# Зачарованное небо

Ксения Нечаева

История с вайбом "Сумерек". Если вы тоже долго не могли определиться, кто же лучше – Эдвард или Джейкоб, если обожаете атмосферу дождливой осени и любите таинственных героев с множеством секретов, то вам сюда.

Яна никогда не думала, что в ее мире есть место для сверхъестественного. Она просто мечтала сдать ЕГЭ, выучиться на иллюстратора и привлечь наконец внимание Юры из параллельного класса.

Но в ее жизни все встает с ног на голову, когда в школе появляется новенький – загадочный Марк с невероятными синими глазами.

## 1. Серая мышь

Есть легенда о том, что убить колдунью может лишь тот, кто завладел ее сердцем. Магии во мне нет ни грамма, а неразделенных чувств хватает с лихвой.

Вижу его каждый день – парень из параллельного выпускного класса, который за все одиннадцать лет учебы в школе ни разу не взглянул на меня. Уверена, что и имени моего он не знает. Впрочем, стоит ли удивляться, если даже одноклассники порой забывают мою фамилию. Или делают вид, что не помнят. Очередная серая мышь, только вот я сама сделала такой выбор и предпочла быть невидимкой на фоне чересчур успешных одноклассников.

Пусть лучше будет так, чем слышать их крики за спиной: «Сделай шаг! Сделай шаг!». Глупый способ добиться расположения большинства, когда это самое большинство способно на храбрость только в толпе.

Мой класс всегда был на хорошем счету. Дети богатых родителей, талантливые подростки, за счет которых школа побеждала в непрекращающихся соревнованиях и конкурсах, или просто, как я зову их, неприкасаемые – внук директора и племянница завуча. И в эту толпу я затесалась, привыкнув к окружению.

Сотню раз мне хотелось перейти в параллельный класс, чтобы хотя бы иметь возможность чаще видеть его, но каждый раз я боялась, что при близком общении магия обаяния и налет таинственности – его непременные спутники – рассеются, как утренний туман. Нет, буду наблюдать со стороны и представлять нашу свадьбу, дом с белым забором и рыжую кошку. Он меня даже не знает, но в моей фантазии наши отношения можно назвать чересчур тесными. У меня много времени и отличное воображение.

«Сделай шаг! Сделай шаг!»

Я передернулась от нахлынувших воспоминаний и вышла из школы, навстречу недолгой свободе. Любимый момент дня – когда можно уйти из опостылевшего храма науки и страданий.

Каждый день я иду в парк, чтобы сделать несколько зарисовок в скетч-буке. Сентябрь все еще теплый и так хочется не упустить ни единого лучика солнца, на смену которым скоро придут дожди, уныние и пронизывающий ветер.

У меня есть любимая скамейка. Чуть вдали от остальных, не небольшом холмике – я одновременно далеко от всех и возвышаюсь над людьми, не изменяя своей сущности – невидимке.

На следующий год я собираюсь поступать на художника-иллюстратора. Буду зарабатывать на жизнь созданием картинок для книг и продолжу рисовать комиксы, которыми я увлеклась много лет назад. Я нарисовала уже несколько томов истории о мальчике из моих снов. У него есть суперспособность – он может становиться невидимым, также как и я, только в истинном смысле этого слова. Я рисую истории как этот мальчик спасает людей, путешествует по миру и, конечно, ищет свою любовь. Мальчика зовут Юра, точно так же, как и того самого парня из параллельного класса, от которого порой невозможно оторвать взгляд.

Но сегодня я рисую не комикс. Осеннее солнце удивительно красиво пробивалось через пожелтевшие листья, словно оно само обрело материальную форму. И это я попыталась изобразить.

Мой отец говорит, что мне не хватает таланта, и что лучше сосредоточиться на более приземленных профессиях. В его мечтах я – бухгалтер, который работает, склонившись над колонками цифр и постоянно сводит дебет с кредитом. Что это вообще такое, кстати?

Мама, кажется, поддерживает, но я не успеваю узнать это точнее – ее вечно не бывает дома. Днем – работа, которая, скорее, ее хобби, вечером встречи с друзьями, походы по магазинам. Вот она точно полная противоположность понятию серой мыши. Получается, она цветной попугай?

Папа тоже появляется не очень часто, в основном, под вечер, ведь, как он говорит: «Деньги кому-то надо зарабатывать». Но это не мешает ему выдавать мне ценные нравоучительные лекции.

Мимо прошли мои одноклассники – как всегда толпой и как всегда гогочущие над очередной высокоинтеллектуальной шуткой. Неужели, я раньше тоже была такой, как они?

«Сделай шаг! Сделай шаг!»

Да когда эти воспоминания оставят меня в покое?

– Если бы ты не смотрела по сторонам, а больше времени уделяла своему блокноту, то могла бы рисовать гораздо лучше, – голос за моей спиной заставил вздрогнуть.

Рядом стоял незнакомый парень. Возраст, кажется, у него был примерно как и у меня, но учился явно не в нашей школе – я бы запомнила. Слишком выразительной была его внешность, при, казалось бы, совершенно типичных чертах. Темные волосы, бледная кожа, прямой аккуратный нос, чуть пухлые губы и едва заметные веснушки.

– Зачем пугать так?

– Мне просто скучно, – парень пожал плечами, сел рядом со мной и выхватил из рук скетч-бук.

– Отдай!

– Я просто посмотрю.

– Это личное!

– Оттого и интересно.

Я попыталась выхватить блокнот, но парень поднял его кверху и дотянуться я не смогла.

– Перестань, чем больше сопротивляешься, тем меньше я хочу его тебе вернуть.

Логика в его словах была, и я молча отступила. Парень перелистывал страницы, неопределенно хмыкал и странно улыбался. А я неожиданно для самой себя залюбовалась на его руки. Тонкие изящные пальцы, которые вполне могли принадлежать пианисту. Интересно, может быть этот парень вправду играет?

– Учишься в музыкальной школе?

– Что? – парень поднял на меня глаза. – Я похож на музыканта?

– Да, на баяниста.

Он снова улыбнулся, протянул мне скетч-бук и сказал:

– Неплохо рисуешь, для дилетанта сойдет.

– А ты большой профи в этом деле?

– Нет, но смотреть на красивые картинки люблю.

Я выдернула свои работы из его рук и поспешно убрала блокнот в любимый коричневый рюкзак, на котором я нарисовала ежа.

– Автопортрет? – кивнул парень на ежа.

– Нет, кажется, ненароком я изобразила тебя.

– Один-один, художница.

Парень отвернулся и медленно пошел по аллее в сторону выхода из парка. Я отправилась в противоположную сторону, задушив в себе желание бросить в него чем-то тяжелым.

«Сделай шаг! Сделай шаг!»

Как обычно в это время дома не было никого. С родителями жили в доме, который можно было бы назвать неплохим, хотя и не очень большим. На первом этаже у нас была гостиная, кухня, туалет и гостевая комната, которая каким-то образом стала комнатой родителей. Наверху была моя спальня, бывшая комната родителей, огромная ванная и небольшой закуток, который использовался как склад ненужных вещей – эдакий портал в Нарнию для мусора. Надо бы предложить замаскировать дверь под старинный шкаф.

В своей комнате я вытряхнула из рюкзака вещи прямо на пол, нашла среди всего прочего наушники, вставила их в уши и включила свой плейлист в случайном порядке. Хотя странно к своему плейлисту применять слово «порядок». Там всегда царит хаос, созданный правящей династией тараканов в моей голове. Сейчас, например, первой заиграла песня Присциллы из игры «Ведьмак 3: Дикая охота».

«Крыжовник терпкий, сладкая сирень». Как же прекрасно! Где-то в глубине души я романтик.

Под звуки любимой музыки я спустилась вниз, набрала из холодильника еды и вернулась в свое логово, где планировала провести остаток дня за подготовкой к ненавистному ЕГЭ, которое, как ни крути, было неизбежно. Между необходимыми русским языком и обществознанием я выбрала первый вариант и погрузилась в мир ударений, приставок и правописания.

## 2. Баянист-художник

Меня устраивало быть незаметной в классе. Никто не обращал внимания на сидящую за последней партой, не лез в мои дела, не пытался завязать ненужный разговор или нагрузить лишней просьбой. Идеальный мир, возникший на руинах прошлого.

На переменах я обычно слушала музыку и делала наброски в скетч-буке, но сегодня я забыла наушники дома. Пришлось волей-неволей подслушивать, о чем разговаривали Аня и Света, которые сидели впереди меня.

– Говорю тебе, билетов уже не осталось, но отец пообещал, что достанет один для меня, даже если придется менеджеру их группы звонить, – Света накручивала волосы на палец и мечтательно смотрела в потолок.

– Повезло тебе…

– Да, пойти на концерт Джулаев – это мечта. Как же мне нравится их басист!

– Тот блондин с длинными патлами?

– Нет, это барабанщик. Я про высокого, темноволосого и маленьким носом. Кстати про темноволосых. Ты видела уже новенького в «б» классе?

– Какой ненормальный переведется в новую школу в 11 классе?

– Говорят, что он с семьей переехал из другого города. Они купили огромный дом на краю города, который не могли несколько лет уже продать. А еще они жутко богатые, хотя по новенькому этого не скажешь. Одет не пойми во что, пришел даже не в форме сегодня, но ему никто ничего не сказал.

– Может быть, купить не успел?

– Да все равно. Но он, кстати, симпатичный, если его причесать. Глаза интересного цвета – ярко-синие, как будто линзы. Или как эти… из фильма твоего любимого, странного… как он называется?

– Дюна. Пусть странный, но там ведь Тимоти Шаламе, – последнее имя Аня произнесла с таким восхищением, что я не удержалась и рассмеялась.

Девочки одновременно повернулись ко мне, смерили неодобрительным взглядом и отвернулись обратно.

Прозвенел звонок, начался урок физики, в который я даже не пыталась вникнуть. Я ведь уже знала, какие предметы буду сдавать на ЕГЭ, поэтому потихоньку достала тетрадь по русскому языку, открыла на телефоне вариант с заданиями и потихоньку стала его решать. Благо, учителю было не так уж и важно, чем заняты ученики на задних партах, лишь бы не шумели.

Я выучила расписание Юры наизусть и знала, что в соседнем кабинете сейчас идет урок алгебры у их класса. Поэтому я испугалась, когда услышала за стеной странный крик. Все мгновенно замолчали и стали переглядываться.

– Не обращаем внимания, вспоминаем формулу дальше…

Но одноклассники продолжали обсуждать услышанное, воспользовавшись случаем отвлечься от решения задач. Гул стоял, словно в открытое окно влетел пчелиный рой.

– Можно сходить посмотреть, что у них там случилось? – спросил Влад, вставая с места.

– Все там в порядке, – учитель махнула рукой.

– Ну тогда можно выйти? – Влад поднял руку.

– Иди уже! Остальные, пишем.

Я посмотрела на доску, в сотый раз убедилась, что формулы по-прежнему похожи на иероглифы, и вернулась к тесту по русскому. Звонок прозвенел через десять минут, Влад забежал уже когда я встала с места и направилась к выходу. Вокруг него столпились одноклассники и стали слушать, что он говорит. До меня донеслись лишь фразы «этот новенький…» и «Настюха упала».

