Лана Ларсон
Недоразумение на боевом факультете. Книга 1

Глава 1

Ба-бам!

– Ника, прекрати сейчас же крушить свою комнату! В третий раз ремонт делать не будем, так и знай. Спалишь мебель – будешь жить на чердаке.

– Договорились, – откликнулась я, вставая с пола. Отряхнула испачканную в пепле ночнушку, отбросила очередную испорченную свечу в сторону и вернулась к своему занятию.

Снизу донеслось что-то нечленораздельное и, скорее всего, адресованное в мой адрес, но я не обратила на это внимания. Подумаешь, в первый раз что ли ругаются? Лучше сосредоточусь на свечке, которая вместо того, чтобы просто зажечься, снова упорно старалась взорваться.

Хм, и что я опять делаю не так?

Я всегда любила магию. С самого детства.

Всегда с восторгом и замиранием сердца смотрела на родителей и старшего брата, которые прекрасно управляли своими стихиями. Мама у меня водница, способная создать целое озеро в пустыне. Отец – маг земли. Нет, он не копается в ней, как травники или ботаники, скорее, он гору с места сдвинет, чем полезет руки марать. Брат… Эх, Барт у нас огненный элементаль.

Тут я даже говорить ничего не хочу.

Красавец, умница (или, скорее, умник) и отличник, которого нахваливают магистры и обожают одногруппники. Звезда факультета, гордость академии и прочее, и прочее, и прочее…

Ну, вот, не хотела, но всё-таки сказала. И снова всё хвала про Барта, будь он неладен. И ведь родители туда же:

– Ника, бери с Барта пример.

– Ника, у Барта прекрасно получаются заклинания, учись у него.

– Ника, не мешай Барту тренироваться, не отвлекай его болтовней и всякой ерундой.

– Ника, Барт то… Ника, Барт сё…

И так практически каждый день.

Да я и не отвлекала его, а просто смотрела. Ну, хорошо – подсматривала, как он тренируется магии и вытворяет из огня что-то невероятное, начиная от боевых заклинаний и заканчивая огромным огненным цветком.

Вот это красота.

Я была бы рада у него поучиться, очень-очень, но ведь он зазнался, зараза такая, не хочет отстающую младшую сестру даже элементарному научить. Например, вот свечу зажечь. Просто зажечь, а не спалить полдома.

Но, в общем-то, он нормальный был. Когда не зазнавался. И даже дельный совет мог дать, и подсказать что-то. Да вот только такие всплески доброй воли у него не особо часть случались. А я… а у меня вот вообще непонятно какой дар. Если вообще он у меня есть. Хотя вроде бы и есть, но какой-то странный.

Просто с самого детства, за чтобы я не ухватилась – ничего не получалось. Пыталась управлять водой, как мама, так чуть не затопила целый городок, в котором мы жили. Хотела быть, как папа – землекоп… эм, магом земли, так город чуть под эту самую землю и не ушел. Пыталась совладать с воздухом и… думаю, и так понятно, что налетел ураган, да? Про огонь вообще мне сказали даже не заикаться, как и про боевую магию.

Эх, боевая магия… мечта, да и только. Но ей так и суждено остаться только мечтой, так как я была просто ходячей катастрофой.

Если я бралась за создание какого-то зелья, то оно обязательно становилось ядовитым. Нет, вы не думайте, на тот свет я еще никого не отправила. Наверное. Просто у людей могли вырасти рога… например. Или становилась зеленая кожа, как у орков. А один раз человек сильно «раздулся» и стал легким-прелегким, совсем, как всем знакомая тетя из Гарри Поттера. Только вот Гарри там сделал это специально, а я…

Упс, так получилось.

В общем, либо зелье кого-нибудь травило, либо разъедало поверхность, причем даже из твердых пород, либо искажало любой живой объект до неузнаваемости, то есть могло сделать из кота бегемота. Но это если в двух словах. Бегемоты у нас не водятся, зато вместо них есть существа пострашнее. Вот в одно из них простой и милый соседский котик однажды и превратился, с моей подачи. И чуть не сожрал хозяйку.

А что я? Я не виновата, что он по чужим домам лазать любит и есть всё подряд. Насильно в него никто зелье не вливал, он сам его вылакал.

Но обвинили всё равно меня.

А ещё элементарное и очень даже простое зелье ускорения роста в обязательном порядке становилось вот совсем непростым и не очень безобидным. Так что любое растение, которое я им поливала, запросто могло обратиться в какую-нибудь Венерину мухоловку, которая с удовольствием сожрет… нет, не мух, а соседского кота, например. И вот что интересно, что его жрет растение, а обвиняют в этом снова меня.

Несправедливо!

Ага, еще и обидно. Барт вон в академии учится, магию постигает, а я тут сижу в простом городишке, буквально запертая в доме и если выхожу на улицу, то всё жители шарахаются от меня, как от чумы и обходят десятой дорогой, если увидят. А ведь я общительная. И очень добрая.

Честно-честно!

Про то, чтобы быть лекарем или хотя бы травницей, не шло даже и речи. Со стороны родителей, конечно. С моей стороны это предложение прозвучало. Однажды.

– Если не хочешь перетравить всех в округе, разбудить вулкан или поднять нас всех на воздух, то даже и не мечтай поступать в Академию магии! – строго вещал папа еще два года назад, когда я, став совершеннолетней по магическим меркам, то есть в свои шестнадцать, намекнула на обучение. – Твой удел сидеть дома и постигать науку мира людей. Безмагического мира! Вместо академии будешь поступать в Университет, так что лучше готовься к людским экзаменам. Надеюсь, хоть в том мире от тебя меньше бед будет.

Я тогда насупилась, жутко обиделась и не выходила из своей комнаты целых три дня, объявив ко всему прочему еще и голодовку.

Но голодовка была официальной информацией для родных, а на самом деле я задалась целью найти и взять под контроль свой странный, непонятный и, скорее всего, спящий дар, чтобы не поступать в людской Университет. Правда, вот уже два года всё было безуспешно. Ну, почти. Дар всё же пробудился, но как-то не так. Он словно сходил с ума и не мог понять, что ему делать.

А заодно и мне.

У меня и раньше были проблемы с контролем неполноценной силы, а теперь возникало ощущение, что она вообще перестала меня слушаться. Постоянно норовила устроить какую-нибудь пакость. У меня в руках начали взрываться зелья, вода вскипала от одного прикосновения, а элементарная и очень простая попытка зажечь свечу всегда заканчивалась взрывом.

Вот как сейчас.

Родители пытались понять, что со мной не так. Почему моя магия сходит с ума, но так ничего и не нашли. Как и лекари нашего мира. Они только разводили руками и качали головой, словно ничего большего, кроме как ограничить дар, сделать не могут. А больше ни к кому мы не обращались.

Так что поступить всё же пришлось, как и отучиться целых два года на факультете юриспруденции Университета дружбы народов, будь он неладен. Я ведь, по легенде, была с далекой Англии. Благо, фамилия подходящая и никто из одногруппников не догадался, что я не из этой самой Англии, холодной и мрачной, а с Дарлинии, солнечной, цветущей и наполненной магией. Родителям пришлось нацепить на меня ограничительные браслеты, чтобы я ненароком никого не взорвала, так что вреда окружению я не принесла.

А иногда так хотелось.

Особенно, когда парни-студенты очень красноречиво и нагло начинали приставать к хрупкой, невысокой блондинке с огромными голубыми глазами. Такой беззащитной на вид, что желающих «пригласить на свидание» с каждым месяцем становилось всё больше и больше. Хорошо, хоть Барт не был таким уж вредным придурком и, как только узнал, что ко мне пристают, подарил один артефакт, способный увеличивать силу удара.

С виду простой маленький, черный камень с тонкими, красными волнообразными линиями. Ничем не примечательный, совершенно обычный, но благодаря ему сила удара хрупкой девушки возрастала раз в десять. Так что после одной сломанной челюсти, одного перелома ребер, пары сломанных рук и потенциального кастрата в лице особо наглого парня ко мне перестали лезть с непристойными предложениями.

Я повесила камушек на цепочку и теперь носила в виде браслета. Но, к моему огромному сожалению, из учебного заведения меня так и не забрали. И не отчислили. Так что мне всё равно приходится изучать всё эти термины, законы и всю остальную ерунду.

«Право интеллектуальной собственности. Альтернативное урегулирование споров. Наследственное право…» – вот на фига оно мне все, а?

Поэтому я не сдавалась и упорно продолжала тренировать и развивать свой дар. Жаль, что только летом, когда прибывала в родную Дарлинию на каникулы. Сначала занималась в тайне от родителей, но затем, когда снесла полстены в своей комнате (случайно, конечно же), стала продолжать тренировки под их бурное ворчание и с обязательным контролем.

Вот прям, как сейчас, ага.

– Ника, я кому сказала прекращать свои эксперименты, – снова донеслось грозное обращение мамы.

– Ага, сейчас-сейчас, – крикнула в ответ и затем уже чуть тише добавила, – Сейчас, только свечку эту противную зажгу и сразу прекращу. На сегодня.

Хоуп, моя совушка умненькая, любимая, которую я тоже слегка «переделала», моргнула своими огромными глазищами и предусмотрительно отодвинулась на противоположный конец шкафа, от меня и от свечи подальше. Она ведь, ну, никак не хотела нормально зажигаться и, значит, нового взрыва не миновать.

А я ведь старалась.

Вот нутром чувствовала, что у меня обязательно должна быть огненная магия! Ну, не просто же так вокруг меня всё в последнее время взрывается, да? Так что я шумно вздохнула, поправила выбившийся светлый локон из пучка и вновь склонилась над многострадальной свечкой.

– Ну, давай уже, зажигайся, – проворчала я, колдуя над ней. Взрывы-то у меня получались и очень даже неплохо, но ведь неконтролируемые же! А так не должно быть. И ещё не получались простые заклинания. Я бы даже сказала наипростейшие, вроде зажечь свечу, как сейчас.

Подождите вот, кажется, фитилек немного заискрился. Точно! Вот, я же вижу, он начал тлеть. Значит, у меня получилось, да? И только я хотела обрадоваться своему успеху, как вновь с руки сорвалось нечто и смело меня в одну сторону, а стол с многострадальной свечкой, свитками и книгами в другую.

– Да что ж такое, – проворчала обиженно.

– Да что же это такое? – прогремело снизу грозное, и я поняла, что на сегодня точно надо заканчивать.

Ладно, продолжу завтра. Может, в горы пойду, подальше ото всех и там потренируюсь. Главное – обвал там не сделать.

А сейчас я поднялась, вновь отряхнула запачканную от недавнего взрыва короткую, ещё полчаса назад белую ночнушку, и принялась поднимать перевернутый стол с книгами. Эх, помогли бы хоть, дубовый стол метр в длину не так-то просто поднимать хрупкой девушке. Но я лучше сама раскорячусь, чем позволю папе увидеть, что я тут вновь учудила.

Барт, может, и помог бы бескорыстно. И даже родителям ничего не сказал, но вновь выслушивать его подколы от моего провала я была не готова, так что обойдусь без посторонней помощи.

Справившись кое-как со столом, я принялась за книги и свитки. Разложила их по поверхности, сложила аккуратными стопками и хотела уже идти умываться, как взгляд зацепился за один свиток, оставшийся лежать на полу. Вроде бы такой же, вернее, похожий на всё остальные, но всё же неуловимо другой. Более маленький, аккуратный и с интересной кисточкой на конце бечевки, которой он был обвязан. У нас таких точно не было.

– Так, а это что у нас тут? – проговорила заинтересованно, разворачивая его и пытаясь понять, что это за бумага такая, мягкая и гладкая, словно шелк. А еще тонкая, как пергамент, так что я (со своей везучестью) изо всех сил старалась не разорвать его. По крайней мере, сразу.

Приветствую тебя, будущий маг!

Если ты читаешь эти строки, значит, в тебе есть кусочек нашего мира – магическая искра Ильсарры и артефакт-искатель избрал тебя для обучения в Великой межмировой академии Изумруд.

Условия очень просты: ты сам выбираешь свой путь. Как только за тобой закроется дверь, для тебя начнется новая, совершенно непривычная жизнь, полная приключений, тайн и загадок. Ты пройдешь опасное испытание, подготовленное нашими наставниками, и раскроешь свой дар или вернешься к скучному, обыденному существованию…

Помни, ты можешь взять с собой только то, что способен унести.

Если ты готов – просто порви конверт. И да помогут тебе священные звезды Ильсарры!

После этих строк по всему дому раздался громкий визг.

Глава 2

– Ника, что случилось? – в комнату вбежали перепуганные родители вместе с братом и приготовленными боевыми пульсарами наперевес.

Может, думали застать тут жуткого монстра, которого я сама же и сотворила, но застали только меня, счастливо скачущую по всей комнате:

– Меня пригласили. Пригласили! Меня позвали учиться в ВАИ!

Я продолжала радоваться и буквально летать по комнате от переполняющих меня чувств. В это письме, в это маленьком клочке пергамента были самые заветные слова, которые я ждала два года. И сейчас я была вне себя от счастья.

– Подожди, Ника, объясни толком, что происходит? Куда тебя приняли? – нахмурилась мама, заглушая небольшой водный шарик, парящий над рукой.

Я подбежала к застывшим родителям и сунула им в руки заветный свиток, а заодно обняла.

– ВАИ. Вы представляете, меня пригласили в межмировую академию! Я буду учиться магии. Магии, как я и мечтала! Я, наконец, смогу обуздать свою магию и не будет этих спонтанных выбросов. Я буду, как все, представляете?

Моему счастью не было предела, но вот родители, похоже, его вот вообще не разделяли. По крайней мере, папа. Он заглушил… нет, не шар с землёй, как можно было бы подумать, а шар, похожий на сгустки молнии и вновь перевел взгляд на письмо. Я же не обращала внимания на эту хмурость, а с лучезарной улыбкой повернулась к брату:

– Барт, я научусь управлять своей магией, представляешь? Я буду настоящим магом, как ты! – я подскочила к нему и буквально повисла на шее.

– Эй, полегче, – прохрипел он, пригибаясь, – Ты хоть и мелкая, но не забывай о моем подарке. Ты же сейчас меня задушишь.

– Ой, прости, – улыбнулась я и чмокнула его в щеку, – Я не хотела, так получилось.

Точно, я же совсем забыла о черном агате, подаренном для увеличения силы. Даже не думала, что простое объятие тоже может быть усилено. Надо запомнить, чтоб в академии ненароком никого не придушить.

Брат, в отличие от родителей, улыбался, хоть и выглядел ошарашенным. Но мне некогда было вникать в подробности, так что я отскочила от него и задумалась.

– Так, в письме написано, что я могу унести с собой только то, что будет в руках, значит, нужно собрать всё самое необходимое. А что мне понадобится в академии? Правильно, одежда. Так, мне нужна одежда.

Я подскочила к своему шкафу и выудила оттуда сумку, с которой обычно уезжала в универ. Небольшая, но вместительная. Она точно должна была поместиться у меня в руках. Конечно, если не набивать её под завязку.

– Джинсы? Да, джинсы нужны обязательно. И лучше пары три, про запас. Юбки? Нет, зачем они мне? А вот джемпера и свитера точно понадобятся. Практично и удобно. Намного лучше, чем те же блузки, – я буквально вытряхивала содержимое своего шкафа, отбрасывая в сторону то, что не нужно и закидывая в сумку все, что необходимо. По моему мнению. – Так, мне ещё средства личной гигиены нужны, вот прямо обязательно. Как я буду без них?

Я бросилась в ванную комнату, начала сгребать оттуда всё необходимое, оставив стоять сзади себя ошарашенных родителей.

– Так, щетка, резинки, заколки, – перечисляла я, закидывая в сумку всё свое добро, – паста, полотенце… нет, оно точно не нужно, шампунь…

– Ты никуда не поедешь.

– … гель для душа, скрабы и… Что ты сказал? – до меня только дошел смысл сказанных слов, после чего я ошарашено обернулась.

– Ты никуда не едешь, Ника, – хмуро повторил отец, свернул пергамент с моим приглашением и спрятал его в карман халата. А вид при этом сделал такой, словно в руках у него ничего и не было. Совсем.

