# Экзекутор 4

Алексей Калинин

На меня объявили охоту. Слишком долго я был костью в горле у всемогущей Вселенной, слишком долго путал карты. Пришла пора затравить бешеного зверя.Вот только я не хочу становиться жертвой!На пути охотников встанет не запуганный кролик – перед ними появится злой Палач!

## Глава 1

Старость – это когда беспокоят не плохие сны, а плохая действительность

Фаина Раневская


Когда я услышал, что молодые ребята собираются напасть на старика, то невольно напрягся. Когда же увидел потенциальную жертву, то расслабился и приготовился получить удовольствие.

Я протирал штанами скамейку на Новом Арбате, напротив отеля «Marriot», и лениво перелистывал свежую газету. Особенно заинтересовала статья о том, что во Вселенной «L.i.L» появилось новое странное оружие – оно убивает пользователей одновременно и в виртуальной реальности, и в реальном мире.

Да, газета желтой прессы, но где ещё выловить полуправдивую информацию, как не в таких газетенках?

В крупную прессу Вселенная не допустила бы просачивания такой инфы, а вот по соседству с интервью снежного человека и женщины, забеременевшей от семи инопланетян, такое разрешают печатать.

Странное оружие, убивающее в виртуальности… Я невольно хмыкнул – в память сразу же влез эпизод со смертью математика от рук орка. Мне тогда не хватило всего лишь доли секунды…

Через скамейку обосновались семь парней лет двадцати-двадцати пяти. Они увлеченно обсуждали действия клана «Нож Гримуара». Я невольно прислушался. Хотелось изгнать из памяти эпизод с черным кинжалом в груди…

– А когда Скиф зашел Мароимеру с фланга, я думал, что он хочет слинять по-тихому! А он молодец – закастовал заморозку и потом ещё траванул слегонца! Красава! – восхищенно хлопнул по плечу черноволосого юноши лысый здоровяк. – А уж после стелса как метелил, как метелил…

– Да ладно. Это я испугался, что этот полудурок сагрится на меня, а я ничего сделать не успею, – пожал плечами тот, кого назвали Скифом. – Так-то я вообще не собирался в месилово вступать, пока Звенорот17 не крякнул.

– Ну, меня тогда щупальцем зацепило. Я же всё просчитал, даже подпрыгнуть собрался, а Мароимер махнул своим… – начал было короткостриженый крепыш с прозрачными как льдинки глазами.

– Тентаклем и насадил тебя по самое небалуй, – хохотнул лысый здоровяк. – Как? Понравилось?

– Да пошел ты, Кристон, – беззлобно отмахнулся названый Звеноротом17. – Я же не виноват, что он ослеплением шарахнул…

– Ладно, не агрись, я шучу. Все видели потом на прокрутке, что ты уже напрягся для прыжка.

Другие ребята закивали, заулыбались. Они потягивали пиво из бутылок, спрятанных в пакеты, хрустели чипсами. Вели себя мирно, на других не кидались. И так продолжалось минут пять, пока к ним не присоединился ещё один молодой человек.

На меня не обращали внимания, так как я в Линзах Истины определялся одним из самых низших уровней. Даже не в Медной Лиге, а в Песочнице. Оставались у нас ещё такие люди, которым не хотелось выходить в большой мир компьютерной Вселенной, и они предпочитали оставаться на самом дне виртуала.

Как я понял, эти семь человек были с одного клана и обсуждали последний рейд на планету монстров Коулир. Там и в самом деле жестко. Местные монстры имеют привычку нападать без предупреждения и всегда прячут пару козырей в чешуйчатых подмышках.

– Да я и не агрюсь. Понимаю шутку юмора. А Скиф реально молодец, хоть и новенький, а уже нормас работает в коллективе. До нашего рейда с кем ходил? – спросил Звенорот17.

– Почти ни с кем. В одиночку фармил. Пару раз нанимали для рейдов, но там одни нубы попадались. Пока я рубился, они все умереть успевали. Вообще никакой координации – одни пустые базары да звездеж, – хмыкнул Скиф.

– Ну, теперь ты в нашем клане и чувствую, что вместе мы запросто проскочим в Серебряную Лигу. А там и до Золотой рукой подать, – подмигнул здоровяк с ником Кристон.

– Да я чо? Я не против. Мне понравилось с вами в рейды ходить. Всё четко и слажено, – кивнул Скиф.

– Вот и лады, тогда ты в нашем клане. В великом клане «Нож Гримуара», – пафосно сказал Кристон. – На правах лидера я принимаю тебя, ассасин Скиф, и дарую возможность делить всю добычу наравне с остальными несравненными воинами. Можешь не преклонять колено, я тебя и так сейчас посвящу.

С дурашливой улыбкой Кристон коснулся сначала правого плеча Скифа непочатой пивной бутылкой, потом левого, а потом с силой толкнул в грудь, заставив перехватить бутылку.

– До дна! Испей хмельного эля и отпразднуй вступление в великий клан!!! – гаркнул Кристон. – Во имя шмота, во имя лута, во имя Золотой Лиги!

– До дна! До дна! – подхватили остальные.

Скиф с полуулыбкой крутнул крышку, матюкнулся, когда белая пена резво побежала на свободу, выплеснулась на серую собянинскую плитку. После сдувания остатков бегуньи парень аккуратно запрокинул бутылку и, под ухарские крики соклановцев, лихо опустошил её. Крякнул и швырнул пустую тару в урну, где та отозвалась печальным звоном.

– Вот это красава! Вот это наш человек! – довольно заорал Звенорот17.

– И в бою хорош и в пьянке гож! – поддержал ещё один человек из клана.

На этом крике и появился тот, кто станет виновником выхода Скифа из клана. Нет, я слышал, что один брак в Кувейте просуществовал всего три минуты, но чтобы пребывание в клане виртуального мира продержалось так мало…

– Чуваки, чего празднуете? – в общий гомон влился сиплый голос подошедшего хмурого парня.

– К нам Скиф присоединился! – ответил Кристон.

– А-а-а, крутяк, поздравляхи-обнимахи! Держи краба! – протянул руку хмурый.

– А тебя где носило?

– Да вон, за топливом гонял, – парень поднял пакет со снарядами бутылок. – И кое-что надыбал…

– Чего ты надыбал? – поднял бровь Звенорот17. – Колись, Червоглаз, не тяни.

– Там за мной старикан один затаривался. Светанул лопатником, а там… Мама родная, роди меня обратно…

– Что, бабла много?

– Да не то слово. На шмот и на элики всем хватит! – возбужденно сказал хмурый.

– Так это… Давайте его щеманем по-тихому? Ты как, Кристон?

– А чего бы и нет? – почесал лысую голову лидер клана. – Отоварим и на разбег до вечернего погружения. Сделаем всё по красивому, как раньше.

И ведь даже меня не смущались! Ладно, что я на вид сухощав и не вызываю впечатления серьезного противника, но ведь могу сдать их полиции! Совсем молодежь распоясалась.

Я незаметно для окружающих начал разминаться. Восемь молодых людей для меня не были проблемой, но хотелось бы закончить как можно быстрее, чтобы не привлекать ненужного внимания.

– Ребят, вы чего? Старика кошмарить будете? – спросил Скиф. – Да хорош… Завязывайте!

Вот этим возражением новоявленный ассасин клана «Нож Гримуара» вызвал во мне живой интерес и даже немного уважения. Неужели есть ещё защитники стариков? Или его сейчас сломают, и он вместе со всеми отправится грабить беззащитного деда?

Нет, конечно же я не позволю этому свершиться, но интересно – как дальше будет развиваться психологическое сопротивление?

– Скиф, а вот как раз и пройдешь боевое крещение. Будем связаны одной кровью, а если что не так, то погремим одной цепью, – хохотнул Звенорот17. – Типа сходим в рейд, но уже за реальным баблом. Сходим на монстра Дедозавра.

– Не, пацаны, вы как хотите, а я пас. Да и вам не советую. Это же не монстр, а живой человек, – помотал головой Скиф. – У него могут быть внуки – наши ровесники.

– Да хорош, чего ты? Если очкуешь, то можешь на шухере постоять. Мы деда аккуратно отработаем, а потом посадим в тенечке на травку. Пока он очухается, мы уже далеко будем. Знаешь, как Червоглаз умеет в челюсть заряжать? – Кристон дружески приобнял Скифа за плечи. – Ну, чего ты? Ты же в нормальном клане, с тобой нормальные ребята, а легкий гоп-стоп только согреет кровь. Или ты очкуешь?

– Вон, вон тот старик идет. Блин, прямо на нас чешет… – прошипел Червоглаз.

Я невольно оглянулся и выдохнул. Эх, можно было и не разминаться.

– Да вы чо? Он же того и гляди копыта откинет! – возмутился Скиф, сбрасывая с плеч руку лидера клана.

Остальные семь человек напряглись и подвинулись ближе к стоящей паре. Я не мог разобрать по настроению – либо собрались разнимать, либо помочь лидеру.

Тот сплюнул и взглянул на новичка с плохо скрываемой злостью:

– Ты либо с нами… либо мы поспешили принимать тебя в клан.

– Походу поспешили, – пробурчал Скиф, глядя на него исподлобья. – Я на криминал не подписывался.

– Мда, сука… Надо же было мудака за человека принять… Вали отсюда, Скиф, и больше перед нами не рисуйся. Вали!

От мощного толчка Скифа отнесло на пару метров, но он смог удержаться на ногах. Фигура сгорбилась, голова втянулась в плечи. Ещё немного и руки поднимутся в стойку. Он шмыгнул носом, а потом… Потом парень повел головой из стороны в сторону, разминая шею.

Это же мой жест!

– Пацаны, не трогайте деда, – негромко процедил Скиф.

– Да ты вообще дурак? Вали отсюда, – прошипел Червогрыз.

– Не уйду. И вам не дам старика щемить.

Да, определенно в этом парнишке что-то было. Вряд ли выпитое пиво дало такую смелость, скорее, это внутренний стержень не дает свершиться преступлению. Нет, преступления бы не было, но вот сам факт того, что Скиф заступается за совершенно незнакомого человека и не боится пойти против семерых… Вот это вызывает уважение.

– А знаешь что, Скиф? – с неожиданной улыбкой проговорил лысый здоровяк и шагнул вперед. – А ты прав. Мы сейчас… Ха!

Короткий выдох, и похожий на дыньку кулак вонзился в солнечное сплетение Скифа. Тот отлетел и распластался на грязной плитке, пытаясь вдохнуть воздух, так быстро покинувший тело.

– Дебил, – сплюнул Кристон. – А ведь могли бы нормально корефаниться.

Он отвернулся от лежащего на плитке неудачливого новобранца и повернулся к потенциальной жертве. Остальные тоже забыли про Скифа и подобрались. Старичок, похожий на старика Хоттабыча из детского кинофильма, подходил ближе и ближе. На его светлом пиджаке ни одного пятнышка, стрелками на брюках можно бриться. Он улыбался солнышку, своим мыслям и явно не ожидал нападения.

Молодые люди посуровели, соприкоснулись плечами. Нет, ну это уже ни в какие рамки не лезет!

Почему меня не берут в расчёт? Скользнули пару раз взглядами и вообще забыли. Как про пустое место.

Абыдно, панимашь…

О! А вот это уже интересно. Скиф поднялся на ноги.

Старик уже почти дошел до поджидающей группы молодых людей, когда позади них раздался звон бьющегося стекла.

– А ну стоять, ссссуки! – зло прошипел Скиф.

В его руке сверкало зубьями разбитое горлышко той самой бутылки, которой его принимали в клан. Скиф смотрел всё также исподлобья. Его губы подергивались, но сам он уходить явно не собирался.

– Да ты вообще конченный! – хмыкнул Червоглаз и в красивом прыжке попал ногой в челюсть Скифа.

Прыжок действительно был красивым, киношным, ориентированным на показушность. Я бы за время этого прыжка успел разобрать Червоглаза по косточкам, но Скиф не был мной. Он вообще уже никем не был, кроме как рухнувшим на плитку человеком без сознания.

«Розочка» отлетела к моим ногам. Ребята посмотрели на меня, но я в ответ только поднял руки, показывая чистые ладони. Мол, ребята, без проблем – я тут вообще не при делах и мне проблемы не нужны. Они кивнули и повернулись к бредущему старику. К их самой большой ошибке.

– Т-т-твари, – пролепетал Скиф, пытаясь пошевелиться.

О как!

А мальчишка был гораздо крепче, чем показался на первый взгляд. После такого удара в челюсть даже бывалые боксеры не сразу бы пришли в себя, а он даже попытался подняться… Правда, безуспешно.

– Молодые люди, а что у вас тут происходит? – скрежещущим голосом спросил подошедший старик.

Он быстро взглянул на меня, но я в ответ только пожал плечами. А что я? Они сами виноваты, а я вообще ничего не знаю, ничего не видел, ничего никому не скажу. Сижу себе тихонечко, газету читаю…

Нет, я не трус, просто я знаю этого «старика», а вот ребятам ещё предстоит узнать его грозный нрав. Узнать твердый кулак и невероятную скорость.

– Да это мальчишка хулиганил, пришлось его успокоить, – произнес елейным голосом Кристон. – Дедушка, а давайте мы вам поможем продукты до дома донести?

– Ой, мальчики, вот за это спасибо, – показал желтые зубы «дедушка», пока соклановцы окружали его плотной стеной. – А вы что, тимуровцы какие?

– Тимуровцы-тимуровцы. Ого, увесистый сумарь. Чего у тебя там? – раздалось из-за плотной стены.

– Да это покушать домой взял. Ой, а чего это вы мне за пазуху лезете? Да куда вы его тащите? Молодой человек, да-да, вы, на скамеечке! – воскликнул «дед». – Тут вообще-то меня грабят. Не поможете?

– Этот лошара? Да он уже обосрался, – послышался хохоток Кристона. – Ого, а тут реально бабла немеряно. Пенсию что ли получил?

– Пфф, если бы их было ещё человек двадцать, то помог бы им, а так… Их всего семеро, – откликнулся я. – Так что даю тебе на всё про всё пять секунд.

– Чо-то ты много базаришь. Червоглаз, сунь ему разок.

Послышался шлепок, а затем стон.

