Ведьмины сказки
Ульяна Старикова

© Ульяна Старикова, 2024

ISBN 978-5-0062-5149-6

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Часть первая.
Ведьма и Ангел

Бар «Там высоко…»

A long time ago in a galaxy far far away

Нет, не то…

Давным-давно в далёкой-далёкой галактике…

Снова не то.

Где-то на просторах Вселенной жил да был один трактирщик. Жил хорошо, пиво пил регулярно, когда ему земные космонавты его привезут, да гостей потчевал.

Заглядывали в его трактир самые разные гости, потому и меню было весьма странным – от солёной рыбы до глаз венерианских тараканов. Но самым любимым блюдом практически всех гостей был суп из мхов с поверхности Цереры.

Суп для гостей варился с самого утра. Сначала трактирщик готовил прекрасный иссиня фиолетовый бульон из крови малосициллийских приблудышей. Бульон варился целых четыре часа и самым сложным было в конце правильно остудить его, чтобы он ни в коем случае не дал пену. Если бульон вспенился, всё, пиши пропало, супа вкусного уже не выйдет. Можно, конечно, подмешать его в коктейли, но коронное блюдо будет испорчено.

Когда идеальный бульон был готов, в него добавляется все три вида мхов, что растут на Церере, мелко нарезанные и слегка обжаренные на птичьем жиру. Откуда берётся жир, трактирщик не говорил никому, это был его фирменный секрет. Злые языки поговаривали, что это и не птичий жир вовсе, а обычное машинное масло… Но кто же им поверит, когда суп такой вкусный?

Обжаренные мхи и бульон нужно тщательно перемешать, а после добавить щепотку сушёных подкрылков татуинских мотыльков. Дать настояться пару часов, ещё раз всё перемешать и разогреть, и всё, супчик готов, бон аппетит.

Но в одно утро что-то пошло не так – проснулся трактирщик, спустился на кухню, а там все банки опрокинуты, словно ураган по шкафам прошёл, но самое ужасное – мхи рассыпаны на пол и перемешаны, а подкрылки и вовсе исчезли, как корова языком слизнула. Даже обломочков в банке не осталось. Трактирщик где стоял, там и рухнул на пол от горя. Чем же ему теперь гостей кормить, как убытки покрыть? Дорогущие ингредиенты пропали!

Сидит трактирщик на полу, горюет, чуть не рыдает, все шесть пар усов подрагивают. Вдруг глядь, вылез откуда-то из-под плинтуса таракан и заговорил с ним: «Чего горюешь, отец?»

Удивился трактирщик, слова сказать в ответ не может.

– Ну чего молчишь, да смотришь? В чём беда твоя спрашиваю?

– Да как-то не привык я с та… такими, как ты разговаривать. Всё больше тапочком, иль мухобойкой общались.

– Ха, точно, много наших у тебя тут на кухне погибло. Да поделом, я считаю. Гораздо ж безопаснее под столами у гостей ходить, там и еды больше, – смеялся таракан то ли издеваясь, то ли и правда весело ему было, – А хочешь дельный совет дам?

Трактирщик, конечно, очень удивлён был, но таракана выслушал. После ещё немного поговорили-поспорили они, да пошёл трактирщик и снял вывеску. Обстругал её, закрасил прежнюю надпись «Весёлый трактир» и что-то новое написал.

А вечером гости увидели новую вывеску на которой на всех популярных языках было написано «Бар Там высоко…", а внизу приписочка «За интересную историю, рассказанную бармену, стакан любого напитка бесплатно!». И повалило гостей больше прежнего, и стал наш трактирщик, вернее бармен, лучше прежнего жить-поживать, добра себе наживать, а таракана умного прикармливать никогда не забывал.

Знакомство

– Бармен, вина, пожалуйста

– Как обычно? – на стойке возник бокал красного вина.

– Именно, – рыжая ведьма улыбнулась старому бармену одной из самых своих очаровательных улыбок. За годы существования бара «Там высоко…» этот старик отлично выучил её вкусы.

Сегодня бар был подозрительно пуст, у стойки кроме самой ведьмы не было никого, а в зале сидели не больше десятка посетителей.

– Чем оплату возьмëшь? Историей или песней? – ведьма хитро прищурилась.

– Пой, глазастая. Давно я ваших земных песен не слышал.

Ведьма допила вино, грациозно спорхнула с барного стула и направилась к небольшой сцене в углу бара. Движения её грацией напоминали кошачьи, что не могло не привлечь взгляды гостей. Один из них, довольно высокий и худой мужчина неопределенного возраста, достал из кармана маленький хрустальный шарик и что-то шепнул в него. Теперь он наблюдал за происходящим на сцене через тонкую светящуюся рамку, спроецированную шариком.

– Как у ведьмы четыре крыла, – бархатным, с небольшой хрипотцой, голосом начала петь рыжеволосая девушка, – Платье до пола, ой до пола…*

Когда она закончила петь, аплодировали все. И только зашедшие вуки, и давно сидевшие за столиком мужчины в белых одеждах с красным крестом, и даже тот, смотревший на ведьму через странную рамку. Рыжая красотка явно наслаждалась всеобщим вниманием, она поклонилась, поймала брошенную кем-то алую розу, звонко рассмеялась и сделала полу-книксен перед тем, как окончательно уйти со сцены.

