Рина Маринкина
Конь чугунный

Ваня достал смартфон из-под подушки и одним приоткрытым глазом глянул на дату. Десятое июня. Прошло всего десять дней, как его отправили в эту Богом забытую деревню. Ни связи, ни интернета, и это в двадцать первом-то веке.

За что, спрашивается, его сослали сюда родители. Ну закончил он с двумя тройками пятый класс, ну не все же гении в русском языке и литературе. А если некогда читать. И подумаешь, друзей в реальной жизни нет, зато в виртуальной он сумел сколотить команду, которая за год не проиграла ни единого боя в классной стрелялке.

Ваня злился. На учительницу Зою Михайловну за оценки. На родителей за ссылку. На деда с бабушкой за то, что жили в этом затерянном краю, и, в отличии от него, легко справлялись с полчищами комаров, с удобствами (а точнее, неудобствами) во дворе и скрипучими кроватями на металлических сетках.

Ещё дед каждый день посылал его с местными ребятами познакомиться. Но те какой-то ерундой занимались: рыбу удили на заре, купались в мутной заводи, а вечерами мяч гоняли за огородами, у них там даже ворот нормальных не было. А Ваня был геймером до мозга костей, он уже так навыки прокачал, что мог фору дать многим взрослым дядькам. А теперь вот оказался в этой глуши без интернета.

Ваня вздохнул и накрылся с головой одеялом.

– Вставай, Ванюш, – послышался с кухни голос бабушки. – Иди блиночков поешь с медком!

Его передёрнуло от такого количества уменьшительно-ласкательных слов, он привык в игре жёстко общаться, коротко, по делу. А тут…

Но, по правде сказать, блины у бабушки получались вкуснющие, так что Ваня скинул одеяло и крикнул:

– Иду уже!

Блинный завтрак мигом улучшил настроение, даже захотелось прогуляться до заводи, поглядеть на неё поближе. И если там никого не окажется, то и окунуться по-быстрому. Честно признаться, плавать Ваня не умел, но рассказывать об этом никому не собирался, ещё не хватало, чтобы над ним тут посмеялись.

Едва Ваня вышел на крыльцо, его окликнул дед:

– Позавтракал, Ванёк? Пойдём-ка чего покажу, об этом кажный парнишка в городе мечтает.

Дед двинулся в сторону сарая, а Ваня побрёл следом, представляя мысленно удобное геймерское кресло, большой монитор и закрытые наушники. Это было именно то, о чём он мечтал в городе.

– Гляди, Ванёк, коняка какой, такого в городе не сыщешь, – дед показался в дверях с велосипедом и похлопал по блестящему рулю. – Ну, чего глядишь? Седлай да кати.

Дед, кряхтя, выволок велосипед и прислонил к забору. Ваня замер с открытым ртом, разглядывая этого железного динозавра, местами поржавевшего, с громадным твёрдым сиденьем на двух пружинах и вымазанной маслом чёрной цепью.

Если по-честному, то кататься Ваня тоже не умел. Вот управлять всякими леталками в игре – это пожалуйста, хоть даже космическим кораблём. Но дело было даже не в этом. В жизни Ваня себе и велосипед представлял по-другому. Ему виделся лёгенький скоростной велик, с закрытой цепью, с удобным анатомическим кожаным сиденьем, со всяким обвесом, типа фонариков, зеркал, катафотиков, клаксонов. А это просто чудо какое-то.

Судя по тому, как дед отирал со лба пот, этот болотно-зелёный монстр был сделан как минимум из чугуна, и у него не то, что скорости не переключались, даже тормозов не было. Рама, руль, сиденье и страшная чёрная цепь. Одним словом – жесть.

Придя наконец в себя, Ваня сдавленно произнёс:

– Не, дед, не хочу. Давай, если надо, я лучше огород полью. Или ещё чего.

– Да солнце уж высоко, поливать нельзя, а то земля растрескается, – махнул рукой дед. – А на лисапете сейчас самое то. Как разгонишься, ветерком тебя и обвеет. Только картуз надень, чтобы в темечко не напекло.

Тогда Ваня ухватился за идею о жарком солнышке.

– Дед, давай я потом, и правда жарко. Да и блинами объелся.

– Тюю…, – вдруг сощурился дед. – Ты чего это, не могёшь что ли? Сидишь, небось, в городе, в своём муравейнике, нос на улицу не кажешь. А как выйдешь, так бегом на транвай иль автобус. Да на велосипеде-то каждый малец должен уметь ездить, тем более в нынешнее-то время, когда его достать проще простого. Я, знаешь, как мечтал в детстве, да после войны какой велосипед, есть нечего было. Зато в колхозе как стал работать, так первым делом купил. Ни бензину ему, ни солярки, ни сена не надо, сел да поехал. Красотища!

Щёки у Вани загорелись: не хотелось, чтобы дед догадался. Отец-то много раз предлагал купить велик, дорогой, навороченный, с двенадцатью скоростями, но у Вани всё свободное от школы время занимала игра. Только деду этого не объяснишь, он и телефон-то только кнопочный сумел освоить.

– Знаешь, бери-ка ты этого коня, да дуй за лесополосу, вон туда, – дед указал рукой за огороды, чуть левее футбольного поля. – Там тебя никто не увидит, да и не так зашибёшься, коли упадёшь. Асфальта нет, землица утоптанная, самое то для учения. И не боись, дело это простецкое: ногу на педаль, спину ровней и покатил.

Ваня вздохнул. С одной стороны, дед уже догадался. С другой – попробовать там, где никто не увидит, выглядело заманчивым, пусть и на таком странном агрегате. А вдруг и правда научится кататься так легко, как дед говорит. Это же лучше будет, чем считать дни без интернета до конца августа.

Выкатывая велосипед за калитку, Ваня уже хорошенько прочувствовал его немалый вес: пришлось неслабо упираться пятками в землю. Хорошо хоть жили они в конце деревни, и до лесополосы всего-то и насчитывалось метров триста. Но всё равно Ваня изрядно взмок под лучами жаркого полуденного солнца, пока их преодолел. Уже и кататься-то не было желания, хотелось бросить велик в траву и посидеть под тенью раскидистой ивы. Но, постояв пару минут и отдышавшись, Ваня решил всё-таки попробовать.

Узкая лесополоса отделяла одно поле от другого, вдоль неё двумя параллельными полосами убегали вдаль колеи грунтовки. Самое главное, лесополоса полностью скрывала эту дорогу, поэтому увидеть Ваню из окна никто не смог бы. Но всё равно на всякий случай он огляделся по сторонам, убедился лишний раз, что вокруг никого, только гусиное стадо вдалеке. Тогда он осмотрел ещё раз велосипед, и снова подивился громоздкости и непродуманности древней конструкции. Потом он чуть приподнял заднее колесо (точно, чугунный!) и провернул ногой левую педаль кверху. Теперь оставалось встать на эту педаль, надавить изо всех сил, а потом, пока велик станет катиться, надо всего лишь успеть перекинуть ногу над рамкой и устроиться в седле. Так это выглядело в теории.