Дерзкая Молодая
Эстетика Беспредела

Пролог

В кафетерии гудела кофемашина, источая прекрасный аромат арабики. Через мгновение перед Эфирией появилась чашка пахучего напитка с кремовой пенкой сверху и кусочками зефира. Поблагодарив официанта, девушка достала телефон и сделала пару селфи, убрав на правую сторону светлые волосы. Несколько снимков показались ей весьма удачными, и Эфи, залив их в социальную сеть, сделала подпись: «На важной встрече. Деловая женщина!»

Встреча и правда была, но девушка до сих пор не знала с кем именно. Наткнувшись на объявление в интернете о работе, она тут же согласилась и написала в секретный чат работодателю, как вдруг, сообщение из той группы живо удалилось, а с ней начался интересный и веселый диалог. Из него же стало понятно, что работа не пыльная, интересная, что-то связанное с реалити-шоу, при участии в котором заплатят приличную сумму. Такой суммы хватит, чтобы погасить часть долгов ее семьи. И Эфи, не раздумывая, соглашается на встречу.

Ей назначили в этом кафе, где чашка кофе стоит, как чугунный мост. Но ударить в грязь лицом она не могла, поэтому и согласилась на встречу здесь. Да даже будь встреча в премиальном ресторане, который думали снимать родители выпускников, она бы все равно согласилась на нее. Эта встреча точно того стоит!

Крутя ложкой в полупустой чашке, Эфи ждала человека. То ли это должен был быть парень, то ли женщина – непонятно. Такой нюанс она не узнала, да и неинтересно. Главное, чтоб по окончании ей заплатили деньги.

В кафе вошла женщина лет сорока с ровной, как у тигрицы, осанкой, в огромных солнечных очках. На улице осень, а эта мадам вырядилась, как на летний фестиваль красок. Черная длинная юбка в пол прикрывала ее ноги, а белая классическая кофточка давала изыск ее образу.

– Эфирия? – поинтересовалась она, присаживаясь напротив.

– Да, – ответила девушка, откладывая телефон.

– Хорошо, – подозвав официанта, женщина заказала латте на кокосовом молоке. – Меня зовут Кетрин Ревон, я являюсь директором данного проекта, о котором говорила тебе в переписке.

– Слушаю.

– Мы запускаем шоу очень странного рода, что-то наподобие реалити, но в нем нет сценария. Все происходит по факту.

– Т-а-а-к… – Эфи пока ничего не удивило.

– Трансфер, проживание, все оплачивается за наш счет. Ты же выполняешь роль обычной выпускницы наравне с другими ребятами.

– Все же у меня есть сценарий?

– У тебя – да. Больше ни у кого. Никто не должен знать об этом, понимаешь? То, что ты от нас, – совершенно секретно.

– Хорошо, – кивнула Эфи.

– Ты просто следишь за всем изнутри, а в нужный момент я перехвачу тебя.

– Это как?

– Ты прильнешь к нашей группе с противоположной стороны от выпускников. Станешь уже частью нашего целого.

– Интересно. А что будет в этом реалити?

– Не переживай. Все, что будет в нем, тебя касаться не должно. Ты имеешь свой особенный иммунитет. Главное, не выделяться на фоне остальных.

– Это я могу! – гордо заявила Эфи

– Как я и говорила, проект стартует сразу же после вашего выпуска в июне. То есть почти через год. И за этого год ты должна хорошо усвоить одно правило – держать свой ротик на замке, – мисс Ревон провела пальцами по губам.

– Это понятно.

– Тебе заплатят приличную сумму под конец шоу, и так же заплатят вдвойне, если ты предложишь нам какую-нибудь девочку твоего возраста на наш проект.

– У меня есть подруга, – пожала плечами Эфи. – Ее зовут Шелди. Но я не знаю, согласится ли она…

– А тебе не надо думать об этом! Просто дай ее адрес. Дальше мы уже сами наведем справки и договоримся с ее родителями. Но даже ей нельзя говорить, кто ты есть на самом деле!

– Я поняла. Никому ничего не скажу. Значит, если я сейчас напишу адрес Шелди, то…

– Да. Ты получишь в два раза больше, – Кетрин отхлебнула из чашки. – Очень вкусный кофе! Кстати, – он вздернула брови. – Не подскажешь, как ее фамилия? Возможно, мы так быстрее выйдем на нее.

– Шелди Белмехаер ее зовут. Фамилия Белмехаер.

Эфирия, безумно влюбленная в свою подругу, не могла не потащить ее за собой. Как хорошо, что эта добрая женщина предложила ей такой заманчивый расклад! Получается, что и Шелди будет рядом с ней во время ее работы! Изумительно. Окрыленная девушка летела по осеннему парку, размахивая стаканчиком с кофе, взятым из того кафетерия. Ее переполняли эмоции, и даже промозглая погода не могла избавить ее от воздушного чувства, в которое она упала с разбегу, мягко ударившись об облачную перину.

После поверхностного рассказа о работе, родители Эфи озабоченно покосились на нее, опасаясь за жизнь своей единственной дочери. Но когда речь зашла о сумме, которую той выплатят после ее работы, отец хлопнул Эфи по плечу и пожелал ей удачи. Да, сводить концы с концами было чертовски сложно, да еще и выбор нового дома, который длился уже приличное время, девушка смогла отложить. Но все же ее родители подыскивали дом попроще, несмотря на то, что их дочь нашла способ хорошо заработать.

Эфи всеми силами пыталась остановить переезд, считая его безрассудным деянием, дальше которого идет только бедность. Было мерзко осознавать, что она, Эфирия Бонито, дочь некогда генерального директора нефтяной компании, окажется в двухэтажной хрущевке. Она понимала, отца убрали конкуренты, и тот, не найдя иного выхода, устроился работать к своему когда-то бизнес-партнеру, вложив огромное состояние под проценты. Но все прогорело. И чтобы выбраться из долговой ямы, они не нашли другого выхода, как продать дом. Эфи же протестовала. Никогда! Бонито никогда не переедут в дом дешевле, никогда!

Шелди поддерживала подругу, а ее мать даже предложила переехать к ним. В разговорах упоминался один институт, куда девчонки будут ходить вместе, об оплате которого Эфи не стоило и заботиться. Миссис Белмехаер взяла расходы на себя. Добрая женщина.

Ближе к лету Эфи уже и забыла о работе, как на телефон поступил вызов.

– Слушаю, – сказала девушка в трубку.

– Эфи. Это Кетрин, через месяц начало работы. Ты готова?

– Конечно! – радостно взвизгнула она, обрадовавшись, что о ней помнят.

– Хорошо. И да, спасибо за девочку. Ее родители приняли важное решение. Она едет с тобой.

Радость-то какая! Ее лучшая подруга едет с ней, но куда?

– В Эмираты! – Шелди сидела на широком подоконнике, окна которого выходили в сад, и болтала ногами. – Я так рада, что и ты едешь со мной!

Влюбленные глаза Эфи светились от счастья. Как же мало для него нужно! На почту пришел билет на самолет. Точно такой же, каким хвасталась Шелди. Ее лучшая подруга – сексуальная худенькая блондинка, по которой Эфи сходила с ума уже много лет. Отшивая парня за парнем, она все ждала момента, когда сможет признаться ей в своих чувствах, откладывая момент их первого поцелуя.

Она не чаяла души в Шелди, пока та не призналась ей, что влюблена в некого шатена, имя которого – Александр.

…Экраны мониторов ярко горели, освещая темное подвальное помещение отеля «Джабалай». Губы искусаны до мяса, как и ногти, с еще когда-то свежим маникюром. На экране открывалась отвратительная картина, где Александр трахает ее изуродованную подругу прямо в прямом эфире. Разве он не видит, насколько она убога? Эфирия тряслась от злости, не желая, чтобы этот урод, имевший Кетрин такое долгое время, сейчас забирал у нее Шелди!

– Потаскуха, – процедила сквозь зубы она.

Парень, глядевший в это время в монитор, поднял на нее глаза.

– Не твоего ума дело, – огрызнулась девушка и вышла из помещения.

Еще немного и она смоется отсюда с деньгами. Одна! Никакой Шелди! Она больше не протянет ей руку помощи, она этого больше не заслуживает. Променять подругу на парня…

На следующий день Эфирия отвела Кетрин в комнату и вернулась к работе. Упорный надзор за сотрудниками привел к желаемому результату и просмотры увеличились вдвое. Новость о том, что мистер Бакс вылетел первым рейсом, не произвело на девушку впечатления. Она даже не придала значения его порыву, пока не узнала, что он собственноручно убил ее, убил свою жену. Даже дураку было понятно, за что он выпустил ей пулю в спину. Чистосердечное признание Александра в прямом эфире не смогло оставаться безнаказанным. Эфи надеялась, что он так же жестко вышибет мозги и Александру, однако этого не произошло.

Через несколько часов Александр и Шелди стояли на пороге кабинета миссис Ревон, в котором находилась Эфирия.

Глаза Шелди наполнились кровью, когда она увидела перед собой бывшую подругу. Эфи хотелось провалиться сквозь землю, столько яда было в ее взгляде. Вслед за парочкой пошли несколько охранников.

Жизнь начала обратный отсчет.

Глава 1

Дверь в комнату распахнулась и в нее вошел парень. Скинув, как обычно, маску кролика на стол, он подал Эфирии боксы с едой.

– Спасибо, – сухо произнесла она.

– Я с тобой вожусь не за спасибо, – вновь упомянул он об их договоренности.

– Знаю, – вяло ответила та. – Сколько нам тут еще торчать?

– Несколько дней. Шоу почти закончено. Даже убивать больше некого.

– Прекрасно…

– Угу, – промычал он, уплетая макароны за обе щеки. – Ты ешь, тебе силы нужны.

– Для чего же? – Эфи открыла бокс.

– Поживем месяцок на острове, мне нужно отдохнуть от этой суеты, затем переберемся в Огайо.

– Что там в твоем Огайо? – без интереса спросила девушка.

– Братец мой. На второй курс университета поступил. Университета при церкви. Духовенство и прочая божья чушь.

Подняв на парня глаза, девушка скривила лицо.

– А зачем он туда поступил?

– Я заставил. Этот гаденыш торговал наркотиками. Я когда узнал – засунул его в церковный хор, да и в университет этот отправил. Обещал исправиться, или же я обязался лишить его всех доходов и перекрыть воздух к балансу на карте.

– И что?

– На первом курсе у него откуда-то начали появляться деньги. Он смиренно учился, не отрицаю! Он посвящал учебе все свое время, выглядев в моих глазах ангелочком, но я-то знаю, что что-то тут не чисто. И ты должна будешь следить за ним.

– Я? Следить за твоим братом?

– Да. Забыла уговор? Я вытаскиваю твою задницу с того света, а ты выполняешь мое требование.

– Странное требование… почему бы мне просто не отсосать тебе? – усмехнулась Эфи.

– Этого добра мне хватает, – вежливо отказался он. – А вот за братом нужен глаз да глаз. Как бы он снова не ввязался в какую-нибудь историю.

– Ты правда считаешь, что универ при церкви с набожным уклоном спасет его? Очень сомневаюсь…

– Больше чем уверен. Правильное воспитание родители ему дать не смогли, так я ему его обеспечу.

– А где ваши родители?

Парень дернулся, тряхнув плечами и замолчал.

– Ладно. Как-нибудь потом расскажешь.

– Эверетт очень переживал. Слетел с катушек. В его кровати я несколько раз находил свертки, и это не считая того, что с ним просыпались каждую ночь разные девушки. Одиннадцатый класс… подросток. Пришлось его утихомирить.

– А как ты оказался тут?

Парень хмыкнул, поднимаясь с кровати.

– А я везде ищу выход, как заработать. И всегда нахожу.

– А где сейчас твой брат? Думаешь, он не пустился во все тяжкие, пока ты тут?

– Нет. Он сейчас со своим другом Кельвином и его родителями. Отдыхают где-то. Мама Кельвина – священнослужительница. К сожалению, не в этом университете. Но Кельвин явно весь в папочку…

– А кто его папочка?

– Будешь смеяться, если я скажу.

Эфи вопросительно уставилась на него.

– Отец Кельвина вор в законе. Идеальная, я считаю, пара. Один ворует, вторая отмаливает его грехи.

– Да, это и правда смешно.

– Так вот. Ближе к осени мы возвращаемся в Огайо. И я хочу знать все, чем промышляет мой брат и в каких компаниях он тусуется.

– А тебя-то как звать? – обратилась она к парню, который уже надевал на свое лицо кроличью маску.

– Меня зовут Тони, или Энтони, как тебе больше нравится. Я пошел работать. Не высовывайся. Для всех ты мертва, помни об этом.

Эфи кивнула в благодарность о спасении и, поблагодарив парня в очередной раз, принялась стряхивать крошки с одеяла.

На протяжении нескольких дней блондинка сидела в четырех стенах, пытаясь занять себя хоть чем-нибудь. Развлечений практически не было, так-как и Эфирии в принципе не должно было тут быть. Энтони убедил всех, что девушка мертва, а тело он сжег в тот же вечер в специально отведенной для этого комнате. Именно в той, где Энтони пытал Макса, пока некая дама не решила купить его. Эфирия прекрасно помнила тот момент, когда Макс и беглянка, которую этот парень решил спасти, оказались в подвале. Помнит, как измывалась над ним, как вытекал глаз той девочки, который с жестокостью насадили на ручку. И кто бы мог подумать, что если бы не Энтони, то она оказалась бы в такой же западне. Но парень, с которым у нее были хорошие отношения с первого дня, который и являлся начальником охраны, спас ее. Это было удивительно. Несомненно Эфи теперь обязана ему. Но пойти учиться в церковный университет?

