Ангелина Засимова
Город Сонный

Сколько боли и непонимания приносит первая одержимость, которую так легко и приятно путать с любовью.

История Киры и Осса

Май, 2016 г

На город опускался вечер. Желто-фиолетовый закат царапал небо, отвратительным белесым светом на дорогах зажигались фонари, трещали телефоны у ребятишек. Взрослые усталые женщины и мужчины разговаривали, разбивались на мелкие кучки и расходились по дворам. Плыли машины на небольшой скорости. Закрывались магазины.

Смеялись вдалеке школьники, приближаясь, падая на лавочку возле первого подъезда семнадцатого дома.

Она сидела на пыльном подоконнике на кухне. Сомкнув от напряжения губы, медленно повторяла линии рисунка тюбиком с хной. Пальцы дрогнули и краешек тюбика мазнул по запястью.

– Ну твою же мать…

Уставшая, она схватила баночку с жидкостью для снятия лака, рванула кусок ваты из рулона и принялась оттирать лишнюю линию.

Экран ноутбука мигнул. Кира тряхнула рукой и переместилась на стул, чтобы проигнорировать сообщение и найти в поисковике дополнительную информацию о хне, ее свойствах. Чем оттереть-то?

Лоб упал в ладонь, протяжный вздох не разорвал грудную клетку. Все пустое. Утром она на левой руке также напортачила – ни горячая вода, ни соль, ни уксус, ни бабушкина водка не спасли положение. Размазала все. Теперь только с длинными рукавами ходить.

C ничтожной надеждой она скинула пост в «Подслушано Сонный». Ну а вдруг кто рисует или знает, что делать в такой ситуации? С таким же успехом она спросила на форумах, как оттереть. В ответ – горячая вода, соль, уксус, спирт.

Пост опубликовали оперативно – через десять минут. Через час наплыла дюжина комментариев.

22:00 «Нашлась тут, кожа портится же».

22:22 «Да зачем тебе эта хна? Кожа портится».

22:22 «Я в том году делала, через две недели сама слезла».

22:20 «Ахаха, а на лбу не хочешь, с руки у нее не стирается».

22:30 «А, ну, серьезно, ля… Фотки Грозы Комментов ни у кого не остались?».

22:35 «А-ха-ха».

22:39 «А что, Осс удалился же?».

22:40 «Да, удалился он».

22:42 «Без него в паблосе ваще не то».

22:45 «Ну а что он удалился, кстати?»

22:46 «Да хз, чесн».

22:46 «А фотки-то остались с татухами его?».

22:47 «Та он где-то вроде татухи свои под посты кидал, там, где на лице. Да искать надо».

22:48 «А не знаете его реальную страницу?».

22:48 «Да нет его, я спрашивал тогда, когда удалился. Говорит, скучно здесь. Не сидит».

Искра заинтересованности мелькнула во взгляде Киры. Осс, Осс, Ос-с-с. Бывший тролль, значит? Да еще и знает, что такое хна. Только вот слова насчет того, что он удалился, показались туманными. Она ненавязчиво спросила про этого парня в комментариях и получила ответ.

23:01 «Алкаш сонненцкий».

23:02 «Да тату всякие на лице бил типа михенди, вот и все».

23:02 «Ахах, было время».

Похолодало. Застегнув кофту, Кира закрыла окно и мельком глянула на лавочку – парень со светлыми волосами сидел с друзьями на спинке скамейки и курил. Смеялся. Покачивался. Вертел головой. И… Совершал прочие незначительные действия, которые воспаленное нутро Киры воспринимало иначе. «Не пялься, не пялься, а то увидит», – твердила она сама себе.

Теперь похолодело где-то в области легких. Или потеплело. Как знать.

К черту. Нервным жестом поправив старенькую тюль, Кира села обратно.

Группа «Подслушано Сонный» давно утратила первоначальную идею. Народ предлагал посты с насущными вопросами: как дойти? Кто пойдет? Какого числа будет? Кто поедет? Иногда предлагали фотографии горожан с просьбой рассказать что-нибудь о них. В надежде познакомиться таким образом (под постом в умершей группке). Иные периодически кидали отвратительного качества видеоматериалы с прошедших городских праздников.

Наверное, и правда, в былое время здесь было весело. Только вот Киру этот период обошел стороной. Было не до местных групп, не до социальных сетей. Учеба и прочие насущные развлечения являлись для нее непреодолимой стеной к сети. Или интернета просто раньше не было. Или она не знала о существовании группы города.

Хна, хна, хна… Ее уже корежило от этого слова. И от запаха.

На форумах молчали.

Как там? Осс… Осс, значит. Поисковик среди участников группы не выдал ничего. Даже удаленной страницы не было. С таким же успехом Кира зашла в профиль к каждому прокомментировавшему – посмотрела Осса среди друзей и подписчиков. Пусто.

Значит, не соврали. Ушел. Ушел со всеми потрохами. Кто же ты?.. Куда смылся?

Скуки ради Темная забила его псевдоним в поисковик группы по записям.

И тут-то накрыло. Сколько комментариев… Комментариев годовалой давности. Миша Осс. Нет, имя-то затертое, по нему искать бессмысленно: там каша из отзывов и постов. А вот Оссом его величали многие.

Накрыло. Несколько раз накрыло не пробивным смехом. Даже бабка покашливала: мол, здорова ли внучка? Ночь легла на вечер, а споры под постами восхищали все больше и больше. Черт, как он их называл, как он им доказывал, как они орали, бесились, угрожали. Самоирония, самодостаточность. Черт, как же в точку, как же к месту, как же складно и ладно.

За всю историю Темная насчитала несколько фейков, с которых сидел Осс. Очевидно, администрация его банила, и не раз. А он возвращался и продолжал портить настроение скучному быдлу. Хотя такое ли «быдло»? Обычные люди со своими принципами и устоями. Только он выставлял их как самое настоящее дерьмо, себя как короля. И у него выходило. Какой контраст.

По пути нашла пару фото – нечетких, с отвратительным освещением. Кривлялся. И только на одной тату. Да, прямо над бровью. Какая-то неразборчивая дрянь. Ожидаемой горы фото не последовало к разочарованию Киры. С жаром Темная кинулась мониторить другие группы, посвященные городишко. Там уже не то. Порой где-то мелькала среди слов его придуманная фамилия – не более.

Миша Осс. Ты прекрасен.

Она потратила на него шесть часов. И он закончился. Полностью закончился. Вся его жизнь в паблике истлела.

С мнимой надеждой она предложила новость в группу: может ли кто-нибудь что-нибудь рассказать про Мишу Осса? Поступок на редкость глупый, но другого выхода не было – пришлось опуститься до уровня тех скромняг, которые стесняются познакомиться с человеком в реальной жизни и поэтому душат группу скучными фотографиями.

Вдохновил. Кира толком не осознавала почему, но, Господь Бог, он воодушевил ее. Он безумен. Он… Он… Как он мыслит! Словно полоумная, со спутанными волосами, Кира, нервничая, припала к подоконнику. Хотелось визжать.

Каково это?.. Когда находишь того, о ком воображал? Каково это наткнуться на истинного единомышленника? Спустя столько времени.

Не так давно Кира тоже кого-то восхищала на форумах в комментариях. То время упущено, о ней давно забыли. Учеба и какие-то незначительности съедают все свободное время – некогда. А сейчас у Темной не было вдохновения залезать в проверенные места, полные гопоты и интеллигентов.

Пост, как ни странно, опубликовали через час. Только вот комментарии появятся аж утром. С чувством тревоги она пошла спать – или имитировать сон.

На следующий день, ближе к вечеру, наплыла кучка мнений. Несколько девочек скинули задумчивые смайлики. Старый комментатор вспомнил былое, о чем Кира уже знала, ведь перебрала все комментарии. Пара человек сказали, что учились вместе с Оссом. Кто-то написал, что дружит с ним, и Кира незамедлительно перешла на его профиль. Три сотни фотографий и везде с девушкой. Где-то на рыбалке, где-то за городом, вот пьет в машине… Стоп, стоп, стоп… В машине? А на заднем фоне? На заднем сидении кто?.. Твою мать.

Мать твою.

Кира улыбнулась и прикусила край рукава, чтобы не запищать.

Он.

Тату над бровью, знакомая форма лица.

Сохранила фото. И что? Все, что ли?

Написать этому другу? А зачем?.. Что спросить?.. Как-то неловко и неуместно. А вдруг он Оссу сразу передаст, что Кира им интересуется? А вдруг пошлет?..

Со странным холодным осадком на душе Кира перешла по ссылке в статусе в другую социальную сеть этого парня. Среди кучи подобных фото Кира нашла ту же самую, где они пьют в машине. Посмотрела, кто отмечен на фото – перешла. Какая-то девочка. Девочка… Девушка приятеля? Ее аккаунт также пестрил фото… Вот она с подругами, вот в парке, вот с парнем, вот на площади… Стоп. Это же… Это же он!.. Это же Осс!.. Стоит, средний палец показывает, пристроившись к парочке. Боже… Сохранила.

Все? Кто лайкнул? Ни одного знакомого псевдонима… Кира вновь открыла то фото, где Осс в машине. Посмотрела комментарии – их было немного, но все-таки Кира перешла на каждый профиль. И… Ничего.

На следующий день она обновила странички в социальных сетях того парня и его девушки – никаких новостей. Обновила еще сотню раз. К черту. И комментарии под постом застыли. Черт, черт.

Бабка послала в магазин. Мол, выйди на улицу хоть, Кира. А то дома сидишь и сидишь. Сгниешь, Кира.

Да она уже сгнила.

Хотя, с другой стороны, Темная погуляла бы с радостью. Только вот не с кем. А одной шататься по району не прикольно. Нет друзей, так пусть хотя бы имитирует, что ей и без общения хорошо.

***

В сыром и теплом подъезде воняло дрянью. Кира отчего-то подняла голову и фыркнула. Тут же отвернулась.

– О, Темная, ты рожу-то так не криви при виде меня. А то мне смешно, – сказала одноклассница и соседка по подъезду.

Волосы мелькнули красным пеплом в свете подъездного окошка. Регина шаркнула подошвой босоножек о бетон и села на ступеньку. Голубая длинная футболка подпрыгнула, оголяя бедра.

Кира запрокинула подбородок и громко спросила:

– Слышь, ты же в городе со многими общаешься, а? Регин?

– Ну-у… Допустим. А что?.. – она оторвалась от телефона, глянула на Киру через перила.

Темная осталась стоять на месте.

– А можешь сказать что-то про кое-кого? Может, знаешь, кто это, или нет…

– А кто нужен? – равнодушно зевнула Киримова.

– Миша Осс.

Рига отвела взгляд, помолчала.

– Ну, знаю его. А че те от него надо?

– А-а-а… Что знаешь про него?

– Ну-у… Э… Лет девятнадцать. Живет на ЗПБ… Вроде. Где-то там. Ну, мутный тип, говорят. Но веселый, да. Есть что вспомнить.

– Это все?

– Мы один раз бухали в мае этом, поэтому это все. Больше ничего о нем конкретно.

– В смысле мутный?

– Мутный. Я вообще не знаю его, я говорю, я его один раз в жизни видела. И все. Девки говорили, что он там что-то «мутит», откуда я знаю?..

Регина посмотрела на Киру многозначительно, прищурилась. Темная потопталась на месте и покинула подъезд.

ЗПБ – иными словами неработающий бетонный завод, вокруг которого образовался спальный район Сонного недалеко от двора Киры и Регины. Лет десять назад его закрыли – осталось полудобитое здание.

Ходила ли она туда? Очевидно же, что теперь Кируся выходила гулять каждый день. Выходила рано утром – приходила поздно вечером. Кепка козырьком назад, волосы на лицо, неприметная футболка. И по его району.

А может, мелькнет между домов или гаражей, может, повезет?..

Может, услышит что о нем… Всего-то пять дворов. Всего-то.

Дети, бабки, пьяные мужья и реже подростки сновали мимо, и все лица не те. Может, спросить у кого? У ровесников? У бабок?.. У детей? На третий день бесполезного шатания по дворам ЗПБ Кира выловила на ржавой детской площадке пару девочек лет восьми, описала предмет своих поисков – девочки пожали плечами. Спросила у детей в другом дворе – тишина, спросила в оставшихся дворах – пусто. Может, и правда, дико это… И вообще, Рига не утверждала, что он живет где-то здесь. Просто сказала. Или предположила.

Хотелось упасть и заныть. По-дурацки. Все по-дурацки.

Расстроенная, шмыгнув носом, Кира села на какую-то лавочку с покосившейся спинкой, натянула посильнее рукава кофты. Игнорируя пьяную молодежь, бабушек, проходящих мимо нее в свой подъезд, открыла группу и принялась бездумно перечитывать комментарии. Невидящим взглядом. С отвратительным ощущением сырости в горле.

Запахло хвоей.

К черту.

***

Следующий день был хуже вчерашнего. Пришла подруга бабки, и они всю утро шептались на кухне. А Кира, не горя желанием вникать в сплетни, устроилась на балконе с блокнотом и карандашами. Ближе к обеду ей захотелось пить. Превозмогая отвращение к посторонней женщине, она прошла на кухню.

Бабка начала расхваливать внучку непонятно за что. Ну, чего удивительного – на столе уже красовались открытая бутылка настойки и две кружки. И Кира хотела было уже сбежать со стаканом, но подруга бабки внезапно заговорила про какой-то городской праздник красок. И Кира отчего-то встрепенулась.

А вдруг…

А если?..

А если он придет?

А если…

Да он не может не прийти.

Он обязан прийти.

Это же тусовка. Недоподростковая тусовка днем, черт!

Она выведала подробности.

Праздник красок, именующийся в народе «Holi», дошел и до ее небольшого городка.

Оказалось, это мероприятие сегодня, и Кира на открытие уже опоздала – оно в полдень. Быстро накрасившись, Темная нацепила старые шорты и неприметную футболку, дабы не выделяться среди разукрашенных и позитивно настроенных горожан.

***

Дворы и улицы пустовали, мелькали лишь старые и угрюмые женщины, спешащие в аптеки и продуктовые магазины. Почти бегом Темная добралась до площади и двинулась в толпу.

А площадь… Площадь полна безумства. Два огромных ряда лотков с красками, сувенирами и сладкой ватой по периметру. На фонарных столбах цветные ленты и витиеватые гирлянды, которые, вероятно, зажгут ночью. А народ носится… Бегает, замухрыженный, обсыпается красками – желтыми, синими, зелеными, розовыми. И все в светлых футболках. В былое время светлых. На сооруженной сцене ходят ведущие, объявляя начала каких-то акций, рекламируя спонсоров.

Уворачиваясь от ненасытных детей, норовящих обсыпать с головы до ног розовым порошком, Темная печальным взглядом вглядывалась в лица. Смотрела даже на продавцов. Смотрела на парней, на девушек… Смотрела на ребят, сидящих поодаль на лавочках. Оборачивалась.

Обошла площадь по кругу два раза. Обошла лавочки, где сидела «серьезная» молодежь, не желающая пачкаться. Постояла возле ступеней мэрии, грозным зданием стоявшей рядом с площадью. Как странно. Как странно и безнадежно.