*В этом месте использованы строки из песни «Ведьма» группы Мельница

– Я присяду, ты не против? – ведьма подошла к столику, за которым сидел тот, кто наблюдал за ней всё её выступление.

– Да, пожалуйста

– А что это у тебя? – кивнула она в сторону шарика

– Мой маленький помощник в познании миров. А где твои крылья? Я читал про твой вид и не нашёл информации о способности к полётам.

– Что? Какой вид, какие крылья? О чём ты? – рассмеялась ведьма.

– Ну как же, ты только что пела – у ведьмы четыре крыла, а здесь, смотри, – он щёлкнул пальцами и шарик снова спроецировал рамку, – вот, читай.

– Вид: человек, пол: женский, класс: ведьма, магический потенциал: выше среднего для своего класса, уровень опасности: низкий.

– Что это такое? – было непонятно, возмущена она или испытывает крайнее удивление.

– Ох, Хаос первородный, за что…, – тяжело вздохнул собеседник ведьмы, – говорю же, это мой помощник, в нём хранятся данные о большинстве существ из разных миров. Ты сейчас прочитала то, что он смог найти про твой вид, и я упорно не вижу здесь информации о способности людей к полётам или наличии крыльев. Может быть, ты их прячешь, как делаю я? – он встал и расправил жемчужно-серые крылья.

– Вау, – выдохнула ведьма, – но почему ты решил, что песни всегда правдивы?

– В моём мире нет лжи, и все песни всегда правдивы

– Хм… Тогда я буду звать тебя Ангелом, – хитро улыбнулась ведьма.

Так началась эта история о прекрасной Ведьме и Ангеле с серыми крыльями.

Письмо

Тук. Тук. Тук. Тук. Тук…

Дождь монотонно стучал по карнизу и стеклу единственного окна в маленькой комнате.

Скрип-скрип. Скрип-скрип. Скрип-скрип.

Ведьма медленно раскачивалась в огромном кресле-качалке. Она уютно устроилась под пледом, забравшись в кресло с ногами. На столике рядом стояли ароматные свечи с травами, кружка чая и коробка любимых шоколадных конфет.

Осень мягкими шагами ступала по лесу.

И то ли от этого, то ли совсем без причин, ведьма грустила. Она пыталась уже развеять печаль уборкой своего маленького домика, испекла имбирное печенье, и даже честно пыталась найти красоту в осеннем лесу.

Но печенье получилось слишком сладким, и потому было роздано деревенским детям, уборка не принесла никаких приятных сюрпризов, а в лесу оказалось холодно, противно и мокро.

В дверь неожиданно постучали.

Ведьма вздрогнула. Удивлённо посмотрела по сторонам, словно только что проснулась, и нехотя пошла открывать дверь.

На пороге лежал конверт. Ведьма стала искать взглядом того, кто бы мог его принести, но никого не было видно. Она обошла дом, выглянула за калитку и даже, на всякий случай, принюхалась. Никаких следов. Совершенно.

Ведьма вернулась в дом и села в своё любимое кресло и, немного поколебавшись, открыла конверт. Она уже доставала письмо, когда из конверта ей на колени выпало жемчужно-серое перо.

Ведьма шумно вздохнула, ведь это перо без сомнения могло принадлежать только её ангелу…

Осень в душе ведьмы заиграла новыми красками, расцвело предвкушение чуда. И впервые за многие месяцы Ведьма засыпала радостно и спокойно.

Любимый сон

Говорят, что все люди видят сны, но не все могут их запомнить. Однако бывает так, что сон начинает преследовать, являться чуть ли не каждую ночь, внося смуту в душу человека. И даже ведьмам временами снятся сны…

У костра сидели двое – рыжая ведьма и ангел с жемчужно-серыми крыльями. Она давно влюблена в него, а он… он ангел, и что творится в его душе, никому неизвестно.

Высокий костёр и травяной чай создали идеальную обстановку для тихой беседы о самом важном. Ведьма и ангел давно не виделись, но ей не хотелось говорить о тяготах разлуки.

– Поцелуй меня!

– Ты уверена?

– Да.

Доли секунды, кажущиеся вечностью, ангел смотрел на неё, внимательно, словно изучая… Ведьма закрыла глаза, не в силах выносить это затянувшееся ожидание, и ощутила лёгкое прикосновение тёплых ладоней Ангела к своему лицу. Прошло ещё несколько мгновений, ведьма наслаждалась этим теплом на своих щеках, и вот столь желанный поцелуй разлился теплом по всему её телу и тонкими, невидимыми искрами связал влюблённых надёжнее клятв и обрядов. Казалось, даже воздух вокруг этой необычной пары стал теплее, а ветер, птицы и цикады замолчали, чтобы не мешать. И вот Ведьма чуть смелее обняла ангела, прижалась к нему и почувствовала, как за её спиной сомкнулись его крылья, словно закрывая её от всех бед и невзгод этого мира.