Та-ак, и как это понимать?

Я скинула всё добро, которое успела сгрести из ванной комнаты в сумку, смахнула упавшую на лоб прядку волос, уперла руки в бока и не менее грозно посмотрела на родителя.

– Можно узнать, почему я не могу туда поехать?

– Тебе не место в академии, Ника, – будничным тоном проговорил родитель. – По крайней мере, не с твоей нестабильной магией. Ты же разнесешь её в щепки, а нам с твоей мамой потом всё это разгребать и краснеть перед преподавателями. К тому же, я не хочу, чтобы моя дочь училась с непонятными монстрами.

– Подожди, Ральф, давай всё обсудим, – встряла мама. Только она умела быстро и непринужденно успокоить разбушевавшегося отца.

Водница, этим всё сказано.

Я же насупилась, села на кровать и захлопнула рот. Вот так всегда, только я собиралась разразиться гневной тирадой, как меня перебили. Теперь, пока они не поговорят, не поспорят, встревать к ним в разговор было бесполезно.

– Может, всё не так плохо и наша девочка, наконец, сможет совладать со своей магией.

– Только не в этой академии, – хмуро сказал отец, – там учатся люди и нелюди со всех уголков нашего необъятного мира. Со всех уголков Вселенной. Кого там только нет: эльфы, драконы, дроу, ведьмы, русалки… Русалки, Верона! Вот как эти существа будут учиться? Как ходить по академии?

– Какая разница, как они будут ходить? – улыбнулась мама. – Главное, что Ника у нас нормальная, с двумя ногами, двумя руками и головой. За нее переживать надо, а не за каких-то там русалок.

– На счёт головы я бы поспорил, – всё так же хмуро заметил отец и взглянул в мою сторону, – она же там камня на камне не оставит…

Нормально, да?

Я сидела на кровати, подтянув к себе ноги, и с тоской наблюдала за спорящими родителями.

Эх, вот так всегда. Они, значит, на меня ярлыков навешали, причину таких всплесков не нашли и решили проблему просто: нет магии – нет проблемы. Нацепили на меня ограничители и довольны. Хорошо, что хоть сейчас основную часть сняли, оставив только один, который помогает мне не разнести дом к чертовой бабушке. А я не хочу жить среди обычных людей, я хочу учиться магии! И снять эти оковы, будь они неладны.

Пока они продолжали спорить, я решила потихоньку дособирать сумку.

Сделала знак своей совушке, чтобы та попыталась выкрасть заветный пергамент из кармана родителя и продолжила упаковываться. Она у меня маленькая, незаметная… иногда бывает. Но по большей части такая же бедовая, как и я. Однако я всё равно её обожаю, лапочку пернатую.

– Сбежать хочешь? – раздалось тихо над ухом. От неожиданности я подпрыгнула и нечаянно заехала локтем в живот одному вредному парню, не заметив подкравшегося сзади брата.

– А ты бы не сбежал? Или предпочел бы всю жизнь сидеть здесь, под надзором? – проворчала я и продолжила собираться, пока скрючившийся в три погибели Барт хватал ртом воздух. Просто заехала я рукой, на которой красовался подаренный им же артефакт, увеличивающий силу. Ну, ничего, может, пугать перестанет. – А лучше, прожить жизнь вдали от магии вообще, как это прочат мне.

Сказала и сама же скривилась.

Нет уж, не хочу я сидеть тут всю жизнь. Не хочу и не буду. Если так не отпустят, тогда сбегу.

– Сбежал бы, конечно, – прохрипел он, потирая ушибленное место и присаживаясь рядом. – Поэтому я и здесь. Я же тебя прекрасно знаю, Ника. Если ты чего-то захотела, то будешь добиваться желаемого любой ценой, – замолчал и продолжил задумчиво, – иногда даже в счёт целостности дома, здоровья окружающих, нервных клеток родителей… – у меня даже глаза на лоб полезли от таких откровений. Ну, это он утрирует. Совсем чуть-чуть, – …и в этот раз я тебе помогу.

Я удивленно изогнула брови и посмотрела на своего сегодня уж очень странного братца. Обычно он и близко ко мне подходить не любит, а тут еще и помощь предлагает.

– И чем же? – спросила осторожно и даже перестала складывать вещи.

– Просто помогу тебе отправиться в академию, – улыбнувшись, ответил он. – Даже несмотря на протест родителей. Хотя протестует тут только папа…

Мы одновременно повернули головы на всё еще спорящих предков и синхронно вздохнули.

– … А я тебе говорю, Верона, что Нике не место в этой академии! – продолжал ругаться отец. – Ты хоть знаешь, что это за академия? Ты не бывала там и Ника туда не поедет. Она может не вернуться.

– Не знаю, но ты сейчас говоришь глупости, – спокойно отозвалась мама. – Это просто академия. Одна из многих. Она находится на перекрестке миров, далеко от нас, поэтому и баек ходит не мало, а на самом деле…

Да, папа у нас любил отстаивать свою точку зрения. Упрется, как гора, и фиг с места сдвинешь. Магия земли ему определенно подходит.

Я перестала вслушиваться, так как время поджимало. Если я сейчас просижу просто так, то в академию я попаду без вещей. Главное – вообще туда попасть, письмо так и лежит в кармане у папы. Взглянув еще раз на Хоуп, я одним взглядом поторопила её выудить заветный пергамент и вновь вернулась к сумке.

– Так, джинсы, кофты, белье есть, – ворчала себе под нос, вспоминая, всё ли взяла, – зубная щетка, ботинки, куртка… бли-и-ин, куртка с обувью внизу находятся, – простонала вполголоса и нахмурилась.

Вот как мне незаметно дойти до коридора и забрать вещи? Повернулась к Хоуп, но та округлила свои огромные глазки и отрицательно мотнула головой, так как прекрасно поняла, о чем я в этот момент думала.

Ну, вот, придется самой изворачиваться. И только я хотела осторожно прокрасться вниз, как…

– Ты куда? – Барт схватил меня за руку и усадил обратно.

– За вещами, – тихо ответила и постаралась высвободить руку. Но не тут-то было, Барт держал крепко. – Эй, выпусти. Я же должна собраться.

– Вот это тебе понадобится гораздо больше, чем вещи, – он вложил в мою ладонь… резинку для волос. Обычную, черную, ничем не примечательную резинку. Разве что плетение у нее было интересным и все.

– Эм… спасибо, наверное. Но у меня и своих резинок хватает.

– Это не просто резинка, глупая, – со вздохом и, словно маленькому ребенку, пояснил он. – Это артефакт. Эта «резинка» способна превратиться в длинную толстую цепь, которая сама опутает противника. Долго над ней возился, но вот, как видишь, отдаю любимой сестре.

– И в чем подвох? – спросила настороженно, держа в руках эту самую «резинку» так, словно она была каким-то ядовитым существом или вот прямо сейчас готова была обернуться в упомянутую цепь.

– Да ни в чем, – пожал плечами Барт. – Просто я пока её не опробовал, так что ты будешь кем-то вроде первопроходца.

«Ага, скорее уж, подопытным кроликом», – добавила про себя и хотела уже вернуть резинку, но… подумала немного и всё же нацепила её на пучок. Понятия не имею, как поведет себя эта штуковина и будет ли вообще работать, но взять всё же стоит. Потом буду разбираться, что это такое и как ей пользоваться.

– …я тебе еще раз повторяю, Верона, что Аннике там не место, – громыхнул отец. – В свое время я не пустил туда Барта, а сейчас не отпущу Нику. И это не обсуждается.

– Как раз это очень даже и обсуждается, – не менее грозно возразила мама, – Барт не пошел в ВАИ по своим причинам, но Ника вполне сможет там учиться…

– Спасибо, – проговорила тихо, наблюдая за Хоуп, которая уже лапку вытянула, чтобы добраться до заветного пергамента. – За резинку. То есть, за цепь. Ну, ты понял. А почему тебя не пустили в ВАИ?

– Были причины, – невесело ответил брат, – Не бери в голову, лучше держи и учись так, чтобы я тобой гордился. И я же обещал помочь, так что, держи.

Он протянул мне заветный пергамент, который должен был лежать у отца, и подмигнул.

– Это же… Как ты?.. Он же…

Я обернулась на Хоуп, которая застыла в нелепой позе, всё еще пытаясь дотянуться до кармана халата, и огромными глазами смотрела на нас с братом. Во всем её взгляде говорилось: «ты не мог об этом сказать раньше?» А затем не удержалась на одной лапке и свалилась в этот самый карман, моментально привлекая к себе внимание родителей.

– Хоуп, что ты здесь делаешь? – спросил папа, вытаскивая мою малютку из кармана и проверяя его на наличие свитка. Но его же там уже не было, так что он перевел гневный взгляд на меня и начал надвигаться. – Ника, ну-ка верни письмо.

Только сейчас я вспомнила, что заветный пергамент был у меня в руках и на всеобщем обозрении.

Ой-ой, пора брать руки в ноги… то есть, ноги в руки и бежать отсюда, если я хочу добраться сегодня до академии. Так что я подорвалась с места, словно ошпаренная, и отскочила подальше, сжимая в руке заветный свиток.

– Ника…

– Я всё равно поеду учиться, – возразила, отступая подальше.

– Ник, туда порталом перемещаются, а не едут, – хохотнул Барт.

– Значит, перемещусь, поплыву, пойду пешком – неважно. Главное – я всё равно попаду в эту академию! Папа, почему ты так против того, чтобы я училась там?

– Потому, что я сам учился в ВАИ и не хочу, чтобы ты прошла через то же самое.

Учился в академии Изумруд? Странно, отец никогда не говорил об этом. Честно говоря, он вообще ни разу не говорил о своей учебе, так что я, по меньшей мере, удивлена. Что же там с ним произошло? И пока я отвлеклась, отец сделал один широкий шаг в мою сторону и уцепился за свиток.

Ну, уж нет, теперь я его точно не отдам. Я вцепилась в этот несчастный клочок бумаги обеими руками и просто тянула.

– Ника, не дури. Отдай письмо, тебе не нужно в эту академию, – настаивал на своем отец. И даже не обращал внимания на маму, которая пыталась втолковать ему обратное.

– Я хочу там учиться! Почему ты не хочешь меня отпускать?

– Да потому, что там экзамены на выживание, которые проходит далеко не каждый потенциальный адепт! И ты с твоей силой его точно не пройдешь и застрянешь в безвременье Ильсарриона, как застрял мой очень хороший друг. И больше никогда не вернешься!

Ого, вот тут я застыла. Даже чуть ослабила захват пергамента. Неужели, это правда? И не всегда испытания проходят гладко, и будущие адепты могут попросту пропасть?

Невольно задумалась, а хочу ли я так рисковать?

И именно в этот момент ко мне всё же решила подлететь моя ручная нахалка. Вернее, совушка, которая уселась на руку, и тут же клюнула посередине пергамента, разорвав тот на две части. Перед тем, как меня закрутило и окунуло в темноту, я смогла разглядеть встревоженное лицо отца, после чего меня унесло в воронку, швыряя и раскручивая во все стороны, чтобы через минуту вышвырнуть… куда-то.

Куда-то в темноту и явно не на кровать, так как я довольно больно приложилась пятой точкой. Потерев ушибленное место, я обнаружила, что в руках у меня были только половинка письма и сова, которая умудрилась захватить с собой свою любимую остроконечную шляпку. Розовую.

– А моя сумка? – сказала обиженно и посмотрела на Хоуп. Паршивка лишь пожала крыльями, водрузила себе на голову шляпку и что-то важно пискнула.

Класс.

Похоже, испытания мне придется проходить в короткой ночной сорочке и босиком.

Глава 3.

– Хоуп, ты не могла клюнуть пергамент чуть попозже, а? Вот как я теперь учиться без вещей буду? – проворчала, вставая с холодного пола.

Я сверлила вредную птичку злющим взглядом, надеясь на сочувствие или хотя бы понимание, но на Хоуп это не произвело вот совсем никакого впечатления. Заразка поправила лапкой чуть съехавший головной убор, что-то чирикнула и важно пошла рассматривать то помещение, куда нас, собственно, и закинуло.

Нашла я этот перьевой комочек два года назад крохотным птенчиком и совсем одну. Ни гнезда, ни мамы поблизости тоже не обнаружила, так что, не раздумывая, взяла к себе.

Так как дело было летом, то я смогла выхаживать её сама. У меня был кое-какой опыт в лечении магических зверей, благодаря учебе в магической школе. Там хоть поверхностно, но преподавали лекарское дело. Для людей. Ну, и чуть-чуть для магических животных. Не буду говорить, сколько животных перетрав… хм, то есть вылечила, но опыт всё же был.

Небольшой, так как сразу после третьего бедолаги, у которого выросли четыре лишних лапы, меня отстранили от предмета.

Эх, не мое это – лечить, совсем не мое.

Однако, даже несмотря на «опыт», поставить на ноги, то есть, на лапы эту малютку у меня получилось не сразу. Она ведь была совсем обычной совой, лесной и без магии. Сначала я покупала зелья в лекарской лавке, где мне их правильно смешивали, настаивали и заваривали, давая в строго определенных колбочках с нужной дозировкой. И я точно не могла ими навредить птичке. Но в один прекрасный день в лавке закончился тысячелистник, и мне пришлось варить снадобье самой.

Вы же помните, что у меня всё получается не так, как нужно, да? Ну, вот и в тот раз я что-то снова сделала не так. И вместо простого восстанавливающего зелья получилось… получилась Хоуп. Разумная птичка, размером с маленькую банку газировки, которая всё понимает, имеет людские повадки, но отвечает на своем птичьем языке. И даже не на совином. Её писк больше напоминает воробьиное чириканье, чем благородное «уху».

Ух, как же хорошо, что я намешала именно такой эликсир и Хоуп получилась маленькой и смышлёной, а не большой и прожорливой, например. А то ведь с моим везением я и дракона из нее запросто могла сделать. Огнедышащего.

Ах, да, она еще и модница.

Вы бы видели, сколько шляпок, шарфиков и накидок с плащиками она у меня вытребовала. Вот именно тут и пригодилось мое умение делать не пойми чего из обычного зелья – я просто уменьшала свои старые или ненужные вещи до её размера и отдавала ей. Проснувшийся в этом пернатом комочке шопоголик был вне себя от счастья.

А я была невероятно счастлива, что у меня появилась вредная, мелкая, но такая любимая совушка, в которой я души не чаяла. И которая сейчас вела себя, как будто все, так и было задумано. Она про свою шляпу не забыла, а я и так похожу.

Вредина перьевая.

Нахалка сложила крылышки за спиной и с очень умным видом продолжала изучать помещение. Да, верное решение, так что я вынырнула из воспоминаний и тоже решила осмотреться, а заодно понять, куда я, собственно говоря, попала.

А попала я на небольшую площадку с выгравированной многоконечной звездой на полу и множеством огромных арок, увитых лианами со странными жёлтыми цветами, которые тянулись практически до самого неба. Нет, до неба арки, конечно, не дотягивали, но наверху была какая-то дымка, закрывающая обзор, поэтому создавалось ощущение, что они бесконечны.

Тут тоже была ночь, как и в моем мире. Было темно и довольно холодно, особенно если стоять босыми ногами на голом камне. Лишь тусклый свет из каждой арки и создавал хоть какое-то освещение.

Повертев головой, я насчитала шестнадцать арок, от каждой из которых исходил туман своего цвета. Но он не смешивался, а красиво клубился у каждого проема, завлекая к себе. За самими арками не было ничего – просто пустота и непроглядная тьма. Не удивлюсь, что это место вообще парит где-нибудь высоко над землей или находится в безвременье.

Но тут было невероятно. Красиво и спокойно.

От каждой арки исходила почти осязаемая сила, которая так и ластилась ко мне, зазывая и заманивая войти именно к себе. Так и должно быть?

– Так это и есть Ильсаррион? – проговорила, восхищенно осматриваясь. – Тут невероятно. И арки, похоже, ведут каждая на свой факультет. Неужели, тут так много направлений? – проговаривала, пока обводила каждую взглядом. – Это все, конечно, здорово, но что дальше-то мне делать? Какую выбрать?

