сможешь оскорблять заигрывающих с твоей женой молодых наглецов.

– Да это ты меня подставил! – вполне искренне возмутился друг.

В ответ я лишь глубокомысленно пожал плечами. Ну а кто, если не я? Ромычу иногда очень полезно сбивать пыль с ушей. Сергеев перевел взгляд с молчаливого меня на удаляющуюся парочку и тяжело вздохнул:

– Мне надо выпить. И подумать. Поехали уже куда-нибудь!

К счастью, чемоданов у Ромки не было, поэтому мы довольно быстро покинули стены аэропорта и добрались до моей машины.

– Влад, давай ко мне домой и на сегодня свободен.

– Что, какой домой, Глеб! Мне просто необходимо в бар или в клуб, или еще куда-то, где я смогу отдохнуть!

Влад плавно выехал с парковки, а Ромка пытался надавить на мою совесть. Хорошо, что последней у меня отродясь не было.

– Ром, у меня был длинный и дурацкий день, завтра будет еще один такой же, а выпить и подумать мы сможем и у меня.

Сергеев молчал пару минут, а потом, повернувшись к Владу, "тихо" шепнул:

– Твой начальник зануда!

– Знаю, – тут же поддержал его водитель, – по дороге сюда он обещал мне, что мы с вами будем прятать его труп, но уже передумал.

Эти двое еще какое-то время обсуждали мое нежелание развлекаться, в то время как головная боль снова усиливалась и в конце концов я не выдержал:

– Так, двое из ларца, если вам обоим не хватает веселья в этот скучный вечер, так валите развлекаться вместе!

На мгновение в машине стало блаженно тихо, а потом они в один голос спросили:

– А что, так можно?

Устало прикрыв глаза, мысленно застонал. Но так как моего ответа явно ждали, пришлось снова заговорить:

– Делайте вы что хотите, только меня сначала домой. И, Влад, не знаю как, но завтра к восьми тридцати я должен быть в офисе.

– Без проблем, шеф!

Дальше я мог в разговоре не участвовать, перейдя на уважительный шепот, мой друг с моим же водителем принялись строить планы на вечер и, похоже, ночь. В квартиру Ромка поднялся только потому, что он хотел своими глазами увидеть, куда ему нужно будет прийти ночевать, и взять у меня запасную связку ключей.

Закрыв за другом дверь, я, не включая свет, переоделся, включил кондер и залез под одеяло, прячась от вечернего света, пробивающегося сквозь тонкие шторы, и от любых звуков. Сейчас для меня даже пауки слишком громко топали.

Утро началось с громкого стона. Стонал спящий на полу рядом с моей кроватью Ромка, на которого я благополучно наступил, не ожидая найти его там.

– Конь! – обласкал меня друг и полез на кровать, распространяя по комнате жуткое амбре.

Посмотрев сонным взглядом на то, как лохматое чудовище зарывается головой под подушку, с ужасом подумал, в каком же состоянии мой водитель?! Мысленно приготовившись к любому развитию событий, направился в душ, а уже на кухне, медитируя над первой чашкой кофе, обнаружил смс от Влада: "Шеф, в 8-00 вас будет ждать такси у подъезда, красный пыжик с номером 698. Кажется, я отправился кальяном".

"Ну хорошо, что не печенькой!" – мелькнула ехидная мысль.

Списав похмельный синдром водителя на производственную травму, – все же пострадал он из-за моего друга и моей же головной боли, – решил не мучить парня и отпустил его до понедельника. Все равно сегодня пятница, выезды по работе у меня вроде не запланированы, а с Сергеевым мы и такси воспользуемся, если нужно будет. За его счет. Чтобы в следующий раз Влада не травил мне "кальяном"!

На работу я прибыл даже раньше, чем рассчитывал. и в первую очередь взялся за личные дела. Это по вопросам "Реал-авто" я мог без зазрения совести гонять Анну, а вот своим "бизнесом" предпочитал руководить сам. Ну, почти. Я пока не решил, стоит ли посвящать Мартынову в свой маленький секрет или уходить я буду один, но девушка и правда была прекрасным работником. Если бы она еще не опаздывала каждое утро на работу! Но совершенных сотрудников попросту не существует. Аня хотя бы не кидает в мою сторону заинтересованные взгляды, не "теряет" в моих карманах предметы нижнего белья и не делает никаких намеков на перевод в горизонтальную плоскость наших исключительно рабочих отношений.

Хотя другими они быть и не могут, ведь Мартынова блондинка! А благодаря Ромке у меня на них стойкий иммунитет. Особенно на таких: с капризно изогнутыми губами, огромными влажными глазами и густой гривой светлых волос. Добавить к этому еще довольно стройную, но не тощую фигуру и получим портрет моей помощницы. Единственное, что отличает Анну от бесконечной вереницы девушек Ромы: она умница и обладает лёгким характером, язвительна, конечно, сверх меры, но в работе вроде бы ей это только помогает. Хотя все равно я больше люблю брюнеток.

В полдевятого я закончил разбор срочных документов и, потянувшись, отправился в приемную: мне нужен кофе. Мартынова, конечно, варит его замечательно, но я все равно привык гонять ее каждое утро в кофейню, просто для профилактики за опоздания. Но сейчас еще слишком рано для ее прихода, официальный-то рабочий день не начался, а уж Анну и вовсе ждать раньше, чем через час, не приходится!

Выйдя из кабинета, я чуть не споткнулся. За столом, положив голову на сложенные как у первоклашки руки, сидела Аня и, кажется… спала?

– Мартынова? – отчего-то шепотом, не веря своим глазам, уточнил я.

– Угу, – едва различимо буркнула помощница.

– Ты что тут делаешь? – мягко ступая и стараясь не шуметь, я смотрел на это чудо чудное.

– Сплю, – прозвучало в ответ.

Я как дурак завис после ее слов и даже не сразу понял, что делать в такой ситуации. Ну просто такого еще на моей памяти не было. Чтобы Аня да пришла раньше положенного времени? Похоже, за те несколько минут, что я молчал, девушка успела окончательно заснуть, иначе как еще объяснить легкое причмокивание с ее стороны в момент, когда она повернула голову, открывая вид на безмятежное лицо с закрытыми глазами.

Осторожно положил ладонь на ее плечо и легко потряс:

– Ань?

– Ууум?

– Вставать будешь? – этот разговор был настолько нелепым, что я не мог сдержать дурацкую улыбку.

– Угу, – Аня смешно сморщила нос и снова причмокнула.

– А когда?

Видимо, своими вопросами я допек спящую красавицу и она решительно спряталась от меня в сгибе локтя:

– Отстань, а? Лучше сделай мне кофе.

От такой наглости я растерялся. Ну где это видано, чтобы помощница так со мной разговаривала? Но посмотрев на время, решил – а почему бы и нет, в конечном счете до начала рабочего дня еще целых двадцать минут и почему бы не прогуляться до кофейни самому. Тем более, кажется, сегодня в первый раз за год работы у меня Ани утро у нас начнется без привычного скандала.

Нелепо улыбаясь, а иногда и не сдерживая тихие смешки, рвавшиеся из груди, я спустился вниз и вышел на улицу. В это время погода еще радовала ласковым солнышком и относительной свежестью. Зайдя в соседнюю дверь, я окунулся в мир запахов кофе.

– Добрый день, мне два кофе, – подошел я к молодому бариста, который, тихо напевая, протирал стойку перед собой.

– И вам солнечного утра, – сверкнул улыбкой парень, – какой предпочитаете?

Он указал большим пальцем себе за спину, где висело большое меню. Мать моя женщина, выбор тут был очень хорошим, но удивило меня не это. Читая различные варианты кофе и кофейных напитков, а также добавок к нему, я вдруг понял, что понятия не имею, что предпочитает Мартынова.

Чтобы не выглядеть совсем уж дураком, уверенно заказал себе большой стакан черного с сахаром, еще раз пробежался взглядом по меню и вынужден был признать:

– А второй я не знаю какой. Что у вас чаще всего заказывают девушки?

С горем пополам и под понимающим взглядом смуглого парня я остановил свой выбор на ореховом мокко. В конце концов, это всего лишь кофе, не понравится – выкинет!

В кабинет я вернулся через десять минут. Аня все еще сопела и никак не отреагировала на мое появление и даже на аромат кофейного напитка, который я поставил на стол подальше от нее. Пару минут понаблюдав за безмятежно спящей девушкой, не смог удержаться от маленькой шалости еще из моего детства:

– Ань, Аня-а, – начал я тихим голосом.

– Уум?

– Ань, где живет лысый ёжик?

Спрашивать про ключи от танка не хотелось, а вот ежик… Ежик меня очень интересовал, точнее, выйдет или нет получить ответ на свой вопрос.

Мартынова нахмурилась, беззвучно пошевелила губами, потом как-то особенно забавно дернула носом и выдала:

– В рифме!

Мой громкий смех окончательно разбудил девушку, и она буквально взвилась на месте. Резко подняла голову, осмотрела кабинет, проморгалась и подняла на меня изумленный взгляд:

– Глеб Викторович?

– Мартынова?

Аня еще какое-то время непонимающе смотрела на меня, потом перевела взгляд на часы, зачем-то стукнула себя ладошкой по лбу и, наклонившись, подняла свою сумочку, из которой достала сложенный пополам лист и протянула его мне.

