Александр Север
Аншлюс. Как нацисты лишили Австрию независимости

* * *

© Север А., 2023

© ООО «Издательство Родина», 2023

* * *

В тексте настоящего повествования автор упоминает лиц и организаций, признанных международным сообществом и/или РФ преступными. Публикация такой информации не преследует своей целью пропаганды преступных (экстремистских) идей, методов и практики, разжигания межнациональной и иной розни и носит исключительно иллюстративный характер.

Вступление

Одно из последствий Первой мировой войны – исчезновение с политической карты Австро-Венгерской империи. И появление Республики Германская Австрия (нем. Republik Deutschösterreich или Deutsch-Österreich – Немецкая Австрия) – правопреемника Австро-Венгрии, включавшей в себя районы с преимущественно немецким населением.

Германская Австрия имела площадь 118 311 км² и население 10,4 млн человек. В её состав вошли земли бывшей Цислейтании, населённые преимущественно немцами. Она включала почти всю территорию современной Австрийской Республики (кроме Бургенланда, входившего в состав Транслейтании), а также провинцию Больцано-Боцен и город Тарвизио, находящиеся сейчас в составе Италии; южную Каринтию и Нижнюю Штирию в нынешней Словении; и относившуюся к Немецкой Чехии Судетскую область в современной Чешской Республике.

Немецкая Австрия считалась нежизнеспособным и искусственным образованием ввиду своих небольших размеров и потери основных промышленных мощностей и сельскохозяйственных угодий.

Во времена Габсбургов в Австро-Венгрии термин «Германская Австрия» был неофициальным названием и использовался для указания областей империи, населённых этническими немцами. Перед крахом австро-венгерской монархии в конце 1918 года немецкие депутаты из Цислейтанского рейхсрата, избранного ещё в 1911 году, стремились создать новую Немецкую Австрию, заявив о созыве «временной Национальной ассамблеи независимого государства Немецкая Австрия». В собрании приняли участие представители Богемии, Моравии и Австрийской Силезии, которые отказались присоединиться к новому государству Чехословакия, провозглашенному 28 октября 1918 года.

11 ноября 1918 года император Карл I сложил полномочия. 12 ноября Немецкая Австрия официально провозгласила себя республикой. Национальная ассамблея заявила, что «Немецкая Австрия является демократической республикой» (статья 1) и «…является частью Республики Германия» (статья 2). Позже на плебисците в провинциях Тироль и Зальцбург большинство населения (98 и 99 %) высказалось за объединение с Германией. 22 ноября Национальная ассамблея официально провозгласила, что все немецкие районы Цислейтании подчиняются Германии. Однако Антанта выступила против такого объединения, а Немецкая Австрия была в значительной степени бессильна противостоять войскам Италии, Чехословакии и Королевства сербов, хорватов и словенцев.

10 сентября 1919 года канцлер Карл Реннер подписал Сен-Жерменский мирный договор 1919 года, который был ратифицирован Национальным Собранием 21 октября. Согласно его положениям, название республики было изменено с «Немецкая Австрия» на «Австрия» и любые попытки объединения страны с Германией были запрещены. Статья 88 договора, которую иногда называют «Запрет аншлюса», говорит, что «независимость Австрии является неотъемлемой иначе, чем с согласия Совета Лиги Наций». Кроме того, в Версальском договоре, который устанавливал мир с Германией, также был пункт о запрете на объединение.

«Своеобразно положение Австрии, которую империалистические державы заставляют существовать как „самостоятельное государство“, не разрешая ей, несмотря на желание её населения, присоединиться к Германии» – цитата из статьи «Национальные меньшинства» Малой советской энциклопедии[1].

В марте 1931 года правительства Германии и Австрии выступили с предложением о таможенном союзе. Однако страны-победительницы воспротивились этому.

С приходом к власти в Германии Гитлера аншлюс стал частью официального курса внешней политики Германии. Во все государственные структуры Австрии внедрялась агентура нацистского режима. В то же время в самой Австрии идея аншлюса с нацистской диктатурой начала вызывать активное отторжение. В октябре 1933 года пункт об аншлюсе был снят из программы австрийских социал-демократов. Ещё раньше, 19 июня, канцлер Энгельберт Дольфус запретил деятельность НСДАП на территории Австрии. После того, как правительственные войска и хеймвер разгромили февральское восстание 1934 года, Дольфус консолидировал союз правых сил и церкви и провёл так называемую «майскую конституцию» 1934 года, заимствовавшую основные положения у режима Муссолини. В отличие от прочих ультраправых режимов тех лет, австрофашизм опирался на прочную поддержку духовенства и отрицал саму возможность иностранного (германского) влияния на политику Австрии.

Часть 1. Рождение и смерть австрофашизма

Историю Австрии с 1918 года по 1934 год можно назвать периодом «упущенных возможностей» для всех политических партий, которые хоть какое-то время находились у власти. Сначала это были социал-демократы, потом их сменили христианские социалисты, которые постепенно трансформировались в австрофашистов.