За первым робким поцелуем последовал ещё один, и ещё, и ещё. Ангел, подхватив ведьму на руки, унес её в дом, стоящий на берегу реки. Она перебирала его светлые кудри и улыбалась…

Первые лучи солнца мягко скользят по маленькой комнате…

Ведьма резко открыла глаза, осмотрелась и печально вздохнула. Всё случилось именно так, как она и хотела. Но снова только во сне.

Обещай мне

Холодное утро, октябрь… Падает бисер дождя
Мой ангел, пообещай мне – всё это было не зря!
Завари себе кофе с корицей, мускатом и перцем,
Пей спокойно, пускай вокруг звенит тишина.
Мы же договорились, ты помнишь?
Сначала пьём кофе, а после сходим с ума…

Ведьма лежала в гамаке и рассматривала серое осеннее небо. Вот уже третий день как сквозь холодные тяжёлые облака не пробивалось ни единого лучика солнца. Ведьме хотелось курить… Но вместо сигареты она вертела в руках жемчужно-серое перо своего ангела, которое кто-то прислал ей с месяц назад.

Тогда осень расцвела для неё, она снова пела и танцевала, с удовольствием гуляла по лесу. Но холодные октябрьские тучи снова принесли с собой тоску, и снова всё чаще ведьма сидела дома, качаясь в кресле-качалке, или на улице, лёжа в гамаке и глядя в небо. А перо стало её постоянным спутником.

Ведьма гладила его, вспоминая свои сны об ангеле и их такие короткие встречи, которые, казалось, случались где-то в прошлой жизни. Крутила в пальцах, пытаясь успокоиться, когда злилась. И даже засыпала она, только убедившись, что перо лежит под подушкой.

Дзинь! Дзинь-дзинь!

Ведьма с удивлением повернула голову в сторону калитки. Неужели опять кого-то из деревенских принесло? «Вечно им что-то нужно – полечи, прокляни, погадай, приворожи… А ведь незваный гость…", однако закончить мысль ведьма не успела.

– Ты? – в её голосе смешались изумление и радость, но отчего-то и слёзы не замедлили появиться. И ведьма бросилась в объятия ангела.

– Я… Я скучал по тебе.

– Я тоже. Я так боялась, что ты больше не прилетишь ко мне. И так рада видеть тебя теперь.

– Но разве ты не получила письма?

– Откуда мне знать, что значило твоё перо в конверте, который принёс мне неизвестно кто?!

Ведьма ещё не успела решить, сердита ли она на своего ангела, как он спросил:

– Почему ты так сильно ждала меня?

– Ты знаешь. Ты ведь давно уже всё понял. Ещё в тот раз, когда целовал меня в лоб, прощаясь.

– Да, я помню…

…Это была не первая их прогулка по мирам. Раньше Ведьма не рисковала уходить одна дальше бара «Там высоко…» в междумирье, но Ангел был опытным путешественником. Он с удовольствием показывал ей свои любимые миры и времена – Средневековье, Средиземье, Неверленд, Континент, Аракис, Сегментум Солар, Далёкую-далёкую Галактику… Многое из того, что Ведьма считала выдумками, оказалось вполне настоящими мирами со своей жизнью. Древние мифы оживали на их глазах, а через несколько мгновений Ведьма и Ангел оказывались в одном из вариантов будущего человеческой цивилизации или на страницах её любимой книги.

И каждый раз после таких путешествий, Ангел провожал Ведьму домой. Вернувшись к её уютному домику, они подолгу сидели на траве, обнявшись. Но хоть Ведьма и млела в объятиях Ангела, и была готова следовать за ним даже на самый край самого далёкого из миров, она не решалась сказать ему о растущем в её душе чувстве.

Однажды они гуляли особенно долго, в этот день Ангел решил показать своей знакомой прелюбопытнейший мирок. В нём не было ни начала, ни конца. События в этом мире повторялись одно за другим, плавно сменяя друг друга. И никогда последовательность не нарушалась. Они провели вместе почти целый день – гуляли по маленькому мирку, ели пиццу в кафе и даже сходили в кино на фильм о путешествиях во времени. Ведьма хохотала почти весь фильм так искренне, что их даже просили выйти из зала. Она обещала вести себя потише, но через какое-то время снова с последнего ряда раздавался её мелодичный смех. К дому Ведьмы они вернулись как раз вовремя, чтобы успеть полюбоваться закатом.

Ангел уже собирался проводить Ведьму до калитки и покинуть этот уютный мир, как внезапно испытал странное чувство… Ему не хотелось расставаться. Его влекло к Ведьме, хотелось остаться, прижать её к себе, поцеловать. Странные, неведомые ранее желания бередили его душу. И Ангел, глубоко вдохнув, на прощание поцеловал Ведьму в лоб…

Она тоже любит и желает меня. Эта мысль обожгла душу Ангела. В смятении он улетел, оставив возлюбленную наедине с её мыслями, чувствами и желаниями…

Почти полгода он не видел её и надеялся, что сможет изгнать из памяти её образ. Но его неудержимо тянуло. И вот он пришёл, прекрасно понимая, что может не удержаться и глубоко ранить душу той, кого он любил даже больше Создателя…

…Остаток дня ведьма провела в приятных хлопотах. Нужно было столько всего приготовить! Пока в печи томилась картошка со свининой в красивом глиняном горшке, ведьма смолола кофе и выбрала пряности.