По словам Энтони, это был не просто универ при церкви, а исправительная колония, куда засовывали весь сброд в надежде, что те встанут на истинный путь. Но девушка не верила в то, что какие-то церковнослужители и православные учения способны изменить жизнь уже состоявшегося двадцатилетнего человека. Но раз Энтони настоял на этом, что ж. Придется ей примерить на себе классическую форму в виде длинной юбки и белой закрытой блузки…

Жаркая осень пустилась во все тяжкие, ослепляя землю своими еще теплыми лучами. Общежитие кишело студентами и их дорожными сумками, пакетами и рюкзаками. Трехэтажное красное кирпичное здание – так выглядело общежитие, где третий этаж являлся мансардой и считался самым престижным этажом по мнению студентов. На мелких крышах, что возвышались каждые несколько метров, располагался крест. Два совершенно одинаковых сооружения находились друг напротив друга и отличались лишь тем, что одно общежитие было только для мальчиков, второе лишь для девочек. Вход на чужую территорию воспрещался вплоть до отстранения от учебы.

Вещей у Эфи не так много, да и они тут без надобности, две сменные университетские формы – все, что ей здесь нужно.

– Только поступила? – тетка из-за стойки выгнулась, осматривая новенькую второкурсницу.

Татуировки на руках, белые-белые волосы, яркий вызывающий макияж и надутые губы. Рассмотрев ее, женщина фыркнула и протянула Эфирии два комплекта формы.

– Носить аккуратно! Стираешь самостоятельно. На каждом этаже есть стиральная машинка. На территории университета вульгарно не одеваться. Не позволено нашим студенткам выглядеть, как профурсеткам, прости, Господи.

– Я нормально выгляжу, – произнесла Эфи, хватая со стойки два новых комплекта одежды.

Тетка презрительно посмотрела на нее и сняла дубовые очки с переносицы.

– Дорогая моя, отсюда ты выйдешь другим человеком. На, распишись, – она протянула ключ от комнаты и бумагу, где написано о получении формы.

Живо черкнув ручкой, девушка отошла в сторону. Спортивная сумка повисла на плече, и Эфирия вышла из душного здания, пропитанного святым духом, так напоминавшего ароматную воду из парфюмерного магазина.

Зеленая зона была идеальным местом для пикника и отдыха на траве, либо же под тенью деревьев, которых по территории было множество. На главном здании, откуда только что вышла Эфи, висел огромный золотой колокол, возле которого уже терся странный мужчина в рясе с лысой головой, поверх которой был надет капюшон.

Повертев головой, девушка нашла женское общежитие и двинулась по направлению к нему. Плечо уже отваливалось, но осталось преодолеть лишь один этаж и подняться на мансарду. Эфирия искренне верила, что она легко сможет найти нужную комнату. Мимо деловито, задрав головы вверх и с отвращением глядя на Эфи, прошли две девушки. На каждой по длинной юбке и белоснежной блузочке, застегнутой по самый ворот, под которой у одной просвечивался желтый лифчик в цветочек. Поежившись, она преодолела последнюю ступеньку и оказалась на третьем этаже. Комната тридцать семь. Интересно, с кем придется делить ее? Эфи скрестила пальцы, чтобы ее соседка оказалась нормальной девчонкой, а не святошей в длинных чулках и такой же юбке. Лучше просто в чулках, будет о чем потрепаться.

– Твою же мать! – кучерявая русоволосая девушка с натянутой на голову розовой бейсболкой принялась живо тушить бычок в банке из-под пива. – Новенькая?

– Ага, – улыбаясь, произнесла Эфи.

– Пастору ни слова! Этот старый хер и так держит меня на мушке, – начала она, проветривая комнату, открыв нараспашку окно. Осенний запах природы ударил в нос. – Так еще и выгнать меня пытался после первого курса. Но черта с два этот святой педрила получил! Кукиш!

Не скрывая своей радости, что ей в соседки попалась чокнутая, Эфирия сделала несколько шагов вперед.

– Меня зовут Эфи, – девушка скинула сумку возле свободной кровати и протянула руку.

– Харпер, – представилась однокурсница. – Откуда приехала?

– Германия.

– Ууу… Твоя страна тебя не вывезла, и ты решила покорить Огайо! Хорошее решение, видимо, родители тебя сильно любят. За что тебя так?

Эфи пожала плечами, не найдя подходящего ответа. Из открытого окна донесся пронзительный звук колокола.

– Девять часов, – Харпер спрыгнула с подоконника. – Переодевайся! Пора на утреннее первое приветствие в Кафоликон!

– Куда? – удивилась Эфи, вытаскивая одежду из пакета.

– Я так называю обычную залу, где студенты собираются на богослужение. Господи, не парься. Это просто зал в главном корпусе. На территории есть церковь, но я туда категорически не хожу. Это выбор каждого. Как линейка в школе, поняла!? Вроде и должна быть, но если нет, то тебя не накажут.

– Поняла, – кивнула Эфи, пытаясь втиснуться в юбку.

– Там молния, – глядя на мучения девушки, сказала Харпер.

– Спасибо, – мило улыбнулась она.

Харпер нацепила черные кеды на высокой платформе, завязала шнурки и повернулась к зеркалу.

– Такое лицо ничем не испортишь! – надев платок, Харпер еще раз повернулась к зеркалу.

– У меня нет платка, – пожала плечами Эфи.

– Держи, – открыв комод, соседка достала белоснежный палантин фирмы Прада. Эфи широко раскрыла глаза.

– Фирменный? – удивилась она.

– Конечно! Ухватила три на распродаже, – подмигнула Харпер. – Надевай. Пора бежать, иначе пастор мистер О’Коннел три шкуры сдерет нашей кафедре.

Сделав пару пшыков сладкого аромата на кисти, Харпер вылетела из комнаты, потянув за собой Эфи.

– Учиться легко! Знаешь, какой плюс здесь, чего нет на Гавайях? – тараторила Харпер, несясь вниз на первый этаж, минуя ступеньку за ступенькой, по пустой лестнице.

– Расскажи, – на выдохе произнесла Эфи.

– Тут можно выходить из общежития. Это огромный плюс. Чтоб ты понимала, новенькая, – девушка сделала на этом акцент. – Я лишилась всех денег от своих опекунов. Как только мне стукнуло восемнадцать, они выгнали меня из дома, перестав получать деньги от государства на мое содержание. Сделали последний жест доброй воли, решив дать мне образование, и вот я тут!

Колокол прозвенел во второй раз. Вся парковая зона, кишащая студентами, в это время уже была пуста.

– Приходится подрабатывать официанткой в баре недалеко отсюда. Мои опекуны, видимо, решили, что я буду питаться святым духом. А святой дух тут ужасно отвратительный. Столовая – сборище мусора.

– То есть, чтобы тут комфортно жить, надо работать?! – у Эфи задергался глаз. Никогда в жизни девушка не работала.

– Конечно. Сюда ссылают, таких как я – девочек с приветом. И мальчиков с шизофренией, – Харпер засмеялась. – Скоро ты познакомишься с моими друзьями. Они отбитые, но с виду кажутся очень интеллигентными и воспитанными.

– А долго все это будет проходить? Ну… то, куда мы идем?

– Надеюсь, что нет! У нас с ребятами сегодня планы.

– Что за планы? – но Харпер шикнула, когда девушки вошли в главное здание.

– Тише говори. Тут никто не должен знать, чем ты занимаешься. Запомни. Первый курс научил меня этому. И куда ты выходишь тоже никто не должен знать. Если что, говори в библиотеку Святого Мэтью. Или в музей, куда ты там любишь ходить?

– Я люблю ходить в бар.

– Прекрасно! Значит, подружимся. Я тоже. Но никто тут об этом знать не должен.

Харпер остановилась у дверей в зал и достала телефон.

– Парни должны быть где-то тут, – приоткрыв дверь, произнесла она, как из зала раздались хлопки.

– Может, зайдем? – спросила Эфи.

– Может. Пошли.

Эфи могла только догадываться, что находится за высокой дверью, напоминающую дверь в театр. Зайдя внутрь, девушка словно попала в Вашингтонский кафедральный собор, насколько здесь все было пропитано магией и волшебством. Витражное окно прямо по центру, на котором во весь рост изображен распятый Иисус, творящий Страшный суд с адским пламенем под ногами и райскими кущами над головой. Классическая тематика стеклянной мозаики. Зал полностью оснащен электричеством, чему свидетельствовали живописные люстры с подсвечниками в виде ламп. Однако сейчас они не горели, а лишь легко играла синеватая подсветка, и лишь один яркий участок – это освещенная сцена, на которой расположился микрофон.

– Там выступает духовой оркестр по праздникам. Несколько наших однокурсниц играют на духовых. Говорят, что это лечит их осатаневшую душу, – усмехнулась Харпер, таща девушку к задним рядам, где, по ее наводке, уже должны были сидеть друзья.

На сцене, одетый в длинную белую рясу, выступал мужчина средних лет с хорошо поставленным голосом. Как шепнула на ухо Харпер, это был директор данного православного университета, в свое время учившийся на оратора и поющий в церковном хоре. Время от времени он мог себе позволить встать с хором и начать вытягивать ноты, но его уже хриплый голос, боль в пояснице и внезапная тахикардия не позволяли ему долго застаиваться в одном положении. Но сейчас мужчина держался молодцом, ведя очередную речь-рассуждение в первый учебный день.

– …для нас, людей, счастье и несчастье определяются тем что мы имеем и чего не имеем. Недостаток жизненно необходимых вещей, таких как пища, одежда, кров – становится причиной несчастья. Плохое здоровье тоже порождает несчастье. Обладание желанными вещами может сделать человека довольным жизнью, но даже те, кто получил желаемое, могут не обрести подлинного удовлетворения…

– Ну и зануда, – фыркнула Харпер, просачиваясь между креслами. – Извините… – шепотом произнесла она, задевая одну из студенток.

Эфи просачивалась за ней, пытаясь не наступить на ноги и не задеть своей неуклюжестью чей-то свежий недавно сделанный макияж.

– Уф! – выдохнула Харпер, присаживаясь на свободное место.

– Какого черта так долго, Харпер? – на девушку уставился грозный взгляд симпатичного парня. Затем парень быстро кивнул в сторону Эфи.

– Новенькая. Соседка моя с нашего потока. Тоже не поздоровилось и родители запихнули ее в эту дыру, – представила Харпер Эфирию.

– Я Эверетт, – парень протянул девушке руку.

У Эфи засосало под ложечкой. Не думала она, что найти брата Энтони будет так легко! Поправив на голове платок, Эфирия смущенно опустила глаза, сама того не ожидая. У Эверетта теплая рука, даже почти мокрая. Хотя тут это в порядке вещей, в зале было довольно жарко. Под платком изрядно потела голова, но снять его – неуважение к господу.

– Кельвин сегодня с нами, – произнес парень, толкая друга в плечо. – Эй, ты чего притих?

– Слушаю директора. Сейчас будут нового пастора представлять, – Кельвин напряг слух и чуть сузил глаза.

– Кого? Нового? – удивилась Харпер, переключая все внимание на сцену.

На ней уже стоял всеми любимый директор с тем самым мистером О’Коннелом, о котором говорила Харпер в общежитии.

– Да ладно! – девушка хлопнула в ладоши. – Неужели этот старый гад уходит на пенсию!

С переднего ряда на Харпер одобрительно повернулись несколько пар глаз.

– Мы все на это надеемся, – произнесла девушка с кукольными большими глазами и сразу же отвернулась.

– …на пенсию! – прозвучал голос директора. – Право стать пастором кафедры философии и религиоведения передается Телониусу Навелли!

На сцену из зала с самого первого ряда, где сидели преподаватели духовенства и других направлений данного университета, вышел парень. На вид лет двадцать пять, словно он недавно окончил университет и ему доверили вести целый поток студентов. Один вопрос – как?

– Это что, шутка? Такой красавчик просто не может носить рясу, скрывая свое тело под одеждой! – Харпер воодушевленно начала обсуждать его внешность.

– Он не выдержит и месяца, уверяю, – Кельвин вытянул вперед кулачок.

– Полгода, – поддержал спор Эверетт, приставляя свой кулак к кулаку друга. – Вы с нами?

– К черту этот спор. Я не участвую. Но если вы его прогоните прежде, чем я пересплю с ним… – глаза Харпер сверкнули.

– Он обрезанный, ты чего, подруга! Слышала, новенькая, у Харпер совсем крыша потекла! – смеялся Кельвин.

– Увидишь! – рявкнула девушка, поджав обидчиво губы.

– Не обижайся, Харпер. Уверяю, помимо тебя за ним будут бегать монашки нашей кафедры, да и для молоденьких преподов он будет, как свежий кусок мяса среди старых дряблых туш! – Эверетт поправил воротник рубашки.

– Он пастор нашей кафедры. Я буду видеться с ним чаще, чем кто-либо еще. Вы видели его лицо? А скулы? Да он актер, не иначе! Нельзя так сексуально выглядеть и работать в таком месте! Это богохульство и противозаконно! – Харпер повысила голос.

– Я с ней полностью согласна, – повернулась та же рыжая девчонка. – Такому место со мной в постели, – усмехнулась она.

– Катись к черту, Персик! Говорят, когда святые видят проститутку, у них отваливается член. Так не дай Бог, у этого красавчика он отвалится рядом с тобой! – огрызнулась Харпер.

– Жестко ты ее! – похвалил подругу Кельвин, сдерживая смешок над такой продуманной речью подруги.

– Как бы у тебя чего не отвалилось, Харпер, – процедила девушка сквозь зубы. – Давно у директора не была? Не боишься отчисления?

– Меня отчислят, если только узнают, что Телониус сделал мне предложение!

– Фантазерка какая! – засмеялась Персик.