Поясним, что австрофашизм – правая авторитарная идеология политического режима, установленного в Австрии в 1933–1934 годах канцлером Энгельбертом Дольфусом и просуществовавший до аншлюса 1938 года. Характерные идеи: австрийский национализм, клерикальный фашизм, политический и социальный католицизм, национал-консерватизм, правый популизм, корпоративизм, христианский национализм, доминионизм.

На Западе термин австрофашизм применяется, как правило, левыми историками и политиками Австрии и Германии, тогда как представители правых партий предпочитают нейтральное Ständestaat (буквально – сословное государство, в реалиях XX века – корпоративное государство). Официально государство называлось Федеративное государство Австрия. Режим Дольфуса-Шушнига во многом использовал практику государственного устройства Италии при Муссолини, отсюда и название режима – австрофашизм (данный термин был введён лидером австрийских социал-демократов Отто Бауэром).

Впрочем политический режим австрофашизма, в отличии от других европейских вариантов фашизма, например, итальянского или испанского, просуществовал менее четырех лет. Местные сторонники германского фашизма, а точнее национал-социализма, со второй попытки и при активном участии руководства Третьего Рейха, сначала заставили действующее правительство подать в отставку и передать власть им, а затем торжественно передали ее своим старшим товарищем по НСДАП, которые прибыли из Берлина. Проведенный затем референдум подтвердил поддержку этой процедуры большинством населения Австрии.

Глава 1. Демократы начинают и проигрывают

Если рассматривать описанные выше события в контексте процессов, происходивших в Европе между двумя мировыми войнами, то ничего удивительного в смене режимов нет. Первая мировая война спровоцировала не только экономический, геополитический (распад нескольких империй) и военный, но и политический кризис. Монархи, находившиеся в течение нескольких веков у власти, не смогли больше удерживать власть. Поддерживающая их аристократия тоже начала уступать свои властные позиции предпринимателям и среднему классу. На смену авторитаризму пришла демократия.

В большинстве стран (за исключением Советской России, хотя и здесь формально у власти оказались «социал-демократы» – РСДРП(б)), образовавшихся в результате распада трех империй (Германской, Австро-Венгерской и Российской) к власти пришли социал-демократы, которые придерживались демократических принципов управления.

Москва воспользовалась этой ситуацией и начала готовить серию революций, в результате которых власть в этих государствах должны были захватить коммунисты. В силу ряда причин, этот проект так и не был успешно реализован до окончания Второй мировой войны.

Получившие власть социал-демократы, в силу своего либерализма, не очень подходили для Европы, которая переживала один за другим экономические кризисы. У этих партий не было идеи, которая могла бы сплотить все слои общества. Эти и другие причины спровоцировали регулярную смену правительств. Понятно, что в такой ситуации говорить о какой-то стабильности было сложно. Была и еще одна причина. Кризисы привели к высокому уровню коррупции и обогащению небольшой части населения за счет всех остальных. Добавьте к этому высокий уровень безработицы, гиперинфляцию и т. п. Понятно, что большинство граждан не устраивала такая ситуация. Им требовалась «твердая рука», которая бы навела порядок в стране.

Фактически это означало установление в стране авторитарного режима, запрета большинства политических партий (вносящих только хаос в управление страной) и возрождение сильных государств. А еще нужно было решать проблемы безработицы, компенсировать горечь от поражения в Первой мировой войне многочисленной армии ветеранов и т. п.

Австрия стала классическим примером того, как правящая партия, под влиянием внутренних факторов, из демократической превратилась в авторитарную структуру, которую принято называть австрофашизмом.

В начале прошлого века в Австрии существовало два основных политических движения: социал-демократы и христианские социалисты. Если первые были ориентированы на пролетариат, то вторые – на деревенских жителей. При этом оба движения также учитывали интересы «среднего класса».

Социал-демократы просуществовали до 1934 года и исчезли из политической жизни страны, после того, как лидеры их политических конкурентов установили в стране австрофашистский режим. По множеству показателей (начиная от идеологии и заканчивая слабым репрессивным аппаратом) он тяготел к тому, что существовал в соседней Италии. Большинство социал-демократов эмигрировали или были арестованы властями. Многие из них были казнены или погибли в австрийских, а позднее – в немецких концлагерях.

Христианские социалисты тоже прекратили свое существование в том же году. Часть из них, вместе с австрофашистами, вошли в созданный правительством Э. Дольфуса «Отечественный фронт». И до марта 1938 года продолжали играть важную политическую роль в стране. Затем произошел аншлюс, и дальнейшая судьба этих людей сложилась по-разному. Кто-то из них перешел на сторону нацистов, кто-то просто ушел из политики, а кого-то новые власти репрессировали.