– Это что? – с недоумением принял бумагу, не спеша ее разворачивать.

– Список клубов, баров и ресторанов в городе, где можно отдыхать, не рискуя отравиться или нарваться на неадекватные цены.

– А… откуда?

– Оттуда, – неопределенно махнула рукой в сторону окна, – подруга инстаграмщица, любительница такого отдыха. Мне пришлось три часа нашего с ней разговора слушать все плюсы и минусы питейных заведений, в которых она побывала за последние пару месяцев.

Раскрыв лист, я удивился довольно таки объемному списку.

– Она побывала в них всех?

– О, нет! Это только те, что ей понравились, – Аня зевнула, прикрыв рот ладошкой. – Надеюсь, вам эта информация пригодится.

Молча кивнув, подхватил свой стакан кофе и направился в сторону кабинета. Но уже в дверях остановился и решил спросить:

– А ты почему сегодня так рано пришла?

Анна, в этот момент потянувшись за своим рабочим планшетом, вдруг замерла и вскинула на меня отчего-то виноватый взгляд.

– Нуу, сегодня же пятница? Я же еще неделю назад предупреждала, что сегодня мне нужно будет уйти на пару часов раньше, помните?

Нет, не помнил. Забыл напрочь, но после вопроса помощницы в голове что-то щелкнуло и тот разговор, происходивший в разгар напряженного рабочего дня, всплыл в памяти, будто состоялся только что. Да, я вспомнил, что помощница отпрашивалась. Что-то там связанное с семейными делами. А еще я вспомнил, как сказал ей, что она, конечно, сможет уйти раньше, если и придет на два часа раньше. Не к десяти, а к восьми. Бумажка со списком баров отчего-то зашуршала в моем крепко сжатом кулаке. Хотя видит бог, мять ее я не хотел, вместо этого хотелось как следует встряхнуть свою помощницу. Мало того, что она снова опоздала, мало, что нагло спала, как оказывается, в рабочее время, так я же еще в это время ей и за кофе… Видя, как Аня под моим взглядом вжимает голову в плечи, я все же не удержался и сорвался в привычный нам обоим рык:

– Мартынова, ты уволена!

Глава 3 Аня

Сегодня Глеб буянил как никогда. Хотя, справедливости ради, он был прав. Это надо же так попасть, уснула на рабочем месте! Да еще, кажется, успела нахамить боссу. Нет, в принципе, я этого не помню, но зная свой характер по утрам…

– Глеб Викторович, простите, этого больше не повторится! – в первый раз со дня моего самого первого опоздания, которое и положило начало утреннему ритуалу, мне было так стыдно.

– Конечно, не повторится, знаешь, почему? – Алексеев вскинул бровь и сердито посмотрел на меня. – Потому что еще одна такая выходка и я уволю тебя. Сам. По статье. Задним числом!

С этими словами Глеб Викторович развернулся и ушел в свой кабинет, тихо закрыв за собой дверь. Вот если бы он ей от души хлопнул, да так, что стекла в приемной бы зазвенели, я бы даже не вздрогнула, а тут даже щелчка закрываемого замка не было. Очень плохой признак.

Опустившись на стул, прикрыла лицо ладонями и застонала. Ну как же я так умудрилась-то?!

А все Алка с ее "Давай поговорим еще". Ведь собиралась же лечь пораньше, чтобы не опоздать на работу. Мне нужно было каких-то три-четыре названия приличных баров в центрике. А в итоге мы проговорили с бывшей одноклассницей почти три с половиной часа, три из которых я выслушивала про ее похождения. И на все мои "Алл, давай в следующий раз договором, мне вставать рано", она отмахивалась неизменным:

– Да что ты как маленькая, время еще детское, а мы так редко общаемся.

Естественно, время детское! УАлки все, что до пяти утра – еще рано, а с шести – уже рано. Я уверена, она и сейчас еще спокойно спит и встанет только в обед. Коза драная!

Долго сокрушаться у меня не получилось, работу надо работать, а то Викторович так и будет кипеть бешеным вулканом. А мне в четыре кровь из носа надо уйти: бабушке исполняется сегодня восемьдесят пять лет, и вся наша семья собирается у нее дома к половине шестого. Над временем мы спорили долго: одни кричали, что надо ехать в обед, другие просили перенести праздник на субботу, младшие хватались за голову и ныли, что суббота это вообще святое. В итоге папа, как младший сын своей матери, сказал свое веское слово и тетки молча согласились. Ну еще бы, они-то знали, что с Юрием Николаевичем лучше не спорить. А всем остальным пришлось подстраиваться и только мой младший брат, – очень поздний сюрприз от родителей, – восьмилетний Кирюха отнесся к дебатам спокойно. Подумаешь, прогулять последних два урока в школе, делов-то.

Вздохнув и выкинув из головы все лишние мысли, принялась за работу. А то и правда уволит меня, крокодилище!

– Хах! Вот крокодилом Глебку еще никто не называл.

Незнакомый, чуть хриплый голос за спиной заставил меня замереть. Мысли хаотичным хороводом закружились в голове: ворчала я вслух, крокодилом начальника обозвала, видимо, тоже не только в мыслях. А что хуже всего, у моей прочувствованной речи, не предназначенной для чужих ушей, был свидетель. Дурацкий день!

Подхватив нужную мне папку, я стремительно вернулась за свой стол и от всей души хлопнула подшивкой документов об столешницу, вскидывая взгляд на очень раннего посетителя.

– А вы кто и по какому вопросу?

В дверях, прислонившись плечом к косяку и прижимая небольшую запотевшую бутылку с водой к щеке, стоял странный тип. Нет, так-то он, конечно, был обычным: высокий подтянутый мужчина. Волосы чуть взъерошены. На носу солнцезащитные очки, мешающие рассмотреть взгляд утреннего посетителя, на запястье строгие мужские часы, которые никак не вязались с остальным образом незнакомца. Странными в нем были только два момента: пляжные шорты и белая льняная наполовину расстегнутая рубашка. И вроде бы лето на дворе, жара и так далее, но по рабочим вопросам к Глебу Викторовичу в таком виде не ходят.

А значит, можно сделать вывод…

– А я друг Глеба, – повторяя мои мысли, заговорил ранний посетитель, – Роман Сергеев.

Имя мне не сказало ничего, не настолько мы тесно сотрудничаем с боссом, чтобы я знала всех его друзей. Да что там, у нас в офисе даже никто не знал точную дату его дня рождения. Скользнув взглядом по высокой фигуре этого друга, я непроизвольно поморщилась. Стойкий аромат вчерашнего веселья не могли заглушить ни кофе, ни жвачка.

– Поздравляю вас с этим, – поджав губы, постаралась сохранить деловой тон. – Глеб Викторович у себя, сейчас уточню, сможет ли он принять вас.

Очень не люблю пьющих мужчин. Точнее, я попросту боюсь пьяных. Фуу! Так что мое недовольство было вызвано не самим появлением Романа Сергеева, а его неповторимым ароматом.

– Ух ты, какая строгая куколка, – выпрямившись, Роман поднял очки на голову и, прищурившись, улыбнулся мне как кот, только что слопавший крынку сметаны. Куколка, значит? Ну-ну.

Специально погромче цокая каблучками по полу, направилась к двери начальника, а по дороге "случайно" смахнула рукой ту самую подшивку, что не так давно легла на мой стол. Хорошая подшивка, толстая. В папке с твердым переплетом. В общем, шум она произвела замечательный. А тихий страдальческий стон у меня за спиной звучал лучше всякой музыки.

– Мартынова, ты мне офис решила разгромить? – Викторович распахнул двери, а я, кажется, резко побледнела, ведь еще полшага и мой нос уже никогда бы не стал прежним.

– Глеб!

– Глеб Викторович!

В едином порыве воскликнули мы с Сергеевым. Он возмущенно, я не скрывая своего испуга.

– Куколка, ты цела?

Роман быстро подошел к нам, и не обращая внимания на удивленный взгляд друга, развернул меня к себе.

– Руки уберите, будьте так добры! – выворачиваясь из крепкой, но бережной хватки, пропыхтела, стараясь не дышать.

– Ромка, ты что, знаком с моим секретарем?

О-очень интересно, стоило один разочек уснуть на рабочем месте и я уже не помощница, а секретарь? Ладно, сейчас не время показывать, как я возмущена таким отношением "дорогого" шефа, но я запомнила!

– Нет, – тем временем ответил Сергеев и нагло мне подмигнул, – но это не повод бить ее дверью!

Глеб Викторович на секунду прикрыл глаза и протяжно выдохнул:

– Скажи, ты чего вообще с утра приперся ко мне в офис?

– Как это "чего"? – Роман посмотрел на Викторовича. – Мешать тебе работать!

– Ну естественно.

С мученическим видом Алексеев отошел в сторону и кивком головы пригласил друга в кабинет. А стоило тому скрыться из моего поля зрения, как Глеб, глядя на меня, прошептал:

– Держись от него как можно дальше, Мартынова.

Внутренне я взвилась и даже ногой топнула, – да за кого он меня принимает?! – но на лице, я надеюсь, всего это не отразилось и я максимально равнодушно уточнила:

– Вам и вашему посетителю что-то нужно?

Секретарь так секретарь. Мне же проще!