– Твою мать, он мне кисть сломал, – послышался искаженный болью голос Червоглаза.

– Да мне и двух хватит! – произнесла «жертва». – Экзекутор, засекай время!

– Раз! – выкрикнул я.

– Вы чо, охре…

В центре хоровода из семи человек словно взорвалась бомба. Парни чуть подпрыгнули в воздух, но не разлетелись, а начали крениться в разные стороны.

Пришлось подскакивать и ловить их, чтобы не упали и ушиблись ненароком. Все семь тел без сознания уселись рядком на скамейке, глядя потухшими глазами на отель. Пока мы их подтаскивали, я заметил, что у каждого из поверженных как-то странно вихлялась правая нога. Судя по всему, мениски были разбиты вдрызг.

– Зачем их инвалидами сделал? – пробурчал я, пока Дрон поднимал с плитки упавший бумажник.

– А это наука ребяткам останется. Будут знать, что если собрался кого-то ограбить, то этого делать не нужно. Да что я тебе объясняю? Помоги лучше помидоры собрать, а то разлетелись по всему Арбату…

И ведь ничего не возразишь. Ребята сами виноваты.

– Кх-кх, – послышался кашель со стороны лежащего Скифа.

– Эй, парень, с тобой всё нормально? – спросил Дрон. – Ты из этой кодлы?

– Н-нет, я… я не с ними. Уже не с ними, – у Скифа получилось перевернуться на бок и присесть.

– Взгляни на него. Мальчишка всё-таки за тебя заступался, – сказал я с укоризной.

– Вот ещё. Он герой, конечно, но слишком заляпан кровью. Я не хочу испачкать свой костюм. Вот знаешь, как кровь тяжело с твида отмывается?

– Тогда сам помидоры собирай…

Дрон хмыкнул и присел на корточки возле мотающего головой Скифа. Коснулся кончиками пальцев челюсти, отчего Скиф зашипел проткнутой шиной. После этого Дрон вытащил телефон и фонариком посветил в глаза парня.

– Ну что же, всего лишь небольшой нокдаун. Через пять минут придешь в форму. Сотрясения мозга нет, но вот от потребления сухариков пока лучше отказаться. Хочешь помидорку?

Скиф помотал головой. После этого он взглянул на Дрона:

– Кто вы такие?

– Спецназ города ангелов, – хмыкнул Дрон. – Защищаем сирых и убогих. Ты сирый или убогий? Нет? Тогда нам нечего тебя защищать. Вставай и вали домой. Адрес-то помнишь?

– Железнодорожный, улица Кленовая дом тринадцать, – задумчиво произнес Скиф. – Вроде помню.

– А тут чего делаешь? – подошел я, когда собрал упавшие продукты.

– Сходка у нас тут была… с этими…

Скиф кивнул на сидящих в рядок ребят.

– А что с ними?

– Временная потеря сознания. Минут через двадцать придут в себя. Так что у тебя время есть на то, чтобы поймать такси и оказаться подальше отсюда. Деньги-то есть? – спросил Дрон.

Скиф снова кивнул, а потом взглянул на меня:

– Скажите, а вы правда… Экзекутор? Тот самый?

– Ну…

Я и в самом деле не знал, что ответить. Во Вселенной уже был не один десяток Экзекуторов, так что тот я самый или не тот…

– Вы тот самый… один из русских серафимов? – рубанул Скиф, когда увидел, что я колеблюсь. – Тот, который всех вынес? Во Вселенной и в реале…

Я невольно прикусил губу. Мальчишка был неплохо осведомлен о моем прошлом.

– Нет, я не тот. Ошибся ты, малец, – я отвернулся.

– Да? Жаль, тот Экзекутор считается легендой…

Мы переглянулись с Дроном. Он слегка повел правой бровью. Я повернулся к парню:

– Друг мой, я же сказал, что ты ошибся. Я вообще ещё в Песочнице. Пойдем, Дрон. Мальчишка пришел в себя, мы можем уходить.

Взгляд Скифа упал на газету, на статью про новое оружие во Вселенной. Он радостно улыбнулся, но тут же скривился от боли в скуле.

– Я знаю про это оружие! Знаю, где его послезавтра будут передавать!

Вот же настырный. Никак не хочет понимать, что чем дальше он окажется от нас, тем дольше проживет. И вместе с тем… Даже капля информации про новое оружие может оказать нам услугу. Дрон поднял левую бровь. Я покачал головой в ответ и спросил:

– Ладно, ты заинтересовал нас. Зачем тебе это нужно, малец?

– Научите… Научите меня драться также?

– Ты можешь научиться во Вселенной. Там много курсов и занятий. Любой пояс со временем завоюешь, – возразил я.

– Нет, мне не нужен пояс. Я хочу… Я хочу, как и вы, выступить против Вселенной.

Дрон снова присел возле Скифа:

– Зачем тебе это?

– Вселенная забрала моих родителей. Я хочу ей отомстить. У вас… У вас же тоже она забрала самое дорогое…

При этом вопросе Скиф смотрел вовсе не на Дрона.

– Откуда тебе известно про меня? – спросил я в свою очередь.

– В Даркнете есть небольшая группка, которая собрала инфу про серафимов. Мы хотели стать такими же крутыми, но потом… В общем, остался только я один из той группы. И когда услышал ваш ник, то подумал…

– Мало ли что ты подумал. Ладно. Сделаем вид, что поверили тебе. Что ты можешь сказать про новое оружие?

– Я знаю, что послезавтра в одиннадцать вечера возле Красного пруда в Измайловском парке состоится передача оружия. Услышал краем уха от пьяного гоблина из клана «Дрова». Так вы научите? – Скиф с надеждой посмотрел на Дрона. – Я хочу также быстро нанести всем удары по челюстям, а потом ещё и по ногам.

– Малец? Ты видел мои удары? – удивленно спросил Дрон.

– А что тут такого? Я тоже видел.

– Да ты-то понятно, – отмахнулся от меня «дедушка». – Но вот чтобы нетренированный глаз смог уследить за движениями в режиме слоу-мо.

Скиф потупился. После этого напряг руки, подтащил ноги и встал. Он пошатнулся, но смог удержать равновесие. По скуле разливалась красная блямба. Похоже, что тут вскоре будет неплохой синячина.

– Я нашел некоторые засекреченные материалы и попробовал позаниматься по ним. Они оказались слишком сложными для меня. Но если вы научите…

Дрон кивнул:

– Хорошо, малец, мы подумаем над твоим предложением. Сейчас из тебя такой же боец, как из курицы рыба. Вали домой, а потом мы с тобой свяжемся.

– Обещаете? – с надеждой спросил Скиф.

Вот и куда лезет? Наше присутствие опасно для кого бы то ни было, а он сам лезет и напрашивается. Эх, молодежь…

Что это? Я рассуждаю как старик? Ведь сам недавно был таким же молодым, горячим. Даже также сидели во дворе на лавочке с друзьями.

Давно это было… Давно…

– Обещаю. Лично приеду, всё расскажу и покажу.

А что? Приходится иногда и соврать. Соврать во благо, чтобы потом мальчишка жил. Конечно же мы к нему никогда не отправимся и не будем ничего показывать. Но сейчас надо, чтобы он отстал и убрался отсюда подальше.

– Хорошо. Я… Я верю вам, – Скиф кивнул и нетвердым шагом направился в сторону метро «Смоленская».

Дрон кивнул мне, показывая, что нужно двигаться в другую сторону. Когда же я протянул его сумку, то отвернулся и пошаркал прочь, делая вид, что любуется красками бабьего лета. Вот же засранец! Я двинулся следом, изображая хорошего сына, который помогает престарелому отцу.

– Да! – долетел до нас голос Скифа. – Я слышал, что это оружие создает Михаил Анатольевич Носов. А кто это?

Я справился с собой и не вздрогнул. Мы продолжили неспешную прогулку, оставляя за спиной семерых человек без сознания и одного парня, который очень много знает. Скиф больше ничего не кричал нам в спину. Но и не преследовал. Я увидел его удаляющуюся фигуру в глазах идущей навстречу женщины.

– Так ты говоришь, что он вступился за меня? – спросил Дрон.

– Да. За это и получил.

– Странно. Он получил, хотя мог видеть мои удары… Может, он специально поддался?

– Я сейчас ничего не могу исключать… Кстати, а откуда у тебя столько денег? Ты вон ими покрасовался перед мальчишками, они и зажглись. И что с тем педофилом, которого ты проведал?

Ублюдок, которого навестил Дрон, вычислял во Вселенной маленьких девочек, сходился с ними, являясь в образе плюшевого мишки, узнавал адреса, а потом… Пятерых девочек нашли на Краснопресненской набережной. Их состояние не поддавалось описанию. Родители едва не сошли с ума от горя.

И никто не смог его вычислить, кроме нас…

– Встретился, поговорил. Больше он не будет заходить во Вселенную, – лаконично ответил Дрон.

– А деньги?

– Мы негосударственная организация, – отрезал Дрон. – Мне пенсию никто не начисляет.

– Ты андроид! Какая тебе может быть пенсия?

– А за выслугу лет? А за постоянный стресс? Да мне за то, что работаю с тобой должны молоко бесплатно давать! Да мне вообще тебя кормить надо, а ты ещё и морду корчишь!

Проходящая мимо старушка покачала головой. Я вежливо ей улыбнулся. Она же недовольно зыркнула на меня и пошла дальше. Похоже, что сегодня на какой-нибудь лавочке возникнет очередная оживленная беседа о том, что молодежь совсем не ценит стариков.

– Ладно-ладно, не кипятись, а то процессоры закипят. В конце концов ты прав. Так, а что с мальчишкой? Почему ты так на него пялился?

Дрон хитро, по-ленински усмехнулся:

– Сдается мне, что мы его скоро увидим.

Увы, мы увидели Скифа гораздо раньше, чем нам того хотелось…

## Глава 2

Палач обычно выступает в маске – справедливости

Станислав Ежи Лец


Трое мужчин были первыми, кого засосала мясорубка «Большой охоты на Палача». Да, по жизни за троицей закрепилось много косяков. Да, они виноваты. И вот сейчас они должны будут совершить очередное преступление, а я зафиксирую происходящее. И… отпущу, чтобы двинуться следом.

Но не отпустит то существо, которое придет на встречу!

Измайловский парк был неподходящим местом для подобного ухода из жизни. Да ещё мрачных красок добавлял поздний вечер и промозглая осень… Впрочем, я не думаю, что мужчины согласились бы умереть и ясным летним днем на светлой поляне. Вот только существо в старомодном плаще не волновали мои мысли. Его абсолютно ничего не интересовало.

– Что-то стало холодать! Не пора ли нам поддать? – спросил самый молодой из троих.

– Пока только пиво. Поддадим потом, – отрезал мрачный крепыш.

Пока что я не должен двигаться и выдавать занятую позицию на ветвях старого дуба. Осенний ветер старательно хлестал пожелтевшими листьями по лицу. Мелкая изморось покрывала холодными брызгами. Тело начало затекать и приходилось напрягать и расслаблять мышцы, заставляя кровь циркулировать активнее. Я должен только наблюдать. Эти ребята – ниточка надежды. Они одно из волокон, которые обязаны сплестись в канат мести…

Сплетется канат, я потяну изо всех сил, и на другом конце окажется мой старинный враг. Мужчина, похожий на доброго доктора из кинофильма «Приключения желтого чемоданчика». Михаил Анатольевич Носов…

И тогда я спрошу с него за смерть жены и моего ребенка.

Всё это время я жил только надеждой на нашу встречу. Месть двигала моё тридцатипятилетнее тело, заставляла сокращаться тренированные мышцы и показывала в зеркале чужое лицо. Да, облик пришлось изменить, чтобы не попадаться под прицелы вездесущих видеокамер. Впрочем, изменилось не только лицо, изменились фамилия, документы, персонаж в компьютерной Вселенной. Изменилось всё – неизменной осталась только жажда мести!

И остался ник… Экзекутор…

Надеюсь, что мы встретимся скоро, очень скоро. А пока мне оставалось только ждать и следить за тремя людьми, которые вольготно расположились на лавочке в Измайловском парке.

Эти трое числились курьерами, продавцами смертоносного оружия, запрещенного в виртуальной реальности. Фальшивые цепи на шеях, бабушкины перстни на пальцах, продвинутые и уверенные в себе искатели счастья. Одинаковые куртки, сальные волосы на глазах, замызганные кроссовки. Работа у таких курьеров опасная, трудная, сродни закладчикам наркотиков. Они были мелкими головастиками в денежных виртуально-реальных потоках.

Мужчины сплевывали шелуху семечек "От Мартина", потягивали тёмного "Козла" и неспешно разговаривали, наблюдая за роем танцующих возле фонаря мотыльков. Красный пруд поблескивал в свете фонарей электрическими дорожками. Меланхолично плавали нахальные утки.

Самый молодой затянулся сигаретой и начал мечтать:

– А если мы сами сделаем печатный станок, запустим и настрижем бабла? Не, ну а чо – захотел пожрать, включил на пару минут, взял штук десять и в рестик забурился. Захотел бабу – на двадцать минут запустил, чтобы не шмару привокзальную, а чистую профи привезли. Домик, банька, садик…

– А в садике травка, а за травкой земелька… Эх, и туда тебя утрамбуют, когда попадешься, – сплюнул второй, постарше. – Не, Ростик, власть не любит конкурентов. Не дадут тебе срубить бабла по-легкому. Разыщут тебя через Линзы Истины и чпок-чпок! В башке прибавятся две дырки.

Линзы Истины появились совсем недавно, но они завоевали за короткий промежуток времени огромную популярность. Они раскрашивали обыденность в те цвета, какие захочет носитель и могли из обычной подворотни сделать фантастическую пещеру Али-бабы. Но полюбили их не за это.

Я чуть прищурился и чип выдал информацию на линзы:

Ростик – Вячеслав Михайлович Кудрин

28 лет

Статус – безработный

Среднее общее образование

Социальный статус – мелкий преступник

Персонаж во Вселенной: гоблин-лучник Медная Лига, клан «Дрова»

Страхи: пирофобия

На счету задержания приводы в полицию и условный срок за мелкое хулиганство. Пока была жива мать, она не давала Славке упасть в объятия улиц, но после её смерти он пустился во все тяжкие. Так же сорвался и его отец, Михаил Кудрин, пытающийся утопить горе утраты в водке. Сын не понимал отца, а отец сына. Как будто порвалась та тонкая нить взаимопонимания, какая связывала среднестатистическую семью.