Кира подошла к пустующему местечку у ограждения и вперилась взглядом в ведущих концерта. Хотелось упасть куда-нибудь в воду с моста. И все. Все.

Где искать тебя, Осс?

Зачем вообще тебя искать? Вдруг ты мертв? Вдруг ты, такой совершенный и по-особенному уродливый, и вправду умер?

Вдруг объявили конкурс с возрастным ограничением пятнадцать-шестнадцать лет. Молодежь повылазила из-за железного заборчика и принялась делиться на команды, формируя стройные колонны.

Кира скучающим взглядом одарила смельчаков и перевела взгляд на ведущих на сцене. Почему-то они начинали казаться ей симпатичными. Особенно светленький, тот, что повыше. И… К черту.

Просто к черту.

Дыхание в затылок, шаги, разговоры. Окружили. Теперь не вылезти. Можно, конечно, потолкаться… И испачкаться. Кира решила, что посмотрит представление еще минут пятнадцать и уже потом наверняка покинет толпу.

Парни и девушки разбились теперь уже по парам. Ведущие помогли привязать им ногу к ноге веревкой. И попрыгали. Оп-оп, кто быстрее – тому больше шоколадка. Выиграла команда хилого паренька, потому что последняя пара в той команде на финише ничком свалилась на асфальт – запутались… Интересно. Очень интересно. И смешно, наверное. Очень смешно.

Грустно, а не смешно.

И вновь этот запах… запах хвои.

– Тебе видно хоть? – раздался поставленный мелодичный голос.

– Ну, маленько.

– Видишь, там ребенок сидит на шее?.. Давай ты так же на меня сядешь?

<– Ах-ха, ты сломаешься.

– Давай я на тебя?

– Ах-ха-ха.

Против воли Темная улыбнулась. Да и не хотелось подслушивать, честно. И зачем-то обернулась. Да просто так.

И кровь перестала циркулировать по организму.

Он.

Прекрасен.

Он был Богу подобен.

Это был он.

Он. Какой же он… Одет со вкусом, короткая стрижка. И тату на лице. И на шее. И на руках. Господи. ЭТО ОН!!!

Он.

Это он!!!

Отвернулась. Еще заметит, не дай бог, что она пялится на него. Он же с девушкой. Он же… Да как ОН мог вообще на Киру посмотреть? Надо было обернуться. Обернуться еще раз, чтобы запомнить эти черты лица.

Нервно сжав поручень ограждения, Кира опустила взгляд и побледнела.

Это он… Это ОН же!!!

Безумно прекрасен. Безумно. Не было написано, что это Миша Осс, никто не сказал. Никто не назвал его по имени. Просто, просто… Да это он же. И на фото он. И в реальности ОН.

Обернулась.

Уткнулся в телефон. Темные волосы, невысокий… Черт, он был ниже ее… Черная рубашка. Черт, черт, черт!

Он ниже Киры на полголовы, теперь точно даже внимание не обратит на такую…

– Как-то фигово они танцуют… – фыркнула невысокая белокурая девушка, вытягивая шею. Глянула на Осса.

– А что танцуют? – не отрываясь от телефона.

– Все. Все подряд. Кто их готовил? О, о, тверк!

– Где?

– Все уже. Фу, как так можно-то? Коряво, капец.

– А ты умеешь танцевать?

– Ну да.

– И тверк?

– Я?.. Да.

– Станцуешь потом?

– Ах-ха-ха, а что еще тебе?

Кира прикрыла глаза, чтобы сосредоточиться только на его голосе. Где?.. Где?.. Смеется? Молчит? О, чертова музыка. На сцену пригласили местных музыкантов, которые начали исполнять каверы на различные популярные песни. Народ погряз в музыке.

А он исчез. Он растворился. Белые и грязные футболки, испачканные краской лица и руки. А где? Он где?.. Они с девушкой не были тронуты краской… Нет их.

Кира пробыла на чертовом шоу красок до самой ночи. Маялась, ходила, искала, думала. Благо живет от площади всего в паре кварталов. Концерт продолжался, хотя было за полночь. Народ потихоньку рассеивался, подходили подвыпившие студенты.

Сетуя на то, что Осса просто уже нет здесь, Кира побрела домой, не смотря на дорогу, не смотря по сторонам.

Прошляпила.

***

Нет, Кира не спала. Всю ночь, не переодеваясь и не разуваясь, просидела на подоконнике. Смотря диким и опустошенным взглядом на лавочку через окно. Не шевелясь. Еле дыша. И чувствуя себя холодной и разлагающейся.

На следующий день на лестничной площадке ближе к ночи зашумели. Стены тонкие – все слышно. Кира была занята рисованием, подготовкой к нескорому вступительному испытанию в ВУЗ. Мало того мысли были невыносимо тяжелы и глаза слипались… Звуки приглушенных голосов вывели ее из себя. Бросив карандаш, она выскочила в подъезд.

В прохладном подъезде на подоконнике на газетке сидели Ригера и какая-то девушка с тусклым мелированием. Раздраженная, Кира медленно подошла к ним. И замерла.

– Эля?

Девочка с тусклым мелированием оторвалась от телефона и посмотрела на Киру. Улыбка спала с ее губ. Она подскочила с подоконника и нелепо обняла Темную.

– Кира! Кира, привет! Как дела?

– Нормально дела, ты как? Давно приехала? Я тебя года два не видела, если честно.

– Да вот, сегодня… Да нормально дела, я вот на неделю к Риге, потом обратно… Ну вот так, да.

– Покрасилась?

– А? Ну да… А ты – нет? Оттенок другой? Нет?.. А… Не, ты бы в платину покрасилась, тебе бы пошло… Я серьезно, посветлее бы что-нибудь. Ну, Риг, скажи же?..

– Ага.

– А, я че вышла-то… Потише болтайте, ладно? Я делом занята, – смущенно попросила Кира.

– Окей! Слушай, а ты там же живешь? Вечером сегодня что делаешь?

Кира замерла от внезапного вопроса.

– Да сейчас уже вечер. Да, там же живу. Чего-то хотела?

– Да это, Рига с парнем сегодня гулять идет. Зачем я с ними пойду… Вот, собственно, ничего нового… Да это, не хочешь погулять сегодня?..

Кира так и застыла на месте. Она? Гулять? Нет, нет. Ее? Позвали? Гулять? Ох-хо… Боги услышали ее молитвы? Очень, очень вероятно. Она прикусила внутреннею часть щеки, чтобы не запищать.

– Да даже не знаю… Да дела… И… А во сколько, Эль?

– Да сейчас сколько… Риг, ты во сколько идешь со своим этим?

– В восемь.

– О, давай в полвосьмого, Кир? Пойдем?

– Ну… Ладно, зайдешь.

– Окей, зайду.

На том Кира, полная какого-то непонятно-счастливого чувства, спешно ретировалась в квартиру. Два часа до выхода. Что надеть? Что с волосами-то сделать?.. Боги, боги!

Это же Эля! Сестра Риги, которая приезжала к ней все детство, там и познакомились. Честно, Кира вообще не ожидала ее увидеть. Она с семьей вроде переехала вообще на другой конец страны те самые два года назад. И вот тебе здравствуйте. Эля, Эля… Пока последний человек, кто не усомнился в Кире. Всему вина – расстояние.

Наспех Кира натянула темные брюки, темный свитер и пошла мыть волосы. Все наперекосяк. И рисунки для подготовки – к черту.

***

Через подъездное окошко виднелось, как во дворе тускло вспыхнули фонари. Эля опоздала, пришлось Кире ждать на лестничной площадке. Регина тем временем вышла покурить и поговорить по телефону, спустилась на другую лестницу. Беседа с парнем круглыми сутками. Что может быть привлекательнее? Кира, если честно, не была уверена, что знает наверняка, кто ее молодой человек. Но догадывалась. И почему-то от этих мыслей ей становилось грустно.

Рига замолкла. А потом послышались небыстрые шаги. Кира обернулась.

– Куда пойдете? – бросила Киримова.

– А?.. Не знаю, просто по району пройдемся, наверное… А что?

– Мой – козлина. Короче, с друзьями своими пошел там куда-то… И типа я, как всегда, в пролете. Извини, Риг, давай завтра? А когда завтра? Послезавтра? Капец… блин.

Зачем она это рассказала Кире – Темная не ведала.

– Понятно. С нами пойдешь?..

– Не, этот идиот все настроение испортил!.. Падла. А, ненавижу! Ладно, бывай, сейчас Эльку потороплю.

Эля явилась через долгих десять минут. На ходу поправляя рукава свитера, она принялась скованно расспрашивать Киру обо всем. Темная не менее зажато отвечала.

Окутанный вечерней прохладой двор встретил их спокойствием и тишиной. Шумели вдалеке разве что редкие машины и тихая музыка из какого-то окна.

– Куда пойдем?

– А куда хочешь? – переспросила Кира.

– Не знаю.

– А не хочешь по ЗПБ пройтись?

– Да пойдем, а что это?..

Кира свернула за дом, Эля следом.

– Завод по производству бетона, сурово звучит. Раньше был. Сейчас закрыли. Но название осталось… Ну, просто пройдемся по району…

– Ну, может, на площадь лучше, в центр?

– Так тебе же все равно куда идти, разве нет? – улыбнулась Кира.

– Ну… Да пошли на площадь, – настаивала Эля.

– Давай сначала туда сходим, а потом на площадь? Это не далеко.

– Да зачем? Что там интересного-то?..

– Просто давай сходим, мы уже почти там. А тебе до скольки, кстати?

– Ну, часов до одиннадцати-двенадцати думала… Кир, зачем нам переться в какой-то спальник? Точно такой же, как и твой?

– Просто.

– Серьезно?

– Ну да.

– Кир? – Эля недоверчиво фыркнула. – Там алкашня какая-нибудь будет, гопота… Ну блин. Ну Кир. Ну… Я на площадь, иди сама в свой ЗПП.

– ЗПБ. Стой!

– Стою.

– Ну, как бы…

– Что «ну, как бы»?

– Надо сходить.

Эля закатила глаза.

– Что, у тебя там парень живет? Что, там рудники золотые?..

Кира отвела взгляд.

– Парень. Но не мой.

– Ох-хо, – рассмеялась Эля. – Серьезно? Ходишь сторожить его?..

– Нет.

– Да рассказывай, мне аж интересно стало.

И Кира вытрепала. Вытрепала все, что у нее было. Даже фотографии показала. И с души как будто камень (огромный такой булыжнище) бахнулся. Эля посочувствовала, посмеялась. Рассказала, что у нее была похожая ситуация. И предложила помочь.

– Слушай, давай реально не пойдем на твое ЗПБ. Просто ты столько там шарилась – его нет. По-моему, пустая трата времени. Погнали на площадь. Судя по твоим рассказам, он нормальный. То есть не гопота, не задрот вроде… Хотя… Ну, все самые нормальные вроде на площади торчат вечерами. Рига так говорила. Может, и твой этот Осс там. Пойдем и посмотрим. А я у Риги, кстати, спрошу, где и с кем она там с ним бухала. Что-то мне аж тоже интересно стало.

– Отобьешь?.. – смеясь, спросила Кира.

– Нет, спасибо. У меня свой есть. Мне жалко тебя, в том смысле, что нормально познакомиться не получается… Типа то его в интернете нет, то он с девушкой, то… Ну… Слушай, а если это и была его девушка? Типа не думала?

– Не знаю. Может, и его девушка. Посмотрим по обстоятельствам.

– Окей…

– Спасибо.

– Да пока не за что.

– Слушай, а как ты со своим познакомилась?..

Элька усмехнулась. Поправила облезлые волосы.

– Да там… Тоже понравился. Ну, боялась познакомиться, все выглядывала его. Мы на митинге в школе были. Он в универе на первом курсе учился, и они пришли выступать с командой. И тут случайно взглядом с ним встретилась и не отвела. Он в ответ смотрит, наверное, удивился. И это, потом, когда расходились с митинга, подошел, познакомился… Ну, вот так вот.

– Мне бы так.

Девушки вышли со двора и свернули на главную дорогу.

Последние черточки заката блеснули на небе. Они… Они будто олицетворяли ничтожную надежду, из-за которой теплели и дрожали внутренние бесы. Машин стало заметно меньше, наросли на тротуарах кучки подростков.

Эля рассказывала про парня, показывала их общие фотографии. Говорила о новых вещах, даже об одежде Риги. Говорила про своих кота и небольшую собачку, про черепашку. Говорила о своем росте. Кира слушала, кивала, где-то с огромным усилием воли, рассказывала что-то о себе.

Площадь была уже перед ними. Осталось дождаться зеленого оттенка на светофоре, передут по пешеходному – и там.

– Знаешь, – скованно начала Кира, выглядывая через декоративные деревья ступеньки здания администрации, где толпилась молодежь. – Я не знаю… Просто подойдем и сядем?

– Просто подойдем и сядем, – ответила Эля и подтолкнула Киру к пешеходному переходу.

На серых кварцевых ступеньках здания администрации сидело человек десять. На нижних кривлялись какие-то парни, а напротив них стояли девушки в юбках – фыркали. Чуть повыше – неказистый паренек, увлеченно уничтожающий пальцами экран телефона. На парапете какой-то мальчик приставал к какой-то девочке. Еще выше… Одноклассники Киры. Она даже оступилась, когда увидела Артема, Динара и Эрика. Поздороваться? Да пошли они к черту.

Элька потянула Киру, и они уселись на свободное место. Темная несмело и заинтересованно глянула на кучу мальчиков, толпящихся снизу… Они не из города, что ли? Так тут никто не одевается. Определенно. Подобных парней она видела разве что на фотографиях в социальных сетях. Красиво уложенные волосы и вещи… Не паленый адик и пресловутый риббок – синяя чернь, в которую облачались местные. А вот сверху стояли местные парни. Неудивительно, что Эрик, Динар и Артем терлись около них – интересно же, а вдруг внимание обратят, вдруг к себе позовут? Смешно.

Элька глянула на телефоне время и поднялась со ступеньки.

– Ты куда? – испуганно зашептала Кира, хватая ее за рукав.

– Да здесь я, здесь, – кокетливо рассмеялась Эля, поглядывая на «несонненских» мальчиков. А они на нее не поглядывали. Присела рядом с Кирой на кварцевые перила. Темная закатила глаза, села туда же. И уставилась на тех же парней, словно в музее: «Смотреть, руками не трогать».

– Вон рыжий мне нравится… Хотя не важно, я просто… Мысли в слух. Кроме моего зайки мне никто не нравится.

Кира рассмеялась.

– Хорошо. Да, он симпатичный. Только взрослый. Ему лет двадцать пять…

– И что? Мне-то семнадцать… Да какой ему «двадцать пять»? Думаю, лет двадцать. Ну он, правда, красивый. Мне нравится. Так, между нами.

– Офигенно он одет, кстати. Зачетные штанцы.

– Точно, точно. Какой-то он борзый, мне кажется… Как грубо разговаривает. Темненький, тот, с челкой, тоже ничего… – вздохнула Эля.