Все это произошло в середине тридцатых годов прошлого века. А до этого, в течение пятнадцати лет, обе партии – социал-демократы и христианские-социалисты – увлеченно сражались между собой за голоса избирателей, не восприняв всерьез угроз от возникших в начале двадцатых годов прошлого века фашизма и национал-социализма. Когда оба движения окрепли, то потребовали поделиться с ними доступом к «рычагам власти». Правительству пришлось выполнить это требование.

Первая Австрийская республика возникла в результате ноябрьской революции 1918 года, когда к власти пришли социал-демократы. Они объявили страну «народной республикой», хотя фактически она была буржуазно-демократической республикой. Весной 1919 года прошли выборы в органы местной власти – рабочие Советы. Старая австро-венгерская армия была распущена, а ее место занял республиканский Фольксвер («Народная армия» Австрии), который на первых порах состоял почти исключительно из рабочих.

На прошедших 17 октября 1920 года выборах Христианско-социалистической партия (ХСП) получила большинство мест в парламенте (79), тогда как социал-демократы (СДПА) – лишь 62. Последние перешли в оппозицию, в которой находились в течение девяти лет.

В результате выборов в апреле 1927 года Социал-демократическая партия получила дополнительно 228 тысяч голосов (в целом 42,3 % всех голосов). Ее политика, казалось, торжествовала. Напротив, компартия, процесс консолидации которой еще не закончился, получила только 6 тысяч голосов. Но, с другой стороны, ослабление Христианско-социалистической партии лишь укрепило ее стремление применять внепарламентские методы борьбы.

Одним из первых шагов социал-демократического руководства была выдача из Арсенала оружия и передача его в распоряжение правительства. Австрийская армия 2 марта 1927 года приняла 2 000 винтовок, затем 7, 8 и 20 мая 1927 года, «без особых трений», еще 20 000 винтовок, 665 пулеметов, 400 000 боевых патронов и 20 000 переделанных карабинов итальянского образца.

Газета «Роте фане», сообщила под крупным заголовком: «Запасы оружия переданы из Арсенала правительству на основе соглашения между социал-демократическими лидерами и Вогуэном» (Карл Вогуэн – политик, канцлер с 30.09.1930 по 4.12.1930). Она писала:

«В ночь со вторника на среду находившиеся еще в Арсенале запасы оружия были взяты и увезены правительственными властями. Выдача оружия – результат соглашения между правительством и социал-демократической партией. Обе стороны обязались хранить молчание. Полностью сознавая свою ответственность, мы сообщаем об этом чудовищном факте рабочему классу, который хотят оставить в неведении. Речь идет не больше и не меньше, как о добровольной выдаче того остатка военного снаряжения, которое еще не находится в руках врагов рабочего класса… Пожалуй, никогда еще суровое и четкое слово „предательство“ не было столь подходящим, как в этом чудовищном случае, когда рабочий класс был выдан на произвол буржуазии»[2].

Произошедшее событие никого не удивило. Дело в том, что политические противники социал-демократов тоже имели вооруженные отряды, арсенал которых постоянно пополнялся.

Глава 2. Рождение австрофашистов

Существует устойчивое мнение, что автором идеи австрофашизма был канцлер Энгельберт Дольфус, который развернул фронтальное наступление на социалистов. В мае 1934 года была принята новая конституция, превратившая Австрию в корпоративное государство, на основе католических социальных принципов.

На самом деле этот политик воспользовался идеями известного австрийского социолога и экономиста Отмара Шпана, который был сторонником германской идеи корпоративного государства. Этот ученый предпочитал оставаться «в тени» и не лез в большую политику. Умер он в 1950 году в возрасте семьдесят два года.

Идея «истинного государства»

Профессор двух университетов, Отмар Шпан, под влиянием романтизма Адама Мюллера, Фихте и Листа, Шпан разработал план экономического и теоретического т. н. «социологического универсализма» в противоположность теориям Адама Смита и Давида Рикардо. Он придавал особое значение отношению индивидуума к классу и нации.

В своей книге «Истинное государство» Отмар Шпан высказал идею интервенционистского государства, способного защитить права крестьян и среднего класса от корпораций и картелей. Такое государство, говорил он, должно управляться новой элитой, проникнутой романтическим ощущением, и желающей дать молодежи реальные шансы распоряжаться своей судьбой. Он отвергал научный марксизм и любые разновидности либерализма.

Те, кто соглашался с теорией Отмара Шпана относительно корпоративного государства, вступал в Национал-социалистическую рабочую партию Германии, поскольку 25-й пункт программы этой партии предусматривал создание корпоративных и профессиональных палат. Промышленный магнат Фриц Тиссен (в 1933 году возглавил научно-исследовательский институт занимавшийся вопросами корпоративного государства), который оказывал финансовую поддержку Адольфу Гитлеру, разделял представления Отмара Шпана о корпоративном устройстве общества.

В 1929 году главный идеолог нацизма Альфред Розенберг, только что основавший Союз борьбы за немецкую культуру, пригласил Шпана в Мюнхенский университет прочитать лекцию о реорганизации германского общества на корпоративной основе. Многие положения теории Отмара Шпана совпадали с концепциями национал-социализма, например, прекращение классовой борьбы, отмена частной собственности, последовательный национализм и т. д.

