Александра Шервинская
Зовите меня просто – Морти

Глава 1

Джаред Тринадцатый

За окном бушевала типичная для этого времени года отвратительная погода, впрочем, в Ассарше она редко бывала другой. Основные земли империи находились в зоне, которая в официальных документах вежливо называлась «неблагоприятной для проживания».

Естественно, это была более чем сглаженная формулировка, так как, если честно, то места эти были для проживания вообще непригодны. То есть совсем. Абсолютно.

Именно поэтому основным населением империи уже несколько тысячелетий являлись демоны. Те самые, которым на других территориях не нашлось места, потому как они, видите ли, плохо влияли на прочие расы. Подумаешь… А не надо быть такими внушаемыми и неуверенными в себе, тогда и демоны будут ни при чём.

Хотя это я ворчу, конечно, больше по привычке: мне в Ассарше хорошо, я прикипел сердцем к этим неприветливым землям, которые когда-то заселили наши предки. Мне действительно нравятся бескрайние пустыни, красные пески которых обжигают даже тогда, когда оба светила – большое оранжевое Оруно и маленькое алое Фриссо – прячутся за горизонт. Мне по душе упирающиеся белыми вершинами в небо горы, коварные и непредсказуемые, пройти через которые могут очень и очень немногие. Я могу часами смотреть на мрачные, смертельно опасные даже для нас, демонов, лишённые листьев леса Харуши, в которых водятся хищники, вступать в схватку с которыми я не посоветовал бы никому.

Жуткие, неприветливые, проклятые (как говорят жители других материков) места. Но это моя земля, мне доверили её предки, я отвечаю за всё, что на ней происходит. Я – император Джаред.

Вот и сейчас я стоял у большого, занимающего половину стены окна и смотрел, как вихри ледяного ветра захватывают с каменных плит песок, поднимают его, закручивают в воронки и швыряют в окна. К счастью, магия в Ассарше действует так же безотказно, как и в других местах, поэтому буйство ветра меня совершенно не беспокоит: окна и стены надёжно защищены. Ну а выходить на улицу в такую погоду можно лишь в специальной одежде и в маске.

– Ты рассердился, Джаред? – раздался из стоящего неподалёку кресла надтреснутый старческий голос.

– Нет, – я покачал головой, – если бы я был в гневе, поверь, тебя не спас бы даже твой статус, я непременно попытался бы объяснить тебе, насколько ты не прав, причём всеми доступными мне способами.

– Но почему ты спокоен? Как ты сумел обуздать своё недовольство? – в голосе того, кто позволял себе сидеть в присутствии императора, прозвучал искренний интерес исследователя. – Ты догадывался?

– Нет, – я повернулся и равнодушно посмотрел на очень старого демона, вольготно расположившегося в кресле. Его кожа напоминала тёмный потрескавшийся пергамент, длинные волосы стали совершенно белыми, а небольшие рога приобрели благородный оттенок красного дерева. – Просто меня устраивает то, что тебя сменит кто-то другой. Ты стал слишком мягок, Фираш, слишком осторожен, тебе стало непросто принимать рискованные решения, а мне такой бог не нужен. Понимаешь?

– Тебе? Не империи, а лично тебе? – нахмурился старый Фираш, недовольно поджавший и без того тонкие губы. – Ты не слишком много берёшь на себя, Джаред? Не забывай, с кем разговариваешь!

Тут надо пояснить, что у нас с нашими богами достаточно своеобразные отношения: мы им поклоняемся, разумеется, и храмы у нас есть, но при этом они гораздо ближе к нам, чем, допустим, у людей или гномов. Наши боги реальные, они порой подолгу живут среди нас, активно участвуют в, так сказать, внутренней и внешней политике, помогают императору и тем, кому захотят.

Но с этим связаны и некоторые сложности: бог и император должны понимать друг друга как можно лучше, так как именно император – глашатай божественной воли. Её, если можно так выразиться, транслятор. Когда император объявляет о каком-то решении, подданные понимают – это и божественная воля тоже. Ну и, естественно, смиряются: ссориться с богом дураков нет. Точнее, они есть, куда ж без них, только они долго не живут с таким вредным для здоровья мировоззрением.

Последнее тысячелетие главным божеством для демонов Ассарша был Фираш: к нему привыкли, да и работать с ним, говорят, было хорошо. Но если мой отец с удовольствием сотрудничал с ним, то вот у меня как-то не срослось, причём с самого начала. То ли мы оба не были готовы к совместной работе, то ли всё-таки сказывалась разница в возрасте лет этак в тысячу-полторы, то ли он слишком привык к отцу и меня воспринимал как несмышлёного подростка. Не знаю, да и какое это теперь имеет значение?

Как бы то ни было, через пару десятилетий непрерывных и относительно искренних попыток наладить отношения Фираш сдался, но не удержался от прощальной пакости. Буквально час назад он сообщил мне о том, что устал, да и климат Ассарша стал для него слишком экстремальным, поэтому он принял непростое решение об отставке.

– Я прекрасно отдаю себе отчёт в своих словах, – сухо ответил я, потому что желания изображать милого мальчика не было совершенно, – именно мне, так как император – я. Хотя в последнее время ты стал как-то игнорировать этот факт, и мне это очень не нравилось.

– Значит, ты совершенно не огорчён тем, что меня сменит другой? – сквозь небрежность в голосе старого демона отчётливо была слышна обида. Значит, он действительно сдал, так как в прежние времена Фираш не позволял себе так открыто демонстрировать эмоции. Впрочем, внешний вид говорил сам за себя: у наших богов есть такая особенность – они выглядят так, как сами себя ощущают. И Фираш, сколько я его помнил, предпочитал образ зрелого, но сильного и здорового мужчины. А то, что я видел сейчас – просто старая развалина. Следовательно, именно таким он себя сам и воспринимает: слабым, старым и немощным. А к чему мне такой бог? Правильно – абсолютно ни к чему. Население у нас непростое, слабости ни в ком не терпит, особенно в правителях, так что мне бы кого покрепче и посильнее. Чтобы и мышцы, и крылья, и рога правильного цвета…

– Нет, не огорчён, – честно ответил я, так как не видел оснований для лжи. Так-то я могу, как и любой представитель моего народа, врать с самым честным выражением лица. Но сейчас просто нет необходимости, да и Фираш прекрасно сможет понять, что я лгу.

– Надеюсь, с моим преемником ты найдёшь общий язык, – как-то слишком сахарно улыбнулся старый хитрец, – он, в отличие от меня, совсем молодой и в чём-то даже не слишком опытный бог, но, как меня заверили, очень, очень перспективный. Во всяком случае, именно так его характеризуют преподаватели и те, с кем он успел поработать.

– Мы сами разберёмся, – я кивнул, давай понять, что не намерен обсуждать с Фирашем кандидатуру нового божества: я предпочитаю делать выводы самостоятельно, без опоры на предложенные сведения. Почему? Да потому что они могут быть неверными, искажёнными, такими, какие нужны рассказчику, а не мне. Я – за объективность во всём.

– Не сомневаюсь, – Фираш хлопнул ладонями по подлокотникам кресла, давая понять, что разговор закончен, и тяжело поднялся, – не провожай меня, я знаю дорогу.

– Как скажешь, – я кивнул: честно говоря, я и не собирался этого делать, но если старику хочется, пусть считает, что я просто мечтал помахать белым платком ему вслед.

Вообще, если откровенно, я уже вычеркнул его из своей жизни, так как, несмотря на долгие годы сотрудничества, это уже прошлое. Наверное, меня можно обвинить в душевной чёрствости, но вряд ли стоит заниматься этим бессмысленным делом. Во-первых, мне всё равно не станет стыдно, а во-вторых, это в нашей природе: сентиментальность демонам абсолютно не свойственна. Исключительно здоровый прагматизм!