– Религия – это система взглядов на непроявленную реальность, фантазию изощренного ума, Персик, – закончила спор Харпер одной из цитат, ходящих из уст в уста по университету.

Эфи завороженно наблюдала, как Харпер владеет своим острым языком и тактично отвечает на колкости своих однокурсниц. Не вызвать восхищение это не могло. Девушка сразу поняла, что станет ее лучшей подругой, тем более Эверетт является частью ее общества, в которое она, Эфи, уже вошла.

Когда директор закончил свою речь о духовной практике и напоминании о том, с какими организациями сотрудничает университет, дело перешло к хору. Первой зазвучала скрипка.

– О, нет. Это слушать я отказываюсь! – Харпер вскинула руки вверх и стала протискиваться к выходу.

– Полностью согласен, – Кельвин пошел следом, потянув за собой друга.

– Ты идешь? – спросил Эверетт, замедляясь у кресла Эфи.

– Да… да, иду, – согласилась она, хотя такая музыка, которую она не слышала ранее, зачаровывала.

Но все же Эфи поднялась с кресла и направилась к выходу.

– Чертов платок, – соседка скинула со своих волос палантин и поправила вьющиеся волосы. – Всю прическу испортили!

– Не переживай, шлем ее подпортит еще быстрее, – сказал Кельвин, спускаясь вниз.

– Шлем? – удивилась Эфи.

– Тссс… – шикнула Харпер. – Ты же помнишь, не в этих стенах.

– Хорошо, хорошо! – вскинул вверх руки Кельвин.

На улице свежо. Пахло дождем и кленом, деревья которого занимали всю парковую зону перед учебным заведением.

– Как же на улице чудесно! – закричала во весь голос Харпер, только выйдя из душного помещения. – Во сколько встречаемся?

– Хм… – Эверетт пожал плечами. – Ближе к вечеру. Мне еще вещи разложить и в ванну сгонять. Предлагаю встретиться в шесть у ворот.

– Годится, но я поеду раньше, – Кельвин посмотрел на часы. – Я отдал свой байк на прокачку. Мне должны были освежить его, покрыть виниловой пленкой и сменить глушак на более рычащий.

– Ого! – удивилась Харпер. – Я свою малышку никому не доверяю, да и рвет она дай боже!

– Не упоминаем господа всуе! – усмехнулся Эверетт.

Харпер лишь отмахнулась от него.

– Все, я помчал! Буду ждать вас на нашем месте, оттуда уже рванем, – Кельвин махнул рукой и пошел в сторону общежития для парней.

– И я пошел, покажи новенькой все достопримечательности и расскажи, с кем лучше не водиться, – улыбнулся Эверетт своей прелестной доброй улыбкой, и у Эфи подкосились ноги.

Поднявшись к себе на мансарду, Харпер первым делом скинула с себя тяготивший ее наряд, оставшись в розовом нежном нижнем белье. Затем налила воды из кулера и поставила стакан на стол. Достав таблетки, выпила пару и повалилась на кровать.

– Я просто всегда сплю у окна, – пояснила она, видя, как Эфи смотрит на ее кровать.

– Нет, я просто… – девушка замотала головой.

Харпер безумно красивая! Эфирия все никак не могла отвести от нее глаз, от ее огромных колец в ушах, розовых матовых губ. Харпер была прекрасна!

– Я в душ! – резко заявила она, хватая со стула банное полотенце. – Щеколда сломалась, так что не входи. Но если очень надо будет, можешь и зайти. Я не скромница! – она подмигнула Эфи и скрылась в душевой.

«Так, дорогая Эфи, у тебя одна любовь в голове! Вспомни, чем кончилось дело с Шелди. Не повторяй тех же ошибок. Оставайся недотрогой и все у тебя будет прекрасно. И не думай о Харпер! Не думай!»

Но ее скинутая белоснежная блузка лишь пробуждала интерес к девушке, к ее вкусу, размеру одежды. От блузки пахло приторно. Эфи прошлась пальцами по манжетам. Перепачканы в помаде. Не очень заметно, но она это увидела. Облизнула палец и попыталась стереть. Не получается. Зато вкус помады Харпер теперь на губах Эфи. Сладко.

– Эфи! Я забыла гель для душа в сумке! Можешь принести? – донеслось из ванной.

– Конечно! – Эфи отложила блузку соседки и полезла в шкаф.

Из сумки повеяло табаком и запахом травы. Не унимая своего любопытства, девушка полезла вглубь сумки, засовывая руку между одеждой. Ничего интересного, но запах точно был. Подняв несколько ее кофточек, Эфи заглянула под каждую, запах не пропадал, но и ничего найти также не удалось, как бы она ни пыталась это сделать.

– Эфи! – донеслось из ванной.

– Иду!

Закрыв сумку соседки на молнию, блондинка встала.

– У тебя из сумки тянет травкой, – предъявила она, заходя в ванную.

– Знаю, – из-за шторы протянулась тонкая рука Харпер с идеально розовым маникюром.

– Куришь травку?

– Так, покуриваю. Нервы успокаивает, знаешь ли…

Эфи вскинула брови. Харпер и правда была взбалмошной девицей со взрывным характером, но разве ее может что-то тревожить? Кажется такой сильной. Ее характер прет через край. Однако избыток эмоций не всегда хорошо. Особенно, когда он скачет, и человек может от смеха перейти к плачу. Эфи неоднократно приходилось сталкиваться с такими людьми, считавшими себя неизлечимыми с биполярным расстройством личности. Но девушка не верила в такую болезнь, считая это вымыслом и прикрытием того, что человек просто не умеет сдерживать свои эмоции.

– Иногда помогает, когда все чертовски надоедает, Эфирия, – сквозь шум воды, слышался ее голос.

– Ммм… – Эфи прислонилась спиной к двери в ванной и закатила глаза.

Словно она дома. Давно ей не было так спокойно, как на данный момент. На душе так хорошо, несмотря на то, что напротив моется совсем чужой человек, которого она знает буквально несколько часов, а ей все равно спокойно и хорошо. Надышалась этим запахом? Эфи усмехнулась.

– Новенькая, ты еще тут? – спросила Харпер.

– Ага, – ответила та.

– Не стой, иди поищи, что нам одеть. У тебя есть теплые вещи?

– Теплые? – удивилась Эфи, вспоминая духоту на улице.

– Да. Мы поедем катать, чтобы ты не простыла, надо утеплиться.

– Думаю, есть.

– Прекрасно, иди собирайся, я почти выхожу.

Глава 2

– Это не Мид-Огайо, но тут тоже можно неплохо разогнаться! – заявил Кельвин, соскакивая со своего жеребца.

Горящие глаза парня сверкали при свете фар мотоцикла в предвкушении очередной гонки, которую он ждал на протяжении всего лета.

– Я надеру тебе задницу, Чико! – усмехнулась Харпер, обращаясь к парню.

Тот лишь одарил ее победной улыбкой и сунул руки в карманы своей кожаной куртки, выудив оттуда вейп. Затянулся, выпуская пар в лицо девушкам и приспустил очки на нос. Затем поправил ворот серой водолазки.

Эфирия замахала руками, отгоняя лакричный запах.

– Не куришь? – удивился Кельвин, выпуская дым в другую сторону.

– Совсем нет, – поежилась та.

– Не куришь?? – переспросила Харпер, пораженно уставившись на новенькую.

– Пробовала как-то, но не понравилось.

– А пьешь? – продолжала давить на нее девушка. – Мы после гонок планируем в бар заскочить, а оттуда в общагу.

– Пью! Но тоже редко.

– Ясно… скучно с ней будет! – усмехнулся Кельвин, залезая в телефон. – Где Эв? Он уже должен быть тут.

– Наверное, как всегда, с Тони общается. Этот его братец изрядно достал, – Харпер смахнула волосы с лица и взглянула на часы. – Через двадцать минут начало.

– Без него не начнут, ты же знаешь, – улыбнулся парень.

– Почему не начнут? – спросила Эфи.

Кельвин поморщился и посмотрел на Харпер. Девушка в ответ замотала головой.

– Эверетт и начал год назад продвигать эти гонки, как только поступил на первый курс. Точнее…

– Ой! Чико, ты, как всегда, не с того начинаешь! Короче говоря, Эв влился в тусовку к байкерам. Это была какая-то группировка, что ли, все взрослые, кто-то с детьми уже. Ну, не суть! И предложил зарабатывать на этом, устраивая гонки. Как известно, среди байкеров менты в отставке или бандиты, ведь простой человек такой навороченный мотоцикл себе не купит! Это тигр, а не машина!

– И Эв стал активно продвигать гонки среди университетов, знакомых и так далее. И вот спустя год собралась нехилая тусовка, – закончил Кельвин.

– И много он тут получает? – спросила Эфи.

– Зарабатывает? Центы! Тут небольшие ставки, – пожал плечами парень. – Тут за идею.

– А байкеры эти где? – Эфи покрутила головой в поиске тех, о ком они говорили.

– Первое сентября считается днем молодежи, стариков тут нет, – объяснил Кельвин.

Вдалеке зарычал мотор. Разрывая воздушную дымку от сигарет и кальянов, Эверетт гнал в сторону совей компании на полной скорости. Эфирия, втянув голову в шею, отошла на несколько шагов назад в то время, как Харпер и Кельвин даже не двинулись с места. Остановившись в сантиметре от них, парень снял шлем, положив его на сидение своего байка, и протянул руку другу.

– Ты долго! – Харпер обняла Эва.

– Простите. Кел, на пару минут, – Эверетт потащил его в сторону.

Эфирия подошла к девушке.

– Испугалась? – усмехнулась Харпер.

– Немного, – поежилась она, и в то же время получила эстетическое удовольствие от ее беспокойства.

– Надевай, со мной поедешь, – Харпер протянула девушке шлем.

– Что? Я не поеду! – Эфи сглотнула, представляя, на какой бешенной скорости ее новая знакомая начнет свой старт.

– Все же боишься. Ладно, стой тут и жди. Мы ненадолго. Всего один заезд по автостраде, – Харпер надела на свои пушистые волосы тяжелый изрисованный граффити шлем, и, задрав ногу, залезла на байк.

Белоснежную линию старта, подсвеченную яркими фонарями, заняли десять участников, среди которых уже была Харпер, рыча мотором.

– А ты не едешь, новенькая? – усмехнулся Эверетт, косясь на одиноко стоящую девушку.

– Я боюсь, – призналась та.

– Не бойся, – парень подошел к ней и улыбнулся, стянул с себя серую бейсболку и положил на бочку рядом с сумками друзей. Туда же полетели часы. – Надевай шлем. Поехали. Тебе со мной нечего бояться.

– Ты так уверен? – сглотнула девушка.

Эверетт лишь качнул головой в согласии, продолжая держать в руках шлем.

– Хорошо, – слово выпрыгнуло само собой.

Теперь ей придется с замиранием сердца обнимать спину парня в его кожаной куртке с широкой надписью на ней, и постараться не обделаться от страха на протяжении всей трассы.

Эверетт оседлал байк. Эфи села сзади, и пара подъехала к старту, заняв место между Харпер и Кельвином.

– А если мы разобьемся? – спросила Эфи, пытаясь перекричать ведущего гонок, который то и дело орал в свой микрофон.

– Если трасса не хард эндуро, то все будет хорошо!

– Что такое хард эндуро?

– Трасса с различным покрытием, – крикнул в ответ парень.

– Прекрасно! И что это значит?

– Это значит, что твоя задница может быть отбита о трамплины или о кочки, проходящие через горную местность!

Ведущий громко свистнул, и на старт вышли три стройные девушки в обтягивающих мини.

– Гоночная трасса по жесткому харду! Готовьте свои колеса под замену и крепко держитесь за руль. Эту поездку вы запомните надолго! – ведущий свистнул в очередной раз.

Эверетт повернул голову к Эфи.

– Что ж, новенькая, держись крепко. Полетаем.

Девушки взмахнули флагами. Байки сорвались с места.

Запах кожаной куртки в нос, смешавшийся с запахом страха. Эфи словно вдавилась в спину Эверетта, закрывая глаза на каждом повороте.

– Страшно, новенькая? – усмехался он, прибавляя газ.

– Да! – визжала девушка.

– Ты мне так все ребра сломаешь, – смеялся парень. – Не держись так сильно. Иначе это еще больший риск нам влететь куда-нибудь!

Влететь? Эфирия чуть разжала свою хватку, и Эверетт смог вздохнуть.

– Молодец, новенькая. Открой глаза. Посмотри, как красиво!

Эфи через силу заморгала ресницами. Сквозь стекло шлема практически ничего не было видно. Запотело от ее дыхания.

– Ничего не вижу! – выкрикнула она.

– У тебя на шлеме сверху есть обдув, подними его! Такого ты больше не увидишь!

Стянув правой рукой его куртку, левая медленно поднялась к шлему и, нащупав некое отверстие, подняла его. Фонарные столбы сменялись один за другим, казалось, что они летят на байке быстрее скорости света, настолько быстро скользили колеса по дороге, оставляя в считанные секунды позади себя дома штата Огайо.

– Держись, новенькая! Приподнимись!

Байк подлетел кверху, а Эфи лишь успела второй рукой схватиться за его талию и прижаться, как ее задница подлетела вверх и плюхнулась обратно на кожаное сидение.

– Не ушиблась?

– Все в порядке! – неуверенно бросила она, прикидывая, какой синяк она сейчас получила.

Огни трассы стелили путь через мост. Девушка успокоилась. Ровная дорога. Оторвав одну руку от Эверетта, Эфи подняла ее над головой, ловя порывы воздуха и громко завизжала.

– Эв! Это безумно круто! Ю-ху! – смеялась она.

На лице парня появилась довольная улыбка. Однако противники приближались и надо было, как можно быстрее оторваться от них.

– Держись, воздушная, сейчас полетаем!