Корица согреет теплом и разожжёт огонь любовной страсти, тонкий и острый красный перец не даст напитку и вечеру стать пресным и скучным, и, конечно, мускатный орех – любимая пряность ведьм к кофе, кроме потрясающего аромата всегда даёт заряд сил.

И вот, наконец-то вечер, ангел вернулся, как обещал. С появлением первой звезды он вошёл в дом ведьмы, так и не решив, оставаться ли до утра. Ужин прошёл в напряженном молчании. Никто не мог решиться спросить, что же будет дальше. И никто из них не решался сказать ни слова о своих чувствах.

– Вкусно? – ведьма решила заговорить первой.

– Да, спасибо большое, мне очень понравилось.

– Так поцелуй меня уже! Неужели ты этого не хочешь?

Она подошла к нему настолько близко, что он слышал каждый удар её сердца. Ангел поколебался несколько секунд. Достаточно, чтобы поднять взгляд и в очередной раз увидеть, насколько прекрасна его ведьма. В зелёных глазах мелькали золотые искры, а рыжие волосы в отсветах свечей казались пылающим огнём. Он встал и прижал ведьму к себе, чтобы прошептать ей на ухо: «Давай договоримся, сначала выпьем кофе, а после сойдём с ума?».

Она молча выскользнула из его рук и принесла на подносе кофейник, молочник и две чашки. Ангел тоже любил кофе без сахара, откуда только она это знала?

А после они и правда словно сошли с ума… За первым робким и лёгким поцелуем последовал ещё и ещё. Ангел случайно смахнул одну из чашек со стола. Этот звон ненадолго заставил Ведьму оторваться от поцелуя с любимым. Она обернулась, увидела осколки на полу и прошептала: «На счастье. Посуда всегда бьётся на счастье». И губы влюблённых снова встретились, целовались Ведьма и Ангел, будто в последний раз. До узкой девичьей кровати ведьмы они дошли едва ли не наощупь. Руки и губы Ангела жадно гуляли по телу Ведьмы, а она с непонятной ей самой нежностью перебирала пальцами его светлые кудри, гладила Ангела по спине, легко касаясь кончиками пальцев его крыльев. Они словно превратились в единый организм, сплетаясь телами и душами, абсолютно молча. Но молчание это было сильнее любых клятв. И ночь эта была в тысячи раз ярче любимого сна ведьмы.

Проснувшись к полудню, ведьма сладко потянулась и осмотрелась. Какой чудной сон… Но. Нет, это был не сон. Подушка на полу, постель смята. На плечах и груди следы от самых страстных поцелуев, и лицо слегка горит.

Быстрым шагом ведьма подошла к столу, на столе были чашка остывшего кофе, осколки второй, видимо, выкинул Ангел перед тем, как покинуть её, жемчужно-серое перо и записка. Ведьма взяла листочек в руки: «Послушай, мы же договорились: сначала пьём кофе, и только потом сходим с ума». В глазах потемнело, а в висках начала пульсировать боль, словно застучали тысячи молоточков. Ведьма бросила записку на стол, тяжело вздохнула и обхватила себя руками, садясь на пол.

Он опять покинул её, ничего толком и не объяснив. Всё, как и тогда, после первого поцелуя, да… Ни слова о том, куда он исчез, надолго ли, а главное почему. «Дура! Ну как ты могла себе придумать, что он любит тебя? Просто увлечение, игрушка, красивая кукла ты, а придумала – любовь! Как же…", с досадой и злостью думала она.

Походив кругами по комнате в бесплодных попытках унять головную боль, ведьма приняла тяжёлое решение. Ещё несколько минут ушли на раскопки в ящике большого кухонного шкафа, и к столу ведьма вернулась с тремя большими белыми свечами, обильно обсыпанными сушёной полынью, и маленьким медным блюдцем. Нужно действовать, как можно быстрее. Быстрее, чем появится даже малейшее сомнение в верности решения, чтобы не остановиться, не передумать.

Точными отрывистыми движениями ведьма расставила свечи треугольником, макушкой на восток, и зажгла их от одной спички. Не сосчитать, сколько раз она это делала для чужих людей, и вот пришло время позаботиться о собственном душевном спокойствии. Тонкими щипцами взяла ведьма записку и уже собиралась поднести её к пламени первой свечи, как увидела, что с обратной стороны листка тоже что-то написано.

«Прошу, не мешай мне любить тебя», прочла она, перевернув листок. Сердце ведьмы, казалось, готово выпрыгнуть из груди от гневной радости. Свечи так и остались гореть на столе без дела, ведьма решила не мешать… Ни ангелу, ни себе.