Фираш безразлично пожал плечами, кивнул и, не прощаясь, вышел из малого зала приёмов, в котором мы с ним разговаривали. Этот зал, как и мой кабинет, выходит в большую комнату, в которой безраздельно царствует мой секретарь шэр Шарит Дораж.

Я не люблю кого-либо пускать в свой кабинет: там исключительно моя территория. В нём всё устроено так, как мне удобно: лаконично, рационально, строго. Там пахнет теми благовониями, которые нравятся мне и только мне, причём именно в той степени, в которой я это предпочитаю. Даже секретарь заходит в мой кабинет только по неотложным делам, во всех остальных случаях мы работаем в большой, специально обустроенной для этого рабочей зоне.

Постояв ещё немного возле окна и полюбовавшись на фиолетово-багровое небо, расцвеченное вспышками молний, я решительно повернулся с твёрдым намерением пойти и поработать с важными бумагами. Но стоило мне выйти из зала, как мне навстречу вскочил секретарь, на обычно невозмутимом лице которого я заметил растерянность, что этому непрошибаемому типу вообще было не свойственно. Ну вот не приспособлены у него лицевые мускулы для таких гримас. Тем не менее, глупо было бы отрицать очевидное: шэр Дораж находился в явном смущении.

– Шарит, что случилось? – спросил я, стараясь говорить по возможности нейтрально. – Ты не похож на себя.

– Вот… – секретарь, к которому за почти двадцать лет у меня не было ни одной претензии, кивнул куда-то в угол. Я невольно проследил за его взглядом и обнаружил возле большой настенной карты империи молодого демона, который непонятно откуда взялся в святая святых императорского дворца.

– Кто это? – я даже не разозлился, так как понимал, что у Шарита наверняка есть объяснение, по-другому просто не могло быть ни при каких обстоятельствах. – Откуда он тут взялся?

– Из стены, – очень тихо ответил секретарь и пожал плечами, – просто вышел и всё.

– Дайте я сам объясню, – попытался вмешаться в наш разговор незнакомец, но благоразумно заткнулся, увидев два раздражённых взгляда. – Ну ладно, нет так нет… я ведь хотел, как лучше…

– Магический фон защиты? – уточнил я.

– В норме, ни малейших колебаний, – мгновенно отчитался секретарь, – я сразу проверил.

– Стража?

– Все на месте, ни на миг не отвлекались, никого не видели.

– Двери?

– Замки не тронуты, ключ вставлен изнутри.

Тут мы оба уставились на явившегося «из стены» молодого демона: парень вздохнул и, глядя куда-то в сторону с видом величайшего страдальца всех времён и народов, позволил изучить свою скромную персону.

Он был молод, хотя, скорее всего, уже достиг возраста первой зрелости – пятидесяти лет. Об этом говорил ореховый цвет аккуратных рогов и тройное кольцо магической татуировки на запястье. Её получали все молодые демоны, прошедшие первое посвящение, а потом добавлялись ещё три – после второго. И лишь тогда демон мог считаться совершеннолетним, заводить семью и поступать на государственную службу. Необычные для нашего народа ярко-зелёные глаза с длинными ресницами придавали внешности странного незнакомца излишнюю мягкость и даже женственность. И вообще парень бойцом не выглядел, хотя и обладал достаточно развитой мускулатурой. Бедняга…

Дурные предчувствия возникли у меня в тот момент, когда я заметил, что незнакомец нас совершенно не опасается. Ему просто было очень интересно. Вы можете себе такое представить? Пробраться в императорскую часть дворца, туда, куда никому нет хода кроме особо доверенных лиц, очутиться перед лицом самого правителя Ассарша – и не бояться? Не можете? Вот и я не могу! Но, тем не менее, дело обстояло именно так.

Глава 2

Мортимер

Я смотрел на двух очень недовольных демонов, одним из которых был император Ассарша Джаред Тринадцатый. Его портрет я видел у ректора, когда получал направление на первую в своей практически бесконечной жизни самостоятельную работу.

Целый мир мне, конечно, пока никто не доверил, но после более чем удачной практики в Терейе мне дали целую империю! И даже без наставника, полностью мне! Видимо, Теодор и Аш-Рибэйл написали достаточно хвалебную характеристику, что, в общем-то, и не удивительно: я достаточно неплохо проявил себя во время работы в Академии, и это я ещё скромничаю. Но мои приключения в Академии Последнего Шанса – это совершенно отдельная история. Если я сейчас ударюсь в воспоминания, то наверняка прослушаю, что там говорит император Джаред.

– Как ты сюда попал? – сурово спросил меня здоровенный демон с мрачной физиономией и с императорской цепью на груди.

– Здравствуйте! Я к вам по распределению, – выдал я заранее заготовленную фразу, так как прекрасно помнил, что самое главное – это первые минуты знакомства. Как говорится, нельзя дважды произвести первое впечатление. – Меня зовут Мортимер, и я ваше новое божество.

–Ты?! – видимо, я сделал что-то не так, потому что лицо императора, и без того не слишком доброжелательное, скривилось, словно ему предложили откусить от неспелого яблока. Да уж, это вам не симпатяга Теодор, наладить отношения с которым было проще простого, этот тип посерьёзнее будет. Эх, надо было в образе чудища появиться. Хотя нет: чудище сюда не влезло бы, а если бы и поместилось, то наверняка разбило бы какую-нибудь редкую статуэтку, вон их тут сколько…

– А ты, насколько я понимаю, здешний император? – уточнил я и услышал, как гулко сглотнул секретарь, но решил не менять выбранную манеру поведения. Насколько подсказывал мне приобретённый всё в той же академии практический психологический опыт, император Джаред принадлежал к тому типу существ, с которыми следует сразу расставить все точки над всеми буквами.

Я прибыл сюда как верховный бог – ух, до сих пор приятно это произносить! – и, следовательно, по статусу нахожусь ничуть не ниже императора, а то и повыше. Значит, вполне могу себе позволить разговаривать с ним на равных, тем более что Джаред по демонским меркам тоже ещё очень молод. Ну и чего тогда лишние церемонии разводить? Это вот если бы меня к альвам отправили – тогда да, там эти танцы с бубнами продолжались бы часа три как минимум, а демоны – народ простой, понятный, стрессоустойчивый, за что я их и ценю.

– Нельзя так разговаривать с императором! – прошелестел побледневший до кончика хвоста секретарь.

– Почему? – совершенно искренне удивился я, так как мне казалось, что ситуация более чем прозрачна, и такой ушлый – раз уж он не свихнулся на этой нервной должности – тип, как секретарь императора, должен был её мгновенно просчитать.

– Потому что он – его величество император Ассарша Джаред Тринадцатый, – пояснил, глядя на меня, как на безнадёжно умственно отсталого, секретарь.

– А я верховное божество Ассарша, Мортимер, – мило улыбнулся я, – мне кажется, тоже звучит неплохо.

В комнате повисла тишина: и император, и секретарь осмысливали полученную информацию. Джаред откашлялся и снова повернулся ко мне, рассматривая уже как-то более предметно, что ли. То есть не как некого абстрактного демона, а как того, с кем придётся сотрудничать. Можете не верить, но разница между этими двумя взглядами просто колоссальная.

– Что за странное имя – Мортимер? – наконец-то разродился вопросом Джаред.

– Нормальное имя, – я пожал плечами, – ничуть не хуже других. Но когда мы с тобой станем друзьями, – тут император недоверчиво нахмурился и хмыкнул, – тогда ты сможешь называть меня просто – Морти. А я тебя, к примеру, Джар. По-моему, очень неплохо.

– Как ты думаешь, – император повернулся к секретарю, – у нас получится его на кого-нибудь поменять? Можно с доплатой…

– Не выйдет – тут же ответил я вместо секретаря, – направление выдано, и теперь я могу покинуть Ассарш только после того, как решу все твои проблемы. Вот вообще все.