Как только Эверетт почувствовал на себе обе руки блондинки, он крутанул руль, лихо заходя в поворот и отсекая одного из противников, вырвался вперед, заставляя того дать по тормозам во избежание столкновения.

– Финишная прямая! – радостно объявил парень, и Эфи окончательно расслабилась, чувствуя через кожаную куртку, как от парня исходит жар.

Спустя полтора часа Харпер и Эфирия уже сделали заказ на пару бокалов пива, остановившись в баре недалеко от общаги. Соседка каждую секунду снимала с блокировки свой телефон, щелкая ноготками по буквам на экране.

– Кому пишешь? – Эфи перегнулась через стол посмотреть из-за чего так переживает ее знакомая.

– Послушай, Эфи, – Харпер нервно положила телефон на стол экраном вниз и взглянула на девушку, хлопая ресницами. – Давай договоримся. Ты не лезешь в мою жизнь, я в твою. Хорошо?

Эфи в непонимании уставилась на нее.

– Ты о чем?

– Эверетт мой бывший. Ты садишься к нему на байк. Какая у меня должна быть реакция? Я понимаю, он сам предложил, ты не знала, но хватит, ясно?

– Это ты ему сейчас писала? Я же не знала, – передернула плечами девушка.

– Теперь знаешь. Не лезь к нему. Я знаю, что скоро все пройдет и я перестану быть такой занудой, но пока что у меня шалят нервы, когда я вижу кого-то рядом с ним. Тем более такую красивую тебя. Он специально провоцирует меня, я знаю, – девушка теребила лямки своего топика.

– Как скажешь, я поняла, хорошо.

– Что ж! Они скоро должны подъехать. Предлагаю выпить, а после взять еще по одной. Прошло четыре месяца, как мы расстались, и я бы хотела вывести его сегодня на разговор.

– Да, окей, – согласилась Эфи и подняла бокал пива.

– Просто, это были такие сложные отношения, – Харпер все продолжала говорить о нем. – Ты не представляешь. Я не могла его никуда вытащить, всю весну он работал, время не уделял мне. Редкие звонки по вечерам на пять минут. Это все, что я смогла от него получить.

– Может, он на самом деле работал?

– Может. Но я не верю, что за весь день нельзя написать мне. А сегодня я увидела, как он приглашает тебя покататься. Безумие.

– Я тебя поняла.

Харпер залпом выпила бокал и заказала еще один. Девушка нервничала и постоянно смотрела на часы, накручивая прядки своих волос на палец. Эфи терялась рядом с ней. Как объяснить своей новой подруге, что она предпочитает девочек, а не мальчиков? Хотя с Эвереттом было так приятно. Эфирия поморщилась. Быть такого не может. Она давно приняла себя такой, необычной и не похожей на других. Так зачем ей эти парни, когда рядом есть Харпер? Оценит ли девушка ее ориентацию или она навсегда потеряет к ней интерес? Спешить не стоит. Есть некоторые вещи, которые лучше хранить в тайне до поры до времени. Но… Эфи уставилась в желтую жидкость, крутя в руках бокал с пивом. С Шелди она довела уже себя до кондиции. Долгое время скрывала свои чувства, а в итоге получила резкий отказ и потеряла любовь всей своей сознательной жизни. А может это была вовсе не любовь? Вдруг, это была просто дружеская любовь, ведь она еще ни разу не влюблялась в парня. Не было подходящих. Возможно, она перепутала?! Ведь Эв был первым парнем, который обратил на нее внимание и это внимание ей польстило, а не оттолкнуло? А Эфи была видной девушкой, сама того не понимая.

– Привет, воздушная, – раздался голос сзади.

Сердце Эфирии гулко стукнуло и упало в пятки.

– Привет, – робко ответила она, и увидела, как Харпер тянется к нему с поцелуем.

Внутри заиграла ревность. Может, вот оно, начало любви?

– Как вы, дамы? – Кельвин сел рядом с Эфи, двигая ее в самый угол дивана.

– Если бы не Роджер, скосивший меня на прямой, третье место было бы мое, – Харпер надула губы.

– Никто не знал, что Роджер будет на гонках. В последний раз он знатно полетел с байка на вышке, – пожал плечами Эверетт, вспоминая прошлогодний случай.

– Он появился неожиданно. Считаю, что он заслуженно занял третье место, – кивнул Кельвин, подзывая официанта. – Он катал одним из лучших. И это нам еще повезло, что старых байкеров не было.

– Брось! – усмехнулась Харпер. – Эти старики давно не прокачивали свой мотор.

Звонок на телефоне Эфи вырвал ее из беседы. Извинившись, девушка вышла на улицу. К вечеру стало прохладно. Вернувшись, она попросила плед. Звонок все продолжал идти.

– Слушаю, – сказала Эфи, оказавшись вновь на холодной улице штата.

– Привет, – голос Энтони. – Есть новости?

– Есть. И хорошие.

– Прекрасно. Завтра днем буду у тебя. Недалеко от университета есть ресторан «Мрачные тучи». Встретимся там, скажем, часа в три. До скольких у тебя пары?

– Я не помню расписания. Но в три я буду.

– Договор, – Тони отключился.

Первый день – и ей уже есть, что рассказать. Глубоко вздохнула. Так, главное не влюбиться в него. Иначе дело может пойти коту под хвост и благодарность за спасение жизни обернется нулем. Эверетт лишь ее задание. Но что именно хочет его брат? Чтобы она что? Знала каждый его шаг или следила за ним? В любом случае, они живут в разных корпусах, и быть рядом с ним постоянно она не может.

– А где ребята? – спросила Эфи, вернувшись за стол.

– Как обычно, разборки. Стоило этого ожидать, – Кельвин закатил глаза и откинулся на спинку дивана.

– Что у них за разборки?

– Так они же встречались раньше. А весной расстались. Не любит он ее. Поздно понял. Хотя я говорил ему, что с такой импульсивной девчонкой ему явно не по пути.

– Это из-за его работы?

– Да… – замялся парень. – Есть у нас с ним одно хорошее и прибыльное дело.

– Разве это не гонки? Я думала, вы на них поднимаете деньги.

– Оу, – парень отмахнулся. – Это наше хобби, в которое, как ты поняла, мы эти деньги и вкладываем.

– А что за работа? – давила Эфи, делая вид заинтересованного человека.

– Не бери в голову. Если Эверетт захочет – он расскажет.

– А ты почему не может сказать?

– Не имею желания, – оскалился парень, и поднял с тарелки креветку в кляре.

Прислонившись о косяк в мужском туалете, Харпер ждала, когда оттуда выйдет ее бывший. Злость кипела в ее жилах, а руки чесались навалять этому засранцу, который так лихо и без объяснения причины кинул ее, теряясь из виду всякий раз, когда она хочет поговорить с ним. Через пару месяцев желание разговаривать об отношениях пропало, отчего Харпер решила сохранить хоть какие-то дружеские с ним отношения. Эверетт согласился. Но сегодня, когда она увидела, как он предлагает Эфи прокатиться с ним – ревность взяла верх и девушка вновь захотела покопаться в старом белье их когда-то отношений.

– Классно покатался? – рявкнула Харпер, когда в дверях мужского туалета появился Эверетт.

– Я так и знал, что ты захочешь поговорить об этом, – устало произнес он.

– А как я могу не поговорить!? – она остановила его около лестницы, ведущей наверх в бар. – Ты расстался со мной, ничего не объяснил. А тут я вижу эту картину! Как мне реагировать?

– Я думал, мы с тобой уже все решили.

– Решили! Но твои «люблю» совсем ничего не значили, получается?

– Почему? – нахмурился он. – Я говорил тебе правду на тот момент. Но все прошло. Ты убила во мне это.

– Что я там могла убить, если ничего не поменялось?

– Ты со стороны себя просто не видела. Я не хочу снова поднимать эту тему. Пойдем, – Эверетт толкнул ее плечом, протискиваясь к выходу.

– Нет, подожди! – девушка схватила его за рукав. – Ты собрался крутить с этой новенькой, я правильно поняла?!

– Твое какое дело? Мы еще летом с тобой все обсудили, что мы друзья, Харпер! Не порть наши отношения!

– Я все знаю, Эв, – сощурилась она.

– Что ты знаешь? – напрягся парень.

– Я знаю все. Все о ваших делах!

– Да что ты! И откуда же? Неужто Кельвин рассказал, когда ты крутилась рядом с ним, пытаясь вызвать у меня ревность?! Прекращай! Это уже выглядит смешно!

Вернувшись за стол, Эв заказал несколько шотов с егермейстером, в надежде побыстрее остудить голову и провалиться в алкогольное настроение, позабыв о перепалке с Харпер.

Когда Харпер вернулась с красными заплаканными глазами, ее пробрала такая злость, что она еле сдержала себя не ударить Эверетта, когда увидела его не рядом с собой. Эверетт сел рядом с Эфирией, с этой новенькой блондинкой с потрясающей фигурой и узкой талией, которую сейчас подчеркивал белый короткий топик.

– Харпер, ты чего? – обратился к ней Кельвин, приглашая сесть рядом.

Заметив на столе стопки с алкоголем, девушка лихо осушила три подряд и уже тянулась к четвертой.

– Харпер, хватит! – Эверетт ударил ее по рукам, но та лишь немного пролила его на стол, затем потянула к губам, выпивая все до дна, закусывая апельсинкой с корицей.

Эверетт посмотрел на четыре пустых шота и подозвал девушку, обслуживающую их столик. Заказав еще шесть, он потер виски, понимая, что Харпер решила напиться не просто так… а может и просто. Но тащить ее пьяное тело в университет – рисковое дело. Их могут всех отчислить за пьянство из учебного заведения, и из-за ее выходки пострадают все. Особенно он, брат которого возложил на него последние надежды. Да и в завещании его папочки было сказано, что пока Эв не закончит именно этот, сука, универ, то никакого наследства они не увидят. Ни он, ни его брат Энтони. Поэтому Эверетту, во чтобы то ни стало, надо взять себя в руки. На кону целое состояние и такое же целое состояние он должен отдать за год некоему мафиози, с которым он связался по своей глупости. А этот говнюк ждать не будет. Теперь главное грамотно и красиво закончить два дела одновременно, а после можно уже и думать об отношениях. Но до чего эта блондинка прекрасна! Эфи – красивое имя.

Глава 3

Эфирия держала волосы своей соседки, пока та блевала в туалете. Густые волосы идеально собирались в хвост, однако несколько прядок все же лезли в лицо.

– Держи лучше, – пьяным голосом требовала Харпер. – О, ужас…

Скрючившись от отвращения, Эфи отвернула голову в сторону, не желая наблюдать за рвотой Харпер.

– Все, отпускай, – поднявшись на ноги о край унитаза, она встала и подошла к умывальнику. – Ужасно выгляжу?

– Ну…

– Знаю, ужасно, – замычала она, пошатываясь на ногах. – А это все из-за этого козла!

– Умывайся и поехали, – сказала Эфирия, включая воду.

Промыв рот прохладной водой, Харпер попросила косметичку.

– Она наверху. Ты не взяла с собой сумку, – пожала плечами Эфи.

– А, да? – удивилась она. – Тогда я сейчас за ней схожу.

– Давай лучше я схожу, – предложила Эфи, оставляя чуть ли не падающую соседку в туалете.

Шустро поднявшись по лестнице, она подошла к столику, где их уже заждались ребята.

– Эф, такси вызвано. Она скоро? – спросил Кельвин, показывая на время.

– Она просит косметичку.

– Ммм… – Эверетт забрал у Эфи сумочку Харпер и бросил ее на диван. – Она в женском же?

– Да.

– Выходите на улицу. Мы сейчас подойдем.

Кельвин взял свою куртку с дивана и двинулся на выход, пока Эфи тормозила у стола.

– Пойдем. Они сейчас быстро выйдут, – сообщил парень.

Шустро взяв сумочку соседки и ее куртку, Эфи вышла за новым знакомым на улицу. Похолодало еще сильнее, а на ней лишь топик и кожанка, не спасающая от знойного ветра.

– Не мерзни, – парень снял с себя куртку и накинул на плечи девушке.

– Ты сам сейчас замерзнешь, – Эфи попыталась снять ее с себя и вернуть, но Кельвин настойчиво оставил ее на ней.

– Мне тепло, поверь. А ты, нездешняя, замерзнешь быстро.

Такси подъехало. Черная ауди припарковалась напротив бара.

– Если что-то для меня важно, я никого не слушаю! А тем более свой разум, Эверетт! – Харпер, вися на плече у парня, била его кулаками по спине, пока тот вытаскивал ее из бара.

– Харпер, прекращай валять дурака! – рявкнул на нее парень, опуская на землю.

– Где моя сумочка!! – неуверенно держась на ногах, спросила она.

– У меня, – робко ответила Эфи.

Харпер с силой вырвала у нее сумку и так же шустро сунула ее в руки Эверетту. Парень закатил глаза, поддерживая свою бывшую девушку, чтобы та не грохнулась на асфальт.

– Садимся или как? – нервно произнес Кельвин, с отвращением наблюдая, как на них уже пялятся.

– Да, поехали, – Эверетт открыл дверь машины и посадил девушку. Затем обошел с другой стороны и сел посередине.

– Ты куда? Назад или вперед? – спросил Кельвин у Эфирии.

Та пожала плечами.

– Садись вперед, чтобы без эксцессов доехали.