В коридоре я едва не налетела на Юру – остановилась в нескольких сантиметрах от него. Он меня даже не заметил, а у меня, как обычно, перехватило дыхание при виде его. Какие же у него красивые волосы! Русые, вечно слегка растрепанные, но даже в таком виде прекрасные. Я бы отдала свои наушники и каждый день слушала только болтовню одноклассников за возможность хоть раз дотронуться до них. Юра, Юрочка…

Он подошел к парню у стены и остановился возле него, что-то увлеченно рассказывая. К своему удивлению я узнала в незнакомом парне того, кто вчера выхватил у меня в парке скетч-бук из рук. Он был одет не в школьную форму – джинсы и коричневую клетчатую рубашку, из-под расстегнутых пуговиц которой виднелась черная футболка. Значит, это и есть новенький в параллельном классе. Поймав мой взгляд, парень махнул мне рукой как давней знакомой. Я поджала губы и демонстративно отвернулась, мечтая так же запросто, как и он, разговаривать с Юрой.

Интересно, что же все-таки произошло у них на прошлом уроке?

Я отошла в сторону, прижалась к стене и стала искоса поглядывать на Юру, позволяя моему сердцу разгоняться до тысячи ударов в минуту.

– Отстань от него уже, – в бок меня толкнула Ева, десятиклассница. Единственный человек в школе, а иногда кажется, что и на планете, который со мной общается.

Не могу сказать, что она моя близкая подруга, но мне нравится с ней общаться настолько, что я ей рассказала о своих чувствах к Юре. Хотя на самом деле, она сама обо всем догадалась, а я лишь не стала отпираться.

Что свело нас вместе? Мы столкнулись на курсе анатомии для художников в творческом центре и начали общаться на эту тему сначала на занятиях, потом и вне их. Оказалось, что Ева, так же как и я, не самый популярный человек в классе, но, в отличие от меня, этот факт ей не давал покоя, и она пыталась привлечь к себе внимание миллионом разных способов.

– Мне просто нравится на него смотреть.

– И надеяться, что он прочитает твои мысли, где ты уже успела взять его фамилию. Брось, подойди к нему и попробуй поговорить.

– Чтобы он меня на смех поднял? Осталось меньше года потерпеть, и больше я с ним никогда не увижусь. Поступлю в институт, встречу кого-нибудь другого. Или, в крайнем случае, заведу кошку.

– Сорок, Яна, тебе нужно сорок кошек.

– Приемлемо.

– А кто это рядом с твоим Юрочкой стоит?

– Это новенький в их классе. Странный какой-то.

– Точно, я же слышала об этом. Его Марк зовут. Откуда-то переехал в наш город.

– Да, и они с родителями купили большой дом на краю города. Слышала, как одноклассницы сплетничали о нем.

– Я сейчас.

Ева подмигнула и пошла в сторону Марка. Возле него она якобы случайно споткнулась и упала. Марк тут же нагнулся помочь ей подняться, и Ева что-то ему стала щебетать. Через минуту она вернулась ко мне.

– Симпатичный, – заключила она. – Глаза синие, никогда не видела такого яркого оттенка.

– Свет, наверное, удачно упал.

Зазвенел звонок, и все бросились по кабинетам. Юра похлопал Марка по плечу, поджал губы в милой улыбке, и мое сердце пропустило один удар.

После этого урока была обеденная перемена. Я закончила самостоятельную за пять минут до звонка, и учительница разрешила мне уйти чуть раньше. Как раз достаточно времени, чтобы успеть купить обед без очереди.

Из всего столовского меню доверия внушали только рыба и рис, хоть эти и не мои самые любимые блюда. Я села за стол в углу как раз перед тем, как за едой повалили голодные школьники. Удачно. Если успею поесть быстро, то минут десять еще смогу отдохнуть перед уроком русского.

– Привет, – напротив меня сел Марк. В его руках был лишь стакан с чаем. – Не занято?

– Нет, – пришлось отвечать с набитым ртом, и мой голос стал похож на пароходный гудок.

– Могу я извиниться за вчерашнее знакомство?

– Не заметила, чтобы мы с тобой успели познакомиться. Кстати, если хочешь завести друзей в этой школе, то лучше не садись больше со мной. Я тут вроде как не в почете.

– Мне все равно. Кстати, я Марк.

– Знаю, – кажется, нужно было ответить по-другому. – Меня зовут Яна.

– Это я уже тоже выяснил.

– Идея о том, что ты следишь за мной, только что укоренилась у меня в голове.

– Просто хочу быть дружелюбным, – его глаза на миг словно стали еще ярче. Из невероятно-синих они стали фантастически-синими.

Марк протянул мне сложенный вдвое лист бумаги, который он как будто взял из воздуха – готова поклясться, что пару секунд назад у него ничего, кроме чая, не было. Я развернула лист и увидела карандашный набросок – девушка, сидящая на скамейке. Вокруг летали кленовые листья и, внезапно, ягоды рябины.

– Не уверен в портретном сходстве, но захотелось нарисовать это для тебя.

– Это очень мило, – я с восхищение рассматривала рисунок. – Значит, ты не баянист, а художник?

– Просто балуюсь иногда. Ладно, я, пожалуй, пойду.

– Все-таки не хочешь, чтобы тебя видели рядом со мной?

– Разумеется. Кто захочет рисковать репутацией в первый же день в новой школе?

Марк улыбнулся и подмигнул, давая понять, что шутит. А я не могла перестать рассматривать его рисунок.

## 3. Клуб Драко

Вечером мне позвонила Ева. Вообще, мы редко болтали по телефону – предпочитали переписываться в мессенджере. Там и стикеры веселые есть, и голоса уставшего не слышно. Но сегодня, оказалось, был особый случай.

– Завтра мы идем на вечеринку.

– Что? Зачем и куда?

– Я утащила два пригласительных в клуб Драко. Не спрашивай даже где и как. Туда приезжает группа Джулай, и весь город соберется их послушать.

– Я не поклонница Джулаев. Вообще, знаю только одну песню. Что-то про кошачий хвост…

– Кошачий глаз, вообще-то. Брось, я что, зря билеты находила? Если откажешься, то я вмиг найду, кого пригласить. А так, ты избранная, Нео.

Пытаясь не выдать своей улыбки, я ответила:

– Ты же знаешь, что у меня ЕГЭ, нужно готовиться.

– Ой, еще только сентябрь – это раз. Я в тебе не сомневаюсь – это два. И Юра будет на вечеринке – это три.

– Вечер перестает быть томным. С третьего аргумента нужно было начинать, я бы уже занимала очередь в клуб.

– Сладкое напоследок. Ну так что, ты в деле?

Упустить возможность увидеть его в очередной раз, да еще и вне школы? Без жуткой школьной формы? Точнее, просто в другой одежде. От такого я не могла отказаться.

– Во сколько начало?


На следующий день в половине восьмого мы с Евой встретились у клуба Драко. Отчего-то мне кажется, что владелец клуба – фанат Малфоя из «Гарри Поттера».

А вообще, в этом клубе я не была ни разу, поэтому собиралась с особой тщательностью. Надела любимые темно-синие джинсы, черную майку на лямках, а сверху накинула любимую синюю рубашку, которая почему-то ассоциировалась у меня со свободой. То ли дело в ее оттенке, напоминающим ночное небо, зачарованное искусным колдуном, то ли в размере оверсайз. А еще я надела любимые деревянные бусы на резинке, которые сидели на шее как влитые. Я обожала их форму – каждая бусина была квадратной – и их запах. Бусы были из можжевельника, и этот аромат напоминал о лете.

А вот Ева нарядилась иначе – черное платье до колен, кожаный пиджак и сапоги. Кажется, мы будем смотреться весьма контрастно.

– М-да, – Ева окинула меня взглядом.

– Что «м-да»?

– Ты как будто из 2010 года сюда попала. Машина времени или неудачное заклинание?

– Да ну тебя.

Очередь шла быстро, и мы попали в клуб минут через пять. Народу было очень много и, казалось, встретить тут Юру было невозможно. Ева точно поняла по моему лицу, что я рассталась с надеждой встретить его здесь.

– Расслабься, детка, мы же пришли на концерт Джулаев!

Впрочем, кое-кого из знакомых встретить удалось. Мимо меня важно прошла Света за руку с незнакомым парнем. Значит, папа все-таки достал ей билет.

Когда-то давно мы со Светой были близкими подругами – до того момента, как я стала невидимой, пока все было в относительном порядке. «Сделай шаг…»

Не буду об этом думать. Не хочу позволять воспоминаниям брать надо мной верх. Я пришла развлекаться и искать в толпе Юру. А вдруг нам удалось бы потанцевать? Я бы так осмелела, что пригласила его покружиться под медленную песню, а он, конечно, согласился бы. Я бы смотрела в его изумрудные глаза и пыталась догадаться, о чем он думает. Наверняка, его мысли занимала бы я. Ну ведь я достойна любви!

– До начала минут десять, – объявила Ева. От возбуждения она пританцовывала на одном месте и глупо улыбалась. – Я, кстати, пить хочу. Пойду воды возьму, тебе надо?

Я помотала головой и сказала, что подожду ее здесь.

Вокруг было очень шумно – до начала выступления группы на всю мощь крутили записи их песен. Мне захотелось уйти, все-таки подобные мероприятия – не совсем мое. Но подвести Еву и бросить ее тут одну я бы не смогла. Она вернулась через несколько минут с двумя стаканами, в которых был какой-то зеленый напиток.

– Взяла нам мохито. Безалкогольный, не переживай, – поспешила добавить Ева, заметив недовольство на моем лице. – Я помню, как ты относишься к алкоголю. Да и бармен тут паспорт спрашивает у всех подряд.

– Значит, тебя остановило только это?

– Тебе-то хорошо: скоро восемнадцать исполняется, а мне больше года ждать еще.

– Мое совершеннолетие не изменит ничего. Разве что папа разрешит пойти учиться водить машину.

– Я тебя так плохо слышу! – Ева показала руками на свои уши.

Музыка, действительно, как будто стала еще громче. Толпа оживилась и повалила к сцене: вот-вот все должно начаться. Я предпочла бы смотреть издалека, но Ева схватила меня за руку и потащила вперед.

– Готовы начать? – на сцену выскочил фронтмен группы Джулай и схватил микрофон.

Толпа загудела.

– Готовы?

Аплодисменты, свист и крики. Я потихоньку старалась отходить в сторону, чтобы незаметно уйти и сесть где-нибудь за стойкой бара, где было бы не так шумно.

Зазвучал первый гитарный рифф, выступление началось с одного из хитов группы «Будешь колдовать». Ева закричала в унисон с толпой, на меня он больше, к счастью, внимания не обращала. Славно.

Локтями прокладывая себе путь и чудом не разлив коктейль я выбралась на свободу. За стойкой у противоположной стены почти никого не было, и я поспешила занять место с края. Стулья высокие, но очень удобные – даже удалось забраться с первого раза. Несомненный успех. Я осушила половину стакана напитка и развернулась в сторону сцены. Если было бы тише, то я бы даже сказала, что мне здесь нравится. Сама себе удивляюсь.

Юру я по-прежнему не видела, но может быть Ева просто решила меня таким образом заманить сюда – это вполне в ее стиле. Поговорим еще после концерта.

– Ты тоже здесь? – услышала я голос над самым ухом.

Резко развернувшись, я локтем задела стакан с мохито и опрокинула его на стоящего позади меня Марка. Умеет же подкрадываться!

– Зачем так пугать?

– Не думал, что в клубе стоит говорить шепотом.

– Тут другое правило – не подкрадываться к человеку сзади.

Марк улыбнулся, закашлялся, прикрыв рот, и огляделся по сторонам, не мгновение задержав взгляд на бармене. Сегодня его глаза казались темными, словно небо, затянутое тучами.

– Ты одна здесь?

– С подругой. А ты?