– Анна! – прошипел Алексеев.

– Да, Глеб Викторович?

Немую сцену между нами прервал Роман. Вернувшись к двери, он толкнул Глеба кулаком в плечо и возмутился:

– Так, старик, я долго еще тебя ждать буду? Анечка, – мужчина посмотрел на меня, – сделайте мне очень крепкий и сладкий черный кофе.

– Сергеев, отвали от моего секретаря!

Викторович, развернувшись, втолкнул друга в кабинет, по пути высказывая ему:

– Ты ко мне в гости приехал зачем? Душевные раны зализывать? Вот и давай про них поговорим, а Ане работать надо!

Когда шеф рычит не на меня, он такой забавный. Я каждый раз буквально наслаждаюсь его низким, вибрирующим от сдерживаемых эмоций голосом. Но подслушивать разговор друзей мне совершенно не хотелось, поэтому я решила тихонько прикрыть дверь в кабинет Глеба. Видно же, что им есть о чем поговорить…

– Ууу, какой ты злобный по утрам, – тем временем раздался насмешливый голос Романа, – права твоя секретарша, ты, Глебка, крокодилище!

Зажмурившись, я замерла, не выпуская дверную ручку. Ну что за ужасный человек, а?! Судя по секундной тишине в кабинете, шеф тоже переваривал полученную информацию. А потом его фирменный вопль сотряс стены в приемной:

– Мартынова!

Быстро отойдя от несчастной двери, чтобы не попасть под горячую руку шефа, вдруг он снова решит ее распахнуть, тонким голоском спросила:

– Уволите, Глеб Викторович?

– Сошлю! В Сибирь!

Ого, а это что-то новенькое. Я чуть не спросила про сохранение заработной платы в ссылке, но вовремя прикусила язык. Жаль, что Сергеев Роман не сделал того же.

– О, Глебос, а давай ты ее лучше уволишь?

Таким радостным голосом еще никто не обсуждал мое увольнение!

– Чего-о? – похоже, Алексеев тоже не понял ход мыслей друга.

– Ну а что? Так же всем лучше будет. Она тебе не будет трепать нервы, ты мне не будешь мешать очаровывать такую куколку, Анечка с удовольствием выскажет тебе в лицо все, что о тебе думает. Шикарная же идея, ну!

Надеюсь, этот товарищ приехал в гости к шефу ненадолго и уже в выходные вернется в столицу. Ну бы его нафиг с такими идеями!

– Глеб Викторович, лучше в Сибирь! – не смогла удержаться и высказалась против такого решения.

Нет, в конце концов, терять зарплату и стабильную премию ради сомнительного удовольствия один раз нахамить шефу я категорически не согласна!

Естественно, нормально работать в этот день мы не смогли. Хорошо, что никаких важных встреч на пятницу шеф не назначал, предпочитая в этот день разгребать скопившуюся текучку и подводить итоги рабочей недели. Правда, не в этот раз. Если я между бесконечными просьбами о кофе-чае-перекусить успела просмотреть некоторые бумаги, то Алексеев, видимо, сдался под напором друга уже на втором часу их общения.

– Кофе, Глеб Викторович, – зашла в кабинет шефа, старательно обходя Романа по широкой дуге, – и отчет от Софии Дмитриевны. Письма для рассылки по салонам подготовила, в понедельник утром только свежие цифры вставим. Несколько интересных предложений по рекламе отправила вам на почту. И тут еще, по мелочи, на подпись…

Опустив на стол поднос с двумя чашками кофе, протянула боссу папку с документами. Это он тут бездельничает сегодня, а я, между прочим, работаю в поте лица!

За спиной раздался издевательский присвист и нарочито серьезный голос Сергеева:

– Боже, я сражен до самых пяток. Она действительно работает у тебя, а не просто украшает приемную. Глеб, Глебушка, кажется, я влюбился!

– Ань, придумай чем занять этого неугомонного на пару часов. Мне нужно поработать, – игнорируя реплику своего друга, с максимально серьезным выражением лица попросил начальник.

– У меня есть пазлы на две тысяч деталей, купила для племянницы. Могу пожертвовать.

Нет у меня никакого пазла, мне еще только предстоит купить его. Но не поддержать шефа я просто не могла.

– Оу! Пазлы, а давай, – радостно отозвался Роман, – только мне понадобится твоя помощь. Ты же поможешь мне, куколка? Дадим Глебке поработать, да? Одному мне, видишь ли, усидчивости не хватает, я слишком активный для таких игр.

В первый раз за все время работы на Алексеева я видела на его лице такое растерянное выражение. Глебу Викторовичу, должно быть, очень хотелось послать к чертовой бабушке друга вместе с его шутками, но отчего-то он этого не делал. Раскрыв папку, Глеб молча взял документы на подпись и стремительно оставил свой росчерк в нужных местах.

– Иди, Ань, Ромку ничем не проймешь. Судя по всему, сегодня у нас все же будет короткий день.

Забрав документы, кивнула шефу и с ехидной улыбкой предложила:

– Могу следующий кофе сделать ему с “Форсфо-содой”* для тренировки усидчивости.

Развернувшись, направилась к выходу, краем глаза отмечая, как Сергеев с озадаченным видом полез в телефон.

Когда я закрывала за собой дверь, из кабинета раздалось возмущенное:

– …ять! Глеб, где ты ее нашел? Да я в твоем офисе ни крошки больше в рот не возьму!

Через пять минут в кабинете звучал гомерический хохот шефа, видимо, он тоже выяснил, что за волшебное средство я предложила его другу, а еще через час наш рабочий день подошел к концу. Ну хоть что-то хорошее от визита Сергеева!

_____

* Немного измененное название сильного слабительного.

Глава 4 Глеб

Пятницу, благодаря Ромке, можно считать загубленным днем. Нет, конечно, он набрался терпения и дал мне поработать целых два часа, но я не сделал и половины из того, что должен был. Зато каким-то образом успел побывать в летнем кафе с видом на Волгу, прогуляться по набережной, полюбоваться на то, как Ромыча отшили две студентки, к которым друг решил пристать с глупыми вопросами. Зачем-то съел шаурму, купленную в уличном лотке у продавца с выдающимся кавказским акцентом (она, кстати, оказалась довольно вкусной), а вечером оказался в ресторане-дебаркадере, стоявшем на воде. Как нас туда занесло, не помню, но место мне понравилось.

Кажется, потом мы отправились в боулинг, но играть отчего-то не стали. Зато как два великовозрастных балбеса вдоволь посмеялись над белыми тапками друг друга. Один балбес в шортах, второй в классическом летнем костюме.

– Братан, это был длинный день, прям как в нашем студенчестве, – промычал друг, почему-то закидывая на меня ногу.

– Вали спать в другую комнату, – постарался выгнать захватчика своей кровати.

– Не, там у тебя диван неудобный. Сам вали.

Лениво приоткрыв один глаз, я полюбовался занимающимся рассветом и смирился с тем, что спать нам придется в одной кровати. Шевелиться было откровенно лень.

– Ромыч, ты такой придурок.

– Знаю, но без меня ты бы еще лет пять назад превратился в вечно ворчащего деда.

Пожалуй, тут друг был прав. В нашей компании он был заводилой, я же, как правило, отвечал за здравый смысл и тормозил этого кобеля, когда его несло.

Засыпая, я уже предвидел тяжелое утро, но на самом деле был благодарен другу за то, что он вытащил меня из офиса и заставил расслабиться. Ведь почти за два года жизни в этом городе я в первый раз просто так гулял по нему. Без цели.

– Эх, надо было твою куколку взять с собой, – полусонным голосом пробухтел друг и затих.

"Я не играю в куклы", – мелькнула странная мысль и я наконец-то провалился в сон.

Отчего-то мне снилась работа. Не иначе совесть трудоголика не могла простить прогула. Странный сон, сумбурный. В нем все забавно смешалось: и уборщица Елизавета Алексеевна, которая с чего-то мыла полы руками и гоняла меня мокрой тряпкой, ругаясь, что вечно я ей мешаю. И Людмила, подчиненная Софьи, со слезами на глазах убеждавшая меня, что она сможет работать лучше Мартыновой. И Анисимова, которая зачем-то угрожала мне 1С, если я не прекращу каждый месяц приплачивать своей любовнице. И Анна, смешно морщившая нос и спящая за своим столом. Видимо, эта картина так понравилась моему подсознанию, что даже во сне я не решался разбудить помощницу, а лишь наблюдал за тем, как она спит, отгоняя от ее стола лысого ежика.

– Воды-ы, – пробасила во сне Мартынова, чем повергла меня в шок. – Викторович, принеси воды!

Снова провыла низким басом девушка и от такого несоответствия я распахнул глаза, ровно в тот момент, когда Ромка, будь он неладен, метко выпнул меня с кровати.

Летел я недолго, приземлился жестко, ругался на друга громко и с душой.

– Да чтоб на тебе волки срать уехали в лес дремучий! – закончил я свое утреннее пожелание другу и постарался собрать себя в кучу.

Поднявшись на ноги, посмотрел на время и не сразу поверил своим глазам.

– Мать твою, Ромыч, три часа дня!

Не став слушать нытье Сергеева, что в нашем случае это можно считать ранним утром, достал из комода чистое белье и отправился в душ. С таким другом и врагов не надо, все с ног на голову как всегда поставил, а у меня были планы на сегодня!