В зеркало заднего вида Эфи лицезрела картину, как Харпер лежит на коленках у Эверетта, в то время, как тот запрокинул голову на сидение машины. Ужасно. Неужели ее так начало разрывать от ревности за один короткий день? Как так произошло, что несколько часов полностью изменили ее мировоззрение и она умудрилась втрескаться в этого красавца в драных на коленках джинсах и белых кедах? Такого просто не может быть! Но ощущения внутри говорили об обратном. Влюбиться в брата своего непосредственного «начальника»! Большего бреда и быть не могло. Еще и Харпер перекроет ей кислород на общение с ним. Надо собраться и перестать пялиться в зеркало. Завтра будет новый день, встреча с Энтони. Такая Харпер странная… борзая и дерзкая. Сказала при Эверетте, что трахнет нового пастора – руководителя их университетской группы. Он красавчик, тут не поспоришь. Но все же говорить такое при своем бывшем, к кому питаешь еще какую-то симпатию? Странная девчонка…

– Не спи, воздушная, скоро приедем, – вывел ее из дремы голос Эверетта.

– Я прикрыла глаза на пару минут… – передернулась она.

– Долго едем, – сказал Кельвин.

– Пробки. Копы перекрыли несколько улиц, – произнес водитель такси.

– Что случилось? – встрепенулся Эверетт.

– Завтра из новостей узнаем. Неспроста это все, – произнес таксист. – Видимо, кто-то серьезный пострадал. Иначе столько копов бы не было. Классика!

– Да уж… – парень покосился на Кельвина.

Тот лишь пожал плечами и закусил нижнюю губу. Достал пачку жвачки и протянул приятелю.

Двадцать минут мучительной и томительной пробки напоминали минуты, проведенные в очереди в фастфуде. Харпер храпела на весь салон, причмокивая губами и все сильнее обнимая коленки парня. Эфи передергивалась от каждого раза, когда ее взор устремлялся в зеркало.

Странное чувство.

– Выходим, – Эверетт стал живо расталкивать спящую девушку, поднимая ее голову.

Не гладя по волосам, не стараясь аккуратно вывести ее из сна, он грубо поднимал ее, встряхивая каждую секунду, чтобы та пришла в себя.

– Ммм… – промычала она, прикладывая ладонь к голове. – Где мы?

– В отель приехали. Выходи. Сегодня переночуем тут, – произнес Эверетт, вылезая из машины со стороны Кельвина.

Вновь зябкая улица. В такси было комфортно, Эфи грелась у печки, пока не пришлось вновь вылезать на холод.

– Эй, воздушная. Заходи внутрь, – Эверетт кивнул в сторону входа в отель.

– А ты? – обратилась она лично к парню, не замечая рядом Кельвина.

– Мы сейчас придем. Заходи, – повторил он. – Не мерзни. Нам еще Харпер вытаскивать их машины.

Эверетт открыл дверь и потянул девушку за руку.

– Пойдем! – грубо произнес он, когда нога Харпер показалась из машины.

– Да иду я!

Эфирия следила, на каком расстоянии пытается держаться от нее Эверетт. По его действиям было очевидно, что он совершенно не рассматривал ее, как свою девушку, наоборот, держался отстраненно и лишь любезно открыл перед ней дверь в отель, чтобы она лбом не вмазалась в прозрачное стекло на входе.

В холле Эверетт немедля подошел к стойке регистрации и прислонил карточку к валидатору. Оплатил два номера.

– Красивый холл, – заметила Эфи, крутясь на месте.

– Мы часто тут бывали, – ответил Кельвин, подмигивая одной из портье.

Девушка улыбнулась в ответ.

– Значит, вы уже знакомы? – спросила Эфи, видя его реакцию.

– Конечно. Тут номер стоит целое состояние, и как нам, таким красавчикам, можно не подмигнуть? – усмехнулся Кельвин, пока Эверетт с Харпер не подошли к ребятам.

– Ну что, хватай свою подругу и в номер. Завтра ранний подъем, – сказал Эверетт, глядя на настенные часы.

– Эв, еще двенадцати нет, – удивился Кельвин, пока не понял, что его друг просто хочет избавиться от ноши по имени Харпер. – Но ты прав! Пора спать!

Компания поднялась на нужный этаж, и когда Эверетт стал прощаться с девчонками до утра, Харпер возмутилась.

– Ты не со мной? – прохрипела она.

– Я взял два номера, Харпер. Не думаю, что Эфирия согласится ночевать с Кельвином. Они знакомы всего день, – начал оправдываться парень.

– Значит так! – прикрикнула девушка и оттолкнула от себя парня. – Я сейчас закачу тут такую истерику, что нас выселят тут же, если ты пойдешь не со мной!

– Харпер, Эв прав, давай просто выспимся. Нам утром на учебу. Все устали, – поддержал друга Кельвин.

– А плевать! Я повторяю, если ты сейчас пойдешь не со мной, я устрою балаган, Эверетт! – отчеканила она и подошла к ближайшей двери, занеся над головой кулак. – Решай, Эв! Я сейчас перебужу тут всех!

– Харпер! Хватит! – рявкнул на нее парень.

– Раз! Я считаю до трех! – Харпер уже замахнулась для мощного удара.

Эфи в растерянности стояла, держа сумку своей подруги в руках, и хлопала глазками.

– Ты не слышишь? Два! Я не шучу!

– Эв, она реально сейчас всех перебудит, – толкнул его в бок Кельвин.

– Хорошо, окей, давай, Харпер. Твоя взяла. Пойдем! – схватив девушку за локоть, Эв быстро попрощался с другом и бросил взгляд сожаления на Эфи.

Некомфортно, как только Эфирия представила, что будет спать в одной кровати с незнакомым парнем.

– Пойдем, – позвал ее Кельвин, и пара направилась в сторону нужного номера.

Просторная комната с панорамными окнами на шумную улицу. В номере довольно тепло, но все же от окон веяло холодом, либо же холодом веяло от самой Эфирии. Но две раздельные кровати определенно подняли ей настроение. Девушка положила на кресло сумку соседки, так и не успев отдать ее ей, и сама плюхнулась на кровать лицом вниз.

– Не голодная? – спросил парень, залезая в мини-бар.

– Нет, – сухо ответила она.

– Тут есть орешки. Может чай?

– Не хочу, спасибо.

– Тогда я в душ. Еще после гонки я вспотел, как сука.

Ничего не ответив, девушка перевернулась на спину.

С первого взгляда! Она впервые ощущает нечто подобное по отношению к парню! Это так волнительно. И как себя теперь вести? Девятнадцать лет, а окрыленное чувство накрыло лишь сейчас. Не зря он ее называет воздушной. В этом есть свой смысл.

Стук в дверь. Эфи срывается с кровати, надеясь, что это он. Эверетт.

– Оу, – Эв смущенно оглядывает девушку, которая уже успела скинуть с себя вещи и переодеться в гостевой халат. – Прости, – покраснел он.

– Эм… – Эфи впала в ступор.

– Я пришел за сумкой Харпер. Она же… у тебя была?

– Да, конечно. Сейчас отдам.

Дерьмо. Он вернулся за сумкой. Эфирия быстро взяла ее с кресла и протянула парню.

– Что ж. Спасибо, ты уже спать?

– Я? А время говорит пора спать? – глупо ответила она, бегая глазами по его лицу.

– Не знаю. – усмехнулся он. – Я собираюсь выпить кофе в ресторане внизу. Не составишь компанию?

– Составлю! – оживленно произнесла она, вызывая на лице Эверетта улыбку.

– Прекрасно. В таком случае, через полчаса там.

Эфи согласно кивнула.

Каких-то полчаса, а ей нечего надеть! Неужели она пойдет в той же самой одежде с немытыми волосами? Ужас! Смотреть страшно в зеркало! Но ведь он ее такую пригласил на кофе? Он же пригласил ее, а не предложил, верно? Это же было приглашение.

– Кельвин! Выходи! Мне срочно нужна ванна!

– Что стряслось? – потушив воду, спросил он.

– Эв заходил, предложил кофе попить.

– Эв заходил? – удивился Кельвин и через пару минут вышел.

Эфирия пулей залетела внутрь. Удача! Зубная щетка и паста на месте. Новенькие.

– Зачем он заходил?

– Сумку Харпер забрал, – сплевывая пасту, произнесла девушка.

– А меня он на кофе не звал?

– Не-а, – замотала головой Эфи.

– Вот сукин сын. Друга променял!

– Хочешь, пойдем с нами, – предложила Эфи.

– Пожалуй, откажусь. Не хватало еще третьим быть. Прости, Эф, но у меня другой приоритет.

– В смысле?

– Не до вас мне, девчонки. И не до отношений. Учеба, работа. Коплю на мечту.

– Здорово! – Эфи хлопнула знакомого по плечу. – Ты обязательно мне об этом расскажешь. Я убежала!

– Тебя ждать? – неуверенно спросил Кельвин, расстилая кровать.

– Конечно! – Эфи остановилась в дверях. – К чему вопрос?

– То, что ты учишься в универе при церкви, не может запретить тебе делать то, что ты хочешь. Поэтому я и спросил.

– Хм… – Эфи замялась.

– И Харпер не стоит об этом знать. Она очень вспыльчивая. Если вы действительно решите строить отношения, – Кельвин залез под одеяло. – То лучше поставить ее первую в курс дела.

– Слушай, – насупилась девушка. – Я как-то… – прикусила язык. – Не знаю. Я не думала об этом.

– Хорошо вам посидеть. Завтра на учебу, не засиживайтесь, – парень потушил свет.

Не понимая зачем, Эфирия кралась на первый этаж, будто за ней кто-то следит или же кто-то преследует. На цыпочках она спускалась по лестнице, решив не пользоваться лифтом. Сердце учащенно билось в предвкушении встречи. А что, если эта встреча окончится тем, что-то окрыленное чувство, которое она испытывает сейчас, пропадет? Этого не хотелось. Как же девушка надеялась, что эта ночь не испортит ничего, а наоборот, разожжет нечто новое. То, чего не мог ей дать ни один мужчина в жизни.

Эверетт сидел за столом с бокалом, наполненным жидкостью. Видимо, он считает, что кофе на ночь – это вредно, и заказал порцию односолодового.

– Я думал, что ты уже не спустишься, – признался он, склоняя на бок голову, любуясь Эфи.

– Как я могла, – она присела напротив.

Эверетт заказал спутнице латте и потер глаза.

– Все в порядке? – спросила Эфи.

– Да, просто не выспался. С утра надо было дело одно решить. А сейчас просто захотел расслабиться и пообщаться по душам.

– Могу помочь тебе в этом, – улыбнулась она.

– Не сомневаюсь. Откуда ты? – спросил Эверетт, откидываясь на спинку стула.

– Германия.

– Точно. Харпер говорила мне, что ты не отсюда. Парень есть? Замужем? – усмехнулся он, поднося к губам виски.

Эфи завороженно наблюдала, как он пьет.

– Нет, ни мужа, ни парня.

– А последние отношения когда закончились?

Потупив взгляд, девушка помедлила с ответом.

– У тебя не было отношений? – удивился он, приподняв левую бровь.

– Никогда ни с кем не встречалась, – призналась она, и пожалела, посчитав себя редкостной дурой и скромницей.

– Интересно, – улыбнулся парень. – Первый раз встречаю взрослую девушку, которая не была в отношениях. Тем более такую красивую.

Эфи нервно сглотнула. Комплименты из его уст казались настолько нереальными, как сладкий сон, из которого не хотелось выходить. Но в Германии ее красота не ценилась, зато видимо в Америке у парней совершенно иной вкус.

– А ты? Почему вы с Харпер расстались?

– Оу. Я не говорю плохо о своих бывших, этого ты от меня не дождешься, – засмеялся парень. – Просто, когда я пытался поговорить с ней, она не слушала меня, чтобы понять, она слушала, чтобы ответить. В этом была ее проблема.

– Все дело в непонимании?

– В этом всегда дело, Эф. Когда объясняешь человеку, что тебе перекрывают кислород, а она в ответ заявляет, что больше мне неинтересна, складывается мнение, что ей на самом деле плевать. Поэтому я для себя еще тогда все решил и начал отдаляться.

– Почему же ты просто не сказал ей об этом? Зачем это муторное расставание? – поморщилась Эфи.

– Я надеялся, что она сама начнет остывать. Расставания всегда давались мне плохо. Но за полгода она влюбилась в меня, а мне такая любовь была не нужна.

– А какая тебе нужна?

Эверетт довольно растянулся в улыбке от ее вопроса.

– Обычная. Там, где есть понимание. Я не всегда могу быть на связи, я могу пропасть на несколько дней и не появляться на учебе. Она должна принять это, зная, что я не шляюсь по бабам и шлюхам, и не бухаю где-нибудь в баре. В моей жизни сейчас есть небольшие проблемы, длящиеся уже год, и я пытаюсь решить их, не прибегая к помощи брата.

– А брат твой кто?

– Да так. Не последний человек в городе, скажем так.

– Почему же ты не попросишь у него помощи?

– Мне двадцать лет. Я привык все делать сам.

– Я тоже привыкла все делать сама, – улыбнулась девушка, демонстративно достав из кармана карточку.

– А вот тут вот погоди! – Эв погрозил ей пальцем. – За кофе я буду платить сам. Несвойственно даме платить за себя. Хочешь еще что-нибудь?

– Пожалуй, откажусь.

– Хорошо, прогуляемся?

Не взяв с собой верхнюю одежду, Эфи предложила Эву подождать ее на улице, пока она сбегает за курткой, однако парень не согласился с ее предложением. Накинув ей на плечи свою кожанку, Эв, в одной серой футболке вышел на улицу.

– Ты замерзнешь, – взволнованно сказала Эфи, вспоминая холодную погоду.

– Придется тебе согреть меня, воздушная, – подмигнул он, выходя из отеля.

На улице было действительно пасмурно, а осеннее ночное небо затянули тучи так, что даже ярких звезд, за которыми часто наблюдают туристы с крыш домов, видно не было. Тишина.

– Просто я хотел курить, – Эверетт достал сигарету. – Прости, что вытащил тебя на улицу.