Влияние церкви

Так же не следует забывать и о том, что на формирование австрофашизма как идеологии и формы правления значительное влияние оказала католическая церковь. Этим он отличался от германского нацизма или итальянского фашизма.

Особенность австрофашизма заключалась в большей его зависимости от церкви, чем в других странах. Во многом предпосылки его возникновения определились влиянием католической церкви в Австрии в период после окончания Первой мировой войны. Нужно заметить, что католицизм в Австрии, в отличие от Германии и Италии, занимал весьма значимое место в государственной системе. Здесь институт церкви был скорее политической, а не морально-духовной, силой.

В начале двадцатого века небольшие католические группы Австрии объединились в Христианско-социальную партию (ХСП), которая нашла сторонников как среди буржуазии, так и среди рабочего класса и крестьян. Партия быстро набирала силу. Деятели католической церкви стали принимать непосредственное участие в управлении государством, занимали высокие посты в правительстве. К 1919 году ХСП стала главной политической силой страны.

Идеологи австрофашизма опирались на австрийскую католическую церковь и на руководство ХСП. Партия придерживалась антиавстрийского и антинационального направления. Основная позиция выражалась в том, что Австрия должна быть сателлитом Германии. Церковные деятели говорили об австрийцах как о немецком народе.

Идейно-политическое развитие католицизма в Австрии к моменту установления диктатуры определялось высшей иерархией церкви и близкой к ней группой «центра» в руководстве ХСП. Церковь и ХСП объединили свои усилия по руководству массовыми организациями: молодежными, женскими и профессиональными союзами. Такое положение церкви импонировало многим австрийцам. Наряду со сходными признаками германского и итальянского фашизма, австрофашизм, преимущественно, сохранил черты католического консерватизма.

Кроме церкви важную роль в приходе австрофашистов к власти сыграли хеймверы – отряды «вооруженной самообороны». В конце двадцатых годов прошлого века часть из них станет австрофашистскими, а остальные нацистскими. Датой официального рождения этих военизированных организаций, следует считать октябрь 1918 года. Венская газета «Нойе фрайе прессе» сообщала 2, 4 и 5 ноября 1918 года о создании в Вене, Зальцбурге и Инсбруке отрядов «Бюргервер» («Гражданской обороны») для защиты частной собственности, а также об организации полицейской службы на вокзалах Вены силами 500 студентов из буржуазной среды. Статс-секретарь внутренних дел доктор Матайя пытался создать из буржуазных элементов отряды государственной охраны как своего рода противовес республиканскому Фольксверу (напомним, что большинство его членов составляли рабочие). Среди членов этих союзов было много отставных офицеров австро-венгерской армии.

Отряды самообороны

В провинциях под самыми различными названиями создавались местные добровольные вооруженные формирования, которые должны были обеспечить защиту границ и целостности Австрии от угроз со стороны венгерской и баварской советских республик, а так же югославов и итальянцев.

Они не только носили различные названия: «Союз обороны граждан общин и населенных пунктов в Тироле», «Союз самообороны» в Нижней Австрии, «Отряды охраны полей и лугов в Верхней Австрии», «Союз защиты граждан», «Союз фронтовиков», «Союз защиты родины» («Хеймвер»), «Союз защиты отечества» и др., но и какой-то период времени своего существования вели конкурентную борьбу друг против друга. Объединить их между собой в «Союзы защиты родины» («Хеймвер») сумела Христианско-социалистическая партия. Большинство членов этого военизированного формирования – бывшие офицеры, солдаты, студенты, представители академических профессий и крестьяне. «Хеймвер» весьма напоминал германский «Добровольческие корпуса» (Фрейкоры), с которым он вначале поддерживал тесные связи[3].

В отличие от германских «Добровольческих корпусов», «Хеймвер» не был распущен, когда с ослаблением внешнеполитического напряжения исчезли мотивы его существования. Отряды «Хеймвера» сохранились в отдельных землях Австрийского союза в виде обмундированных, отчасти вооруженных формирований. Правительства более или менее открыто поддерживали и развивали их как противозаконное орудие власти во внутриполитической борьбе с социал-демократами. Справедливости ради отметим, что последние располагали своими собственными вооруженными силами – «Шуцбундом», которые были укомплектованы преимущественно рабочими.

Кроме того, имелись монархистские союзы фронтовиков и различные другие мелкие организации, которые также поддерживали правительство и одновременно сражались с социал-демократами. Членами всех этих объединений были мелкобуржуазные и деклассированные элементы, во главе которых стояли аристократы, бывшие австро-венгерские имперские политики, а также потерявшие службу офицеры. Эти люди стали заниматься политикой потому, что не могли найти себе места в гражданской жизни. «Хеймвер» был для них своего рода эрзацем утраченной власти.