– А если у меня нет проблем? – прищурился император, видимо, быстро просчитывая, как он может от меня избавиться. Наивный…

– Появятся, – успокоил его я, но Джаред почему-то не слишком обрадовался: странный он какой-то. Проблемы и поиск их оптимального решения – это же так здорово! Это интересно, весело, порой страшно, но ведь это и есть настоящая жизнь! Что толку тупо сидеть на троне, когда вокруг ничего не происходит? Как говорится, «а смысл?»!

Ничего, у меня достаточно большой опыт как решения проблем, так и их создания, так что скучные дни для Джареда Тринадцатого закончились. А вообще, если серьёзно, то парень не то замалчивает некоторые неприятные моменты, не то действительно о них не знает. Надо бы выяснить, и потом расставлять приоритеты.

В характеристике империи, которую мне выдали для ознакомления с будущим местом работы, было совершенно чётко сказано, что у императора две жены, и ни к одной из них он не испытывает тёплых чувств, скорее, наоборот. Это проблема номер раз. Ещё у правителя Ассарша есть три дочери, причём старшая, Шарха, уже очень хочет замуж. Уж не знаю, что там с ней не так, но женихи в очередь не выстраиваются. Это проблема номер два. С сыновьями там вроде всё нормально, а вот среди приближённых есть недовольные, которые уже практически организовались в группу заговорщиков. И это проблема номер три.

А ведь это я ещё не начинал разбираться детально!

– В таком случае, Мортимер, позволь тебе представить человека, с которым ты будешь иметь дело даже, может быть, чаще, чем со мной, – проговорил, вздохнув, император. И даже на имени не запнулся: может ведь, когда хочет!

Я доброжелательно улыбнулся хмуро глядящему на меня секретарю: во всех без исключения книгах по психологии говорилось о том, что улыбка – лучшее начало знакомства.

– Мой незаменимый секретарь, шэр Шарит Дораж. Со всеми вопросами можешь обращаться к нему.

– Со всеми-всеми? – уточнил я, внимательно глядя новому подопечному – ну а кто он мне ещё? Я же верховное божество, а не просто так! – Даже касающимися государственных тайн? Или личных секретов?

Джаред нахмурился и задумчиво махнул хвостом.

– Со всеми организационными вопросами, – уточнил он, – в частности, касающимися размещения. Или ты у себя жить будешь? Там…

– Где? – изумился я. – Я же ваше божество, значит, и жить буду в Ассарше, в храме. У вас же есть храм?

– Есть, – недовольно поморщился Джаред, – но не уверен, что тебе понравится. У Фираша был более чем своеобразный вкус, если честно. Но ты скажи шэру Доражу, если что, и там всё быстро поменяют.

– А что с ним не так? – с любопытством спросил я, плохо представляя себе, что такого странного мог учудить старый Фираш. – Надеюсь, жить-то там можно?

– Можно, – успокоил меня Джаред и хотел добавить что-то ещё, но тут двери распахнулись, и в комнату быстрым решительным шагом вошла совсем молоденькая демоница.

Надо сказать честно – выглядела она совершенно сногсшибательно: тёмные глаза, смуглая нежная кожа, аккуратные рожки, выкрашенные золотистой краской по последней моде. Изящная фигурка затянута в кожаный костюмчик, выгодно подчёркивающий роскошные формы. Это что же за куколка такая?

– Папа! – воскликнула она, кинув на меня презрительный взгляд: видимо, я в своей потёртой куртке и обычной одежде не произвёл на девицу никакого впечатления. – Я получила ответ от… Кто это вообще?

Она пренебрежительно ткнула в меня пальчиком с длинным алым ногтем, а я подумал, что на воспитателях для красотки император явно сэкономил. Даже я и даже в детстве не тыкал в незнакомых демонов пальцами. А она всё-таки принцесса.

– Это Мортимер, – с нечитаемой интонацией сообщил император и, не скрывая непонятного предвкушения, посмотрел на меня.

– Дурацкое имя! – фыркнула принцесса. – С каких пор ты стал допускать в кабинет всякий сброд?

Какая милая девчушка у нас принцесса, оказывается, ну просто прелесть что такое! Джаред наблюдал за моей реакцией, а девица тем временем ещё раз окинула меня взглядом и требовательно произнесла:

– Отправь его куда-нибудь, мне надо с тобой поговорить. Прямо сейчас!

– Не могу, – император пожал плечами и оперся плечом о стену, – он меня не послушает. Верно, Мортимер?

– Тебя? – принцесса пренебрежительно хмыкнула. – Да кто он такой, чтобы вообще рядом с тобой стоять?

– А он наше новое божество, – чрезвычайно любезно сообщил дочурке Джаред, с искренним любопытством наблюдая за сменой выражений на прелестном личике. – Вместо старого Фираша.

– Божество-о-о? – протянула принцесса, на секунду растеряв наглость и самоуверенность. – Ты уверен?

– Абсолютно, – кивнул Джаред и, кривовато улыбнувшись, сказал, – Мортимер, это моя старшая дочь, Шарха. Надеюсь, вы сможете найти общий язык.

– Очень приятно, Мортимер, – презрение на хорошеньком личике стремительно сменилось любезной улыбкой, а холод в голосе – приветливым воркованием. – Прости, я не сразу поняла, что твой вид – это просто потому, что ты выше всяких условностей, ведь божествам они совершенно ни к чему. Правда?

– Совершенно верно, Шарха, – я снова улыбнулся, хотя никакой симпатии девица у меня не вызвала, вот ни малейшей! Высокомерная хамка – терпеть таких не могу. Зато теперь я, кажется, понимаю, почему несмотря на высокий статус отца и на более чем достойное приданое, женихи не торопятся осчастливить принцессу предложением руки и сердца. Кому же захочется такую змеюку в дом приводить?

– А скажи, ты один к нам прибыл? – взгляд принцессы приобрёл остроту кинжала и напряжённость натянутого лука. – Или с семьёй?

– Кхм, – с намёком кашлянул император, глядя на дочь с упрёком.

– Я просто спросила, – она сделала невинные глазки, но уточнила, – я, конечно, не очень хорошо помню хроники и предания о богах, но мне кажется, некоторые из них не отказывали себе в простых радостях и даже обзаводились спутницами жизни.

В голове моментально сиреной взвыл сигнал тревоги, и я осторожно сделал несколько шагов в сторону. Джаред, заметивший мой маневр, тихонько хмыкнул, но ничего не сказал и лишь переглянулся с секретарём. Видимо, сейчас я тоже проходил какое-то испытание, и от того, как я смогу выйти из щекотливой ситуации, во многом будет зависеть то, как сложатся наши отношения с Джаредом.

– Не сомневаюсь, что некоторые так и делали, – с уверенностью, которой вовсе не чувствовал, сказал я, – но для того чтобы обзавестись семьёй, мы должны доказать, что уже достаточно квалифицированные боги. Понимаешь?

– Более или менее, – осторожно ответила принцесса, пытаясь не дать мне увильнуть от ответа, – и как же это нужно доказать? Разве сам факт женитьбы, – тут мы втроём – император, секретарь и я – дружно вздрогнули, – не является показателем взрослости?

– Нет, – ответил я и торопливо добавил, увидев, как гневно сошлись идеально очерченные брови, – но я сейчас тебе объясню. Ну вот смотри, – начал я, аккуратно подцепляя принцесску под локоток и увлекая в сторону обнаружившегося возле стены кресла. Усадив ее и присев на подлокотник так, чтобы вроде как и рядом быть, и в то же время иметь возможность в любой момент сбежать, я продолжил, вложив в голос максимум проникновенности, – предположим, я решу обзавестись семьёй сейчас, будучи божеством начинающим…

– По-моему, прекрасная идея, – игриво царапнула меня длинным ноготком Шарха, – мне, например, очень нравится.

– О, ты такая великодушная и добрая! – воскликнул я чуть ли не со слезами в голосе, глядя на растерявшуюся принцессу восторженным взглядом, но тут же сбавил обороты: здесь главное – не переиграть.

Шарха удивлённо моргнула: видимо, доброй и великодушной её ещё никто не называл.