– Сергеев, тащись на кухню, я омлет сделал! – спустя двадцать минут пытался дозваться спящего красавца.

Реанимировать Ромыча после загулов было сложно всегда. Вчера его приход в офис через час после меня, да после их с Владом отдыха, можно считать за подвиг. Два дня подряд чуда ждать не приходилось.

– Сергеев!

Разлив кофе по кружкам и разложив омлет, я сел завтракать. Хотя, скорее, уже обедать, если не ужинать. Ромка появился только пять минут спустя, помятый, с всклокоченными волосами и отчего-то в моих спортивных штанах.

Поглаживая живот, он плюхнулся на стул и посмотрел на меня сквозь прищур глаз.

– Терпеть тебя не могу, Глебушка. Дофига ты бодрый по утрам.

– Ешь давай, умник.

Проворчав что-то про несправедливость в мире, Рома принялся за свой завтрак, а я, выждав немного времени, как бы невзначай спросил:

– Так зачем ты на самом деле приехал ко мне?

Ромку всегда проще всего было подловить по утрам, когда он только встал с постели. Главное, поймать нужный момент и можно задавать любые вопросы и быть уверенным: получишь максимально правдивый ответ. Спросишь слишком рано – будешь послан в пешее эротическое, упустишь несколько минут – адрес тот же. Но вот когда с лица еще не сошли следы от подушки, но друг уже начинает функционировать, сохраняя ленивое молчание – самое время. Сегодня проверенный годами метод сработал как швейцарские часы. Сергеев, не прекращая поглощать омлет и даже не отрывая глаз от стеклянной столешницы обеденного стола, не задумываясь ответил:

– Маринка разводится.

Новость, признаться, была неожиданной, но, в общем и целом, оставила меня равнодушным. Переболел, хватит.

– Угу, – не меняя интонаций, продолжил "допрос", – а я тут при чем?

– А на тебя…

Не договорив, Ромка резко вскинул голову и, прищурившись, посмотрел на меня, вилка звякнула о столешницу откинутая пришедшим в себя другом.

– Умный самый, да? Блин, Глебос, знал бы ты, как иногда меня бесишь!

– Ты меня с детсада бесишь и ничего, это не мешает нам с тобой дружить, – отбил его нападение, – так что там с Маринкой?

– А все хорошо с ней, Глебка, просто Мариночка собирается в Самару.

Вот эта новость уже не могла не привлечь внимание. Даже в одной этой фразе я чувствую приближение массы проблем на свою голову.

– На… зачем?

– Официально: в составе проверяющей комиссии, а если брать реальную причину, то твоя бывшая невеста, друг мой, решила открыть на тебя сезон охоты.

– Что-то я сейчас не понял, у нее же там брак по большим деньгам начался, выгодный как ее папе, так и этому… как его, Витьке, короче.

– Виттор, Глеб, Марина просит называть его исключительно так.

– Ну что-то такое там, да – хмыкнул, вспомнив привычку Марины коверкать имена всех окружающих и то, как она обломалась на моем имени, – так куда несчастный делся?

– Почему несчастный? – отодвинув пустую тарелку, Ромка, довольно зажмурившись, отпил кофе. – Умный мужик, смог разделить работу с Черкасовым и личную жизнь с его дочерью. И если со стариком он заключил какой-то там контракт на сотрудничество, то Марину он очень разочаровал.

Ромка вдруг замолчал и принялся молча пить бодрящий напиток, хитро сверкая глазами. Актер, млин, погорелого театра выдерживал мхатовскую паузу.

Закатив глаза, встал и принялся убирать со стола.

Надолго друга, конечно, не хватило, стоило мне домыть сковороду, как он возмутился:

– Даже не спросишь?

– А мне оно зачем? Во-первых, ты рассказываешь совсем не то, о чем я спросил, во-вторых, личная жизнь Марины меня прекратила интересовать еще два года назад.

– Какой же ты зануда, Алексеев!

Вытерев руки полотенцем, кинул им в друга:

– Я знаю, а ты балалайка на ножках!

Сергеев беззаботно расхохотался и вернул мне полотенце назад.

– Только никогда не говори это моим сотрудникам, не подрывай авторитет.

Легко поднявшись на ноги, будто не он еще полчаса назад вполз на кухню с видом умирающего лебедя, Ромка отправился в ванную. Мне же ничего не оставалось, кроме как погрузиться в воспоминания, ища в прошлом ответ на вопрос: "На кой ляд я сейчас понадобился Марине?".

Познакомились мы с ней пять лет назад на стажировке в холдинге ее папы. Правда, я понятия не имел, что девушка с шикарной улыбкой и цепким взглядом дочь самого главного босса. Она честно ходила все три месяца на стажировку месте с нами – счастливчиками, вцепившимися зубами в возможность показать, что они чего-то стоят. Набор новых сотрудников в огромную махину бизнеса, которую создал Черкасов, проводился традиционно один раз в год. Из всех кандидатов выбиралось десять стажеров, всего десять из нескольких тысяч поданных резюме. Естественно, было много этапов собеседований, тестирования, тренинги, проверки – все это отсеивало претендентов на должности в холдинге. В итоге оставалась десятка сильнейших, а в самом конце нам предстояло узнать, что должности всего три. Я не прошел. Оказался за бортом на последнем этапе, но выиграл гораздо больше – вместо того, чтобы сразу занять кресло начальника одного из новых направлений, мне предложили остаться обычным менеджером. Манагер в двадцать шесть? Конечно, да! И дело было не столько в том, что я считал, что там мое место, а в Марине. Она вошла в тройку лучших. Вот только, к сожалению, никто из нашей десятки не знал, что с нами соревнуется дочь Черкасова. Фамилия у нее была другая, относились к девушке так же, как и к остальным, а в остальном – она была одной из лучших. Кто же мог предположить, что за подготовкой яркой, смешливой, очень общительной, но при этом хваткой, упрямой и целеустремленной девушки стоял целый коллектив проверенных сотрудников головного офиса. Маринка блистала и не могла не привлекать внимание. Близко общаться мы с ней стали спустя пару лет, тогда же, после стажировки, она только бросила пренебрежительное: нужно было лучше стараться, если хотел достичь своей цели.

И меня перемкнуло.

Закусив удила, я жил на работе, вставал в шесть утра и ехал в офис, уходил только когда охранники выключали свет. Два года я ступенька за ступенькой карабкался вверх, пока меня не пригласил на беседу Черкасов. Борис Вениаминович был немногословен, задал пару вопросов, пролистал мое личное дело и прямо спросил:

– Хочешь стать замом начальника отдела развития?

Хотел ли я? А кто не хотел теплое место с шикарными перспективами под своим задом?! Конечно, я ответил согласием и через месяц занял кабинет недалеко от кабинета Марины.

Вот тогда-то и возобновилось наше общение. Только стало оно более ярким и тесным. Очень тесным. Сначала вспыхнула страсть, а уже потом пришли чувства.

Ко мне пришли, к Марине, как позже выяснилось, чувства вообще не заглядывают. Перспективный, молодой, успешный – за эти качества выбрали меня. Виктора выбрали за красивый счет в банке и возможность им пользоваться. Вот тогда-то я и узнал, с чьей дочерью собирался связать свою жизнь. Борис Вениаминович, зная свою дочь, прямым текстом сказал, что работать, находясь в непосредственной близости от Марины, у меня не выйдет. Не даст она мне нормально работать, но и терять опытного сотрудника Черкасов не хотел, поэтому и предложил возглавить "Реал-Авто" в Самаре. Все еще являясь шестеренкой в большом механизме холдинга, я уехал зализывать раны и изучать новое для себя направление. Кольцо было первым, что я выкинул на самарской земле. Просто пошел в туалет по прилете, а вышел из кабинки, избавившись от небольшой коробочки.

– Глеб, ау! – ворвался в мои воспоминания голос друга.

– Ум? – сосредоточил взгляд на чуть влажных волосах Ромки. – Прости, задумался.

– Да я так и понял. Слушай, короче, Маринка разочаровалась в выгодном браке и решила, что с тобой ей было лучше. Мы пересеклись с ней на вечеринке у общих знакомых и мадам была пьяна, поэтому поведала мне много интересного. Но раз тебя ее жизнь не волнует, то в сухом остатке мы имеем следующее: к тебе посылают комиссию с проверкой. Вроде как у вас там это нормальная практика. И Ланская входит в состав этой самой комиссии. Только если кто-то из них действительно едет работать, то Маришка едет с одной целью – вернуть тебя.

Вот вообще не вовремя! Забарабанил пальцами по столешнице и посмотрел в окно. Там ярко светило солнце, деревья лениво шевелили листьями и наглый голубь важно вышагивал по подоконнику моей лоджии. А над моей головой сгущались тучи. Проверки и правда были обычным делом, но, как правило, проводили их осенью, ближе к концу года, или, наоборот, в феврале – когда уже были сведены все данные за год.

– Когда они приезжают? – это был самый главный вопрос, фантазии бывшей меня мало волновали, а вот комиссия…

– Так на этой неделе, Глебка! Я че к тебе рванул то, бросив все свои дела!