Значение этих союзов не выходило сначала за местные рамки, причем в промышленных центрах они играли весьма незначительную роль (так как там были сильны позиции отрядов самообороны «Рабочих советов»). В то время эти организации не могли бы воспрепятствовать демократическому развитию страны. На первых порах они не отмежевывались от правых партий, напротив, выступали в качестве их вспомогательных отрядов, без собственной политической программы. Эти союзы были вооружены оружием, оставшимся после Первой мировой войны.

Значительно позже австрийский канцлер Курт фон Шушниг в своей книге «В борьбе против Гитлера» процитировал один архивный документ. В нем говорилось:

«Речь шла о пехотном оружии, которое было выдано из запасов, оставшихся после демобилизации, и роздано специальной межсоюзнической военной комиссией различным организациям гражданской и народной обороны, предприятиям, железнодорожным учреждениям, военным властям и другим. По имеющимся данным, на 30 ноября 1918 г. было распределено, в частности, 1156 пулеметов, 80 345 винтовок 13627 карабинов и значительное количество патронов для винтовок».

Позднее эти военизированные союзы значительно пополнили свои запасы из государственных фондов, действуя легальным путем. Как признавал в своих военно-политических воспоминаниях один из лидеров социал-демократической партии Юлиус Дейч (с 1919 по 1920 год – военный министр Австрии), он сам этому способствовал. Более того, его военное ведомство направляло военизированным союзам винтовки и патроны. Хеймверовские отряды усиливали свое вооружение и нелегально, хотя не без ведома чиновников государственного аппарата, которые «закрывали глаза» на подобные действия. Можно утверждать, что в начале двадцатых годов отряды «Хеймвера» были силами самообороны, призванные компенсировать слабость австрийской армии и органов правопорядка. Поэтому власти спокойно смотрели на вооружение этих военизированных формирований.

Руководитель «Хеймвера» князь Рюдигер фон Штаремберг (участник «Пивного путча» в Мюнхене 9 ноября 1923 года) с удовольствием рассказал в своих мемуарах, как подчиненные ему отряды похитили 21 горную гаубицу в Тироле. А вот Юлиус Дейч, напротив, утверждал, что кражи не было и все происходило с молчаливого согласия властей. В 1936 году он сообщил, что 22 орудия, украденных из государственного арсенала в Крамзахе (Тироль), предназначались для «Хеймвера». Выяснилась и еще одна пикантная подробность. Вице-бургомистр Инсбрука социал-демократ Рапольди взял на себя обязательство «немедленно прекратить публикацию газетных статей о хищениях вооружения, причем он действовал в соответствии с патриотическими убеждениями, считая, что такие статьи могли бы нанести австрийскому государству ущерб в отношениях с Антантой!». Другие виды оружия «Хеймвер» захватил в Инсбруке. Около 4000 винтовок и большое число пулеметов «хеймверовцы» провезли на глазах у властей через границу контрабандой из Баварии.

Уже после разгрома партии социал-демократов в 1934 году, один из ее лидеров – Юлиус Дейч раскрыл, каким путем «хеймверовские» отряды вооружались «сразу же после переворота в 1918 году».

«В то время, они заставили о себе много говорить в Тироле, а также в Штирии и Каринтии. Большие государственные склады были ограблены хеймверовцами. Каждый знал преступников. Судам были сообщены их имена, но, несмотря на это, никто из похитителей оружия не был задержан хотя бы на 24 часа. В то же время каждый рабочий, у которого находили оружие, отправлялся на месяцы в тюрьму».

Юлиус Дейч «забыл», однако, упомянуть, что все это проходило на глазах у правительства, канцлером в котором был его товарищ по партии Карл Реннер, а он сам – сначала заместителем статс-секретаря, а затем вскоре статс-секретарем по военным делам.

Карл Реннер пытался позднее защитить себя, заявляя:

«Нижестоящие власти не повиновались, государственных средств принуждения почти не было, а оккупанты (имелись в виду комиссии Антанты – прим. авт.) не относились серьезно к своим делам».

Как сообщил позднее Юлиус Дейч, из государственного склада оружия в Хермагоре (Каринтия), например, были похищены для «Хеймвера» весной 1921 года 12 пушек, 1400 винтовок и 40 пулеметов с патронами.

Глава правительства Штирии, член Христианско-социальной партии Антон фон Ринтелен, который позднее перешел к австрийским национал-социалистам и стал одним из организаторов государственного переворота 25 июля 1934 года, вспоминает, как он, применяя «нелегальные средства, оправданные высокой идеей», помог штирийскому «Хеймверу» с помощью подложного приказа военного командования Граца получить:

«…около 17 000 винтовок и соответствующее число патронов к ним, 286 пулеметов, 12 орудий, около 1000 пистолетов… и даже самолеты»[4].

Активную поддержку «Хеймверу» оказывали не только власти Австрии, но и соседних государств. Дело в том, что с самого начала австрийские военные «союзы» находились под влиянием подобных им организаций в Германии.