Ростик был самым молодым и самым дерзким из компании. Не проходило и дня, чтобы он не демонстрировал дневному свету свежий синяк на скуластом лице. Любитель рэпа и острых ощущений…

– Да-а-а, поэтому мы и должны сами стать властью. А чо ты лыбишься, Кент? Михаил Анатольевич сказал, типа, если будем нормально вкалывать, то он нас поставит буграми и уже сами будем рулить бизнесом Вселенной, – хмыкнул Ростик. – Будем, типа, при власти…

Я насторожился. Ростик произнес заветное имя. Пусть оно было произнесено между сплевыванием шелухи и глотком пива, но от этого его важность не уменьшилась.

Перевел взгляд на Кента:

Кент – Семен Андреевич Смирнов

30 лет

Статус – безработный

Среднее общее образование

Социальный статус – мелкий преступник

Персонаж во Вселенной: гоблин-ассасин Медная Лига, клан «Дрова»

Страхи: аквафобия

Отец Семена ушел за сигаретами и пропал. Мать крутилась на трех работах, чтобы вырастить дочь и сына. Чтобы дать им нормальное образование. Не удалось – Семен рано понял, что если незаметно взять чужое и поменять его на деньги, то можно неплохо заработать. Не все разделяли его убеждения и несколько лет в колонии общего режима дали понять, что для нормальной жизни надо не только незаметно брать, но ещё и не попадаться потом.

– Вселенная сама стала властью, – лениво произнес самый крупный из троих. – Раньше она была всего лишь игрой, сейчас она везде. Если раньше ты мог приподняться своим умищем или фартом, то теперь без Золотой Лиги тебе даже с лярдом вход в нормальную жизнь закрыт.

Раскрытие третьего элемента не заставило себя ждать:

Мармот – Николай Семенович Соболев

35 лет

Статус – безработный

Среднее общее образование

Социальный статус – мелкий преступник

Персонаж во Вселенной: орк-грабитель Медная Лига, клан «Дрова»

Страхи: арахнофобия

Мармот суров и тоже имеет за плечами тюремный срок за ограбление с применением оружия. Детдомовский волчонок вышел на свободу и стал если не зубастым волком, то угрюмым поджарым переярком. Он был лидером этой компании и его слово было решающим. Как и остальным, ему не очень хотелось работать, но, как и остальные, он очень любил вкусно поесть и хорошо выпить.

Все трое светились красноватым ореолом – признаком причастности к Медной Лиге.

– Да уж, Мармот… Медная, Серебряная и Золотая Лиги не хило разрулили берега между людьми. Я вот собрался с подругой замутить, а она как узнала, что я из Медной Лиги, так сразу меня в бан кинула, – сказал Ростик. – Вообще несправедливость… эта самая… суциальная!

Я едва слышно хмыкнул. Вселенная "L.i.L" изменила жизнь человечества в "суциальном" плане. Компьютерная игрушка проникла во все сферы жизнедеятельности и везде расставила свои приоритеты. Возникли Медная, Серебряная и Золотая Лиги. Согласно статусу в Лигах люди могли рассчитывать на получаемые блага.

Как однажды произнес помощник-андроид по имени Дрон: "Не осталось больше тех, кого надо жалеть, тех, кто выживает и тех, кто живет припеваючи. Теперь все они состоят в Лигах!"

– Ага, а после введения Линз Истины только смсками можно обмениваться. И то базарят, что через полгода вообще никак не скроешься и даже если поссал на снег, то будет виден рейт поссавшего, – хмыкнул Мармот.

Компьютеризированные приспособления сразу выдавали информацию о собеседнике: пол, возраст, место в рейтинге и Лиге. Цветной ореол покрывал тело человека и выдавал его положение с головой. И что самое скверное – Линзы Истины выдавали ник, под которым ты находишься во Вселенной.

"Большому Брату" стало легче следить за людьми, а преподносилось это как благо, как заботу об окружающих. Как очередное восхитительное средство против борьбы с выдуманными террористами. И если благими намерениями вымощена дорога в Ад, то Линзами Истины застеклены окна тюрьмы Вселенной "L.i.L".

Мало кто из живущих на Земле догадывался, что данные с Линз передавались посредством чипа в координационный центр. Каждое действие человека оценивалось бездушным разумом и заносилось в отдельную папочку. Каждый поступок взвешивался на весах и относился либо к темному, либо к светлому.

Да никто особенно и не стремился вычислять – Линзы незаметно вошли в жизнь, как когда-то влились мобильные телефоны и айпады. Они были удобны и даже полуслепых избавили от очков. Чем не благо для человечества?

Меня Линзы не могли вычислить, но я особый случай… Я ошибка Вселенной. Я тот, кто уже не мелькает на экранах монитора и обо мне невозможно узнать никому. Ведь мертвецы скрывают свои тайны, а я был самым дохлым трупом изо всех. Даже видел собственные похороны.

Из-за травмы мой чип оказался поврежден, но это даже сыграло на руку – я стал призраком для Вселенной. Зато теперь я могу выделить любого из троицы и узнать о нем всю подноготную, какую хранит интернет. Всех троих я бы отнес в категорию расходного материала – пушечное мясо, которым не жалко пожертвовать в случае чего.

– Во-во, идет-идет. По-любому это он, – встрепенулся Ростик, когда увидел, как по темному парку движется сутулая фигура.

– Лады, ведем себя спокойно. Нам нужно только отдать и забрать. Пройдет всё шоколадно – заработаем на шмот и на бухлишко останется, – произнес Мармот. – Не кипешуйте, я весь базар беру на себя.

Человек в темном плаще передвигался по влажной от измороси плитке. Неторопливо и… как-то дергано. Так мог передвигаться робот из старого фантастического фильма. Он как будто находился под постоянным напряжением электрического тока и стремился выпустить его на волю. Лицо скрывалось в тени капюшона, руки засунуты в карманы.

Не хотел бы я встретить такого в темное время суток возле подъезда. Странный он какой-то… Странный тем, что не отражался в Линзах Истины. Он просто был фигурой в плаще. Не из Лиги, без ника. Пустой человек… Вроде меня.

Возможно, этот прохожий просто ни разу не входил во Вселенную. Ходили легенды о таких диких людях, ведь сейчас даже трехлетних детей запускают в «L.i.L» для ускоренного развития.

Молодые люди подобрались, посерьезнели. Вот-вот должна состояться передача флешки с запрещенным оружием. В ответ пачка денег перекочует в карманы. После этого они должны будут передать деньги дальше. Вот это «дальше» меня и интересует.

Человек дошел до троицы и остановился. Он продолжал держать лицо в тени, как будто стеснялся прыщей или уродливых шрамов. Капли дождя собирались на капюшоне, а потом неспешно катились по плащу, чтобы шлепнуться к подругам на красную плитку. Человек молчал.

– Привет, подруга! Охрененная погодка сегодня? А? – не выдержал Ростик.

Женщина?

– Где он? – раздался женский голос из-под капюшона.

Моё сердце пропустило два удара…

Ребята переглянулись. Потом лицо Мармота посветлело:

– Так ты о флешке с Мечом Хаоса спрашиваешь? Она у нас. А ты бабки принесла?

Человек словно не слышал орка-грабителя из клана «Дрова». Он качнулся взад-вперед и произнес:

– Где Экзекутор?

Вот тут я едва не слетел с толстой ветви. Нет, я много повидал и многое знаю, чтобы так удивляться, но всё равно не смог сдержать брови, взлетевшие под линию волос.

Этот голос…

Я много раз слышал его во снах и всегда просыпался в поту. Порой вскидывался от дикого крика и только спустя миг понимал, что это кричал не кто-нибудь посторонний. Это кричал я сам.

– Слышь, какой Экзекутор? – спрыгнул с лавочки Кент. – Нет тут никакого Экзекутора. Ты бабло принесла или мы забираем флешку и валим?

– У меня есть послание для Экзекутора, – проговорила фигура, не обращая внимания на Кента. – Ты разрушил мои планы и сорвал эксперимент, но ты раскрыл себя. Последний из русских серафимов, я объявляю на тебя охоту. Ты слишком надоедливая муха и от тебя пора избавиться. Отныне ты в розыске. Сотне людей отправлено приглашение принять участие в охоте на палача! И они приняли приглашение!

– Чо ты несешь? Ты чо, под спайсом? Какой Экзекутор? Вали отсюда, подруга! – прорычал Мармот.

Я цеплялся из последних сил за мокрый сук. По коже ползли мурашки размером с кулак. Зубы почти крошились от напряжения.

Нет, этого не может быть!

Это всё сволочной профессор! Это всё его шутки!

– Сейчас по всем интернет-каналам транслируется, как ты топишь этого молодого человека, – фигура подняла руку и показала странным пальцем на Кента.

Странный палец блестел в свете фонаря, как пластиковый протез.

Семен Андреевич Смирнов заплясал на месте, выпучил глаза и начал бить руками по воздуху. Если бы он был мимом, то я запросто угадал бы, что он изображает утопающего. Голова запрокинута к небу, а рот разевается, как у только что вытащенного на воздух карася.

– Ты чего делаешь, сука? – подскочил Мармот и уже занес кулак над капюшоном.

– Этому ты ввел два кубика вытяжки яда тарантула. Смертельную дозу, – палец перешел на Мармота.

Николай Семенович Соболев застыл с занесенным кулаком. Его лицо исказилось от ужаса, а рот пытался втянуть в себя хотя бы немного воздуха. Он словно превратился в статую, на которого взглянула Медуза Горгона. Из горла раздался судорожный всхлип.

– Мужики, мужики… – начал было Ростик, но через секунду бросился прочь.

Палец тут же показал на удирающую спину:

– А с этим ты поступил особенно жестоко. Облил бензином и поджег. Экзекутор, а ты, оказывается, тот ещё маньяк! Палач и есть…

Ростик споткнулся, упал и покатился по земле. Руки судорожно били по куртке, штанам, лицу, стараясь сбить несуществующее пламя. Вячеслав Михайлович Кудрин изогнулся от боли, а потом закричал. Дико, страшно, во всю мощь прокуренных легких.

Пожухлые травинки прилипли к мокрой щеке. Ко лбу приклеился рваный кленовый лист. Сам парень уже не кричал. Он скулил побитым щенком и всё пытался сбить невидимое пламя.

Я не мог дольше оставаться на месте. Эти пацаны не заслужили такой смерти. Фигура явно убивала их из виртуальной реальности.

Легким прыжком отправил своё тело в свободный полет, переходя по пути во Вселенную.

Мелькнули перед глазами привычные буквы:

Погружение прошло успешно

Я перевернулся в воздухе и приземлился по-кошачьи на ноги. Быстрая оценка обстановки – мы находимся в подземном бункере. Мерцающий свет люминесцентных ламп выхватил из темноты двух умирающих гоблинов и орка. И Людмилу…

Рядом с ними стояла моя Людмила. Моя жена…

Моя красавица… Она была в том самом свадебном платье, которое хотела продать подруге…

Нет!

Это не она!

Это всё морок! Компьютерная симуляция.

Надо сосредоточиться на помощи пацанам!

Гоблин Кент судорожно сучил руками в двухметровом закрытом цилиндре. Плескался и не мог выбраться наружу – на ногах висели огромные гири. Сам цилиндр напоминал одну из тех огромных колб, которые так любят изображать режиссеры в фантастических фильмах о клонах.

Гоблин Ростик катался в луже горящей нефти. Пламя пожирало его заживо. Запах горелых тряпок и паленой свиной щетины настойчиво лез в ноздри.

Орка Мармота деловито обматывал паутиной огромный тарантул. Орк только следил за чудовищем безумным взглядом. Он не мог сдвинуться с места, краснея двумя ранами на шее.

Я силой мысли вызвал из темного тумана секиру приличных размеров. Металл вселениум теперь всегда был со мной. Он мог стать как кольчугой, так и оружием – темная звезда сделала хороший подарок.

В следующий миг я ударил по колбе!

Секира воткнулась в воду… и застряла в голубой жиже. Я дернул оружие обратно. С хлестким чавканьем секира вырвалась наружу. Вода осталась на месте.

Кент увидел меня через толщу воды и открыл рот для крика. Вместо крика вырвались пузырьки последнего воздуха. Из индикатора здоровья над его головой уходили последние проценты.

Я снова рубанул и снова с тем же успехом. Когда же со всей силы влупил по цилиндру воды, то кулак упруго оттолкнуло, как будто ударил по боксерской груше. Помочь Кенту я был не в силах. Индикатор жизни стремительно уменьшался.

Только теперь я заметил, что колбу покрывала мелкая сеть из темного вселениума. Секира была не в силах пробить его.

В луже горящей нефти замер Ростик. Его индикатор был пуст.

Орк! Я мог спасти орка!

Тарантул повернул ко мне страшную голову и угрожающе клацнул жвалами. Снести голову с полуоборота не получилось – секира застряла в сочленении множества глаз.

Индикатор умирающего орка приблизился к опасному нолю.

Если не получается убить тварь, то можно разрубить паутину!

Рубанул сверху вниз. Лезвие должно было чиркнуть по белесой нити, разрубая липкие оковы. И снова неудача – секира отскочила от паутины.

– Киря, ты как всегда предсказуем, – раздался голос Людмилы. – И, как всегда, будешь побежден! Если ты откажешься, то другие люди будут умирать до тех пор, пока не вступишь в игру. Я слежу за тобой… И теперь либо ты, либо тебя. Третьего не дано. Убивать тебя придут самые отъявленные мерзавцы, так что твоё болезненное чувство справедливости не пострадает. Ты станешь палачом для этих выродков. Но если ты вздумаешь их щадить… Эти трое посторонних демонстрируют то, что случится. Ты или будешь убивать преступников-рецидивистов, или обычных граждан. ВЫБОР ЗА ТОБОЙ, ПАЛАЧ!!!

Сердце ухнуло куда-то в желудок.

Это её голос! Это её манера говорить!

Попытался снова вырвать орка из паутины, но легче было сдвинуть Мавзолей в одиночку. Тарантул ударил когтистой лапой. Я отскочил и оказался на безопасном расстоянии.