– Одноклассник позвал, Юра. Но он там обнимается с новой знакомой, и я решил им не мешать, – Марк снова закашлялся, а мне внезапно захотелось оказаться дома под одеялом с шоколадкой и желанием пореветь. Надежды на внимание Юры больше не было.

– Приболел? – спросила я скорее из вежливости, чем из интереса.

– Нет, воздух слишком сухой.

Он говорил очень громко, я старалась не отставать, но все равно было плохо слышно.

– Как тут шумно! – мне просто нужен быть повод уйти.

– Да, не поговорить толком.

Марк поднес руку ко рту и еще раз покашлял. У него определенно какие-то проблемы со здоровьем. Смотрела я тут на днях один фильм, где девушка с таким же кашлем в начале истории умерла в конце от туберкулеза. Марку бы тоже не помешал постельный режим. Вдали от меня, естественно.

Внезапно музыка перестала греметь, а толпа недовольно загудела.

– Кажется у нас технические неполадки, – фронтмен пытался перекричать шум толпы, но микрофон не работал тоже.

Уши после громких басов казалось гудели. Толпа понемногу стихла, и можно было говорить, почти не повышая голос.

– Скоро наладится, – пожала я плечами. – Возможно.

Но Марк меня не слушал. Его взгляд остановился на моей шее. Так смотрит вампир на свою жертву прежде чем укусить ее.

– Красивые бусы, – сказал он, снова закашлявшись.

– Это из можжевельника, кажется. Люблю их очень.

– Мне пора идти, – бросил Марк и отвернулся от меня. Странный он какой-то все-таки.

– Вот ты где! – Ева схватила меня за руку. – У них что-то поломалось в оборудовании. Кажется, что уже не починят. Кто-то уходит домой, но мы можем остаться, вдруг что-то придумают.

– Нет, я бы лучше тоже ушла.

Я только что увидела, как Юра вышел из клуба в обнимку с длинноногой блондинкой. Где мое одеяло и шоколад, ведь слезы уже на подходе?

## 4. Мяч и невидимая стена

Урок английского неожиданно отменили – заболела учительница, а подмену пока не нашли. Поэтому одни решили провести дополнительные сорок минут в столовой, другие пошли в библиотеку посидеть на удобных диванах, а я отправилась на задний двор школы. На улице сегодня уже по-осеннему пасмурно, но пока без дождя. Хотелось воспользоваться возможностью и провести время на свежем воздухе. Хотя главное в этом случае – вдали от одноклассников, ведь я знала, что там никто кроме меня не любит бывать.

Я вставила в уши наушники, включила музыку, села на скамейку и закрыла глаза, отдаваясь во власть чувствам. Первой песней заиграла нежная «Pleasure» группы Betcha. Люблю представлять, как мы танцуем под нее с Юрой. Наши губы отчаянно хотят встретиться и на припеве мы сливаемся в страстном поцелуе. Он трогает меня за шею, за плечи, его рука медленно скользит вниз, пока не…

Пока я не ощущаю, что рядом со мной уселся кто-то. Открываю глаза и вижу Марка.

– Ты преследуешь меня?

– Да, – отзывается он, бесцеремонно вытаскивает наушник из моего уха и подносит к своему. – Мне нравится. Скинь потом название песни.

– Что тебе от меня нужно?

– Да не нужно мне ничего, уймись. Мы тут с Юрой должны встретиться, но он что-то опаздывает.

– А вы разве не должны быть на уроке?

– А ты?

– Отменили.

Марк пожал плечами и отвернулся от меня, как будто его заинтересовали мусорные баки, стоявшие неподалеку. Но на мой вопрос он явно отвечать не торопился. Зато меня возможная случайная встреча с Юрой немало порадовала. Какая разница, даже если он сбежал с урока?

Марк молчал, я тоже не знала, что сказать, поэтому мы просто сидели в тишине, слушая музыку каждый в одном наушнике. Почему-то молчать с ним было комфортно, не было неловкого ощущения, когда словно не знаешь, куда себя деть.

Заиграла песня «I help you hate me» от Sunrise Avenue. Марк хмыкнул:

– Слишком веселая для этой погоды.

– И вовсе в ней нет ничего веселого, ты в текст вслушивался?

Марк помотал головой и прищурился, словно вправду пытался разобрать каждое слово.

– Я в английском не силен, – наконец сказал он. – Больше по латыни спец.

Я хихикнула, так и не поняв, пошутил он или был серьезен. Интересный он человек, этот Марк…

В этот миг к скамейке подошел Юра, и меня обдало волной жара. Против воли я засмотрелась на его широкие плечи, представляя, как они выглядят не в жуткой школьной форме, а, скажем, в обтягивающей футболке. Мокрой. Поэтому я едва не прослушала как он просил мне: «привет».

– А? Ага… да… привет…

Но Юра уже не слушал меня.

– Ну что, пойдем? – кивнул он Марку.

– Да, вон там, кажется то, что нужно. Спасибо за музыку, – Марк вернул мне наушник и вместе с Юрой пошел в другую сторону двора. Я вновь осталась одна, только теперь отчего-то мне было некомфортно.

Я незаметно поглядывала на Юру, иногда бросая взгляд на Марка. Юра часто улыбался, это мне в нем и нравилось, но вот Марк был другим – мрачный, погруженный в свои мысли, его полная противоположность. Интересно, о чем эти двое так увлеченно говорили? Какие дела могут связывать Юру с тем, кто только несколько дней назад перешел в его класс? Неожиданно Марк громко рассмеялся, Юра вторил ему через мгновение, точно старый приятель, с которым тот обсуждал вчерашние похождения.

Марк обернулся и посмотрел мне прямо в глаза, я поспешила отвести взгляд и сделать вид, что вовсе не наблюдаю за ними, но Марк продолжал следить за тем, что я делаю. Не знаю почему, но меня обдало жаром, словно на мгновение температура воздуха поднялась на десяток градусов. Пожалуй, хватит с меня, пора уходить, тем более, что до звонка с урока оставалась пара минут. Следующим должна была быть физкультура – самый бесполезный предмет, на мой взгляд. Кроме ОБЖ, конечно.

В раздевалке я села в самый угол и быстренько переоделась в черные штаны и широкую белую футболку, которую забыла погладить с вечера, и теперь она была похожа на мусорный мешок. Впрочем, неважно.

Едва я подошла к двери, как та распахнулась, и в раздевалку вошли девочки из параллельного класса.

– Сейчас у нас урок, – протянула Света.

– У нас инглиш отменили, сказали, что будем на физре вместе с вами, чтобы можно было пораньше домой свалить.

Блеск, физкультура вместе с Юрой. Моя мятая футболка внезапно превратилась в немаленькую проблему. Я самая первая зашла в спортзал и попыталась разгладить ее на себе, или, хотя бы, немного растянуть, но лучше не становилось. Ну почему сейчас? Почему я забыла ее погладить? Как обычно, удача не была на моей стороне.

Через несколько минут в зал забежали парни, схватили мяч, лежавший у стены, и стали кидать его в баскетбольное кольцо. Юры среди них не было. Он появился перед самым звонком вместе с Марком, о чем-то увлеченно беседуя. Да что же между ними происходит?

Физрук Пал Саныч громко свистнул в свисток и велел всем строиться. Народ, галдя, поспешил выстроиться у стены. По росту я стояла четвертой, хоть где-то была не последней.

– Так, вас сегодня что-то многовато. Что будем делать? Нормативы принимать у такой толпы нет никакого желания.

– Мяч давайте погоняем!

– Просто посидим…

– Домой пойдем! – варианты сыпались один за одним.

Пришлось Пал Санычу еще раз прибегнуть к помощи свистка, чтобы угомонить толпу.

– Три круга по залу для разминки, а потом делимся на две команды и играем в баскетбол.

– Нас же много…

– Тем веселее. Ну что, вперед!

Бегать я не любила, да и в такой толпе все это напоминало какие-то дикие скачки, поэтому я пробежала один круг и остановилась с краю, все равно внимания на меня никто не обращал, надеясь, что можно будет так же отсидеться и на массовом баскетболе.

– Делимся на команды по классам? – спросил кто-то, я не успела заметить, кто.

– Мальчики из одного класса, девочки из другого, – отозвался физрук. – Чтобы веселее было.

Еще некоторое время потратили на то, чтобы выяснить, кто и против кого будет играть. Я не особо поняла, куда нужно идти и попыталась незаметно сесть на скамейку, но кто-то схватил меня за руку. Марк.

– Пошли играть, – улыбнулся он, и меня вновь обдало волной жара. Неужели у меня будет такая реакция на каждого, кто проявит ко мне хотя бы видимость дружелюбия? Отвыкла я от хорошего отношения.

– Я бы посидела, – кивнула я на девчонок, которые уже уселись на скамейку, сославшись на боль в животе.

– У нас уже не хватает людей в команде, не подводи.

«Как будто мне есть до этого дело», – хотела ответить я, но Марк уже толкнул меня в толпу. Что ж, ладно, постою в уголке, все равно играть не умею.

Прозвучал свисток, и началось. «Смешались, кони, люди…» как говорится. Парни носились с мячом, перекидывая его друг другу, девочки по большей части путались у них под ногами, а я старалась не попасть под перекрестный огонь тех и других. Спорт – не моя стихия. Разве что, скажем, плавание. Это мне нравится.

Мимо меня пронесся Марк, ловко обводящий одного игрока за другим. Он прицельно и точно бросил мяч в кольцо, а потом дал Юре «пять».

– Неплохо для новенького, – прокричал ему кто-то.

Игра продолжалась. В моих руках мяч не оказался ни разу, чему я была бесконечно рада. А Марк забил еще несколько трехочковых голов. Каждый раз, когда он подпрыгивал к кольцу, его волосы поднимались вверх и становились похожи на шапочку. Очень забавно.

Марк посмотрел на меня, его глаза расширились, он выставил руки вперед, замахал ими и закричал:

– Осторожно!

Я резко обернулась и увидела, как ко мне летит мяч, вот-вот грозящий попасть в нос. Все это произошло за долю мгновения, но, клянусь, что, летевший со всей скорости тяжеленный баскетбольный мяч внезапно упал на пол передо мной. Как будто врезался в незримую стену. От неожиданности я не смогла устоять на ногах и плюхнулась на пол под смешки одноклассников. То, как мяч внезапно остановился, кажется, никто не заметил.

– Сорри, – прокричал Юра из другого конца зала.

Значит, это он бросил в меня мяч. «Ничего страшного, – хотелось мне сказать, – можешь делать это регулярно». Но в мою сторону уже никто не смотрел. Разве что Марк поглядывал как-то испуганно.

Но как же мяч смог так резко остановиться? Неужели, какие-то законы физики мне еще неведомы? Но потом я вспомнила, что по физике у меня, дай бог, выйдет тройка, и успокоилась. Правда от игры я старалась держаться еще дальше. Мало ли.

Марк забил очередной год, а Юра как-то странно на него поглядывал – не то радовался успеху внезапного друга, не то завидовал его умению.

## 5. С обложки журнала

– Я нанял тебе репетитора по математике, чтобы подготовиться к экзаменам, – утро началось с внезапной новости от папы.

– Для чего мне математика? – я наливала кофе и, кажется, от неожиданности насыпала лишнюю ложку сахара.

– В нашем вузе на бухгалтера нужна математика, русский и английский. Русский вроде бы у тебя хорошо идет. Что с английским? Тоже репетитора нанять?

Дрожащими руками я налила в кофе сливки, чуть не разлив их на стол. Ну уж нет, никой бухгалтерии.

– Я собираюсь на художника-иллюстратора идти, папа.