Ромка так натурально возмущался, что я даже мог бы поверить. Вот только я знал своего друга как облупленного. А уж телефоном он умел пользоваться просто виртуозно, найти мой контакт и нажать на зеленую кнопку – действие, доведенное до автоматизма. Хмыкнув, предложил ему парочку вариантов:

– Например, у тебя отпуск и ты решил проведать старого друга. Ну и Лола хорошенько потрясла твой кошелек и тебе нужна передышка перед новой блондинкой.

– Я что, похож на идиота, который сопли размазывает из-за несложившихся отношений? – нахмурился Сергеев. ‐ Встретились, потусили, посовокуплялись, сделали друг другу приятные подарки: я пару побрякушек, она ртом, и все. Всем спасибо, все было супер. Следующая.

Ой дура-ак. Слушая этот безумно надоевший за последние годы монолог, я даже подпер щеку рукой. Давай-давай, соловей, заливай мне тут про свое каменное сердце.

– В общем, я понял, – прервал разошедшегося друга, – ты сюда приперся только ради хлеба и зрелищ.

– Я даже хотел попкорн с собой захватить, но решил, что его и тут можно будет прикупить.

Ромка без зазрения совести покивал с умным видом и, отвернувшись от меня, включил чайник.

– Меня только куколка твоя беспокоит.

Удивленно посмотрел на Сергеева и даже не сразу понял о ком речь.

– Мартынова-то при чем?

Ромыч кинул на меня такой сочувствующий взгляд, что я почувствовал себя полным кретином.

– В том то и дело, что девушка ничего плохого не делала, а Маринка твоя ее сожрет с потрохами.

Слова друга заставили задуматься и пальцы снова пришли в движение, выбивая бодрую дробь на столе. Кое в чем Сергеев был прав.

– Во-первых, Анна не моя "куколка", а во-вторых, Маринка сломает об нее зубы. Но ты прав, Мартынову действительно придется уволить, чтобы офис не превратился в место военных действий. Я ни за что потом Черкасову не докажу, что его дочь пострадала без моей помощи.

– О, круто! Возьму Анютку под свое крыло и мы вместе посмотрим, как ты будешь отшивать стерву. Может, и сблизиться успеем за это время.

Бросил хмурый взгляд на веселящегося друга и мысленно чертыхнулся. Как же все это не вовремя! Интересно, что заставило Марину думать, что у нее что-то может получиться? Покрутив эту мысль в голове, понял: на самом деле мне это было вообще не интересно. Больше всего меня сейчас волновало, как уволить Анну, оставив ее при этом своим помощником?!

Глава 5 Аня

Понедельник пришел ко мне непозволительно рано вместе с бодрым голосом мамы:

– Вставай, обезьянка, тебе на работу пора.

Стянув с глаз повязку для сна и щурясь на утреннее солнце, я посмотрела на будильник.

Ма-ать моя женщина, это чем же я думала, оставаясь на выходных у родителей? В родовое гнездо потянуло? Посидеть в беседке, посплетничать с мамой? Ну молодец, что уж. А теперь давай, Анютка, вставай в шесть утра! Шесть, мать их, часов утра!

– Ма-ам, рано же! – прохныкала, зарываясь в подушки.

– Вставай давай, тебе через весь город по утренним пробкам ехать!

Попу обжег удар, кажется, это было полотенце, а из-под головы у меня самым наглым образом выдернули подушку.

– Мартышка, мы через час выходим из дома, у тебя есть шанс доехать до работы с отцом. Он в центральный офис сегодня едет, сделает небольшой крюк ради тебя.

Лежа на животе, я еще взвешивала, стоит ли поездка с папой лишнего часа сна, но выбора мне не оставили.

– Нютка, иди сюда, мне твоя помощь нужна, – от дверей спальни послышался спокойный папин голос.

Папе отказать просто невозможно, даже если он будет шептать, а ты лежать трупом после выпускного в институте, все равно встанешь и, собирая все косяки на своем пути, пойдешь на его зов. Как он это делает? Загадка!

– Па, что хотел? – обняв широкие родительские плечи, прижалась к отцу со спины.

– Налей мне чай, а?

– Юрий Михайлович, вы хитрец! – возмущенно хлопнула ладонью по мужскому плечу.

– А ты сплюшка, – хохотнул отец, – но это не мешает нам друг друга любить. Ну правда, сделай, а? Лень самому, а мать уже ускакала красоту наводить.

– Угу, то есть душ уже занят, ясно-понятно.

Подойдя к кухонным шкафам, достала банки с сушенной травой. Чуть-чуть чабреца, немного мяты, капельку душицы и черного листового чая, все залить кипятком и дать настояться.

– Держи, – поставила перед папой небольшой заварник, – пойду тоже умываться.

Стараниями родителей на работе я появилась в восемь утра.

Идя по пустым коридорам, мне не оставалось ничего, кроме как ругаться. Легкий летний сарафан, который лишь с натяжкой можно было назвать офисным, кружился вокруг ног, веселя меня нежным акварельным узором цветов. Вот только настроение не поднимал ни он, ни жаркое солнце на улице, ни даже вероятное удивленное выражение лица Глеба Викторовича, коим он обязательно встретит меня на рабочем месте. Я хотела спать!

Открыв приемную, в первую очередь отправилась поливать цветы и распахивать окна: хоть немного свежего воздуха впущу, прежде чем придется включать кондёры. Кстати, о них!

– Артем, утра бодрого, – набрала я номер Андрейченко, – сколько тебе надо времени, чтобы поменять сплит-систему в кабинете моего шефа?

Поговорив с рукастым парнем, договорилась, что через десять минут он уже будет тут. Как выяснилось, работы там на полчаса максимум, так как проблема в самой технике, а не в этих всех трубках, трассах и еще куче странных для меня слов. Так что к приходу шефа есть шансы все это сделать и не пытаться найти окно в расписании Глеба, когда его не будет в офисе, а я останусь здесь. Устроим начальнику сюрприз!

Оказалось, если прийти на работу на час раньше, можно успеть многое сделать. Подготовить документы на подпись, выдернуть из обменника данные по продажам в салонах и внести их в таблицу, провести мониторинг конкурентов – что интересного появилось у них и чего не появилось. Даже посплетничать с Верой Ивановной, обсудив с ней босса-крокодила. Без пяти девять я, ежедневная папка с документами и кофе из кофейни уже готовы были встречать шефа с бодрой улыбкой на лице.

Когда в дверь вошел Глеб Викторович и замер посреди приемной, неверяще глядя на меня, я чуть не рассмеялась, но переведя взгляд за его плечо, не сдержала возгласа:

– Ух ты, ёжкин кот, глазам не верю!

За спиной Глеба стоял Роман. Ну я почти уверена, что это был тот самый Роман, а не его брат-близнец в строгом летнем костюме, в светлой рубашке и с серьезным взглядом светлых глаз.

– Мартынова, я в шоке, – Глеб Викторович шагнул ближе к моему столу и заскользил взглядом сначала по мне, потом по подготовленным папкам и споткнулся на трех стаканах кофе.

– Да и я немало удивлена, если уж быть честной, – я все никак не могла отвести взгляд от Сергеева, недоумевая, как он мог так сильно измениться за пару дней.

– Куколка, если ты продолжишь так пристально меня рассматривать, я ведь решу, что интересен тебе и перейду к активным действиям!

Заулыбавшись, Роман мне подмигнул с самым хулиганским видом, и я смогла успокоиться – нет, его никто не подменил и это точно не его улучшенная копия.

– Мартынова, – как-то неожиданно задумчиво протянул Глеб, – давай через пять минут у меня в кабинете чтобы была, а через двадцать пусть подойдет Вера из кадров.

Напрягла память в попытке вспомнить, не должны ли у нас произойти пертурбации кадров, но вроде нет, все было спокойно.

– Что-то случилось, Глеб Викторович? – поймала я его вопросом уже в дверях кабинета.

– Нет, – поспешил вставить свое веское слово Сергеев, – увольнять тебя будут.

Сказал и довольный собой первым скрылся в кабинете шефа, утянув того за собой, а я так и замерла на месте, не веря в то, что услышала.

– В кофе ему, что ли, плюнуть, – нахмурив брови, сверлила взглядом закрытую дверь, – шутник фигов!

Конечно, настроение после таких шуток, – надеюсь, что это была всего лишь шутка! – было испорчено, но рабочий день уже начался, поэтому подняв трубку, предупредила Веру, что Викторович ждет ее через двадцать минут, и направилась в логово крокодила.

Вот чего я совершенно не ожидала, так это первых слов шефа, произнесённых недовольным тоном, стоило мне только шагнуть в кабинет:

– Мартынова, а что ты так рано делаешь на работе?

Чуть не споткнулась от постановки вопроса. Я вот что-то не поняла, босс недоволен тем, что я пришла вовремя?

– У родителей ночевала, – ответила, пристраивая поднос с кофе на столе.

– Хм, может, вам стоило бы переехать к ним.

Задумчивый взгляд скользнул по моему небрежному пучку на голове, немного легкомысленному сарафану и сандалиям на плоской подошве. После того, как осмотр закончился, Викторович чуть поморщился и выдал:

– Хотя лучше не надо.

"Ну знаете ли!" – мысленно фыркнула. Мне многое хотелось сказать крокодилу на это его "лучше не надо", но рабочий день уже начался и все, что я могла себе позволить, это чуть более резко положить папку с документами перед шефом. Судя по изогнутой брови, Викторович мой посыл уловил. Вот и чудненько.