Тут не было никаких подсказок, никаких людей или духов, не было никого, к кому можно было бы подойти с расспросами. Неужели, тут каждого новоприбывшего просто оставляют в одиночестве, а дальше – думай и действуй, как хочешь?

А еще тут было холодно.

И с каждой секундой становилось только холоднее. Поэтому я подхватила свою любопытную птичку, которая уже чуть ли не клюв засунула в арку с желтым туманом, водрузила её на плечо и решила изучить эти самые арки поближе. Потирая руки, чтобы хоть немного согреться, я пошла вдоль них.

Тут были арки на любой вкус и цвет. Синяя, голубая, белая, черная, фиолетовая… короче, глаза разбегались от разнообразия. Но мне-то какая из них нужна? Я понятия не имею, как сочетать цвет арки с факультетом. Так что придется включать женскую логику и действовать методом исключения.

– Так, начнем с желтой, – проговорила, подходя к ней ближе и тут же смачно чихнула. – Не знаю, кто обучается на этом факультете, но идти я туда не хочу. Похоже, на этот факультет у меня будет аллергия.

Чихнув еще раз, я отошла подальше от непонятной желтой арки, от которой веяло какими-то уж слишком пахучими травами. Не иначе, тут лекари, а у меня с этим направлением особая «любовь» была, результат которой так же чихнул у меня на плече. От бордовой и белой арок я отскочила сразу. Вот не знаю почему, но идти туда мне точно не хотелось, словно всё внутри противилось этому. Интересно, что там за факультеты? Следом шли голубая и синяя, скорее всего, воздух и вода. Не, у меня точно не эти стихии, это я точно знала.

Хотя к синей всё же немного потянулась. Что-то мне в ней показалось родным, притягательным. Почему-то вспомнилось теплое и ласковое море, когда мы всей семьёй туда приезжали на отдых. И мама, с её нежными и любящими руками…

Может, именно в маме дело? Ведь вода – её стихия и я чувствую родственную связь? Однако я всё равно отошла от арки. Может, связь какая-то и была, но вода определенно не мое. Не должно быть моим. Я не водница.

Проходя мимо арки с черным туманом, я остановилась. Странно, но она манила особенно сильно. Притягивала, словно магнитом. Хотя нет, не магнитом, скорее, уж дурманила сознание, завлекала. Это больше было похоже на помешательство.

Темные.

Их я знала, причем на своей шку… хм, на себе их магию испытала. Учился со мной один паренёк, странный, пугающий и нелюдимый. Никогда ни с кем не общался, да и его стороной обходили всегда. Одним словом, неприятный. Так вот, мы с ним не поладили. Совсем. И на пару разгромили пристройку к школе, где обычно занимались боевой физкультурой. Разгромили вместе, случайно, конечно же, а этот зараза всё свалил на меня. Ну, и оказался в целительском крыле. Правда, я там тоже оказалась, но это уже неважно. С тех пор я недолюбливаю темных, у них на всё свои правила.

Брр. Нет уж, если тут такие же чудики, то на этот факультет я точно не хочу, так что я отскочила от арки, словно ошпаренная.

Рядом с ней была арка с прозрачными, чуть отливающими в розовый, камнями. Алмазы или бриллианты, точнее сказать не могу, не особо разбираюсь в камнях. Кристально чистые, мерцающие и невероятно красивые. Я не была поклонницей украшений. Совсем не была. Но сейчас этот камень завораживал. Очень хотелось подойти и ощутить на ладони его прохладу, почувствовать его силу и войти в арку. Просто почувствовала в ней что-то родное, близкое.

Я не знаю, что там за факультет. Понятия не имею, как по камню и цвету можно определить направление обучения, но почему-то от арки, пусть и с неохотой, я отошла. Наверное, была не уверена в своих силах.

Но зато к оранжево-красной арке я подбежала быстро и с удовольствием. Просто потому, что от нее веяло теплом. Я бы даже сказала – жаром. Не иначе тут учатся маги огня. Подойдя поближе, я чуть дотронулась до клубящегося дыма, намереваясь погреться, но он взял и закружил меня, окутав с ног до головы красно-черным туманом. Я даже пикнуть не успела, не то, что возмутиться.

И ещё не поняла – он то ли затащил меня внутрь, то ли оттолкнул в другую арку, так как полет у меня оказался долгий и странный. И вообще, этот туман даже не поинтересовался, хочу я заходить сюда или нет!

Ухватив Хоуп за лапки, чтоб точно не потерялась, я приготовилась к какому-нибудь внезапному и страшному испытанию, но очутилась в лесу. Темном, мрачном и снова холодном. Только теперь прибавились еще колючие веточки под ногами, которыми я постоянно кололась. А еще густой туман и идеальная тишина. Словно в этом лесу не было ни птиц, ни зверей. Ветра – и того не было. Он был словно мертвый. И жуткий.

– Да что б вас… – сдавленно выругалась, отскакивая в сторону от колючей палочки, которая больно впилась в ногу, заодно осмотрелась. Вокруг, кроме деревьев, ничего не было. Арка – и та исчезла, словно её вовсе тут не было. Интересно, и как я попаду обратно?

– Ну, и куда нас с тобой занесло? – спросила совушку, которая уселась обратно на плечо и теперь прижималась всем своим маленьким тельцем ко мне. То ли от страха, то ли от холода. Она ответила что-то на своем, птичьем, но даже по интонации было ясно, что и она понятия не имеет, где мы.

– Так, ладно, – проговорила, нахмурившись и растирая озябшие плечи, – раз арка нас с тобой сюда перенесла, значит, это, должно быть, испытание, верно? Или экзамен, как говорил отец. Так что, хочу я этого или не хочу, а его нужно пройти.

И только сейчас до меня действительно дошел смысл его слов – экзамен на выживание. Это действительно было похоже на выживание в нереальных условиях. Я невольно поежилась, но всё же пошла в лес, просто ничего другого не оставалось. Шла практически наощупь, пробираясь между колючих кустов и спотыкаясь о коряги и корни, но так и не поняла, что мне нужно тут сделать.

– Ну, и в чем суть испытания? – проворчала, стуча зубами от холода. – Это же была огненная арка, наверное, а значит, тут должно быть тепло, светло и гореть огонь, а здесь кромешная тьма и лютый холод. Если это действительно оказалась огненная арка, хотя я уже в этом сильно сомневаюсь, то мне хоть кто-то огненный должен попасться. Хоть животинка какая бы прошлась огненная, или жар-птица пролетела. Неужели, у них нет тут жар-птиц?

Хоуп на моем плече что-то пропищала и нахохлилась.

– Ага, тебе хорошо, – я снова включила злючку, – тебя греют перья, и лапки свои ты колючками не топчешь. Вот что это за испытания, а? Смогу ли я создать огонь и не окочуриться?

О, а это мысль.

Я даже остановилась от неожиданности озарения и начала прикидывать, где можно соорудить костер. И плевать я хотела на то, что огненная стихия не была моим коньком и у меня не получалось даже простую свечку зажечь. Сейчас мне надо выжить, а еще окончательно не закоченеть. Так что, я насобирала поблизости сухих веток, сложила их горкой и отошла подальше. Чтобы просто не задело моей же взбалмошной магией. Вскинула руки и попыталась дотянуться до внутренней силы, которая в обычное время вот совсем не хотела нормально откликаться.

– Нет уж, сейчас ты должна, просто обязана откликнуться, – ворчала тихо, скорее себе, чем своей магии. – иначе мы с тобой застрянем здесь навсегда и больше не устроим ни одного взрыва.

Ну, про взрывы я, может, и зря сказала, просто тут же почувствовала, как с рук слетела уже знакомая волна, которая не подожгла сухие ветки, а раскидала их во всё стороны, устроив при этом тот самый упомянутый мощный взрыв. Правда, в этот раз без огня, к сожалению.

Нас с Хоуп почти не задело, я успела сгруппироваться и прикрыть пернатый комок на плече. По спине ударило парой веток и камешков, но, в общем и целом, последствий не было. Правда, обрадовалась я рано. В эту же секунду из леса послышался вой и злобный рык, словно я своими необдуманными действиями пробудила этих самых зверьков, которых я так жаждала увидеть.

А еще через минуту в глубине леса показались несколько пар ярких горящих глаз и… горящих пастей. С клыками. А следом из темноты на меня стали надвигаться настоящие монстры, похожие на огромных тощих собак с непропорционально длинными конечностями и проступающими ребрами. А еще с настоящей огненной пастью и двумя парами глаз.

– Ой, мамочка… а с ними-то мне что делать? – я попятилась назад, пока не уперлась в дерево, а дальше… дальше этим зверюгам, видимо, приспичило попробовать меня на обед. Или, скорее, на поздний ужин, так как они слажено и очень дружно прыгнули прямо на меня. А я не придумала ничего лучше, чем завизжать, и что было сил дать деру. Другими словами, побежала, сломя голову, подальше от этих тварей, не обращая внимания на колючки с камнями под ногами и слыша лишь леденящий кровь вой.

Можно было и ударить, ведь на мне всё еще красовался подаренный братом камушек, увеличивающий силу, но как-то в одиночестве, одетой в одну лишь ночнушку, да еще и босиком, не хотелось кидаться на несколько голодных и явно опасных тварей. Одному дам в морду, а остальных сзади не увижу, так что бег – наше все.

Хоуп верещала, как ненормальная, больно впившись в плечо и размахивая крыльями, словно это могло помочь нам ускориться. Ага, если бы. Попробовала бы она поскакать по голой земле, усыпанной непонятно чем босыми ногами, тогда бы и не так заверещала. А я быстро поняла, что долго так скакать не смогу, поэтому подбежала к ближайшему толстому дереву и, цепляясь за ветки, полезла наверх.

Вот спасибо за это старшему брату и его забавам вроде «тренировки» младшей сестренки огненными пульсарами. Так часто одно время их в меня запускал, что уворачиваться от них и лазать по деревьям я научилась мастерски. Так что уже через минуту я была практически на вершине странного и какого-то обгоревшего дерева без листвы. Хоуп уже ждала меня на вершине, нетерпеливо верещала и размахивала крыльями, словно это хоть как-то могло помочь мне забраться наверх.

Вот тут эти монстры меня точно достать не смогут.

Я, что было сил, уцепилась за ствол и наблюдала, как собачки пытаются до меня допрыгнуть.

– А вот фигушки вам, не достанете, – выкрикнула им и покрепче вцепилась в дерево. Хоуп рядышком тоже грозно пискнула и даже крылом пригрозила на манер кулака. Защитница выискалась, пернатая.

Но зато у меня появилось несколько минут передышки, так что пока огненные монстры скакали вокруг дерева, я осматривалась с высоты птичьего полета. Вокруг всё так же был лес. Темный и непроглядный. Даже луна спряталась за тучами, так что глазу зацепиться было не за что. И куда дальше?

Тяжело вздохнув, я вновь посмотрела на псов, которые…

Ой, мама.

Похоже, что у них в пасти и правда был настоящий огонь. Просто мое дерево горело. Натурально горело! Огонь плавно, но, верно, распространялся по всему стволу вверх, не очень быстро, но очень упорно. А эти милые тварюшки подожгли еще несколько деревьев в округе, пригрозив устроить лесной пожар, так что, если буду медлить, то скоро превращусь в курочку гриль.

М-да, хотела согреться? Вот, пожалуйста, получай, Ника. За свои желания нужно отвечать, а в моем случае – расплачиваться. Надеюсь, что не жизнью.

– Эй, фу-фу, нельзя. Плохие собачки. Фу, сказала, – крикнула сверху, чтобы отогнать тварей подальше, но само собой это не произвело должного эффекта. Да вообще никакого эффекта не произвело. Монстры как бросались на дерево, так и продолжали бросаться. – Ну, и куда мне теперь деваться? Перелететь? Хоуп, одолжишь крылышки?

Совушка отрицательно замотала головой, поправила съехавшую от неожиданности набекрень шляпку и отлетела от меня подальше. Видимо, на всякий случай.

– Да не бойся, – проговорила устало, – мне твои крылышки всё равно не помогут. Но если я сейчас отсюда не слезу, то не увидишь ты больше своих любимых печенек и новых нарядов.

Я не хотела напугать пернатую, но эффект это возымело. Хоуп что-то усердно заверещала и даже крылышками для пущей убедительности стала размахивать, как бы подбадривая меня на умную мысль.

Так, и правда, надо думать, пока я еще это могу.

Я посмотрела еще раз вниз и заметила, что каждая псина была обмотана цепью и эта самая цепь тянулась в лес, где стоял… человек. Я несколько раз поморгала и даже головой потрясла, думая, что у меня начались галлюцинации, но нет, тут, в лесу, действительно стоял человек в длинном плаще и накинутом на голову капюшоне. И именно он держал на цепях монстров.

– Эй, помогите! – крикнула, что было сил. – Это же ваши собачки? Отгоните их, пожалуйста. Они хорошие, правда, только слезть мешают.

Правда, как я собралась слезать с горящего дерева я и сама еще не поняла. Однако человек (или кто это был) не то, что не ответил, даже не шевельнулся на жалобный окрик, и псины продолжали поджигать сук, на котором я сидела. А точнее, жечь дерево, на котором я повисла.

– Вы вообще меня слышите? Ау, я здесь, наверху! – предприняла еще одну попытку докричаться и до махаться до человека, но все было безрезультатно. Этот истукан как стоял неподвижной статуей, так и продолжал стоять. – Ах, вот значит, как, да? Испытание на выживание устроили, да? Ну, и ладно, без вас обойдусь, – крикнула, разозлившись, и стала раздумывать, как всё же отсюда выбраться.

И думать надо бы быстрее, огонь уже несколько деревьев рядом со мной сожрал, а мое всё как-то больше тлело, хоть и с пламенными огоньками. Но ведь везение не вечно. Особенно у меня.

Если это испытание на выживание, тогда мне нужно как-то избавиться от монстров. А что я умею? Управлять огнем у меня точно не получится – проверено и не раз, а вот раскидать их в стороны или подорвать…

Так, погодите, у меня же резинка есть от Барта. Ой, то есть, резинка, которая артефакт. По идее, она должна превратиться в цепь, вот сейчас это и проверим. Я одной рукой сдернула резинку с пучка, от которого осталось одно название, и повертела резинку в руках.

Ну, и что мне с ней делать?

Зная Барта, могу с уверенностью сказать, что активировать артефакт можно совершенно странным и нелогичным способом. Мой браслет с чудо-камнем не в счет, тут он действовал сам по себе без каких-либо моих вмешательств, а вот резинка… хм, очень надеюсь, что для её активации мне не понадобится надевать её монстру на хвост.

– Ну, ладно, Барт, очень надеюсь, что ты не такой зараза, каким казался всё мои восемнадцать лет.

Хоуп скептически пискнула и закатила глазки. Только хлопнуть крыльями себя по лбу оставалось.

М-да, невысокого мнения она о Барте. Впрочем, как и я. однако резинку всё же кинула вниз, надеясь на лучшее и… офигела. Прямо в воздухе она трансформировалась в длинную, широкую цепь, которая сама нашла свою цель, словно была живая, и моментально скрутила её по рукам и ногам. Ой, то есть, по передним и задним лапам в данном случае.

Вау! Вот этого я не ожидала.

Собаки, или как их тут звать-величать, завизжали и забрыкались, пытаясь освободиться, но фигушки, цепь держала крепко. Однако, к моему несчастью, цепь сковала не всех, три из семи собачек еще тявкали и кидались на дерево.

– Так, а с вами мне что делать? – проговорила задумчиво и снова покосилась на «статую». Хм, стоит, не шевелится, может, и правда не живой? Ай, ладно, фиг с ней, мне выбираться надо, а не о статуях всяких думать.

Решено. Устою еще один взрыв. Просто ничего другого сейчас в голову не лезло. Но здесь главное – не подорвать саму себя. А ведь я могу, еще как могу, к сожалению. Усевшись на стволе поудобнее, я прицелилась и запульнула в монстров своей магией, смастерив что-то наподобие пульсара, который тут же раскидал собак в стороны. Послышался визг, порвались цепи, благо не моя, и оставшиеся монстры упали и замерли.