– Почему? – она снова хлопнула длинными ресницами.

– Ну как – почему? – я слегка приобнял её за плечи, делая вид, что не замечаю строгого взгляда Джареда. – Ты ведь готова пожертвовать ради меня своей юностью и, став моей женой, разделить со мной все беды и тяготы этого пути.

Было забавно смотреть, как удивлённо вытянулись лица у всех трёх представителей Ассарша: судя по всему, представления о жизни божества тут достаточно стандартные. Старый Фираш, насколько я его знал, очень любил комфорт и всевозможные удобства.

– А почему тяготы? – выцепила главное из моих слов Шарха. – Ты же божество, разве тебе не доступны все блага окружающего мира?

– Если бы, – я смахнул несуществующую слезу, – доступ ко всем этим чудесным возможностям ещё нужно заработать, понимаешь? Ваша империя – первая, в которой я буду самостоятельным богом. Так сказать, первый опыт, который, к сожалению, редко бывает удачным. Но ничего, я справлюсь, я очень старательный и целеустремлённый. А пока можно и в небольшом храме пожить, ничего страшного. Там ведь хватит места для двоих, Джаред?

– Вполне, – странным придушенным голосом ответил император, – пожалуй, если потесниться, то даже на троих.

– Ой, зачем же трое? Нам пока рано думать о детях, правда, дорогая?– всплеснул я руками. – Нам скромную лежанку и родничок, чтобы умыться. А больше ничего не нужно, правда, Шарха? Питаться можно скромно: фрукты с деревьев, ягоды…

– Грибы скоро пойдут, – подсказал кусающий губы секретарь, – они, правда, ядовитые, в наших лесах другие не растут…

– Ничего, я думаю, если их как следует вымочить, а потом пару часов проварить, то можно попробовать. В крайнем, – тут я сделал паузу, умоляюще глядя в круглые глаза принцессы, – но только в самом крайнем случае… можно продать что-нибудь из твоих драгоценностей. Я потом выкуплю, ты не думай!

– Продать?! – она возмущенно выдохнула. – Да мой муж должен осыпать меня драгоценностями, а не брать мои! Его забота – окружить меня роскошью и блеском! Какой храм? Какие ягоды?

– Но ведь ты же сама… – робко протянул я руки к отшатнувшейся принцесске, – ты же дала мне надежду!

– Как дала, так и заберу! – отрезала опомнившаяся Шарха. – Даже думать об этом не смей! Я никогда не стану твоей женой, бог-неудачник.

– Точно-точно? – переспросил я. – Вот ты прямо императорское слово даёшь?

– Разумеется, – тут же нахмурилась императорская дочка, – не хватало мне ещё по всяким тесным храмам ютиться!

Я тут же особым образом щёлкнул пальцами, и под потолком беззвучно сверкнула молния:

– Услышано, – торжественно провозгласил я, – ты дала слово, что никогда не станешь моей спутницей жизни. Императорское слово, заверенное божеством, вдвойне нерушимо. Уф, хорошо-то как!

Император и секретарь задумчиво смотрели на меня и молчали, а принцесска возмущённо хлопала ресницами.

– А ведь сначала он показался мне рохлей и бестолковым, – поделился с помощником мыслями Джаред, – а сейчас я смотрю и понимаю, что очень может статься, что он и справится. Пойдём, Мортимер, покои в центральном храме ждут тебя.

– Ага, спасибо, – я благодарно кивнул, – бассейн с ароматной водой, а потом изысканный ужин на террасе с видом на пустыню – это именно то, что мне сейчас нужно.

– То есть ты меня обманул? – неверяще протянула Шарха. – Ты не собираешься жить ни в каком скромном храме?!

– С чего бы? – я усмехнулся, но решил не добивать её словами о том, что ни при каких обстоятельствах она не стала бы моей не то что женой, а даже просто подругой.

– Но почему?! – к сожалению, избалованная девица действительно не понимала причин моего такого поведения. Эх, придётся перевоспитывать, куда деваться. Иначе ещё немного, и Шарха станет для императора источником больших проблем. А моя задача – решить имеющиеся и не допустить новых.

– Я как-нибудь потом тебе объясню, – пообещал я и поинтересовался у Джареда, – у тебя все дочери такие милые, или только старшенькая удалась?

– Остальные пока маленькие. – засмеялся император, глядя на меня уже с гораздо большей симпатией, – но с ними тоже хлопот немало. Пойдём…

Мы вышли из приёмной, оставив в ней секретаря и кипящую возмущением принцесску. Шэр Дораж тут же занялся делами, а Шарха, постояв немного и подумав, недобро улыбнулась и прошептала:

– Ты унизил меня, Мортимер, и я тебе этого не прощу никогда. Я сделаю всё для того, чтобы твоя первая империя стала последней. Ты горько пожалеешь, это я тебе обещаю!

Глава 3

Джаред Тринадцатый

Я вышел из зала в сопровождении чрезвычайно довольного собой Мортимера и остановился, внимательно разглядывая того, кто будет рядом со мной на протяжении достаточно долгого времени. Тысяча лет – это более чем приличный срок, как ни посмотри.

– Не слишком я радикально? – почесав правый рог, спросил Мортимер, но в его голосе я не услышал даже тени раскаяния.

– Не слишком. – усмехнулся я, – Шарха давно напрашивалась на то, чтобы её поставили на место, просто желающих не находилось. Хотя она, конечно, постарается тебе отомстить, можешь не сомневаться.

– Думаешь? – Мортимер тяжело вздохнул. – Хотя… чего тут сомневаться: это и так понятно. Слушай, а чего она такая?

– Замуж хочет, – пожал я плечами и начал загибать пальцы, – за красивого, богатого, с титулом, чтобы баловал, слова поперёк не говорил и дарил подарки. Как тебе список пожеланий?

– Внушает, – согласился Мортимер, – но неужто к дочери императора никто не засылает женихов?

– Засылают, – я, с одной стороны, не хотел трогать неприятную тему, а с другой – божество нам присылают именно для того, чтобы оно помогало решать проблемы, с которыми мы сами справиться не в состоянии. А Шарха – именно проблема, и именно та, которую я самостоятельно решить не смогу. Нет у меня на примете ни одного жениха, который хотя бы приблизительно соответствовал дочкиным требованиям.

– И чего? Никто не соглашается, пообщавшись? – проницательно сказал Мортимер. – Так-то она у тебя красавица, ничего не скажешь, а вот характер отвратный, тут тоже не поспоришь. И это одна из проблем, в решении которых я попытаюсь тебе помочь.

– Ещё скажи, что знаешь, как это сделать, – я с трудом подавил вспыхнувшую в душе надежду: Шарха уже успела вымотать мне все нервы с этим замужеством.

– Пока не знаю, но наверняка придумаю, – с оптимизмом, который я пока не разделял, сказал Мортимер, – о! Есть идейка. А какие мужчины нашей принцессе нравятся? Внешне, я имею в виду.

– Тебе зачем? – надежда на этот раз не желала подавляться и разгоралась всё сильнее. – Хотя глупый вопрос, извини.

– Рассматриваем исключительно демонов? – по-деловому уточнил Мортимер, азартно сверкнув ярко-зелёными глазищами. – Или другие расы тоже могут выступить в качестве претендентов? Погоди-ка, я ежедневник достану, а то ведь забуду.

Тут моё новое божество прямо из воздуха вытащило толстый потрёпанный блокнот, нежно прижало его к груди, чуть не расцеловав, и открыло на новой странице. Быстренько написав что-то сверху, Мортимер уставился на меня, как преподаватель на нерадивого студента.

– Итак, давай уточним некоторые нюансы. Раса?

– Демоны, – тут я был категоричен. Не нужен мне зять с другим менталитетом и чуждыми нам нравственными ценностями.

– Возраст? – Мортимер старательно писал что-то в блокноте и даже язык слегка высунул от усердия.