– Что-то еще, Глеб Викторович?

– Да, Ань, присядьте, есть разговор, – крокодилище повернулся в сторону Сергеева, который все это время молча стоял у окна и обратился уже к нему: – Ром, выйди.

– Алексеев!

– Давай‐давай, это рабочие моменты, нечего тебе тут уши греть.

Роман закатил глаза, что-то тихо прошипел себе под нос и ленивой походкой направился к выходу.

– Знаешь, Глебка, когда-нибудь я тебе отомщу, – естественно, молча уйти он не мог.

– Иди-иди, сегодня устроить цирк в моем офисе у тебя не выйдет.

Добродушная усмешка на лице шефа заставила меня удивленно моргнуть: он и так умеет? Нет, Глеб Викторович, конечно, не был сухарем и демонстрировал разные эмоции, но вот такой мягкой улыбки я не видела ни разу. С таким лицом обычно родители смотрят на расшалившегося ребенка.

– Итак, Анна Юрьевна, у меня для вас две новости, – стоило закрыться двери за спиной Сергеева, как Глеб сразу перешел к делу. – Первая, я хочу вас уволить. Вторая, предлагаю устроиться ко мне на работу личной помощницей.

***

Выслушав этот невероятный бред, не смогла сдержать порыв, продиктованный беспокойством, и, протянув ладонь, дотронулась до лба Глеба Викторовича.

– Вы себя хорошо чувствуете?

Болеть Викторовичу нельзя никак, полугодие закрываем и без его чуткого руководства, боюсь, все здесь превратится в полный бедлам. Естественно, я волновалась, мои хрупкие плечи беготню от квартиры шефа до офиса и бесконечные телефонные звонки не выдержат. Знаю, проходили. Как-то раз Алексеев имел неосторожность отравиться. Целых два дня моя работа напоминала филиал ада.

– Мартынова, – Глеб перехватил мою ладонь и убрал от своего лица, – я серьезно предлагаю вам работу своей помощницей, но не в "Реал-Авто".

От такой новости мне срочно понадобилось присесть.

– Вы уходите?

– Не сейчас, но да. В планах на этот год это есть.

– А как же…

Глеб потер лоб и перебил меня:

– Ань, сейчас складывается не очень хорошая ситуация. К нам на этой неделе, как выяснилось, собирается приехать комиссия с проверкой.

– Так сейчас самая жо… мм, простите, неразбериха творится, какая проверка? Отчеты не сформированы, таблицы не сведены, данных не хватает, в документах тоже еще не все разобрали!

– Я знаю, поэтому и хочу обезопасить вас. Дело в том, что в составе комиссии приедет…

– Да невеста там его бывшая едет, Анют, – голос Сергеева был последним, что я сейчас ожидала услышать. Но признаться, слова Романа привлекли внимание. – Вы тут еще два часа будете обсуждать и объяснять, извини Викторович, терпение не мой конек.

– Сергеев!

– Ой, да отстань, кофе лучше выпей.

Полностью игнорируя недовольство Глеба, Роман обошел стол и устроился напротив меня.

– Комиссия – это не самая главная ваша проблема. Если захотят, они не найдут у вас вообще никаких проблем, а если очень захотят, то найдут к чему придраться в любое время и даже если у вас тут будет все идеально. Но дело в том, что Марина, это его бывшая невеста, едет сюда с определенной целью. А так как эта девушка не любит отказов и не терпит конкуренции, она будет лютовать. В первую очередь стервозный характер узнают все девушки в вашем офисе.

– Это значит все, кроме Глеба Викторовича, охранника и курьера!

Новости, свалившиеся на голову, были… Странные.

Нет, я все понимала, конечно, ну насколько хватило моей фантазии, но никак не могла понять, как со всем этим связано мое увольнение. Вот это-то и решила выяснить в первую очередь:

– А я-то тут при чем?

– Да стоит услышать Маринке Глебовское "Марррртынова", – смешно передразнил Роман своего друга, – и она тебе тут же подсыплет мышьяка, на всякий случай. Конкуренцию, говорю же, она не терпит.

– Ромка! Ань, не слушайте его. Все намного проще: Марина действительно не любит отказы. И если причины ее сюда приезда именно таковы, как утверждает мой источник, – в этот момент тот самый источник засверкал как медный таз, не оставляя сомнений, кто тут главный носитель информации, – то, вероятнее всего, после этой проверки мне придется увольняться. Да, раньше, чем собирался, но все же. И сейчас нужно сосредоточиться на работе, делая все быстро, четко, без лишних вопросов. Так, как умеете вы. И я сейчас не про работу в "Реал-Авто". Тем более Ромка прав в одном, у меня нет гарантии, что во время проверки вас и еще нескольких сотрудниц офиса не попытаются уволить по каким-то надуманным причинам.

Кажется, умение думать и действовать быстро и четко сегодня у меня дало сбой. Потому что я никак не могла понять, что мне пытаются донести двое мужчин.

– Глеб Викторович, а давайте более конкретно и доходчиво: что вы от меня хотите?

– Я хочу предложить тебе работать на меня. ООО "Алек‐СО" ни о чем вам не говорит?

Подняв в памяти архивы с названиями фирм, с которыми мы сотрудничаем, смогла вспомнить:

– Это та фирма, которая хочет выкупить участок земли недалеко от двух наших салонов на Мехзаводе?

– Умница, да она самая и…

– Им же вроде отказали в муниципалитете?

– Да нет, денег они там больше хотели просто, на этой неделе должно прийти одобрение на сделку.

– А как же мы? Вы же вроде говорили, что место было бы очень удобным для комплекса с монтажом, ремонтом, мойка там, ну вот все вот это.

– Вот мы с вами будем там строить что-то подобное. А если не там, то есть еще парочка участков на примете.

– Глебос, мне кажется или ты хочешь, чтобы клиенты салонов "Реала", приходили к тебе за всякими мелочами, пополняя счет не компании, а твой?

Роман восхищенно присвистнул и почесал подбородок.

– Не, Глеб, фигня идея – в любом салоне есть мойка и можно заказать детали у дилера. Лучше другое место.

– Ром, отвали, ты не совсем в курсе моих планов. Точнее, совсем нет, да и Аня на данный момент тоже.

И тут я наконец-то поняла! Странно, что так долго соображала очевидную вещь: Глеб и был "Алек-СО", и именно он старательно вставлял палки в колеса "Реалу" в покупке той земли.

– Глеб Викторович? – пришлось прервать перепалку друзей. – Вы хотите оформить меня в ту фирму?

– Да, если ты согласишься, – повернувшись ко мне, Глеб кивнул.

– А проверка, вы тут один?

– Нет, оформим договор аутсорсинга, и вы будете продолжать работать здесь на прежней должности, вот только уволить вас не сможет даже сам Черкасов. Точнее, они смогут отказаться от ваших услуг в "Реале", но вы останетесь моим сотрудником.

Интересная схема, мне в принципе все стало понятно, кроме одного:

– А работать я буду и по делам "Алексо"?

Глеб не достиг бы таких успехов в делах за столь короткий срок, если бы не был умным мужиком:

– Зарплата, естественно, у вас будет выше.

Растянув губы в широкой улыбке, я согласна кивнула:

– Ну разве я могу отказаться от столь щедрого предложения!

Ровно в тот момент, когда мы с Викторовичем пожали друг другу руки, дверь в кабинет шефа приоткрылась и заглянула Верочка:

– Глеб Викторович, вызывали?

– Да, проходите. Анна, Роман, оставьте нас одних, – кивнув нам с Сергеевым на выход, крокодилище не забыл добавить: – Анна Юрьевна, через час жду вас для подписания нового договора.

И богом клянусь, мне показалось, что Глеб мне подмигнул! Нет, вставать в шесть утра мне категорически противопоказано!

Нужно отдать Викторовичу должное, за тот час, пока Роман отвлекал меня от работы, он успел не только уволить меня прошедшей пятницей, по собственному желанию, между прочим! Так еще и составить договор о найме и договор аутсорсинга. Впрочем, тот был довольно типовой. Подписав все необходимые документы, я почти успела почувствовать себя очень везучим личным помощником крокодилища с весомо подросшей зарплатой, но мне помешало начавшееся паломничество в приемную. И ладно бы это были посетители Глеба, так нет же! Под разными предлогами ко мне стали приходить наши же девчонки с одной целью: выяснить, правда ли я увольняюсь и кто будет теперь вместо меня.

Некоторые выглядели искренне расстроенными, другие же еле сдерживали радостные улыбки и бросали хищные взгляды на двери кабинета Глеба. Вторых, кстати, было больше. Это заметил и Роман. После ухода очередной охотницы за местом личной помощницы босса, Сергеев с тихим смешком подошел к моему столу и пристроился на углу, спиной к входной двери.

– Да уж, красотка, любят они тебя, конечно…

Договорить Роман не успел, как и отреагировать на мое кислое выражение лица. Из коридора раздался уверенный перестук каблуков и в приемную зашла красивая брюнетка с высокомерным выражением на симпатичном лице.

– Кто кого тут любит? – спросила она с таким видом, будто была уверенна, что любить, кроме нее, больше никого нельзя. Впрочем, не удивлюсь, если она именно так и думала.