Орк вытаращил на меня дикие глаза, а в следующую секунду его веки опустились. Голова устало свесилась на плечо. Тарантул толкнул орка башкой. Мармот повалился навзничь и остался лежать недвижимой статуей.

Трое персонажей из клана «Дрова» умерли во Вселенной. Я уже был не в силах им помочь.

Профессор неплохо подготовился. Это была ловушка. Трое молодых тела пошли в расход ради одной цели – показать, что будет, если я откажусь. Они были преступниками, но так ли они нагрешили, чтобы получить эту участь.

Людмила стояла под дождем и улыбалась. Она была всё также прекрасна, как в тот день, когда…

Я больше не мог видеть Людмилу в свадебном платье…

Выныривание прошло успешно

Из виртуальной реальности я вылетел пробкой. Мне нужно разобраться со странной фигурой в плаще. Нужно узнать, что за тварь скрывается под личиной умершей жены.

Осенняя тьма ни на чуть не изменилась. Всё также брызгала изморось, всё также кружились мотыльки у фонарей. Вот только теперь трое людей не украшали шелухой подсолнечника землю у скамейки, а лежали на земле сломанными куклами.

Нажатия на сонные артерии подтвердили мои опасения – они были не только без сознания, но и без жизни. Трое мужчин отправились отчитываться в своих проступках перед Верховным Администратором. А каких-то десять минут назад мечтали о хорошей жизни, о карьере и светлом будущем.

– Кто ты?

Я медленно подходил к фигуре в капюшоне. Лицо всё ещё скрыто под широким капюшоном. Так ходили средневековые инквизиторы, когда не хотели, чтобы жертвы видели их лица. Но я не жертва…

Я далеко не жертва!

– Я вестница. Прислана пригласить тебя на «Охоту», где ставками будут ваши жизни. Твоя и Михаила Анатольевича Носова. Только теперь он станет играть за хорошего парня, а ты будешь палачом. Тебя возненавидят все! Лучшие охотники пойдут по твоему следу. Ты…

Хватит слушать эту пафосную чушь! Дернул за капюшон и отшатнулся.

На меня смотрела Людмила!

Грудь сдавило от нехватки воздуха. Казалось, что она вот-вот взорвется. И в то же время похолодели кончики пальцев. Лишь спустя стук сердца до меня дошло, что под светом фонаря стоит вовсе не Люда.

Каким же надо быть изощренным уродом, чтобы приклеить вырезанную фотографию лица моей жены к пластиковой голове манекена?

Я дернул за фотографию. Она потянула за собой какой-то шнурок и плащ слетел с тела. Передо мной очутился манекен из магазина. На сочленениях рук и ног установлены сервоприводы. Стальная проволока вместо костей.

На месте рта у манекена торчал динамик. А глаза манекена…

Глаза манекена замигали красным. И это мигание всё убыстрялось!

Тут же со всех ног бросился прочь. Через пару секунд раздался взрыв. Упругая волна воздуха толкнула в спину. Покатился по траве, почти также, как недавно катался Ростик. Над головой метеоритом просвистела рука манекена. Она шлепнулась в пяти метрах от меня и попыталась сложить то ли фигу, то ли знак одобрения.

Прелая трава тут же оставила на белесом пластике желтоватый развод, словно пометила как свою вещь. Рука в траве. Символично. Уныло и грязно, но символично.

Когда поднялся и оглянулся, то увидел, как на месте фигуры догорали пластиковые обрубки ног в окружении дымящегося плаща. Запчасти манекена валялись вокруг, разбросанные взрывом. Синеватое пламя шипело под мелкими каплями дождя голодным котенком, у которого отбирают пищу.

Телефон воспрянул к жизни мелодией песни «It's my life» и пришлось взять трубку:

– Да?

В динамике послышался взволнованный голос Дрона:

– Придурок, ты зачем завалил курьеров?

## Глава 3

В бою всегда побеждает спонтанность. Зубрёжка всегда проигрывает.

Брюс Ли

В съемной квартире было темно. Свет с улицы лениво пробивался через шторы, но его было недостаточно.

– Не включай! – раздался окрик, когда я вошел в квартиру.

Пришлось снять руку с выключателя. Похоже, что меня ожидает очередная тренировка.

Дрону не нужен был свет – андроид видел ночью гораздо лучше охотящейся совы. Я замер на миг, зажмурился изо всех сил, а потом распахнул глаза и быстро-быстро заморгал. Глаза моментально привыкли к темноте. Линзы Истины подали запрос:

Включить ночное зрение?

Да/Нет

Я выбрал второе. Да, не такие яркие краски, как днем, но пройтись по комнате и не удариться мизинцем о ножку стола вполне возможно. При задействовании Линз глаза приобретали пакостную особенность – начинали светиться в темноте мерцающими оттенками гнилушки, а обладатель чудо-прибора походил на голодного зомби.

Так, окрик был из комнаты справа, значит, Дрон притаился где-то поблизости. Там он мог оставить банальную запись голоса, чтобы сбить с толка.

Чтобы не привлекать внимания, отечественные разработчики придали моему учителю, помощнику и мучителю вид древнего пенсионера. Сознание мужчины средних лет поместили в коробку из металлических запчастей, обтянутых человеческой кожей. Если вы встретите андроида Андрея на улице, то пройдете мимо даже не подумав, что этот благообразный старичок может убить вас за долю секунды. Дроном я его стал называть после того, как он два часа провел в воздухе, когда в разведке реял на дельтаплане над поместьем одного очень богатого, но очень преступного деятеля в Крыму.

– Есть что на ужин, или опять придется давиться «Дошиком»? – кинул в темноту.

В ответ тишина.

Другого ответа я не ожидал. Весь превратился в слух и двинулся вперед. Трехкомнатная квартира обладала массой мест, где можно спрятаться, поэтому приходилось быть настороже.

Шаг скользящий, полуприставной, чтобы успеть отпрыгнуть в случае колебания воздуха. Дыхание равномерное, на три стука сердца вдох, на пять выдох. Правая ладонь у скулы, левая играет слегка на выносе.

Почти все люди заворачивают за угол резко, экономя время. Большая ошибка при движении в темноте – так можно запросто напороться на нож или хороший удар битой по голове. Достаточно отступить всего на полшага в сторону и сделать крутой вираж, как в запасе возникает половина секунды на реагирование.

Прошел мимо туалета, ванной комнаты и перекатом оказался на кухне. Нападения не было. Быстрый взгляд по сторонам и уход с линии возможной атаки. Ничего. Расслабляться рано – андроид может притаиться в любой из комнат и напасть со спины. Что же, вариантов дальнейшего развития событий два: идти по комнатам или…

Выбрал «или».

Я поставил на плиту чайник и включил конфорку. Если разработка отечественных гениев, андроид с человеческим сознанием, хочет поиграть, то пусть наберется терпения. Мне же надо заварить иван-чай с мятой и подумать о произошедшем.

Синеватые язычки пламени лизнули металлическое дно. Похожие язычки недавно облизывали Ростика, только в другой реальности. Не в этой…

Значит, профессор сам решил устроить на меня охоту. Я немало ему попортил крови за прошедшие пять лет. А он отобрал у меня всё… Теперь хочет и вовсе стереть с лица земли.

Я хмыкнул – стираться вообще не хочется. Не хочется от слова «совсем».

Михаил Анатольевич взял образ моей жены. Специально, чтобы сделать мне больно. Чтобы уколоть как можно сильнее. Пальцы правой руки вытащили смятую фотографию из внутреннего кармана куртки, разгладили на поверхности стола.

Люда загадочно улыбалась с листка бумаги. Мягкий взгляд любимых глаз проникал в отдаленный кусочек души, который ещё не успел зачерстветь окончательно. Люда словно спрашивала – когда мы увидимся? Если я поддамся на грядущей охоте, то скоро, совсем скоро…

Чайник набрался духу и беспардонно засвистел, вырывая меня из тяжелых дум. Кипяток полился в кружку, и именно этот момент был выбран Дроном для атаки.

Вшух…

Раздается легкий шорох разрезаемого воздуха.

Я приседаю.

Тыц!

В крышку кухонного гарнитура втыкается нож и обиженно вибрирует, словно досадуя оттого, что не попал мне в голову. Следующий нож я отбиваю кружкой.

Эх, пакетик с заваркой отлетел в угол…

Третий нож скользит по крутому боку чайник, а после прыгает по полу. Следить за ним некогда – в кухню врывается ураган по имени Андрюша.

Удары андроид наносит по болевым точкам. Чтобы парализовать и потом уже обработать бесчувственное тело без помех. Успеваю блокировать предплечьями и отскакиваю на метр. Приходится метнуть чайник, за ним кружку. Подключается эффект "слоу-мо" и есть возможность насладиться видом разлетающихся брызг кипятка.

Старичок отбивает мои снаряды в сторону. Он легкой лентой взвивается в воздух и две руки устремляются ко мне, сложенные в виде острия стрелы. Прогиб в спине, блок правого колена и разворот. На всё про всё ушел один стук сердца.

Чайник врезается в фартук над газовой плитой и радостно плещет остатками кипятка, как священник на крещении. Танцевальным пируэтом ухожу в сторону. Не улыбается быть ошпаренным, даже чуть-чуть.

Дрон едва касается пальцами балконного стекла и тут же сигает обратно. Ноги выбрасываются в велосипедном ударе Лю Кенга из «Мортал Комбата».

Черт!

Применяю мягкую блокировку, но острые пятки прорываются сквозь выставленные предплечья и меня отбрасывает к стене. Тут же взмываю в воздух, подо мной разлетается плитка от удара кулака. Осколок белого каолина проносится мимо глаз.

Я перелетаю через Дрона и тут же делаю бэк-кик. Нога проваливается в пустоту. Зато раздается щелчок и в кухне загорается свет. Дрон просчитал мою контратаку и не стал лезть на рожон.

– Почему не предлагаешь разделить с тобой вечернюю трапезу? – миролюбиво спросил старичок в мохнатом халате, который пару секунд назад метал в меня ножи.

– Как раз собирался налить вторую кружку, – пожал я плечами. – Теперь придется ставить чайник по новой.

Дрон кивнул и уселся на банкетку возле кухонного стола. Я же оглядел разгром на кухне, осколки плитки на полу в блестящих лужицах. Перевел взгляд на Дрона, но тот разглядывал ногти с таким видом, как будто в них была зашифрована крайне важная информация. Судя по всему, помогать с уборкой он не собирается.

– Дитям чистота нужна. Ребёнки, они в грязи жить не могут, – я вздохнул и отправился за шваброй.

Дрон молчал всё то время, пока я наводил порядок на кухне. Также молча наблюдал за тем, как ставлю чайник на горящий газ, как разливаю кипяток по алюминиевым кружкам. На моей появилась новая вмятина. Как вы догадались, стеклянной посудой я уже давно не пользовался.

Постоянная тренировка, Экзекутор… только постоянная тренировка!

Кухонная стена красуется пятью прорехами там, где раньше белела плитка. Нападение Дрона было далеко не первым. Именно поэтому я себе в очередной раз напомнил не забыть обратиться к друзьям с Ближнего Востока за помощью в облагораживании кухни. Истыканный ножами, сюрикенами, мечами кухонный гарнитур отчаянно требовал замены.

– Как ты добрался? – спросил Дрон, когда пригубил янтарную жидкость.

– Нормально. По пути закрывался от камер, двигался в тени, иногда переходил во Вселенную.

– Да? А что с теми тремя?

– Мертвы…

– Плохо, – поджал морщинистые губы Дрон. – Их смерть набрала уже больше полумиллионов просмотров в сети. Я почистил, насколько это возможно, но ролики стали вирусными и теперь гуляют даже по детским сайтам. Знаешь, как недовольны родители тем, что их чадо может увидеть смерть утырков?

– Могу догадаться… Но я их не убивал! – вздохнул и рассказал то, что было на самом деле.

– Во как, – многозначительно проговорил Дрон и сделал большой глоток. – Интересно – кто же рассказал Носову о тебе и твоей засаде? Неужели это тот, для кого я взял пароль у Мастера Паролей?

Я терпеливо ждал, что последует дальше. Дальше последовал ещё один глоток, потом третий. Дрон молчал и смотрел перед собой. Возможно, в этот момент он отслеживал информацию в сети… или смотрел свои любимые мультики, без которых не мог представить жизни.

Мне тоже не хотелось говорить. Перед глазами всплыло лицо Людмилы. Её фигура в подвенечном платье. Как же давно было то время, когда мы были вместе…

Жили не впроголодь, но мне хотелось большего. Хотелось свою квартиру, нормальную машину и жизнь не от зарплаты до зарплаты. Поэтому и купился на щедрые посулы Михаила Анатольевича, который умел красиво петь о высших материях и необходимости работы. Он и ввел меня в мир компьютерной Вселенной "L.i.L".

Сначала я был на роли суперигрока, к которому обращаются в крайних случаях, когда модераторы были не в силах справиться с возникающими ситуациями. Сначала… пока не встретил сошедшего с ума хороррщика. Убил его в виртуале. Потрошитель внес какой-то вирус во всех игроков, которые приготовились открывать Вселенную. Мы должны были встретить гостей, а встретили переход в иное состояние…

Вирус переносил нас в виртуальное пространство без нашей воли. Если увидеть первооткрывателя со стороны, то его поведение можно запросто отнести к агрессивной шизофрении. Мы видели виртуальные картинки, а тело жило и двигалось в реальности.

В реальности убили Андрея-Дрона. В реальности начали охоту за его подругой. В реальности убили мою жену…

Я убил… В виртуальной реальности… подстроили несчастный случай… Но от этого не легче.

Ещё тяжелее осознавать то, что Люда была беременной. И я не видел своего ребенка, только виртуальную голограмму…

И теперь я человек с отравленной душой, который живет лишь мечтой увидеть Михаила Анатольевича. Увидеть и спросить – почему я? Почему я остался единственным из суперигроков? Почему вокруг все умирают?

Я видел профессора один раз, но тогда у меня была цель важнее. Мне было не до вопросов. Я отомстил за жену тому, кто подстроил несчастный случай, но главный организатор остался на свободе. Остался жить и наслаждаться жизнью, пока моё тело должно было сгореть в крематории.