– В пределах разумного, не старик, – подумав, определился я, – но и мальчишку не хотелось бы: только ещё одного инфантильного существа мне и не хватало.

– Чтобы красавец – обязательно? – уточнил Мортимер, что-то снова записывая.

– Ну, боюсь, на другого она и не клюнет, – вздохнул я, безрезультатно пытаясь понять, что он задумал. – А для чего тебе это всё?

Морти помолчал, что-то пошептал сам себе, потом встал, прошёлся туда-обратно, потянулся и вдруг словно подёрнулся серебристой рябью. Я невольно выхватил меч, но ничего страшного не произошло. Только вот вместо молодого божества напротив меня стоял высокий крупный демон, красивый той мрачноватой брутальной красотой, которая так нравится многим женщинам, причём не только нашей расы.

Длинные тёмные волосы были стянуты на затылке и скреплены заколкой с крупным драгоценным камнем. В распахнутом вороте дорогой шёлковой рубашки виднелась цепь из редкого чёрного золота. Ножны меча были украшены таким количеством драгоценных камней, что у меня зарябило в глазах.

– Ну как? – вдруг спросил этот обвешанный побрякушками красавец голосом Мортимера, – годится? Или драгоценностей добавить?

– Это ты? – я потряс головой, пытаясь осознать произошедшее. – Я понимаю, что ты божество, но всё равно – как?! Фираш так точно не умел, я бы знал…

– Ха! Естественно, не умел! – фыркнул Мортимер, точнее, незнакомец с голосом Мортимера. – Это мой уникальный талант. Я специалист по иллюзиям, могу стать кем угодно. Здорово, да?

– Ещё бы! – в голове начали тут же белками скакать идеи, как можно было бы использовать этот удивительный талант нашего нового божества. – А мной тоже можешь?

– Да запросто, – воскликнул он, – смотри…

И я с изумлением увидел, как вместо брутального красавчика медленно проявился… я, собственной персоной. Мортимер в моём облике полюбовался на мою ошарашенную физиономию, хихикнул и снова стал незнакомцем. Только я хотел сказать ему, что с драгоценностями он даже слегка перестарался, как дверь открылась, и из соседней комнаты, где я оставил дочь и Доража, вышла Шарха.

Она раздражённо скользнула взглядом по постороннему, которого тут, по идее, вообще не должно было быть, и даже сделала два шага в сторону двери. Но неожиданно остановилась и медленно, словно не веря своим глазам, обернулась.

– Ну, тогда мы договорились? – спросил меня чужим голосом «гость». – Буду надеяться на новую плодотворную встречу и длительное сотрудничество.

– Очень, очень рад знакомству, – ответил я, даже не представляя, что говорить, если Шарха спросит – а она непременно это сделает! – кто это такой.

– Папа? – в голосе дочери было столько искреннего недоумения, что я про себя фыркнул: у Шархи сегодня выдался чрезвычайно насыщенный впечатлениями день. – Кто это и откуда он тут взялся?! Не было же никого!

– Шарха, не демонстрируй дурные манеры, наш гость может решить, что ты плохо воспитана! – я лихорадочно соображал, как представить преображённого Мортимера, но он справился сам.

Красавец- демон сделал пару шагов в сторону замершей, как пустынный зверёк урхис перед песчаной змеёй, принцессой и окинул её нарочито неспешным взглядом.

– Я лорд Аш-Триэр, – проговорил он таким бархатным голосом с лёгкой хрипотцой, что даже меня пробрало, – военачальник из империи Освэш.

– Никогда о такой не слышала, – собрав последние силы, постаралась небрежно ответить Шарха, но голос её дрогнул.

– Не удивительно, – он снисходительно усмехнулся и небрежно добавил, – она в другом мире, достаточно далеко отсюда.

– В другом мире… – Шарха во все глаза таращилась на гостя. Нет, в Ассарше, конечно, знали о существовании других миров, но никогда не стремились общаться или пересекаться каким-либо образом. Демоны вообще существа вполне самодостаточные.

– Да, я много слышал об Ассарше и решил посетить лично, чтобы составить объективное впечатление, – всё так же чуть снисходительно пояснил красавчик и добавил последний удар, контрольный, – к тому же я много слышал лестных слов в адрес императора Джареда и его красавицы-дочери. Кстати, лорд Джаред, когда вы сможете меня с ней познакомить? Я был бы счастлив засвидетельствовать своё восхищение…

Я мысленно зааплодировал Мортимеру, потому что лицо Шархи нужно было видеть! Такой восхитительной смеси ярости, обиды и растерянности я на её хорошенькой мордашке не видел ещё никогда. Ай да божество! Ай да молодец! Так изящно оскорбить – это надо суметь, не всякому дано.

– Так вот же она, – я сделал широкий жест, показывая на готовую кинуться на незнакомца с кулаками Шарху, – моя старшая дочь, принцесса Шарха.

Красавчик за минуту словно бы потрясённо застыл, потом очень натурально смутился, отчего стал ещё привлекательнее, и виновато склонил голову, словно ненароком сверкнув крупным самоцветом в заколке.

– Ох, простите меня, ваше высочество! – Шарха несколько раз моргнула, стараясь стряхнуть гипнотическое воздействие удивительно красивого голоса. – Я был слишком увлечён беседой с вашим отцом, чтобы по достоинству оценить вашу невероятную красоту!

Тут он сграбастал ручку принцессы и поцеловал, но сделал это одновременно почтительно и как-то снисходительно, чуть-чуть небрежно. Ровно настолько, чтобы и этикета не нарушить, и в то же время дать понять, что эти слова не от чистого сердца.

– Приветствую вас в Ассарше, – чуть ли не сквозь зубы процедила Шарха, а этот хитрец сделал какой-то неуловимый жест и словно из воздуха извлёк изумительной красоты заколку для волос в виде усыпанного драгоценными камнями букетика цветов.

– Прошу вас принять этот маленький подарок в знак восхищения и надежды на то, что вы простите мне мою невольную грубость, – он протянул Шархе заколку, сверкнувшую всеми цветами радуги.

– О, какая красота! – восхищённо выдохнула дочка, увидев драгоценную – уж я-то смог оценить! – побрякушку. Всё-таки она невероятно предсказуема. Нет, я её люблю, конечно, насколько это чувство вообще применимо к нам, демонам, но страсть к сверкающим безделушкам – это так банально!

Шарха посмотрела на гостя уже гораздо более благожелательно и оценивающе. Посмотреть, впрочем, было на что: роскошная фигура воина, красивое лицо, от обилия бриллиантов и прочих камней рябит в глазах. Короче, абсолютная девичья мечта во плоти.

– А скажите, лорд Аш-Триэр, – мурлыкнула моя дочь, цепко подхватывая мнимого военачальника под локоть, – а ваша супруга не против ваших настолько дальних поездок?

Ну, всё… Теперь она с него не слезет, пока не выяснит всю подноготную. Хорошо, если этого парня в природе не существует, но что-то подсказывало мне, что таким образом ушлый Мортимер убивает, так сказать, двух пустынных львов одной стрелой: и Шарху на место ставит, и какому-то былому недругу мстит. Надо будет узнать, кому же это так глобально не повезло…

Может, не так он и плох, этот сменивший старого Фираша бог? И тут мысли потекли в совершенно неожиданном направлении: интересно, а почему вдруг Фираш так быстро собрался? Он никогда не был склонен к скоропалительным решениям, а тут, оказывается, и запрос успел подать, и кандидатуру одобрить. А ведь это дело не пяти минут, и даже не одной декады… И как кстати пришлось моё недовольство его политикой, его решениями… И этот новый имидж уставшего от жизни старика… Надо же, как любопытно всё складывается!

Интересно, против кого ведётся игра? Против меня или против этого забавного мальчишки, обладающего удивительным талантом к иллюзиям?

Могли Фирашу просто приказать освободить место? Могли, как нечего делать… И тогда все его поступки становятся понятными и объяснимыми: и частые ссылки на усталость, и отказ принимать участие в рискованных авантюрах, и попытки отговорить меня от освоения новых закрытых территорий… Ах, как интересно!