– Брось ты это, пожалуйста. Ерунду какую-то придумала. Профессия должна приносить деньги. Твои картиночки тебя не прокормят. А я до пенсии тебя обеспечивать не смогу.

– Жаль, а я надеялась, – я прикусила язык, но было поздно.

Папа ударил кулаком по столу.

– Выбирай: бухучет, экономика или юриспруденция. Я, конечно, рассчитывал, что ты пойдешь учиться в медицинский, но биологию ты за год точно не выучишь.

– Меня, между прочим, от крови мутит. Да еще и трипофобия.

– Дело привычки. Итак, решено. Сегодня же к тебе придет репетитор в четыре. Будь добра быть дом вовремя и навести порядок в гостиной.

– Если правда хочешь мне помочь, оплати курсы иллюстраторов.

– И так уже я оплатил их достаточно. Яна, пойми, это лишь хобби. Нужна серьезная профессия.

– Но папа…

– Никаких «но». Точка. Отучишься на серьезную профессию, а потом делай, что хочешь.

Не слушая моих слов, папа встал из-за стола, не доев завтрак. Я поставила его кружку и тарелку в раковину и залила все водой, обрызгав блузку. Утро началось замечательно. К тому же, я уже опаздывала, поэтому перелила кофе в термос, отряхнула рубашку, надеясь, что она высохнет быстро, и выбежала из дома.

Шел проливной дождь. Зонт я не захватила, а возвращаться было лень. Хорошо, промокну равномерно, ничего не поделаешь. Не только рубашке страдать.

Ева стояла под козырьком на крыльце и трясла зонтик, как будто это могло помочь высушить его. Для меня зонт всегда был какой-то иллюзией безопасности. Ноги в любом случае промокнут, а если дождь будет косым, то спасет разве что огромный пузырь, в котором ты будешь катиться до школы. Или просто куда подальше.

– Классно выглядишь, – бросила Ева. – Новый стиль – мокрая мышь?

– Это косплей на Русалочку.

– Хвост отбросила по дороге?

– Да ну тебя.

– Что с настроением, милая? – Ева дотронулась до моего промокшего плеча. – Неужели из-за погоды?

Я вздохнула и пересказала утренний разговор с папой, добавив пару крепких словечек в его адрес, которые в лицо я бы не сказала ни за что.

– И что планируешь делать?

– Для начала обсохну, – я кивнула на входную дверь. – Потом буду думать. Отделаюсь от этого репетитора на раз-два. Сделаю вид, что я неисправимо тупая.

– Разве нужно делать вид? – Ева улыбалась, но мне было не до смеха.

Я отпила кофе из термоса – напиток богов – и шагнула за дверь, поглядывая на Еву, плетущуюся позади.

– Ну где ты там?.. – начала я, но фразу договорить было не суждено.

Я в кого-то врезалась и опрокинула на этого кого-то свой кофе. Я подняла голову и поняла, что вылила напиток на сияющую белизной рубашку Марка.

– Вот вам и доброе утро, – пробормотал он. – Ты решила завести новую традицию – обливать меня каждый день напитками?

– Прости, пожалуйста!

Он нахмурился, поджал губы и небрежно попытался отряхнуться. Но, конечно, просто так от кофе не избавиться.

– У меня салфетки влажные есть, пойдем, я все вытру.

– Это не поможет, но предложение заманчивое. Мне бы понравилось, если бы ты меня обтерла салфетками.

– Ну вот, теперь уже мне ни капельки не стыдно за то, что я сделала. Спасибо. Завтра возьму с собой краску в термосе, чтобы облить тебя еще качественнее.

Я похлопала Марка по плечу – внезапно его рука оказалась приятной наощупь – и ушла с прохода. Люди позади уже начали бурчать оттого, что мы все перегородили.

Первым уроком была та самая математика. В принципе, если бы она действительно была мне нужна для поступления, я бы обошлась и без репетитора, потому что неплохо в ней разбиралась. И с чего папа решил, что именно с ней мне нужна помощь? Ну подумаешь несколько троек принесла с начала года. Тоже мне проблема. Базовый уровень я сдам без проблем. И также без проблем я отделаюсь от внезапного репетитора, чего бы мне это ни стоило.

После урока на перемене мне захотелось сделать быструю зарисовку, набросок возможного будущего кадра для моего комикса. Я вышла в коридор, запрыгнула на подоконник, хоть за это всегда и ругали, и начала царапать на бумаге стакан кофе, летящий в парня без лица. Утренняя встреча с Марком вдохновила на творчество, хоть и приятного в ней было мало. Наверное, нужно было извиниться за то, что испортила его рубашку. Но сам виноват – нечего дерзить.

За пару секунд до звонка я снова его увидела. Марк шел по коридору в сторону своего класса, и его рубашка была такой же чистой, как и до встречи с моим термосом. Как так быстро он успел сбегать переодеться?

Дождь не хотел прекращать извергать из себя воду. Как будто копил ее все наше засушливое лето, чтобы выплеснуть в один день. Впрочем, меня это не очень расстраивало – я люблю такую погоду. Завернувшись в теплое одеяло с кружкой сладкого кофе смотреть как капли барабанят по окнам – это же мечта.

Я любила перечитывать каждую осень «Гарри Поттера», для меня эта книга была и остается невероятно комфортной, с ароматом сказки, пряного тыквенного сока и сливочного пива. Возможно, именно потому, что познакомилась с этой книгой я именно в это время года.

Когда для других людей наступает время уныния и тоски, для меня приходит пора новых начинаний, надежд и мечтаний. Может быть это связано с началом нового учебного года – своеобразный период обновления – а может быть пора, когда природа утрачивает свою красоту, знаменует надежду на что-то новое. «Вы знали, что обязательно придет весна…». Я не читала «Праздник, который всегда с тобой» Хэмигнуэя, откуда эта цитата, но я смотрела прекрасный фильм «Город ангелов», где эти слова проиллюстрированы как нельзя лучше. Пусть сейчас все плохо, но однажды все изменится, ибо иначе быть не может.

Осенняя тоска меня не угнетала – я всегда наслаждалась этой меланхолией, заполняющей каждую клеточку тела. До глубины души, до самой дрожи. Я всегда верила, что именно осенью моя судьба настигнет меня. Так и случилось, но обо всем по порядку.

Я вернулась домой за полчаса до прихода репетитора с четким планом как вывести его из себя. Мама была, как ни странно, дома. Наверное, папа велел ей быть рядом со мной, чтобы не оставлять наедине с незнакомцем. Кстати, я даже не уточнила, мой репетитор – это мужчина или женщина?

– Как день прошел? – мама листала ленту новостей в телефоне и лишь на мгновение подняла на меня взгляд.

– Отлично. С утра промокла до нитки, но надеюсь, что все-таки не разболеюсь, – отозвалась я.

– Да, отлично, солнце…

Мама, к гадалке не ходи, меня не слушала.

– Или, наоборот, надеюсь разболеться…

– Да, так и нужно, – мама перекинула ногу на ногу и продолжила погружаться в мир новостей.

– А вообще я думаю бросить школу, – я склонила голову, ожидая, когда же она, наконец, меня услышит. Но тщетно. – И вообще уйти из дома, податься в эскорт…

– Умничка.

В дверь позвонили.

– Я открою, это твой репетитор.

Я вздохнула и зашла в гостиную, где посреди уже стоял стол и два кресла возле него. Папа подготовил все для занятий. Я бросила сумку на диван, достала телефон, положила его на стол и села на кресло. Через пару минут мама зашла в комнату вместе с красивой женщиной. Настолько очаровательной, что я на мгновение забыла о своем намерении избавиться от нее.

– Это Елизавета Максимовна, – представила мне мама преподавательницу. – Она будет с тобой заниматься математикой.

– Здравствуйте…

Я не могла перестать на нее пялиться, настолько она была красива. Как будто сошла с обложки глянцевого журнала, хотя, я сомневаюсь, что там был кто-то сравнимый с нею. Наверное, ей было около тридцати лет. Хотя, возможно и меньше. О такой фигуре как у нее я не могла бы даже мечтать – как будто выточенная из мрамора, стройная с красивыми выпуклостями там, где им положено быть. Кожа белоснежная без единого прыщика или пигментного пятнышка. Волосы лежали так, словно Елизавета Максимовна только вышла из салона красоты, где провела, по меньшей мере, половину дня.

Костюм – юбка и блузка – сидели как влитые. Я бы не удивилась, если бы узнала, что его сшили специально для нее.

Мне хотелось сказать ей: «Девушка, что вы тут забыли? Бегом на подиум!», но мой язык чуточку онемел. Странно, обычно люди не производят на меня такого сильного впечатления.

– Давай сегодня мы выясним уровень твоих знаний, – предложила репетитор, усаживаясь рядом со мной.

Она достала из блестящего лакового портфеля распечатки с заданиями, бумагу, ручку с красной пастой и пару учебников и положила все это перед собой.

– Какие у тебя в целом проблемы в математике? Сама как оцениваешь свои знания?

– Нормально, – я помотала головой, пытаясь освободиться от чар ее привлекательности. Если на меня она произвела такое впечатление, представляю, как сворачивают шеи мужчины, когда она идет по улице. – Мне вообще не нужна математика.

– Тогда зачем твой папа просил с тобой заниматься?

– Как всегда считает, что лучше знает, что для меня подходит. Елизавета Максимовна, я не хочу вас обманывать, но математика мне не пригодится, и учиться я не собираюсь.

– Что ж, ты ставишь меня в неловкое положение. Кстати, зови меня просто Елизавета, или еще лучше – Лиз. К звучанию имени-отчества я не могу привыкнуть, но приходится так называться для соответствия должности.

– Если папа услышит, что я так фамильярно говорю с преподавателем, мне не поздоровится.

– Сложные отношения?

– Частично. Но вас я втягивать в это не хочу. Вы кажетесь хорошей.

А разве можно такое говорить незнакомым людям? Кажется, я немного не в себе. Наверное, сказывался стресс последних нескольких дней.

– Тогда какие у нас есть варианты?

– Вы скажете папе, что я необучаемая и что вы прекращаете со мной занятия.

– И твой отец тут же найдет для тебя нового преподавателя. Если у вас действительно такие отношения, то просто так он слушать тебя или меня не станет.

Я задумалась. В словах Лиз – мне очень хотелось ее так называть – скрывалась истина. Если папа что-то решил, то из его головы невозможно этого вытряхнуть. Плюс он может пойти на принцип и, даже если осознает, что был не прав, продолжать стоять на своем.

– Тогда у нас нет выхода, кроме как сделать вид, что мы занимаемся, – я нахмурилась и откинулась на спинку кресла. – Можем, например, обсудить фильмы.

– Тут ты не права – я не смогу брать плату просто за то, что болтаю с тобой. Будем делать, что должно – заниматься математикой для подготовки к экзамену. В конце концов, как знать, возможно тебе это еще пригодится.

Я не знаю, встала ли Лиз на мою сторону, или она просто хороший психолог и смогла убедить меня начать заниматься, но оставшуюся часть занятия мы посвятили изображению на координатной плоскости множества решений уравнений с двумя переменными.

## 6. Удиви меня

Не знаю, в какой фазе была Луна на следующий день и насколько ретроградным был Меркурий, но произошло такое… Моим эмоциям в тот день можно было посвятить отдельный роман. И это был бы бестселлер, уверяю.

После третьего урока была относительно большая перемена – целых пятнадцать минут. Мы с Евой стояли у окна, и она рассказывала последние новости.

– В этом году на новый год у нас собираются устроить какой-то масштабный бал. Заметь, не «дискотеку», как обычно, а целый «бал».