– Ага. Где-то я его видела. Он, по-моему, из Сонного. Но я не уверена, – смутилась Кира.

– Ну, это круто, что в Сонном есть такие парни. Хотя бы так. А светленький? Ну, такой, да, тоже неплохо одет…

– А? Не, не вижу. Рыжий загородил. Потом посмотрю, – зевнула Кира и перевела печальный взгляд на верхнюю ступеньку. У правого края перил о чем-то скромно разговаривали парни из местного колледжа. Пара знакомых лиц. Вздохнув, стала тайком поглядывать на белокурого одноклассника – Артема.

Элька вновь глянула на время. Посмотрела на площадь – приближалась новая компания. Потом скучающе глянула на двери администрации. Взглянула на группу парней из Сонного… Стоят, угорают. Потом перевела взгляд на парня, который вот-вот подбежал, поздоровался с местными и спустился к ребятам, которые стояли внизу.

– Пацанэ, дарова!

И он обернулся.

Обернулся, черти!

Элька заулыбалась. Начала тормошить Киру за плечо. Она закатила глаза и лениво проследила за взглядом Эли. И сдохла. Это он там в толпе стоял с теми стильными парнями.

– Че-е-ерт!.. – с жарким шепотом выдавила Кира.

– Это он, он же?.. – улыбалась Элька, смотря, как парень с тату над бровью жмет руки и приобнимет парней.

– Та-а-а… – сипло выдохнула Кира, приосаниваясь. – Господи. Да ты видела его, видела?

– Ну, вижу. Забитый такой… В смысле тату на руках вон. А так не мой типаж, сорри. Ну, не знаю, мне не очень нравится, если честно. Такой, какой-то… Мне высокие больше нравятся. И прическа у него короткая какая-то совсем… Ну… Что это, троечка?

– Ага, понятно, – восторженно выдохнула Кира, прожигая его спину безумным и трепетным взглядом. А потом начала дергать Элю за рукав.

– Успокойся, люди смотрят, – буркнула девушка, отстраняясь.

– Да чего делать-то?!

– Чего-чего… – начала Элька, и тут у нее зазвонил телефон. – Знакомиться, что делать. Сейчас я, подожди минуту…

Эля спрыгнула с перил и отошла к клумбе, отвечая на звонок.

Кира на секунду отвернулась, чтобы прикрыть глаза и вздохнуть. Господи, Господи! Он в восьми ступенях от нее. В миллиарде световых лет одновременно.

– Кира! Сейчас Рига придет, потому что ей скучно стало. Если что, то я предупредила, – сказала Эля, садясь обратно. – Ну, сейчас она придет и спросим у нее, может, подкинет идею, как познакомиться. Хотя, думаю, все-таки надо подождать, пока он отойдет от пацанов…

– Если отойдет, – с грустью в голосе буркнула Темная.

Между тем мимо прошмыгнули девочки из школы Киры. Класс восьмой, наверное. Ухоженные – в платьях, с сумками.

– В смысле?! – неожиданно прикрикнул рыжий, хватая светловолосую девочку за руку. – А что ты здесь делаешь? От матери вздумала получить? Что, по уху хочешь получить?

– От мамы получишь по уху! – закричала светловолосая девочка тонким голосочком, показывая рыжему средний палец. – Я все равно домой иду!

Кира и Эля усмехнулись, чувствуя, как сзади кто-то подкрался и положил им руки на плечи.

– Ты че пугаешь? – выдохнула Элька, сбрасывая руку Риги. – Садись давай, пришла она!..

– Ну, пришла, – рассмеялась Рига, облокачиваясь на перила рядом с Элькой. – О-о-о… Это же Захарка!

– Кто? – спросила Эля.

– Захар Якимчук. Тот, с челкой. У него отец здесь торговым центром и торговым домом владеет. Он офигенный вообще. Я слышала, что он нормальный автосалон здесь открыть хочет и бабла почти накопил… Блин, мне бы с ним познакомиться…

– А сколько ему лет? – спросила Кира, одним ухом слушая Ригу.

– Где-то двадцать. Колледж строительный, ну, наш, почти закончил вроде. Третий курс.

– Понятно.

– А? Охренеть! Это что, Тема, что ли?.. – выдохнула Рига, забывая о Захаре. Словно вьюга, она подлетела к однокласснику и начала ныть о том, что он ее кинул. Что, он и есть ее парень, что ли?

Все сразу обернулись, дабы усмехнуться с детской драмы. Кира повела плечами. Чувство легкой, но саднящей ревности к Артему перебило ощущение непонимания… Потому что все обернулись! Все! А Осс и его друзья ухом не повели.

Эля смущенно накрыла лицо ладонью.

– И что теперь? – буркнул Артем.

– И ничего. При людях будем разговаривать? – шикнула Рига.

– Мне все равно.

Она нервно провела рукой по огненным волосам, хмыкнула и ушла, даже не попрощавшись с девочками.

– М-да, конечно… – сказала Эля, наблюдая, как Артем и его друзья поднимаются со ступеней и уходят вслед за Ригой.

– Так что делать будем?

– А?

Кира опять схватила Элю за руку.

– Ты будешь, не я, – ответила с холодом в голосе Эля, смотря на затылок Осса. – Хотя, знаешь, пошли попросим позвонить. Ты попросишь.

– Я? – испугалась Темная.

– Ну да.

– Не, не, не. Это же так отстало, ну ты чего… Как-то сразу будет понятно, что я познакомиться с ним хочу, сразу просечет, что он понравился мне.

– Да ну? – зевнула Эля. – Как? Ты просто подошла и попросила телефон позвонить. А там ты уже можешь вбить свой номер ему или отправить сообщение с его номера на свой. Ты не спрашивала его имя и так далее… Он сам спросить должен! Просто прояви инициативу. Обычно мальчикам нравится что-то необычное… Не дикое, а необычное… То есть не просто познакомиться, а как бы случайно.

– Подожди, но я же конкретно к нему обращусь… А почему именно к нему?

– Потому что он с краю стоит! – Эля стукнула ее по лбу.

– Не.

– Значит, и теки дальше по его фотке.

– Ох…

– Кир?

– Я подойду.

– Давай.

– Да не…

– Кир?.. Ты уже задолбала, если честно. Мне подойти к нему и взять номер, чтобы потом ты ему позвонила или написала?

– Глупо.

– А я о чем? – вздохнула Эля. – Не, я могу подойти. Мне это труда не составит. Не понимаю, почему ты боишься?

– Все ты понимаешь. Вот у тебя же не так было. Твой парень к тебе подошел, сам познакомился… А здесь другое.

– Не-а, тоже самое. Почти.

– Как же.

– Не хочет он случайно оборачиваться и встречаться с тобой взглядом – не судьба. Так встань поперек этого сраного течения обстоятельств, попри против ваших сраных судеб. Не сошлись у вас звезды, чтобы вы там где-нибудь случайно столкнулись в переулке и влюбились друг в друга с первого взгляда. И не думаю, что что-то подобное произойдет. Что тебе важнее? Твой сраный страх показаться дурой в глазах незнакомых чертей или попытаться столкнуть ваши пути с твоим мудаком?..

– Мотивирует, – тяжело выдохнула Кира, соскакивая с перил. Еще раз вздохнула, нервно сунула Эле свой телефон, одернула свитер. И неторопливо приблизилась к парням. Прикрыла глаза. Как будто гигантские клешни сдерживали ее, чтобы не вернуться. Она и так чувствовала, как Эля прожигает ее глазами. Вздохнула. И коснулась его руки. Жарко. Адское пекло. Он казался невыносимо холодным даже через кофту. А она горела. Как лес по осени. А он пах зимой и ёлками.

Обернулся, словно хищник – медленно.

И утонула.

Какие глаза. Господи! Как он смотрит… Как он… Господи.

Он взглядом ей веревку на шею накинул и камень к другому концу привязал. И в реку кинул.

– А?

Кира почувствовала, как по костям бежит дрожь, как пробирает мороз и разрывает все внутри.

Господи.

– Извини, дай, пожалуйста, телефон позвонить, мой сел, – улыбнулась, цепляясь за последние нити самообладания.

Он сначала отвел, а потом опустил взгляд. Засунул руку в карман. Оценив Киру взглядом с ног до головы, несмело протянул айфон с открытой вкладкой для набора номера.

– Не разбей, платить будешь.

Кира махнула тяжелой головой.

– Хорошо.

Из легких в момент вышел весь воздух. Отвернулась. Господи. Айфон? Да еще и последний? Ну-у… Не-не-не, ей точно ничего не светит.

Да похрен!

Господи!

Что она только что сделала? Господи!

Это его телефон, его! Он держал его мгновение назад, он держал его все это время. Его пальцы касались экрана.

Дико. Как дико и страшно.

Несмело Кира посмотрела на Элю. Та улыбнулась, показала «класс» и, как бы намекая, повертела в воздухе ее телефоном.

Кира покорно набрала свой номер, Элька мгновенно отключила завибрировавший телефон.

На мгновение прижав телефон к груди, Кира повернулась и вновь коснулась плеча Осса, сгорая изнутри. Бледная, как снег, снаружи.

– Спасибо большое.

– Нез, – бросил он, отворачиваясь. И улетая. Пропадая. Не заметил.

Не зацепила.

Не обратил внимания.

Не спросил имя.

Не… Ничего.

На свинцовых ногах Темная, еле дыша, доползла до Эли. Хотелось прыгнуть с парашюта. Или со скалы – просто так. Адреналин, словно страшный вирус, вошел в кровь. И… И было страшно. Сейчас она поняла, что могла бы взорвать здание администрации или спуститься в Марианскую впадину. Она сделала это. Она подошла к Оссу, она заговорила с ним. После этого она могла все.

– Ты как?

Кира оперлась на колени Эли и опустила взгляд.

– Странно. Я же все прошляпила. Все, черт! Я не скинула никакое сообщение на свой номер, и… Странно. Как странно и жалко. Капец. Просто капец… Я не могу больше здесь находиться… Странно. И стыдно, да, стыдно, черт! А пошли домой, домой пошли, давай! Ты же… Я же… Я все впечатление о себе испортила…

– А… Ну, пошли. Да слушай, ты смотрелась нормально, только стояла, как солдатик – неподвижно. Он тоже вроде нормально себя вел, отозвался, молодец. Друзья его, кстати, удивились больше, чем он… Зыркали стояли на тебя там… Ну, он нормально себя ведет. Не скажу, что какой-то помешанный… Ну… Все хорошо будет, у тебя же есть его номер, звякнешь попозже. Типа скажешь, что пропущенный с его номера. Ну, хотя бы так. С сообщением ладно уже.

***

Тем же вечером Кира решилась. Решилась позвонить ему. Сидя на кухне, не переодевшись, мешая ложкой несладкий чай.

Гудки, гудки, гудки. Такие безбожные гуд…

– Да?

В горле пересохло, рука с ложкой застыла.

– А… Э… Да? У-у… меня пропущенный… ваш.

– А, понял. Девушка сегодня просила телефон позвонить. Извини, ничем помочь не могу.

– А-а-а… что за девушка?..

Молчание.

– Не помню ее. Блондинка, высокая, хотя… Ничем помочь не могу. Это все?

– Э-э-э… Да, понятно, спасибо большое. До свидания!.. Извините.

– Не за что извиняться. Ага.

И сбросил. Отключился так резко и неожиданно.

И все?

Меньше минуты. Да она всю жизнь увидела за эту минуту.

Все.

Дура… Дура! Почему она не записала их разговор?

Телефон еще долго теплел под дрожащей ладонью Киры. Она сидела, ревела. Тушь по щекам, карандаш для бровей там же… И хотелось сдохнуть. А что? Что еще делать? Еще раз позвонить? А зачем? Типа случайно? Так он опять скажет «понятно» и отключится.

Что?.. Что с ним не так?

Очевидно. Полное отсутствие инициативы. Она ему не понравилась. А хотя, чем ей цеплять парней? Неровным носом? Высоким ростом? Целых сто семьдесят три сантиметра…

Дико. Дико, обидно и стыдно, как никогда.

Кира оставила чашку прямо на столе, взяла одеяло и прямо в одежде уснула на прохладном балконе. Измазывая шерстяную материю слезами вперемешку с косметикой.

***

Близился конец июня. Еще каких-то три дня – и новый месяц. Обреченно как-то.

Эля не давала о себе знать до самого заката. Пришла к семи часам вечера, позвонила в дверь.

– Я… Это… Спросила как бы у Регинки, где и с кем она пила. Ка-а-ароче, спросила про того Мишу… И… Уж извиняй, но так получилось, что она типа поняла, что он… нравится… тебе.

Кира с ленью кивнула, подпирая дверной косяк плечом.

– Такие дела, – продолжила Элька. – Ну, познакомилась с девочкой Рига… Она из шараги, из строительного. Ну… Там ее позвали пить на ЗПБ… Или… Это… И позвали как бы девку, но она взяла с собой еще одну, ну и Ригу еще… А позвали на квартиру парни с того же колледжа, и это, они сами на ЗПБ живут… Макар один, второго не помню… И это, там человек десять на квартире было, и это… Там один был, его Мишой Оссом звали, типа говорит, что вообще угарный тип, ну там жег не по-пионерски. Интересный типа такой. Но она лично с ним не общалась, только имя слышала как сказали. Ну, Осса нельзя не запомнить, когда он бухой… И это, слышала вроде, как он говорил, что у него хата в том же доме, типа живет там, он даже бегал к себе зачем-то… И все. Но лично они как бы не знакомы, только вот так… Все.

Кира поблагодарила Элю. Спросила насчет сегодняшней прогулки вечером, и Эля уклончиво ответила, что не в настроении, мол, голова побаливает. И, улыбнувшись, ушла к себе.

***

Голова болит. Да ну? Вон они с Ригой из подъезда вылезают, угарают. Как дуры.

Кира как бы невзначай задернула тюль и села обратно за компьютер. После увиденного жухлый и безвкусный ком подкатил к горлу. Почему? Они даже не подруги. Чего ей расстраиваться? Действительно.

Паблик спал. Последний пост – про продажу варежек – и то два дня назад. Предпоследний, про Осса, – три дня.

И вроде администрация онлайн, и вроде аж четыре тысячи подписчиков. Но группа все равно мертва.

Плакать хотелось.

В том году Кира активно унижала менее образованных пользователей. Несмотря на возраст, выходило. Оскорблялись. Было весело. Только не на том полигоне. Не на том, черт! Кто же знал, что надо было всего лишь заглянуть в группу города, и… Что-нибудь сделать. Как-нибудь спровоцировать кого-нибудь.

Рига, например, не потянула бы такие разборки. Не доросла, а может, и не дорастет. Чувствовать надо, когда пишешь.

Может, ответить? Кира могла бы написать что-то Оссу в ответ сейчас, но какой смысл отвечать на комментарий полугодовалой давности удаленному аккаунту?

Чувствуя подступающие к глазам слезы, Кира невидящим взглядом набрала небольшой пост об отрицательном впечатлении от недавнего праздника. Скинула в группу.

Выпила стакан воды. Еще один.

А за окном садилось солнце. И как-то тихо. И на душе тихо и тускло.