– Да я и сама хотела проветриться, – соврала та.

– Брось. Ты зевнула уже три раза, как мы встретились. Я не считаю себя скучным собеседником, значит, ты действительно просто устала.

– Соглашусь, я немного устала.

– Далеко не пойдем. Сейчас докурю и спать.

Эфирию передернуло, как только она представила Эва в одном номере с Харпер. Два таких непохожих друг на друга человека. Как они могли встречаться?

– А как вы познакомились?

– На одном потоке учились. Как обычно, Харпер вызвалась старостой, интересовалась днями рождениями, и много еще чем интересовалась у меня.

– Харпер староста?

– Ага. Но скорее всего в этом году ее переизберут. Показатели не те у нее. Дерзит, прогуливает, ругается матом, – улыбнулся парень.

– Все же, у тебя к ней остались теплые чувства, – с каплей ревности сухо произнесла Эфи.

– А как без этого? Я же говорил тебе, что о бывших плохо не… подожди, – Эверетт остановился. – Ты чего? Ревновать решила?

– Я? – опомнилась девушка и засмеялась. – Никогда! Я вообще не ревнивая!

– Да что ты? – Эв наклонил голову в бок. Видимо, это была его любимая поза.

– Честно! – замотала головой Эфи, пока он не приблизился к ней настолько близко, что его горячее дыхание залезло под ворот его же куртки.

– Молодец, – тихо произнес он так, что по телу поползли мурашки. – Не смей влюбляться. Это погубит. И тебя, и меня.

Засунув руки в карманы, парень развернулся к отелю.

– Ты идешь? Я замерз, а ты не греешь.

– Оу, – Эфи начала снимать куртку, как Эв остановил ее.

– Воздушная, успокойся. Я пошутил. Недотрога.

Скривив губы, Эфи пошла следом за парнем.

– Пора спать, – подытожил он, открывая перед ней дверь, как совсем недавно делал это для Харпер.

Поблагодарив парня, Эфи направилась к лифтам, как заметила, что Эва рядом нет. Вернувшись ко входу, девушка увидела его возле стойки ресепшена.

– Ты чего? – спросила она.

– В смысле? – не понял он, прикладывая карточку к терминалу.

– Ты чего тут делаешь?

– Номер себе бронирую. Или ты решила, что я буду ночевать с Харпер? – Эв в удивлении вскинул брови.

– Я… не знаю, – пожала она плечами.

Взяв ключ от номера, Эверетт уверенно пошел к лифтам. Эфи последовала за ним.

– Я не сплю в одном номере с бывшей, – произнес он, глядя на смятение на лице Эфи.

– Хорошо, как скажешь.

– У вас разные кровати? Две одинарные?

– Да.

– Что ж, не буду, значит, ревновать, – улыбнулся парень.

Эфирия не нашла, что ответить, лишь пялилась в его лицо, зависая в своих девчачьих мыслях.

– Выходим? – спросил Эв, когда двери лифта уже с пять секунд были открыты.

– Да!

Проводив девушку до ее номера, Эверетт махнул на прощание рукой.

– Не проспи, воздушная! Сладких снов!

– Сладких, – прошептала себе под нос Эфи, и открыла дверь в номер.

Благо у Эверетта была карточка от номера, где поселилась Харпер. Собравшись за десять минут, парень направился к своей бывшей, надеясь, что та проснулась от заведенного им будильника. Но Харпер спала.

– Просыпайся, – распахнув настежь окно, произнес парень. – Харпер!

Он толкнул ее в плечо.

– Ммм… – протянула она, накрываясь с головой одеялом.

– Харпер! Вставай! Мы опоздаем!

– Куда? – сонно промычала она.

– На учебу. Нельзя сегодня опаздывать! Новый пастор не должен выделить нас из всех. Не забывай, что ты староста, а мне просто надо быть вовремя. Харпер! Ты подставляешь всех нас!

– Где моя сумка? – продрав глаза, спросила она.

Эв кинул ей на кровать ее сумочку.

– У тебя полчаса, чтобы собраться. Мы будем ждать тебя внизу.

Разозленный, парень спустился вниз. Кельвин сидел на кожаном диване в холле, дергая в ожидании друзей ногой. Эфи не было. Оглядевшись, Эверетт так и не нашел ее. Подошел к другу.

– Как отдохнули ночью? – в лоб спросил Кельвин.

– Посидели, пообщались, – пожал плечами парень, садясь рядом.

– И все? – удивился друг.

– А что тебя еще интересует?

– Ну, ты же помнишь, чем дело с Харпер закончилось. На те же грабли решил ступить?

– Брось, Кельвин, – отмахнулся Эв. – Эфи совсем другая.

– Ага. Совсем другая может помешать и тебе, и мне в том числе. Близко не подпускай.

– Знаю. Но мы просто общались. Серьезно, Кельвин, не парься из-за пустяков. Она классная девчонка, но на что-то большее никто из нас не рассчитывает.

– Да так уж и не рассчитывает! – прищурился парень. – Ты бы видел, как она собиралась вчера к тебе.

Эверетт сам того не замечая расплылся в довольной улыбке.

– Доставляет? То-то же. И не говори мне, что не испытываешь к ней симпатию.

– Где девчонки? – неожиданно спросил Эв, пытаясь сменить тему.

– Ты тему не переводи, – лукаво заявил он.

– Эфи проснулась?

– Проснулась. Почти половина восьмого. Я вызываю такси. Эфи уже спускается, а вот Харпер надо поторопить.

– Я поднимусь за ней.

Эверетт встал с дивана и направился в сторону лифтов. Те медленно спускались на первый этаж. Цифры на табло еле-еле сменялись, двигаясь к первому. И вот парень уже нажимает нужную кнопку.

Знакомая дверь, из которой он ночью дал деру, сняв по соседствую одноместный номер. Спалось сладко. Эверетт часто менял местожительства, отчего ему не впервой спать на новом месте, тем более одному. Спокойно и просторно.

– Харпер, – парень вошел в номер.

– Спускаюсь, – вяло произнесла она, пытаясь закрыть окно.

– Ты с ума сошла? – живо подойдя к девушке, он стащил ее с подоконника и выхватил сигарету из рук. – Мало того, что ты простудишься, так еще и куришь тут! Нельзя!

– Я уже сама в состоянии решить, что мне можно, а что нельзя, – грубо ответила девушка.

– Да что ты? Такси приехало! Нам пора!

– Я же тебе уже сказала, что я спускаюсь!

– Так пойдем! – Эв подхватил ее сумку, затем бросил ей в руки футболку и куртку. – Одевайся.

Кое-как нацепив на измотанное и не выспавшееся тело одежду, Харпер почесала бровь и повернулась к зеркалу при входе. Волосы в разные стороны, помятое лицо, под глазами мешки. Чудовище, а не девушка!

– Я не могу идти в таком виде, – заныла она.

– Пойдем, ты прекрасно выглядишь, – не глядя в ее сторону сказал Эв.

– Точно?

– Точно!

Эверетт открыл дверь, как Харпер повисла у него на руке, прижимаясь щекой к его плечу.

– Все же, почему мы расстались? – спросила она, все обнимая парня за руку в ожидании лифта.

– Я не хочу больше это обсуждать, – Эв первым зашел в него и нажал цифру один.

– Ты все забыл, что у нас было? – грустно спросила Харпер.

– Я не забывал, но и не вспоминаю.

– А это тоже забыл? – и девушка обхватила его руками, прижимаясь пухлыми губами к его губам.

Двери лифта открылись. Ноги, так уверенно держащие окрыленную Эфи, в миг подкосились, превратившись в ватные палочки, когда она застала этих двоих целующихся в лифте.

Эверетт тут же оттолкнул от себя девушку и вытер губы.

Глава 4

– Я поднималась за вами. Такси приехало, – не открывая глаз от парня, затараторила Эфи. – Ты оставил телефон в холле.

– Доброе утро, Эф. Готова к первому учебному дню? – улыбнулась соседка, открываясь от руки Эверетта, переключив все свое внимание на нее.

Эфи коротко кивнула. Не придав значение ситуации, Эв, как ни в чем не бывало направился в сторону Кельвина. Оправдываться смысла не было. Харпер специально подстроила такую засаду, чтобы отбить у новенькой все желание водиться с этим парнем. Но Эв обязательно объясниться с Эфирией, что никаких отношений между Харпер и ним быть не может.

Эфи вновь села вперед, пока Эв и остальные мирно расположились на заднем сидении. Девушке пришлось подгибать ноги и сидеть ровно из-за длинных ног Эверетта, благодаря которым спинку кресла не получалось сделать ниже.

– Через пятнадцать минут начинаются пары, – нервничал Кельвин.

– Успокойся, мы никогда еще не опаздывали, – расположившись на коленях у Эва, сказала Харпер.

– Значит, это будет первый раз, – нервно подметил он.

– Мы не должны опоздать. Мы уже рядом, – сухо произнес Эверетт, совершенно недовольный тем, что позволяет Харпер вести себя подобным образом. Все же придется поговорить с ней еще раз.

– Нам еще переодеваться, не забывайте, – напомнил Кельвин.

– Дел пять минут. Мы почти приехали, – усмехнулась девушка, продолжая лежать у парня на коленях.

Такси остановилось у черных ворот, и вся компания вылетела на улицу. Однако студенты толпились на траве, не спеша расходиться по кабинетам. Большинство даже не было одето в университетскую форму.

– Что происходит? – спросил Эверетт у какого-то рыжего парня.

– Директор готовит срочное заседание. Собирает всех преподавателей в зале, – пояснил тот.

– Для чего? – удивилась Эфи.

Тот лишь пожал плечами, когда помощница директора православного университета вытащила на улицу микрофон и несколько колонок, оставив их возле главного входа на лестнице.

– Что-то сейчас будет, – недовольно произнес Кельвин, облокачиваясь на ствол дерева.

– Это надолго, я пошла, – Харпер покосилась на Эфи.

– Я послушаю, – произнесла она, поправив сумочку на плече.

– Как знаешь, – фыркнула Харпер, направляясь в сторону женского общежития.

Эфирия чувствовала себя неуютно в компании двух малознакомых парней, к одному из которых она уже прониклась теплыми чувствами, но и успела возненавидеть его за дрянной поцелуй в лифте с его бывшей.

– У меня дерьмовое предчувствие, Эв, – Кельвин не переставая тряс ногой и покусывал нижнюю губу.

– Успокойся. Все хорошо, – шикнул на него парень и протянул сигарету.

– Тут нельзя, – удивился Кельвин смелости своего друга.

– А мы по-тихому, – подмигнул тот.

Пока друзья делили сигарету на двоих, к микрофону подошел митрополит православного университета. Студенты сразу же замолчали, дав слово первому человеку.

– Доброе утро, уважаемые студенты. Как вы знаете, наш университет славится доблестными показателями успеваемости по духовной культуре человека в целом…

– Ой, он сейчас будет разводить монолог на три часа… – вздохнул Кельвин, уняв судорогу в ногах.

– В прошлом году он ничего такого не говорил, – пожал плечами Эв, продолжая слушать митрополита.

– А в этом у старого крыша потекла, – покрутил у виска парень.

– … жизнь не вечна. Распоряжайтесь ею мудро и правильно. Ведь все пути господни неисповедимы. Один из наших студентов пренебрег правилами, данными Господом, и нарушил единый небесный закон, оказавшись раньше положенного времени на небесах.

– Чего? – Эв зашелся сигарный дымом.

– Тихо! – прикрикнул Кельвин.

– … Анна Генхиль не только нарушила правила нашего учебного заведения, но и нарушила закон страны, подставив под удар невинные человеческие жертвы. Вчера вечером произошла жуткая авария по вине нашей студентки.

– Эв… Эв!.... – волнительно захрюкал Кельвин, но парень его тут же толкнул локтем в бок, прерывая его волнение и приведя в чувство.

– …погибли на месте. В крови Анны был найден наркотический препарат, из-за которого и произошел этот несчастный случай, унесший жизнь троим людям. В этот светлый день памяти я, митрополит православного университета Святой Аллы штата Огайо, назначаю этот день – днем против наркотиков. Лекции отменяются. Вместо этого пасторы каждой кафедры проведут с вами лекцию о вреде наркотических средств…

Эверетт немного пошатнулся, но Эфи тут же поймала парня за локоть. Присев на траву, Эв закрыл лицо ладонями, судорожно начиная массировать виски.

– Эв, у нас огромные проблемы, – побледнел Кельвин.

– Знаю. Позже решим, позже… – повторял парень, все больше пугая Эфи.

– Что происходит? – не понимала девушка, глядя на реакцию парней.

Кельвин недовольно посмотрел на Эва, а тот, словно по сценарию, поднялся на ноги и театрально запрокинул на бок голову.

– Анна была девушкой Кельвина. Он хотел сделать ей предложение…

Кельвин удивленно и в то же время хмуро уставился на друга, давая понять всем своим видом полное недоразумение.

– А она умерла. Теперь ясно из-за чего мы вчера так долго стояли в пробке, – подытожил Эверетт.

– Да, все так и есть, – подтвердил его слова друг, все так же озадачено глядя на друга.

– Ужасно… сожалею, – сглотнула Эфи, сморщив бровки на переносице.

– Да… это ужасно больно осознавать… что ж! Пора в кабинет. Новый пастор зачитает нам интересую лекцию! – бодро сказал Кельвин и двинулся в сторону общежития.

Как-никак, а отмена лекций не дает право студентам посещать университет не в студенческой форме.

Зайдя в комнату, Эфи поняла, что ее соседка в ванной. Видимо, после ночной попойки ей на самом деле следовало бы принять ледяной душ, чтобы прийти в себя. Надев учебную форму, девушка подошла к зеркалу с платком в руках. Надев его на голову, оставив лишь пару выпущенных из-под него прядок, она нахмурилась. Не идут ей платки. Вот шарф – другое дело. Но ведь не пойдешь в шарфе в такую жару на учебу! Чуть стянув платок на затылок, девушка развязала его и два конца скинула на спину. Так довольно элегантно.