Получилось? Или нет?

– Полегче со зверями, – послышался тихий, потусторонний голос.

От неожиданности я вздрогнула и заозиралась, пытаясь понять, кто это сказал. Правда никого, кроме уже знакомой статуи в мантии, я не заметила.

– Хоуп, ты это слышала? – спросила свою компаньонку по несчастью. Совушка кивнула и скосила глаза на «статую», которая так и не пошевелилась. Наверное, померещилось. От страха еще и не такое может привидеться.

Так, ладно, не до статуи сейчас, кем бы она ни была. Собаки теперь лежали по всей округе, кто-то обездвиженный, а кто-то еле шевелился. И если я хочу отсюда удрать, то делать это нужно не мешкая и прямо сейчас. Только я собралась слезть с несчастного дерева, как послышался хруст. Нет, скорее, треск.

Интересно, что это так трещать может? Не собаки же, они вроде как рычат.

– Да что б вас… – взглянув вниз, я чертыхнулась. Смачно так, от души. Совсем не тихо и вовсе не по-девчачьи, закончив предложение как полагается. Просто ствол дерева, на котором я величественно возвышалась, прогорел. Совсем. Полностью. Вместе со мной, а заодно с застывшей изваянием Хоуп с огромными глазищами, и стал заваливаться.

– Мама, забери меня отсюда! – прокричала я, вцепившись в дерево, что было сил. Рядом заверещала Хоуп и почему-то не отцеплялась от ветки, изо всех сил размахивая крылышками, словно старалась замедлить падение. А я что было мочи завизжала и приготовилась к встрече с землей, но угодила прямиком в непонятно откуда взявшийся синий портал.

Глава 4.

– Вы всё в своем уме тут вообще? – прокричала, отплевываясь от воды. – Из огня да в полымя, а точнее, куда-то в воду. Это что ж за испытания такие? Если адепт не сгорел, так пусть потонет?

Ответом мне, конечно же, была тишина.

Этот чертов портал закинул меня куда-то в озеро. Прямо на середину. И причем без моей совушки. Очень надеюсь, что она успела отцепиться от ветки и улететь подальше.

– Ну, если вы с Хоуп что-то сделаете, я вас из-под земли достану, – пригрозила в пустоту и задумалась. – Или из-под воды. В общем, приведением буду ко всем вам являться, личной жизни мешать, лекции срывать и фиг вы от меня избавитесь! – последние слова уже прокричала, чтобы меня наверняка хоть кто-нибудь, да услышал. Однако ответом мне послужило эхо.

Блин, ну, почему вода?

Вот всегда недолюбливала воду, если только теплую и морскую. Да и то на берегу. Даже несмотря на то, что мама с ней прекрасно справлялась и у меня имелась вроде как предрасположенность к управлению водной стихии. Совсем маленькая, но была. Мама сама мне об этом говорила.

– И вообще, зачем мне испытания с водой? Я не водница, точно вам говорю! – крикнула я и замолчала. Как бы мне не хотелось поругаться, но нужно экономить силы, иначе я точно отсюда не выберусь. Точнее, не выплыву.

Брр, испытания тут точно были на выживание. Из ледяного леса да в ледяную воду. Я ж окочурюсь! Неужели, тут всё это в порядке вещей?

– Я жаловаться на вас буду! – не удержалась от еще одного комментария в пустоту. – Вы тут что, всех водников таким образом проверяете? Кинули в озеро, и бултыхайся, как хочешь? Вынырнул – молодец, зачисляем. Не вынырнул – ну, ничего страшного, еще придут. Адептом больше, адептом меньше, какая разница, да?

Ответом мне вновь послужила тишина. Какая-то замогильная, страшная. Даже шелеста волн не было, только мое бултыхание. Озеро находилось рядом с лесом – вон он, виднеется на берегу, зараза мрачная. Только, похоже, что от места моего первого попадания озеро было далеко, так как никакого огня я не видела, как и не слышала воя.

Буду надеяться, что хоть тут никаких чудищ не будет.

С другой стороны озера виднелся замок. Большой, тоже мрачный и настолько усыпанный башнями, что я со счета сбилась. Зачем ему столько? Пленников держать? Или это и есть академия Изумруд? Хотя, какая разница, мне бы до него доплыть. Чей бы это замок не был, но там наверняка есть люди, еда, вода… нет, воды мне и тут хватает. В общем, там мне помогут. Я на это надеюсь.

Недолго думая, я поплыла в сторону мрачной громадины, попутно ругая и преподов, кто придумал эти испытания, и того, кто прислал мне свиток с приглашением. Ну, и себя.

За то, что повелась на всё это.

– Академия, – проворчала сердито, стуча зубами и изо всех сил стараясь грести, – на кой мне сдалась эта академия? И чего мне дома не сиделось? Вот выберусь из этого озера и потребую, чтобы меня обратно отправили. Домой. У меня хоть и проблемы с магией, но не до такой степени, чтобы испытывать себя на живучесть.

Я ворчала. Долго и со вкусом. Пока не перемыла косточки в этом самом озере всем, кого знаю и кого не знаю тоже. Жаль, что сил это не прибавило и не особо приблизило к заветной цели. То бишь, к берегу. Мне уже стало казаться, что озеро заколдованное, и я просто плыву на одном месте. А еще от холода ужасно сводило все конечности.

– И вот как мне с моей взрывной магией водой управлять, а? Вы там, которые следят за испытанием, не подумали, что вода совершенно не мое? Что мне взорвать кого-нибудь или что-нибудь надо, а не создавать водные барьеры. И вообще, – добавила, разозлившись, – я синюю арку не выбирала. Зачем вы мне её подсунули?

Эх, зря я про взрывы напомнила, определенно зря. И про несоответствие испытания тоже. Просто в этот же момент из воды высунулось чудище. Огромное, чешуйчатое и длинное, похожее на смесь гигантской змеи и дракона. Красивого, надо сказать, синенького такого с серебристыми переливами от света луны, но жуткого. С хребтом, зубами, клыками и всем, что еще полагается.

Это я его разбудила своим барахтаньем или это очередное испытание?

– Мамочки… а у вас тут хоть одна локация без монстров есть? Я уже насмотрелась, честно-честно, – проговорила испуганно и нырнула в надежде, что может, оно меня не увидит и уплывет, а?

Ан нет, не уплыло. Наоборот, вытащило из воды, плавненько положив на свой мощный хвост так, что я распласталась на нем, как на кровати. А затем с громким ревом разинуло пасть в нескольких сантиметрах от меня.

Завизжать?

Нет уж, спасибо, уже навизжалась. Да и от холода горло сдавило. Так что я не придумала ничего лучше, чем просто взорвать эту тварюшку. Быстро и машинально, даже особо не раздумывая. И что удивительно, почти не напрягаясь. Хоть и руки, и особенно пальцы свело от холода, моя родненькая взрывная магия откликнулась сразу и на «ура», а именно влетела в раскрытую пасть монстра, и отбросило его в одну сторону, а меня – в другую.

Пока летела, заметила на берегу людей. И если в лесу была одна фигура в виде неподвижной статуи, то теперь их стало две – уже знакомый мне дядька в длинном плаще с капюшоном и второй, тоже в плаще, только каком-то разноцветном и с длинными, белыми волосами.

Больше, к сожалению, заметить не успела, так как на полном ходу влетела… нет, не в воду, а в очередную воронку, чтобы приземлиться куда-то в темноту и опять на что-то твердое. И даже острое.

– Ауч, – простонала глухо, отбив себе и попу, и спину, и другие стратегически важные места, – да, когда ж это закончится? Это не экзамен, а выживание в нереальных условиях. Может, вы уже уточнили, какая у меня магия, а?

Но, похоже, еще не уточнили.

Или не наигрались, скорее уж, так как никаких дверей, порталов, окон и прочего я вновь не увидела. Как и людей, и зверей тоже. Но последнее было даже хорошо, хватит мне на зверушек любоваться. Однако наличие тут монстров было под сомнением. Большим таким сомнением, особенно если учесть нездоровую любовь здешних магистров подсовывать новоприбывшим адептам всяких разных тварюшек. Причем на любой вкус, цвет и размер.

Ладно, хватит философствовать, надо понять, куда меня на этот раз закинули. Правда, открыв глаза, я ничего не увидела. Вот совсем. Тут было темно, как… в пещере. Я проморгалась, потрясла гудящей головой, подождала, когда зайчики и лучики перед глазами улягутся, зрение привыкнет к темноте, и снова осмотрелась.

Осознание, куда меня занесло на этот раз, накатило сразу и подобно огромной волне. Блин, я в пещере. Самой натуральной, темной, небольшой пещере, где с трех сторон были глухие, каменные стены, а одна сторона, скорее всего, та, где должен быть выход, завалена камнями всех размеров.

– Нет, ну вы издеваетесь, да? – простонала, силясь подняться и стараясь не обращать внимания на боль во всем теле. – И теперь, после всех предыдущих забегов, заплывов и лазаний по деревьям, вы предлагаете мне самостоятельно отсюда выбраться?

Само собой, мне никто не ответил, но и так было понятно, что тут действует правило – помоги себе сам. Ну, ладно, я это запомню. Думаете, сгину? А вот, фигушки. Со взрывами у меня всё в порядке, а отсюда выбраться можно только таким способом. Не буду же я руками завал разгребать?

Так что я отошла, точнее, отползла на карачках к стене и по ней же помогла себе встать, шмыгнула носом и, не давая себе времени передумать, ударила магией по завалу.

Вот сейчас я очень радовалась тому, что на лето, когда я гостила в родной Дарлинии, с меня снимали ограничители. Если бы они сейчас на мне стояли (все, а не один), то фиг бы у меня получилось выбраться. А так, получился взрыв, что надо и во всё стороны, в том числе и в меня, полетел столп пыли и камни всех размеров, отбрасывая к стене.

Однако завал выдержал. Сейчас в нем образовалась порядочная брешь, но до конца он не разлетелся. Какая же у него толщина?

Шмыгнув носом ещё раз и утерев пот со лба, я снова запульнула магией в сторону завала. И ещё раз, и ещё, пока во всё стороны с бешеной скоростью не полетели осколки камней.

– Думаете, испугаюсь? – ворчала между взрывами, – Думаете, избавитесь от меня? Фигушки вам, я живучая. И вредная. И память у меня хорошая, – повторяла, пока камни, вперемешку с пылью, летели во все стороны. – Так что этот экзамен я вам еще припомню. Кому-нибудь точно.

Камни в большинстве своем летели в меня. Сначала небольшие, смешанные с крошкой и пылью, а затем случился обвал, который и накрыл меня. С головой. Точнее, завал по самое не хочу, оставив небольшой проем, в котором виднелся свет в конце тоннеля. Ой, то есть, просвет в конце пещеры. Странно как-то, обычно завалы наружу вываливаются при взрыве, а тут во внутрь, словно снаружи камням что-то мешало. Блин, вот только не говорите мне, что там глухая стена, я ж её не вышибу. Хотя, не похоже на стену, свет же откуда-то лился.

– Ау-у-уч, – простонал жалобно, – Может, хватит уже, а? У вас что, недобор подопытных адептов на лекарском факультете?

Шевелиться я могла, но с трудом. Меня прикрыло камнями, как одеялом. Основательно так, со вкусом. Правда, одеяло оказалось уж слишком неподъемным, а я слишком выдохшейся, чтобы из него выбраться, так что лежала я тихо, постанывая и почти не шевелясь. А еще матерясь. Про себя, правда.

Вдруг со стороны прохода послышался рык. Тихий, но отнюдь не добрый, от которого внутри всё заледенело.

– Мамочка… – прошептала, стараясь слиться с камнями в одно целое, – опять монстр? Да сколько же их у вас тут?

И действительно, из глубины пещеры на меня надвигалась собачка. Большая такая, черненькая, размером с алабая. С короткой густой шерстью и снова с огнем, только на этот раз он был на морде в виде каких-то замысловатых рисунков, и на ребрах, повторяя их контур.

Да что ж мне так на животных не везет, а? Нет, чтобы котенка прислать или щеночка? Миленьких таких и безобидных. Да я на большую собаку даже согласна, но главное слово – на собаку, а не на чудовище!

– Плохая собачка, – прошептала, кое-как стараясь вылезти из-под завала, – очень плохая. Не смотрит за тобой хозяин. Ты чего гуляешь сама по себе, а? Тебе домой пора, правда-правда, хозяин давно ждет.

Мамочки, хоть бы подействовало.

От страха здравые мысли помахали мне ручкой и разбежались, как тараканы, а я с ужасом наблюдала, как эта милая, лохматая и очень добрая псинка, скалясь и рыча, медленно подходила ко мне. И, не выдержав, зажмурилась, готовясь к нападению. Если набросится – кулаком в глаз дам. Благо, руку с браслетом удалось освободить.

– Шерран, место, – прогремело в помещении эхом. Собака заскулила пристыженно, и тут же исчезла из поля зрения. Следом послышались легкие шаги в мою сторону, а на месте собаки показался парень, который обеспокоенно и хмуро взирал на меня сверху вниз. – Эй, ты цела?

– О, а вот и ангел. Меня всё-таки пришибло, и я попала в Рай, – проговорила отрешённо, смотря на очень красивого юношу с длинными, светлыми волосами. Затем подумала и добавила, – Не, в Раю монстры в виде огненных собак не водятся, значит, я попала в Ад. А ты тогда кто, демон или падший ангел?

– Кто-то вроде них, – беззлобно усмехнулся парень. – Юморишь, значит, всё в порядке. А ну-ка, иди сюда.

Он наклонился и одним ловким движением отбросил в сторону большой булыжник, придавивший меня особенно сильно. А затем буквально выдернул на воздух, поставив на ноги перед собой.

Ну, это он зря. На ногах я стоять отказалась и буквально рухнула вниз, однако до земли не долетела. Парень успел подхватить меня на подлёте к ней и взять на руки. Только тут я заметила, что вся покрылась пылью. Нормальным таким, добротным слоем пыли и мелких камушек. Ровненько покрыта, словно старательно намазала себя толстым слоем грязи. И что-то мне подсказывает, что лицо у меня выглядит не лучше.

Капец.

– Я же тебя испачкаю, – посмотрела на шёлковую черную рубашку парня и представила, во что она превратится после встречи со мной. Парень, правда, только усмехнулся, взглянув на меня.

– Это все, что тебя сейчас волнует?

Интересно, а что меня еще должно волновать? После всего, что со мной творилось, я сейчас чувствовала себя не просто выжитым и ничего не соображающим лимоном, а выжитым, спрессованным и пропущенным через мясорубку лимоном, которому уж очень хотелось домой.

Однако я всё же взглянула на парня и зависла. Капитально так зависла, рассматривая его. А глаза у него были серые-серые, почти прозрачные, как льдинки. А ещё красивые такие, что я неотрывно смотрела в них несколько секунд, подразумеваю, что с открытым ртом.

Красивый. И правда, на ангела похож.

У него были длинные, серебристые волосы до лопаток, собранные на затылке. Правильные, жёсткие, но в то же время приятные черты лица, которые и производили впечатление, что передо мной ангел. Светлые, серые глаза, смотревшие на меня с интересом, и чувственные губы, на которых сейчас играла лёгкая усмешка. Вот она-то меня и протрезвила.

Чего это я на него пялюсь? Я что, парней красивых никогда не видела? Видела, конечно. Не он первый, не он последний, так что я несколько раз моргнула, смахивая наваждение и вспомнила, что мне вроде как вопрос задали.

– А что меня ещё должно волновать?

– Может, то, прошла ли ты испытания? – усмехнулся он, а я же, наоборот, насупилась.

– Так это всё-таки было испытание, – протянула отрешённо, – Лучше бы не прошла, – добавила мрачно, – если тут на вступительных экзаменах чёрти что творится, то я уже боюсь представить, что происходит на занятиях.

Ангел беззвучно рассмеялся, двинувшись со мной на руках в сторону выхода.

– На самом деле, занятия тут вполне обычные. Иногда скучные, иногда интересные, как и везде, – затем усмехнулся каким-то своим мыслям и продолжил, – Но да, иногда магистр Дарро любит устраивать адептам хорошую встряску, выпуская на волю своих любимцев. Как сегодня, например.