Должно, но не сгорело. И Андрей не умер… Вернее, умер, но его сознание осталось жить. И в новом теле, в новой своей ипостаси, Дрон стал ещё противнее и вреднее. Вот и сейчас, сидит и продолжает тянуть театральную паузу.

Интересно, если я сейчас заряжу ему чайником по кумполу – он среагирует?

– Ты появился в Даркнете и уже объявлена награда за твою голову, мой драгоценный друг, – Дрон словно уловил моё настроение и повернул голову. – Похоже, что дело серьезное. Хочешь увидеть самый просматриваемый ролик в сети?

– Много дают?

– На российскую машину хватит. И ещё идет линия донатов, которые скидывают неравнодушные граждане, желающие увидеть твою смерть в прямом эфире. Я тоже скинул сотку. А что? Мне же интересно, как тебя будут убивать на этот раз.

Дрон извлек из кармана смартфон и, через пару секунд колдовства над экраном, сунул мне его под нос.

С экрана затараторил популярный Ютуб-блогер слащавый Миколай Коболев:

– Всем привет! Меня зовут Миколай Коболев и запомните три правила, если вы хотите жить в тишине и спокойствии: Не убивайте, не убивайте и ещё раз не убивайте. В наши руки попала запись кровавой расправы над тремя молодыми людьми, которые просто дышали свежим воздухом в Измайловском парке и даже никого не трогали.

Я хмыкнул. Запись кровавой расправы. Надо же…

В это время под аккомпанемент пафосно-бравурной речи пошли кадры с берега Красного пруда. Похоже, что камера снимала с одного из фонарей, стоящих возле мощеных плиткой дорожек.

Вот на скамейке болтают три мужчины: Ростик, Мармот и Кент. Болтают, смеются, семечки плюют. В этот момент заиграла тревожная музыка и неподалеку от троицы показалась одиноко бредущая фигура. Бейсболка скрывала лицо, но вот фигура и походка была очень знакомой. Одна рука пряталась в кармане, вторая крепко сжимала бутылку с водой.

Судя по вступлению и наложению музыки, ролик был сделан не на скорую руку. Скорее всего, к Миколаю Коболеву кадры попали после обработки профессионалами. Хотя… Какими профессионалами? Гениями! Это же вымысел чистой воды, с первой до последней секунды, но как снято…

Фигура приблизилась на расстояние вытянутой руки к напрягшейся троице и дальше всё завертелось под горестные восклицания Миколая Коболева:

– Вот тот самый момент, когда неизвестный палач начал свою грязную работу. Видите, какая у него скорость и какие точные удары? Это явно заказная акция и ребята просто кому-то перешли дорогу. Всего пять секунд и три трупа…

На экране фигура одновременно взмахивает руками. Запись была плохого качества, но она позволила разглядеть как экранный «палач» выливает полторашку на голову Ростика, а второй рукой бьет Мармота в шею и делает движение большим пальцем, как будто надавливает поршень шприца. У Мармота выпадает сигарета изо рта, а сам он валится навзничь.

Через секунду фигура бьет ногой в живот облитого Ростика и швыряет вслед пойманную сигарету. Ростик вспыхивает живым факелом и бросается на траву, стараясь сбить пламя. В это время ударом ребра ладони по шее фигура выдергивает сознание из тела Кента, а обмякшего человека перекидывает через себя броском самбо. Брызги Красного пруда разлетаются двумя прозрачными веерами, пугая проплывающих мимо уток.

После этого фигура легко поднимается с земли, отряхивается и, как будто нарочно, кидает взгляд в сторону камеры. Моё нынешнее лицо показано в отличном качестве. Трудно не узнать такого, когда окажешься рядом. После этого фигура с моим лицом спокойно удаляется прочь, даже не оглянувшись на катающегося по траве горящего Ростика.

– И у меня появляется вопрос – до каких пор мы будем находиться под постоянным гнетом страха и опасности? Когда же в правительстве задумаются о том, что пора что-то менять! Подчеркиваю – пора задуматься о всеобщей безопасности и ввести тотальный контроль видеокамер. Вот почему до сих камеры наружного наблюдения до сих пор не оборудованы Линзами Истины? Почему мы вынуждены бояться, что к нам в парке также может подойти неизвестный и забрать жизнь просто потому, что ему заплатили? Да даже не заплатили, а потому что у человека было плохое настроение! Вместо того, чтобы сразу узнать ник преступника, имя и фамилию, мы платим налоги на содержание полицейских госорганов. Как было бы просто взять и узнать… Но пусть этот преступник не радуется. Обгоревший молодой человек успел перед смертью назвать его имя, фамилию и ник. Теперь узнаете и вы, но после небольшой рекламы…

Палец Дрона промотал ролик и остановился на том моменте, когда рекламная вставка закончилась. На экране появилось моё лицо, ник Экзекутор, нынешняя фамилия Светлов. Имя себе я оставил прежнее.

Кирилл Светлов, Экзекутор. Статус – палач.

После появления последних двух слов, они начали картинно растекаться стилизованной кровью по экрану.

– Если вы увидите этого человека, то сразу же передавайте его местоположение в полицию, ФСБ, Росгвардию, – вещал Миколай Коболев. – Не проходите мимо, не оставайтесь равнодушными, иначе, в следующий раз, палач может не пройти мимо вас… Ставьте лайки, чтобы больше людей посмотрело это видео, подписывайтесь и нажимайте на колокольчик. Всем пока-пока, берегите себя и близких.

Изображение моего лица потемнело и пропало, растворившись в потоках бурой крови.

– Вот же уроды…

– А что ты хотел? Ты же убийца. Никто не любит убийц, даже… – Дрон на секунду задумался. – Нет, вообще никто не любит.

Из комнаты донесся сигнал ноутбука. Настойчивый сигнал. Такой, что если на него сейчас не ответить, то ноутбук спрыгнет со стола и сам примчится на кухню.

– Вот и до барина дошли твои приключения, – притворно-сожалеюще вздохнул Дрон. – Теперь нам обоим будет сделан втык.

– Тебе-то за что? – спросил я уже на пути в комнату.

– А что не уследил за дитятком, что сопли не подтер и дяденек плохих не прогнал.

– Паяц.

Мне в голову полетела кружка, но я успел среагировать и поймать её на подлете. Впрочем, остатки чая охотно плеснули в лицо. Швырнул в ответ, но навык ловить предметы на лету был не только у меня. Дрон аккуратно поставил кружку на стол, повернул смартфон и дотронулся до экрана.

«А кто такие Фиксики? Большой-большой секрет», – донеслось из телефона.

Дрон вздохнул и погрузился в просмотр мультфильма. Благообразный старец на заслуженном отдыхе – прямо хоть икону пиши.

Сигнал продолжал рвать тишину комнаты. Он явно требовал моего внимания, пришлось идти удовлетворять его требования.

Я нажал на выключатель и холодный свет разлился по небогатой обстановке. Мебель была моей ровесницей, тюль под плотными шторами пожелтел от времени. В шкафу классика и сборники тех книг, где на обложке только фамилия автора с инициалами и название. Может быть поэтому тонкий Lenovo ThinkPad X1 Extreme 2 на журнальном столике выглядел чужеродным предметом, залетевшим в девяностые года из светлого будущего.

– Почему ты их убил? – спросил Копиров вместо приветствия, когда я нажал кнопку ответа.

Хмурое лицо бывшего майора спецназа ГРУ не предвещало ничего хорошего. Я уселся в кресло. Похоже, что разговор затянется. Пришлось повторить то, что я рассказывал Дрону совсем недавно.

– Вот так вот всё и получилось.

– Очень плохо, что так всё получилось. Очень…

– Да мало ли роликов гуляет по сети. Одним больше, одним меньше, – пожал я плечами.

– Дело в том, Кирилл, что информация по тебе пошла в высшие эшелоны власти. Теперь тебя объявили в розыск и разыскивать будут не обычные менты, а хорошо обученные профессионалы. Президент уже сделал мне запрос по поводу этого… – Копиров замялся, подбирая слово. – Инцидента.

– Да? А ты чего?

– Пообещал разобраться. Только что-то мне не понравился разговор с президентом. Слишком уж он был на взводе. Он же всегда спокоен и невозмутим, а сегодня… Как будто у него появилась информация против нас.

Я взял в руки карандаш со стола и начал вращать его между пальцами. Всё быстрее, быстрее. Хорошая разминка для суставов, да и думать помогает. Не верите? Попробуйте сами. Когда мысли чуть отвлекаются на механическую работу, то происходит дополнительный пинок нейронам, и они начинают бегать активнее.

Карандаш вращался всё быстрее и быстрее. Желтая краска начала оседать на пальцах, деревянная рубашка нагрелась, иногда слышался легкий треск ломающегося внутри грифеля. Я увеличил скорость до максимума и карандаш превратился в подобие вертолетного пропеллера. Ещё пару секунд и желтая палочка с хрустом разлетелась на пять равных частей.

Я досадливо хмыкнул – не рассчитал силу. Копиров всё это время терпеливо ждал. Его покрасневшие глаза то смотрели на меня, то переходили в сторону. Там явно был ещё один монитор, а может быть даже не один. Изредка слышалось легкое постукивание по кнопкам клавиатуры.

– Да что тут разбираться? Меня подставили… Теперь опять придется менять внешность, – вздохнул я наконец, прерывая затянувшуюся паузу. – Где там наш Айболит? Пусть снова поколдует и сделает из меня Бреда Питта. Уж за звездой такого масштаба гоняться не будут.

Копиров взглянул на меня мельком и снова перевел взгляд куда-то за экран. Поморщился, как будто откусил хороший кусок лимона. Послышалась частая дробь по клавишам и спустя несколько секунд его глаза снова взглянули на мой экран.

– Не получится. Александр Николаевич был найден сегодня в ванной своего дома со вскрытыми венами. На лицо явное самоубийство. Вот только почему уважаемый человек, пластический хирург с зарплатой директора большого предприятия, отец трех дочерей и любимый муж вдруг так решил? Тут явно чувствуется помощь со стороны, только никаких следов борьбы не найдено. Александр Николаевич просто улегся в ванную, пустил теплую воду и вскрыл себе вены…

– Похоже, что его вычислили. А кого ещё из нашей организации смогли найти?

– Нет никакой нашей организации, – буркнул Копиров. – Есть только мы трое: ты, я и Андрей. Остальные не знают на кого работают. Это минимизирует риски провала нашей команды. А по поводу смертей ты прав – в подъезде собственного дома кто-то пырнул ножом Веню. Безобидный мальчишка с легким синдромом Дауна. В жизни мухи не обидел, только брал пакеты и переносил по указанному адресу – ни разу не вскрыл и не поинтересовался содержимым. Он был самым удобным и надежным курьером. И у какого зверя рука поднялась на больного? А ещё…

Соловьиная трель входного звонка заглушила слова Павла Сергеевича. Он замер, услышав вторую трель.

– Кого-то ждете в гости?

– Нет, вообще никого не ждем. Дрон, откроешь? – крикнул я в сторону кухни.

В ответ только писклявые голоса Фиксиков и мультипликационные эффекты. Снова раздалась соловьиная трель. Кто-то был явно настойчив.

– Будь аккуратнее, – посоветовал Копиров.

– Да это снова картошку продают. Каждую осень по квартирам шастают. Сейчас я их прогоню, и мы продолжим.

Поход до двери был недолгим. Я взглянул в глазок. Кучерявый мужик в майке-алкоголичке нажимал на звонок и нетерпеливо притоптывал.

– Кто там? – спросил я зевающим голосом.

– Сто грамм! Я сосед снизу! – тут же последовал ответ. – Вы меня заливаете, черти! Что, сами воду не слышите?

Сосед снизу. Линзы Истины выдали информацию по нему:

Груздий – Тополев Сергей Александрович

39 лет

Статус – сантехник ЖКХ

Среднее специальное образование

Социальный статус – гражданин

Персонаж во Вселенной: орк Медная Лига, клан «Ключи Гнева»

Страхи: акрофобия

Я быстро перебрал в памяти соседей – нет, такого у нас не было. В нашем подъезде четырнадцатиэтажного дома нет. И воду я не включал.

Дотронулся до кнопки небольшого планшета на стене. Он охотно откликнулся на прикосновение и показал запись с двух замаскированных видеокамер на площадке.

Ага, вот и причина почему я не мог вспомнить этого человека – по обе стороны входной двери притаились по два человека в полном обмундировании. На спинах бойцов нашивки с надписью «СОБР».

Похоже, охота началась…

## Глава 4

Терпение – неизменное состояние тех, кто на высоте.

Фетхуллах Гюлен


– Да-да, сейчас открою. Где же эти долбанные ключи? Вот же блин, херня какая… Сейчас открою, потерпите немного…

Я мягко скользнул на кухню и шепнул Дрону:

– У нас гости. Пять человек, четверо из СОБРа.

Дрон поставил мультфильм на паузу и с сожалением убрал смартфон в мохнатый карман:

– Эх, надо же, а я только тут обживаться начал. Даже думал азалию какую-нибудь посадить. Уходим.

– Сейчас-сейчас! Да куда же я эти ключи-то засунул! – прокричал я в сторону двери. – Вот вечно так, когда они нужны, то никогда их не найдешь!!!

Дрон метеором помчался по комнате, собирая документы и уничтожая следы нашей деятельности. В объемный рюкзак летело оружие, патроны, вещи первой необходимости.

Снова ожил звонок, ему вслед загрохотали удары кулаком по двери:

– Открывай! Чего у тебя там протекает?

– Да я сейчас все трубы перекрыл! – крикнул я в ответ, помогая собираться Дрону. – Мужик, извини, ключи куда-то делись! Найду и открою!

Через секунду в дверь ударили чем-то тяжелым. Ногой? Вряд ли будут бить головой. Я успел порадоваться прозорливости Дрона – он настоял на том, чтобы укрепить не только дверь, но и косяки на метр вокруг. Теперь обычную на вид деревянную перегородку можно разве что срезать автогеном.

Но какой СОБР таскает с собой автоген? Или таскает?

– Мужик, да ты чего? Я же ищу! Ищу-у-у!!! – рявкнул я в сторону двери.