Например, в начале 1920 года в Линц прибыл отставной офицер германской армии, направленный баварским союзом «Оргэш» – одной из первых фашистских организаций в Германии[5]. Она возникла в 1919 году на базе многочисленных союзов буржуазной самообороны действовавших на территории Баварии. Свое название она получила в честь ее организатора – доктора Эшериха (отсюда и сокращенное название «Оргэш» – организация Эшериха). Так же отметим, что эмблема этой организации содержала элемент орнамента, который принято называть свастикой.

Союзы организованы были на военный лад: участвовали в подавлении рабочего движения и предназначались для развертывания армии в случае войны.

Основными пунктами программы «Оргэша» были:

1) национализм и идея государственности,

2) борьба с большевиками,

По составу организация была чрезвычайно разнообразной: от помещика и буржуа до рабочего. Это, а также сепаратизм баварских союзов послужили в дальнейшем причиной развала «Оргэша», который был официально запрещен правительством в 1921 года, после ультиматума Антанты, видевшей в «Оргеше» скрытую вооруженную силу. Хотя он сыграл свою роль в истории возникновения и становления нацизма в Германии и фашизма в Австрии[6]. Например, представитель «Оргэша» действовал в Линце в качестве специалиста и советника во время создания отрядов самообороны в Верхней Австрии.

Из германского рейха прибыл также другой организатор подобных «союзов» – бывший капитан Гвардейской кавалерийского стрелковой дивизии Вальдемар Пабст, один из руководителей ареста и убийства основателей Коммунистической партии Германии – Карла Либкнехта и Розы Люксембург[7]. Он действовал в 1920 году в Тироле, а затем, с 1922 по 1930 года, – в рамках всего Хеймвера. Биограф германского министра иностранных дел Густава Штреземана, Аннелизе Тимме, сообщила пикантную деталь: этому офицеру платили из фондов германского министерства иностранных дел. Представители германского Рейхсвера были также заинтересованы в усилении «Хеймвера» в Австрии.

Эта поддержка была не случайной. В 1920 году планировалось совместное выступление против правительств в Берлине и Вене. Согласно плану действий, разработанному генералом от инфантерии Эрихом Людендорфом, хеймверовцы при поддержке засланных отрядов из бригады Эрхардта должны были организовать правый путч, после чего планировалось оккупировать Австрию баварскими и венгерскими войсками. При этом предусматривалось не только самое жестокое подавление австрийского рабочего движения, но и создание исходной базы для военных операций против Чехословакии и Польши. Таким образом, все эти планы были чреваты опасностью новой мировой войны. Лишь после создания в Австрии в 1920 году буржуазного правительства и провала «пивного путча» Адольфа Гитлера и Эриха Людендорфа в 1923 году эти планы были преданы забвению.

Вторым государством, участвовавшим извне в поддержке «Хеймвера», была Венгрия, которой с 1920 по 1944 год управлял адмирал Миклош Хорти. В СССР его режим классифицировали однозначно как фашистский. На Западе же считают, что Миклош Хорти был старомоден до анахронизма. Его контрреволюционный вождизм имел очень мало общего с германским нацизмом или итальянским фашизмом. Он не разрабатывал и даже не воспринимал никакой новой идеологии, а просто следовал тем позициям и взглядам, которые усвоил во времена монархии в родительском доме и в военном училище. К власти Миклош Хорти относился с уважением, но не был одержим ее. Политическое руководство в годы своего правления он почти исключительно уступал правительству, только в период кризисных ситуаций беря ее в свои руки.

Даже активное сотрудничество с фашистской Италией (о нем мы расскажем ниже) было связано с тем, что Рим помог Будапешту выйти из внешнеполитической изоляции, когда 5 апреля 1927 года между соседствующими странами был подписан договор «О вечном мире и дружбе». Венгерскому правительству импонировала склонность Бенито Муссолини поддерживать некоторые территориальные претензии Венгрии[8].

Третьей страной, которая поддерживала «Хеймвер», была фашистская Италия. Например, когда в сентябре 1930 года во главе этой военизированной организации стал крупный землевладелец князь Эрнст Рюдигер фон Штаремберг, то он вложил много собственных и заимствованных средств в вооружение этой частной армии, а также получал деньги и оружие от Бенито Муссолини и премьер-министра Венгрии Иштвана Бетлена.

Обращаясь к Дуче, Штаремберг охарактеризовал «Хеймвер» как «Компанию гражданского страхования от взлома, своего рода милицию для защиты частной собственности буржуазных и крестьянских кругов от возможных посягательств или же от коммунистических атак»[9]. Сказано очень точно и соответствовало действительности до того времени, пока руководители этой военизированной охраны не начали серьезно интересоваться политикой. Добавим, что в мае 1930 года численность «сотрудников» этой корпорации превысила 400 тысяч человек. Для сравнения – в рядах армии Австрии в тот момент служило 70 тысяч военнослужащих.