– Пафосно-то как, фу.

– Но вроде бы это только для старшеклассников. Девятый, десятый и одиннадцатый. Слышала, что директриса заказала какое-то невероятное оформление для актового зала, кажется, что-то в духе «Гарри Потера».

– Двенадцать елей поставят что ли?

– Не знаю, но денег на это потратят уйму.

– Интересно, с чего бы это?

– Наверняка чтобы повысить статус школы. Слышала же, что у нас хотят закрыть парочку? Вот наша Вера Пална и суетится, чтобы не оказаться в числе отстающих. Ну и первое большое мероприятие после ковида, все дела.

– Мне все равно, если честно.

– Ну ты чего? Скажи еще, что не пойдешь?

До этого момента я считала, что Ева уже достаточно хорошо меня знает, чтобы понять, что подобные мероприятия не для меня. Но, кажется, ей требовались пояснения.

– Там мне точно делать нечего. Спустить кучу денег на платье, чтобы весь вечер простоять в углу? Нет, я пас.

– Так ты не стой, танцуй, веселись.

Я вздохнула и бросила взгляд на Юру, который что-то листал в телефоне в конце коридора. Если бы я и пошла на бал, то только в его сопровождении. Представляю завистливые взгляды одноклассниц, если бы я вошла в зал, держа под руку самого красивого парня школы. И раз сердце его было не занято, то, возможно, у меня все еще был шанс? Ну хотя бы призрачный… примерно такой же, как убедить моего отца в том, что мне не нужна математика.

– Хватит страдать по нему, – я думала, что посмотрела на Юру незаметно, но Ева заметила, куда я направила взор. – Выбери себе кого-то попроще. Хотя бы того, с кем сможешь заговорить.

– Если смотреть по такому критерию, то остаются только первоклассники. Мне не нужен никто. Даже Юра не нужен, это просто временное помешательство, которое исчезнет, едва я выпущусь из школы.

– Да, конечно, заливай дальше…

Я еще раз посмотрела на него и вздохнула. Нет, ну почему он так чертовски красив?


Предпоследним уроком у нас снова был английский. И снова замену заболевшей учительнице никто не нашел. Кто-то уже ушел домой, не дожидаясь последнего занятия, но предстоял урок русского, который мне пропускать было никак нельзя. Поэтому я заняла место в библиотеке и принялась рисовать в скетч-буке.

В этот раз мне не хотелось слушать музыку, я наслаждалась тишиной как никогда прежде. Хватит с меня бессмысленного шума на сегодня.

Сегодня я рисовала пару, кружащуюся в вальсе. На девушке было пышное платье, парень был в облегающем смокинге, и на их лицах застыло выражение бесконечного истинного счастья. Я знала, что в их нарисованном мире сейчас звучит «Last waltz» The Rasmus, и ничего кроме музыки и их самих не имеет значения.

Где-то неподалеку что-то, скорее всего книга, с грохотом упало на пол. Я огляделась и заметила движение за соседним стеллажом. Кто-то торопливо ставил книги на место.

– Кто это тут шумит? – с громким топотом к стеллажу подошла библиотекарь. – Тишина должна быть в библиотеке!

– Это случайно все вышло.

– Иди отсюда, если не умеешь вести себя тихо! Только людям мешаешь!

– Так тут вроде никого нет.

– А я тебе не человек?

– Ладно-ладно, простите, больше не повторится.

Сопровождаемый грозным взглядом, из-за стеллажа вышел Марк с самой дурацкой улыбкой на лице. Он заметил меня, помахал рукой и направился в мою сторону. О, нет, прощай, тишина.

– Снова бумагу портишь? – шепотом спросил он, подмигивая.

– Я хотя бы занимаюсь полезным делом, а не членовредительством.

– Ты про те книги что ли? Брось, они сами упали, когда я потянулся за редким изданием на верхней полке.

– Признай, что тебе просто нравится сбрасывать книги на пол.

Не знаю почему, но мне было так спокойно рядом с Марком. Как будто предо мной сидел старый друг, от которого нечего было скрывать. Тот, с кем можно было быть самой собой. Ну или хотя бы попытаться.

Марк улыбался. Он чуть склонил голову и постарался заглянуть в мой скетч-бук.

– Покажешь?

– Теперь тебе нужно разрешение? Не то, что в парке?

– Я был не в себе. А так я очень вежливый и скромный парень, который всегда спрашивает разрешения на все.

– В чужой дом без разрешения тоже войти не можешь?

– Разумеется. А к чему этот вопрос?

– Так и знала, что ты вампир.

Я рассмеялась, но Марк шутку не оценил. Боже, кажется, я слишком позволила себе расслабиться, и мое жуткое чувство юмора слишком резко вырвалось наружу.

– Прости, это не смешно, – я поджала губы.

– Смешно, но неожиданно. Не знал, что ты умеешь шутить.

Теперь настал его черед смеяться, а мой хмуриться.

– Нет, я вам что, шутка тут какая-то?

Над нашим столом нависла тень библиотекарши, которая была призвана охранять покой книжного хранилища.

– Мы уже уходим, – Марк схватил меня за руку и потянул к выходу.

– Мы? – только и успела сказать я.

Но сопротивляться я не могла – Марк был сильнее физически.

– И где мне прикажешь ждать конца урока?

– Просто в коридоре, – Марк пожал плечами и огляделся.

– А сам-то почему не на уроке?

– У нас уже закончилось все на сегодня. Я просто хотел взять что-то почитать, но бдительная дама не дала определиться с выбором. Ну ничего, в электронке что-то почитаю.

– А я вообще-то планировала порисовать. Мне нужно руку набивать…

– Собираешься поступать на художника?

– А если и так, то что?

Марк смерил меня взглядом и хмыкнул.

– Что смешного?

– Ничего, все нормально.

Я закатила глаза. Почему этот парень меня раздражает? Смотрит своими синими глазами и нагло улыбается. Что он ко мне привязался?

– Твое пристальное внимание начинает утомлять. Почему в последние дни тебя стало так много в моей жизни?

– Просто чувствую, что ты моя судьба, и не могу от тебя отойти ни на шаг.

Марк изобразил реверанс и протянул мне руку. Идиот. Воистину идиот. И как я могла подумать, что он нормальный парень? Я хлопнула его по руке и отвернулась. Оставалось еще двадцать минут до конца урока. Я дошла до диванчика у стены и громко плюхнулась на него. Боковым зрением я видела, что Марк пошел в противоположную сторону. Скатертью дорожка.

На уроке я никак не могла сосредоточиться и уже пожалела, что не сбежала, как некоторые одноклассники. Впрочем, учительница обещала, что обрушит на их головы все кары небесные за этот побег. Это хоть немного, но успокаивало.

Вместо упражнений я, задумавшись, прямо в тетради начала рисовать, а когда очнулась, то с разлинованного листа на меня смотрели ярко-синие глаза.


Но тут интересности этого дня не закончились. Скорее, лишь немного разогрели обстановку. Ева ушла домой раньше, поэтому из школы я выходила в одиночестве. В дверях кто-то из одноклассников толкнул меня локтем. Ничего нового.

– Яна! Яна, постой!

А вот это уже что-то новое.

Я спустилась по ступенькам и обернулась. Ко мне бежал Юра. Что? Может быть, он обознался? Или мне послышалось? Ну конечно, я же не единственная Яна в школе. Но, кажется, он идет ко мне.

– Привет, – сказал Юра.

– Ты это мне? – только и могла сказать я.

Ну точно, ретроградный Меркурий врезался в Луну. Иного объяснения быть не может.

Мое сердце моментально подскочило вверх, сделало сальто и с огромной скоростью рухнуло вниз. Иного объяснения тому, что я покрылась испариной пота и получила в комплекте дрожащие руки быть не может. Юра действительно говорит со мной? Со мной? Мой Юра? Или за несколько минут я умудрилась поменяться телами с Зендеей? Как иначе объяснить, что он посмотрел на меня?

– Ты домой идешь? – Юра улыбался. – Не возражаешь, если я с тобой немного пройдусь?

Я? Возражаю? Да это предложение лучше подарка от Деда Мороза на Новый год. И это при условии, если Дед Мороз оказался бы в самом деле настоящим.

Я закивала, словно полоумная, но быстро для своего состояния сообразила, что нужно еще и что-то сказать. Желательно, нечто умное.

– Да, – во рту открылся филиал Сахары.

– Отлично. Знаешь, мы с тобой никогда не общались, но я подумал, что неплохо было бы вот так поболтать. Надо расширять круг общения, тем более, что учимся вместе.

Я попыталась сглотнуть слюну, чтобы хотя бы частично вернуть себе способность говорить.

– Да, – снова прохрипела я.

Как можно столько лет мечтать о знакомстве, тщательно продумывать будущее, но при реальной возможности опозориться по самое не хочу?

– Осторожно, тут красный горит, – Юра схватил меня за руку, когда я попыталась шагнуть на дорогу, не глядя.

Ну все, эту руку я больше мыть никогда не буду.

– Ой, – я хихикнула и поправила прядку волос, упавшую на глаза.

Теперь он точно считает меня умалишенной. Давай же, Яна, скажи что-нибудь умное.

– У вас тоже сегодня контрольная по русскому была? – при чем тут контрольная? Нужно было сказать что-то умное, а не выставить себя полной балдой. Плакала наша свадьба. Прощай, визуализированный рыжий кот. Носить мне свою фамилию до скончания времен.

– Нет, у нас русского не было сегодня.

Загорелся зеленый свет, и мы пошли через дорогу. Что сказать? Что сказать? Что сказать? Тараканы в моей голове носились из угла в угол, периодически ударяясь о стены.

Успокойся уже!

– У меня скоро день рождения, – Юра снова улыбался.

– Я знаю, – я тут же прикусила язык, но было поздно.

Теперь я для него еще и явный сталкер.

– Ты меня удивила, если честно.

– У меня память на даты хорошая. Я знаю дни рождения всех учеников в нашей параллели, – спасибо, мозг, хоть за какое-то объяснение. Теперь, возможно, не все потеряно.

– Классно, а я даже дни рождения родственников забываю. Ты точно хорошо сдашь ЕГЭ.

Причем тут экзамен-то? Ладно, подумаю об этом позже.

– Да, наверное, – ну все, мозг снова ушел в спящий режим.

– Я в пятницу устраиваю вечеринку по случаю восемнадцатилетия. И хочу пригласить тебя.

– Меня? Зачем?

Ну почему я просто не поблагодарила? Какая разница, зачем? Пусть он даже хочет, чтобы я разносила напитки его гостям, я миллион раз согласна!

– Хочу пообщаться, узнать тебя лучше. В конце концов, после окончания школы мы можем и вовсе не увидеться. Вдруг я буду жалеть, что упустил случай поговорить с тобой?

– Звучит логично.

Да это совершенно нелогично! Но плевать.

– Так ты придешь?

– Конечно. Я тоже не хочу упускать случай поболтать с тобой.

– Тогда я скину тебе свой адрес в телегу. Дашь номер?

Юра просит мой номер телефона! Мои мечты сбываются прямо на глазах. Кажется, в прошлой жизни я все-таки сделала что-то хорошее.

Я продиктовала цифры, Юра быстро записал их в свой телефон и улыбнулся.

– Ну пока! Я тебе напишу!

– Пока… Подожди, что тебе подарить?

Юра пожал плечами.

– Не знаю… Удиви меня.

Он махнул рукой, развернулся и быстро побежал в противоположную сторону.

«Удиви меня» – его голос все еще звучал в моей голове.