Глава 4

Мортимер

Принцесска крепко держала меня за локоть и что-то ворковала о том, как чудесно можно провести время в Ассарше, и что она, Шарха, знает несколько удивительно красивых мест, которые надеется показать гостю. Я молча слушал, удерживая на лице снисходительное выражение, и восхищаться не торопился. Постепенно фонтан красноречия девицы иссяк, и паузы стали дольше, пока плавно не перетекли в блаженное молчание.

– Простите, ваше высочество, а вы куда меня тащите? – вежливо, но суховато поинтересовался я. – Сразу хочу сказать, что к длительным прогулкам я сегодня совершенно не расположен.

– Но как же… – видимо, принцесса не привыкла к таким прямым вопросам, – я думала, мы с вами прогуляемся, я покажу вам дворец. С панорамной площадки можно увидеть Харуши – смертоносный лес, который является самым опасным местом даже в Ассарше, где безопасных территорий практически нет.

– Лес? – я задумался. Готовясь к перемещению в Ассарш, я много читал об этой империи, и лес Харуши меня заочно крайне заинтересовал. – Ну что же, на лес можно и взглянуть. Интересно, можно найти кого-то, кто сможет рассказать о нём?

– Я могу, – с некоторым вызовом ответила принцесска, – у меня были лучшие учителя!

– Ещё скажите, что внимательно его слушали, – насмешки в моём голосе было с избытком, – вы, уж простите, не производите впечатления образованной девушки.

Шарха вспыхнула и метнула в мою сторону возмущённый взгляд, но ответить постаралась максимально нейтрально, видимо, не желая отпускать такую завидную добычу.

– У учителей не было ко мне претензий, – проговорила она, – а вы, кстати, так и не ответили на мой вопрос по поводу того, как ваша супруга относится к вашим поездкам. Ведь это не в соседний город на ярмарку съездить, и даже не в другое государство.

– Если вас интересует, женат ли я, – тут в её глазах – кстати, очень красивых глазах! – мелькнуло слово «да», написанное гигантскими буквами, – то можно было просто спросить меня об этом, а не придумывать нелепые вопросы.

– Хорошо, – она проглотила мою очередную колкость и практически хамство, – вы женаты, лорд Аш-Триэр? Вы не подумайте, я интересуюсь чисто из вежливости и для поддержания беседы.

– Разумеется, – фыркнул я, – исключительно для повышения общего уровня культуры. К чему эти оговорки, ваше высочество?

– И тем не менее? – своим упорством Шарха даже смогла вызвать у меня нечто, отдалённо напоминающее уважение: её раз за разом щёлкают по носу, а она всё равно добивается нужной ей информации. Может, не так всё и безнадёжно?

– Я не женат и не планирую обзаводиться семьёй в ближайшем обозримом будущем, – ответил я, причём даже не соврал: я точно знал, что в планах Дишана Аш-Триэра, этого заносчивого мерзавца и грубияна, женитьба точно не значилась.

– Прекрасно! – выдохнула принцесса и тут же приняла смущённый вид и даже, кажется, покраснела. О женщины! До чего же вы существа коварные и расчётливые! Хотя… я и сам не образец, чего уж там, но я – божество, мне – можно!

– Не стану с вами спорить, ваше высочество, – усмехнулся я, – в жизни холостяка масса привлекательных моментов.

– Надеюсь, я сумею вас переубедить, – томно прошептала Шарха, и я слегка напрягся. Нет, я, конечно, хочу её наказать и проучить, а заодно и отомстить Дишану, но не такой ценой. Нужно быть настороже, а то, если будешь клювом щёлкать, то и не заметишь, как окажешься с брачным браслетом на руке. И не важно, божество ты или нет: вот тебе жена, вот дети…. Нет, нет и ещё раз нет!

– Ваше высочество, – я демонстративно нахмурился, и принцесска смущённо потупила наглые глазищи, – не будете ли вы столь любезны и не проводите ли меня к главному храму?

– Конечно, – она снова подцепила меня под локоть, прижавшись пышной грудью, – но вы знаете, там же теперь живёт этот хам, это ужасное божество… как там его… Мортимер! Я, разумеется, как и все жители Ассарша, принимаю волю высших сил, но это же не божество, а совершенный кошмар!

– А я вот слышал о нём много хорошего, – возразил я ей, так как такая оценка неприятно задела: я, конечно, сам постарался, но всё равно. Я привык, что меня все любят и ценят. А тут….

Интересно, Дишану там, в Освэше, не икается сейчас? Думаю, он пришёл бы в ярость, если бы узнал, что я под его личиной хвалю сам себя! Ммм…какая прелесть!

Тем временем мы прошли по каким-то коридорам, достаточно мрачным и пустынным, и оказались на большом балконе, с которого открывался прекрасный вид на внутренний двор замка.

Широкий и просторный двор был накрыт прозрачным куполом, чтобы по нему можно было передвигаться: за стенами замка бушевала нескончаемая гроза.

– Вон та галерея ведёт к центральному входу в главный храм, – сообщила мне принцесса, – думаю, туда вы доберётесь самостоятельно, лорд Аш-Триэр. По этой лестнице вниз, потом направо и через двор. Всё очень просто.

– Благодарю, ваше высочество, – я вежливо поклонился и хотел сказать, что-то достаточно вежливое, но не успел.

Шарха обернулась и улыбнулась кому-то, подошедшему к нам. Но не успел я повернуться, как раздался приятный мужской голос:

– Простите, принцесса, исключительно дело, ничего личного!

На нас опустилась посверкивающая серебристыми искорками сеть, и мы тут же провалились в открытый кем-то точечный портал.

– Не поняла! – возмущённый вопль принцессы мог в равной степени относиться как к тому, что нас, словно котят, зашвырнули в портал, так и к тому, что с меня слетела иллюзия. Ну вот такое свойство у всех порталов без исключения: при переносе исчезает любая иллюзия и любой морок. Так что сейчас Шарха видела перед собой того самого Мортимера, которого недавно награждала столь нелестными эпитетами. Поэтому я решил уточнить:

– Это ты сейчас по поводу чего конкретно возмущаешься?

– По поводу всего! – рявкнула девица и попыталась выпутаться из сети, но только сильнее её запутала. – То есть лорд Аш-Триэр – это ты?!

– Вообще-то он реально существует, и выглядит точно так же, – я попытался отодвинуться, но сеть не позволила, – кстати, действительно военачальник и, между прочим, на самом деле не женат. Прекрасная партия, не находишь? Заодно наладили бы связи между Освэшем и Ассаршем.

– Ты мне зубы не заговаривай, – уже несколько спокойнее ответила принцесса, – тебе зачем это было надо? Ну, притворяться этим военачальником…

– Это был рекламный ход, – на ходу сориентировался я, – Дишан Аш-Триэр попросил меня по старой дружбе присмотреть ему невесту в другом мире, понимаешь?

– А что, в своём никто не соглашается? – фыркнула Шарха, пытаясь выпрямиться в полный рост.

С определёнными усилиями ей это удалось, так как в тот момент, когда на нас кинули сеть, мы как раз стояли. Это нам повезло, так как в ином случае было бы гораздо сложнее.

– Не суетись, – остановил я её, – давай подниматься слаженно, одновременно. А потом я посмотрю, что можно с этой сеткой сделать.

– А просто щёлкнуть пальцами и уничтожить её ты не можешь?

– Не всё так просто, – поморщившись, вынужден был признаться я, – я могу использовать божественную силу при соблюдении определённых условий.

– Я так и думала, что ты совершенно бесполезное и никому не нужное божество, – презрительно бросила принцесса, проверяя на прочность нити сетки. – Какой тогда от тебя прок, Мортимер?