«Ребят, а как вы относитесь к людям нетрадиционной сексуальной ориентации? У нас такие проживают?» – скинула в группу. Следующий пост был о сонненских девочках, ровесницах Киры, которые уже пьют и курят по МФЯ и ЗПБ.

Были еще мысли развить какие-нибудь темы, но Кира отмахнулась от этой затеи, посчитав, что и этого вполне хватит. А если, не дай Всевышний, отправят в бан? За чрезмерную активность.

Обновила удаленную страницу Осса. Обновила последний пост, под которым он что-то писал. Пост про автомобили, и его ответ со статьей из кодекса на глупую теорию какого-то бывалого водителя.

Обновила свой пост про хну и Мишу – старо. Посмотрела страницу его друга Макара – там новое фото с девушкой. Гуляют в парке. В инстаграме – те же фото. Скучно.

Обновила еще раз группу.

Обновила свою страницу. Тяжело вздохнув, уронила голову на стол, варясь в слабой тревоге.

Жалко.

Жалко ей было себя до невозможного.

А потом значок оповещений мигнул. Опубликовали одну, предложенную ею, новость. Опубликовали еще пару – другого авторства. Кира нетерпеливо написала под ними комментарии, всеми силами осуждая анонимов.

Через минут двадцать прилетело несколько лайков на комментарии, еще несколько – на ее пост, всплыли отзывы каких-то девочек, которые не согласны с утверждением Киры: «Не все же такие, не все гуляют по ЗПБ!» Темная с жаром ответила им, не забыв кольнуть вопросом: «А вы какие?»

Вскоре опубликовали пост с ее отзывом о Дне Города. Только под огромной чертой администратор вставил свои три рубля: «Надо с друзьями ходить, чтобы настроение было, а чего ты, осталась бы дома, телек посмотрела».

Кира хотела было написать что-то в оправдание, но вовремя убрала руку от клавиатуры. Другие бы догадались, что это ее пост. Зачем светиться таким образом?

На том активность в паблике уснула. Посты до полночи так и не появились, комментарии Киры остались не отвеченными.

Однако ровно в полночь пришло сообщение от администратора группы, в котором было предупреждение, чтобы Кира вела себя осторожнее, а то до греха дойдет, народ у нас любит кулаками помахать. Кира поблагодарила его за переживания. Страница администратора была пустая, фейковая, кто он – Кире узнать не удалось.

Когда Темная, усталая, вновь просматривала перепалки в комментариях годовалой давности, ей скинули сообщение. Оказалось, это Эля, которая нашла ее страницу. Наверное, через Ригу. Она прислала фото мерзкого качества… Хотя при должной яркости можно было без напряга зрения разглядеть Осса, подпирающего перила, уткнувшегося в телефон.

Господи, спасибо ей. Господи, он прекрасен.

Недолго думая, Кира скинула его фото в группу, подписав: «А кто это? Просто интересно». Опубликовали мгновенно. Темная аж поперхнулась… И неожиданно поняла, что совершила огромную ошибку. А если он и правда покажется? Что тогда?

Дрожащими руками она выключила ноутбук и пошла спать.

На другой день к вечеру Кира набралась смелости – открыла интернет, зашла в группу. Боже святой, под постом было больше ста комментариев. Кира судорожно выдохнула, подавляя сознательное чувство страха. Даже прошлась, сполоснула под краном вспотевшие руки. И открыла комментарии.

Совершенно незнакомые люди. Среди них – две агрессивных девушки, доказывающих друг другу свою честь и честность Миши Осса. Кто-то написал, что видел Осса в компании некоего местного «не ровного» парня Никиты Новгородова – и понеслось. Мелькнул среди них и тот друг Миши Макар, у которого весь профиль в фотографиях с девушкой – сказал, чтобы не разводили дикость в комментариях и шли в личные сообщения. Кира написала каким-то девушкам, указав на их тупость и примитивность. Ответа долго ждать не пришлось – дамочки были в сети.

Позже администрация разместила пост про тех двух девушек, расписав, какие они «дикие и колхозные», удостоверив честных подписчиков, что девушки отправились в черный список на неделю. Под тем же постом неожиданно нарисовалась одноклассница Киры – Алиса Агеева. Она оказалась их подругой. Написала, что в администрации сидят одни идиоты, которые банят людей ни за что. Кира скинула ей скриншоты с доказательством обратного, то бишь их комментариев. Алиса не поверила.

Утро обожгло первым июля и громыхнуло кастрюлями, о которые Темная споткнулась спросонья, когда шла на кухню. Вот бабушка… Вчера она предложила пост про тех же двух девочек-колхозниц – написала, что администрация – полные идиоты, ведь те девушки слишком ничтожны, чтобы отправлять их аж в черный список. Пост, действительно, опубликовали, но с пробелом и подписью админа: «Знаешь, а повиси-ка ты тоже сутки в бане, может, остынешь». Кира бесшумно выругалась. А на телефоне было два пропущенных… От Алисы. Кира из здравых соображений не стала перезванивать.

Об этом говорил админ. Быть осторожнее, тем более со знакомыми. К слову, Киру задело, что он бросил ее в черный список, поэтому, недолго думая, написала ему об этом. Администратор написал, что это для ее же блага, а то развезла бы там и группу бы забанили. На нее жаловались уже пользователи, да и на паблик тоже – якобы спам разводит она, шумно. Кира пообещала ему держать себя в руках и вести себя культурно, он простил и сказал, что разбанит пораньше. Потому что ему самому нравится, что она пишет, таких не встречал раньше девушек.

Чтобы не страдать от безделья, Темная села отрабатывать технику рисования, заткнув уши наушниками. А вечером отчего-то… Отчего-то взяла и написала Эле, позвала гулять. Та колебалась, но все-таки дала добро и сказала время.

***

– Слушай, Темная, а ты реально на него запала? – удивлялась Регина, набирая сообщение парню.

– Да нет, просто интересно… сен, – ответила уклончиво Кира, переглянувшись с Элей. Девочки, видимо, успели заметить фотографию Осса в группе, которую Эля скинула Кире.

– Ну да, понятно, – хмыкнула Киримова. – Не нравился бы, не… Кстати, каменты – огонь, мы вчера читали с Элькой, ты полную херь несла…

Темная отвела взгляд и прокашлялась в кулак.

– Да ну?

– Ага, мы угарали, – добавила Элька.

На площади было тепло и светло из-за фонарей. Но трепет в сердце Киры нарастал с каждым чертовым шагом ко входу администрации.

Осс терся в той же компании, только теперь они сидели на ступенях. Когда девочки подошли и опустились рядом, на две ступени ниже, то на них покосились интуитивно все. Кроме Осса.

Кира заведомо села ближе к парням, так, чтобы быть с Оссом хотя бы в сорока сантиметрах. И слышать его голос. Его смех. И дрожать, как при температуре.

Хотелось сдохнуть. Опять сдохнуть. Сидеть рядом с Мишей – это невыносимо.

– Э! Эй, Кир, ты едешь? А?

Темная мотнула головой – задумалась. Напротив нее стояла Регина.

– Ты чего такая пуганая? Да это, едешь с нами?

– А… А? Куда?

– Да это, ралли на следующей неделе будет. Пойдешь с нами… Или как там?..

– Это что?..

Рига улыбнулась, Элька закатила глаза.

– Ну типа гонок. Там наши… Это, типа соревноваться будут, и это, типа прийти и посмотреть. Поснимать, поржать. Интересно же, а. Ну, и зовем тебя, вот. Типа там ставки еще какие-то будут, может, это, пофоткаемся, я не знаю… Там весь город будет, – разъяснила Эля в привычной манере.

– Да где вы набираетесь такой информации?

Из легких Киры вышел весь воздух. Эля и Рига озадаченно обернулись, Кира же была не в состоянии этого сделать психологически. Она как будто язык проглотила. И шея стала мраморной.

Осс стоял над девчонками на ступени выше. Смотрел, ухмылялся. Потом присел на корточки и сложил руки перед собой. Обратился к Риге.

– Ты хоть знаешь, что вам, мелочи, нельзя туда?

– Пфф… – Рига закатила свои красивые глаза. – И что? А что мы им сделаем? Просто придем и посмотрим.

Осс хмыкнул.

– Испортите настроение своим гребаными визгами, например. А еще менты, не дай бог – бога нет – привалят, и куда вы? Мы вас не повезем с собой, там все места забиты, вы че, штраф захотели? Родоков хоть бы пожалели.

– У нас есть тот, кто нас повезет, вообще-то.

– И кто?

– Макар.

– Ой, ну, конечно. Он-то любит помоложе, ага.

– Что? Ты дебил?

– Конечно.

Рига хмыкнула.

– А ты тоже участвуешь, что ли?

– Это же очевидно.

– Каким едешь?

– Тринадцатым.

– Понятно, что, – сказала Рига, пожав плечами.

– Так что, вы реально с Макаром, что ли? – уточнил Осс.

Регина закатила глаза опять.

– Я тебе понятным языком сказала, что «да». А что такого-то? У него в машине как раз три места…

– А он тебе говорил, что погоним с одним пассажиром, то есть мы договорились взять по девушке с собой на переднее место. Мотивация, чтобы не раздолбаться о дерево. Хотя риск, риск… Не говорил?

Регина помолчала.

– Да, говорил.

– Ты поедешь с ним, что ли? – недрогнувшим голосом спросил Миша.

– Ну да, я. Предложил, я согласилась. А что?

Осс помолчал.

– Хотя его дело, мы не договаривались не брать малолеток. Ясно, понятно, – сказал он, поднимаясь и унося запах хвойного парфюма.

– Стой, а ты с кем едешь-то?

Осс пожал плечами.

– Тебе есть до этого дело, мелкотня?

Регина показала ему средний палец и отвернулась. Кира же, крепко сцепив пальцы рук, наконец выдохнула. Покосилась на Эльку.

– Он ушел?..

– Да…

– Вообще ушел?

– Да, с пацанами куда-то, – негромко ответила Эля, выглядывая Осса через спину Киры.

– Да он вообще олень конченый! – выругалась Регина. – Как земля таких носит? Дегенерат… Да вообще! Как он разговаривает! Вы слышали хоть? Я хренею вообще!.. Неужели нормально нельзя? Да вообще! Дерзит, как будто перед ним проститутка конченая, да он сам конченый вообще!..

Кира судорожно подперла лоб рукой, искренне радуясь, что Осс не понравился Риге. И перебирая в памяти ноты его чарующего голоса.

***

Дома Кира прямиком бросилась в душ – она горела, она устала. Из ржавого крана с горячей водой брызнула холодная, как и из другого крана… Бывало и лучше.

Осс стоял рядом, он разговаривал, она чувствовала его запах…

И Темная готова была задушить себя за то, что не осмелилась влезть в их диалог.

И хотелось стены ломать. И вернуться на час назад и заставить себя – дуру сентиментальную – что-нибудь выдрать из глотки.

Он же опять ее не заметил.

В группе Киру уже разбанили. Закутавшись в два одеяла, ибо после такого душа самое оно, Темная открыла вкладку с оповещениями и начала отвечать на комментарии. А ей опять угрожали…

Олеся Солода 18:03

«Че темная можит хош в реале встретится и все высказать мне?»

Кира Темная 22:56

«Зачем?»

Олеся Солода 22:58

«Дерзкая до хрена а? Че в себя поверела? Адрес дектуй дура».

Кира Темная 22:58

«Могу продиктовать адрес психушки».

Олеся Солода 22:59

«Я тебя спрашиваю дура такая в себя поверила? Ты думаишь че я те тут чушь порю? Думаишь я тебя не найду, мразота?! Да я найду тебя я все лохмы тебе, повыдираю коза драная!!! Будешь еще тут про моего заю чтото писать! Ты меня услышала, девочка моя?»

В таком духе продолжались немногочисленные, к сожалению, споры. Все сводилось к посылам, угрозам. И, к удивлению Киры, баном тех агрессивных девушек и парней. Почему? Кира ведь тоже их оскорбляла. Но банили только ее оппонентов. Что это значило? Что админ на ее стороне, а это хорошо. Он написал, кстати, спросил, не идет ли она на пробег, Кира сказала, что будет там. Админ написал, что тоже там будет, и посоветовал ей не идти, а то вдруг узнает кто-нибудь и волосы повыдирает. Это было, конечно, мило с его стороны, но Кира все равно решила идти.

На следующий день Кире написала Рига. Оказалось, что ни на какое ралли они не едут, все отменяется. Макар сказал, что там все строго совершеннолетние. Кира с горечью выдохнула: да как так, там же будет Осс!.. Пришлось смириться, но… Новые ответы на комментарии заставили ее рассмеяться. И осознать кое-что. Тот Макар, о котором говорила Рига, обиделся на комментарии Киры. Наверное, это и был повод для того, чтобы отказать Кире. А Рига и Элька все-таки поедут с ним, понятно.

С дурацкой горечью Кира доставала горожан на протяжении двух дней. А пятница близилась.

Что сегодня? Четверг? Сколько времени? Восемь вечера.

Может, ну его, может, удалить к чертям аккаунт, перекраситься, перевестись в другую школу? Может, хватит привлекать к себе внимание? Может, хватит высказывать под постами никому не нужное мнение?

Ей опять написал администратор, поинтересовался, как дела. Кира пожаловалась, что ее компания на ралли кинула. Он посочувствовал, конечно, и сказал, что она может сама приехать посмотреть, ничего страшного в этом нет, да и он на нее хоть в живую посмотрит. Кира спросила, посмотрит ли она на него в живую. Админ сказал, что, наверное, посмотрит, но не узнает.

Кира сделала десятую чашку растворимого кофе. Захлебнуться бы. А на лавочке кто-то сидел, разговаривал. Фонарь во дворе разбили, поэтому слабый свет окон не позволял различить присутствующих. Только по голосу?.. Знакомые голоса… Или нет, вроде Эрик и Динар. С Ригой они не общаются. Тогда к кому они пришли?.. А может…

Двери подъезда открылись и, смеясь, оттуда вышел Артем… Понятно, он был у Регины… Ну и пусть. Она отошла от окна, еще заметят.

Значок оповещений мигнул. Кира шмыгнула носом, с трудом отведя взгляд от меркнущего силуэта Артема у гаражей… Отхлебнула холодный кофе из кружки. Опять звук оповещения. Да к чертям это быдло сонненское, вот ну к чертям. Уже никакого удовольствия от срачей!

Кира еще раз посмотрела на экран ноутбука, потом сделала себе кофе заново. И открыла окно посильнее, спасаясь от июльской духоты. И все-таки посмотрела, кто ответил ей на комментарии.

– АААААААААА!!!

Послышался кашель бабки.

– Киру-у-уся, ты ча-аво?..

– Ничего, ничего, ничего, ничего, все нормально, ба-а! – срывающимся голосом ответила Кира, съезжая на стуле под стол. Затыкая рукавом рот, чтобы подавить крик. Закрывая руками лицо, чтобы даже тени не увидели ее состояние. Руки вспотели адски. Она перевернулась, утыкаясь ртом в мягкую обивку стула, крича. Вдох и выдох.