Удивлю, Юрочка! Ох, как я тебя удивлю…

## 7. Паника и странный запах

– Как? Как я его удивлю?

Я кругами ходила по комнате и разговаривала по телефону с Евой. Только что я пересказала ей весь наш разговор, пытаясь, при этом, описать свое поведение чуть менее глупо, чем было на самом деле.

– Успокойся! Дыши носом!

– Ну не ушами же я дышу! Евааааа, пятница послезавтра уже! Да и вообще… как я пойду? Там наверняка будет куча народа? Я не могу же просто так взять и пойти…

Когда я волнуюсь, то всегда говорю без умолку. Кроме тех случаев, когда мой рот становится похожим на пустыню.

– Значит, не ходи, – Ева, не скрывая, зевнула.

– Как не ходить?

– Если ты боишься, если на пороге исполнения мечты ты готова повернуть назад, то самое время сдаться. У тебя есть два варианта – либо ты успокаиваешься и идешь на вечеринку, либо отдаешься панике и продолжаешь страдать и бессмысленно мечтать о разговоре с Юрой. Только он точно больше с тобой не заговорит.

– Ты права. Пойду выпью чаю и выдохну.

Напиток обжег мой язык. Слишком горячий чай и слишком замутненное сознание, чтобы понять это. Ну как один человек может так влиять на другого? Почему из-за него я становлюсь такой глупой?

Я всегда думала, что любовь делает нас сильнее, но теперь я перестала быть в этом уверена. Мои чувства к Юре обезоруживают. Зачем тогда любить? В этом случае любовь больше похожа на болезнь, чем на чье-то благословение.

Раздался звонок в дверь. Слишком внезапно – я даже немного облилась чаем. Ругаясь, я пошла посмотреть, кто пришел, ведь я никого не ждала.

За порогом стояла Лиз. Как же я могла забыть о том, что у нас сегодня занятие? Я открыла дверь и пригласила репетитора войти. Сегодня она оделась менее официально – в черные брюки и розовую футболку, сверху на которую накинула черную тонкую рубашку. Как же хотелось бы выглядеть так же шикарно, как и она!

– Я забыла о нашей встрече, – призналась я, пока Лиз раскладывала на столе учебные материалы.

– Ничего страшного, ведь ты дома. Что-то не так? Ты кажешься встревоженной.

– Все в порядке. Чай на себя пролила, – я указала на пятно на своей футболке. – Я быстро переоденусь, хорошо?

– Без проблем, – Лиз взяла свой блокнот и стала в нем что-то писать.

Я бегом забежала в комнату, натянула самую приличную свою рубашку – голубую в тонкую полоску, оглядела себя в зеркале, убедилась, что выгляжу как обычно отвратительно, вздохнула и спустилась обратно в гостиную. Лиз уже отложила блокнот и рассматривала свои аккуратные ногти.

– Начнем? – она улыбнулась и дотронулась до листов с заданиями.

– Как будто есть выбор, – я ответила тихо, но так, чтобы Лиз точно услышала.

Полчаса я честно пыталась разобраться в непонятных формулах и заданиях, написанных явно по-эльфийски, но в конце концов взвыла.

– Можем ненадолго прерваться, если хочешь.

– Нет, я, кажется, уже начинаю понимать эти иероглифы. Еще немного, и смогу даже что-то решить.

– Совсем все плохо?

– Нормально. Но сегодня не самый удачный день для математики. Мысли где-то далеко.

– Если хочешь, можешь мне пожаловаться. Я скажу, что они все засранцы, а ты хорошая.

Лиз была такой милой, что я не выдержала и улыбнулась. Впервые с момента приглашения на день рождения.

– Может быть тогда я кофе сварю? – предложила я. – Если, конечно, вы не торопитесь?

– С удовольствием. А после продолжим занятие.

Из гостиной было хорошо видно кухню, поэтому я чувствовала, как Лиз наблюдает за всеми моими движениями. Я помолола кофе, насыпала его в кофеварку, налила воду и нажала на кнопку включения.

– С молоком?

– Нет, черный и без сахара, пожалуйста.

В свою кружку я добавила молоко, сахар, а Лиз налила крепкий и ароматный американо. Поставила на поднос кружки, вазочку с конфетами и вернулась в гостиную.

– Спасибо, пахнет чудно.

– Папа у меня сходит с ума по кофе, поэтому заказывает где-то зерна со странным названием, которое я не произнесу. Но я не жалуюсь, напиток божественный.

– Это верно, – Лиз подула на кофе и отпила немного. – Так что у тебя случилось, расскажешь?

– Все хорошо, даже слишком, просто немного волнуюсь из-за предстоящей вечеринки.

– Отчего же?

– Парень, который мне нравится, внезапно пригласил на свой день рождения, хотя до этого не обращал внимания.

– И тебя это пугает? – Лиз развернула конфету и отправила ее в рот.

Как ответить на этот вопрос я не знала, потому что сама не разобралась в своих чувствах и во всем происходящем в целом. Поэтому просто пожала плечами.

– Он мне очень нравится, – призналась я. – Боюсь, что что-то пойдет не так.

– Что же может пойти не так?

«Сделай шаг…»

Воспоминания горячей волной окатили меня от кончиков пальцев на ногах до самой макушки. Я словно на мгновение вернулась в тот день два года назад, когда прежняя Яна перестала существовать. Нет, лучше не погружаться в них, иначе можно застрять очень надолго.

– Да что угодно, – уклончиво ответила я.

– Как его зовут? – улыбнулась Лиз.

– Юра.

Мне показалось, что Лиз облегченно вздохнула, но с чего бы?

– Вы давно знакомы?

– Учимся в одной школе всю жизнь, но до сегодняшнего дня мы почти никогда не разговаривали, оттого и удивительно все это.

– Уверена, что все сложится удачно. Держись за него, этот парень, кажется, того стоит.


Когда Лиз ушла, на улице уже было темно. Я вымыла чашки и отправилась в свою комнату. Делать уроки не хотелось, и я позволила себе отдохнуть. Через некоторое время услышала стук входной двери, значит, пришел кто-то из родителей, но я не горела желанием выяснять, кто именно.

В наушниках, где играли песни Placebo, я легла на кровать и задремала, утомленная переживаниями прошедшего дня.

Проснулась я примерно через час с дикой жаждой, отбросила наушники и отправилась на кухню за водой. На лестнице стоял странный запах, как будто что-то подгорело. Наверное, мама опять решила приготовить лазанью. Удивительное блюдо, которое никак ей не поддается, но которое она пытается освоить с завидным упорством.

Но на кухне и в гостиной не было никого. Я попила воды и услышала, как в замочной скважине поворачивается ключ. Следом в дом вошли родители, о чем-то мило болтающие.

– О, вы куда-то ходили вместе?

– Нет, только с работы приехали, встретились у гаража, – мама подошла ко мне и поцеловала в лоб.

– А разве вы не возвращались домой примерно час назад? Я слышала, что кто-то входил.

– Тебе, наверное, показалось. Сереж, ты же не приезжал еще домой?

– Нет, – покачал головой папа и зашел в ванную.

– Но я точно слышала…

– Либо к нам забрались воры, либо ты придремала, и тебе просто приснилось. Кстати, чем это у нас так пахнет? Опять жгла ароматические палочки?

– Наверное, да, приснилось…

Странный запах, что-то мне напоминал, но я не могла определить, что.

– На всякий случай я пройду по комнатам и посмотрю, ничего не пропало, – мама открыла холодильник и достала йогурт.

А я все не могла понять, что же за запах витал в воздухе.

Осмотр дома показал, что все вещи были на месте, и я немного успокоилась. Наверное, правда, мне все это приснилось.

Этой ночью я долго не могла уснуть. Во-первых, я все еще была в возбуждении из-за разговора с Юрой, во-вторых, перебила сон вечерней дремотой, а в-третьих думала о том, что же подарить на день рождения парню, от которого я совсем уже потеряла голову.

## 8. Идеальный подарок

Его горячие руки трогали меня там, где другим не было позволено дотрагиваться, где прежде никто никогда не касался. Мое тело подрагивало от волн возбуждения, накрывающих с головой, словно серфингиста, неудачно попавшего под водяной столб.

Он медленно расстегнул мою рубашку и прильнул обжигающими губами к ключице. Поцелуи спускались ниже, и я едва сдерживалась, чтобы не сорваться на крик. Хотя, кто мог бы меня здесь услышать?

Я вцепилась пальцами в его волосы, не в силах сопротивляться желанию причинить ему боль. Сладкую боль, которая отозвалась бы очередным взрывом страсти в его груди.

Он стянул с меня чересчур узкие джинсы и взглянул снизу вверх, ослепляя взором ярко-синих глаз.

Я резко проснулась и долго не могла отдышаться. Какого черта, после целого дня мыслей о Юре, мне только что приснилась прелюдия с Марком? До сих пор казалось, что я ощущаю горячее дыхание на своем теле.

Я потрясла головой, надеясь вытряхнуть слишком яркие образы из головы, невольно думая о том, как это – на самом деле ощущать прикосновения Марка. Тут же от мыслей стало стыдно, как будто меня застукали за непристойным занятием. Какое счастье, что в мою голову никто не сможет залезть!

А если бы я не проснулась, куда бы завел меня этот сон? Следом за моими джинсами он снял бы свои, прислонился обнаженным телом к моему, заставляя сгорать от желания и умолять о… нет, хватит думать об этом!

На часах было 3:15, но сна не было ни в одном глазу. На цыпочках я прошла в ванную и умылась ледяной водой, как будто она могла прогнать грязные мыслишки, словно святая вода – монстров.

Взглянула на себя в зеркало и увидела раскрасневшееся лицо, расширенные зрачки и растрепанные волосы, словно я побывала в своем сне наяву. Внизу живота пульсировало, руки слегка дрожали, а в голове стоял туман. На губах отпечаталась тень ненастоящего поцелуя, словно я вернулась со свидания. Я дотронулась до губ и закрыла глаза, чтобы еще раз увидеть образ Марка – застывший в сознании скриншот сна. Интересно, каково было бы поцеловать его на самом деле?

Я открыла глаза, и образ Марка растаял в воздухе вместе с остатками сна. Но отчего-то так хотелось удержать его, запереть в памяти как воспаленный секрет, принадлежащий столько мне. В конце концов это лишь образ, который на самом деле не был Марком, всего лишь эмоции, доводящие до исступления, будоражащие воображение и тревожащие чувства.

Все еще не в силах отдышаться, я вернулась в кровать и закрыла глаза. Уснуть я бы сейчас не смогла. Рука сама по себе потянулась к ключице, которую только что покрывал поцелуями Марк. Потом спустилась ниже, пальцы нежно коснулись груди, невероятно чувствительной в этот момент, скользнула по животу и на миг остановилась на бедре.

– Марк, – простонала я и открыла глаза, коря себя за то, что делаю.

Как-то это неправильно. Постыдное удовольствие.

Я резко села на кровати и зажгла ночник у кровати. Дыши, Яна, медленно и спокойно вдыхай. И, желательно, не забывай выдыхать.

На тумбочке лежал мой скетч-бук, с которым я баловалась перед сном – делала наброски для будущих глав комикса. Вышло не то, чтобы очень хорошо, потому что мои мысли были слишком далеко от рисования.

До звонка будильника я так и не уснула, но, когда раздался противный писк уведомления о том, что пора вставать, на недавно чистом листе блокнота появился портрет Марка с растрепанными волосами и спущенной на локти рубашке.


По коридорам школы я шла опустив голову вниз, чтобы случайно не столкнуться с Марком. Увидеть его сейчас было бы сродни молнии, пронзающей все тело. Как же стыдно!