– А магистр Дарро – это кто?

– Декан факультета темных сил, – пояснил провожатый, – а любимцы обитают в нашем монстрятнике, откуда и вылез сегодня Шерран.

– Монстрятник? – спросила, уставившись огромными глазами на парня. – Погоди, ты имеешь в виду, что все те монстры, которых я сегодня встречала, ваши?

– Я не знаю, кого именно ты встречала, – парень усмехнулся, покосившись на меня, – но да, скорее всего, всё они из академии.

Мама дорогая. Это куда меня принесла нелегкая, а?

– А ты, Шерран, должен был отыскать девушку, а не пугать ее, – парень остановился прямо перед огненной собачкой и грозно посмотрел на нее. – Неделю будешь обходиться без лакомства.

Собака, или как её тут называют, пристыженно опустила морду и, заскулив, засеменила в сторону выхода.

– Подожди, это что, твоя зверушка?

– Мой питомец, – ответил он спокойно, – я случайно узнал, что один адепт, который должен быть сегодня на дежурстве по встрече новых адептов, слинял от своих обязанностей. Зная, что Ильсарра и академия, в частности, могут подготовить для адептов, решил заменить его. Шерран нужен был мне для того, чтобы тебя отыскать. Извини, если он напугал.

– Да ничего, – пискнула я, оглядываясь на семенящую рядом собачку, – Он у тебя хороший. Очень хороший, наверное, когда не рычит.

Парень рассмеялся, а монстр фыркнул, словно понял, о чем я говорю и то ли поддакнул, то ли опровергнул мои домыслы. Проверять не хочу.

– И… для чего вам столько монстров?

– Обучаться, – он пожал плечами, – например, подчинению темных чудовищ. Очень помогает на службе у границы, магистр Рангвальд подтвердит. Да и просто для удовольствия.

– Ч-чьего удовольствия?

Парень покосился на меня с ухмылкой.

– Темного факультета и нашего магистра – Демиона Дарро. Многие говорят, что он монстров любит гораздо больше, чем людей. И скажу по секрету – это правда.

Последние слова он прошептал, наклонившись к самому ушку. А я нервно сглотнула, силясь понять, он сейчас шутит и специально мне жути нагоняет, или тут и правда все сумасшедшие?

– Но ты не переживай, если вдруг поступишь на наш факультет, то Демион тебя научит, как взаимодействовать с ними, а еще сделает тебе защиту от своей давящей ауры. Знаешь, многие студенты встают в ступор при одном его виде и просто не могут пошевелиться.

– От страха? – пискнула я.

– И от него тоже, – снисходительно пояснили мне, – но по большей части от тяжелой давящей ауры. С ним могут нормально общаться и не испытывать вселенского страха только те, у кого есть темная магия или предрасположенность к ней.

Я снова нервно сглотнула.

– А это точно академия? Может, я не туда попала, а?

Парень снова расхохотался. А смех у него такой красивый, оказывается…

– Это вряд ли. Ильсарра не призывает никого по ошибке и не переносит никуда, кроме Ильсарриона. Так что попала ты точно туда, куда нужно, вот только…

Что «только» я так и не узнала, так как мы вышли, наконец, из пещеры на свежий воздух. Точнее, на холодный воздух. Очень-очень холодный, словно тут не конец лета был, а как минимум конец осени, а то и лютая зима. Или это я просто уже намерзлась? Вышли на стык, где, с одной стороны, виднелось озеро, в котором я недавно плавала, а со второй – лес, где я недавно бегала и по деревьям скакала.

Да, всё рядышком, всё под рукой, как удобно, однако.

Снаружи пещеры стоял еще один парень в красивой мантии винного цвета. Симпатичный, высокий, мускулистый и черноволосый с пронзительными, темными глазами. Его можно было даже назвать красивым, если бы не скрещенные на груди руки и не выражение презрения на породистом лице.

– Только не говори, что этот комок грязи и есть новая адептка, – неприятно протянул он.

Ангел со мной на руках остановился в паре метров от него и, похоже, даже не думал опускать меня на землю. Кажется, даже захват стал покрепче, хотя внешне он оставался совершенно спокоен и даже расслаблен.

– Если бы ты выполнил свои обязанности и встретил ее, Ларс, как и должен был, то девушка не была бы в таком виде.

– Больно надо, – усмехнулся тот, – Лучше с Лайлой побольше времени провести, чем таскаться с новенькими по испытаниям.

– Не боишься, что вас застукают? – спросил «ангел».

– Не боюсь, – усмехнулся тип. – У нас всё продумано.

– На твое счастье, что я оказался рядом, – сухо подытожил парень, – Если бы с девушкой что-то случилось, то это было бы на твоей совести.

– О, это вряд ли, – с усмешкой протянул он, – за ней всё равно наши деканы присматривали, так что ничего бы с этим комком грязи не произошло.

Так-с, не поняла, меня что, встречать должны были? Вот этот вот парень? Который, вместо своих обязанностей, с какой-то Лайлой время проводил? Я во все глаза уставилась на наглого типа в ожидании дальнейших пояснений, но он прошёлся по мне безразличным взглядом и отвернулся, так что стало сразу ясно, что ему глубоко начхать.

Вот, гад.

Понятия не имею, на каком факультете учится этот индивид, но я его запомнила.

Глава 5.

Пока я тихо офигевала над типом, которого назвали Ларс, рядом тихо, но очень злобно зарычал ручной монстр ангела. Этот парень, который Ларс, даже отшатнулся, словно собачка запросто могла сожрать его по одной команде «фас». А что, вполне возможно. Это я команду имею в виду. Просто я очень явно ощутила волну силы, исходящую от внешне спокойного ангела. Мне кажется, если бы я не лежала у него на руках, то точно бы свалилась.

– Полегче, Лерт. Я ни тебя, ни твою псину не боюсь.

– Поэтому отходишь?

Ангел двинулся на парня со мной на руках, но, сделав пару шагов, остановился. Просто со стороны громадной академии послышался гомон голосов. Ангел сжал губы и бросил на парня испепеляющий взгляд, словно говоря, что они еще не закончили. Парень усмехнулся, снова встал в прежнюю вальяжно – наглую позу и потерял ко мне всякий интерес. Хотя, о чем это я? Он и так никакого интереса ко мне не испытывал.

– … И всё-таки Луник был лишним, но ничего, девочка справилась. – донесся до меня глубокий, красивый голос. – Хотя достаточно было и твоих гармов.

– Которых она поджарила и придушила, – отозвался кто-то глухим, можно сказать, потусторонним голосом, от которого я вздрогнула. Нет не потому, что испугалась, просто я его уже слышала. В лесу.

Ой-ой, так это всё же были чьи-то питомцы…

– А не надо было натравливать, – отшутился третий незнакомый голос, – тогда и не пришлось бы Клиффорда звать для воскрешения. Девочка – молодец, сделала все, как нужно. А от твоих питомцев не убыло, так что нечего возмущаться. А вот тебе, Ардааш, вообще не нужно было спорить с Демианом. Глупая затея глупостью и обернулась. Так что, вашим монстрам досталось из-за вас.

Эм, спор? Затея? О чем они вообще?

Пока я напряженно прислушивалась к гомону голосов, тот, кого звали Ларсом, перестал изображать из себя безразличного ко всему истукана и подобрался. Даже встал по стойке «смирно», словно собрался на парад.

– А вот и наши деканы, – шепнул мне на ушко ангел, – сейчас дальше проверять будут.

– Кого? – испуганно шепнула, покосившись на этих самых деканов, которые были все ближе и ближе…

– А кто их знает? – хохотнул ангел. – Может, тебя, может, Ларса. Это ведь был и его экзамен тоже. И он, по всей видимости, его завалил. Если не сможет сейчас выкрутиться, то огребет по полной от своего декана. У нас сейчас тоже волна незапланированных экзаменов.

– Как угробить адепта и не допустить перегруза в академии? – спросила тихо и почувствовала, что меня начало трясти.

Это что, землетрясение ко всему прочему? Ан, нет, это ангел беззвучно рассмеялся.

– И ничего смешного, – буркнула недовольно и скрестила руки на груди. Просто так становилось еще и теплее.

Ангел… или как его там зовут, Лерт, кажется, проследил за моим движением и сжатыми кулачками, а затем по всему моему телу прошла волна тепла. Ласкового, даже обжигающего, но такого долгожданного.

Я во все глаза уставилась на парня.

– А чего ты раньше так не сделал? – спросила удивленно. Лерт приподнял одну бровь и усмехнулся, словно говоря: «И это вместо спасибо?»

– Забыл, что люди более восприимчивы к холоду.

– А ангелы не восприимчивы?

– Почему ты решила, что я ангел? – парень посмотрел на меня внимательно, чуть склонив голову на бок. Я лишь пожала плечами.

– Не знаю, просто ты похож на ангела.

Он еще какое-то время смотрел на меня, словно изучая, а затем все же ответил:

– Ангелы – нет.

Уж не знаю, о чем он в этот момент думал, но было ощущение, словно меня сканируют. Основательно так и глубоко. Однако уже через секунду он перевел взгляд на деканов, которые уже подошли и с интересом меня рассматривали. Почти все. Двое сверлили не очень довольным взглядом парня, который должен был меня встречать.

– Спасибо, – успела шепнуть перед тем, как ко мне обратились все взоры.

– Доброго вечера, юная леди, – улыбнувшись, произнес высокий, симпатичный мужчина с длинными, белыми волосами с синими кончиками. – Поздравляю с завершением испытания и поступлением в академию «Изумруд». Надеюсь, испытания оказались для вас не слишком сложными?

Эм… ну, что на это может ответить девушка, с головы до ног облепленная толстым слоем пыли и без сил лежавшая… сидевшая… нет, повиснувшая на руках адепта.

Правильно – ничего.

Вот и я промолчала, лишь во все глаза уставилась на чистеньких и опрятных деканов. Удивленно так уставилась, многозначительно. Вдруг до них быстрее дойдет, что я тоже хочу быть чистой и опрятной? Ан, нет, не дойдет. Блондин как смотрел на меня, очень мило улыбаясь, так и продолжал смотреть. Словно ожидая от меня… чего, благодарности? Или восторга от того, что я прошла все это и осталась жива? Я не поняла причину столь пристального внимания, поэтому промолчала, продолжая во все глаза смотреть на декана. Одного из.

А посмотреть тут было на кого.

Все деканы были… колоритные. Вышеупомянутый блондин с синими кончиками волос, неуловимо смахивающий на эльфа. Похоже, что водник. Красивый, молодой брюнет с легкой улыбкой и яркими, голубыми глазами, на которого так и хотелось любоваться. Бритоголовый и татуированный мужчина в черной футболке, обтягивающей стальные мышцы. Вот он на меня взглянул только мельком и вновь перевел взгляд на Ларса, который даже пошевелиться не смел. Это какой же у него факультет, у татуированного? Наверняка, боевой.

Еще был меланхоличный мужчина средних лет и… статуя в капюшоне. Та же самая, которую я видела в лесу. Так это не статуя, оказывается, а магистр со своими зверушками, которых я подпалила и придушила? Вот это я попала…

– Хм, вижу, вы еще не отошли от испытания. Ну, ничего, шок скоро пройдет. А пока, позвольте представиться, меня зовут Ардааш Рарнран, я декан водного факультета Великой академии Изумруд. А как ваше имя?

– Анника Роуин, магистр Аршаш… Ардшар…

Я запнулась, захлопнула ротик, чтобы не ляпнуть ничего лишнего, и с новым витком удивления уставилась на магистра, который чуть насмешливо приподнял брови и с большим интересом смотрел, в свою очередь, на меня. Даже вперед наклонился, видимо, чтоб лучше меня слышать.

Издевается еще, гад.

Я еще немного поморгала, прокрутила в голове упомянутое имя и выдала единственно верное. На мой взгляд.

– А можно я буду звать вас магистр-водник?

Хотела добавить «пожалуйста, дяденька», даже ресницами для пущей убедительности похлопала, но решила, что это перебор. Магистр расхохотался, и я снова почувствовала «землетрясение». Ангел тоже веселился за мой счет. Нет, ну, а чего смешного я сказала? Я не виновата, что после всех потрясений не в состоянии выговорить Аршдаш… короче, имя магистра.

– Сегодня можно, разрешаю. А на будущее попрошу вас все же запомнить мое имя, адептка Роуин. Особенно, если поступите на мой факультет. Надеюсь, вас не слишком утомили испытания академии?

– Нет, ну, что вы, – все ещё шокировано ответила, – какие испытания? Это так, прогулка. Вечерняя. Точнее, ночная. Люблю прогуливаться перед сном. И в озере купаться тоже. Без сменной одежды. И по деревьям лазать люблю. И зверушек тоже… это… люблю.

Уж не знаю, услышали ли деканы иронию в моих словах, но блондин заулыбался. Татуированный закатил глаза, а вот брюнет еле сдерживал смех, судя по подрагивающим уголкам губ.

– Вот видите, как славно, – продолжил водник, – значит, и гармы вам нипочём, и мой Луник понравился. Это хорошо, очень даже хорошо, значит, с животными вы дружите.

– Надеюсь, мне не придется дружить с ними каждый день? – спросила испуганно и даже к ангелу поближе прижалась.

– Нет, ну, что вы, – как-то не очень добро улыбнулся он, – только на занятиях. Правда, вам придется ещё немного обучиться сдерживать взрывы, но ничего, этому вас обучат практически на любом факультете.

– А где же твой камень? – поинтересовался высокий темноволосый красавец с пронзительными голубыми глазами. – После прохождения испытаний он должен был появиться.

– Может, она не прошла, – заявил этот, как его, Ларс. Правда, тут же заткнулся, так как к нему подошел татуированный декан и так, по-простому хлопнул его по плечу.

– Скорее, ты не прошел зачет, адепт Варден. Так что, утром сдашь три прохождения полосы препятствий.

– Сколько? – потрясенно переспросил тот.

– Пять, а ты что услышал? – спокойно поинтересовался декан.

– Т-три…

– А, – понятливо протянул тот, – все верно, шесть. Как раз присоединишься еще к одному отличившемуся с третьего курса. Вместе ж веселее, не правда ли?

Парень кивнул и поспешил прихлопнуть рот, чтобы еще больше не накинули развлечения ради. Я же мысленно усмехнулась, будет знать, как экзамены проваливать. Вот встретил бы меня, как и должен был, и не получил бы наказания.

– Так, где же все-таки камень? – снова поинтересовался красавчик. – Он не появлялся перед тобой, Ника?

– Нет, – сказала, чуть задумавшись, – не помню никаких камней. Хотя в пещере камней много, какой из них подойдет?

Тут меня снова затрясло. Да что смешного-то? Блондин с красавчиком усмехнулись. И даже противный Ларс. Причем так, словно я вообще какую-то глупость сморозила.

– Если ты прошла испытания академии, то перед тобой должен был появиться камень, символизирующий факультет, на который тебя зачислили, – терпеливо пояснил все тот же красавчик. – Все камни разные и соответствуют тем аркам, которые ты видела в Ильсаррионе. Это может быть алмаз, рубин, сапфир, янтарь и многие другие. Ты видела какой-нибудь камень на испытаниях?

Понятия не имею.

В лесу было темно и холодно, мне как-то никакие камни не попадались на пути. Когда от собачек спасалась, вообще не до них было. А в пещере… даже если бы и были, то в этой пыли они все стали одинаковыми. Поэтому я лишь отрицательно покачала головой, понимая, что все эти забеги были зря.

Нет, я, конечно, уже не горела желанием поступать в этот сумасшедший дом, но, блин, обидно как-то.

Мужчина задумчиво нахмурил брови и принялся что-то тихо говорить блондинистому воднику. От статуи в капюшоне не было никаких эмоций, как и от меланхоличного мужчины. Татуированному вообще все равно было, похоже, а вот Ларс неприятно усмехнулся, словно только этого и ждал.

Зараза.

Однако мне не до камней каких-то там было. Я вдруг обнаружила, что Хоуп нигде нет.

– Что случилось? – ангел словно почувствовал мое настроение.