Снова раздался грохот удара. Теперь ударили явно ногой. Причем ногой, которая обута в добротную обувь с рифленой подошвой. Так пяткой в тапочке не зарядишь, если, конечно, ты не Брюс Ли.

И всё равно дверь устояла. Вот ещё минут пять поколотят, дойдут до металлической обшивки и тогда притащат необходимый инструмент.

– У нас тут неприятности, поэтому… – сказал было я в монитор ноутбука, но Копирова там уже не было.

Он просто испарился, хотя скайп продолжал работать. Может быть по этому сигналу нас и обнаружили?

Ноут, конечно, жалко, но раз уж мы засветились настолько, что нас обнаружили в два счета, то… Я набрал комбинацию клавиш на клавиатуре, которая запускает программу уничтожения информации. Через три минуты полного удаления ноут взорвется и разбросает горящие обломки по квартире.

Надеюсь, что сильного пожара не случится, и эту квартиру потом еще можно будет сдавать.

– Выходим через балкон, – проговорил Дрон.

Мохнатый халат сменился на удобные трико и легкую куртку. Я лишний раз успел порадоваться, что ещё не переоделся в дмашнее.

Дрон закинул рюкзак за спину и показал мне на второй. Два туго набитых рюкзака походили на разъевшихся жаб. И эти жабы запрыгнули нам на спину, прильнули платяными пузами и обняли лямками-лапами.

Всё мы готовы к выходу. В дверь ещё раз ударили. Застучали сильнее и чаще. Под такой аккомпанемент Дрон распахнул балконное окно. Желтоватыми крыльями вспорхнули занавески, когда в квартиру залетел свежий ветер.

Изморось так и не закончилась. Мда, не очень приятно перебираться по балконам, когда руки скользят по мокрому железу, а под пальцами осыпается размокший кирпич. Седьмой этаж, до низа ещё добраться надо. Однако, деваться некуда – ребята в касках могут сдуру пальбу поднять, ранят или убьют невинных…

– Я первый, – кивнул мне Дрон и легко перепрыгнул через железные перильца.

– Стоять, суки!!! Работает СОБР!!! – донеслось откуда-то сверху.

Вряд ли это было гласом божьим, скорее всего нас хотели захватить с двух сторон. Я выглянул наружу и покачал головой – этажом выше висели три человека, похожие на тех, которые сейчас активно насиловали дверь. Да не просто висели, а активно спускались. Ещё немного и спустятся на балкон.

– Мальчишки, мы не хотим никому причинять вреда! – крикнул я в ответ.

Я запрыгнул на мокрое железо балконных перил. Внизу по-обезьяньи ловко перебирал руками Дрон, спускаясь на землю. До асфальта прилично, если сейчас прыгну, то ноги могут в задницу по колено уйти.

– Стой! А то стрелять буду!!! – рявкнул один боец. – Стой, сука, а то шмальну в харю! Зубы потом будешь по асфальту собирать!

А ведь он не шутил – в тактической перчатке блеснул ствол пистолета. Я за долю секунды получил информацию с Линз Истины:

Пистолет бесшумный АПБ.

Калибр – 9 мм.

Прицельная дальность – 150 метров.

Емкость магазина – 20 патронов.

Вес без глушителя – 1,1 кг, вес с глушителем и прикладом – 1,6 кг.

Начальная скорость пули – 290 м/с.

Хорошая машинка, боевая. От такой не увернешься, хотя… Нет, я далеко не Нео из «Матрицы», просто я на голову ушибленный.

Жаль, что на истошные крики выскочили соседи. Вон, показались две вихрастые головы детей из соседнего подъезда. Чуть ниже зажегся огонек зажигалки. Любопытные, зараза… Ведь могут получить маслину между бровей и потом поди докажи, что это не я стрелял…

Я поднял руки, демонстрируя полную покорность и крайнее желание сотрудничать с нашими доблестными внутренними органами. Держа меня под прицелом, собровцы начали быстро спускаться. В дверь всё также стучали.

Сделал шаг назад. Под ногой лопнула банка с огурцами. Во как! Совсем про неё забыл, вон уже и плесень завелась на поверхности.

– Не дергайся! Встань на колени, руки за голову.

Если не стреляют, то хотят взять живым. Это хорошо. Значит, не таким уж монстром меня выставили. Преступником – да, но не монстром, которого легче сразу пристрелить, чтобы никого больше не укусил.

– Ты чего там застрял? – донесся снизу окрик Дрона.

– Тут меня мальчишки не пускают! Хотят зубы пересчитать!

– Пошли на хрен этих стоматологов, а то тут холодно и мокро! Я старенький, могу и простыть!!! – капризно проныл Дрон.

– Ребят, может я пойду, а? У меня там дедушка старый, простудится и будет кашлять. Мало того, что пердит не переставая, так теперь ещё и слюнями брызгать будет, – я все-таки присел, как просили собровцы.

А вот на ребят мои уговоры не оказали никакого воздействия. Только тот, кто был без пистолета, нажал на кнопку вызова радиостанции:

– Седьмой, один внизу. Старик с рюкзаком.

Ага, значит, это не все, кто пришел к нам в гости. Ну ладно, будет чем Дрону внизу заняться, пока я тут…

С другой стороны балкона тоже послышалось шевеление. Там снижался один из ребят в касках. Сколько же их всего?

На поимку двоих людей вызвали целый отряд?

Неужели мы такие злые?

Рифленая подошва берца коснулась перил, а через пару секунд собровец спрыгнул возле меня. В затылок уперся холодный ствол глушителя. Малоприятные ощущения, скажу я вам. Да что там малоприятные – вообще хреновые!

За спиной лязгнули наручники. Ещё немного и мои руки окажутся скованными. Эх, а я так хотел разойтись миром.

– Вот и хорошо, – проурчал собровец, когда коснулся металлом наручников кожи моей руки.

– Да вообще замечательно, – ответил я и начал действовать.

Подбив рюкзак снизу пяткой, заставил его подскочить и отвлечь внимание. Лямка рюкзака обхватила кисти собровца и тот слегка отшатнулся, чтобы сбросить упругий предмет.

Я быстро сделал два шажка утиной походкой прочь от спецназовца и ударил ногой назад. Такой бэк-кик я пытался сделать недавно на кухне Дрону, но тот сумел его просчитать. Собровец не был Дроном, поэтому согнулся, когда в его солнечное сплетение вонзилась моя пятка. Снова захрустела забытая банка с огурцами, когда рядом с ней рухнул боец.

Возле уха тут же чиркнула маленькая молния, а потом долетел тихий хлопок.

Всё-таки начали стрелять!

Ну что за козлы – видели же детей… Так и до жертв недалеко.

За доли секунды я перехожу в игровую Вселенную:

Погружение прошло успешно

Окружающая реальность меняется. Вместо балкона четырнадцатиэтажного дома я нахожусь на каменном выступе высокого утеса. Рядом лежит скрюченный рыцарь в легком доспехе. Судя по ореолу – Серебряная Лига.

По обеим сторонам небольшого выступа болтаются на длинных цепях ещё два рыцаря. Джомком и Гныраст. Серебряная лига, прокачанный доспех и… Небольшая черная дымка на каждом, вроде вьющегося тумана.

Вот это хреново. Я включил режим слоу-мо, но на бойцах это никак не сказалось. Они не остановились и не замерли. Зато отозвалось на всех остальных очевидцев нашей потасовки – они застыли глиняными истуканами. Даже капли дождя превратились в повисшие хрустальные шарики. На миг повисли, а потом рухнули вниз и зарядили сильнее. Вселенная подстроилась под дождь…

Собровцы явно заряжены вселениумом, значит, так просто их не взять. Правый рыцарь с ником Джомком поднимает небольшой арбалет. Вот, значит, во что Вселенная превратила АПБ…

С других выступов на нас уставились иные жители компьютерного мира. И ведь не боятся, жаждут всё увидеть своими глазами, чтобы потом, захлебываясь от восторга, вещать на форумах о свершившемся.

Арбалет почти поднимается до уровня моей головы, когда я откатываюсь назад и швыряю в голову рыцаря первым, что попало под руку. Вселенная подсовывает мне кокос, но когда он разбивается со стеклянным звоном о шлем Джомкома и выбрасывает из себя резкий запах укропа, то остается только пожалеть о недоеденной банке огурцов.

Арбалетный болт пролетает мимо, но я успеваю рассчитать траекторию и подставляю под выстрел цепь лежащего на выступе рыцаря.

Дзиньк!

Вот теперь и у меня есть средство для лазания по отвесной стене утеса. Второй рыцарь Гныраст стягивает с пояса арбалет и явно жаждет завершить начатое дело. А у меня уже кокосы закончились…

– Гнида! Сдавайся или сдохни!

Я пантерой бросаюсь в сторону болтающего башкой Джомкома, тем самым уходя с линии огня. Прыжок с выступа, легкий полет и рывок цепи. Оказываюсь за спиной рыцаря и самым надругательским образом пинаю его пониже спины. Если хотите обидеть человека в доспехах, то бейте по жопе – там стеганая одежда, а не металлический каркас.

От удара Джомком выгибается и роняет арбалет. Тот летит вниз, на каменистую поверхность, где с другими рыцарями сражается кролик Крош из мультфильма о Смешариках.

Понятно, у Дрона тоже появилась забава.

Я прикрываюсь Джомкомом от арбалетного выстрела Гныраста. Второму рыцарю приходится убрать оружие, зато его место занимает большой кинжал. Джомком тоже выхватывает холодное оружие.

Два резких удара удается блокировать. Лезвие ножа выбивает искры даже из мокрого камня. Джомком быстр, очень быстр. Тут явно не только подготовка спецназа… Тут замешано что-то из тренировок серафимов!

Приходится отпрыгнуть от стены и, быстро перебирая руками, забраться выше. Цепь коротковата – не разгуляешься особо. Несмотря на доспехи, рыцари тоже легко лезут следом и оказываются на одном уровне со мной.

– Господа, я всё ещё предлагаю разойтись миром! – без особой надежды на понимание выкрикиваю я.

Я должен был дать им шанс. Без этого шанса я и в самом деле был бы палачом. Они всё-таки люди, хотя и находятся под влиянием чипа в их головах. Интересно, каким они видят меня?

– Иди сюда, козел! – орет Джомком.

Резкий удар приходится в стену рядом с моим лицом. Кулак пробивает породу, а осколки фонтаном брызгают на волю ветра. Один осколок чиркает по щеке. Я невольно отдергиваю голову назад. На коже появляется теплая струйка.

Надо же, первую кровь пустил не я. Что же, это развязывает мне руки.

Тут же удар в ответ, но Джомком блокирует ножом. Отмашка холодной сталью. Она проносится так близко от моих глаз, что я вижу капельки дождя, разрезаемые острием. Сдвоенный удар ногами отбрасывает меня от тяжелого рыцаря.

Когда мы сближаемся, точным тычком выбиваю нож из руки. Правда, в ответ прилетает знатный шмяк по ребрам. Пару секунд приходится ловить ртом воздух. Нас снова разносит в стороны.

Грохочет гром и неподалеку сверкает молния. Она освещает стену утеса и показывает не меньше тридцати выступов, с которых смотрят на нас любопытные глаза. Некогда читать ники и оценивать лигу смотрящих – надо было выживать.

К нам стремительно подлетает Гныраст. Его руку с ножом я перехватываю на лету и выбиваю из тяжелой рукавицы клинок. Да, для подобного трюка приходится сомкнуть зубы на цепи, чтобы освободить руки, но овчинка явно стоит выделки.

Теперь против двоих рыцарей на цепях у меня были все шансы на победу. У рыцарей такого нет и в помине.

– Сука! – рычит Джомком и старается схватить лапищей.

– Сам такой! – блокирую и парой шлепков проверяю шлем на прочность. – И вообще – обзываться нехорошо!

Приходится бить только правой рукой, левая крепко держит мокрую цепь. Дождь полил сильнее и теперь всё вокруг стало мокрым и скользким. Рука скользит по цепи, напрягаю пальцы изо всех сил, чтобы не сорваться.

– Врежь ему! – орет Гныраст и сам выкидывает ногу.

Я перехватываю, зажимаю подмышкой. После точного удара локтем наслаждаюсь хрустом сломанной ветви. Кулак на противоходе бьет снизу вверх по рыцарскому шлему. Раздается гул, как будто я залепил ногой по пустому ведру.

– А-а-а-а!!!

Дикий рев чуть оглушает меня, отвлекает внимание и этим моментом пользуется Джомком. От сдвоенного удара ног в спину меня относит на пять метров. Я задеваю за соседний выступ. Мокрая цепь выскальзывает из рук.

Я лечу вниз…

Всего мгновения хватает, чтобы представить свою смерть на твердой земле. Этот образ разом вызвать желание жить. Ноги отталкиваются от соседнего выступа, и я прыгаю в последней попытке ухватиться за что-нибудь.

– А-а-а-а!!!

Этим «что-нибудь» оказывается сломанная нога Гныраста. Он пытается сбить меня другой ногой.

Ага. Щас!!!

Я быстро перебираю руками и добираюсь до шеи. Заход получается удачным – обвиваю рыцарское тело ногами со спины и быстро нажимаю точку на шее. Рыцарь пытается ударить локтями, но что мне его тычки? Всего лишь вспышки очередной боли, но, если болит, значит, я жив. А вот Гныраст обвисает без сознания.

К нам с матом приближается Джомком, но я уже наготове. Оседлав спину Гныраста, я освобождаю две руки. Коленями сдавливаю бока бессознательного тела, а руками блокирую и бью в ответ.

Бой в воздухе заканчивается моей полной победой. Не убил, конечно, но обезвредил. Джомком тоже повисает тряпичной куклой, которую неизвестный хулиган повесил за веревочку на дерево.

Спрыгнул на выступ, где всё ещё лежал без сознания первый рыцарь. Можно чуть выдохнуть.

Выныривание прошло успешно

Краски Вселенной померкли и сменились серой реальностью. В дверь грохотали удары. Я всё также находился на собственном балконе, возле ног лежал нерадивый боец в обнимку с моим рюкзаком. Чуть выше болтались на страховочных тросах ещё два бойца СОБРа. Болтались живые – это я точно знаю.

– Он здесь!!! – донесся крик сверху. – Эй вы, он на балконе!!!