– Глебка любит Анютку, вот.

Слова Сергеева произвели эффект взорвавшейся бомбы. В помещении вдруг стало слишком тихо, на мне сфокусировался взгляд посетительницы, ее губы презрительно скривились, и девушка задрала подбородок.

– Алексеев у себя?

Незнакомка вроде бы и задала вопрос, но уверенно шагнула в сторону кабинета шефа. Вот только я тут тоже не просто так сижу.

– Глеба Викторовича сейчас нет. Вы по какому вопросу, что ему передать?

Видимо, то, что я вообще посмела заговорить, очень не понравилось посетительнице.

– А это, Анют, между прочим, бывшая твоего Глеба.

Не моргнув глазом, продолжил нести чушь Роман. Желание пнуть его стало почти непреодолимым, но из кабинета вовремя вышел Глеб. Которого вроде как нет на рабочем месте, да.

– Ань, если не сложно, закажи сегодня обед в офис, покушаем здесь, нужно обсудить… Марина?

Викторович держал в руках папку с отчетами за предыдущий месяц со сравнительной таблицей и только поэтому не сразу заметил брюнетку. Зато она его увидела моментально и уже успела кинуть на меня злой взгляд, но стоило Глебу обратить на нее внимание, как на место высокомерной стервы пришла ласковая кошечка: с мерцающими глазами, мягкой улыбкой, низким голосом и плавными движениями.

– Глебушка, как я рада тебя видеть!

Не обращая больше на нас с Сергеевым внимания, Марина подхватила под локоть шефа и потянула его в кабинет.

– Пойдем к тебе, нам есть о чем поговорить! – не прекращала змеища тянуть босса от нас подальше.

Глеб тоже это заметил и скривил губы в понимающей усмешке.

– Обязательно поговорим, – он распахнул дверь шире, пропуская Марину внутрь, а сам выразительно посмотрел на Романа и закатил глаза.

– Ань, обед не забудь, хорошо? Работы сегодня будет много.

– Сделаю.

Получив подтверждение на свою просьбу, Викторович скрылся за дверью, а я наконец-то смогла с чистой совестью спихнуть Сергеева со своего стола.

– Что ты нес? Какая любовь, какой "мой Глеб", с ума сошел?!

Нет, ну поверить не могу, что он не понимает, что двумя короткими фразами умудрился нарисовать у меня на лбу мишень.

– Куколка, честное слово, это я от неожиданности!

Роман, пытаясь сдержать, смех отошел от моего стола на пару шагов и поднял руки вверх, видя, что я беру степлер.

– Допустим, в первый раз это и было от удивления. Но "мой Глеб"? Серьезно?!

Ругаться шепотом было неудобно, но эмоции бурлили, не давая покоя, а широкая улыбка Романа раздражала неимоверно!

– А второй раз… Анька! У меня гениальный план!

Подлетев к столу, Роман неожиданно перегнулся через него и, звонко чмокнув меня в щеку, пошел к кабинету Глеба.

– Все, куколка, никуда не уходи, я сейчас все устрою!

Я даже сказать ничего не успела, как Сергеев с громким "Ребята, а я к вам", закрыл за собой дверь.

– Господи, избавь меня от идей этого мужчины, – с тихим стоном я опустилась на свой стул.

Сердце сильно стукнуло в ребра, выражая надежду "авось пронесет", но интуиция упорно кричала: "Беги, глупая, не пронесет точно".

Да лучше бы я сегодня опоздала и утро началось с криков Глеба. Кажется, традиции лучше не нарушать!

Глава 6 Аня

Целых два часа из кабинета то и дело слышался веселый женский смех. Слишком наигранный, на мой взгляд.

– Бу-бу-бу, ха-ха-ха, бу-бу-бу, ха-ха-ха, – ворчала я себе под нос, с остервенением орудуя дыроколом.

Опять Викторович не может нормально работать, потому что его кабинет оккупировали друг и бывшая девушка, а я тут вынуждена отбиваться от местных сплетниц и звонков шефу, который "очень занят и сейчас не может вам ответить". И вроде бы все было в рамках моей работы, но почему-то сегодня особенно сильно раздражало!

– Анют, можно к тебе? – в дверь заглянула Софья, и убедившись, что в приемной я одна, продемонстрировала кружку с забавным рисунком. – Как насчет чая?

– Господи, ну хоть один добрый человек в нашем офисе есть!

Отложив в сторону дырокол, распахнула увесистую папку и добавила туда новые документы.

– Сейчас, Соф, подожди две минуты.

Огненно-рыжая Лебедева с понимающей улыбкой кивнула и уперлась плечом в дверной косяк.

– Что, лютует сегодня шеф?

В этот момент из кабинета крокодилища снова послышался женский смех, и я не смогла сдержать гримасу отвращения.

– Нет, у него посетители. Внеплановые!

Удивленно вскинутые брови Софки меня позабавили и я, подхватив со стола переносную трубку стационарного телефона, рабочий планшет и свою чашку для чая, направилась к ней.

– Идем скорее, мне нужен перерыв!

Предупреждать Викторовича о том, что меня не будет на месте минут двадцать, не стала, ему все равно некогда, а мне трудовым законодательством положены перерывы каждые два часа. Жаль, что эти неиспользованные минуты не переносятся как отпуск. За полтора года у меня там скопилось этих перерывов на месяц отдыха. И это если не считать часов переработки! Если вдруг боссу понадобиться чай-кофе-вода, он в состоянии сам его сделать, или попросить Романа, а еще лучше свою темноволосую стерву! Ууу, как же она мне не понравилась. Вот начиная от презрительной гримасы и до того полного превосходства взгляда, которым она меня окинула, когда заходила к Глебу в кабинет. Раздражает!

От последней мысли, пришедшей в голову, я даже замерла в коридоре. Это что же получается, мне не нравится, что шеф общается со своей бывшей невестой? Да ну, бред же! Это все Сергеев с его "твой Глеб", разве можно такие вещи говорить девушкам? Мы же подсознательно начинаем примерять эту ситуацию на себя, даже несмотря на то, что кто-то просто пошутил. Я вообще Викторовича никогда не рассматривала как потенциального моего мужчину.

– Анют, ты чего там застряла?

София оглянулась, останавливаясь рядом с дверью в небольшую кухоньку. Помещение, где сотрудники могли выпить чаю или разогреть свой домашний обед, посплетничать или провести экстренное неофициальное совещание. Последнее часто собирала Анисимова, чтобы было легче узнавать, а главное, распространять новые слухи и сплетни.

Тряхнув головой, прогоняя оттуда дурные мысли, поспешила к Софке, надеясь, что нам с ней никто не помешает спокойно посидеть.

– Да вспомнила, что еще не заказала обед для босса, но, думаю, мы с тобой с этим справимся, – подмигнув приятельнице, уверенно толкнула дверь в кухню. – Может, и нам что-нибудь заказать?

Софийка, поставив кружку на стол, пошла включать чайник, а я, пристроив свою ношу, поспешила достать печенье.

– Есть повод что-то отпраздновать или, наоборот, оплакивать будем?

Посмотрев через плечо на рыжую язву, показала ей язык.

– Я так понимаю, Вера таки успела поделиться новостями со всем коллективом?

– Нет, – весело хохотнула Софа, – Вера рассказала только Анисимовой, а вот она…

С тихим стоном я спрятала лицо в ладонях, да уж, на что способна Зоя, все были в курсе, как и о том, что я ей как кость поперек горла. Шутка ли, каждый месяц видеть мою зарплату и размер премии, выплачиваемой щедрым шефом!

– Ну и что я должна знать? – спросила, открывая доставку из одного небольшого ресторанчика, чью кухню так любил Глеб Викторович.

– Предположений, на самом деле, несколько, – Лебедева, поставив чайник, устроилась рядом со мной и заглянула в планшет. – Ммм, стейк из форели, может, и правда заказ сделать, что думаешь?

– Да без проблем, это хорошее место, у них всегда все свежеприготовленное, а не заморозка. Так что думай, пока я шефу собираю обед. Кстати, подожди минутку.

Отложив планшет, взяла телефон и быстро набрала сообщение Глебу:

"Глеб Викторович, обед заказывать на сколько человек?".

Ответ пришел стремительно и состоял всего из одной цифры "3".

Ну ясно-понятно, они там пообедают, а бедная помощница здесь поголодает. Дудки, дорогой начальник, я тоже хочу сегодня вкусно поесть, а не бежать в магазин за салатом.

– Так что там за предположения? – получив ответ, вернулась к прерванному разговору.

– Ты не поверишь, они прямо противоположны. После того, как Зоя радостно сообщила всем, что тебя уволили, половина народа уверена, что ты как любовница надоела Глебушке, а вторая половина коллектива утверждает, что ваши отношения вышли на новый уровень и Глеб просто не хочет, чтобы его женщина работала. Сказать, к какой половине относится Анисимова?

– А то я не знаю, – махнула рукой в сторону Софки, – она возглавляет тех, кто уверен, что я в этом месяце плохо отработала в интимной сфере. Ты-то к какому лагерю примкнула?

Сформировав заказ, я подняла взгляд на Лебедеву. Софка была знатным троллем, и я уверена, успела повеселиться, подливая масла в огонь и выдвигая самые безумные идеи. Вот они бы с Романом быстро нашли общий язык!