– Со мной была совушка. Маленькая, в шляпке. Я ее в лесу потеряла. Понятия не имею, как ее теперь найти.

– Сова? – раздался голос из-под капюшона, – Была такая. Пронырливая птица.

– Вы ее видели?

– Видел, – отозвался декан так же глухо, – и она к вам еще присоединится. Наверное. А пока, раз вы не получили камень, то…

Договорить декан не успел. Просто тут я услышала чириканье моей совушки, с каждой секундой становившееся все громче и громче, словно она летела сюда на всех парах и явно опаздывала. А когда зависла над нами, возбужденно и возмущенно чирикая, я не смогла сдержать улыбки.

Она откуда-то взяла маленькую сумочку через плечо, в которой уже что-то позвякивало. Вот проныра, уже новой вещью разжилась, а я так и была в потрепанной, грязной, когда-то красивой сорочке, так в ней и осталась. Короткой, прошу заметить, не скрывающей практически ничего.

Хоуп приземлилась мне на живот, поправила сумочку и с самым сердитым видом, наступая на магистров, стала что-то рьяно им вчирикивать, жестикулируя при этом крылышками. Сердилась при этом знатно, аж шляпка несколько раз набекрень съезжала. Что интересно, её никто не перебивал. И магистры, и ребята очень внимательно и немного насмешливо смотрели и слушали мою защитницу, словно прекрасно понимали птичий язык и внимали жалобам и брани. Напоследок Хоуп сердито вякнула, выудила из своей сумки прозрачный камень с розовыми переливами и положила его мне на грудь.

Хм, молодец, прекрасное место выбрала, ничего не скажешь. Взгляд всех мужчин как упал на него, так там и завис. Уж не знаю, куда именно они все смотрели, на камень или на грудь, но меня утешало только одно – что сейчас меня скрывал толстый слой пыли и мелких камней. Надежно так скрывал, мощно. Ничего не было видно, только ошалелые, голубые глаза на черном фоне. Слабо, надо сказать, утешало, но это лучше, чем ничего.

Я прошла? Неужели, и правда прошла?

Даже не знаю, радоваться мне или огорчаться.

– Боевой факультет, – усмехнувшись, протянул блондин, – этого и следовало ожидать. Твоя студентка, Элевиз, принимай.

От неожиданности я дернула рукой, с которой тут же сорвалась магия, угодив в деревья сзади деканов и, устроив очередной, не очень мощный, но взрыв.

Ой, настолько неконтролируемого выброса силы у меня еще не было…

Тот, кого назвали Элевизом, обернулся на него, тяжело вздохнул и сжал пальцами переносицу. Я же сглотнула, и, кажется, ещё сильнее прижалась к Лерту. Элевизом, а по совместительству деканом боевого факультета, на который меня распределили, оказался именно тот бритый татуированный мужик в черной майке. Ой-ой, он меня пугал не меньше, чем декан темных. И мне как-то совсем-совсем не хочется у него учиться.

А может, это ошибка, а?

Хотя нет, уж лучше у него, чем у этого Демиана Дарро. Вот от него точно мурашки по всему телу бегали, спасаясь от потустороннего взгляда и замогильного голоса. К нему я точно не хочу!

– Может, ошибка? – озвучил мои мысли декан боевиков, – Сомневаюсь, что она выдержит нашу нагрузку. На испытаниях выдохлась уже, а что дальше с ней делать?

– Учить, – усмехнулся блондин, – тренировать на выносливость, успокаивать и выравнивать магию, понять, в чем проблема девушки и дальше по списку. Мне ли тебя учить.

– Не тебе, – мрачно подтвердил декан и не менее мрачно взглянул на меня. – Досталось же мне в этом году, что ни адепт, так обязательно с приветом или какой-то проблемой. Ты мне башню на воздух не поднимешь, адептка?

– Это вы мне? – спросила испуганно, чем вызвала очередную усмешку.

– Тебе. Девочек среди нас вроде больше нет. Сова не в счёт, – добавил он, покосившись на сердитую Хоуп. Ну, да, она же у меня девочка.

– Могу. Запросто. Всё могу: и башню на воздух, и взрывы в коридорах. Правда-правда. Мне не место в академии, – усердно закивала я головой. Может, если они посчитают мою магию взрывоопасной, то отпустят?

– М-да, – мрачно подытожил боевик, – свалилась на мою голову. Ладно, посмотрим, на что ты сгодишься. Скорее всего, сбежишь к водникам после первого семестра. Или к травникам, если дар откроется. Или вообще к темным, что более вероятно, – после этих радужных перспектив нервно дернулась, покосившись на декана Дарро, а алмаз, наконец, покинул свое место на моей груди и звякнул об пол. Магистр боевиков снова тяжело вздохнул и даже глаза прикрыл на минуту, пока моя совушка подбирала камень и прятала его в свою позвякивающую сумочку.

Не доверяла его мне, паршивка.

Я вроде как хотела возмутиться, а потом подумала, что так даже лучше. Сейчас я не в том состоянии, чтобы еще и за камнями следить.

– Еще не поздно поменять факультет, – отозвался темноволосый красавец. – У тебя есть предрасположенность к огню, водной стихии и темным силам. Кажется, даже к некромантии в небольшом количестве. Тем более, с одним темным ты уже знакома, и довольно тесно.

Это кто? Это он о ком? Какой еще темный, с которым я тесно познакомилась, а? Покосилась на «ангела» и замерла. Ой, так это он, что ли темный? Парень, похоже, увидел мое удивление, смешанное с легким ужасом по глазам, так как еле заметно усмехнулся и поспешил отвести взгляд.

Вот уж точно не ожидала, что темные могут быть не такими странными, как мой школьный знакомый, а вроде вполне нормальными. Их декан не в счет.

Вот именно из-за странного декана я и покачала отрицательно головой. Красавчик понимающе усмехнулся и продолжил:

– Ну, в таком случае добро пожаловать на боевой факультет, адептка Роуин. Меня зовут Ансгар Рангвальд, я завкафедрой этого факультета. Так что, если возникнут какие-то вопросы, можете смело обращаться ко мне. Или к своему куратору.

Я покосилась на «куратора» и поняла, что лучше сама буду все изучать, чем подойду к этому типу хоть раз. По крайней мере, сама.

– С-спасибо, магистр, – проговорила еле слышно. Элевиз хлопнул себя по лицу и глубоко вздохнул.

– Лерт, отнеси эту катастрофу к лекарям, пусть восстанавливающее дадут, – затем еще раз посмотрел на меня и добавил, – и отмыть её надо, иначе Конна её на пушечный выстрел не подпустит к вещам. А ты, Вилларс, будешь ее куратором.

Развернулся и ушел, оставив меня в полной растерянности, и всё еще мирно лежавшую… или висевшую на руках темного. Я покосилась на противного Ларс и заметила не менее противную ухмылку, вкупе с обещанием лёгкой жизни. Очень лёгкой. Такой, что мне сзахочется отсюда сбежать. Уже хочется.

Да уж, фартит мне.

– Ну, вот и славно, – подытожил Ардш… короче, магистр с непроизносимым именем, – начнёшь с боевого факультета, раз того пожелала академия, а там, может, и переведешься.

– А разве так можно? – спросила с надеждой.

– Конечно, – открыто улыбнулся брюнет. – В академии нет жёсткой привязки к факультету. Ты вполне сможешь перевестись, если захочешь. Или сможешь посещать некоторые занятия других факультетов. Того же водного, например, или темного. У тебя предрасположенность есть и к тем, и к другим.

Ага, здорово. Теперь бы все это в голове уложить. Кстати, пока мне этот брюнет больше всех деканов понравился. Открытый, улыбчивый, чуть ироничный и, похоже, что добрый. Может, первое впечатление и обманчиво, но лучше уж я буду к нему обращаться, чем к бритоголовому декану, который мне уж очень напоминает определенного типа людей человеческого мира. Надеюсь, он не такой, как я о нем думаю. А думаю я много…

Уф, надеюсь, что все мои первые впечатления обманчивы.

– А что у меня за магия? – спросила, пока еще многие из деканов оставались тут. – Я не чувствую стихии, не владею огнем, а только взрываю всё подряд.

– А вот это вам и предстоит узнать, адептка Роуин, – ответил все тот же брюнет, – но, скорее всего, одна из трех стихий – огонь, вода или воздух. Земля вряд ли, она уж очень редкая и, как правило, не такая агрессивная.

Ага, как же, вот с этим я как раз могу поспорить. Мой папа обычно спокоен, но, если его кто-нибудь достанет… Короче, его лучше не злить, иначе на себе можно испытать, какая «земная» магия может быть «мирная».

Хм, интересно, я что-то не увидела среди арок коричневую, которая вроде как должна быть цветом земли. Может, проглядела? И если папа тут обучался, то на каком факультете?

– Так что вполне возможно, что у вас и водная стихия есть, раз вы ощущали к ней тягу на испытании, только надежно скрыта или недостаточно развита, – продолжил он. – Но вы не переживайте, в академии «Изумруд» вам обязательно помогут пробудить магию как положено. А пока отдыхайте адептка и всего хорошего.

Он кивнул, развернулся и вместе с водником пошел в сторону академии. Следом ушел Ларс, пройдясь по мне многообещающим взглядом. В смысле не обещающим ничего хорошего. А я так и осталась на руках ангела с тихо, но очень красноречиво повякивающей Хоуп на животе.

– Какая занятная у вас птичка, адептка Роуин, – глухо сказал магистр Дарро. – Очень… смышлёная.

Вот не знаю как вам, а мне это показалось угрожающим. Вот и Хоуп испуганно чирикнула и юркнула между мной и ангелом. Даже испачкаться не побоялась, а ведь она та ещё чистюля.

Я не поняла, оценил ли магистр этот маневр или нет, за капюшоном было не видно, но услышала тихий смех, от которого мороз пошел по коже.

– А еще у вас занятная вещица есть, – продолжил он, – которая надежно связала моих гармов. Так надежно, что пришлось прибегать к помощи некроманта, дабы оживить их.

Ой, это он о резинке, что ли?

– Не подскажете, где взяли такую прелесть?

«Не подскажу», – так и хотелось ответить, но я прикусила язык. Все же магистр как-никак, грубить не стоит, но и Барта выдавать не хотела. Откуда мне знать, что там себе надумает магистр темных сил, если узнает, что в моей семье есть артефактор – недоучка? Так что я просто покачала головой. Нервно так покачала, словно боялась, что мне не поверят.

Ага, не зря боялась. Не поверили.

Из глубины капюшона послышался уже знакомый потусторонний смех, пробирающий до костей и заставляющий волоски вставать на дыбы. Хоуп тоже пискнула и поглубже зарылась в недра рубашки ангела.

– Ну, что ж, поверю. На этот раз. В следующий раз будьте более сговорчивы, адептка Роуин. А теперь, всего хорошего и до встречи.

Он, вместе с отрешенным товарищем, бурчащем… стихи? Или нет? Короче, что-то в рифму себе под нос и особо никого вокруг себя не замечающем магистром какого-то там факультета тоже ушел в сторону академии, оставив меня тихо офигевать от всего происходящего.

– Пойдем, бедовая, – усмехнулся ангел и двинулся со мной на руках в сторону все той же академии.

Вот вроде я магичка.

Выросла в городке, граничащем с обычным миром людей, посещала как магическую школу, так и простой универ. Вроде не должна удивляться ничему, что связано с магией, но академия «Изумруд» явно изменила мои представления о магическом мире. И чувствую я сейчас себя, как какая-то попаданка…

Короче, я вляпалась. Но вот во что и как глубоко, только предстояло узнать.

Глава 6

Лерт петлял по коридорам так быстро, что рассмотреть ничего толком я не смогла. Успела заметить на входе большую доску с какими-то надписями и, пожалуй, все. В остальном были лестницы, коридоры, снова лестницы, повороты, коридоры, направо, налево… короче, после нескольких минут я поняла, что без карты сориентироваться тут будет невозможно. А запоминать сейчас бесполезно, все равно не запомню. Так что, я просто расслабилась и позволила отнести себя в лекарское крыло.

Там, похоже, все спали, так как на первые несколько деликатных постукиваний никак не отреагировали, но зато после пары ударов ногой двери тут же открылись.

– Кого там еще темные принесли… – на пороге показалась миловидная, заспанная девушка, похоже, что дежурная, которая при виде нас начала ругаться, а как увидела моего ангела…

Эм, а почему моего?

А, неважно.

Короче, при виде Лерта разом покраснела, закрыла ротик и стала наматывать кончик каштанового локона на палец. При этом кокетливо улыбнулась, не обращая на меня никакого внимания, словно не она тут только что темных упомянула.

– Эйлерт, какой сюрприз. Всегда рада тебя видеть. Какими судьбами?

– По делу, Иви. Исключительно по делу, – парень подмигнул и бесцеремонно прошел в помещение.

Он выбрал одну из застеленных кроватей, усадил меня сверху и отошел, после чего моему взору, наконец, предстала удивленная девушка. Очень удивленная. Скорее всего, моим внешним видом, так как не сводила с меня взгляда.

– Принимайте, – сказал ей ангел и, подмигнув, причем мне, пошел на выход. – Удачи, бедовая.

Ну, вот, так и знала, что какое-нибудь подобное прозвище обязательно за мной закрепится.

Как только дверь за парнем закрылась, девушка, словно очнулась, тяжело вздохнула и направилась ко мне. Вернее, к нам, рядом со мной была такая же перепачканная Хоуп.

– Ты с испытания, да? На какой факультет определили?

– Боевой.

– А, тогда понятно, – усмехнулась девушка, – с испытаний боевиков редко кто сухим и чистый выходит. Ушибы, ссадины, раны, переломы – это все в порядке вещей для вас. Так что ты еще легко отделалась. Грязь сейчас смоешь, и залечим твои синяки. Ты проходи в душевую, там в такое время еще нет никого, так что не бойся – не увидят. И там же есть специальный артефакт в виде белого сундука, в него можешь закинуть свои вещи. Пока будешь принимать душ, они отстираются и высушатся. Она, конечно, прикреплена за лекарями, но ничего, у тебя вроде вещей мало, можешь и у нас постирать. А то ведь у боевиков таких привилегий на первом курсе нет.

Она все болтала и болтала, пока вела меня в долгожданный душ. Причем так быстро и много, что часть информации просто не усвоилась в уставшем сознании и благополучно выветрилась, в том числе и имя лекаря. Я уж думала, что после такого забега и крепких рук ангела я разучусь ходить, но нет, морщась от ноющих мышц и саднящих ран, я все же дошла до заветной цели.

– Так, вот душ, полотенце сейчас выдам.

С этими словами девушка обернулась и, наконец, заметила мою совушку.

– Ты с фамильяром? А почему тогда не с ведьмами? Это они всякую живность любят таскать с собой, – продолжила болтать она и подошла ближе. – Какая она хорошенькая.

Девушка потянулась к Хоуп, но та сердито на нее вякнула и отлетела подальше, чтобы та ненароком до нее не дотронулась. А еще сумочку со своими сокровищами к себе прижимала так, словно боялась, что ту сейчас же украдут. Девушка немного испуганно одернула руку и посмотрела на меня. Я же только виновато пожала плечами, мол, ничего сделать не могу. Я и правда не могла повлиять на Хоуп, она страсть как не любила, когда кто-то незнакомый до нее хотел дотронуться без разрешения.

Лекарь фыркнула и ушла, оставив нас с моей птичкой одних, а через минуту бросила, не глядя, полотенце на тумбу. Я же за это время успела осмотреться и понять, что излишеств тут точно нет. Душевая была небольшая, без излишка, но светлая и… общая. Кстати, еще и без перегородок или каких-то иных способов закрыться.

Нормально. А если бы тут еще и мальчики были?

Но пока их тут не было, я решила, что не стоит тянуть быка за рога и поспешила привести себя в порядок. Все же в академии сотни, если не тысячи адептов, и в лекарское крыло тоже может кто-нибудь заглянуть. Даже ночью. Вернее, уже под утро. Так что, приведя себя в более-менее приличный вид, я завернулась в предоставленное полотенце. Просто единственная имеющаяся у меня одежда сейчас барахталась в магическом аналоге стиральной машины. Правда, не в гордом одиночестве, туда же отправилась и шляпка Хоуп.