Потом все-таки заставила себя подняться на ноги. И еще минуты две прожигала взглядом экран ноутбука. Потом, дрожа, сполоснула руки и лицо прохладной водой. И села за стол.

Кира Темная 19:04

«Когда всякое быдло пишет более-менее грамотно – это нихрена не показатель мозгов, это тупо дисциплина. Ребят, школьная программа рассчитана на людей вне зависимости от их врожденных способностей».

Михаил Осс 20:07

«Что ты несешь? Это показатель культурного уровня человека, какие бы там у него «быдлячие» принципы устои не были, кек».

И под еще одним – пост про разбитое окно на майской дискотеке в школе №8:

Кира Темная 19:10

«Можно подумать, что одно окно охренеть как скажется на городском бюджете. Не в воспитании детей дело, а в ленивых дежурных учителях, которые смотрят только в телефоны: "Боже, мне доченька в восапчике пишет"».

Михаил Осс 20:10

«Когда там пятьсот голов носятся – это лень, по-твоему? Че им, теперь убиться, но со всеми под ручку танцевать, чтобы смотреть, кто бы чего не разбил».

Кира минут пять просидела в раздумьях, а потом скинула два ответных комментария, в одном из которых назло себе съязвила: «Самый умный?».

Осс ответил почти мгновенно. Написал, что да, он самый умный – так мама сказала. И смайлик.

Смайлик.

Кира вообще не ожидала получить в ответ смайл, но… Свел к шутке?..

20:19 Кира Темная

«Понятно. Что тебе еще мама говорит? Кого трахнуть?»

Осс вышел из сети очень не вовремя. Зато Кира нашла в себе силы выдохнуть и закрыть вкладку.

Аллах услышал ее молитвы? Боже всевышний, спасибо. Она готова была расцеловать судьбу (или кого там?) за такое… За Осса. Он появился. Взял и пришел. А вдруг опять возьмет и уйдет? Не важно. Конечно, все это детский лепет про судьбу… Про Мишу было аж два поста, к тому же активность в паблике – благодаря Кире – в последнее время резко пошла вверх. Почему бы не вернуться в ряды троллей?

Вскоре – через два часа – Осс вновь оказался в сети. Ответил Кире. Кира ему… Завязался трепетный спор, подключились друзья Осса, администрация группы. В итоге через два часа после этой околесицы Осс написал Кире в личные сообщения ничего не значащее, но греющее сердце: «Откуда ты такая, блин, взялась?». Кира не стала отвечать, приберегла на утро. Между тем Миша вышел, но под другим постом начался новый конфликт, уже с участием знакомой Киры Олеси Солоды и ее подругами. Оказалось, Кира снова кого-то «оскорбила», и девушки решили позвать ее разобраться в реальной жизни. Кира хотела было отказаться, но неожиданно поняла, что… Что в глазах Осса это будет выглядеть не очень.

Девушки сказали, чтобы она подтягивалась на край города завтра – на ралли. Мол, там и людно, и безопасно. Хотя… Как заведут куда-нибудь за дерево да изобьют… Эмоционально неустойчивые женщины, объединяясь в группы, представляют нехилую угрозу.

А под каким предлогом Кира пойдет на то ралли?.. Своим ходом, на маршрутке. Как и немногие горожане, ведь о ралли не писали ни в паблике, ни в газетах.

Утром она написала Оссу: «Тупой вопрос. Еще вопросы?». Осс заходил потом в сеть, но ничего не ответил. Расстроил.

***

Ралли должно было начаться в девять вечера. А маршрутки в городе ходят как раз до девяти. И как она доберется обратно? Пешком, очевидно.

Ближе к вечеру Кира привела себя в порядок и второй раз за день зашла в сеть. Новые оповещения, новые ответы на комментарии, одно сообщение… От Эли. Звала ее гулять завтра… Интересный поворот. Кира дала добро.

Ни одного ответа от Осса, хотя он онлайн. Странно.

К восьми часам, взяв с собой пустой рюкзак, Кира пошла на остановку. Вечер сегодня был, на удивление, теплый – не пожалела, что нацепила футболку. Ту же, в которой была на Дне Города. Другой выходной не имелось.

Уже в маршрутке Кира достала телефон, и ее сердце забилось, словно набирающий скорость поезд. Осс написал в комментариях о том, что Кира не права. Темная ответила аргументом из предыдущего поста. Осс сказал, что это бред и назвал ее овцой. Темная, конечно, опешила, но сообразила и скинула в ответ, что он петух. Завязался нешуточный спор, к которому подключились все те же приятели Осса, среди которых был Макар, администрация и Олеся Солода.

Маршрутка доехала до конечной остановки. Выходя, Кира отвечала на комментарий… И вдруг сообщение не отправилось. Ошибка. Ее забанили в группе на сутки. Выругавшись, с отвратительным настроением она пошла в сторону грохочущей вдалеке музыки среди скопища машин. Хотела было написать админу, пожаловаться, но передумала. Может, к лучшему, надо отдохнуть. Да и смысла во всем этом уже не было. Теперь Осс знает, кто она.

***

Олеся Солода оказалась дурно накрашенной блондинкой. Блондинкой. Что за фетиш на светленькое? А вот ее подруги не удосужились даже выделить на лицах брови. Заприметив Темную, она схватила ее за рукав и молниеносно потащила за дерево.

Темная успела только из маршрутки выскочить, глянуть на сборище машин и кучу молодежи. И сразу в кустах оказалась.

– Ну! Я тебя слушаю, – уперев руки в бока, начала Олеся басом.

Кира не успела как следует разглядеть народ и машины, перегораживающие трассу. Чертова Олеся. Что теперь? Их здесь никто не увидит и не услышит.

– Это я тебя слушаю, – дрогнувшим голосом ответила Кира, отведя взгляд.

Солода толкнула ее в плечо, Кира устояла на ногах.

– Ты там на меня бычилась, мелкотня такая! Дома надо сидеть и уроки учить, а не по комментариям всяким людей обсерать!

– И что с того?

– Слышь, такая борзая, я смотрю! – рассмеялась Олеся, толкая Киру в грудь. Из-за дерева вылезли подруги Солоды. – Я тя спрашиваю! Страх потеряла?

Кира кинула беспомощный взгляд в толпу и наткнулась на взор Риги, которая с любопытством пялилась на перепалку девушек. Регина приоткрыла рот, секунду потопталась на месте, потом схватила за руку Элю, какого-то парня и потащила их к Кире.

– Отстань от меня, – сказала Кира, отходя от Олеси. Подруги встали сзади, и одна из девушек схватила Киру за волосы и толкнула вперед.

– А-а-а! Вы долбанутые?! – визгнула Кира от боли, вырываясь.

– За долбанутую на колени у меня…

– Э-э-э!.. Девки, девки, – подоспел русоволосый парень, вставая между Солодой и Кирой. Элька несмело встала между Кирой и подругами Олеси. Рига скромно топталась рядом.

– Зинчук, потеряйся нахрен! – пропищала Олеся. – Макар, ты че приперся?

– Олесь, давай ты успокоишься, – сказал Макар, смотря на Солоду в упор.

– Какого хрена ты приперся, я спрашиваю! Мы тут с ней сами разобрались бы! Че бы мы ей сделали, а? Ну а если и сделали, то что с того? Не убьем же!

– Вот почему ты все время начинаешь руки распускать? Неужели нельзя нормально, по-человечески, поговорить?

– Макар, иди нафиг отсюда!

Кира выползла из-за плеча Макара и, поправляя на ходу волосы, вышла к толпе. Хотелось сказать «спасибо» Макару, но ее бы не услышали, слишком громко выясняли отношения. Так странно… парень, который обиделся на ее комментарии, взял и заступился, когда увидел несправедливость: толпой на одну. Даже несмотря на то, что Олеся его девушка.

Макар и девочки появились почти сразу, прошли мимо Киры к машине Макара. Рига вновь бросила то ли осуждающий, то ли извиняющийся взгляд. Потом из-за дерева выползла грустная Олеся, не обращая на Киру никакого внимания.

– Пацанва-а! Долго еще ждать, а?! – проорал темноволосый парень с челкой. Она его узнала. Он был тогда на площади… Как его? Захар? Захар Якимчук сидел на папиной бэхе.

Несколько машин в ряд, пара – на тротуаре. Молодежь. Ходят, смеются, пиво пьют.

– Эй, Кир… – произнесла Эля, и Кира обернулась.

– Все нормально, – отмахнулась Темная. – Я вообще сюда пришла для себя, а не к вам… Так что мне все равно, не заморачивайся. И спасибо.

– Как бы… Ну ок, ок. А за кого болеть будешь?

– Не знаю, наверное, за Захара. Он же участвует? – наобум ляпнула Кира.

– Да он не участвует… Он приехал понтоваться тачкой отца, как к хрустальной к ней относится. Да Рига уже села в машину, готовятся там… – пробубнила Эля, покачнувшись. – Слушай, а что это было вообще?.. Как бы…

Раздались улюлюканья парней.

– Да забей, поссорились из-за комментариев. Я вообще хотела не идти, но…

– Да ну? Ну понятно… – хмыкнула Эля. Ей было жаль Киру.

Послышался вой заводящихся двигателей.

– Мих, ну где ты там! Некит уже подъехал! Макар сейчас подгонит! Где твоя телка?

– Я тебя за такие слова!.. – рассмеялся Осс. – Да сейчас она подъедет! Мож, пососемся пока?

– Ах-ха, – заржал в голос Захар. – Иди ко мне, сладкий!

Кира бросила взгляд на машины и заметила Осса.

Он смотрел на нее.

Чего?..

Отвернулась.

– Эль, пойдешь со мной? В другом месте постоим… – обернулась Кира, почувствовав себя неуютно.

– Темная!

Сука. Осс. Это Осс проорал!

Господи, он окликнул ее. Как он узнал ее? Она же на фотографиях вообще на себя не похожа. Господи, зачем он позвал ее?

– Что?! – незамедлительно крикнула Кира.

– Что, небойсь, пришла за меня поболеть?

Кира отвела взгляд. Хотя из глотки рвалось: «Конечно, идиот, за тебя! Всегда за тебя! Тебя! Только для тебя! Вся твоя!»

– Нет, у меня разборки были!

Осс рассмеялся, закатывая глаза.

Кира, дабы подавить дрожь, сжала руки на лямках рюкзака. Вот, он обратил на нее внимание. И что дальше? Что делать-то?.. Как… Надо что-то выкрикнуть. Обязательно. Нечто простое, но…

– Что-то хотел?!

– От тебя? Нет! – крикнул он в ответ, отворачиваясь. Подъехало такси, из которого вышла белокурая девушка, которую Кира видела на празднике города. И в легких потяжелел воздух. И руки дрожать перестали. И… Это его девушка?

– Эль, а вы на чем обратно поедете? – не смотря на подругу, спросила Кира.

– С Макаром…

– А можете меня с собой взять?

– Это надо у Макара спрашивать…

– Ладно, тогда я пошла, пока. – Темная махнула рукой и двинулась в сторону.

– Стой, ты куда?! – Элька схватила ее за локоть.

Тем временем к машине Осса подошли Макар и Захар. Что-то не ладилось с попутчицей. Захар громко выругался, затем схватил девушку за локоть, чем привлек внимание окружающих.

– Окей, иди нахер, я не поеду, – бросил Миша.

– Ну и не едь, – передразнил Захар. – Она-то дурочка, а ты куда?

– Это ее выбор, сама согласилась, – ответил Миша.

– Да в смысле? Ну найди себе бабу, вон скок стоит! – взъелся Захар, указывая в сторону Эльки. – Хочешь покататься?!

– Я хочу! – собрав волю в кулак и даже закрыв глаза, чтобы не увидеть реакцию парней, крикнула Кира.

Зачем она это сделала?

– Давай реще, че! Садись иди! – проорал Захар, уходя к своему авто и запихивая туда блондинку.

– Ой, братан, сочувствую… Ну давай, давай, пожелай мне удачи, петушара, я пошел, – махнул напоследок Макар. Осс закатил глаза.

– Желаю мне удачи, зайчик! – из открытого окна выкрикнул Осс.

Кира села в машину, хлопнув дверьми. Не специально.

Черт, она не верила. Она не верила, не верила, не верила! Взяла и согласилась. Взяла и села. Сама. Хотя… Он же Элю звал. Элю! Что она наделала? Сейчас, по-любому, все подумали, что она навязчивая, как муха! И Осс тоже…

– Че, на свидание пойдем завтра?

Кира отвернулась к окну, чтобы выдохнуть. И с горечью осознать, что это шутка.

– К-конечно.

– В твоих мечтах, кане-е-щня-а. Пристегивайся. Подушки безопасности в моем корыте нет, поэтому извини, если что.

– Э-э-э… Лада?

– Калина. Ударь меня по плечу, пожалуйста.

Кира, помедлив, неловко толкнула его в руку.

– Еще раз, пожалуйста.

Теперь сильнее.

– Еще раз.

Ударила, как мужик.

– А-ах, спасибо, все, – выдохнул Миша, наблюдая, как Захар рвет глотку, напоминая о старте.

Машины подкатили к стартовой линии. Включились фары. Кто-то засигналил, кто-то заорал, другие надавили на педали газа, напоминая о готовности – заорали двигатели.

– Че-е? Каво-о-о?! – проорал Захар, стоя рядом со своим авто, отогнанным на тротуар. Отхлебнул пива из бутылки. – На старт! Внимание! Погнали, гондонзавод!!!

Рванули.

Кире аж лицо снесло. Три авто русских марок махом обогнали Осса прямо со старта, еще восемь остались позади, силясь обогнуть машину Миши.

– Слушай, а почему ты вызвалась?

Кира, схватившись за подлокотник, посмотрела на спокойное, лишь слегка напряженное лицо Миши. О чем он вообще думает?

– Захотела… покататься. Наверное.

Господи, он… Он сам проявил инициативу для диалога! Боги!

– Не отвечай как тупая дура, я тебя умоляю, – сказал Осс, вдавливая педаль газа в пол. Тяжело выдохнул, глянул в зеркало, повернул руль влево.

– Ну-у-у-у, типа позвали же. Почему бы не поехать? Интересно…

– Ну-у-у-у, типа мы с тобой не в лучших отношениях, насколько я помню. Судя по комментам. Вот это и странно.

– Я не злопамятная.

– Понятно.

– Твоя барышня не поехала?

– Ш… Испугалась.

Помолчали. Осс обогнал еще две машины. Миша выругался, еще раз глянул в зеркало.

– А че ты вообще забыла там в комментах, группа давно трупак.

У Киры сердце перехватило. И желудок. И голос.

– Скучно стало. А потроллить сонненское быдло – прикольно.

– Ты же понимаешь, что оскорбляла моих друзей.

– Я никого не оскорбляла. Они не понимают юмора, это их проблемы. Ну и ты же героически их защищал.

– Понимаешь, я сейчас могу свернуть в лес и оставить тебя там. Или грохнуть.

Темная приподняла брови.

– А-а-а, ну да, тебе-то нечего уже терять, вон почти последним едешь, – с усмешкой выдала Темная, оборачиваясь. И правда, за Оссом – две машины. Что она несет, дура?