– Харпер, я пошла. Встретимся в кабинете!

– Какой кабинет? – выкрикнула девушка из ванной.

– Понятия не имею, я кину тебе смс-кой!

И без ответа девушки был понятен ее ответ. Она услышала ее и ждет от нее цифры.

Эверетт и Кельвин ждали девчонок у входа. Все же форма парней напоминала классический костюм, да и на голове они не обязаны носить платки, которые портили прически многих девушек.

– Где Харпер? – спросил Кельвин, не увидев ее рядом с Эфи.

– В душе. Сказала, что скоро подойдет.

– Ясно, – откашлялся Кельвин. – Нам на второй. Опять этот лекционный кабинет с двумя открывавшимися окнами на весь зал.

Поднялись на нужный этаж, аудитория только наполнялась студентами.

– Привет, Эв, – кучерявый парнишка с татуировкой в виде капли на левой щеке протянул парню руку. – Как лето?

– Продуктивно, как твое? – ответил парень.

– Тоже. Две ламповые на закате в мусорке нашли.

– Заглянем, – Эверетт отпустил его руку.

– Что такое ламповые? – не поняла Эфи, когда парень ушел.

– Шины для моего мотоцикла. Кто-то старые колеса мои туда выкинул. Надо будет глянуть, – усмехнулся Эв, ловя на себе пораженный взгляд Кельвина.

Пройдя за самый дальний стол, длиною метра четыре, компания села посередине, заняв рядом с Эфи место для Харпер.

– Привет, Эв, – девушка с выразительными глазами и чуть потрескавшимися губами развернулась к ребятам. – Как ты? Давно не виделись.

– Пойдет, Сью. Все лето в делах и разъездах.

– Как твой братец? – Эфи навострила уши.

– В работе. Трудное лето выдалось, не виделись с ним все три месяца.

– Жаль… – взгрустнула Сью. – Я пыталась дозвониться до него, но он не отвечал.

Эверетт лишь пожал плечами.

– Не знаешь, как с ним связаться? Он сменил номер?

– Уверен, если он захочет, он сможет выйти на тебя.

– Ясно, – поморщилась девушка. – А-а-а… – она покосилась на Эфи. – Ты все еще в деле?

– В деле, – утвердительно кивнул Эверетт.

– Хорошо. В таком случае пересечемся на днях. Слышал об Анне? Ужасно.

– Согласен.

– Не знаешь, чьих рук дело? – сощурилась девушка.

– Понятия не имею, – более черство произнес Эв.

– Не твоих ли? – влез в разговор Кельвин.

– А я не с тобой разговариваю, червь. Я жду номер Энтони.

– Ты сейчас не в тот огород камни бросаешь, Сью, – отчеканил Эверетт, начиная вскипать.

– Это еще камушки, хочешь, закину тебе булыжник под начало учебного года? Я еще раз говорю – дай номер Энтони.

– Я не выходил с братом на связь очень давно. Не нервируй меня, Сью. А то и правда, камни могут посыпаться. Говорят, камнепад намечается. Береги голову.

Девушка фыркнула и хотела еще что-то ответить, как в аудиторию зашел тот самый красавчик, представленный вчера как новый пастор потока, и наступила тишина. Взор каждого был обращен на мощную скалу, вошедшую через такие, как казалось, для него маленькие двери кабинета. Высокий, с крепкими руками, бицепсы которых выпирали из-под белой рубашки, расстегнутой на две верхних пуговицы. Густые брови свелись к переносице, образовывая несколько морщинок. Подойдя к окну, Телониус попытался открыть окна, но те не поддавались.

– Кто-нибудь знает, открываются ли они? – спросил парень, отпуская ручку окна, боясь сломать ее.

– Раньше открывались, потом заело, – сказал один из студентов.

– Ясно.

Приложив несколько усилий, он все же смог распахнуть сломанное уже несколько лет окно, и в аудиторию ворвался чистый осенний воздух.

– Другие также «сложно» открываются? – усмехнулся он, подходя к следующему окну под очарованные взгляды девушек.

Пара минут – и ручка повернулась, распахивая окно на полную.

– Думаю, так всем будет лучше, – улыбнулся парень, возвращаясь к рабочему столу.

Он не подошел к доске, не сел за стул, как обычно это делали преподаватели, а прислонился задницей о край стола, закинув нога за ногу.

– Что ж. Меня зовут Телониус Навелли, я ваш новый куратор и преподаватель. Сегодняшняя новость…

– Простите! – блондинка за первой партой подняла руку и не дождавшись разрешения, спросила: – А разве можно быть преподавателем в церковном университете такому красавчику?

По аудитории разнесся смех.

– Спасибо за комплимент, но мое физическое состояние никак не отражается на тех знаниях, которые я могу вам донести. Ибо спорт – это движение. А движение это жизнь.

– Скажите это половине наших преподов, – усмехнулся парень, сидящий перед Эфи.

– Каждый выбирает свой путь. Ведь как говорил Бог: сердце человека обдумывает путь свой, но Господь управляет шествием его.

– А почему Бог это он? – спросила студентка.

– Хм… – Телониус приподнял брови. – Позвони ему и узнай. Как получишь ответ – сообщи мне.

По аудитории вновь разнесся одобрительный смех. Этот парень начинает завоевывать не только сердца девушек, но и авторитет. Хорошее начало, Телониус.

– Извиняюсь, – в кабинет вошла Харпер.

На ее лице красовались огромные солнечные очки. Похожа она была на девушку с глянцевой обложки журнала. Такая же модная и утонченная. Даже университетская форма сидела на ней по-особенному, а завязанный идеально платок, выпускал сзади ее длинные волнистые волосы.

– Опаздываешь, – заметил Телониус.

– Человеческий фактор, – ответила Харпер, ища глазами своих друзей.

– Даже бриллиант не блестит так, как твоя самооценка. Но лучше бы так блистали твои знания.

– Ваше чувство юмора пропустило стадию зачатия, – поднимаясь по лестнице к последней парте, пробубнила Харпер.

Гулкое «у-у-у», и десятки глаз устремились на Телониуса в ожидании ответа наглой девушке. Но парень лишь одобрительно улыбнулся ее дерзости и произнес:

– Задержись после лекции.

– Блудница – глубокая пропасть, как сказал Господь! Имейте совесть, мистер Навелли! – сорвалось с языка Харпер, когда девушка приземлилась рядом с Эфи, запрокинув назад голову.

– Как тебя зовут? – Телониус напрягся, отрываясь от стола.

– Харпер. Или как обращаются ко всем пасторы? Богиня? Госпожа моего сердца?

Эверетт закатил глаза. Он понимал, что такие игры начинались и с ним. Харпер вела себя так же вызывающе, как и сейчас. Повтор ситуации? Назло ему. Эверетта раздражал этот факт.

– Мы вроде бы на лекцию пришли? Давайте начнем ее и побыстрее закончим! – выкрикнул он.

Медленный и уверенный тембр его голоса разнесся по аудитории. Будь это другой преподаватель, большинство студентов уткнуло бы свои носы в гаджеты, не обращая внимание на важность лекции, однако сейчас Телониус завладел вниманием каждого. Особенно после инцидента с Харпер.

– Заревновал? – едко улыбнулась девушка, косясь на Эверетта.

Эфи пропустила через себя ее взгляд и отогнулась на спинке стула, чтобы им было проще разговаривать через нее.

– Мне плевать, Харпер, – сухо ответил он.

Сердце Эфирии застучало сильнее.

– Не уж-то совсем плевать? А чего тогда встрял?

– Ты села рядом, не порть мою репутацию. Ты знаешь, я должен нормально окончить университет.

– Я порчу твою репутацию? – округлила глаза девушка.

– Безумно портишь своим поведением.

– Я тебя услышала! Хорошо, Эверетт! Ты ставишь крест на нашей дружбе!

– Ты сама решила продолжить дружбу после расставания!

– Это я решила? Не ты ли?..

Харпер не успела договорить, как Эв поднял руку, попросив разрешение выйти. Получив одобрение от пастора, парень вылетел из кабинета. Харпер резко подняла руку и помчала вслед за ним.

В коридоре пусто. Можно было бы закурить прямо тут, но под потолком развешены камеры. Единственный выход – это мужской туалет в конце коридора. Шумными шагами Эверетт держал направление в сторону той зоны, где он мог чертовски расслабиться и спрятаться на несколько минут от надоевшей бывшей.

Но стоило ему лишь закрыть за собой дверь и закурить, как в туалет ворвалась Харпер.

– Бегаешь от меня? – нервно крикнула она.

– Господи! Харпер! Ты преследуешь меня? Мы говорили с тобой вчера, говорили с тобой, когда расставались! Ты услышала меня! Оказалось, что нет?

– Почему мы с тобой расстались, Эверетт? Что произошло?

– Я не буду вновь поднимать эту тему, – парень затянулся.

– А я буду! И всегда буду, пока не получу честный ответ!

– Ты слишком настырная, Харпер. Я просто устал от постоянной тебя.

– Устал? – девушка подошла ближе, гневно глядя в лицо парня.

– Устал.

– А я не устала требовать твоего внимания? Уважения? Ты тратил на какие-то свои дела уйму времени, не зная, что происходит у меня! Ты совершенно не знал, что у меня в жизни, Эв, и в какое дерьмо я вляпалась!

– Единственное, что я могу, – это купить тебе лопату, чтобы ты из него попыталась выбраться, – плюнул Эв.

– Серьезно? Ты уже не такой, с кем я встречалась, Эверетт. Что произошло? Почему все так? – изменив интонацию начала Харпер.

– Ох ты, решила зайти с другого краю? – усмехнулся парень. – Вот в такую Харпер я и влюбился, пока не увидел тебя настоящую. Думал, что это маска. Ведь наедине со мной ты одна, а в компании совсем другая. Напомнить, как ты с нашей гоночной тусовки спаивала Мяута? А как лезла под куртку к Кельвину, чтобы я ревновал? А сейчас что? Закатила перепалку с новым пастором! Тебе нормально?

– Значит, тебе надо было больше уделять мне времени! Тогда бы я не страдала такой ерундой, Эв!

Он закатил глаза и громко выдохнул.

– Давай закроем эту тему. Если хочешь продолжать со мной общаться – больше не возвращаемся к этому разговору. Друзья. Не более. И очень прошу, не лезь в мою линую жизнь. Особенно не порть отношения с Эфи.

– Значит, ты все-таки с ней? – задергался глаз при упоминании о соседке.

– Я не с ней. Но она симпатизирует мне, Харпер. И так-как у нас с тобой в отношениях поставлена давняя точка, не фантазируй себе еще несколько за ней, – выбросив бычок в окно, парень закрыл его и пошел на выход.

– Ты на лекцию?

– Да, – бросил он через плечо.

Когда Эверетт зашел в аудиторию, сразу же поймал взгляд Эфи. Девушка жевала кончик ручки, и как только открылась дверь, она уставилась на него, прекратив свои действия.

Да, Эверетт был видным парнем, даже несмотря на отсутствие такого телосложения, как у Телониуса, многие сходили по нему с ума. Считалось, что в университете Эверетт и Кельвин самые обаятельные и сексуальные парни. И как же волновал вопрос всех девушек: почему он выбрал Харпер?

Под конец учебного года молва об их расставании разнеслась тут же. Телефон Эверетта обрывался звонками, сообщениями, приглашениями погулять и прочей дребеденью, на которую у него совершенно не было времени. Подняв гонки на нужный уровень, Эв обзавелся полезными знакомствами, хорошими людьми в лице байкеров, как он думал изначально. Однако эти связи не помогли ему решить все его финансовые проблемы, и не смогли даже стать крышей, отчего парню пришлось прикрывать все свои доходы этими самыми гонками, пуская пыль в глаза об их высоком заработке.

– Все хорошо? – спросила Эфи, как только парень сел рядом с ней.

– Все в порядке.

– Тебе опять эта мозг компостировала? – засмеялся Кельвин, представляя агрессию девушки на невозмутимое лицо своего друга.

– Есть немного. Вроде бы, мы договорились…

– Вроде бы! – сделал акцент на частичке. – Я сразу тебе говорил, не тот она человек.

– Кел! – рыкнул Эв.

– Прости, замолкаю! Не мое дело! – усмехнулся тот, вскинув руки.

Телониус продолжал вещать о вреде наркотиков в своей собственной манере, так не похожей на обычную лекцию у других преподавателей. Его подача была экстраординарной, и он сразу же завладевал вниманием каждого студента. В его речи не было заумных фраз, непонятных слов, да и слово «Бог» он не повторял в конце каждого предложения, скрещивая на груди руки.

– Я после лекции еду по делам. После я заеду за тобой, воздушная. Прокатимся, – ставя перед фактом Эфи, произнес Эверетт.

– А куда? – спросила девушка.

– Потом узнаешь. К шести будь готова.

В аудиторию вошла Харпер вновь с огромными очками на глазах. Молча пройдя в конец кабинета, она села за рядом стоящий стол.

– Что с ней? – спросила Эфи, глядя на огорченную соседку.

– Не обращай внимания. Скоро отойдет и все будет, как раньше, – пояснил Эверетт.

Но Эфирию все же задел этот момент. Девушка не желала быть яблоком раздора между своей соседкой и ее бывшим парнем, который, как она поняла после гонок, положил на нее глаз.

Достав телефон, Эфи открыла с Харпер диалог и написала сообщение: «Все хорошо?» Девушка подняла телефон, лежавший экраном вниз, и отправила ей большой палец вверх. Затем вновь положила его на стол и откинулась на стуле.