Избавившись от остатков сна, я почувствовала новую волну стыда, но уже по другому поводу – появилось чувство, что я предаю Юру. Ну почему не он сегодня овладел моими мыслями? Слово-то какое волнующее – «овладел»… Я нервно хихикнула и протиснулась сквозь толпу учеников посреди коридора.

По законам жанра и Марк, и Юра стояли у входа в тот кабинет, что был нужен мне. Они снова что-то горячо обсуждали, размахивали руками и смеялись. Кажется, кто-то крепко сдружился.

Оба одновременно повернули головы ко мне, едва я приблизилась к классу. О мой бог… Под взглядом этих глаз я едва ли могла сохранять самообладание. Синие глаза Марка, изумрудные Юры… И мои карие – самые часто встречаемые во всем мире. Даже здесь мне нечем было выделиться.

– Привет, – Марк махнул мне рукой.

– Привет, – Юра улыбнулся самой очаровательной улыбкой в мире.

Так, неужели я продолжаю спать? Пришлось незаметно укусить себя за внутреннюю часть щеки, чтобы осознать, что все это не сон.

– Доброе утро, – интересно, по голосу можно определить, какие мысли занимали мою голову?

Я перевела взгляд с Юры на Марка и прошмыгнула в класс.

– Ты получила мое сообщение? – Юра крикнул вслед. – С адресом.

– Да, конечно, – я обернулась. – Я ведь ответила тебе.

– Просто проверяю, – пожал он плечами, подмигнул и вернулся к разговору с Марком.

Пока я выгружала тетради из сумки, мои руки продолжали дрожать, а дыхание никак не хотело возвращаться в норму. Странные ощущения, ей-богу.

– Слышала, Юра тебя пригласил на вечеринку, – Света повернулась ко мне, поправляя свои шикарные волосы.

– Допустим, тебе-то что?

– Не могу поверить, что ты снова решила начать посещать шумные мероприятия. Или забыла, что было в прошлый раз?

Как я могу такое забыть? Даже на смертном одре это воспоминание будет со мной. Если только его не вытеснят мысли о сегодняшнем сне.

– Не переживай за меня.

– Просто не хотелось бы, чтобы на вечеринке произошел очередной апокалипсис из-за тебя. Но не переживай, я поставлю номер сумасшедшего дома на быстрый набор, если что-то пойдет не по плану.

– Ты слишком любезна, – сказала я вместо того, чтобы запустить тяжелый учебник литературы ей в лицо.

– Мой тебе совет: держись от нормальных людей подальше. Сиди в уголке и рисуй свои картиночки в надежде, что художники еще кому-то нужны во времена бурного развития нейросетей.

– Тогда и ты мой совет выслушай: закрой пасть. Пожалуйста.

Света открывала и закрывала рот как рыба, вытащенная из воды, а я подмигнула ей и сделала вид, что погрузилась в чтение собственного конспекта.

«Сделай шаг!»


После уроков я потащила Еву по магазинам, чтобы она помогла мне выбрать подарок для Юры. Это оказалось еще сложнее, чем я думала.

– Ну купи ты ему уже рубашку что ли, – взвыла Ева после трех часов поисков.

– Глупо очень.

– За три часа ты не придумала ничего умнее.

– Чем тебе не понравился чехол для телефона в форме головы малыша Йоды?

– Кринж, Яна! Лучше нарисуй его портрет и презентуй в рамочке.

Мои мысли вернулись к рисунку Марка, который я выдернула из скетч-бука и вложила в учебник математики. Юру рисовать я не буду.

– Нужно что-то особенное.

– Парные браслеты! – Ева кивнула на витрину с безделушками.

– Мы не пара.

– Но можете ею стать. Это будет первым шагом навстречу мечте.

Я махнула рукой и немного обогнала ее. Меня раздражало, что Ева отнеслась к моей просьбе так легкомысленно. Ведь нельзя переоценить важность этого события.

– Купи что-нибудь там, – Ева догнала меня и кивнула на темную витрину магазина для взрослых. – Точно удивишь и порадуешь.

– Я сейчас точно куплю там кляп, но только для тебя, – сил сохранять спокойствие больше не было.

Ева рассмеялась и толкнула меня бедром. Нужно было идти одной.

– Чем он увлекается? Подари что-то по его интересам. Кино? Игры? Книга?

– Он любит все фильмы вселенной Форсажа, плачет над «Титаником» и трижды пересматривал «Игру престолов».

– Если «Игру престолов», то ты точно зря пропустила предыдущий магазин.

– Все-таки вернуться за кляпом?

– Молчу я, молчу…

Юра был скрытным, но кое-что о нем я узнавала из постов в соцсетях – его самого и его друзей. Но несмотря на обилие полученной информации, выбрать что-то определенное невозможно.

Маленький магазинчик на углу улицы было очень легко пропустить. Он не выделялся яркой вывеской или причудливым названием. Над входом висела простая серая табличка с синей надписью: «комиссионный магазин». Повинуясь неведомому инстинкту, я вошла внутрь.

Вокруг было мрачно, тихо и немного пыльно. На стойках висела одежда, стояла старая техника, вазы, посуда, какие-то игрушки.

– Что мы здесь забыли? – Ева с брезгливостью смотрела на витрины.

Я шикнула на нее. Мое внимание привлекла стойка с книгами. В основном, старые издания, но одна полочка выделялась среди прочих. Комиксы. «Люди Икс», «Фантастическая четверка», «Человек-паук»… я попала в филиал рая для гиков. Если бы Юра хоть немного интересовался ими, то выбор был бы очевиден.

И тут взгляд упал на стопку книг, лежавших чуть в отдалении. Я не могла поверить своим глазам – «Гарри Поттер» в первом издании Росмэн, о котором грезят все фанаты вселенной, не успевшие купить книги во время продаж. Я точно знала, что Юра обожает мир, созданный Джоан Роулинг, ведь я сама сходила от него с ума.

Цена на книги была больше, чем я могла себе позволить, но, с другой стороны, ради Юры я могла расстаться с частью накоплений на черный день.

Из магазина я вышла с целой серией любимых книг, которые я собиралась подарить любимому человеку. Идеально.

## 9. День рождения

У моих одноклассников несколько чатов в Телеграм. Один общий для всех, там есть классная руководительница и пара учителей. И это единственный чат, где среди участников можно увидеть и меня.

Второй чат для всего класса без учителей и без меня. Там обсуждают домашку, грядущие мероприятия и повседневные дела. Для серой мыши там нет места.

Третий чат, якобы секретный, создала Света для избранных учеников, где они могли бы без зазрения совести обсуждать тех, кого в этом чате нет. Периодически скриншоты из секретного чата всплывали вне обсуждений, что приводило к диким скандалам и обсуждениям даже в чате с учителями.

Четвертый чат был уже без Светы, и о нем, по идее, сама Света не должна была знать. Но она была в курсе – ей говорили, что этот чат создавали для подготовки сюрприза к ее дню рождения, так и не расформировали, но якобы перестали в нем общаться. Спойлер: общались, и еще как.

Помимо этого, были мелкие чаты на три-четыре человека, распространявшие преимущественно токсичные излучения. По крайней мере мне хотелось так думать.

Откуда я знаю про существование этих чатов? Потому что два года назад я была частью каждого из них, кроме, разве что, самых мелких. А после последней вечеринки, где мне удалось побывать 2 года назад, меня исключили из каждого.

Страшно ли мне было идти на день рождения Юры? Безумно. Но стоило ли оно того, чтобы попытаться преодолеть себя? Ответ очевиден.

Я упаковала книги о Гарри Поттере в красивую коробку с узором из снитчей, сов и волшебных палочек, перевязала его алой лентой, надела розовую рубашку, которая вроде бы мне шла, джинсы, черную куртку, заказала такси и вышла на улицу. Моросил мелкий дождь, небо затянули серые мрачные тучи, подходящие под стать моему настроению. К чему же приведет сегодняшний день?

Я до сих пор не ответила сама себе на вопрос, почему я Юра решил меня пригласить, но, подобно Скарлетт О’Хара, решила, что подумаю об этом завтра, ибо сегодня были дела поважнее.

Дом Юры был очень большим и красивым. Разумеется, я и до приглашения знала его адрес. Как-то раз решила прогуляться, чтобы посмотреть, где он живет и была поражена габаритами строения. Вообще, у него была большая семья – три старших брата и младшая сестра. Для такого количества детей действительно нужна усадьба покрупнее. Хотя, вроде бы, его братья давно жили отдельно.

Территорию вокруг дома украсили фонариками, воздушными шарами и яркими флажками. Несмотря на дождь, из-за которого флажки повисли, как мокрые тряпочки, на улице было полно людей – все танцевали, смеялись и выпивали. У меня же к алкоголю было категоричное отношение – я не пила и не любила пьяных. Хотя, по сути, мне еще и не положено знакомиться с алкоголем в моем возрасте. Но опыт, к сожалению, был.

Я зашла в дом. Руки уже начали уставать от тяжести коробки с книгами, и мне хотелось поскорее найти Юру, чтобы вручить ему подарок.

Народу было много. Точно дело не ограничилось двумя классами – Юра явно пригласил всех знакомых и велел им привести по паре друзей. Все было как в американских комедиях из нулевых – куча выпивки, странные люди, громкая музыка и начинающаяся паническая атака. Но ради Юры я потерплю. Не зря же он меня пригласил.

– Не видел хозяина вечеринки? – спросила я незнакомого парня, который наливал себе что-то в стакан.

– А кто хозяин?

– Ясно.

Я перераспределила вес коробки с одной руки на другую и пошла искать дальше. Вроде бы я приехала к началу, но вечеринка была в самом разгаре.

Юру я нашла в компании двух парней, один из которых был из его класса, а второго я видела впервые. Они курили и громко смеялись.

– С днем рождения, – переборов в себе все мыслимые и немыслимые страхи я подошла к Юре и протянула ему коробку.

– Ух ты, подарок! Брось его в ту кучу, – Юра кивнул в угол комнаты, где валялись несколько коробок. – Не стоило вообще-то.

В моих фантазиях Юра срывал упаковку, радовался книгам и от переизбытка чувств в порыве благодарности нежно целовал меня. Вышло немного не так.

– Ты не откроешь?

– Потом, Яся. Брось туда.

– Я Яна…

– Ой, извини, перепутал. Яна, развлекайся, налей себе что-нибудь.

Юра отвернулся и сделал затяжку, а я, чуть не плача, бросила коробку в угол и отправилась к выходу. Что я здесь делаю?

В толпе я всегда была одна. Как и в тот раз, когда среди шума и криков «сделай шаг!» я не слышала ничего, кроме пульсации крови в ушах.

Кажется, паническая атака начинала брать надо мной верх, я больше не могла ей сопротивляться. Я увидела открытую дверь туалета, бросилась туда, склонилась над унитазом, и выдала ему все, что ела сегодня на обед. Лоб был мокрый, холодный и липкий, руки тряслись, и мне вовсе не хотелось покидать эту маленькую комнатку, которая могла бы стать моим убежищем. Но в дверь начали стучать с требованием освободить туалет. Я смыла за собой, быстро ополоснула лицо холодной водой, вытерлась бумажным полотенцем и вышла в коридор, запуская внутрь страждущих.

– Кто-то уже успел перебрать?

Ну нет! Передо мной стоял Марк и сверлил меня взглядом своих синих глаз. Как он умудряется возникать в самое ненужное время?

– Я не пью, – буркнула я и нахмурила брови, надеясь, что суровое выражение лица даст ему понять, что разговаривать я не настроена.