Ну да, я пока на балконе, но задерживаться тут не собираюсь. Я потыкал носком ботинка лежащего. Тот что-то промычал, то ли послал куда подальше, то ли дал дельный совет. Я не разобрал. Да и не очень-то хотелось. Вырвал из жадных рук своё имущество и закинул рюкзак за спину.

На этом моменте поймал вспышку – кто-то меня сфотографировал с одного из соседних балконов. Ну что же, я достаточно засветился, чтобы обращать внимание на ещё одно появление в сети.

Я перелез через перила и начал спуск. Дождь хлестал по рукам, ногам, голове. В воздухе разливался запах мокрой глины. Во рту был привкус металла.

До четвертого этажа добрался нормально. На четвертом меня окликнули с соседнего балкона:

– Эй, Палач! Лихо ты разобрался с мусорами! Респект тебе.

Я бросил взгляд в ту сторону. Молодой человек с прилипшей к губам сигаретой показывал мне большой палец. Ореол Медной Лиги показывал, почему он не очень хорошо относится к представителям власти. Внизу редко кто любит тех, кто наверху.

– Курить вредно, – наставительно ответил я. – Они вон курили и что с ними случилось?

– Ты их загасил? Как тех троих?

– Живые. Да и тех троих не я убивал.

Молодой человек обернулся в сторону балконной двери:

– Мах, тут тот самый типон, про которого по Ютубу болтают! Зацени, как он тут по балконам паркурит. Базарит, что не убивал тех троих!

Не стал ждать появления пресловутой «Махи». Мне и без этого было чем заняться. Ещё не хватало автограф-сессию тут устраивать. Сверху раздались ещё голоса. Пусть говорят. Им ещё спецназ стаскивать со страховочных тросов.

Через несколько этажей мягко спрыгнул на землю. На лавочке сидели четверо аккуратно прислоненных друг к другу собровцев. Рядом, с выражением вселенской скорби на лице, застыл Дрон. Он переминался с ноги на ногу и тяжело вздыхал.

Быстрый взгляд, брошенный на сидящих, принес информацию о их состоянии. Живы, но пока без сознания. Что же, ребятам повезло, что у дроида хорошее настроение. Да и в конце концов, мы же не убийцы какие, мы всего лишь хотим справедливости во всем мире.

– Я тут промок вообще, – капризно заметил Дрон.

– Я тоже не под зонтиком был.

– Чего так долго?

– Рассказывал рецепт приготовления пирогов с картошкой. Очень внимательные слушатели попались.

– Ладно, поехали отсюда. А то набегут ещё любители мучного – на всех скамеек не хватит.

Мы двинулись прочь по мокрому асфальту. Наверху раздался негромкий взрыв. Ага, значит, ноутбук отслужил своё.

Невдалеке противно запела сирена полицейской машины и пришлось свернуть в закоулки проспекта Вернадского, чтобы раствориться в московских сумерках.

Сбросившие листву липы казались застывшими монстрами с костлявыми лапами. Автомобили приткнулись друг к другу, как будто пытались согреться. А в воздухе раздавался тот самый пьянящий запах мокрой листвы, который заставлял ноздри расширяться в попытках захватить больше.

– Копиров пропал из виду, – сказал я, когда мы отошли на значительное расстояние от дома.

– Плохо. Со мной он тоже не выходит на связь. Последнее, что от него пришло, так это как он встал из-за стола и вышел из комнаты. Больше он не показывался.

– А что с Мастером Паролей?

– От того вообще тишина. Он один раз ответил на мой вопрос и больше не контактирует ни с кем, кроме Копирова.

– Печально. Куда мы сейчас?

– На такси и подальше отсюда, – сказал Дрон и поднял руку над проезжей частью.

Такой знак голосования начал уже выходить из моды – с повсеместным внедрением вызова такси по телефону мало кто пытается сесть в машину к обычному бомбиле. Лучше заказать и подождать немного. Потом ещё немного подождать, если все такси класса «Эконом» откажутся. Потом сцепить зубы и вызвать класс «Комфорт»…

Я усмехнулся – когда-то и я взял попутчика, с которым завязался спор, а потом…

Возле нас остановился синеватый «Форд». Ржавчина превратила колесные дуги в подобие сухого мха. Само чудо американского автопрома словно отправилось в последний путь и на его пути неожиданно возникли попутчики. Колодки скрипнули по-хулигански, как будто мимо проходила симпатичная красотка и этот свист стал определением её красоты.

– Куда, дарагой? – в окно высунулась носатая физиономия обитателя кавказских гор.

– В Железнодорожный, молодой человек, – влез Дрон и тут же добавил. – По деньгам не обижу.

– Садысь, давезу куда скажэшь! А куда ыменно ты скажэшь?

Мы забрались на задние сиденья, рюкзаки послушными псами примостились у наших ног. Водитель недавно выбросил сигарету, так как внутри пахло табачным дымом. Ещё витали запахи старой мокрой тряпки и дешевой елочки-вонючки.

Как и всякий бросивший в своё время пагубную привычку курения, невольно втянул ноздрями подзабытый запах. Нет, всё-таки сейчас я доволен, что принял такое решение, но поначалу сигареты снились и порой просыпался с мыслью: «Я опять закурил? Какого хрена? Ведь так долго держался!» Потом понимал, что это всего лишь сон и засыпал опять.

– Улица Кленовая, дом тринадцать.

– Вах, это жэ цэлых пятьдэсят киламэтров… – со вселенской скорбью в голосе проговорил водитель. – А у меня чэтвэро дэтэй…

– Ага, а ещё десять штук по лавкам и все есть просят, – отрезал Дрон, протягивая пятитысячную купюру. – Вот, за каждый «киламэтр» по сто рублей. Дави на гашетку, джигит.

– Дамчу с вэтэрком! – продемонстрировал водитель все тридцать три прокуренных зуба.

Ветерка хватило ровно до поста ДПС при выезде на МКАД…

## Глава 5

Не езди быстрее, чем может летать твой ангел-хранитель

Эльвира Барякина


«Форд» вытворял чудеса на дороге. Казалось, что его водитель работал на «Скорой помощи» и теперь мчался ради спасения жизни умирающего пациента. Мы с Дроном молчали. Да и что говорить?

Всё и так было ясно – охота вступила в такую фазу, когда мы в любой момент можем оказаться под прицелом. Вернее, мог оказаться я – про Дрона речи не было. Хотя, он тоже немало крови попортил Михаилу Анатольевичу.

Мимо мелькали фонари, стекла витрин, уснувшие машины. Редкие жители спешили по своим делам и не обращали никакого внимания на пролетавший «Форд». Водитель по имени Ваха, а по фамилии Альбиев, во Вселенной бывший сарацином-убийцей Каортом, весело рассказывал какую-то очередную байку из жизни своих друзей. Я не вслушивался, лишь изредка улыбался, когда ловил взгляд в зеркало заднего вида.

На выезде из Москвы «Форд» остановил взмах черно-белой палочки. Два лениво стоящих рыбака-дпсника закинули крючок на очередную рыбешку.

– Вот жэ псы, прамо нух у них на мэня! – процедил Ваха. – Чэрэз раз астанавливают!

Я почувствовал бедром, как дернулась нога Дрона. Он принимал удобное положение для атаки?

Что? Неужели опять? А ведь только успел немного задремать и расслабиться.

Два патрульных дорожной службы неспешно подошли к машине. Они чем-то походили на двух из ларца, одинаковых с лица из советского мультика. Оба крепкие, румяные, большие. Подошедший слева скороговоркой представился и вполне вежливо попросил документы. Тот, кто был справа, наклонился и уставился на нас. Дрон ответил заискивающей улыбкой.

Опять включил старенького дедушку, который вот-вот рассыпется.

– Откройте капот! – потребовал патрульный.

Документы он продолжил держать в своей руке. Отошел на пару метров, чтобы выманить водителя наружу, и остановился возле капота. Ваха что-то заворчал на своём гортанном языке и начал отстегивать ремень безопасности.

Я почувствовал что-то неладное. Краем глаза зацепил движение руки второго дпсника.

Он расстегивал кобуру!

– Дави на газ, если хочешь жить! Это не менты! – гаркнул я на ухо водителя.

Надо отдать должное Вахе – он среагировал моментально. Сразу же переключил скорость и нажал на педали. "Форд" взревел и прыгнул вперед большой синей лягушкой. Первый не успел отскочить от машины и отлетел в сторону, снесенный бампером. Второго Дрон зацепил дверью. Он открыл её так быстро, что того смело прочь, как крылом огромной птицы.

– Вмятина будет, – сожалеюще выдохнул Дрон.

– Чито? Чито это было? – воскликнул Ваха.

– Дави на газ! – гаркнул я ещё раз.

Вовремя. "Форд" начал сбавлять скорость, но после моего окрика он прибавил. Я оглянулся. Двое дпсников живо поднялись на ноги и поспешили к своей машине. Они двигались так, как будто сдавали стометровку, как будто их только что не сбил автомобиль.

– У ниго маи дакумэнты астались…

– Главное, что ты сам жив-здоров. Они бы нас не выпустили живыми, – ответил я на жалобу кавказца.

– Ви кто такие?

– Спасатели. Я Чип, он Дейл.

– Ка… какие спасатэли? Ви что, э?

Машина ДПС засверкала красно-синими огнями, натужно взревела по-белужьи. Другие автомобили шарахались прочь, уступая дорогу летящему кораблю правосудия.

– Рэбята, мущчыны… Давайтэ я астанавлюсь? А? Ани же стрэлять будут…

– Гони, Ваха, не останавливайся. Гайцы не твоя забота, – процедил я, наблюдая за летящей машиной ДПС.

– Ну чито я вам сдэлал? А?

– Ваха, ты веди машину ровно. Не отвлекай.

Автомобиль ДПС вильнул в сторону и протиснулся между двумя едущими фурами с такой точностью, что ещё немного и оказался бы сплющенным. После этого представители закона появились с правой стороны. Я увидел, как у одного мелькнул ствол в руке.

И лица…

Лица обоих полицейских были спокойными, как будто они ужинали на кухне после трудного рабочего дня.

– Они не в этой реальности, – подтвердил мою догадку Дрон. – Они во Вселенной…

– Тогда мы чего ждем? Перекидываемся!

– Э? Куда пэрэкидываэмся? – Слова Вахи были последним, что я слышал перед переходом во Вселенную.

Погружение прошло успешно

Мы находились уже не в салоне автомобиля, а в кабине летящего турбохода. Управлял им сарацин-убийца Каорт. Пришлось спешно разрешать ему вхождение в игру, пока не влетели на полной скорости в препятствие.

– Гдэ мы? Гдэ мы? – закричал водитель, хватаясь за штурвал космического судна.

– Мы во Вселенной. Спокойно, Каорт, ты участвуешь в гонке на выживание, – скороговоркой пояснил Дрон, принявший облик Кроша из Смешариков. – Постарайся дойти до конца без повреждений и тебя ждет отличная награда. Ты даже сумеешь купить по скутеру для каждого из своих детей. Только гони!

– Да? Тагда ганю-у-у!!!

Надо же, как он быстро принял условия игры. Даже не задумался о том – как переместился во Вселенную? Я только покачал головой. Неужели Вселенная так вошла в жизнь людей, что они стали воспринимать её как само собой разумеющееся?

– Экзекутор, нам нужно перелезть в другую машину. Эта не вытягивает, – быстро проговорил Дрон.

– Да не вопрос – всю жизнь мечтал попрыгать по машинам на МКАДе… – хмыкнул я.

По-разбойничьи свистнул воздух, влетая в опущенное стекло. Вселенная подсунула красочную трассу из той серии, когда всё светится, мелькает и меняется едва ли не через каждую секунду. Мимо проносились кислотно-зеленые полосы космической трассы. Справа и слева вырастали острые зубья скал. Ваха-Каорт вел турбоход уверенно, не моргая, весь обратившись во внимание. Он превратился в часть машины, даже причмокивал губами, когда обгонял очередного соперника.

Мы выскочили на крышу и застыли, привыкая к ветру, как два серфингиста на гребне волны. Впереди выскакивали из земли песчаные черви с клыкастыми пастями. Эти твари, размером с состав электропоезда, перелетали через трассу и старались поймать отстающие машины. Иногда им это удавалось и тогда к вою ветра добавлялся скрежет металла.

Нас догонял сверкающий турбоход преследователей. На его крыше уже застыли два ящера-убийцы. Человекообразные, мускулистые, поджарые. В когтистых лапах поблескивают бластеры. В глазах ясно читается приговор: «Смерть!»

– Какие-то они не очень красивые, – проговорил Дрон.

– А тебе не всё равно, кто тебя будет убивать? – пожал я плечами.

– Лучше бы это была какая-нибудь симпотная кошкодевочка! А ещё…

Что «ещё» мне так и не удалось узнать, потому что в этот момент Дрон отпрыгнул прочь, а мимо меня пролетел световой пучок бластера. Если это был пристрелочный выстрел, то мне нет никакого смысла оставаться дальше на турбоходе. В поле зрения попал следующий рядом турбоход и уже через секунду я приземлился на его крыше.

Водитель турбохода уставился на меня фасетчатыми глазами. Этакая помесь мухи и человека, муховек или челоха. Я лучезарно улыбнулся в ответ:

– Гони! Если хочешь жить – гони!

Муховек хотел жить, поэтому турбоход взревел изо всех сил и помчал нас по космической трассе.

Дрон в виде смешарика Кроша в нескольких десятках метров отражал пучки бластеров черной катаной. Его оседланный турбоход имел вид трех вытянутых голубых капель, поэтому приходилось прилагать немало усилий, чтобы удержаться на покатой крыше. Пока что ему это удавалось. К тому же Крош неплохо владел оружием, отбивая прилетающие снаряды.

Мне бы тоже не мешало соорудить оружие. Что-нибудь легкое, но прочное. На ум пришло только одно…

В руке материализовалась казацкая шашка. Легкая, простая, как валенок, и такая же надежная. Про простоту я не зря упомянул. Даже в строевом уставе кавалерии Красной армии указаны всего три удара (направо, вниз направо и вниз налево) и четыре укола (вполоборота направо, вполоборота налево, вниз направо и вниз налево).