– А, ну ок, сворачиваем в лес, – немного помолчав, сказал Осс.

– Поэтому не выпендривайся на разговоры с какой-то долбанутой из комментов и гони. Ты же можешь их обогнать. Что такое тогда? Давай. Слышишь меня? Езжай быстрее! Что ты улыбаешься? Обгоняй этих лохов, ну. В себя поверил?! Так докажи. Чтобы Макар там, Захар… Я не видела, кто там еще возле тебя крутился. Чтобы они охренели. Чтобы девушка твоя тоже охренела…

Миша рассмеялся.

– Ася не моя девушка.

Между тем его пыталась обогнать предпоследняя машина, но Миша вовремя вырулил, закрывая ей путь. Затем, вдавив до возможного, обогнал еще одно авто. Глянул в зеркало. Водитель перед Оссом, на удивление, даже не оборачивался. И не заметил, как Миша обогнал и его.

– Слышишь, Кира, я сейчас шестым еду, да… Видишь тачку впереди? Это Никита, он долбнутый наглухо, ща, по-любасу, не даст обогнать, свернет падла. Держи телефон. Ищи в контактах «Китос» и звони.

Несмело Кира взяла телефон из руки Миши и стала искать в телефонной книге нужный контакт. Позвонила.

Миша свернул вправо, удачно сравнявшись с Никитой.

– Громкую связь включи!

Из динамика раздалось визгливое:

– Слышь, Михуил, ты ох…

Кира случайно отключилась. И вдруг Миша вырулил, обгоняя Никиту.

– Блин, да я ответить хотел, ну ладно, – разочарованно выдохнул Миша, смеясь. – Так, че? Макару набрать, что ли…

– Звонить?..

– Да как-то некрасиво получится, но звони, да… как Зинчук подписан.

Кира набрала номер. Трубку моментально подняли.

– Че надо? – ответил звонкий девичий голос.

Кира включила громкую связь.

– Как дела, Риг? – рассмеялась Кира. А Макар тоже хитер.

– Темная?! Ты? Ты че делаешь, ты телефон у Миши слямзила?!

Осс рассмеялся в голос. Кира накрыла лоб ладонью.

– Дай Макару трубочку…

В динамике раздалось взрывное:

– Пусть этот петух на… идет! Я манал! Я, думаешь, не вижу тебя, сучар-ра!

– Пупсик, не ругайся! – в ответ проорал Осс.

– Иди в задницу, гондон! Даже не думай, ничо-о не получится! Че, слыхал меня?!

– Я знаю, сладкий!

– Последний поворот, дебил! Риг, выру…

Отключилась.

Последний поворот – одна, вторая, третья… Еще немного, и обогнал бы Макара. Осс пришел к финишу пятым из одиннадцати.

И Киру более или менее отпустило. Она уже не дышала как после стометровки, и сердце не так сильно колотилось от одного взгляда Миши.

***

Осс и не предложил подвести ее до дома. Зато Макар, несмотря на подлянку с телефоном, подвез Киру с девочками. И даже пожелал на прощание, чтобы она не ввязывалась больше в споры с Солодой.

На следующий день Миша даже в сеть не зашел. Зато в комментариях начался новый знатный срач.

Осс появился лишь спустя два дня и сразу влез в перепалку.

Через пару дней Кира сидела и мониторила его страницу. Ведь он был онлайн. Их разделял всего-то экран… И… И зачем-то, набравшись смелости, кинула ему заявку в друзья… Хотела было отписаться и сгореть от стыда напрочь, но он добавил мгновенно и написал. Поздоровался. Кира поздоровалась в ответ. Потом спросил, что ей надо. И тут Темная… Темная ответила, что кинула заявку в друзья случайно, мол, ноутбук залагал, не успела отписаться. Осс скинул «ясно» и убрал ее из списка друзей. Кира отписалась.

Во-от дура!..

Дура ненормальная.

Так пролетели еще дня два. И эти два дня Кира боялась даже зайти в интернет. Сидела, смотрела сериалы, либо пыталась рисовать. К слову, хна с рук уже почти слезла. Чертова хна… С нее же каша заварилась.

Ночью в среду ей пришло сообщение. От Миши. Позвал ее в какой-то срач. Кира готова была расцеловать экран. Ответила ему, что срачи ей надоели. Осс так же отреагировал мгновенно – спросил: «Почему?». И они начали переписываться. Он проявил к ней интерес. Да, по ходу диалога Кира поняла, что Осс пьян, но… Какая, к черту, разница? Это же Миша, так даже лучше.

Разговаривали обо всем. Три дня напролет. На комментарии у Киры не было времени вообще. И вылезла она за эти дни из дома лишь раз – в магазин.

Осс оказался идеальным. Ее идеалом. Он понимал ее! Понимал! А она его понимала.

Спустя неделю после общения Миша позвал Киру гулять. Она согласилась.

Они гуляли вечерами до середины августа. Кира жила этими встречами. Пару раз девушка оставалась у него дома, смотрели фильмы. Просто фильмы, не более. Даже не приставал, что огорчало девушку.

Мише осталось учиться один курс в колледже, ему девятнадцать, а в декабре будет двадцать. Днем торчит в гараже с другом, вечером вот гуляет, иногда подрабатывает. С Макаром дружат со школы.

В одну из суббот, когда Осс не смог пойти гулять по семейным обстоятельствам, Кира осталась дома мониторить его страничку. Как ненормальная. Соседи сверху – Киримовы – под ночь зашумели. Бабка хотела подняться, но Кира пошла сама.

Двери открыла Элька – пьяная и сильно накрашенная.

– Кир, привет!

– Ты же еще на той неделе должна была уехать, – смутилась Кира.

– А?.. Не, с родоками облава… До конца лета теперь тут…

Из-за дверной арки показался Макар и виснущая на нем Рига. Послышался голос одноклассницы – Алисы Адыгеевой.

– Кир, ты че пришла? – дружелюбно крикнула Рига.

Кира еле сдержалась, чтобы не сморщиться.

– Громко очень, давайте тише, ребят? Бабушка спит, – объяснила Темная.

– И чо-о? – смеялась Рига.

– Кир, привет, – сказал неожиданно Макар, снимая с себя Киримову.

– Привет.

– Кир, заходи, – протянула Элька, прижимаясь к дверному косяку. Рига ушла в комнату.

– Да я… Не…

– Кир, зайди, – подмигнул Макар. – Зайди, пожалуйста.

Темная пожала плечами и прошла в квартиру. Стянув босоножки, пошла на кухню за Макаром.

– С Оссом мутите? Гуляете, слышал.

– Не, не, не, ты чего? Просто гуляем…

– А, ну понятно, – нарочито понимающе протянул Макар.

– Ага.

– Предупредить хочу, что он псих конченый, если что.

– Эм… В плане чего?

– Непредсказуемый маленько. Смотри, как бы не долбанул тебя чем в подворотне, а то догуляешься.

– Чего?

– Просто предупреждаю, псих он, – Макар хлопнул Киру по плечу и ушел к девочкам.

Кира немного постояла на кухне, подумала, а потом ушла к себе. Вот так он про лучшего друга. А сам куролесит с девочками, встречаясь с другой. Даже жалко Олесю стало.

Псих, значит? Предупредил, значит? И что теперь? Она перестанет с ним общаться? Ага, это только подогрело интерес! К черту, он еще и псих! Это божественно!

На следующий день они пошли в городской парк. Кира все присматривалась к Оссу. Что в нем не так? На что он способен? Она ведь тоже не лыком шита… Может, она первая его грохнет?

Августовские дни горели, превращаясь в пепел. Близилась чертова школа, холодало. Теперь они ходили гулять реже, чаще списывались.

В конце августа, когда Кира отказалась идти гулять из-за того, что приболела, Осс начал написывать ей невероятно много и часто. Она не успевала отвечать – приходилось откладывать дела.

В очередной раз Осс предложил покататься Кире на машине – мол, починил. Темная согласилась. Она думала, что теперь они будут так каждый холодный вечер перемещаться.

И вот Оссу пришлось уехать из города на несколько дней. Все это время он был в сети круглыми сутками. И также писал Кире. По любому поводу. Он пролайкал все ее фотографии, оставил комментарии под каждым фото. Ответил на последние кирины комментарии в паблике.

Осса стало невыносимо много в ее жизни.

И вдруг она подумала. А если он предложит ей встречаться? Вот это вот все будет изо дня в день?

После возвращения в Сонный Осс, и правда, намекнул Кире, что не против начать с ней отношения. Кира намекнула, что хочет подумать. И на то, что нынешнее общение ее примерно устраивает.

Осс стал приходить к ней во двор – кто-то слил ему адрес Киры – и ждать, пока она соберется.

Осс стал в открытую Кире писать, что хочет с ней встречаться. Кира в открытую ему говорила, чтобы он убавил свой пыл по отношению к ней. Миша совершенно не понимал о чем она. Она уточняла. Осс обижался. Тогда Темной приходилось извиняться.

В очередной раз, когда Миша позвал ее гулять, Кира отказалась. Придумала оправдание. Хотя дел у нее не было… Ей необходимо было отдохнуть от него. Когда она зашла в сеть, то увидела кучу признаний в любви от Миши, а еще он признался, что пьян. Кира прекратила с ним общение где-то на неделю, не появляясь в сети. Периодически по вечерам кто-то стучал и звонил в двери – ни она, ни бабушка не открывали.

Через несколько дней Кира сама написала Оссу, извинилась и позвала гулять. Он предложил сходить в новое место – недалеко за городским парком есть заброшенная психушка. Кира отнеслась скептически. Осс посмеялся, спросил, не боится ли она его? Темная отшутилась. А, действительно, что он ей сделает?.. Тем более… Чувства к Оссу еще не совсем остыли, и… Согласилась.

Но зачем-то написала Макару. Спросила еще раз, почему Миша Осс – псих. Он уклончиво ответил. Кира сказала ему, куда Миша ее позвал. Макар ответил, что бояться нечего. Психушка как психушка. Там на первом этаже всегда молодежь по вечерам виснет, да и Макар тоже заглядывал туда в свое время.

За день до психушки Осс опять предложил Кире начать отношения. Она отказалась – написала, что нынешнее общение ей нравится и не хочет ничего портить. Осс взъелся. Стал обзывать ее дурой конченой. Кира, конечно, не забанила его. Просто не заходила в сеть. И все ждала, ждала, пока кто-нибудь постучится в двери. Чтобы не открыть.

Конечно же, они никуда не пошли.

Когда Кира зашла, от Миши всплыла сотня сообщений. Сто. И он извинялся. Называл себя тупым. И предлагал Кире остаться хотя бы друзьями. Темная с огромной неохотой согласилась… Черт, он взаправду дикий. И попросила не проявлять к ней такую огромную активность. А он писал, что если дружить, то дружить по полной.

Миша вроде понял. Почистил некоторые комментарии под ее фотографиями, лайки убрал. Последнему Кира неприятно удивилась… Он понял все не совсем так. Кира хотела ему написать, извиниться… Но… он забанил ее.

А вот в группе с кем-то срался. И как всегда выигрывал, держа оппонента на «легком похрен». Кира не стала влезать.

Через какое-то время начали появляться посты про Мишу. Спрашивали девушки. Что было как-то неожиданно…

Темная не лезла под посты, только читала.

А Миша менял аватарки, добавлял новых друзей, подписывался на новые группы. И словесно издевался над быдлом. А Кира зачем-то продолжала его мониторить.

В начале сентября Кира решила оставить комментарий. По обыкновению, налетели девочки, но в этот раз подключились еще и их парни. Пришел Макар – на сторону Киры. Пришла Элька. Пришла Солода. Миши не было.

Странно. Где он?

Он появился. Оставил ничтожное мнение о перепалке, тонко намекнув на Кирено чувство собственной важности. Темная усмехнулась. Ну вот! Прежний Осс – злая лапочка.

Ответила.

Он беспринципно обозвал Киру.

А где аргументы?

Кира удивилась. Ее это обескуражило. Она иронизировала из последних сил.

Кира Темная 2:04

«Че, может, хочешь встретиться, в лицо мне высказать?»

Миша Осс 2:05

«Куда?»

Макар Зинчук 2:05

«Го на диспансер, я тоже подъеду, а то подеретесь»

Кира Темная 2:06

«Эм… Нет, в парке. Расставим точки»

Миша Осс 2:07

«Нет, диспансер. Там людей нет, обстановка спокойная. Боишься, можешь бабушку с собой взять»

Кира Темная 2:08

«Мамку твою возьму. Через час».

Ничего не сказав бабушке, Кира, уставшая, собралась и пулей выскочила из квартиры. Своим ходом, через дворы больше часа ходьбы, поэтому она бежала.

А на улицах морось.

Добралась. Запыхавшаяся, осторожно зашла по хрустящему мусору внутрь. Посветила фонариком на телефоне, прислушалась. Ловко нашла номер Осса в телефонной книге и позвонила… Гудки, гудки. Ушами Темная уловила знакомые до боли звуки песни. Далекие такие.

Он нашел ее сразу – Кира сидела на подоконнике в каморке бывшего гардероба. Тенью в свете старого фонаря и вялой луны он предстал в дверном проеме. От него веяло странным.

Они не долго разговаривали. Вдруг он приблизился к Кире. Приблизился прям. Она ощутила его куртку, она вспомнила его запах. И он смотрел на нее, пялился. А у Киры внутри все дрогнуло и замерло. Он вновь пугал. Он все еще волновал ее. Он казался охрененным. Все еще, все еще… И почему-то она готова была забыть все, все! Она думала, что сейчас он ее… поцелует, и она согласится на все ради него. Но ее шеи коснулась холодная сталь. Кира моментально оттолкнула от себя Мишу и бросилась вон… На второй этаж. Миша бежал следом.

Он догнал ее на третьем, повалил на пол. Прижал ноги, руки. Темная нервно сглотнула наросший в горле ком.

Что он ей сделает? Попробует убить – ради бога. Изнасилует? Как? Она сможет вырваться, как только он ослабит хватку.

– И?.. – дрогнувшим голосом спросила Кира. Черт. Он лежал на ней. Лежал на ней! И дышал ей в шею, держа дистанцию. Нет, он и подавно не хотел ее целовать. Нет, нет, нет. Но все равно даже от такой близости ее грудь переполняло приятное волнение.

– Сейчас Макар придет, поиграем, – улыбнулся Осс.

– Ты долбанутый? Что я тебе сделала? – шептала Кира.

– Отказалась.

– Чего? От кого?

– От меня.

– Я не…

Из тени показался парень… Макар. Кира узнала его. Он стоял в проеме и, усмехаясь, смотрел на Киру. Она на него. Вдруг он закатил рукава и подошел к Оссу. Кира подумала, что все, теперь они на пару ее изнасилуют. Теперь признаваться Мише было слишком горько. Глаза наполнились бессильной влагой.

– О, Зинчук, давай реще!.. – не оборачиваясь, сказал Осс.

Макар улыбнулся и было приблизился еще на шаг, но с улицы послышались шаги и разговоры.

– Макар, берем ее и на чердак!