– Я тоже, – подмигнул Марк. – Есть вещи покруче алкоголя, от которых кайф сильнее. Предпочитаю их.

И снова я не поняла, шутит он или говорит всерьез. А что, если Марк и вправду балуется запрещенными веществами? Тогда понятно, почему он решил заговорить со мной.

– Все будет хорошо, не переживай, – Марк дотронулся до моего плеча.

По спине обгоняя друг друга побежали мурашки. Какая же у него теплая рука! Даже через рубашку я ощутила исходящий от нее жар. А вместе с теплом пришло странное ощущение покоя и умиротворения. А что, если я прижмусь к нему всем телом? Я потрясла головой, выгоняя внезапно возникший в сознании образ недавнего сна.

– Тебе что-нибудь принести? – Марк улыбался.

Я в этот момент засмотрелась на Юру, который о чем-то болтал со Светой и не услышала вопроса. Может быть, его заставили пригласить меня под гипнозом? Раз он даже имени моего не помнил.

– Бедный парень, – Марк перехватил мой взгляд. – С самого утра на ногах не стоит, слишком рьяно начал отмечать восемнадцать лет. Я трижды уже помогал ему дойти до той комнаты, откуда ты только что вышла.

– Я не заметила, чтобы он был пьяным.

– По некоторым так и не скажешь, но, думаю, он бы сейчас родную мать от мешка с картошкой бы не отличил.

Может быть, поэтому он и перепутал мое имя? Глупая надежда на то, что я ему все-таки нравлюсь, снова загорелась в груди. Возможно, это облегчение отразилось на моем лице, потому что Марк улыбнулся и переспросил:

– Так тебе принести что-нибудь?

Во рту у меня после происшествия словно кошки нагадили.

– Не откажусь от стакана воды. Если не сложно.

Упоминать кошек я, конечно, не стала.

– Подожди меня здесь. Только не уходи никуда!

У стены напротив стоял небольшой диванчик, на котором пока никого не было, и я с наслаждением плюхнулась в его мягкие объятия. Все было не так уж и плохо.

– Удивлена, что ты все-таки пришла, – Света села рядом со мной. – Не страшно?

– Почему я должна чего-то бояться?

– Слушай, я на самом деле рада, что ты стала показываться на людях. Глядишь, скоро снова станешь нормальным человеком.

– Пожалуйста, оставь меня в покое.

– Яна, ну сколько можно дуться? Два года прошло, пора вскрывать свой кокон.

– Мне в нем комфортнее. Я просто хочу доучиться до конца года и не видеть больше ваши лица до скончания времен.

– Ну и дура. Сделай шаг, детка, – Света пожала плечами, встала с дивана, подошла к Юре и обняла его сзади.

Юра от неожиданности резко обернулся, улыбнулся моей любимой улыбкой и поцеловал Свету. Мой Юрочка целовал самого ненавистного мне человека. Волна омерзения пришла на смену панике и захватила в плен мои эмоции. Ну ведь так не бывает! Почему все лучшее достается не мне?

Повинуясь порыву вцепиться Свете в волосы, я поднялась на ноги, но от совершения необдуманного поступка меня спас Марк, который подошел со стаканом воды, смерил Юру неодобрительным взглядом и кивнул мне:

– Может, прогуляемся?

Не раздумывая ни секунды, я согласилась.

Погода немного наладилась – дождь перестал лить, но на дорогах все еще были лужи, освещаемые светом горящих фонарей.

– Куда хочешь пойти? – Марк поежился, едва вышел на улицу.

– Да все равно.

«Лишь бы стереть из памяти вид целующихся Юры и Светы», – хотелось добавить мне, но удалось сдержаться. В груди было больно, как будто вместо сердца вдруг начал биться кирпич, который дробил изнутри ребра в мельчайшую фракцию.

– Хочешь есть?

– Давай просто пройдемся, – о еде хотелось сейчас думать в последнюю очередь.

Мы просто молча шли по улице, удаляясь от шума вечеринки. У меня не было желания говорить, Марк поддерживал стремление побыть в тишине. Но в конце улицы он не выдержал и нала заполнять неловкую паузу:

– Хорошо, что ты избавилась от того мерзкого украшения.

– А ты умеешь делать комплименты девушкам. О чем ты говоришь?

– Ну тогда в клубе на тебе были донельзя нелепые бусы.

Я нахмурилась и попыталась вспомнить, что же было на мне в тот вечер.

– Между прочим, это мои любимые.

– Странный выбор.

– Ты понимаешь, что мне все меньше и меньше хочется общаться с тобой?

Марк поджал губы и задумался, становясь похожим на хмурого лисенка.

– Да, ты права. Извини, я не подумал.

– Все нормально. Но не стоит оскорблять мой выбор, даже если он тебе не по нутру.

– Запомню. Извини еще раз.

– Проехали. Я иногда тоже ляпаю что-то невпопад. Расскажи лучше что-нибудь о себе.

Марк вжал голову в плечи и насупился. По выражению его лица было очевидно, что на эту тему говорить ему не особо хочется.

– Я тот человек, с которым лучше не иметь ничего общего.

– Опасный парень?

– Нет, но тот, которого сопровождают неприятности.

– Тогда мы с тобой родственные души.

Марк широко распахнул глаза и удивленно посмотрел на меня, как будто я сказала что-то не то. Но мне не привыкать – я частенько говорю что-то не в тему.

– Правда, – Марк казался серьезным. – Я хочу предупредить тебя, чтобы ты держалась от меня подальше.

– Кажется, что это ты ходишь за мной по пятам.

– Я не тот, кем кажусь.

– Беглый преступник?

– У меня проблемы несколько иного толка. Хочу сразу предупредить тебя об этом, пока все не зашло слишком далеко. Но, знаешь, мне очень хочется с тобой дружить. Ты мне… эмн… симпатична.

Такого я не слышала очень давно. Симпатичной в последний раз меня называл турок, написавший сообщение в директ. И это учитывая, что у меня в профиле было всего одно фото четырехлетней давности.

– Ты странный, – я остановилась и склонила голову набок.

– Знаю, но ничего не могу с этим поделать.

– Вообще, если кто-то мне говорит держаться от него подальше, я предпочитаю так и поступать.

– Можешь сказать, если не хочешь меня видеть.

– Хочу сама сделать вывод, а не основываться на твоих словах. К тому же, у меня не такой богатый выбор тех, с кем можно общаться.

– У тебя проблемы в общении с одноклассниками?

– Нет общения – нет проблем.

– Почему так вышло?

– Не хочу об этом говорить. Но, думаю, если продолжишь со мной общаться, то тебе сделают намек, что делать этого не стоит.

– Значит, и мне от тебя стоит держаться подальше?

– Выходит, так.

– Тогда воистину мы родственные души.

Впервые за долгое время я рассмеялась. Можно было бы так же запросто разговаривать с Юрой. Но мечты об этом разбиваются как лодка о скалы в бушующий шторм.

Внезапно Марк остановился на дороге как вкопанный и схватил меня за руку. Он вглядывался в конец улицы, как будто что-то там увидел, но на дороге не было ни души.

– Быстро! Прячемся!

Он схватил меня и утащил в ближайшие заросли кустов.

– Что ты…

Но Марк зашикал на меня и жестом попросил пригнуться. Сквозь ветки я выглядывала на дорогу, но не видела ничего, что могло бы так его напугать. Мимо пробежала бродячая собака, но больше не было никого. Неужели Марк боится песиков?

Через несколько минут Марк извинился и помог мне выбраться из кустов.

– Объяснишь?

– А можно списать это происшествие на мою маленькую причуду?

– Ну уж нет. Я хочу знать, какого лешего я просидела в кустах добрых пять минут. Собак боишься?

– Да, они на меня наводят ужас. Просто трясусь от одного их вида.

Марк продолжал оглядываться по сторонам, словно опасался чьего-то внезапного нападения.

– Давай все-таки мы с тобой пойдем куда-нибудь поесть?

– Знаешь, я лучше вызову такси до дома.

– Я тебя напугал?

– Немного. Слушай, я все понимаю – странности есть у всех, но у тебя с ними перебор.

– А что, если я хотел тебя поцеловать, но так и не решился?

Ну что он за человек? Где табличка «сарказм» рядом с ним, поднимающаяся в нужный момент?

– Ладно, проехали, – я пожала плечами и медленно пошла дальше.

Марк на мгновение замешкался, а потом догнал меня.

– Слушай, я знаю одно необычное местечко, где варят по-настоящему волшебный кофе. Можно я все-таки угощу тебя?

– Кофе на ночь? – Марк умел застать врасплох.

– Там еще какао есть классное…

## 10. Вуаль

В том кафе я никогда не была. Признаться, даже не замечала его, хотя сотни раз проходила мимо. Небольшая дверь терялась на фоне ярких вывесок бутиков и салона красоты, где обещали сделать из любой девушки настоящую принцессу. Ну-ну, а они видели портреты средневековых дочерей королей?

Кафе называлось «Вуаль». Едва мы переступили порог, как меня охватило ощущение, что я попала в иное измерение – такого интерьера я не встречала вживую еще нигде.

Небо переливалось сияющими звездами, которые, казалось, висели в воздухе. Посреди потолка была реалистичная луна, которая чуть раскачивалась, отражая свет невидимого солнца. Такая яркая и настоящая, что, если бы из-за угла выскочили волки и начали на нее выть, я бы не удивилась.

Напротив входа была стойка бара, окруженная туманом – наверное, в пол был встроен мощный дымогенератор. Но этот туман не распространялся по всему залу, а был сконцентрировал исключительно вокруг стойки. За ней был стеллаж, заполненный бутылками с алкоголем вперемешку с необычными кувшинами и емкостями.

За небольшими деревянными столиками, разрозненно стоящими в зале, сидели посетители, в основном, парочки, которые мило о чем-то перешептывались. На столах стояли свечи, источающие самые разные ароматы – проходя мимо я ощутила запах свежей травы, полевых цветов и даже какой-то странный, напоминающий болото.

Марк отодвинул для меня стул за столиком у окна и сам сел напротив. Я с удивлением выглянула в окно и увидела за ним лесную чащу, освещенную мириадами светлячков.

– Вместо окон тут экраны, транслирующие потрясающие виды, – пожал плечами Марк, заметивший мой удивленный взгляд.

– Потрясающее место. Все такое… волшебное. Как так вышло, что ты недавно приехал в город, но нашел кафе, о котором я прежде не знала?

Марк пожал плечами и жестом подозвал официанта. Подошел высокий худой парень неопределенного возраста. Издали его лицо казалось молодым, принадлежавшим восемнадцатилетнему юноше, но когда он подошел ближе, то я разглядела на нем изнуренное выражение, мешки под глазами и тени, свойственные пожилым людям.

– Позвольте предложить блюдо дня джентльмену и его, – он окинул меня взглядом, и его зрачки расширились, словно узрели призрака, – прекрасной леди.

– Что-то не так? – спросила я в ответ на его взгляд.

– У нас есть правила заведения касательно посетителей, – официант обращался к Марку. – Вы должны это знать.

– Мы с удовольствием попробуем блюдо дня.

– Боюсь, оно вам не подойдет. Пожалуй, принесу вам более… приземленное меню.

Официант еще раз окинул меня взглядом и отошел от стола.

– В чем дело? Чем я ему не угодила?

– Думаю, ему не понравилась одежда.

– Я должна была прийти в вечернем платье что ли?

– Не обращай внимания.

– Дискриминация, ей-богу…

Перед нами оказалось меню, которое официант принес в мгновение ока. Он отошел на несколько шагов и принялся ждать наш заказ.