Игры с огнём

«Говорят, страсть создана из пламени древнего вулкана. Именно поэтому она никогда не гаснет… Годами тлея, словно угли, в любой момент готовая вспыхнуть с новой силой…»

Ведьма тяжело вздохнула и в задумчивости погрызла кончик пера. Она потеряла счёт этим письмам, отправляя их снова и снова уже который месяц. Недели шли и складывались в месяцы, лес и маленький домик ведьмы засыпало снегом, но Ангел не спешил появиться или хотя бы ответить. Хотя она просила его об этом чуть ли не в каждом письме. Однако это письмо писать было особенно тяжело, мысли путались, сбивались, казались глупыми и очевидными, и столько раз произнесёнными. Ей очень хотелось бросить всё это и просто забыть Ангела, вычеркнуть его из своей жизни, но ведьма упорно продолжала писать, заполняя корзину под столом неудачными вариантами. Любовь толкала её к продолжению, не давала совсем оборвать связь.

«…знаешь, я устала сгорать. Это пламя любви и страсти наполняет мою душу, согревает меня… Но после всегда сжигает. Безжалостно. Неумолимо. Оставляя чёрные угли и слабую искру надежды…»

Он смял её письмо и в гневе бросил на пол. «Да сколько можно!», злые мысли вертелись в его светлой голове одна за другой. «Я всё понимаю и сам люблю её не меньше, но не могу, не могу, не могу!!! Почему она это никак не поймет? Я чудовище, которое недостойно даже просто находиться рядом с ней. Я опасен для неё», ангел устало вздохнул. Кончики его серых крыльев нервно подрагивали, но злость уже затихала, уступая место нежным воспоминаниям. В мыслях он снова увидел, как она доверчиво прижималась к нему, уснув, как дрожали её ресницы, когда она закрывала глаза перед поцелуем. Ангел всё ещё помнил её тёплые, мягкие руки и нежные прикосновения её пальцев к своему лицу… Он вспомнил, как хорошо было рядом с ней и как сильно он её любит. «А вдруг, у нас ещё всё получится..?», мысль пришла неожиданно.

Искра надежды и проснувшаяся страсть заставили его поднять письмо с пола. Сильные пальцы бережно прошлись по смятому листку, разглаживая каждую складочку. Перечитав письмо ещё раз, он начал обдумывать ответ…

Это был канун Имболка. Ведьма на автомате украсила дом, приготовила ритуальную пищу и отнесла её в лес. Она плела украшение из соломы, чтобы обратиться к богине со своей просьбой. «Дай мне знать, любит ли он меня, помнит ли обо мне», Ведьма горячо шептала свои просьбы, сплетая соломенную куколку. В дверь постучали…

Она была готова прыгать от радости, получив его короткое письмо. «Он всё-таки не забыл…» Сердце ведьмы ликовало и пело от этой мысли.

И страсть разгоралась жарким костром от последней фразы в письме: «Помни, мы оба не знаем иного способа любить друг друга».

Видение

Мерно поскрипывало старое кресло-качалка. В камине трещали поленья, а лучи заходящего солнца играли в бокале с красным вином. Ведьма, уютно устроившись в кресле, внимательно вглядывалась в языки пламени, изредка подкидывая в камин небольшие пучки трав. Имболк прошёл, прошли и февральские морозы. Близилась весна и столь любимая Ведьмой Остара. Праздник жизни, плодородия, сил. И пускай погода за окном ещё была далека от весенней, однако, первые признаки приближающегося тепла уже пришли даже в самую глубокую чащу. И ведьма гадала. Впервые за много лет она гадала на пламени для себя. Но пламя никак не хотело отвечать. Ещё никогда попытки заглянуть в будущее не требовали столько трудов.

Наконец ожидания оправдались и в пламени стали появляться силуэты. Ведьма перестала качаться и наклонилась к огню, вглядываясь в языки пламени. Они сплетались, танцевали, поглощали сухие травы, открывая то, что лишь должно было случиться.

Видение захватывало, увлекало её. Пламя показывало нежное, пылкое чувство, растущее между ней и ангелом. Одно из поленьев затрещало, посыпались искры, и силуэты сменились. В пламени ведьма увидела маленькую девочку. Но не успела она присмотреться, как силуэт исчез. До боли и мурашек знакомое прикосновение заставило ведьму оторваться от пламени. За спинкой кресла стоял ангел.

– Что это значит? – спросила ведьма, повернув голову.

– Это означает, что всё когда-нибудь действительно произойдёт. И даже лучше, чем было в нашу прошлую встречу.

– Прошлую встречу?