Лицо у Макара переменилось. Он побледнел. Было шагнул еще раз к Мише, но обернулся и глянул на лестничный проем. Бесшумно выматерившись, убежал.

– Макар! Сука!!!

Табуном на третий этаж залетели какие-то люди вместе с Элей и Ригой. Осс не успел слова сказать, его стянули с Киры и начали пинать ногами.

Элька помогла дрожащей Кире подняться…

Они били его. Ни за что, выходит. Просто потому что не повезло. Он даже ничего не сделал. Он же и не хотел ничего делать. Он же, очевидно, просто прикалывался – Кира чувствовала это. Странное чувство. Стыд. Не стыд. Сожаление, наверное. Нет.

Девочки ушли. Спустя двадцать шагов Кира обернулась.

Странное ощущение дебильности обстоятельств. Миша хотел ее напугать? Правда же? Позвал друга, друг его кинул, потому что Элька прочитала комментарии и уговорила Ригу помочь Кире. Нет, Осс бы не принял извинения Киры. И от Макара примет ли? А друг побоялся быть избитым.

Что. Что они собирались с ней сделать?!

Осс слишком странный. В плохом смысле.

Кира поняла это еще в комментариях. Думала, она такая же. Может быть. Но не те обстоятельства. Обстоятельства дебильные…

Когда девочки шагали по старой дороге домой, то им на встречу уверенной походкой шли парни, с которыми Осс конфликтовал. Спросили, как дела на психушке, и Элька с жаром все рассказала. Парни обрадовались, ускорили шаг. Наверное, чтобы успеть поучаствовать в драке.

Дебильно все. Осса было жалко. И противно, противно, и сопли, и слезы, и жжет, и ноги не идут, и кости в груди ломит. Что это? Что?

Наверное,

любовь прошла…

Конец истории Киры и Осса.

Но не всей истории.

Глава 1. Прятки

2016 г., осень.

Под навесом крыши застыла потеками ржавчина, земля усеяна осколками выбитых стекол, слежавшийся мусор мешался с грязью и окурками на разбитой бетонной лестнице. Сбоку от двери потертая синяя табличка:

«Пси оневро огический диспансе.».

Девушка вдохнула свежий осенний воздух. Она забралась по тропинке с противоположной стороны от главного входа, чтобы никто из охраны не заметил. Музыка из колонки, смешки, мужские голоса.

Необходимость зайти в разрушенное здание стояла превыше всего. За Киру уже внесли деньги. И среди играющих мог быть он. Тот, которого быть там не должно. Вера в не встречу душила, но девушка, пересилив все страхи, зашла в здание.

***

Странное лето было. Сентябрь пролетел смазанным мгновением. В октябре пришлось кутаться в поношенное мамино пальто, винтажное, качественное, черное. Другого не было, но это негрустно. Наверное, немногое, что осталось от нее в квартире в наследство дочери.

С момента истории, произошедшей летом, миновало больше месяца. Кира понимала, что больше не одержима им. Он вновь удалил страницы в социальных сетях и пропал из поля зрения. Чудовище ушло в тень. Сама вытащила его из тени… Сама! А теперь он ушел в свою естественную среду обитания. Но его запах, до сих пор мерещился по вечерам, как будто вчера гуляли. Но время беспощадно.

Сегодня после уроков Кира туго затянула пшеничные волосы в хвост и направилась бегать на городской стадион. В наушниках играли There Days Grace, в рюкзаке на лавке лежала бутылка воды. Она желала одного – лечь прямо здесь и разрыдаться, но продолжала бежать, чтобы выбить всю дурь. Ровно сорок минут на все про все: в четыре тридцать дня здесь собирались баскетболисты, и Кире приходилось заканчивать пробежку.

Пришло время для того, чтобы отпустить все тревоги и просто закончить этот день как придется. Раньше бы разрыдалась, вспоминая его, – любила это дело. Наверное, довести себя до слез – как оргазм получить.

Стоило закрыть глаза – перед глазами вновь всплывала та ночь. До дрожи по всему телу. Все лето было посвящено одному человеку, все мысли, все слова, все разговоры, все дни. Казалось, повезло, ведь мальчик, в которого влюбилась Кира, ответил взаимностью. Настолько сильной взаимностью, что чуть не изнасиловал ее, благо знакомые успели помочь и не дали случиться страшному.

Мысли противоречили друг другу. С одной стороны хотелось его увидеть, поговорить о той ситуации, а с другой стороны он ей дал ясно понять, какое чудовище сидит внутри и самый безопасный вариант – не приближаться.

Девочка могла бы написать заявление в полицию, обвинить в домогательствах, но… Не желала ему зла. Он за свой поступок ответил сполна: в тот же вечер, когда Кире успели помочь, ему хорошенько дали по лицу и ребрам.

– Что? – Кира замедлила шаг, доставая из кармана телефон, на который пришло сообщение. Написал давний знакомый – администратор группы «Подслушано Сонный».

Не было конкретной причины и ответа на вопрос: «Почему улыбка не сходит с лица?», но ей невероятно приятно было получить сообщение от самой таинственной личности в городе. Кира спрашивала у знакомых, кто владеет группой, но никто не знал. Какое-то ощущение он поселил в душе, ощущение нужности. Никто за месяц не поинтересовался ее делами, и никто не написал ни одного сообщения. А он вдруг вспомнил. Приятный парень, хоть и совсем неизвестный.

«Дико приветствую, Кира! Давно тебя не видно и не слышно. Как твое состояние? Давай, приходи сегодня на заброшку, будем играть в прятки».

– Хм, а может… Стоило еще раньше ему написать! – подумала девушка, огорчительно вздохнув.

«Здравствуй. Все в порядке. Какие еще прятки?» – спросила в ответном сообщении Кира

«Делимся на две команды. Одна ищет – другая прячется. Ставим таймер. Если первая команда находит всех за это время – ей все бабки. Мы по определенной сумме скидываемся. Прятки на психушке. Каждый год играем».

«Впервые слышу. Скоро стемнеет. Но звучит интересно… Однако у меня пока что нет лишних денег».

«Да, будем с фонариками бегать. Приходи. Я за тебя вкину».

«Слушай, я не хочу быть тебе должна», – отвечала девушка, чувствуя себя неловко.

«Перестань, это я просто джентльмен. Ты мне ничего не должна. Но я хоть на тебя посмотрю, давно не видел».

«Ты наконец раскроешь свою личность?» – с надеждой написала Кира холодными пальцами, продолжая идти. Похолодало. Ускорила шаг.

Администратор ничего не ответил по этому поводу, лишь назвал время и сказал, чтобы Кира подошла к парню, который будет судить, и назвала свою фамилию.

Дома Темная сходила в душ, что-то съела и побежала тепло одеваться.

***

Прятки на заброшенной психушке – ежегодное неформальное событие для «своих». В духе «ралли», которое проходило этим летом. Попасть туда можно только через знакомых. Школьников или мимо проходящих не пускают: таковы правила.

Кира Темная зашла в полуразрушенное мрачное и холодное помещение. На первом этаже, у бывшей стойки регистрации, стояли парни и пара незнакомых девчонок. На нее даже не посмотрели: они лениво обсуждали предстоящую пьянку у кого-то в гостях. Все в удобной черной одежде – одна Кира в пальто. Верилось, что будет удобно бегать. На стойке расслабленно сидел светловолосый улыбчивый парень с телефоном, рядом с ним лежали светоотражающие ленты. Десять штук.

– Привет, я поиграть, – сказала девушка, подойдя к нему. Стоило подать голос, и на нее заинтересованно посмотрели. Кира окинула резким взглядом народ, надеясь вычислить администратора, но увы, даже примерно не представляла, на что стоит обратить внимание, чтобы угадать эту личность.

И его среди ребят не было. Так хорошо. В голове бились противоречия от невозможности определиться, чего же больше всего хотелось: не встретить чудовище или встретить таинственного владельца группы.

Светловолосый парень оторвал взгляд от телефона и оценивающе посмотрел на девушку.

– Эм, ты кто? – спросил он с толикой презрения.

– Кира. Кира Темная, – произнесла уверенным тоном.

Выражение лица блондина переменилось, он улыбнулся, хмыкнул. Посмотрел на нее уже другими глазами. Прищурился, усмехнулся.

– Интересные люди за тебя вкидываются.

– Кто же? – с нетерпимостью и надеждой…

– Человек попросил остаться анонимным, – ответил парень. – Правила знаешь?

– Не совсем.

– Смотри. Сейчас еще человек подойдет – поделимся на команды, – рассказывал парень, смотря на Киру. – Одна команда ищет – другая прячется. У нас в распоряжении три этажа. На четвертый и чердак не лезем: там не безопасно. Те, кто прячется, крепят на предплечья ленты. Те, кто водит, должны ленты сорвать. На старте дается тридцать секунд, чтобы убежать и спрятаться. На поиски дается двадцать минут. Это первый раунд. Играем три или пять раундов, по ситуации. Ах да, победившая команда забирает себе все деньги и делит между собой. Ясненько?

– Ясненько, – кивнула скромно Кира. – Когда начало?

– Через, эм… минуту. О, Лев, ты где ходишь? – сказал парень, пожимая руку кучерявому парню и спрыгивая со стойки. Обратился ко всем:

– Ребята, кучкуемся, подходим ко мне!

Блондин поделил всех через одного, расставил по обе стороны. Кира оказалась в команде тех, кто прячется – им судья раздал светоотражающие повязки. Рядом с ней стояли еще девять незнакомых человек. Между собой знакомы они были, судя по разговорам. Кира даже кого-то видела в городе, визуально помнила, но не настолько, чтобы заговорить. Она надеялась, что ее никто не узнал, так как после инцидента в комментариях девушка стала местной звездой. Или ей так казалось.

Играли не все: пара друзей блондина остались сидеть рядом с ним, включили негромко музыку. Видимо, чтобы тому нескучно было.

– Никого насилия! Все цивилизованно! Если поймали – не надо убегать и вырываться, когда ленту срывают. Ясно? У нас тут девочки, вообще-то, – сказал ведущий и скосил взгляд на Киру. – Уже практически стемнело. Первая группа. Итак, зажигаем фонарики – я жду.

Ребята включили на телефонах огоньки, напряглись.

– На счет три разбегаетесь. Я включаю секундомер, и у вас тридцать секунд! Итак, готовы?

Народ подтвердил готовность.

Кира замерла, чувствуя, как с каждой цифрой закипает кровь от адреналина.

– Раз… Два… И… Три! Марш!

Сорвались.

– Раз! Два! Три! Четыре! Пять… Шесть… – отсчитывал секунды судья. Голос пропадал и терялся в топоте, смехе и резких: «туда!», «нет, туда!», «ты туда, ты со мной!».

Главное – успеть спрятаться, главное – не выдать себя. Они бросались кто куда, а кто-то перебегал из угла в угол. Добравшись до третьего этажа, девушка, шумно дыша, забежала в одну из пустых палат. Под ногами хрустел разбитый кафель. Голое помещение. Одни стены – из окон нараспашку дул ветер. Не туда. Ошиблась. Время есть? Никого не слышно. Осторожно выглянув в коридор, быстро перебежала в палату напротив: там окна были заколочены и имелось смежное помещение, похожее на бывшую кладовую, судя по деревянным полкам. Девушка встала между полками и стеной, чтобы ее полностью накрыла тьма, спряталась в черноте, выключила фонарик на телефоне. Тихо дышала. Слушала. Далеко-далеко закричали и посмеялись – один пойман. Опустила ползунок яркости на телефоне до минимума и выключила звук. Пока тихо.

Как по наитию, Кира почувствовала, что в кармане мигнуло. Сообщение. Судорожно вздохнув, она повернулась к стене лицом и аккуратно достала, чтобы даже малейший свет не выдал ее.

«Ловко спряталась. Шестерых зайцев поймали уже» – написал администратор.

«Уметь надо. Ты ищешь?» – напечатала в ответ, улыбнувшись.

«Ты на третьем этаже, думаю», – написал он.

Почувствовав напряжение, девушка замерла ненадолго, потом набрала сообщение:

«Я на первом».

«Шутница. Мы уже идем».

Кира убрала телефон и замерла. Шаги. Еще шаги. Один? Нет, двое. Под ботинками хрустел мусор и осколки.

– Не, здесь нет, – послышался мужской голос вдалеке.

Шаги все ближе. Все ярче и четче.

– Давай сюда, – голос раздался рядом. Они зашли в палату с забитыми окнами. Темная прижалась к стене, надеясь, что черное пальто сольется с темнотой. Были бы еще черные волосы и черные перчатки, но волосы почти белые, а руки бледные.

– Никит, давай сюда! – прокричал голос.

– Да, Дим, есть кто? – ответил второй голос. Шаги приближались. Затихли.

Она, стоя в неподвижности, почувствовала, как кто-то заглянул в кладовку. Сейчас зажжется фонарь, и ее поймают с поличным! Черт!

– А, зарядка села… Никит! Дай свой! Нееекит! – прокричал голос, отдаляясь. Все дальше и дальше. Темная выдохнула полной грудью. Ладони намокли. Уже легче. Нет, нет, они сейчас вернуться с фонариком, нельзя расслабляться. Может, перебежать куда? Нет же…

– Аа, нет! Не надо!

– Вот он! Попался! Хах!

– А ну иди сюда! Да, давай сюда, неудачник, – смелись вдалеке. – А все, а надо было раньше.

– Тут всё: нет никого, пойдем дальше.

Ребята ушли с пойманным.

Кира постояла еще немного, обновила сообщения. Ничего.

Потом осторожно выглянула. Надо еще постоять. Ага, стоп, время уже вышло. Девушка услышала далекий крик на втором этаже. Как будто по имени зовут. Потом еще раз прокричали со стороны лестницы, в начале коридора.

– Кира, выходи! Вы выиграли!

Девушка смело вышла из палаты. Вдалеке обрамляемый остатками вечера стоял силуэт и махал ей рукой.

– Молодец, – усмехнулся судья, спускаясь вместе с ней вниз. – Принесла команде победу. Всех поймали кроме тебя. Удалось же! Как?

– Я слилась с темнотой, – улыбнулась девушка, чувствуя гордость за себя.

– Умница, – поддержал ее парень.

Они спустились. Ребята из команды дали Кире пять, поблагодарили. Девушка смущенно улыбалась, чувствуя себя героиней. Так и было.

Новый раунд. И в этот раз Темная умудрилась не попасть в лапы соперников. Казалось бы, спряталась на виду: зашла за дверь, которая открывала путь на лестницу. Мимо прошли все, но никто не догадался заглянуть! Однако во втором раунде не только она принесла победу, а еще один парень, который ловко скрылся в шахте лифта. Чуть не упал – безумный. Опасно!

Ребята постояли внизу, отдохнули, начался третий раунд.

***

Тем временем.

На аллее у заброшенного здания бегали подростки.

– Что, не займешь, значит? – невысокий темноволосый юноша засунул руки в карманы и горестно улыбнулся.

– Рик, слышь, ты борзеешь. Тебе только денег в долг занять нужно – это все наше общение, – сказал в лицо толстый парень, разъедаемый обидой.

Рик закатил глаза.