– Много ты понимаешь, – мне вдруг стало очень обидно, но не могу же я рассказывать первой встречной о специфических особенностях нашей работы, – я, между прочим, уже и воевал, и психологом работал, и шпионом был…

– Ты думаешь, мне это интересно? – Шарха презрительно сморщила точёный носик. – Давай лучше думать, как нам выбираться отсюда, а для начала – снять сеть. Ты что-нибудь видишь?

– Более или менее, – я огляделся и понял, что мы в какой-то пещере: на это настоятельно намекали уходящие в непроницаемый даже для меня мрак каменные стены. – Пока могу сказать только то, что мы в пещере или в гроте.

– Почему в гроте? – в голосе принцессы, к счастью, не было ни паники, ни признаков зарождающейся истерики.

– Стены влажные, – пояснил я, принюхиваясь, – да и запах такой… морем пахнет. Есть соображения?

– Лучше бы их не было, – упавшим голосом проговорила Шарха, – если я правильно понимаю, мы сейчас на берегу Ледяного моря. Только там есть горы с пещерами…

– И что? – если честно, при подготовке я больше внимания уделял политическому устройству Ассарша, его экономике, истории императорской семьи, а не географии.

– Ничего особенного, – в голосе Шархи таки промелькнула истеричная нотка, – просто это самый край Ассарша. Горы с одной стороны ограничены морем, переплыть которое невозможно, а с другой – смертельно опасными лесами Харуши.

– Ну и ладно, – отозвался я, – портал откроем и вернёмся, в чём проблемы-то?

– Здесь не работает портальная магия, – помолчав, подозрительно спокойно ответила принцесса, – отсюда нельзя построить портал, здесь вообще не действует ничто не работает.

– Даже мне не открыть? – я снисходительно хмыкнул. – Не переживай, всё сделаем в лучшем виде, божество я или где?

– Боюсь, что «или где», – проворчала девица, – коль уж ты до сих пор не снял с нас эту идиотскую сеть.

Мы замолчали, при этом принцесска продолжала сердито сопеть, а я сканировал окружающее пространство насчёт магии. Действительно – никакой, то есть вот вообще. Ни капелюшечки.

– Ну а что? Симпатичная такая сеточка, – я попытался пошутить, так как не говорить же ей, что я уже несколько раз попытался разрушить сеть, но пока с нулевым результатом. – Светлые тона очень к лицу вашему высочеству.

Через десять минут стало ясно, что никаким заклинанием сеть не разрезать просто потому что тут, в этой дурацкой пещере, ничего не работало. К тому же я пока ещё слишком мало времени провёл в Ассарше, чтобы получить возможность пользоваться своим божественным резервом. Для того, чтобы его активировать, нужно как следует «пропитаться» опекаемым миром, или – в данном случае – империей.

– Твоё высочество, дай-ка мне заколку, – я протянул руку, – ну, ту, которую я тебе подарил, когда был Дишаном Аш-Триэром.

– То есть ты ещё и подарки обратно забираешь? – голос принцессы буквально сочился ядом, но заколку она протянула.

– Не шипи под руку, мешаешь, – огрызнулся я, осторожно подцепляя острой частью заколки нить магической сети. Вот интересно: магии здесь нет, а колдовская сетка не рассыпалась. Вопрос: почему? Ладно, потом разберусь, сейчас нужно замкнуть контур, чтобы он спровоцировал обратный ток энергии. Ещё чуть-чуть… Есть! На сетке начала медленно расплываться круглая дыра, с каждой секундой становящаяся всё больше.

– Ну вот и всё, – я протянул заколку принцессе, – а ты говорила, что «или где»….

– Мог бы и побыстрее всё сделать, – поджала губы Шарха, – как-то ты не слишком торопился, Мортимер.

– Не ворчи, давай лучше попробуем понять, где тут выход….

– А он тут вообще есть? – как-то неожиданно устало спросила Шарха, и я запоздало сообразил, что хоть она храбрится, и задирает нос, и старается изображать из себя невесть что, а на самом-то деле она самая обычная девчонка, попавшая в непростую ситуацию.

– Естественно! – бодро воскликнул я, хотя отсутствие магии в окружающем пространстве на корню душило весь оптимизм. – Открою тебе страшную божественную тайну, хочешь?

– Так уж и страшную? – фыркнула принцесска, но в голосе промелькнул интерес, а это сейчас было самым главным.

– Точно тебе говорю! Так вот, – я закончил изучать давящую со всех сторон темноту, – выход есть всегда и отовсюду. Однажды мой друг, он, кстати, один из немногих людей, кому дано право жить и работать в Освэше…

– Людям нельзя получить гражданство мира демонов! – перебила меня искренне изумившаяся принцесса. – Это противоречит всем правилам и законам.

– Для него сделано исключение, – пояснил я и усилием воли заставил себя не рухнуть в воспоминания, – он спас жизнь императору Освэша лорду Аш-Рибэйлу.

– Человек?! – из голоса Шархи полностью исчез страх, вытесненный любопытством.

– Именно, – многозначительно округлил глаза я и продолжил, – так вот, этот мой друг однажды попал в такую… – тут я запнулся, подбирая приличное слово, – такую… сложную ситуацию, что, казалось, всё – крышка, выхода нет и быть не может! Но ничего! Нашёл и справился! И это простой человек! А мы с тобой – демоны. Так неужто мы не выберемся из этой… ммм… пещеры.

– А ты видишь, где тут выход? – Шарха говорила уже почти спокойно, по-деловому, чего я, в общем-то, и добивался: мне сейчас нужен партнёр и помощник, а не истеричная девица в полуобмороке.

– Вон там, – я махнул рукой в сторону, где было чуть-чуть светлее, – там что-то похожее на лаз или просвет. Надо бы посмотреть… Ты со мной?

– Конечно, – девчонка решительно кивнула и не слишком охотно призналась, – мне не хочется оставаться одной.

Я ободряюще улыбнулся, хотя она вряд ли что-то смогла рассмотреть в почти полной темноте, нашарил её руку и осторожно пошёл вперёд, искренне надеясь, что в полу пещеры нет никаких провалов, а то рухнем – и тогда уже никто не поможет. Просто потому что не найдёт…

Шагов через тридцать пятно света стало более чётким, а потом мы смогли рассмотреть и пролом в скальной стене. К счастью, у принцесски хватило ума не бежать вперёд с радостным воплем, а наоборот, передвинуться мне за спину. Всё правильно: если попробуют съесть, я смогу лучше защититься. Ну или… пока меня будут жевать, можно попробовать убежать… Как вариант тоже вполне себе ничего.

Я осторожно выглянул из-за каменной кромки, одновременно проверяя, не появилась ли магия. Нет, увы и ах – не появилась. Значит, придётся справляться как-то самостоятельно. Нет, вот ничего в жизни не происходит просто так: не зря я тренировался в академии вместе с остальными, вот чует моё сердце – не зря.

За пределами скалы, из которой мы выглядывали, было раннее утро: лучи ярко-алого Фриссо только начали освещать странный пейзаж, а напоминающее огромный апельсин Оруно ещё даже не поднялось из-за горизонта. Вокруг в туманной полутьме высились странные – я никогда таких не только не видел, но даже не слышал, что они бывают – деревья. Высокие, но искривлённые самым причудливым образом, они сплетались в совершенно нереальную паутину, пробраться через которую практически невозможно. Особенно если учесть тот очаровательный момент, что листьев на деревьях не было, зато в наличии были длинные и острые шипы. Всё это вместе создавало абсолютно непреодолимую преграду.

– Это леса Харуши, – сказал принцесса, тяжело вздохнув, – я оказалась права.

– А через них вообще пройти реально? – я без малейшего оптимизма рассматривал ощетинившиеся ежами ветки.

– Да, каждые три мили в лесах есть проходы, – обрадовала меня принцесска, – по ним можно пройти. Я, правда, никогда не пробовала, но слышала, что когда-то кто-то смог это сделать.

– А с другой стороны гор что?

– А там Ледяное море, – поделилась географическими сведениями Шарха, – точнее, не само море, а пролив.