Семь веков спустя

Ведьма внимательно смотрела в его светлые глаза и вспоминала… Картинка за картинкой перед ней разворачивались сцены из её прошлой жизни. Она зажмурилась, крепко-крепко, виски пульсировали, глубокий вдох, словно выныривая из ледяного озера. Открыла глаза. Он смотрел на неё своим особым взглядом. Внимательно и чуть смешливо. Ведьма и Инквизитор встретились снова, спустя семь сотен лет с того дня, как он сжёг её по велению своего ордена. Он узнал её, по золотым искрам в зелёных глазах, по тени улыбки на лице и по нежной теплоте рук. Удивительно, но в этом воплощении запах её остался прежним. Возможно, потому что она снова родилась ведьмой. И он стоял перед ней – красивый, высокий, с серыми крыльями, но всё же это был именно он.

Прошло семь столетий, но всё же она вспомнила. Он видел это по её глазам, он чувствовал это в её дыхании, он по-прежнему любил её… Но она? Неужели теперь, когда он открылся ей, она не простит его за то, что было так давно? Ведьма пыталась успокоить дыхание. Она действительно злилась. Но злилась она совершенно не за то, что он сделал. Нет. Тот поступок она простила ему давным-давно и лишь ждала, когда он исполнит свою последнюю клятву. Но сейчас Ведьма злилась по-настоящему. Как он посмел не открыться ей сразу?

Тогда, семь веков назад, случилось невозможное – Инквизитор влюбился в Ведьму, но что было ещё хуже, она ответила ему взаимностью. Влюблённые стали жить в её маленьком домике, что стоял на опушке леса, и долгие пять лет Инквизитор водил за нос весь свой орден, периодически уходя на работу от любимой.

Ведьма сушила травы и делала чаи и мази для жителей близлежащей деревушки, успешно скрывая от них наличие мужчины в доме. Однако от возлюбленного Ведьма не таилась, а он любил наблюдать за её работой. Ведьма рассказывала ему, какие травы помогают от жара и лихорадки, какие не дадут ране воспалиться, а каким невинным с виду цветком можно отравить близлежащую деревушку и весь их скот. Так Инквизитор узнал о многих секретах того, что он считал колдовством. Оказалось, что его возлюбленная просто немного иначе видит мир и знает несколько больше остальных, пожалуй, даже больше главы его ордена. Её знания были… настоящими, они пахли травами и водой, а не книжной пылью. И никакого служения дьяволу или приношений младенцев в жертву. Единственное, что отличало её от обычных людей по-настоящему, она любила плавать в небольшой прохладной реке у края леса. Одна. По ночам. Впрочем, это ничем не мешало им жить вдвоём, тихо и очень счастливо.

На шестой год их совместной жизни в орден, где служил Инквизитор, поступило донесение от одного из деревенских жителей о ведьме, живущей под покровительством инквизитора совсем рядом с деревней. Крестьянин всё же увидел их вместе в лесу и был очень обижен отказом ведьмы расплатиться с ним за молчание. Его говорливость обошлась деревне очень дорого. Наскоро собравшись, братья ордена почтили своим визитом эту деревушку. Ели и пили они всё, что хотели, не пачкая своих рук презренными деньгами. И не забывали вести проповеди о том, что отданное им – отдано богу.

Вскоре им надоело сидеть в деревушке и, допросив того самого крестьянина, орден принял решение действовать. Ведьму сожгли в её собственном доме, никто не подумал о том, что пожар перекинется на лес. Братьям ордена показалось забавным сжечь ведьму и место грехопадения их брата. Инквизитора держали трое, заставляя смотреть и слушать. Однако все они услышали совсем не то, что ожидали. Ведьма не выла, не проклинала, хотя дом её уже полностью был объят пламенем. Нет… Она смеялась, словно сумасшедшая. А потом начала петь. Тихую колыбельную своему ребёнку, которому не суждено было родиться в этом мире. Не чувствуя боли Инквизитор прыгнул в пылающий дом своей Ведьмы, обещая найти её, куда бы не отправились их души после смерти… Найти и её, и их дитя. Он обещал. Он поклялся ей именем Создателя.

И вот, спустя семь веков, он исполнил своё обещание. Нашёл свою Ведьму. Но была огромная проблема – дитя. Он Ангел, ему запрещено ощущать страсть. Ему не положено иметь детей. Однако он искренне верил, раз ему позволили найти её, то найдётся и возможность появиться их дочери, которую его любимая видела в пламени. Всё обязательно случится. И Ангел решил остаться у Ведьмы. Остаться, не смотря ни на что.

На шестой год совместной жизни, они решились поговорить о прошлом. В тысячный раз он просил прощения, и в тысячный раз она ободряла его. Они касались друг друга с тем же нежным трепетом, что и в первый раз. И она по-прежнему закрывала глаза перед поцелуем всякий раз, как только он обхватывал ладонями её лицо. А значит, всё это было не зря.

Ожидание

Ведьма стояла у зеркала и любовалась собой. Она с нежностью гладила округлившийся живот. За окном бархатной темнотой вступала в свои права осень. «Завтра начнётся сентябрь, нужно подготовиться к новой волне работы, и сшить платье посвободнее», думала Ведьма. Ей очень нравилось, как всего за три с половиной месяца изменилось её тело, а впереди было столько чудесных перемен. Но вот показывать свою беременность всем приходящим за помощью, в её планы не входило.