– В смысле? Ты же прекрасно понимаешь, что мне надо – я просто так просить не буду. Друзья так не поступают. Они выручают.

– Ало. Ты сам не замечаешь? Может, я не в курсе чего? Ты только в долг просишь – все, где дружба? – продолжал отстаивать свою позицию Динар.

– Я знаю, что у тебя есть, просто жмешь, – хмыкнул Рик.

– Опять начинается. Глухой? Я тебя лучшим другом считал, вообще-то.

– Да не в бабках дело! Ты конченый, Динар, ты отбитый наглухо! Ты сам это знаешь!

– Спасибо, друг. Ты даже не позвал меня с собой! Тебе бабки нужны были, чтобы пойти в прятки играть! Просто в крысу… Почему я об этом от левых людей узнаю?

– Да, именно так. Я тварь и реалист… Прости. Потому что это жизнь и я ее вижу. И вообще, что ты с нами забыл-то…

И полный мальчик вспыхнул.

– Да ты больной ублюдок! Тебя бы всё равно не взяли! Если у меня в кармане на косарь больше – дружба этим меряется?

– Да считай как хочешь! Я все сказал! Я знаю, что тебе папа просто так дать может, а нам приходится работать.

– Ты знаешь, почему я не могу с вами пойти зарабатывать! Я спину в прошлый раз сорвал! Тебе напомнить?

– Ага.

И руки полного мальчика дрогнули от разъедающего чувства предательства.

– Вали отсюда по добру… – прошипел Эрик.

– А ты тогда свалишь к своей бухой маме? – сказал полный мальчик, не сдерживаясь. Адреналин уже вошел в кровь, и голос его дрогнул.

– Я свалю к своей маме, – пожал плечами Рик, не уязвленный.

– Ну, может, она тебе даст бабла, которое ты ей с подработки тащишь, – в довесок к резким словам полный парень пьяно толкнул плечом Рика, уходя прочь.

Но Рик не остался в долгу. Он взъелся, как ужаленный, и кинулся на бывшего друга.

– Слышишь!..

– Держите ненормального! – визгнул Динар, отшатываясь и принимая боевую стойку, какую смог.

Ребята схватили Рика за плечи и потащили на себя.

– Иди голову лечи! – вырвалось у Динара.

В ответ Рик громко плюнул в бывшего друга, забрызгав воротник куртки. А кулак Динара не выдержал и с размаху впечатался в нос Рика так, что он даже отшатнуться не смог: его крепко держали. Переносица Рика на глазах начала краснеть, а из ноздрей потекли струйки темной крови.

– Вы ему нос разбили!

Черный, серый, белый. Писк, маты, запах дешевых сигарет. Колющий ветер.

Он готов был сдохнуть от невыносимой боли, пронзившей вмиг. До костей. До жажды.

– Вы нормальные?!

На крики из здания вышел светловолосый парень с друзьями, зло посмотрел на школьников.

– Что происходит? Вы адекватные вообще? – блондин подошел к Эрику, посмотрел на сломанный нос. Залаяла собака. Он гневно обернулся на главный вход.

– Идиоты! Бегите скорее в больницу, там должен быть дежурный врач, вправят, – сказал парень и обернулся, махая игрокам, выглядывающим из окон, чтобы те уходили через запасной вход с другой стороны. Сам с друзьями и школьниками побежал вниз по склону.

Собака залаяла разъяренно, злобно. Сторож шел ко входу.

***

Какой кошмар! Чертовы одноклассники Киры все испортили. Наивные ребята пришли, чтобы напроситься в команды и поиграть вместе со взрослыми. Неужели они не в курсе правил? Играть можно исключительно по приглашениям. Никто не стал бы возиться со школьниками. Стыдно перед ребятами за них. Еще и подрались у всех на виду! Из-за Эрика с друзьями у всех могли бы быть проблемы! Она ему так задаст в понедельник!

Кира возненавидела одноклассников еще больше. Безмозглые, глупые, наивные! Зачем нужно было приходить и все портить? Ах, если бы они только узнали, что она там была… Так завидовали бы. Не успела Кира подумать, как невзначай в классе в понедельник скажет об участии в прятках, как ей пришло сообщение.

«Так себе вышло, конечно. Не вздумай никому говорить, что была там. Скинь номер карты, тебе переведут твою долю», – написал администратор.

Темная затаила дыхание. Значит, желание «рассказать» напускное. Правильно, не нужно. Остыть пора. Было и было. Необходимо сохранить тайну. Девушка написала номер карты, думая, что наконец узнает имя администратора.

«Разве мы выиграли?»

«Да, ваша команда выиграла. Было бы еще время на раунды – мы бы вас обошли в два счета, но увы. Ты молодец, так держать».

Через несколько минут пришло сообщение о зачислении:

«Перевод от Ярослава Назаровича О.»

Глава 2. Особняк Ярика

Шумели на перемене. Кире пришлось прибавить звук в наушниках, чтобы сконцентрироваться на своих делах. Вдруг ребята притихли: в конце коридора появился завуч. Сейчас с подоконника сгонит. Что же, придется самой слезать, чтобы проблем не было. Кира как-никак на хорошем счету в этой школе.

Вдруг из женского туалета выскочила одноклассница Алиса, чуть не сбив завуча, и вся в слезах понеслась в сторону класса.

Кира убрала наушники, закинула тетрадь в рюкзак и пошла потихоньку в класс.

В конце кабинета все последние ряды столпились над партой Алисы, успокаивая девушку.

Кира мышью прошла за первую парту, бесшумно доставая учебники. Посмотрела с прищуром на соседа по парте, надеясь узнать от него подробности, но отличник неприступно уткнулся в конспекты, холодно игнорируя происходящее. Пришлось напрячь уши.

– Как он мог? – возмущалась Регина. – Вообще с головой проблемы?

– Да я ему! Где он? – закипал Артем.

– В туалете, наверное, еще… женском, вот кретин, – смеялся одноклассник Леша Аннин.

– Там ему и место, теперь после такого пусть туда и ходит, – поддержал его сосед по парте Даня Кириллов.

– Алиса, – вкрадчиво прошипел светловолосый одноклассник Артем, – он тебе больно сделал? Скажи. Я найду его и по стене размажу!

– Полный придурок, – успокаивала хныкающую Алису Регина. – Ему в дурку пора. Или в ментовку за домогательства!

– Он… Я… Не знаю… Он, хых, меня хотел… Он трогал меня… И… – заикаясь, объясняла Алиса Агеева.

– Вот тварь! Я найду его! – психанул Артем и сорвался с места, вихрем вылетая из класса.

Прозвенел звонок.

Кира из всего услышанного поняла, что это продолжение недавней ссоры Эрика и Динара у заброшенного диспансера. Все знали, что Динару – уже бывшему другу ребят с последних парт – нравится их одноклассница Алиса. Он частенько смотрел на нее, всегда двери ей придерживал, как-то Темная была свидетельницей, как он ей шоколадку дарил. Но это было давно. А теперь он домогался девушки на перемене в женском туалете? Абсурд. Бред полный.

Утром Кира видела, как Динар общался с новой компанией, видела, как мило флиртовал с новенькой из их класса Марикой. Парень нашел себе хорошую компанию. Чего же последним рядам не успокоиться?

Артем не вернулся в класс. Алиса не могла успокоиться, поэтому отпросилась с уроков и пошла домой. Ребята еще перекидывались возмущениями на переменах. Что же произошло на самом деле?

Хотя, честно сказать, Киру это мало тревожило.

***

Не складывались линии в один анатомически верный рисунок. Карандаш вывалился из пальцев на стол.

Она училась три года в художественной школе, но пришлось бросить, потому что лишних денег не было. Постоянно участвовала в школьных художественных конкурсах и занимала призовые места. Признаться, это единственное, что у нее получалось, – правильно рисовать. Правильно ставить тени и полутени, анатомически верно рисовать тела. С возрастом страсть Киры сместилась в сторону чертежей. Хотелось, чтобы поскорее началось черчение. Его еще не было в школьной программе, но в десятом классе появится. И Кира знала, что будет там лучшей.

Мечта поселилась в сердце не так давно, стоило отбросить грезы о поступлении на художника. Что толку? Ей, конечно, приятно это дело, но душа лежит к архитектуре. Как ей нравится создавать дома и улицы! Линия за выверенной линией. И получается же!

В папке на столе лежат давно забытые черновики улиц Сонного, истерзанные листы плотной бумаги, на которых то стирала, то возводила новые постройки Кира. Ей хотелось перестроить город: убрать идиотский доминирующий функционализм и добавить городу современности. Изменить и улучшить центральную улицу. Отреставрировать пару старинных красивых особняков. Убрать дешевые рыночные таблички, вывески и безвкусные пыльные рекламные щиты.

«Лишь мечты. Всего лишь глупые, неосуществимые мечты», – вторила девушка себе, когда что-то не выходило.

Допив чай и убрав рисунки в ящик, она переоделась в спортивную одежду, накинула все то же пальто, которое еле оттерла от извести и грязи после той вылазки… Надо быть аккуратнее. Новое не купишь. Пришел час пробежаться по стадиону, ведь скоро стемнеет.

***

Октябрьские дни тянулись, холодные, темные, но очаровательные. Возвращаясь с очередной пробежки, Кира, решив не упускать последний теплый день на неделе, пошла покачаться на качелях на детской площадке у дома. Там никого не было. Да и домой не хотелось: бабушка в это время смотрит сериал.

Полистала ленту, обновила бессмысленно пустые мессенджеры. Вздохнула, открыв чат с администратором. Дрожь пробежала по всему телу. Теплая дрожь. Не написать ли ему? О чем? Глупости писать не хотелось в духе «Как дела?». Или скинуть ему что-то из новостей? Тоже глупости. Поныть о том, что с ней никто не общается? Нет, зачем чужого человека нагружать?

Сердце сжалось. Эти голоса. Сначала далеко, теперь ближе и ближе. Оцепенение. Надо проваливать.

«Сейчас же встала и ушла!» – приказал внутренний голос Кире. Девушка вжалась в сидение. Поздно. Ее заметили. Одноклассники с последних парт были уже на детской площадке. Все в сборе. Аннин с Кирилловым, Регина с Алисой и девочками, Эрик, нос которого более-менее зажил, уже снял гипс. Может, и в школу скоро выйдет.

– Что, Темная, других мест больше нет? Иди погуляй, – закатила глаза Алиса. Ей явно не понравилось, что одноклассница занимала их пространство.

«Уже оправилась после домогательств? А были ли домогательства?» – промелькнула мысль в голове Киры.

– Тебе надо – иди гуляй. Я сюда первая пришла, – твердо сказала Кира, не дрогнув.

Девочки цокнули.

– Темная, угомонись, – буркнула Алиса.

– Я живу в этом дворе, если что, – со стороны качели послышался протяжный вздох.

Девочки послали Киру куда подальше и вернулись к теме обсуждения.

– Ну, так что там с Гришкой?..

– Не знаю.

– Позвони! Ну, давай! А то вообще как-то…

– Да не берет он, – выдохнула Алиса, перебирая в аккуратных пальцах серебристую подвеску.

Со стороны проулка послышался отборный мат – девчонки принялись оборачиваться. Приближались двое парней, растрепанных и шумных. Они курили невкусные сигареты. Появился Артем со своей подстилкой – Артуром Дяченковым – из параллельного класса. Последний странно шатался и хихикал, прихрамывая.

Качели остановились. Обхватив поручни руками, Темная крепко сжала зубы. По спине пробежал холодок. Нельзя уходить. Они посчитают ее слабачкой.

– Алиска, привет, – сказал сиплым голосом Артем, прокашлявшись. И от этого голоса руки Киры на поручнях сжались сильнее.

Он безумно некрасивый.

– Отстань, – ответила игриво Алиса, отсаживаясь от него на край лавочки. – Где Гриша?

Артем закатил глаза.

– Придет. Как дела-то?

– Когда придет? – продолжала стоять на своем девочка, отвернувшись.

– А-а-а, – застонал Артем. – Я тебе провидец, не?

– Провидец. Ты его забрал!

Он закатил глаза, припоминая, где они по дороге потеряли Гришу.

Остальные парни из компании облепили ее подруг. Одаривая их сомнительными комплиментами, смеялись.

Артем, осознав свои крошечные перспективы с Алиской, примкнул к остальным и начал подражать.

Алиска засунула свою гордость в чемодан и запихала под кровать – поднялась и подошла к остальным, втягиваясь в диалог.

– Почему кинули меня? – возмутилась она.

– Никто тебя не кидал! – ответила с обидой подруга, пряча улыбку и скидывая со своих плеч руку Аннина.

– Ну Алис…

– Что? – отрезала она.

– Не будь дурой, а? – шутливо сказала Регина.

– Слышь! – вступился за Алису Артем.

– Дура? Я? – Алиса обиделась.

– Да.

– Извиняйся! – воскликнула сероглазая Алиса.

– Ты вообще, что ли?

– Это я вообще? Это ты вообще! – закипела Алиса.

– Девки, хорош! – прикрикнул Аннин.

– Угомонились! – добавил Кириллов.

Но подруги не успокоились.

– Это она совсем поехала!

– Сама ты поехала, больная!

– Ненормальная вообще!

– Сама ненормальная!

Рука Алисы потянулась к волосам Регины, чтобы выдрать все. Но ее успел перехватить кто-то из парней. Алиса заверещала и начала вырываться, когда ее попытались оттащить.

– Отвали!

– Я же говорила: ненормальная! – кричала в ответ подруга, инстинктивно поправляя рыжий хвостик.

– Пошла ты!

– Мать вашу! – с ленцой гаркнул Эрик. – Угомонились, неадекватные!

– Это я начинала? – прыснула Регина.

– Пусть извиняется! – требовала Алиса.

Подруга показала Алисе непристойный жест.

– Давай я извинюсь! – предложил Артем. Он встал на одно колено и взял руку Алисы в свою.

Все рассмеялись.

– И замуж позови!

– Могу и замуж!

Алиска покраснела и отшатнулась.

– Тема, встань! – пискнула Алиса.

Качели скрипнули, и послышалось, как кто-то шаркнул подошвой обуви о сухой плотный песок.

– Зачем в цирк ходить? Спасибо за представление, – улыбаясь, сказала спокойно Кира. – Да, Тем, встань, а то и вправду убого выглядишь

«Кто тебя за язык тянул?», – подумала Кира, но отступать было поздно.

Пронзительный тихий голос заставил всех обернуться. Девушка в черном пальто, понурив плечи, прошла мимо компании.

– Слышь, Темная, ты бесстрашная? – в ответ рыкнул Тема, поднимаясь и отряхивая колени от песка. Когда он это произнес, руки Темной взяла легкая судорога, а ноги в мгновение потяжелели.

– Ну да, – согласилась она, оборачиваясь. – В отличии от тебя-то.

– Э! – окликнул ее он, сплевывая и в ту же секунду подлетая к ней. – Я не понял!

Он встал буквально вплотную, и будь он на дюйм ближе – она бы почувствовала его дыхание. Он бы почувствовал, как бешено колотится ее сердце. Темная была чуть выше Артема, но она сутулилась, а он и без того видом своим как будто возвышался над ней.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.