Кстати, она тоже освежилась и теперь напоминала пушисто – перьевой шарик, сидевший у меня на плече.

Пока она разомлела, я решила изучить содержимое её сумочки, непонятно откуда взявшейся. Да и интересно было посмотреть, что она успела насобирать.

И, в конце концов, должна же я знать, что держит у себя моя питомица.

Так что я без зазрения совести залезла в её сумочку и первым делом выудила на свет свой проходной камень. Бриллиант. Довольно большой, помещающийся у меня на ладони. Прозрачный, чуть отливающий в нежно-розовый цвет. А еще тяжелый.

Интересно, зачем он нужен?

Хотела уже его забрать, но решила, что лучше ему еще какое-то время полежать в сумочке моей мелкой. Просто у меня сейчас ни одежды, ни карманов нет. Все равно деть его некуда. Положив бриллиант обратно, я заметила еще несколько более маленьких камушек в ее сумочке как драгоценных, так и не очень. Разных цветов и размеров. Но все довольно мелкие, как и сама сумочка. Я вообще удивилась, как Хоуп умудрилась столько всего в нее напихать. Сумочка ведь размером со спичечный коробок была, не больше.

Не иначе это тоже артефакт какой. Только вот где она его раздобыла?

На самом дне я обнаружила свою пропажу – резинку, подаренную братом. Это что же получается, моя совушка дождалась, когда действие артефакта закончится, цепь снова станет резинкой, и умудрилась забрать её от огненных собак и статуи в капюшоне?

– Ты ж моя умничка, – я обернулась к перьевому комочку и звонко чмокнула ее в макушку. – Заботливая моя прелесть. Что бы я без тебя делала?

Хоуп что-то чирикнула, приоткрыв один глаз, явно таким образом подтверждая мои слова о себе единственной и неповторимой. И даже улыбнулась. На ее мордашке это смотрелось более чем умильно. А затем снова разомлела и задремала.

Я надела резинку на ту же самую руку, дабы не потерять и поспешила на выход. Хорошо ещё браслет со своим камушком, подаренным Бартом не потеряла в этом забеге на выживание. А в дверях буквально столкнулась с парнем с длинными, красными волосами и красными глазами, который еле стоял на ногах. От нашего небольшого столкновения он ещё больше пошатнулся.

– Ой, прости, – я хотела поддержать его, но тут совсем не большое полотенце начало развязываться, поэтому пришлось выбирать – либо поддержать парня, либо поддержать полотенце.

Выиграло второе.

– Вау, – протянул он, держась за косяк и осматривая меня с головы до ног, – знал бы, что тут такая милашка освежается, поскорее бы попросился в душ. Приняли бы его вместе.

Я маленько прифигела от такой наглости и в первую минуту даже не нашлась, что ему ответить, только еще сильнее затянула узел на груди. На мои торопливые манипуляции парень отреагировал игривой улыбкой.

– Заву, хватит уже всех задерживать, – донесся до нас уже знакомый мне голос девушки лекаря, – а ну, марш в душ. Или выпровожу из лекарской. К своему завхозу пойдешь в таком виде и не получишь никаких вещей.

– Всё-все, не ругайся, красотка. Я, правда, уже всё получил, но уже ухожу, – парень поднял руки в знак капитуляции и подмигнул. Правда мне. – Увидимся ещё, милашка.

Прошелся еще раз по мне оценивающим взглядом, и все так же пошатываясь и держась за кровоточащий бок, пошел в душевую. Я хотела уже спросить, что с ним приключилось, но тут обернулась в сторону лекарской и захлопнула рот так же быстро, как и открыла. Просто за то время, что меня не было, помещение превратилось из пустого и сонного в переполненное и взбудораженное. Я не присматривалась, но буквально на всех койках лежали люди и… нелюди. Среди них я заметила тролля, эльфа, дроу, кого-то темнокожего и с рогами, похоже, демона, и ещё рыженькую девушку с лисьими ушками и пушистым хвостом. И все они были либо с видимыми ранами, над которыми нависали лекари и лечили их золотыми потоками магии, либо без ран, но и без сознания.

Ёлки-моталки, что тут произошло?

– Ой, ты всё ещё здесь? – мимо меня пробежала всё та же девушка, которая и принимала меня сюда. – У нас кошмар! Ты как только ушла в душевую, к нам так и повалили.

– А что случилось? – я тоже чуть ускорилась, чтобы поспевать за девушкой, не обращая внимания на то, что обезболивающие мне пока так и не выдали. – Это коллективное нападение?

– Я не знаю точно. Нападение, но точно не коллективное. Это почти все первокурсники, и все они пришли по одному после испытания в Ильсаррионе. Очень похоже, что на них напали монстры из нашего монстрятника.

На этих словах я вздрогнула. Тут еще и монстрятник есть?

Хотя, чего я удивляюсь? Если я уже видела нескольких очень милых и забавных монстриков, которые чуть меня не сцапали, то ничего удивительного, если их тут еще больше их окажется. Тем более, один такой милашка у Лерта есть.

– Может, это магистр Дарро развлекается, а может, они сами сбежали, – тем временем продолжила девушка, – а может, развлекается кто из старших курсов, но в любом случае работы нам привалило. Так что, ты садись, к тебе сейчас подойдет кто-нибудь, а мне некогда.

И убежала, оставив меня стоять посреди прохода.

Помимо больных, тут прибавилось и лекарей, которые бегали туда-сюда и постоянно задевали меня. Так что я решила не мешаться и села на ближайший стул, гадая, что же всё-таки тут произошло.

Через несколько минут ко мне подбежала миловидная, светленькая девушка с каре и яркими, зелеными глазами. Похоже, что лекарь и похоже, что новенькая. Или тоже первокурсница, как и я. Просто в руках у нее было сразу с десяток разных пузырьков с разноцветными, яркими зельями, которые еле умещались и так и норовили выпасть, и на которые она смотрела с немного озадаченным видом.

– Рина, ты чего там возишься? Давай ей простое восстанавливающее и бегом сюда, здесь ты нужнее. Понабрали первачков неопытных, учи их теперь, – бухтела Иви.

О, я даже имя этой тараторки вспомнила.

– Вот, вроде этот, держи, – блондинка выбрала один из пузырьков и сунула мне в руки, как мне показалось, немного неуверенно, но я не успела ничего сказать – девушка уже убежала к остальным, по пути, чуть не врезавшись в красноволосого парня. Уже чистого, более-менее опрятного, с мокрыми, длинными волосами, в красной рубашке и черных, кожаных штанах. Ах, да, у него оказывается ещё и серьга в ухе была.

Хм, интересный какой экземпляр.

– Полегче, красотка, – усмехнулся он, поддерживая девушку за плечи, – иначе мы рискуем упасть на ближайшую койку и уже с неё не встать.

Девушка ничего на это не ответила, лишь передернула плечами, стряхивая нахала с себя и, обогнув его по широкой дуге, пошла дальше. Парень же, как его там зовут, проводил ее насмешливым взглядом и направился прямиком ко мне, держа в руках какую-то белую тряпочку.

– Не ты забыла, красавица? – он вытянул перед собой мою ночнушку, держа ее двумя пальчиками и с интересом рассматривая. – Мм, и ты в этом прибыла в академию? Заня-я-ятно.

Я, кажется, покраснела до самых кончиков. И ушей, и волос. Вскочила и выхватила свою единственную вещь, пока она еще цела и вроде как невредима.

– Да, в этом, – проговорила грозно. Ну, как мне показалось, грозно, – а ты не бери чужие вещи без спроса.

– Если бы не взял, ты бы ее в общей прачечной искала. Вместе с вещами других адептов, – усмехнулся он и показал палец с надетой на него шляпкой моей совушки.

Я хотела снова возмутиться, но меня опередила Хоуп. Она перестала изображать из себя спящий комочек и накинулась с возмущенным чириканьем на красноволосого красавчика, обругав его на чем свет стоит. Вернее, обчирикав. И вырвала практически с боем свою вещь. Тоже, между прочим, единственную. Сумочка не в счет. Вырвала и сразу надела на себя, важно вздернув клювом и перелетев на свое почетное место – на мое плечо.

Эх, мне бы так быстро переодеться.

Я пробурчала что-то вроде «спасибо».

Ну, он вроде как принес мою вещь (единственную), вернул ее мне и все такое. Ну, да, пусть это личная вещь, нательная, можно сказать, интимная, но он же вернул. Так что я постаралась не быть слишком большой злюкой. А еще оглянулась в поисках какой-нибудь ширмы или перегородки, где можно было бы надеть на себя ночнушку, но так ничего и не нашла. Лекарское крыло было похоже на длинный коридор со множеством коек, расставленных с обеих сторон вдоль стен.

М-да…

– Эй, не переживай, красотка, сейчас все устроим.

– А?

Я не успела не удивиться, ни что-либо сообразить, как парень стал стягивать с себя рубашку. Медленно так, соблазнительно и не сводя с меня насмешливого взгляда. Так что я снова покраснела. А еще онемела.

От шока.

И нет бы, остановить импровизированный стриптиз. В лекарском крыле, между прочим, на виду у десятков людей. Зачем? Я просто сидела и наблюдала за этими действиями с приоткрытым ртом.

Разумеется, от возмущения.

А этот… как бы назвать его покультурнее, нахал самым наглым образом стянул с себя рубашку и по одному щелчку пальцев подвесил ее в воздухе наподобие ширмы. И встал за ней, скрестив руки.

– Ну, и чего ждем? Переодевайся, пока желающих понаблюдать за вторым стриптизом не увеличилось.

– А? – я, наконец, отошла от шока и вида обнаженной груди и посмотрела на ухмыляющегося парня. На лицо, в смысле.

– Переодевайся, говорю. Или ты по академии в полотенце пойдешь? Твоя тряпочка не особо, конечно, лучше, но она хотя бы вещь.

Ой, точно, я же все еще в полотенце сижу. Дважды, а точнее, трижды просить не пришлось, я вскочила и хотела уже попросить его отвернуться, но парень сделал это и без моей подсказки. Я тоже отвернулась. Ну, так, на всякий случай. И когда переоделась, мне на плечи легла еще какая-то ткань, вместе с мужскими ладонями. От неожиданности я вздрогнула и обернулась, чтобы наткнуться на все такого же ухмыляющегося парня.

– Тебе нужнее, а я и так похожу, – подмигнул он, надевая на меня свою рубашку. – Ну, что, пойдем отсюда? Уже утро, а я не спал еще. Заселиться еще и вещи получить не мешает. Тебе. Я-то уже заселился несколько дней назад.

Ага, мне точно особенно актуально.

– А ты что тут делал? Мне сказали, тут одни первокурсники покалечились.

– Гулял недалеко от арок, – только и усмехнулся он.

Я закуталась в рубашку парня и посмотрела на свои босые ноги, которые на каменном полу уже стали порядком подмерзать. И только я хотела сделать шаг, как чуть не взвизгнула.

– Чего это ты тут с голыми ногами стоишь, дева? – прямо передо м… вернее, подо мной стоял бобр. Или выдра? В халате. Фиолетовом. И с шерсткой, отливающей в фиолетовый цвет. – Где ботинки свои потеряла?

– Вы кто? – ошарашенно проговорила я, чуть нагнувшись, чтобы получше рассмотреть чудо бобра. У него, оказывается, еще и стетоскоп на шее висел, маленький.

– Известно кто, помощник я здешний, Грызарур, – важно ответил зверек. – Давно я тут обитаю, во втором поколении поди. Бобыдр я.

– Кто? – не поняла я. Зверек вздохнул и закатил глаза, словно пояснял уже не в первый раз.

– Папа бобр, мама – выдра, а я бобыдр. Чего непонятного?

– Мне все понятно, – поспешно кивнула, чтобы не разозлить зверька. – Мы на выход уже идем, господин Грыз…зарур.

– Да куда тебе босиком-то? Обувь твоя где? Ты без вещей что ли? – я неуверенно кивнула, после чего бобыдр покачал головой и хлопнул себя лапой по лбу. – Эх, первачки. Сплошь и рядом без вещей приходят. И куда только академия смотрит? Нет, чтобы не принимала голышей, так берет с распростертыми объятиями…

Пока бобер… точнее, бобыдр, причитая себе под нос, пошел куда-то в смежную комнату. Я проводила его задумчиво-офигевшим взглядом, переглянулась с такой же офонаревшей Хоуп и усмехающимся Заву.

– Ты что, никогда магических животных не видела?

– Видела, – кивнула уверенно, – но таких, чтобы разговаривали и работали лекарем, еще не доводилось.

– Тогда привыкай, – вновь хохотнул он, – здесь таких будет много. И ты еще растения живые не видела. И говорящие.

– Кого?

– Вот, держи, – ворвался в мои мысли бобыдр, – только с возвратом. Предупреждаю сразу, это мои любимые и тебе отдаю только по доброте душевной.

Он поставил передо мной тапочки. Малюсенькие. И такого же фиолетового цвета, как и его халат. И мне они налезут, если только на полноги.

– Эм… спасибо, конечно, но я же в них не влезу.

– Да они ж зачарованные, горемычная, – цокнул зверек. – Поднеси к ним ногу и они сами примут твой размер.

Я удивилась, откуда у бобра… то есть, у бобыдра есть зачарованные тапочки, но ничего не спросила. Просто поднесла ногу к одному из них и удивлённо наблюдала за метаморфозой. Прямо на глазах из небольших, бобровых, они превращались в полноценные тапки моего размера. Меховые и даже с помпончиком. Розовым.

Ого, вот это действительно здорово. Несмотря на их некую… эм, комичность я была удивлена. Совсем немного, но я все же разбиралась в артефактах. Больше благодаря брату. И точно знала, что подобный атрибут стоит очень недешево. И изготовить не просто.

– Спасибо, – поблагодарила от души, пока Хоуп с интересом поглядывала на сей атрибут одежды. Ага, знаю я, о чем она думает. Эти тапочки же принимают любой размер, вот и примеряется модница моя. Еще не хватало, чтобы воровать начала. Поэтому я незаметно шикнула на нее и еще раз поблагодарила бобыдра.

– С возвратом, – напомнил он и важно зашагал в сторону больных.

– Пойдем уже, горемычная, – хохотнул красноволосый и потянул меня за локоток на выход.

М-да, то бедовая, то горемычная… так и знала, что прилипнут ко мне отнюдь не нормальные прозвища.

Глава 7.

В замке я не ориентировалась. От слова совсем. Поэтому просто молча шла за красноволосым парнем, щеголявшим по всё ещё пустым коридорам с голым торсом. Сама же я куталась в его красную рубашку и всё ещё сжимала в руке пузырёк с выданным зельем, так и не решившись его принять.

– Так, на какой фак тебя распределили? – нарушил он минуту молчания.

– Боевой, – просто ответила я и тут же врезалась носом во что-то твёрдое. Точнее, в кого-то. В Заву, который настолько резко остановился, что я даже не успела среагировать.

– Ауч, ты чего? Больно же, – буркнула я, потирая ушибленное место. – Как будто мне своих синяков мало.

– Тебя распределили на боевой? Тебя? – и так это было сказано… хм, не только с удивлением, сколько с некой издевкой, что я даже подумала на него обидеться.

– Да, на боевой! Ты что-то имеешь против? – сказала гордо и даже голову вздернула. Хоуп на моём плече тоже что-то важно вякнула и уперлась крылышками в бока, словно подтверждая мои слова и возмущение.

Чего это меня не берут в расчет, а? У меня такая магия… такая… взрывная, что я всем ещё покажу. Вот так.

Как я и ожидала, парень расхохотался. Нет, сначала он удивленно и заинтересованно осмотрел меня с головы до ног блестящими красно-карими глазами, а потом расхохотался.

Вот, так я и знала. Ну, да, может, я сейчас и не похожа на настоящего боевика и выгляжу, скорее, измученной, нежной девочкой, но внешность, как говорится, бывает обманчива.

Скрестила руки на груди и насупилась.

– Ну, и чего смешного? – буркнула недовольно. – Я, между прочим, испытание прошла и это сама академия мне камень выдала, – я даже достала из сумочки Хоуп заветный бриллиант и покрутила перед носом этого… даже слова подходящего не найду.