Ангел неслышно подошёл к ней сзади и положил руки на её плечи. Сильные пальцы крепко сжали нежные покатые плечи, оставляя розоватые следы: «Я люблю тебя», горячо выдохнул Ангел. «И я тебя», улыбнулась Ведьма. Ангел прижался губами к её шее, его горячее дыхание как всегда вызвало поток мурашек на её спине и ногах. Она улыбалась. Ведьме искренне нравилось видеть себя и его вместе. Особенно сейчас, когда она носила в себе плод их любви. Шесть лет она ждала этого чуда, и вот, оно свершилось.

Она взяла его руку и переложила к себе на живот: «Чувствуешь? Она сильная, наша девочка». Вместо ответа Ангел снова скользнул губами по её шее. И там, где его горячее дыхание касалось нежной кожи, оставались лёгкие следы страстных поцелуев.

Ведьма повернулась лицом к Ангелу и в очередной раз потеряла всякий счёт времени, забывшись в сладком поцелуе. Руки ангела блуждали по её телу, словно исследуя каждый его сантиметр. Ведьма же нежно гладила своего ангела по спине. Там, где когда-то были его прекрасные серые крылья.

Да, Ангелу пришлось заплатить очень высокую цену, чтобы раз и навсегда остаться с ней… Но что значат какие-то крылья в сравнении с возможностью обрести любовь и семью?

Часть вторая.
Светоносный

Возлюбленный

Потом говорили – он пришел с востока… Но на самом деле никто не знал, откуда появился незнакомец, что поселился у ведьмы. Бесшумно прошёл он по улицам в час, когда спали даже собаки. И лишь листья, опавшие с рябины, прошелестели, предупреждая о приходе незваного гостя.

Ведьма сидела у окна и, напевая древние молитвы, собирала себе новые бусы, когда стройный и темноволосый мужчина отворил её калитку. Ни одним движением не показала ведьма своего волнения, отложила рукоделие в сторону и развернулась лицом к гостю, уже стоявшему на пороге дома.

– Ну, здравствуй, – горько усмехнулась она, – Снова пришёл меня мучить?

– Я просто люблю тебя, ты же знаешь…

– И потому уходишь всякий раз, не пробыв и месяца?

– Да. Ведь тело не выдержит больше, да и там, – он кивнул куда-то в сторону дверей, – без меня никак. Всё рушится, когда я покидаю службу.

– Плевать я хотела на твоё тело и тем более на твою службу!, – ведьма, не сдержавшись, метнула небольшую молнию в своего гостя. К их обоюдному счастью он успел уклониться.

– Тшшш, не забывай, в этом теле я смертен. Пришибёшь ещё Светоносного к чертям собачьим… Хотя… Скорее, чертям на потеху. Мне ж потом в Пекле проходу не дадут, ржать в лицо будут.

Через какое-то мгновение их губы уже встретились в жарком поцелуе. И было в этом поцелуе всё – боль разлуки, что только предстоит пережить, тоска прошедших лет и конечно вся страсть этого мира.

Ведьма и Светоносный стояли, сжимая друг друга в объятиях, и не могли надышаться друг другом. Он так редко мог оставить Пекло, чтобы побыть с ней. А её никак не пускали к нему. Не место там живым, так говорил Привратник.

– А помнишь, как ты притворился обычным чёртом, когда я рассказывала молодому писателю, что ты для меня даже месяц с неба достать готов?

– Помню… Как он тебя в итоге назвал? Солоха, кажется… Смешное имя.

– Мало того, что назвал, сколько любовников мне приписал! И сам набивался в кавалеры, видимо, перепутав с книжкой.

– Тебе что, меня мало?

– Ты не представляешь насколько мало… Когда ты уходишь, мир словно сжимается до точки, одновременно обрушиваясь на меня ужасным грузом. Ах, если бы я могла родить сына… Такого же красивого, как ты…

– Увы, это невозможно, – Светоносный смотрел на неё с печалью. Он и сам очень хотел иметь сына. Но его лишили этой возможности. Казалось, сама его природа не оставляла надежды.

Но он всё равно оставался в гостях столько, сколько мог выдержать нахождение в её мире.

Ранним августовским утром птицы запели особенно тревожно. Ведьма оторвалась от сбора полыни и прислушалась. Шелестели листья рябины, молчал верный пёс, лишь похрапывая во сне. Звонким серебряным колокольчиком где-то вдали разлился смех…

…Вернувшись, ведьма нашла на пороге букет ярко-жёлтого адониса, в котором были несколько голубых незабудок.

Никто в деревне не видел, куда ушёл её возлюбленный. А на вопросы темноглазого мальчишки об отце, все говорили – он пришел с востока.

Разговор у Врат

– Божьего благословения тебе…

– Ага, привет. Виделись уже. Давай, быстренько по списку, а там решим.

– Ох, одни беды от вас, от женщин…

Старец, стоявший спиной к высоким золотым воротам, достал из кармана одежды небольшой свиток и развернул его.