Вселениум послушно сделал черное оружие, теперь осталось только подобраться ближе к ящерам и отбить у них всякую охоту нападать на честных людей.

Как раз в этот момент ящеры поняли, что попасть в смешарика с длинными ушами у них не получится. Они разом переключились на меня. Однако, я тоже не пальцем деланный… Осталось только качнуть головой вправо, влево…

Первый выстрел я отбиваю клинком. Руку ощутимо дергает, когда черная сталь принимает алый пучок. Второй приходится на рукоять – успеваю заслониться от выстрела в лоб. Ладонь обжигает лучом. Чтобы избежать других выстрелов приходится прильнуть к поверхности во всем известной позе человека-паука.

Мда, одной шашки мало. Через секунду возникает вторая и я начинаю то, что у казаков называется фланкировкой. Куда там Хачатуряну и его «Танцу с саблями». Тут идет такая кадриль, что только вздыхай и ахай.

Выстрелы спешат один за другим. Они все идут кучно, но тот черный кокон, которым я окружил себя при помощи шашек, пока принимает и отражает все пучки бластеров. Ярко-алые черточки отлетают в стороны. Они поражают тела выпрыгивающих из земли червей, оставляют черные полосы на других турбоходах, заставляют потухнуть огни трасс.

Ящеры-дпсники уже сменили батареи на бластерах. А это означает только одно – сейчас в реальности пистолетные магазины закончатся и…

Ящеры отбрасывают бластеры и вытаскивают из-за спины полосатые, черно-белые шесты. Мне можно чуть выдохнуть – всё-таки удар шестом отражать легче, чем пистолетный выстрел. Да и руки уже успели устать от осатанелой фланкировки. И ещё мой турбоход начинает дымиться и крениться в сторону огней трассы.

– Принимай слева! – кричит Дрон.

– Беру!

Прыжок в воздух, и я приземляюсь на новое транспортное средство. Новый турбоход похож на пористый батон. Поверхность ноздреватая, сам водитель здорово смахивает на ядерную смесь Губки Боба и Патрика из мультика.

Я показываю большой палец и ловлю в ответ такой же жест. Водитель не откажет в помощи!

Ящеры кузнечиками перепрыгивают с турбохода на турбоход. Они двигаются с поразительной ловкостью и заставляют немного усомниться в том, что полосатый шест легче, чем выстрелы бластера.

Один нападает на Дрона, второй же, с занесенным над головой шестом, обрушивается на меня. Две казачьи шашки блокируют удар.

Но как же он силен!

Хотя ловлю в перекрестье шашек, как соломинку между лезвиями ножниц, но шест почти доходит до моих плеч…

Когтистая лапа бьет в грудь…

Вот такое я ожидал, но как же быстро это было проделано!

Эта мысль мелькает у меня в тот момент, когда относит на десять метров. Я едва не падаю на пролетающую под воздушной подушкой турбоходов каменистую поверхность. Вот там бы я точно костей не собрал – острия камней клыками поднимались к небу. Но нет, я успеваю воткнуть шашки в крыло следующего мчащегося турбохода.

Моего спасителя качает, он с трудом справляется с управлением. Клыкастая морда орка гневно хмурится, но я вздергиваю себя на крыло его транспортного средства и снова показываю выставленный большой палец. Орк отворачивается. Всё его внимание на трассе. Как раз сейчас в нескольких метров от нас вырастает острая скала и пронзает верхушкой турбоход неудачника, которому не повезло пойти на обгон. Орку же удается вырулить…

Зато сзади подлетает ящер с привычно занесенным над головой шестом. В этот раз я не блокирую, а уворачиваюсь танцевальным пируэтом. Мне бы в балетной школе выступать…

– Ты сдохнешь, тварь! – прорычал ящер, в очередной раз поднимая шест.

– Эй, а как же зачитать права и всё остальное? – я снова блокирую удар.

– Это пусть тебе менты читают!

Лёгкий пируэт, выпад и снова уворот. Шест бьёт в опасной близости.

– Так ты же дпсник, вот и зачти!

Конец шеста все же задевает по бедру, заставляя судорожно втянуть воздух.

Как же он быстр. Тут явно без усилений не обошлось.

– Обломайся! Гайцы в канаве лежат, улиток кормят. Нам их шмот был нужен! Чтобы вас, лохов, тормознуть…

От моего апперкота ящер запрокидывает шипастую башку, но удерживается на ногах. Его опасно качает назад. Вот он – шанс избавиться от противника, но я помедлил, спросил:

– Так вы убили ни в чем неповинных людей? Из-за шмоток?

Два удара шестом проносятся мимо, в этот раз я настороже.

– Да! И сейчас тебя завали! Охота на палача станет короткой!

Я улучаю секунду и бросаю взгляд на ник ящера.

Балон – Михаил Сергеевич Годров

38 лет

Статус – безработный

Среднее образование

Социальный статус – убийца-рецидивист

Участник охоты на Палача

Персонаж во Вселенной: ящер-ассасин Медная Лига

Страхи: неизвестно

Вот жеж… Надо было сразу глянуть характеристики этого персонажа, но меня смутила форма. А я ещё берег его…

Хрясь!

Шест бьет по крылу турбохода, заставляя его нырнуть влево. Орк что-то гневно кричит в кабине, но мне сейчас не до него. Две шашки оставляют длинные зеленые полосы на груди ящера. Удар из кодекса кавалерии Красной Армии – направо…

А вот эти слова… что-то новое…

Участник охоты на Палача

Я разворачиваюсь и следующим ударом сношу башку ящеру. Она футбольным мячиком прыгает между летящих турбоходов и вскоре пропадает из виду. Тело же стоит, как будто замерло в оцепенении и до сих пор не может поверить в свою смерть. Только кровь цвиркает тонкими зелеными струйками в разные стороны.

Приходится чуть толкнуть в грудь, чтобы тело повалилось на каменистую поверхность трассы. Его тут же подхватывает парочка миничервей и разрывает на почти равные половинки.

И я…

Я не чувствую никаких угрызений совести. Я всего лишь уничтожил очередного компьютерного персонажа. Хотя…

98/100

ОХОТА ПРОДОЛЖАЕТСЯ

Что за странные слова и цифры в небе? Это наш результат?

– Экзекутор! Прыгай ко мне! – доносится сверху.

Поворачиваюсь и вижу, как над турбоходами несется космический флаер. Похожий на истребитель нового образца. Хищный острый клюв, короткие крылья и окрас цвета детской неожиданности. Водительский салон закрыт непроницаемой пленкой. Смешарик Крош пытается удержаться на скользкой поверхности и параллельно стряхивает с локтя капли зеленой крови. Его ящера нигде не видно.

– Быстрее!

Я оглядываюсь и вижу, что впереди взрывается земля и исторгает из себя зубастую пасть червя. Орк успевает ошарашенно обернуться на меня. Я в ответ только философски пожимаю плечами.

За секунду до перехвата червем водителя-орка в красивом прыжке перелетаю на флаер. Это уже не турбоход, это скоростная модель. Да и несется он над основной массой, на которую охотятся черви.

– Ну ты и позер! – выкрикивает Дрон, когда мы удаляемся от места последней атаки.

– Я всего лишь хотел жить…

– Выходи из Вселенной, нам скоро сходить!

Сказано-сделано.

Выныривание прошло успешно

Мы выскочили из виртуальной реальности на полном ходу. Опасная хрень, скажу я вам. Вот так вот выпрыгивать из космических гонок и оказываться на ночном МКАДе… Слабое удовольствие.

«Мазда СХ-5» под нами бодро ревела мотором, обгоняя ночных путешественников. Её шины задорно шуршали по асфальту, неся на навстречу ветру. А вот ветер изо всех сил пытался сорвать наши тела с гладкой крыши.

Подошва постепенно соскальзывала с алого лакокрасочного покрытия. Приходилось аккуратно переставлять ноги, чтобы не сорваться и не упасть позади автомобиля. Я оглянулся назад – там начали скапливаться машины, оттормаживаясь и собираясь в одном месте.

Да, похоже, что навели мы шухера…

– Скоро будем прыгать! – перекрикивая вой ветра сообщил Дрон. – Приготовься.

Приготовься…

Да я всегда готов!

Последний год я был в таком состоянии почти каждый день. Каждый день прогуливался по лезвию бритвы – того и гляди оскользнешься и сядешь кокушками на заточенное острие. Нервы постоянно на пределе, мышцы рвались от напряжения и срастались, благодаря настою Дрона. Меня убивали, ранили, но я всё ещё жив и продолжаю коптить это небо.

Луна безразлично пялилась серповидным осколком на двух незваных пассажиров, застывших на крыше красной «Мазды». Луне было абсолютно плевать на чаяния и заботы мелких людишек, ведь для неё вся наша жизнь всего лишь одна секунда вечности. Она также безучастно смотрела на моё счастье и на моё горе. Извечный бесстрастный наблюдатель. Без чувств, без эмоций, без жалости.

А я? Что я? Я прислушался к себе – смерть человека не принесла никаких страданий. Всего лишь защищался – он всего лишь пытался убить. И никакого раскаяния. Похоже, что я и в самом деле стал Палачом…

Мимо проплыли желто-синие высотки Реутова. Выглядели они детскими игрушками неизвестного великана, который аккуратно поставил их на попа, рядом с многополоской и отправился взрослеть в другое место.

– Три! Два! Один! Прыгаем! – крикнул Дрон.

Его сухонькое тело взвилось вверх и в сторону. Он кузнечиком преодолел расстояние в две полосы и ухватился за край отбойника. В следующий миг он уже скрылся за ним. Я с точностью повторил его маневр.

За заграждением оказался куст бузины, поэтому пришлось ударить пятками в металлический стояк, чтобы добавить себе несколько сантиметров полета. Сгруппировался, покатился, ударил ладонями по земле, гася инерцию.

Неподалеку от нас находился съезд на Шоссе Энтузиастов. По моим расчетам до Железнодорожного ещё ехать и ехать.

Соскочили с машины потому, что нам не по пути?

В нескольких метрах от меня стоял Дрон. Он оценивающим взглядом смотрел на моё приземление:

– Как мешок с дерьмом рухнул…

– Ага, скажи ещё, что ты бабочкой перелетел, – я привычно огрызнулся в ответ.

– Ну, бабочкой не бабочкой, но точно не пожилым страусом. Ладно, бежим. Нам ещё пять километров добираться…

– А что ты со своим ящером-дпсником сделал?

Дрон хмуро взглянул:

– Тебе в самом деле интересно?

Не дожидаясь ответа, мой учитель, помощник и по совместительству самый вредный андроид рванул вперед. Я помчался следом, стараясь не скользить по мокрой от измороси пожухлой траве. Впереди сверкали огни Балашихи…

– Да нет, это так, для разговора на ходу. Мне гораздо интереснее – почему они тоже обладали вселениумом? Неужели он сейчас для всех доступен?

Ноги двигались в размеренном темпе. Я словно снова попал на тренировку выносливости. Дыхание ровное, тело живет в одном ритме с движением Земли.

– Для тебя будет сюрпризом некоторое откровение об охоте. Охоте на Палача. Да-да, теперь ты Палач, а не Экзекутор, так что привыкай к новому погонялу, – бросил Дрон через плечо.

Он как будто бы прочитал мои недавние мысли.

– И что это за откровения?

– Уверен, что тебе понравится. Давай-ка добежим до адреса, а потом я на месте тебе всё покажу…

Ночная Балашиха встретила нас огнями фонарей и всевозможным светом витрин. Магазины, магазины, магазины. Внутри продавалось всё, что могло продаваться. Любовь продавалась на улице – мы пробегали пару раз мимо одиноко стоящих девушек, которые беззастенчиво предлагали нам развлечься.

Ага, нам по жизни мало развлечений, чтобы отвлекаться на ночных бабочек…

Вскоре мы сошли с Шоссе Энтузиастов, где с энтузиазмом пытались впарить всё, что только можно и нельзя, и погрузились в медленно текущую жизнь спокойного Подмосковья. Частный сектор радовал почти полным отсутствием транспорта и редкими фигурами прохожих.

Под ногами шелестела мокрая листва. В воздухе витал петрикор… Надо же, даже название придумали землистому запаху после дождя. Петрикор… А некоторые учёные считают, что человек унаследовал любовь к запаху дождя от предков, для которых дождливая погода была важна для выживания.

Двухэтажные особняки перемежались небольшими домушками, которые испуганно жались к заборам, как мелкие чихуахуа рядом с бульдогами. Судя по благосостоянию жильцов – жили здесь далеко не бедные люди.

Вскоре мы свернули на Кленовую улицу, и асфальт неожиданно кончился. Вот был и рррраз, сменился щебенкой, щедро насыпанной поверх утрамбованной пыли.

– Вот тут! – выдохнул Дрон и одним прыжком перепрыгнул через двухметровый серый забор, сшитый из металлопрофиля.

– Калитка же есть, – пробурчал я и толкнул незапертую дверцу.

Деревянный двухэтажный дом вряд ли можно было назвать хибарой. Скорее ему подходило название барский дом. Пристройки, мансарды, большие окна. Никакого намека на огород и грядки, похоже, что здесь не очень любили ковыряться в земле. Зато тут вполне вольготно чувствовали себя березы, ели, вишни. Небольшой сад разнообразия. Неплохо подходит для прогулок под луной и томных вздохов. Романтика рядом с пышностью. Я бы и сам не отказался пожить в таком домике…

– Калитка для слабаков.

Вот не может Дрон удержаться от комментариев. Но я не он, поэтому промолчу.

Дрон разочарованно выдохнул. Похоже, что он уже подобрал пяток колкостей в мой адрес, но молчание спутало все карты. Ничего, пусть обломается. Говорят, что это иногда даже полезно.

Коричневая деревянная дверь открылась после второго звонка. На пороге стоял тот самый парнишка, Скиф…

Так вот откуда мне знаком этот адрес! А я всё гадал и ломал голову – где я его слышал?

Щуплый, в коричневом полосатом халате с закатанными рукавами, растрепанный. На скуле уже желтеет здоровенная блямба от прошлого удара.

– З-з-здрасте, – с легким заиканием произнес Скиф, оглядев нас двоих.

– Переходи в виртуал, – скомандовал мне Дрон.

Я не стал задавать лишних вопросов. Если надо, значит надо.