– Да ну их, как дети малые, если им сказать, что ты беременна от Викторовича и поэтому уходишь, они и в это поверят! Так что я бы не против была услышать правдивую версию.

– Ой, да какая версия, никуда я не ухожу. Начальник сделал мне предложение, от которого я не смогла отказаться…

За кружкой ароматного чая я в общих чертах рассказала Софке про предстоящую проверку и то, что теперь работаю по договору аутсорсинга.

Софийка, хихикая, слушала меня, а в конце выдала:

– Ну, в принципе, коллектив-то не так уж и не прав, Глебушка наш и вправду решил позаботиться о своей женщине.

– Да иди ты! – состроила я кислую моську.

Нет, они сегодня что, сговорились? "Твой Глеб", "его женщина", так ведь и поверить можно в этот бред!

– Да ладно, не злись, Анют, ты девушка целеустремленная, красивая, если бы захотела, давно была бы при муже и с дитем. Так что не мешай старой Софе забавляться, – Софка состроила жуткую мину, видимо, изображая из себя вредную старушенцию.

– Диван ты старый, а не софа, и совести у тебя нет, – рассмеялась я над потугами приятельницы выглядеть нелепо, – вот напугает тебя сейчас кто-нибудь и будешь вот такой "красотой" мужа дома соблазнять.

В ответ в меня полетела кем-то забытая на столе скрепка, а по комнате зазвенел легкий смех Софии.

– Ты мне лучше расскажи, что за брюнеточка пришла к шефу? Такая цаца по коридору вышагивала, еле сдержалась, чтобы подножку ей не подставить. Случайно, естественно.

Представив себе эту картину, я самым натуральным образом хрюкнула от сдерживаемого смеха. Да кто бы не хрюкнул, с чаем во рту?! Софийка восприняла мою реакцию по-своему и пустилась в рассуждения:

– Ну а что, вот представь себе, идет она такая вся красивая по коридору на своих шпильках с красной подошвой, нос задран, губки уточкой, на моське брезгливость как будто она не по коридорам офиса идет, а в общественный туалет зашла, и тут я, такая вся внезапная! И вот эта красотка уже лежит на полу, туфли висят на ушах, нос еще более задран, а "уточка" превратилась в жопку обезьянки, представляешь?! Да за такой апгрейд еще можно было бы и доплату брать! "Сделаем вас самой модной кисой, без хирургического вмешательства. Метод от тети Софы". Анька, ну что ты ржешь? Я же озолочусь!

А я смеялась, да так, что, наверное, меня было слышно в каждом кабинете родного офиса. Но остановиться я просто не могла: воображение очень ярко проиллюстрировало картину, описанную Софой.

– Софка, ты чудовище, – кое-как смогла выдавить несколько слов между приступами неудержимого смеха, – я же тебя чаем чуть не облила.

– Вот это ты зря, Нютик, я же свой метод потом на тебе могла бы испытать, – с невозмутимым видом Софа убрала несуществующую пылинку с плеча, – и давай будем откровенными, тебе жопка вместо губ не пошла бы. Так ты знаешь, кто такая деловая к нам пожаловала?

– Угу, – хмыкнула, представив, как отнесется к новости приятельница, – успели просветить, так сказать. И таки знаешь шо я имею тебе сказать?

– Ого, ты вдруг заговорила как одесситка, чую, дело дрянь.

– Таки да, ибо если бы ты проапгрейдила эту дамочку, то, скорее всего, тебя уволили бы. Видишь ли, Соф, это бывшая нашего Глеба, по совместительству она входит в состав проверяющей комиссии. Делай выводы.

Лебедева тихо присвистнула и с наигранным страхом посмотрела на входную дверь кухни.

– Господи, чуть карму себе не испортила, Вадька бы меня не простил.

– Муж-то твой при чем? – не очень поняла ремарку Софки.

– Да этот засранец поспорил с другом, что я в принципе не настолько неадекват, как тот думает, и спокойно могу прожить месяц без приключений на рыжую голову.

Да уж, семья у Лебедевой была той еще. Она – мадам сарказм, муж – тролль, а сын-подросток собрал в себе все лучшие качества родителей.

– И как? Справляешься? – искренне поинтересовалась.

– С трудом, Анют, неделя еще осталась. Но потом я иду в отрыв, мне за два месяца отрабатывать надо, знаешь ли! – задорно фыркнув, Софка вернулась к интересующей ее теме. – Так, значит, вот какие дамочки нравятся Глебушке? Ну тогда понятно, почему все потуги наших гадючек тонут в молоке, уровень у них не тот. Вообще не тот. И слава богу, скажу я тебе, а то давно бы сбёгла из такого дурдома.

Хрустнув печенькой, согласно кивнула – работать в коллективе, состоящем из вот таких мадам, я бы тоже не смогла, мне хватает клонированных директоров наших салонов. Вот они больше всего подходят под рамки вкуса шефа. Ну, если судить по Марине. Бррр.

– Знаешь, Соф, не дави на мозоль, ты ее только в коридорах будешь видеть, а мне предстоит в такой компании пережить проверку.

Я уже хотела рассказать о подвигах Сергеева и как он меня подставил парой фраз, но тут запиликал мой телефон.

"Мартынова, кажется, ваш перерыв уже компенсировал ранний приход на работу, может, теперь принесите мне кофе?" – сообщение шефа так и сочилось ядом, а мне ничего не оставалось делать, кроме как, тяжело вздохнув, подняться из-за стола.

– Я так понимаю, твое время вышло, рабыня Изаура?

– Угу, хозяин вызывает!

Обменявшись с Софией улыбками, подхватила свои вещи и поспешила на рабочее место, хватит, отдохнули, пора за работу.

В приемной меня поймал Сергеев. Обхватив рукой мои плечи, он с самым серьезным видом зашептал:

– Куколка моя, где тебя носит? Я же не успею тебе всего объяснить!

– Чего объяснить? – прошипела, пытаясь скинуть с себя наглую конечность. Впрочем, безрезультатно.

– Да уже ничего, – не обращая внимания на мои потуги, Роман забрал из моих рук планшет и телефон, небрежно положил их на стол, – поэтому твоя задача сделать добродушное лицо и подыграть Глебу.

– Глебу? Подыграть?

Господи, что несет этот невозможный мужчина?

– Аня, не тупи, ты умная девушка. Просто запомни: что бы ни происходило в ближайшее время, со всем соглашайся и делай вид, что это все в порядке вещей, поняла?

– Н-не…

Я хотела сказать, что не уверена, что вообще могу понять Романа, но в этот момент дверь в кабинет шефа распахнулась и появились Марина с Викторовичем за спиной.

– Сергеев, руки убери от моей Ани, – рык босса звучал очень даже натурально, будто он и правда недоволен, что его друг посмел меня приобнять.

– Да я твою же жо… Тебя же отпрашивал, ну! Думаешь, Анечка довольна, что придется отложить планы на вечер? – Роман так искренне возмутился, что я даже почти поверила ему.

Вообще, ситуация напоминала театр абсурда, мой босс со своим другом явно разыгрывали спектакль, и я никак не могла понять, какую роль в этом отвели мне. Но поймав цепкий взгляд Марины, решила пока не выдавать двух великовозрастных балбесов. Если уж Роман не вызывал у меня никакого доверия, то Глеб Викторович был не тем мужчиной, который действует не подумав. И если он участвует в этом бедламе, значит, так надо. В офисе он главный, так что "улыбаемся и машем".

– Ладно, мальчики, я пойду, еще много дел, но вечером, Глеб, мы обязательно еще поговорим, – Марина не смогла долго молчать и вообще быть не в центре внимания.

Окинув меня демонстративно равнодушным взглядом, она повернулась к Алексееву и потянулась за поцелуем. Только вот шеф, не будь дурак, успел шагнуть в сторону, сделав вид, что не заметил ее жеста и, подойдя к нам с Сергеевым, осторожно высвободил меня из-под руки друга.

– Ань, тебе же Ромка все объяснил, ты не обидишься?

Удерживая мою ладонь в своей широкой, шеф смотрел на меня таким добрым взглядом, как ни разу до этого. Слишком добрым. Так не смотрят на своих сотрудников!

Вот в этот-то момент я и поняла, что Рома мне много чего не объяснил и все вот это "много", скорее всего, выйдет мне боком.

– Объяснил, да. Не обижусь, – подписалась сама не знаю на что, глядя в глаза шефу, а затем, чуть отвернув голову, так, чтобы Марина меня не видела из-за мужского плеча, шепотом добавила: – Но запомню.

Викторович тихонько хмыкнул и обратился уже к своей бывшей, стоявшей все это время с недовольным лицом:

– Увидимся, конечно.

Дождавшись, когда брюнетка выйдет из приемной, мужчины одинаково облегченно выдохнули.

– Спасибо, куколка, что прикрыла! – Сергеев широко улыбнулся и даже попытался потрепать меня по голове, но один взгляд Глеба его остановил.

– Ань, три кофе в мой кабинет, и захватите папку с подшивками отчетов за этот год. Нам многое сегодня нужно успеть. И да, Ромка прав, спасибо.

Сказав все это, босс как ни в чем не бывало скрылся у себя в кабинете, прихватив Романа, а я осталась стоять и смотреть на закрытую дверь.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.