– Так, ну давай посмотрим, что тут у тебя…

Ведьма лениво зевнула, глядя на то, как старец прочитывает всё, сотворённое ей за земную жизнь. С каждой новой строкой речь старца становилась всё менее внятной, а щёки и кончики ушей периодически становились того же цвета, что облака на закате.

– Вышла замуж спустя месяц после знакомства?

– Так замуж же, чего в этом плохого?

– А я не только о плохом… дальше… была с девицей… в отношениях…

– Чего? Ты тут свои фантазии, старче, не выноси в жизнь. Там всего один поцелуй был!!! – ведьма кипела от ярости.

– Так, ну тут скучно, можно и пропустить… Подумаешь, двоих котят подобрала и выходила, потом ещё одного котика, лечила и учила людей… Это всё можно и пропустить… А вот тут интересно

– Чего ты там ещё плохого нашёл?

– Сколько, сколько???

Ведьма выхватила свиток из рук старца, прочитала, слегка покраснела и довольно усмехнулась.

– Чтобы сберечь твои нервы, сделаем так, – с этими словами ведьма порвала свиток, – Доволен?

– Но… Я не успел дочитать, как теперь принимать решение?

– Да там скукотень сплошная – татуировки (хочешь, покажу?), пирсинг, полёты всякие, ну и так, по мелочи…

– Не надо мне ничего показывать! – старик перекрестился.

– Ну… тогда я домой, к Светоносному. Он уж заждался меня в Пекле, наверное. Заодно косы суккубам поотрываю, чтобы не наглели в моё отсутствие.

– Иди, пожалуй…, – старец перекрестил её.

Но не успела ведьма сделать и пяти шагов от ворот, как её осыпал ворох золотых искр. А до боли знакомый голос Светоносного прошептал в самое ухо:

– До новой встречи. А пока, попробуй, повтори!

– Твою ж мать…, – устало подумала ведьма.

Часть третья.
Ведьма и ветер

Долгожданная встреча

…Босые ноги неприятно колола сухая трава, но она упорно шла через поле, сняв туфли. Рыжие волосы её перебирал ласковый весенний ветер, и ведьма от этого довольно улыбалась, подставив лицо нежным лучам солнца. Сегодня произошло важное, она примирилась с Ветром, больше её не мучили сомнения и печали о нём… Но ещё несколько недель назад всё было совершенно иначе…

Ветер прилетел незваным гостем, и внимание его льстило молодой лесной ведьме. Она наслаждалась каждым его появлением, пыталась согреть его, разводя костры и открывая ему душу. Он, лёгкий и крылатый, рассказывал ей о дальних странах, где он бывал, пел песни о древних сражениях и рассказывал сказки на ночь. Всего за несколько дней открылась ведьма ветру, разрешила ему забраться в её душу, думала, что так и она обретёт крылья, а он наконец-то получит тепло и покой, которых так жаждет. Верила, глупая, каждому слову, не зная, что Ветру дела нет до людских чувств. На то он и ветер, чтобы не иметь покоя…

И однажды случилось то, чего боялась Ведьма больше всего – он отрёкся от неё ради другой женщины. Горько от этого было ведьме, ярость и ревность огнём сжигали душу, слёзы денно и нощно бежали по щекам, и не помогали ни травы целебные, ни силы её колдовские. Выдул ветер, улетая, что-то важное из души её, и погас огонь в зелёных глазах. Даже солнечное тепло не могло разжечь этих искр.

Нашла ведьма утешение лишь в шитье шёлковыми нитями, каждую ночь вышивала левкои на тонком белом полотне платья, которое не стало свадебным. А вернувшийся к ней ветер все эти ночи бушевал за окном, разрезая ночную тьму руками своими, словно острыми лезвиями. Требовал Ветер впустить его, уверял, что полюбил её с первого самого взгляда, когда лёгким дуновением коснулся волос её рыжих. Пел он Ведьме о том, что не может жить без неё, что желает остаться с ней. Но ведьма, словно помешанная, продолжала вышивать. Глаза её оставались пустыми, не горели в них прежние искры. Болела душа ведьмы, хотела поверить ветру, да не было у неё сил для этого ни единой капельки. Потому и продолжала Ведьма вышивать – бутон за бутоном, листочек за листком, покрывая ткань причудливым узором.

Так убывающая луна сменилась растущей, и постепенно начала болезнь ведьмы отступать. Разгорались золотистые искры в глазах, и всё чаще алели щёчки от нежных и страстных слов ветра. А когда молодая луна стала сильной да яркой, надела Ведьма расшитое левкоями платье, распущенные волосы её похожи были на пламя. Открыла она двери в дом свой и впустила Ветер, как просил он неоднократно. Не стала с ветром спорить Ведьма и упрекать его. И были той ночью оба они счастливы, до самого утра баюкал ветер ведьму в невесомых своих объятиях, а она улыбалась во сне, словно дитя. Любовался ветер ею, но знал уже, что поутру улететь должен будет.

Но утром, с первыми лучами Солнца, сама Ведьма открыла ему двери, отпустила ветер из сердца. Умылась водой ключевой, студёной и прогнала тоску свою.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.