Почти двенадцать дня. Должен вот-вот прозвенеть звонок, сообщавший об окончании лекции у самого сексуального преподавателя.

– Подытожим сегодняшнюю лекцию, – Телониус посмотрел на часы. – Прошу, будьте бдительны. Не пейте из стаканов незнакомых вам людей и не отдыхайте в сомнительных компаниях. Лекция окончена.

Присев наконец-то за стол, Телониус остановил Харпер одним взглядом, когда та спускалась со ступенек аудитории. Из-под солнечных очков девушка могла сделать вид, что не увидела его глаз, затем соврать, что забыла о договоре остаться после лекции. Но, чуть замешкавшись, она выдала себя, и попрощавшись с Кельвином и Эфи, закрыла дверь со стороны кабинета.

– Я не припомню, чтобы мне в жизни дерзили так, как это сделала ты, Харпер, – Телониус выпрямил плечи до хруста.

– В этом учреждении принято общаться со студентами на Вы, мистер Навелли! – ответила девушка, и плюхнулась на широкий подоконник.

– Суккулент не оценит твоего соседства, – заметил парень, увидев, как студентка двигает своей задницей кашпо с цветком.

– Чего? – не поняла она, задирая юбку немного вверх, подтягивая на ногах чулки. – Можно ближе к делу?

Харпер явно заигрывала с ним, показывая всем видом, что ей интересен этот молодой преподаватель, но ее речь говорила об обратно. Но что слова, когда действия показывают всю суть?

– Тебе говорили, что надевать чулки на пары – вульгарно? – Телониус стиснул зубы, продолжая изучать длинные ноги девушки.

– А вам не говорили, что заглядывать под юбку не педагогично? – краем губ улыбнулась она, скинула платок с головы, распушив вьющиеся волосы.

– Не боишься, что кто-нибудь зайдет и увидит. А ты тут без платка сидишь?

– Нет. Скорее, это вам нужно бояться. Ведь я второкурсница, а вы преподаватель. Возможно, вы даже пристаете ко мне! Оставили после лекции одну, закрыли кабинет, – Харпер вздернула нос, наблюдая за реакцией парня.

Телониус с долю секунды постоял возле стола, затем резко встал и подошел к девушке вплотную настолько, что ее ноги оказались во владении его сильных рук, по кистям которых струились крупные вены.

– Как именно я должен приставать? М? – Телониус схватил ее руками за ляшки, оставляя на светлой коже отпечатки пальцев. – Так? Или как-то иначе?

Еще немного, и его руки доберутся до задницы. Пальцы скользили вверх по чулкам уже миновав резинку, касались холодной кожи, покрытой мурашками от одного его вида.

– А как иначе? – сглотнула Харпер, ожидая настолько возбуждающего продолжения.

Парень усмехнулся, обнажая белоснежные зубы, и дернув ее за ноги, сильнее прижал ее к пряжке ледяного ремня от брюк. Правой рукой ухватил девушку за талию, второй продолжал забираться ей под юбку, глядя в испуганные, но полные надежды, глаза Харпер.

– Может, как-то еще иначе? – он облизнул губы и вновь заулыбался. Мышка в клетке.

Харпер сидела неподвижно. Ее тело сковали страсть и страх одновременно. А если, кто-то зайдет в кабинет и увидит их? Интрига! Заводит. Хорошо, что она помылась. От нее уже не так тянет перегаром и не пахнет отелем.

Вскрикнув, Харпер почувствовала, как его пальцы отодвигают трусики. Дыхание стало прерывистым, сердце бешено забилось и девушка закрыла глаза.

– Так и сиди, – тон Телониуса сменился на властный.

Сглотнула. Харпер содрогнулась, когда почувствовала в себе два его пальца, медленно проникавшие в ее разгоряченную плоть. Внутри все сжалось.

– Расслабься, – но у Харпер не получилось этого сделать.

Она еле сдерживала себя, чтобы не застонать прямо ему в лицо. Закусила нижнюю губу когда услышала звук расстегивающегося ремня.

– Продолжать? Или ты боишься?

– Я… – Харпер проглотила язык. Она чувствовала, как набухли ее соски и торчат, пробиваясь через тонкую ткань белой блузки.

– Хочешь, вижу, – томно произнес Телониус, склоняясь над ее ухом. – Но позже. Мне пора по делам.

Вытащив из девушки два мокрых пальца, он подошел к раковине возле двери и включил воду. Тонкая струйка потекла, издавая едва заметный шум. Данный жест был сделан для того, чтобы услышать недовольство девушки, вновь почувствовать ее наглый тон и парень был прав, долго ждать не пришлось.

– Тебя боженькая накажет за такие мучения! – девушка одернула юбку и, спрыгнув с подоконника, направилась к выходу из аудитории.

– Будешь хамить, как сегодня, буду чаще тебя оставлять после пар, – блеснула глазами Телониус.

– Значит, я буду хамить еще сильнее!

Дверь захлопнулась.

Глава 5

– Меня не будет до полуночи. Вечерняя смена, – Харпер натянула на себя розовую куртку с бахромой и махнула соседке. – Какие у тебя планы?

– Да, в принципе, никаких, – пожала плечами девушка, умалчивая о встрече с Энтони, а затем с его братом Эвереттом.

– Если никаких, то после моей работы можно заглянуть в ресторан, знатно оторваться и напиться, – предложила она.

– Думаю, я сегодня отосплюсь. Завтра первый учебный день. Надо быть в форме.

– Тоже верно. Что ж, – розовая кепочка легла на копну кудрявых волос. – Я побежала.

Выглянув в окно, Эфирия пялилась в отдаляющийся силуэт. Все же Харпер была красивой. Своеобразной, но чертовски привлекательной девчонкой. Эфи передернулась и закрыла шторами окно. Через пару часов ей уже надо быть в ресторане, а надеть совершенно нечего. Покопавшись у себя в сумке, девушка не нашла ничего приличного, как на глаза ей бросился шкаф, доверху набитый вещами ее соседки. Засунув костяшку указательного пальца в рот, задумалась. Не влетит ли ей от Харпер, когда та узнает, что она взяла ее вещи? Хм. Эфи вернется раньше, чем она приедет.

Вытащив короткую юбку с высокой посадкой, девушка примерила ее. Идеально! Белый топик, черные гольфы до колена и любимые туфли Эфи на платформе. Как же все-таки образ меняет человека. Выглянув в окно, девушка устремила взор на небо, пытаясь понять, стоит ли опасаться осадков или же нет. Сделав вывод, что все же к вечеру будет прохладно, было принято решение надеть поверх куртку. И как только Эфи подошла к окну, чтобы закрыть его, увидела две знакомые спины. Эверетт и Кельвин. Они неспеша шли к воротам из учебного заведения, надевая по дороге шлем.

– Эверетт же сказал, что у него дела, – вспомнила Эфи.

Вызвав такси, она выбежала на улицу в надежде застать Эва на парковке, но парней уже не было. Взгрустнулось, но ей стоит подождать всего каких-то три часа, и она вновь будет вдыхать аромат его куртки, хватаясь руками за его талию и крича на крутых поворотах.

Девушка приехала на десять минут раньше. Энтони еще не было. Доброжелательный официант сразу же предложил ей кофе, и Эфи согласно кивнула. Приличный ресторан. Красивая форма у сотрудников, большой выбор барной карты, начиная от авторских коктейлей, заканчивая шампанским за пару тысяч долларов. Получается, сюда приходят влиятельные люди. Но в три дня девушка видела вокруг себя лишь скучных бизнесменов за ланчем, обедающих за десять баксов. Рядом бизнес-центр и гимназия. Удобно.

– Привет, – Энтони сел напротив. – Ты заказала перекусить?

– Привет, я не голодная. У меня мало времени.

Оторвав глаза от мобильного телефона, Энтони загадочно взглянул на нее.

– Второй день на новом месте и уже планы? Шустро.

– Знаю, – отхлебнув кофе, Эфи скрестила руки.

– Что удалось узнать? – Энтони обвел глазами прикид девушки и довольно улыбнулся.

– Первое – моя соседка бывшая девушка твоего брата.

– Они все-таки расстались? – обрадовался парень.

– Да. И еще весной. Кельвин – лучший друг Эверетта. У них есть хобби – они катают на байках и устраивают гонки.

– Хм. Думаешь, это оттуда у них деньги?

– Сомневаюсь. Мы с Эвом заняли первое место, но выигрыш был не особо крупный.

Официант принес Энтони двойную порцию выдержанного виски.

– Еще что-то?

– Да вроде бы ничего такого больше, – пожала плечами девушка. – Пастор новый.

– В смысле новый? Кто? – расслабившись на диване, спросил он.

– Парень такой молоденький, подкаченный. Оставил сегодня Харпер после лекции.

– Что у вас была за лекция?

– О вреде наркотиков. Вчера вечером умерла девушка. Произошла страшная авария. Она была с нашего потока.

Энтони чуть поперхнулся и придвинулся к Эфирии.

– А как ее звали?

– Анна.

– Хм… я такую не помню. Интересно.

– А ты должен помнить ее? Кстати, о тебе спрашивала некая Сью. Говорила, что ты не отвечаешь на звонки, – Эфирия положила ложку на блюдце и взяла чашку в руки.

– Мой номер не раздавай, хорошо? Никому. Я сменил его.

– Как скажешь. Я не раздаю чужие номера, да и никто не знает, что я общаюсь с тобой.

– Это хорошо, держи свой ротик на замочке. И будь ближе к Эверетту.

– Я к нему и так близко, – покраснела Эфи.

– Эй, эй! Мой братец тот еще говнюк, даже не думай крутить с ним отношения! Как дело будет сделано – ты свалишь из этого университета. Поняла?

Сердце упало вниз, представляя, как жизнь рядом с Эвом может рухнуть в один момент. И вся та атмосфера, казавшаяся ей настолько идеальной, в один миг могла дать трещину. Эфирию это совершенно не устраивало.

– И что дальше? Я закончу дело, и?

– И все. Пойдешь своей дорогой.

– Но у меня нет дороги, ты знаешь об этом, Энтони! – повысила голос девушка.

– Ты хочешь, чтобы я оплачивал тебе учебу? За что? За красивые глаза? Мы с тобой договорились – услуга за услугу. И все. Я спас тебя – ты помогаешь мне. О твоем содержании речи не было. Как закончится дело, ты распрощаешься с Эвереттом. Сможешь пожить у меня пока не найдешь жилье и работу.

– Допустим, я завяжу отношения с Эвом, что дальше? Ты запретишь мне видеться с ним?

– Я не могу тебе ничего запретить. Ты живой человек. Я говорю об оплате университета. О трате моих денег. Но мой совет – держись от него подальше.

– Как-нибудь разберусь, – рявкнула Эфирия.

– Не забывай, ты в Джабалай была на работе. В любой момент можешь вернуться домой в Германию после завершения нашего уговора. Я оплачу тебе билет.

– Пошел ты! – возмутилась девушка.

– Не дерзи. В отеле ты была более сдержанная.

Эфи сдула прядку с лица и закинула ногу на ногу.

– Хочешь узнать еще что-то интересное?

– Я все узнал. Только так и не понял, что за пастор у вас новый? Насколько знаю, они просто так там не меняются. Тем более молодой…

– Телониус достаточно грамотный преподаватель.

В глазах Энтони полыхнул недобрый огонек.

– Как ты говоришь его зовут?

– Телониус Навелли – наш новый куратор.

В клубе стояла тишина. На сцене возле шеста под тихую музыку крутились три девушки, оттачивая движения перед вечерним выступлением. На каждой по ослепительно сияющему боди с вырезом для каждой груди, на сосках которых болтались прищепки с длинной золотой цепочкой, соединяющиеся дуг с другом. Приглушенный свет не давал полностью разглядеть их лиц, но на каждой четко выделялась яркая красная помада и длинные кукольные ресницы.

– ТиЭн! – парень с громоздкой цепью на шее и косичками, как у литого нигера, поднялся с кожаного дивана, протягивая приятелю руку.

– Здравствуй, Феникс. Как проходит подготовка к открытию?

ТиЭн не успел сесть, как девушка бармен принесла закрытую бутылку односолодового.

– Есть повод? – удивился ТиЭн.

– А открытие разве не повод? Завтра вся округа будет греметь в нашем клубе. Ты посмотри на этих красоток! – парень бросил взгляд на сцену. – Соски!

– Да уж… – усмехнулся он, вспоминая сегодняшний день.

Эти девицы совершенно не походили на Харпер.

– Что с тобой? Первый день выдался нелегким?

– Совершенно, – разлил по бокалам виски.

– Пригляделся уже к кому-нибудь?

– Ну… – откашлялся он. – Как тебе сказать.

– О! Ну, только не говори, что ты уже кого-то трахнул, сукин ты сын! – залился смехом Феникс.

– До этого не дошло. Но одна особа явно привлекла мое внимание.

– Ты взрослый мальчик, сам знаешь, как поступать правильно.

Выпив по порции, парни услышали, как дверь в клуб осторожно открылась. К парням направлялись три громилы, держа в руках несколько чемоданов. Самый главный из них шел впереди, переваливаясь с ноги на ногу, шаркая натертыми до блеска ботинками на каблуках.

– Босс, тут деньги за товар, – грубым голосом произнес он и положил чемодан на стол.

– Хорошо, – кивнул ТиЭн. – Отнеси их Тиму, пусть пересчитает и прогонит их через левые фирмы, как закуп товара.

– Хорошо, босс.

Феникс неодобрительно посмотрел в сторону мужчин.

– Зря ты посвящаешь их в это. Их дело просто забирать бабки. То, как мы выводим их, совершенно их не касается.

– Шону можно верить, он надежный. Ты же его знаешь дольше моего.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.