Вместе с Дюлой Гембешем, сменившим Бетлена на посту премьер-министра, Штаремберг доставил контрабандным путем из Италии в Австрию австрийские винтовки, захваченные итальянцами в период первой мировой войны.

Хотя «дружба» между «Хеймвером» и Римом началась еще в годы формирования этого движения, по мере усиления итальянского фашизма, особенно после того, как Бенито Муссолини в ноябре 1922 года пришел к власти, его влияние на хеймверовское движение в Австрии увеличилось. Хеймверовцы Зальцбурга изучали, например, итальянский язык, чтобы, приехав в Италию, иметь возможность наглядно изучить фашистскую систему в действии.

Канцлер Австрии – лидер христианско-социалистической партии католический священник Игнац Зейпель (занимал этот пост с 1926 по 1929 год) симпатизировал хеймверовскому движению, видя в нем дополнительное средство для укрепления государственной власти, в борьбе против левых сил – социал-демократов. Он считал образцом авторитарное государство итальянского фашизма и потому всеми средствами поддерживал хеймверовское движение. Именно Игнац Зейпель заботился об оказании финансовой помощи «Хеймверу» из средств крупной австрийской буржуазии.

В то же время социал-демократические лидеры удерживали своих сторонников от эффективных контрмер. Они не только преуменьшали фашистскую опасность, но в ряде случаев шли на прямое сотрудничество с хеймверовскими организациями. Например, Юлиус Дейч сам опубликовал протоколы переговоров, которые велись с декабря 1925 года по февраль 1926 года по вопросу о военном сотрудничестве социал-демократического Шуцбунда и «Хеймвера» с военным командованием Тироля на случай возможного нападения итальянских войск.

На глазах у буржуазного правительства ускоренными темпами шло вооружение сил, которые непонятно кому подчинялись. Крупная буржуазия, испытывавшая сначала некоторое недоверие к «Хеймверу», вскоре убедилась в его пользе и начало активно инвестировать средства в его развитие. Аналогичная ситуация наблюдалась и в Германии, когда представители бизнес-элиты субсидировали нацистское движение.

По предложению заместителя главы правительства Штирии, Арера, «Союз промышленников» выделил в марте 1921 года субсидии штирийскому «Хеймверу» в размере пяти миллионов крон ежегодно. Из этой суммы по два миллиона платили промышленники и банкиры, а один миллион – землевладельцы.

Бывший канцлер Штрерувиц, деятель Христианско-социальной партии, в книге «Потоп в Австрии» писал, что союз промышленников на своей конференции 1 декабря 1921 года принял решение о финансовой поддержке «Хеймвера», добавив при этом: «Промышленники действительно никогда не отрицали того, что выделяли солидные денежные суммы для укрепления хеймверовского движения». Поясним, что предприниматели выделяли на нужды «реакционного» союза 1 % от выплачиваемой ими рабочим заработной платы[10].

«Хеймвер» начинает действовать, а социал-демократы бездействовать

В начале двадцатых годов прошлого века хеймверовцы и другие подобные им организации в Австрии были еще очень слабы, чтобы, по примеру итальянских фашистов, пытаться захватить власть в стране. Хотя такие планы разрабатывались.

Так же они активно сражались с левыми, совершая террористические акты и убийства рабочих и их функционеров. Справедливости ради отметим, что аналогичным же образом вели себя социал-демократы и фронтовики-монархисты. В то время в Австрии и соседней Германии политические стычки превращались в кровопролитные уличные драки. Ослабленная в результате всевозможных реформ и либерализации власти полиция не могла контролировать ситуацию.

Длинный список жертв возглавил сорокачетырехлетний социал-демократ, член рабочего Совета венского района Хитцинг Франц Бирнеккер, погибший 17 февраля 1923 года. Социал-демократическая газета «Арбайтер цайтунг» 19 февраля пригрозила по этому поводу:

«Бандиты не уйдут от ответственности… Рабочие найдут пути и средства, чтобы снова восстановить порядок. Те, кто с оружием в руках выступает против рабочих, будут разгромлены».

Несмотря на эти «громкие заявления» убийцы были приговорены к незначительным срокам тюремного заключения. Во время процесса против них в мае 1923 года радикально настроенные фронтовики-монархисты застрелили молодого железнодорожника из Фаворитена Карла Штиля. И снова венский бургомистр социал-демократ Карл Зейц клятвенно заверял, что погибший станет последней жертвой. Однако его убийцы были оправданы. Следующие преступление произошло 29 сентября того же года в местечке Шпиллерн, неподалеку от Корнойбурга, фашистами были убиты молодые рабочие Коварик и Виммер, причем убийцы снова были оправданы[11].

Широко известные массовые беспорядки в Вене 5 июля 1927 года начались с того, что бывшие фронтовики-монархисты застрелили 30 января 1927 года в бургенландском пограничном городке Шаттендорф, после демонстрации шуцбундовцев, сорокалетнего социал-демократа, инвалида войны Матиаса Чмарица и девятилетнего Иозефа Грессинга. Сразу же после этого рабочие заводов ФИАТ во Флоридсдорфе, Сименс-Шуккерта, а, также других предприятий начали забастовку. Бургомистр Вены Карл Зейц заклинал: «Это преступление должно быть отмщено!»