– Широкий? – может, если он узкий, проще перебраться через него, а не ползти сквозь лес, уворачиваясь от шипов?

– Не очень, – принцесса вздохнула, – но там водятся всякие чудища…

– Я сам – чудище то ещё, – отмахнулся я, – это ты меня в облике шипохвостого грокнера не видела просто. Жуть! Сам себя боюсь, веришь? Я бы показал, но тут магии нет..

– А я думала, богам магия не нужна, – грустно покачала головой Шарха.

– Была бы не нужна, если бы я прожил в Ассарше хотя бы пару месяцев, а лучше побольше, – пояснил я, – моя энергетическая структура подстроилась бы под магический фон этого мира. Я просто не успел.

– Значит, придётся как-то обходиться тем, что есть, – неожиданно спокойно подвела итог нашей беседе принцесса, – осталось решить, как выбираться будем: через Харуши или через пролив.

– Давай сначала на этот пролив посмотрим, – предложил я, – и попробуем сообразить, как через него перебраться, не вплавь же, правда?

– Может, с другой стороны есть выход к проливу? – предположила географически подкованная принцесса. – Пойдём посмотрим… А ещё хорошо бы найти еды… и воды…

Мы переглянулись, синхронно вздохнули и отправились в обратный путь через тёмную пещеру в надежде выйти к морю.

Пещера, в которую нас с Шархой забросил портал, действительно оказалась сквозной, и с другой стороны уже через несколько десятков шагов мы увидели медленно наливающийся розовым пролом в стене. Значит, выход к морю, точнее, к проливу, имеется. А хорошо это или плохо, скоро выяснится.

– Вперёд не лезь, – на всякий случай сказал я, осторожно выглядывая из-за здоровенного каменного обломка, – я сначала сам посмотрю.

– И не собиралась, – фыркнула принцесска, – если сожрут, то пускай тебя, а я убежать успею.

– Добрая ты девушка, отзывчивая, – вздохнул я, покосившись на спутницу, – и тебе меня что, совсем не жалко?

– Нет, – легко ответила принцесса, – себя мне намного жальче, ты уж извини. Божество новое пришлют, а я себя новую где возьму?

– Логично, – не смог не согласиться я, – но всё равно обидно.

– Ты лучше не ворчи, а посмотри, что там снаружи, – Шарха явно не собиралась вступать в дискуссию, – может, сразу назад пойдём?

Я снова выглянул из-за камня, и зажмурился: мне в лицо ударил сырой и какой-то ужасно неприветливый ветер. Он сильно пах солью и водорослями, вызывая какое-то подсознательное отторжение. Ну вот не верилось мне, что с этим морем можно как-то поладить, хотя бы через пролив перебраться. Кстати…

– Слушай, а с той стороны пролива что?

– Там земли ибернийцев, пустынных жителей, – помолчав, ответила Шарха, – пески там, конечно, не такие суровые, как у нас, да и магия там есть…

– А вы с ними не конфликтуете? – на всякий случай решил уточнить предусмотрительный я. – А то как-то не хотелось бы выбраться отсюда и сразу попасть в тюрьму или вообще в могилку.

– Не скажу, что мы ладим, но и острого конфликта между Ассаршем и Ибернией нет, во всяком случае, я о нём не знаю, – Шарха задумалась и решительно тряхнула головой. – Нет, точно нету.

– Уже хорошо, – я выбрался на берег и тут же порадовался, что на мне достаточно плотная куртка, сапоги и кожаные, а значит, непромокаемые брюки. Попробовал изменить хотя бы одежду – безрезультатно, только куртка из коричневой стала чёрной, и всё. Нда… непривычно как-то без магии и без своей силы. Но ничего, и не в таких переделках бывал, справлюсь…

– Слушай, – я повернулся к кутающейся в курточку принцессе, – пока я соображаю, что делать дальше, открой мне страшную тайну: кого мы должны поблагодарить за это приключение?

– Это был… – Шарха надулась и обиженно засопела, – это был Каршен, мой… кузен…

– Судя по твоей кислой мордашке, к этому парню у тебя были не только родственные чувства, не так ли?

– А вот это вообще не твоё дело! – Шарха покраснела и раздражённо хлестнула по скале хвостом.

– Вынужден не согласиться, – театрально вздохнул я, – это моё дело, так как я вместе с тобой провалился в эти не слишком гостеприимные места. Так что колись: у вас были романтические отношения, да? Ну-ка, расскажи всё дяде Мортимеру, он плохого не посоветует!

– Ты? – она насмешливо посмотрела на меня, но в глазах блеснули слёзы. – С чего это такое самомнение?

– Я, между прочим, в академии три года штатным психологом отработал, – гордо сообщил я, – знаешь, как тяжело было? Ужас просто! Ну, давай, рассказывай…

– И не подумаю, – задрала нос принцесска, но потом невесело улыбнулась и уточнила, – тем более что и рассказывать-то особо нечего… Давай лучше подумаем, как будем выбираться…Кстати, у тебя в карманах никакой конфетки не завалялось?

– Неа, – я на всякий случай похлопал по карманам, – ничего, придумаем что-нибудь, в конце-концов рыбы наловим.

– Руками? – к принцессе потихоньку стала возвращаться её язвительности и стервозность, но я даже обрадовался: мне она сейчас нужна решительная, а не страдающая.

– Удочку сделаю, – отмахнулся я, – и вообще, не нуди. Лучше давай лодку искать.

– А с чего ты взял, что она тут есть?

– С того, что если есть выход к проливу, значит, кто-то им пользуется, – объяснил я, – и ты же не думаешь, что они приходят сюда полюбоваться закатом? У них другие дела есть…

– Какие? – принцесска смотрела на меня круглыми глазами.

– Контрабанда, естественно, – я с трудом удержался от того, чтобы не постучать её по лбу, – а ты что думала, что из этой вашей Ибернии все товары через таможню проходят? И, раз есть контрабандисты, значит, есть и лодка, как минимум одна. Осталось её найти. Вряд ли они запрятали её далеко, так что давай: ты вправо, я влево. Осматривай берег и все места, куда можно спрятать лодку. Надо убираться отсюда…

– Почему? Не то чтобы мне тут очень нравилось, но нервничать-то зачем?

– А ты думаешь, что твой кузен тебя сюда зашвырнул и думать забыл? Нет, моя дорогая, я склонен предположить, что уже очень скоро сюда явятся те, кто должен по замыслу твоего родственничка тебя спрятать и где-то держать столько, сколько понадобится. Хочешь к контрабандистам в гости? Нет? Тогда шевели ногами… и мозгами тоже.

Во время моего монолога Шарха несколько раз порывалась что-то сказать, но останавливалась, видимо, понимая, что я прав. Поэтому, махнув рукой, направилась вдоль огромной скалы вправо, честно заглядывая за все уступы и во все промоины.

Но транспорт нашёл, естественно, я: просто потому что лучше понимал, что и где нужно искать. Небольшая, но крепкая лодка прекрасно подходила для того, чтобы переправиться на другой берег, и я без особых усилий подтащил её к воде.

Вообще я всякие водоёмы очень люблю: моря там, океаны, речки – потому что на их берегах можно прекрасно позагорать, побездельничать, полюбоваться на красивых девушек. Но это на нормальном водоёме, например, как на Золотых пляжах в Бертрине, куда мы ездили вместе с Теодором и Хасидом. Славное было время… лежишь себе, друзья рядом, красивые девушки в мяч играют, проблемы в прошлом, а впереди – только бесконечное безоблачное будущее.

Но вот этот пролив – достаточно широкий, кстати – совершенно не походил на приветливое и ласковое бертринское море. Вместо голубой искрящейся глади – серая, словно стальная, поверхность, по которой пробегает постоянная дрожь. Вроде и волн нет, но и спокойным это море назовёт разве что слепой или глупый. Я себя ни к тем, ни к другим не относил, поэтому на воду смотрел с большим подозрением.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.