Нахала этого.

– Так что, нечего тут надо мной смеяться, я не так проста, как могу показаться на первый взгляд.

– Да уж, это я уже понял, – отсмеявшись, сказал он и подошел чуть ближе. – Теперь мне даже интересно, как такой нежный цветочек будет жить в казарме.

– К-какой казарме? – от неожиданности я даже заикаться начала.

– Ну, как это какой? – наигранно удивился тот. – Всех первокурсников боевого факультета селят в казармы, таково правило. Со второго уже переселяют в башню, в обычные двухместные комнаты. А первый курс, вроде как отсеивающий. Кто не выдержит – сбегают на другие факультеты.

Вот это новость.

Чего-чего, а заселения в казармы я не ожидала. Вот вообще никак!

Может, это шутка, а?

– Да какая уж тут шутка, мелкая, – усмехнулся парень. – Я уже живу в одной с парнями и у нас как раз одно свободное место осталось. Последнее, между прочим. Рядом со мной, – он игриво поиграл бровями, явно забавляясь всей этой ситуацией. – В этом году, как мне сказали, слишком много желающих было на боевой факультет попасть и коек на всех может не хватить. Так что пойдем быстрее, иначе спать тебе придется под лестницей. Или со мной на одной койке. Я не жадный, подвинусь. Тем более, ты маленькая, хрупкая, так что уместимся.

Нет, я совершенно не поняла, что это сейчас такое было. Шутка? Розыгрыш? Я не хочу в казарму, совсем-совсем. Но оставалась ещё одна надежда, что Заву решил меня разыграть. Ма-а-аленькая такая, но надежда. И она, как говорится, собиралась умирать последней.

Так что дальше мы пошли снова молча, а я так вообще напряженно.

– Тебя как хоть зовут, мелкая, – снова нарушил он тишину.

– Анника Роуин.

– Красивое имя. А меня Заву Шильсинмайнийский. И я тоже, как ты могла догадаться, первокурсник.

Как-как? Да я это имя, точнее фамилию, в жизни не запомню. Так что решила сразу звать его исключительно Заву.

– По тебе не скажешь, что ты первокурсник, – заметила, смотря в широкую спину.

– И хорошо. Буду путать всем мозги, чтоб не расслаблялись, – подмигнул и, как ни в чём небывало, по-простому приобнял меня за плечи. – Да не парься ты так, всё разрулится. Будем ещё жить припеваючи. И я очень надеюсь, что на одной кровати.

Ага, сплю и вижу, как буду спать с неизвестным мне парнем в одной комнате. Блин, и не одним парнем. Ведь казармы, как правило, сразу человек на пять рассчитаны, если не больше. Я уже молчу про упоминание одной кровати. А ведь в таких комнатах всё общее, вплоть до ванной, одной на всех, и туалета.

Куда я попала…

Пребывая в раздумьях, а точнее, в возмущениях, дорогу как идти до завхоза нашего боевого факультета не запомнила. Но зато очнулась и очень хорошо запомнила девушку, которая выдавала мне вещи.

Точнее, трольчиху.

Очень красивую, надо сказать, трольчиху, не похожую ни на одну, которые я ранее видела в книгах. Увы, живых троллей мне ещё не доводилось видеть. До сегодняшнего момента. Высокая, стройная, с толстой косой густых, медных волос, кокетливо переброшенных через плечо, она выглядела невероятно. Её не могли испортить ни клыки, которые никак было не спрятать, ни зелень кожи, ни краснота глаз. Как-то всё в ней очень гармонично смотрелось, что я невольно залюбовалась.

– Привет, Конна, – улыбнулся Заву и облокотился на локтях на стойку перед ней.

Это действие девушке явно понравилось – она та-а-ак соблазнительно нагнулась перед ним, что шикарное декольте пригрозило вот-вот показать себя миру.

– Здравствуй, мой дорогой, – ласково пропела она. – Какими судьбами? Я вроде тебя уже заселила. Соскучился?

– Ещё как, – обезоруживающе улыбнулся он, – всё искал повод заглянуть к тебе ещё раз, красотка.

– И.…?

– И нашел. Привел ещё одну будущую боевичку на заселение. Так что, засели её по-быстренькому и закрывай свою лавочку. Прогуляемся. До твоей подсобки.

Я обомлела. Он что, предлагает ей уединиться? Прямо сейчас?

– Я бы с удовольствием, дорогуша, но сейчас утро и вот-вот должен подойти Элевиз, – проворковала она, кокетливо наматывая локон на пальчик с острым коготком.

Вот зуб даю, она сейчас нарочно его раззадоривает. И с удовольствием бы пошла, куда он позвал.

– Мы не долго, – прошептал Заву и ненавязчиво погладил обнаженное плечо трольчихи. – Надо только от свидетельницы избавиться, так что выдай ей всё необходимое и отправим заселяться, пока сами будем приятно проводить время. И главное – тихо, сама понимаешь…

– Да-да, я помню, дорогуша, главное – не шуметь. Но есть одна загвоздка, прямо перед вами я уже заселила одного мальчика в последнюю свободную комнату, так что мест нет.

Как нет? Что, вообще нет? И куда меня тогда?

Я мало понимала из их разговора, но одно я услышала наверняка – мест нет. И пусть даже в казарме, но ведь нет. Где я спать-то буду?

– Хм, интересно, – усмехнулся Заву. – Прямо перед нами, говоришь. Не тот ли это остроухий дроу был с фиолетовыми волосами?

– Он самый, – улыбнулась трольчиха, – Не очень разговорчивый, но мне понравился. И он теперь будет жить с тобой в одной комнате. Так что, куда заселять эту, – она не очень культурно кивнула в мою сторону, – понятия не имею. Пусть переводится на другой факультет, тем более, она и на боевом, – снова усмехнулась трольчиха и оценивающе осмотрела меня и мой прикид заодно, – долго не выдержит, зуб даю.

Нормально, а ничего вообще, что я тут стою? Уже хотела возмутиться, но осеклась и захлопнула рот под предупреждающим взглядом Заву. Что удивительно, Хоуп тоже не вякала, хотя обычно начинает чирикать первой и заткнуть её – та ещё проблема.

– Значит, мест нет, говоришь, – протянул парень и положил на кулак подбородок, – занятно. Но ты всё равно выдай девочке комплект одежды и белья, а мы уж там разберемся.

– Не положено, – жёстко отрезала она. – Если нет мест, то и заселять некуда. Вот пусть сначала место найдёт, где спать будет, а уж потом за вещами приходит.

– Это я должна…

– Конна, – перебил меня парень и даже спиной загородил от яркого, не особо дружелюбного взгляда трольчихи, – ну, не будь такой злюкой, тебе не идёт. Выдай девчонке всё необходимое, а мы там уж по ходу дела посмотрим, куда её заселить. К Элевизу на худой конец пойдем или Ансгару, они разберутся. Но ей необходимо переодеться, а то ходит по всей академии с голыми ногами да в моей рубашке. Непорядок, – притворно цокнул он. – Соблазняет тут всех подряд, а это запрещено правилами. Да и я тоже, как видишь, нарушаю запреты.

Он поиграл мускулами, явно намекая на свой полуобнаженный торс. Вид, надо сказать, этой самой Конне нравился. Причем настолько, что она и глазками сверкнуть успела, и облизнуться, и вновь выставить на всеобщее обозрение декольте.

– Хоть мне и нравится твой вид, За-ву, но ты прав, лучше тебе всё же прикрыться. Элевиз тебя по головке не погладит. В отличие от меня. Так что, так и быть, выдам этому недоразумению одежду, чтобы она не отбивала у меня… Не ходила голой, в общем.

Она подмигнула глазками Заву и всё же удалилась на склад, пока я стояла и тихо офигевала над происходящим.

– Это что вообще было? – спросила чуть слышно, когда парень повернулся ко мне. – Ты с ней заигрывал, что ли?

– Типа того, – усмехнулся он, – потом объясню. Пока просто постой смирно и помолчи. Хорошо, красотка?

– Ладно…

Не то, чтобы я прям такая покладистая, но как-то не хотелось сейчас спорить. И вымотанная я была, и уставшая, и всё тело до сих пор болело. Почему-то я никак не могла выпить выданное зелье. И только я потянулась к заветному розовому пузырьку, как вернулась трольчиха, за которой по воздуху плыл огромный тюк с вещами.

И это всё мне?

– Так, иди сюда бедовая, – бойко и не особо любезно позвала она, – ну, чего стоишь? Иди, расписывайся, иначе без вещей останешься. Камень-то твой где?

Я быстренько подскочила к девушке, показала выданный академией камень и расписалась на нескольких бумажках, которые она мне подсунула. Пока расписывалась, заметила, что Заву успевал и с трольчихой позаигрывать, и в груде вещей порыться.

Так, не поняла, а роется он там зачем? В моих, между прочим, вещах, а?

– Красотка, по-моему, тут чего-то не хватает, – ласково пропел он девушке.

– Всё по списку, дорогуша, уверяю тебя, – проворковала она в ответ.

Я старалась не обращать на их заигрывания внимания, но получалось плохо. Совсем плохо. Особенно, когда зеленая попа в обтягивающих черных брюках то и дело мелькала перед лицом. Это я к тому, что завхоз уже и на стол сесть успела прямо передо мной. Само собой, попой ко мне.

– Конна, не хватает комплекта белья, запасного пиджака и формы для тренировок, – усмехнулся парень, – а ещё сапожки ты не дала. Не расстраивай меня, лапуль. Я надеюсь, ты не будешь зажимать всё это себе, м? Тебе, конечно, пойдет боевой костюм с сапожками, но твой намно-о-ого лучше. Уверяю, красотка.

– Я и не собиралась ничего зажимать, – как мне показалось, немного нервно усмехнулась она, – просто выронила по дороге. Сейчас принесу.

Она вскочила со стола и вновь скрылась в подсобке. Я же ошалелыми глазами посмотрела на Заву, который подмигнул как ни в чем не бывало и вновь повернулся к уже возвращавшейся трольчихе, которая и правда несла несколько недостающих вещей и мягкие сапожки. Не успела я удивиться, как она свалила всё это сверху предыдущей кучи.

– Ты расписалась? Чего копаешься, мне с тобой весь день что ли сидеть?

Я как раз поставила последнюю закорючку, прежде чем она вырвала у меня листки и перо. Причем не очень-то вежливо.

– А подъёмные? – иронично вздернув бровь, поинтересовался Заву.

– Ах, я разве не дала? – наигранно удивилась девушка. – Да вот они, не нужна мне эта мелочь.

Она положила передо мной на стойку три золотые монеты, вытащенные из кармана.

Интересно, это много или мало?

– Всё, забирай вещи и свободна. Некогда мне тут с тобой возиться. С комнатой разбирайся сама, раз не хочешь переводиться, – сказала и тут же утратила ко мне интерес, полностью переключившись на Заву. – А мы с тобой…

– А я, пожалуй, провожу девушку, помогу заселиться, покажу деканат и прочее, – обезоруживающе улыбнулся парень. – Так что, загляну к тебе позже, красотка.

– Заву! – обиженно воскликнула она, но парень уже отходил задним ходом, по щелчку пальцев заставив тюк с одеждой следовать за ним.

– Нам ещё Ансгара найти надо или Элевиза, чтоб заселить девочку. Ну, не брошу же я её на произвол судьбы. Так что, не скучай, забегу, как минутка будет, – он подмигнул трольчихе и буквально выволок меня из комнаты, пока она не разразилась гневной (или ревностной) тирадой. И вовремя. Как только дверь за нами закрылась, с той стороны-таки донеслась отборная брань. Причем, было сложно понять в чей адрес.

– Ну, что, пойдем разбираться, куда тебя заселять, – подмигнул этот странный тип, совершенно не обращая внимания на ругань за дверью и на моё офигевание.

– Это что сейчас было?

– Это? – он кивнул на дверь с трольчихой. – Просто наша завхоз очень любит мальчиков, буквально затаскивая всех в свою кладовку, чтобы познакомиться поближе. И ужасно не любит девушек, поэтому частенько недодаёт им положенную одежду по списку. Как не додала бы и тебе. Так что, пришлось взять весь удар на себя и отвлекать всеми силами, чтобы она выдала тебе всё, что положено.

– Так ты специально?

– А ты думала, я по своей воле пойду с ней в подсобку? – рассмеялся он. – Нет уж, увольте, я от неё потом дохликом выйду. Это с виду она такая милая, а на деле косточки одной левой переломить может. Так что, я, можно сказать, жизнью рисковал, отвлекая, а меня даже не поблагодарит никто.

– Спасибо… – пробормотала удивленно, наблюдая за усмехающимся парнем.

М-да, всё больше поражаюсь, куда меня угораздило попасть.

Ещё загвоздка была в том, что заселять-то меня было некуда. По словам трольчихи, мест в казармах не осталось, поэтому Заву повел меня прямиком… блин, очень боялась, что к Элевизу, но нет. Он повел меня к замзаву, то есть, заведующему кафедрой, Ансгару Рангвальду, который сам нам встретился на пути. Такой, каким я его и запомнила, высокий, красивый, улыбчивый и замученный. Хм, неужели это связано с тем наплывом студентов в лекарском крыле?

Он кивнул нам и не собирался останавливаться, лишь усмехнувшись нашему внешнему виду, но Заву преградил ему путь. Самым наглым образом.

– Профессор, надо заселить девушку.

– И в чём проблема? – осведомился он. – Как я вижу, Конна уже выдала вещи, значит, и ключ от комнаты должна была дать.

– Ага, должна, – усмехнулся парень, – да только по её словам все казармы первачков заняты. Так что, куда её селить – ума не приложу. И это притом, заметьте, что не я её куратор. Это я так, по доброте душевной помогаю, не могу бросить на произвол судьбы. А так…

– Ах, да, – перебил его мужчина, устало сжав переносицу, – казармы действительно заполнены полностью. Сам только отвел последнего адепта, поступившего на боевой. У нас, конечно, в связи с инцидентом в монстрятнике может освободиться пара коек. Два адепта точно изъявили желание сменить факультет и можно подселить тебя в одну из казарм, но…

Но? Я даже замерла в ожидании. Просто жуть как не хотелось жить в одной комнате с несколькими парнями. Там ведь всё общее будет! И ванна тоже.

– Но я уже заселил недавно одну девушку в основной корпус, так что можно определить тебя к ней. Если ты не против, конечно.

Это я-то против? Нет уж, это намного лучше, чем жить в казарме.

– Я только за! – отозвалась моментально, пусть и немного сонно, а Хоуп активно, почти активно, клюя носом, закивала на моём плече. Умничка моя.

Декан, ой, то есть, завдекана только усмехнулся на наше слаженное кивание.

– А я уже было надеялся, что на одной кровати спать будем… – грустно вставил свои пять копеек мой провожатый.

– Отставить, адепт Шильсинмайнийский…

Ого, он и фамилию его запомнил?

– … За подобные действия и даже мысли из академии исключают и вам это прекрасно известно. Так что, доведите девушку до комнаты «598» и марш в свою, иначе…

– Понял, принял, выполняю, – отчеканил Заву и даже встал в стойку. Вот не поняла, он сейчас серьёзно или шутит с деканом? Ни по одному, ни по второму ничего не было понятно. Оба усмехались, словно подобные разговоры тут в порядке вещей.

Да, и фиг с ними. Честно говоря, я уже так была вымотана, что на ногах держалась из чистого упрямства, которого, к слову, мне было не занимать. Так что, о чём там ещё они говорили, запомнила плохо. Как и дорогу до главного корпуса. Помню только, что были коридоры, лестницы, убегающие у меня из-под носа, снова коридоры, снова лестницы и так по кругу.

Хм, надеюсь, тут дают карту.

Короче, в комнату меня буквально внесли. Нет, вошла я все-таки сама, на своих двоих, держа заветный пузырек с восстанавливающим зельем и дремавшей Хоуп на плече. Правда, вот вообще ничего не запомнила. Если только то, что сначала было что-то вроде гостиной и потом уже несколько дверей, в одну из которых мы и вошли.