В день похорон шаттендорфских жертв, 2 февраля 1927 года, была объявлена пятиминутная всеобщая стачка «в память погибших, реакции в предостережение». Но в Тироле случилось происшествие, небывалое до сих пор в Австрийской республике. Тирольский «Хеймвер» заявил, что намерен силой оружия воспрепятствовать маршу рабочих в Инсбруке, после чего социал-демократическая партия отменила это выступление. Эта победа придала мощный импульс хеймеровскому движению. Социал-демократическая партия, как всегда, призвала своих членов сохранять дисциплину[12].

Суд присяжных 4 июля 1927 года оправдал трех убийц из Шаттендорфа. После этого уже не было силы, которая могла бы удержать венский пролетариат от взрыва негодования. Как обычно, социал-демократическая партия бросила рабочих на произвол судьбы. Когда члены производственного совета электростанции направились около полуночи в правление социал-демократической партии за директивами, там царило полное смятение. Хотя лидер партии Отто Бауэр находился в редакции газеты «Арбайтер цайтунг», ему посоветовали не принимать делегацию. На этом настаивал Юлиус Браунталь, в то время редактор социал-демократической массовой газеты «Дас Клайне блатт». «Что ты скажешь людям? – говорил Браунталь. – Они возбуждены, и не твое дело их успокаивать. Но, с другой стороны, ты не можешь одобрить, если они в своей ярости захотят выйти за рамки дозволенного. Нельзя брать на себя ответственность за такие вещи». Членов производственного совета принял только главный редактор «Арбайтер цайтунг» Фридрих Аустерлиц, который зачитал им свою передовую статью для следующего номера газеты.

Статья буквально подлила масла в огонь, но не содержала какого-либо призыва. В тот вечер социал-демократы хотела дать лозунг на следующий день. «Ничего не случится – таково было мнение…» – написал через семь лет австрийский социал-демократ Отто Лейхтер. Шуцбунд также не был мобилизован. Руководство социал-демократической партии точно знало, что действуя таким образом, оно вызовет стихийную, неорганизованную демонстрацию. Отто Бауэр сказал позднее, выступая в парламенте 26 июля 1927 года: «Первой мыслью было сказать: давайте не будем ждать, пока произойдет стихийная демонстрация, а проведем сами такую демонстрацию, приняв все меры к тому, чтобы не нарушить порядок… Но были серьезные сомнения против проведения такой демонстрации…»

Одно из таких «серьезных сомнений» назвал в своих неопубликованных – воспоминаниях депутат парламента социал-демократ Вильгельм Элленбоген. Он оценивает как банкротство партии тот факт, что ее руководство сознательно бросило демонстрантов на произвол судьбы, боясь, что такая демонстрация, организованная в рабочий день, может перерасти во всеобщую стачку, а затем в гражданскую войну. Со стороны ведущих социал-демократов высказывался позднее упрек в адрес руководства партии, поскольку оно лишь хотело показать буржуазии, что без содействия социал-демократии невозможно удержать массы в узде, в рамках порядка. Однако социал-демократическое руководство недооценивало возмущение масс и последствия неконтролируемого народного бунта. А это, в свою очередь, способствовало росту политической популярности христианских – демократов. Что же произошло 5 июля 1927 года?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Малая советская энциклопедия. – Т. 5. – 1930. – С. 642

Вернуться

2

Райсберг А. Австрия, февраль 1934 года. – М., 1975., – С. 155–156.

Вернуться

3

Райсберг А. Австрия, февраль 1934 года. – М., 1975., – С. 142.

Вернуться

4

Райсберг А. Австрия, февраль 1934 года. – М., 1975., – С. 142–144.

Вернуться

5

Райсберг А. Австрия, февраль 1934 года. – М., 1975., – С. 146.

Вернуться

6

Троцкий Л. Первомайское воззвание исполкома Коминтерна. // http://www.magister.msk.ru/library/trotsky/trotl518.htm; Луначарский А. Предупреждение. // Известия, 1922 год, 11 ноября.

Вернуться

7

Фельштинский Ю. Был ли причастен К. Радек к гибели К.Либкнехта и Р.Люксембург? // Вопросы истории. 1997., № 9-11.

Вернуться

8

Хорти Миклош (1886–1957). // http://horthy.narod.ru/short.html.

Вернуться

9

Райсберг А. Австрия, февраль 1934 года. – М., 1975., – С. 145.

Вернуться

10

Райсберг А. Австрия, февраль 1934 года. – М., 1975., – С. 147.

Вернуться

11

Райсберг А. Австрия, февраль 1934 года. – М., 1975., – С. 148.

Вернуться

12

Райсберг А. Австрия, февраль 1934 года. – М., 1975., – С. 153–154.

Вернуться